Постановление Европейского Суда по правам человека от 3 апреля 2008 г. Дело "Дмитриева (Dmitriyeva) против Российской Федерации" (жалоба N 27101/04) (Первая Секция)

Европейский Суд по правам человека
(Первая Секция)

 

Дело "Дмитриева (Dmitriyeva)
против Российской Федерации"
(Жалоба N 27101/04)

 

Постановление Суда

 

Страсбург, 3 апреля 2008 г.

ГАРАНТ:

Об исполнении Постановления Европейского Суда по правам человека по группе дел "Рябых против Российской Федерации" (113 дел) см. Резолюцию N CM/ResDH(2017)83

Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:

Х. Розакиса, Председателя Палаты,

Н. Ваич,

А. Ковлера,

Э. Штейнер,

Х. Гаджиева,

Д. Шпильманна,

С.Э. Йебенса, судей,

а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 13 марта 2008 г.,

вынес в тот же день следующее Постановление:

 

Процедура

 

1. Дело инициировано жалобой N 27101/04, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданкой Российской Федерации Татьяной Петровной Дмитриевой (далее - заявительница) 20 июня 2004 г.

2. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым.

3. Заявительница жаловалась на неисполнение вынесенного в ее пользу судебного решения, а также на его последующую отмену в порядке надзора.

4. 22 февраля 2005 г. Европейский Суд решил уведомить власти Российской Федерации о жалобе заявительницы. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции он принял решение рассмотреть жалобу по существу одновременно с рассмотрением вопроса о ее приемлемости.

5. 4 апреля 2006 г. Европейский Суд предложил сторонам ответить на дополнительные вопросы.

 

Факты

 

6. Заявительница, 1946 года рождения, проживает в пос. Чульмане, (Республика Саха (Якутия).

7. Заявительница обратилась в суд с иском к Правительству Российской Федерации, требуя исполнить обязательства в соответствии с государственными целевыми чеками на приобретение автомобиля российского производства или выплатить компенсацию в размере стоимости автомобиля.

8. 15 ноября 2002 г. Нерюнгринский городской суд Республики Саха (Якутия) удовлетворил требования заявительницы и взыскал в ее пользу за счет средств казны Российской Федерации 138 967 рублей. 20 января 2003 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Саха (Якутия) оставила указанное решение без изменения.

9. 26 февраля 2003 г. заявительница направила исполнительный лист в Правительство Российской Федерации. 4 марта 2003 г. исполнительный лист был направлен в Министерство финансов Российской Федерации.

10. По утверждению властей Российской Федерации, с октября 2003 г. Верховным судом Республики Саха (Якутия) было приостановлено рассмотрение дел по искам владельцев государственных целевых расчетных чеков до рассмотрения Конституционным Судом Российской Федерации запроса, направленного Президиумом Верховного суда Республики Саха (Якутия). В запросе поднимался вопрос о соответствии Конституции Российской Федерации федерального закона, регламентировавшего порядок погашения государственных целевых расчетных чеков.

11. 21 декабря 2004 г. Министерство финансов Российской Федерации обратилось в суд с ходатайством о продлении срока для подачи надзорной жалобы на судебные постановления, принятые в пользу заявительницы.

12. 28 марта 2005 г. ходатайство Министерства финансов Российской Федерации было удовлетворено судьей Нерюнгринского городского суда Республики Саха (Якутия), который отметил следующее:

"Согласно статье 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные постановления могут быть обжалованы в суд надзорной инстанции в течение года со дня их вступления в законную силу. В данном случае... указанный процессуальный срок истек 20 января 2004 г. Однако судом установлено, что действительно рассмотрение дел по искам владельцев целевых расчетных чеков на получение автомобилей к Правительству Российской Федерации (Министерству финансов Российской Федерации) о взыскании по ним компенсации было приостановлено Верховным судом Республики Саха (Якутия) 23 октября 2003 г. в связи с запросом, направленным в Конституционный Суд Российской Федерации... что подтверждается письмом Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 5 ноября 2003 г.

Исходя из изложенного и в соответствии с частью первой статьи 112 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пропущенный установленный законом срок может быть восстановлен судом лишь при наличии уважительных причин пропуска этого срока. Суд признает указанные [Министерством финансов Российской Федерации] причины пропуска процессуального срока уважительными".

13. 7 июля 2005 г. Президиум Верховного суда Республики Саха (Якутия), рассмотрев дело заявительницы в порядке надзора, отменил решение Нерюнгринского городского суда Республики Саха (Якутия) от 15 ноября 2002 г., оставленное без изменений определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 20 января 2003 г., и отказал в удовлетворении ее требований. По утверждению заявительницы, она не была проинформирована о заседании суда надзорной инстанции. Власти Российской Федерации представили копии судебных извещений в адрес нескольких лиц, в том числе заявительницы. Отменяя судебные постановления, президиум отметил, что суды нижестоящей инстанции не приняли во внимание некоторые положения законодательства Российской Федерации, регламентирующие порядок погашения государственных целевых расчетных чеков, и, следовательно, нарушили нормы материального права.

 

Право

 

I. Предполагаемые нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с отменой судебного решения, принятого в пользу заявительницы

 

14. Не ссылаясь на конкретные положения Конвенции, заявительница утверждала, что Президиум Верховного суда Республики Саха (Якутия) неправильно истолковал и применил нормы законодательства Российской Федерации, необоснованно отменил решение Нерюнгринского городского суда Республики Саха (Якутия) от 15 ноября 2002 г. и отказал в удовлетворении ее требований в полном объеме. Европейский Суд полагает, что подлежащий рассмотрению им вопрос заключается в том, было ли нарушено право заявительницы на суд, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции, и ее право на беспрепятственное пользование имуществом в соответствии со статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции в результате отмены судебного решения. Указанные положения в части, применимой в настоящем деле, предусматривают:

 

Пункт 1 статьи 6 Конвенции

"Каждый при определении его гражданских прав и обязанностей... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...".

 

Статья 1 Протокола N 1 к Конвенции

"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права...".

 

A. Приемлемость жалобы

 

15. Европейский Суд полагает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что она не является неприемлемой по иным основаниям. Следовательно, жалоба заявительницы должна быть объявлена приемлемой.

 

B. Существо жалобы

 

1. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции

 

16. Власти Российской Федерации утверждали, что Президиум Верховного суда Республики Саха (Якутия) обоснованно отменил судебное решение, принятое в пользу заявительницы, поскольку суды нижестоящей инстанции ошибочно удовлетворили ее требования. Следовательно, в данном деле право заявительницы на суд, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции, нарушено не было.

17. Заявительница утверждала, что, отменив судебное решение, принятое в ее пользу, государство сняло с себя обязательство по погашению расчетных чеков.

18. Европейский Суд напоминает, что пункт 1 статьи 6 Конвенции гарантирует каждому право на обращение в суд с любым требованием, касающимся определения его гражданских прав и обязанностей. Указанное право, таким образом, воплощает в себе "право на суд", одним из аспектов которого является право на доступ к суду, то есть право инициировать разбирательство в суде по гражданско-правовым вопросам. Тем не менее данное право было бы иллюзорным, если национальная правовая система Договаривающегося Государства допускала бы отмену вступившего в законную силу и подлежащего неукоснительному исполнению судебного решения судом вышестоящей инстанции по протесту должностного лица, чье полномочие по принесению такого протеста не ограничено каким-либо сроком, таким образом, что судебные решения могли бы быть оспорены в течение неопределенного срока (см. Постановление Европейского Суда по делу "Рябых против Российской Федерации" (Ryabykh v. Russia), жалоба N 52854/99, §§ 54-56, ECHR 2003-IX* (* Опубликовано в "Путеводителе по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2003 год".);).

19. В данном деле решение Нерюнгринского городского суда Республики Саха (Якутия) от 15 ноября 2002 г., оставленное без изменений судом кассационной инстанции 20 января 2003 г., было отменено в порядке надзора на том основании, что суды нижестоящей инстанции допустили ошибку в применении норм материального права. Европейский Суд должен определить, было ли полномочие по пересмотру делу в порядке надзора реализовано национальными властями таким образом, чтобы в максимальной степени было соблюдено справедливое равновесие между личными интересами и необходимостью обеспечить надлежащее отправление правосудия (см., mutatis mutandis* (* Mutatis mutandis (лат.) - с соответствующими изменениями (прим. переводчика).), Постановление Европейского Суда по делу "Никитин против Российской Федерации" (Nikitin v. Russia), жалоба N 50178/99, §§ 57 и 59, ECHR 2004-...* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 3/2005.))

20. Во-первых, Европейский Суд принимает во внимание особо длительный период (более двух лет), истекший со дня вступления в силу судебного решения, принятого в пользу заявительницы, до возбуждения надзорного производства. Суд отмечает, что Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривал, что надзорная жалоба могла быть подана в течение одного года со дня вступления обжалуемого судебного решения в законную силу (часть вторая статьи 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В данном деле указанный срок был продлен на том основании, что производство по аналогичным требованиям было приостановлено до принятия решения Конституционным Судом Российской Федерации. Европейскому Суду не кажется убедительным основание продления срока надзорного обжалования судебного решения. Во-первых, к тому моменту, когда Верховный суд Республики Саха (Якутия) принял решение приостановить разбирательство по аналогичным требованиям в октябре 2003 г., производство по делу заявительницы уже завершилось определением суда кассационной инстанции от 20 января 2003 г. Остается непонятным, как решение о приостановлении производства по текущим делам могло повлиять на разбирательство, окончившееся более чем за восемь месяцев до этого. Во-вторых, в отношении того, что ссылка на решение о приостановлении являлась единственным основанием для удовлетворения ходатайства о продлении срока надзорного обжалования судебного решения, Европейский Суд отмечает, что по состоянию на октябрь 2003 г., когда производство по делам было приостановлено, предусмотренный законом годичный срок для подачи надзорной жалобы на определение суда кассационной инстанции от 20 января 2003 г. еще не истек. Едва ли можно поверить в то, что Министерство финансов Российской Федерации не узнало о решении о приостановлении незамедлительно, учитывая, что оно являлось ответчиком по всем аналогичным делам. Власти Российской Федерации не назвали никаких исключительных обстоятельств, которые воспрепятствовали бы Министерству финансов Российской Федерации обратиться с надзорной жалобой в период с октября 2003 г. по январь 2004 г., то есть в рамках предусмотренного законом срока. Европейский Суд приходит к выводу, что, удовлетворив поданную с задержкой надзорную жалобу без достаточных оснований, суды Российской Федерации нарушили принцип правовой определенности.

21. В дополнение к неаккуратному обращению со сроками обжалования, о чем Европейский Суд указал выше, он напоминает о своем устоявшемся подходе, согласно которому в отсутствие существенного нарушения в рамках предшествующего судебного разбирательства несогласие стороны с оценкой обстоятельств, приведенной судами первой и кассационной инстанций, не составляет обстоятельство существенного и непреодолимого характера, оправдывающее отмену вступившего в законную силу и подлежащего неукоснительному исполнению судебного решения и пересмотр дела заявительницы (см. Постановления Европейского Суда по делу "Довгучиц против Российской Федерации" (Dovguchits v. Russia) от 7 июня 2007 г., жалоба N 2999/03, § 30* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 11/2008.); и по делу "Кот против Российской Федерации" (Kot v. Russia) от 18 января 2007 г., жалоба N 20887/03, § 29* (* Там же. N 5/2008.)). Власти Российской Федерации не утверждали, что первоначальное судебное разбирательство в судах первой и кассационной инстанций проходило с существенным нарушением норм права. В действительности судебное решение, принятое в пользу заявительницы, было отменено ввиду неправильного применения норм материального права. По смыслу прецедентной практики Европейского Суда указанное основание не является существенным нарушением и не может оправдывать отклонение от принципа правовой определенности.

22. Европейским Судом уже устанавливалось нарушение права заявителя на доступ к суду, гарантированный пунктом 1 статьи 6 Конвенции в делах, где судебное решение, которое вступало в законную силу и подлежало неукоснительному исполнению, впоследствии отменялось по истечении длительного времени с единственной целью повторного рассмотрения дела (см. упоминавшиеся выше Постановления Европейского Суда по делу# "Довгучиц против Российской Федерации", "Кот против Российской Федерации" и "Рябых против Российской Федерации"). Власти Российской Федерации не привели каких-либо доводов, которые смогли бы убедить его прийти к иному выводу в данном деле. Следовательно, Европейский Суд приходит к выводу, что отмена в порядке надзора судебного решения от 15 ноября 2002 г., оставленного без изменения судом кассационной инстанции 20 января 2003 г., нарушила принцип правовой определенности и право заявительницы на доступ к суду. Следовательно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.

 

2. Предполагаемое нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции

 

23. Европейский Суд напоминает, что наличие долга, подкрепленного вступившим в силу и подлежащим неукоснительному исполнению судебным решением, наделяет лицо, в пользу которого оно было принято, правом "законно ожидать", что долг будет выплачен, и составляет его "имущество" по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Отмена такого судебного решения представляет собой вмешательство в право заявителя на беспрепятственное пользование имуществом (см. среди прочих Постановление Европейского Суда по делу "Андросов против Российской Федерации" (Androsov v. Russia) от 6 октября 2005 г., жалоба N 63973/00, § 69* (* Там же. N 12/2006.)).

24. Власти Российской Федерации отрицали, что в данном случае имело место нарушение прав заявительницы, гарантированных статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции, поскольку вплоть до настоящего времени она имеет право обратиться за исполнением обязательств в соответствии с государственными целевыми чеками.

25. Европейский Суд отмечает, что в распоряжении заявительницы было вступившее в законную силу и подлежавшее неукоснительному исполнению судебное решение, в соответствии с которым Министерство финансов Российской Федерации было обязано выплатить ей денежные средства в существенном размере. Заявительница была лишена возможности получить причитавшиеся ей средства не по своей вине. Отмена подлежавшего неукоснительному исполнению судебного решения нарушила надежды заявительницы на имевшее законную силу судебное решение и лишила ее возможности получить денежные средства, на которые она рассчитывала на законном основании. При данных обстоятельствах, даже предположив, что вмешательство было правомерным и преследовало законную цель, Европейский Суд полагает, что отмена в порядке надзора подлежавшего неукоснительному исполнению судебного решения в пользу заявительницы возложила на нее чрезмерное бремя и является несовместимой с положениями статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Следовательно, имело место нарушение указанной статьи.

 

II. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 в связи с неисполнением судебного решения

 

26. Заявительница утверждала, что неисполнение решения Нерюнгринского городского суда Республики Саха (Якутия) от 15 ноября 2002 г., оставленного без изменений судом кассационной инстанции 20 января 2003 г., нарушило ее права, гарантированные пунктом 1 статьи 6 Конвенции и статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции, положения которых процитированы выше.

 

A. Приемлемость жалобы

 

27. Европейский Суд полагает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что она не является неприемлемой по иным основаниям. Следовательно, жалоба заявительницы должна быть объявлена приемлемой.

 

B. Существо жалобы

 

28. Власти Российской Федерации утверждали, что данная часть жалобы заявительницы является преждевременной в связи с тем, что надзорное производство еще не окончено. Заявительница не согласилась с указанным доводом.

29. Европейский Суд отмечает, что исследованию подлежит вопрос о том, было ли судебное решение, принятое в пользу заявительницы, исполнено в течение "разумного срока". Следовательно, необходимо установить, являлось ли судебное решение "обязательным для исполнения". В деле заявительницы после того, как кассационная жалоба на судебное решение от 15 ноября 2002 г. была оставлена без удовлетворения Судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда Республики Саха (Якутия), согласно Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации оно вступило в законную силу и подлежало неукоснительному исполнению. С данного момента у должника, федерального министерства, возникла обязанность исполнить судебное решение. Само по себе возбуждение надзорного производства не могло освободить должника от обязанности исполнить вступившее в законную силу судебное решение. Указанная обязанность существовала вплоть до 7 июля 2005 г., то есть до отмены Президиумом Верховного суда Республики Саха (Якутия) обсуждаемого судебного решения. В любом случае Европейский Суд напоминает, что отмена судебного решения способом, признанным несовместимым с принципом правовой определенности и правом заявительницы на доступ к суду, не может служить оправданием неисполнения судебного решения (см. Постановление Европейского Суда по делу "Сухобоков против Российской Федерации" (Sukhobokov v. Russia) от 13 апреля 2006 г., жалоба N 75470/01, § 26* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 3/2007.)).

30. Следовательно, в период с 20 января 2003 г. по 7 июля 2005 г. судебное решение, принятое в пользу заявительницы, подлежало неукоснительному исполнению, а у государственного органа существовала обязанность его исполнить. Из материалов дела следует, что для исполнения судебного решения не было принято никаких мер.

31. Европейский Суд неоднократно устанавливал нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в делах, где возникали вопросы, аналогичные тем, которые рассмотрены в данном деле (Постановления Европейского Суда по делу "Бурдов против России" (Burdov v. Russia), жалоба N 59498/00, ECHR 2002-III* (* Опубликовано в "Путеводителе по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2002 год".); по делу "Познахирина против Российской Федерации" (Poznakhirina v. Russia) от 24 февраля 2005 г., жалоба N 25964/02* (* Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 7/2005.); по делу "Вассерман против Российской Федерации (N 1)" (Wasserman v. Russia (no. 1)) от 18 ноября 2004 г., жалоба N 15021/02* (* Там же. N 6/2005.)).

32. Изучив представленные в его распоряжение материалы, Европейский Суд отмечает, что власти Российской Федерации не назвали ни одного факта или довода, которые смогли бы убедить его прийти к иному заключению в данном деле. Ими также не было названо ни одной причины неисполнения судебного решения. Учитывая свою прецедентную практику по данному вопросу, Европейский Суд приходит к выводу, что, не исполняя в течение длительного времени судебное решение, принятое в пользу заявительницы, власти Российской Федерации нарушили ее право на суд и воспрепятствовали ей в получении денежных средств, на которые она имела право. Следовательно, в данном деле имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с неисполнением судебного решения от 15 ноября 2002 г., оставленного без изменения судом кассационной инстанции 20 января 2003 г.

 

III. Применение статьи 41 Конвенции

 

33. Статья 41 Конвенции предусматривает:

 

"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

 

A. Ущерб

 

34. Заявительница требовала 25 000 евро в качестве компенсации морального вреда и 15 000 евро в возмещение материального ущерба. Последняя указанная сумма представляет собой стоимость автомобиля российского производства на сегодняшний день. Заявительница также требовала 5 000 евро в качестве процентов в связи с несвоевременным погашением расчетного чека.

35. Власти Российской Федерации утверждали, что требования заявительницы чрезмерны и необоснованны. Они утверждали об отсутствии причинно-следственной связи между неисполнением судебного решения и требованием о взыскании стоимости автомобиля. В любом случае стоимость такого автомобиля не превышает 6 500 долларов США.

36. Европейский Суд напоминает, что в данном деле им были установлены нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с длительным неисполнением принятого в пользу заявительницы судебного решения и последующей его отменой. Таким образом, заявительница была лишена возможности получить денежные средства, которые она рассчитывала получить на законном основании. Следовательно, имеет место причинно-следственная связь между установленными нарушениями и требованием заявительницы в отношении возмещения материального ущерба в части, касающейся суммы, присужденной первоначальным судебным решением (см. для сравнения Постановление Европейского Суда по делу "Присяжникова и Долгополов против Российской Федерации" (Prisyazhnikova and Dolgopolov v. Russia) от 28 сентября 2006 г., жалоба N 24247/04, § 45). Право на получение дополнительных выплат не было признано в рамках национального разбирательства. Далее Европейский Суд отмечает, что заявительница не разъяснила свой метод исчисления суммы процентов и не представила документов, подтверждающих рост процентной ставки, которую она применила в своих расчетах. Следовательно, Европейский Суд присуждает заявительнице 4 100 евро в качестве возмещения материального ущерба, а также сумму налога, подлежащего начислению на присужденные средства, и отклоняет остальную часть ее требования в отношении материального ущерба.

37. Далее Европейский Суд полагает, что заявительница испытывала моральные страдания и разочарование в связи с неисполнением властями Российской Федерации принятого в ее пользу судебного решения и последующей его отменой. Тем не менее требуемая сумма является чрезмерной. Европейский Суд учитывает размер и характер выплаты, присужденной национальным решением, а также период бездействия властей Российской Федерации. Основываясь на принципе справедливости, он присуждает заявительнице 3 500 евро, а также сумму налога, подлежащего начислению на указанные средства.

 

B. Расходы и издержки

 

38. Заявительница также требовала 5 000 евро в возмещение расходов и издержек, понесенных ею в рамках разбирательства по делу в судах Российской Федерации и Европейском Суде. Она представила копии нескольких почтовых квитанций и билетов на поезд.

39. Власти Российской Федерации утверждали, что представленные заявительницей документы не покрывают всю требуемую ею сумму. Связь данных документов с национальным судебным разбирательством также неочевидна.

40. В соответствии с прецедентной практикой Европейского Суда заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек только в том случае, если им было доказано, что они были понесены действительно и по необходимости, а также были разумны по сумме. В соответствии с пунктами 2 и 3 правила 60 Регламента Европейского Суда Европейский Суд решил не присуждать возмещение расходов и издержек, поскольку заявительницей не был представлен подробный перечень требований по пунктам.

 

C. Процентная ставка при просрочке платежей

 

41. Европейский Суд счет, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

 

На основании изложенного Суд единогласно:

1) объявил жалобу заявительницы приемлемой;

2) постановил, что имело место нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с отменой в порядке надзора решения Нерюнгринского городского суда Республики Саха (Якутия), оставленного без изменений определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 20 января 2003 г.;

3) постановил, что имело место нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с длительным неисполнением решения Нерюнгринского городского суда Республики Саха (Якутия), оставленного без изменений определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 20 января 2003 г.;

4) постановил:

(a) что власти государства-ответчика обязаны выплатить заявительнице в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции следующие суммы, подлежащие пересчету в рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты:

(i) 4 100 евро (четыре тысячи сто евро) в возмещение материального ущерба;

(ii) 3 500 евро (три тысячи пятьсот евро) в качестве компенсации морального вреда;

(iii) сумму любых налогов, подлежащих начислению на присужденные средства;

(b) что с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;

5) отклонил остальную часть требований заявительницы по справедливой компенсации.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении было направлено 3 апреля 2008 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

 

Серен Нильсен
Секретарь Секции Суда

Христос Розакис
Председатель Палаты Суда

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Постановление Европейского Суда по правам человека от 3 апреля 2008 г. Дело "Дмитриева (Dmitriyeva) против Российской Федерации" (жалоба N 27101/04) (Первая Секция)


Постановление вступило в силу 29 сентября 2008 г.


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 5/2009.


Перевод редакции Бюллетеня Европейского Суда по правам человека