Купить систему ГАРАНТ Получить демо-доступ Узнать стоимость Информационный банк Подобрать комплект Семинары

Постановление Европейского Суда по правам человека от 29 мая 2008 г. Дело "Марусева (Maruseva) против Российской Федерации" (жалоба N 28602/02) (Первая Секция)

Европейский Суд по правам человека
(Первая Секция)

 

Дело "Марусева (Maruseva)
против Российской Федерации"
(Жалоба N 28602/02)

 

Постановление Суда

 

Страсбург, 29 мая 2008 г.

 

Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:

Х. Розакиса, Председателя Палаты,

Н. Ваич,

А. Ковлера,

Э. Штейнер,

Х. Гаджиева,

Д. Шпильманна,

С.Э. Йебенса, судей,

а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 6 мая 2008 г.,

вынес в тот же день следующее Постановление:

 

Процедура

 

1. Дело было инициировано жалобой N 28602/02, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданкой Российской Федерации Валентиной Павловной Марусевой (далее - заявительница) 26 июня 2002 г.

2. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым.

3. Заявительница утверждала, что длительность разбирательства ее гражданского дела нарушала требование "разумного срока", установленного пунктом 1 статьи 6 Конвенции.

4. Решением от 1 июня 2006 г. Европейский Суд признал жалобу частично приемлемой.

5. Заявительница и власти Российской Федерации подали дополнительные письменные объяснения (пункт 1 правила 59 Регламента Суда).

 

Факты

 

6. Заявительница родилась в 1962 году и проживает в г. Смоленске.

7. Шестилетний сын заявительницы, Сергей, страдал серьезным врожденным сердечным заболеванием. 8 февраля 1995 г. он умер во время операции на сердце в государственной больнице. Она обратилась в прокуратуру г. Смоленска с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту смерти своего сына. Она подозревала, что он погиб в результате небрежности врачей. Уголовное дело несколько раз возбуждалось и прекращалось прокуратурой на том основании, что вина врачей не была доказана. Выводы следственных органов были основаны, в частности, на результатах судебно-медицинской экспертизы, проведенной после смерти Сергея Марусева. Заявительница безуспешно обжаловала в суде отказ от уголовного преследования врачей. 12 февраля 1997 г. Заднепровский районный суд г. Смоленска (далее - районный суд) оставил в силе постановление прокуратуры о прекращении уголовного дела. Решение было оставлено без изменения Смоленским областным судом 11 марта 1997 г.

8. 23 августа 1995 г. заявительница предъявила иск в порядке гражданского судопроизводства к врачу M., который проводил операцию, и к больнице N 1 г. Смоленска, где проводилась операция (далее - больница). Она требовала компенсации материального ущерба и морального вреда.

9. 23 декабря 1996 г. районный суд отклонил иск заявительницы, постановив, что смерть ее сына была вызвана естественными причинами. 11 февраля 1997 г. указанное решение было оставлено без изменения Смоленским областным судом.

10. В неустановленную дату заявительница обратилась в Верховный Суд Российской Федерации с просьбой о принесении протеста в порядке надзора (см. раздел "Применимое национальное законодательство" настоящего Постановления* (* Указанный раздел в Постановлении отсутствует (прим. переводчика).)).

11. 23 февраля 1999 г. заместитель Председателя Верховного Суда принес протест в порядке надзора, указав на ряд правовых и фактических ошибок в решениях нижестоящих судов. 18 марта 1999 г. президиум областного суда, рассмотрев дело, удовлетворил протест и отменил обжалуемые судебные акты от 23 декабря 1996 г. и 11 февраля 1997 г. Дело было направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

12. Власти Российской Федерации утверждают, что дело поступило в районный суд из Верховного Суда 21 марта 1999 г. Суд пригласил стороны на собеседование, которое было проведено 11 мая 1999 г. Первое заседание было проведено 20 мая 1999 г. Суд принял решение о вызове дополнительных свидетелей и отложил разбирательство до 8 июля 1999 г.

13. 9 июля 1999 г. районный суд отклонил иск заявительницы, указав, что ответчики не могли нести ответственность за смерть Сергея Марусева. По жалобе заявительницы областной суд 21 октября 1999 г. отменил это решение, определив, что суд первой инстанции не дал оценки важным медицинским аспектам дела. Он также дал указания о совершении некоторых дополнительных действий. Дело было направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

14. 17 ноября 1999 г. районный суд повторно отклонил иск заявительницы. 28 декабря 1999 г. областной суд отменил решение и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Областной суд отметил, что суд первой инстанции не предпринял определенные процессуальные действия, нарушил процессуальные нормы, не установил и не оценил обстоятельства, имеющие значение для дела.

15. Дело поступило в районный суд из областного суда 19 января 2000 г. Власти Российской Федерации утверждают, что после поступления дела судья пытался инициировать пересмотр в порядке надзора определения областного суда, но 30 марта 2000 г. его просьба о принесении протеста была отклонена.

16. 8 апреля 2000 г. стороны были приглашены судом на собеседование. Первое заседание было проведено 29 мая 2000 г. В этот день суд принял решение о необходимости дополнительной судебно-медицинской экспертизы для установления причины смерти Сергея Марусева. Он сформулировал 18 вопросов медицинским экспертами и передал документы из дела в больницу, находящуюся в Московской области. Для получения результатов экспертизы суду потребовалось несколько месяцев.

17. Следующее заседание было проведено 21 декабря 2000 г. В этот день суд решил допросить еще двух свидетелей - директора Научного центра сердечно-сосудистой хирургии Российской академии наук Б. и его заместителя П.

18. 11 января 2001 г. районный суд направил в Замоскворецкий районный суд г. Москвы судебное поручение о допросе указанных свидетелей. Судебное поручение было получено Замоскворецким районным судом 12 марта 2001 года. Б. и П. были вызваны в суд, но не явились. Судебные приставы несколько раз безуспешно пытались застать их по месту жительства и работы.

19. В 2002 году заявительница обратилась с жалобами на бездействие суда в Администрацию Президента Российской Федерации и к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации. Ее жалобы были направлены в Московский городской суд. В конечном счете, 11 февраля 2002 г. судья Замоскворецкого суда г. Москвы допросил Б. и П. и направил протокол допроса в Заднепровский районный суд г. Смоленска. Он был получен 4 марта 2002 г.

20. 14 марта 2002 г. Заднепровский районный суд назначил следующее заседание на 15 мая 2002 года. 17 мая 2002 г. он отклонил иск заявительницы к больнице и врачу M. Заявительница обжаловала решение. 15 октября 2002 г. областной суд отменил решение и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

21. 26 декабря 2002 г. районный суд вынес новое решение. В этот раз суд установил, что имелись определенные противопоказания для проведения операции, и что больница не получила до операции значимые медицинские сведения. Суд заключил, что хирургическая бригада и больница, таким образом, несли ответственность за смерть сына заявительницы в результате небрежности, и частично удовлетворил иск заявительницы, присудив ей 15 000 рублей (приблизительно 457 евро) в счет компенсации морального вреда и 16 430 рублей (500 евро) в счет материального ущерба. Суд взыскал указанные суммы с больницы, освободив врача M. от любой ответственности. В остальной части (248 569 рублей в счет компенсации морального вреда) требования заявительницы были отклонены.

22. 4 января 2003 г. заявительница подала жалобу. Определением от 11 марта 2003 г. областной суд увеличил размер компенсации морального вреда до 100 000 рублей. Решение суда от 26 декабря 2002 г. в части возмещения материального ущерба было отменено, и дело было направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

23. 25 апреля 2003 г. районный суд взыскал в пользу заявительницы 6 304 рубля в счет возмещения материального ущерба. 24 июня 2003 г. это решение было отменено областным судом.

24. 22 августа 2003 г. районный суд вновь рассмотрел дело. Он удовлетворил требования заявительницы частично, присудив ей 43 984 рубля в счет возмещения материального ущерба. 21 октября 2003 г. это решение было оставлено без изменения областным судом.

 

Право

 

I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции

 

25. Заявительница жаловалась на чрезмерную длительность разбирательства гражданского дела, которое завершилось определением Смоленского областного суда от 21 октября 2003 г. Статья 6 Конвенции в соответствующей части предусматривает:

 

"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на... разбирательство дела в разумный срок... судом".

 

26. В своих замечаниях по существу жалобы власти Российской Федерации утверждали, что длительность разбирательства не была чрезмерной. Разбирательство велось без перерывов, дело рассматривалось четыре раза на трех уровнях судебной системы, и были получены четыре заключения судебно-медицинской экспертизы. Далее, определенная задержка была вызвана неявкой свидетелей Б. и П.

27. Заявительница поддержала свои требования.

28. В соответствии с решением по вопросу приемлемости от 1 июня 2006 г. Европейский Суд рассмотрит с точки зрения пункта 1 статьи 6 Конвенции лишь период с 23 февраля 1999 г., когда заместитель Председателя Верховного Суда возбудил разбирательство дела в надзорном порядке, по 21 октября 2003 г., когда Смоленский областной суд принял окончательное решение по делу. Общая продолжительность разбирательства, таким образом, составила четыре года, семь месяцев и 28 дней. Тем не менее Европейский Суд учтет, какой стадии достигло разбирательство к началу рассматриваемого периода (см. Постановление Большой Палаты по делу "Кудла против Польши" (Kudia v. Poland), жалоба N 30210/96, § 123, ECHR 2000-XI).

29. Европейский Суд также отмечает, что разумность продолжительности разбирательства обычно оценивается в свете конкретных обстоятельств дела и с учетом критериев, установленных в его прецедентной практике, в частности, сложности дела и действий заявителя и компетентных органов. Наконец, должна быть принята во внимание значимость для заявителя исхода разбирательства (см. Постановление Европейского Суда от 27 июня 1997 г. по делу "Филис против Греции" (Philis v. Greece) (N 2), Reports of Judgments and Decisions 1997-IV, p. 1083, § 35, и Постановление Европейского Суда от 23 сентября 1998 г. по делу "Портингтон против Греции" (Portington v. Greece), Reports 1998-VI, p. 2630, § 21).

30. Возвращаясь к настоящему делу, Европейский Суд признает, что спор между заявительницей и больницей затрагивал сложные медицинские вопросы. В то же время к моменту начала надзорного производства Заднепровский районный суд получил результаты расследования уголовного дела по факту смерти Сергея Марусева, проведенного прокуратурой, которые были подтверждены судами в 1997 году. Таким образом, даже если предположить, что предыдущие судебные решения были ошибочными, к 23 февраля 1999 г. (начальный момент для целей расчета продолжительности разбирательства) дело должно было содержать значительное количество необходимых сведений и доказательств. Иными словами, сложность дела не следует переоценивать.

31. Европейский Суд отмечает, что после начала надзорного производства суд первой инстанции рассматривал дело пять раз, как и суд кассационной инстанции. Что касается действий заявительницы, Европейский Суд отмечает, что только она обжаловала решения суда. Однако ей не может быть поставлено в вину использование средства правовой защиты, особенно с учетом того, что суд кассационной инстанции соглашался с ее доводами и четыре раза направлял дело на новое рассмотрение (см., с соответствующими изменениями, Постановление Европейского Суда от 8 июня 1995 г. по делу "Яджи и Саргын против Турции" (Yadci and Sargin v. Turkey), Series A, N 319-A, § 66).

32. Что касается действий властей, Европейский Суд отмечает, что в первую очередь российским судам потребовалось более года, чтобы допросить в качестве свидетелей двух экспертов, чье местонахождение, принимая во внимание их профессиональный статус, было хорошо известно. Более того, дело направлялось на новое рассмотрение в районный суд пять раз (один раз Верховным Судом и четыре раза областным судом). Европейский Суд не видит иных причин для этого, кроме неспособности районного суда рассмотреть дело надлежащим образом. Хотя продолжительность разбирательства могла объясняться тем, что оно осуществлялось судами нескольких инстанций, это не освобождает государства от обязательства организовать свою правовую систему таким образом, чтобы суды могли соблюдать требование о рассмотрении дела в разумный срок (см. Постановление Европейского Суда от 17 декабря 1996 г. по делу "Дюкло против Франции" (Duclos v. France), Reports of Judgments and Decisions 1996-VI, § 55).

33. Наконец, Европейский Суд отмечает, что дело касалось смерти сына заявительницы, крайне деликатного вопроса, который, как правило, требует особой срочности.

34. Рассмотрев представленные материалы и руководствуясь собственной прецедентной практикой, Европейский Суд полагает, что в настоящем деле продолжительность разбирательства была чрезмерной и не отвечала требованию "разумного срока". Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.

 

II. Применение статьи 41 Конвенции

 

35. Статья 41 Конвенции предусматривает:

 

"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

 

A. Ущерб

 

36. Заявительница утверждала, что чрезмерная продолжительность разбирательства причинила ей личные страдания, но не требовала определенной суммы по данному основанию. Она оставила данный вопрос на усмотрение Европейского Суда.

37. Власти Российской Федерации считали ее требование необоснованным.

38. Европейский Суд полагает, что заявительница должна была испытывать разочарование и переживания в результате чрезмерной продолжительности разбирательства дела, касающегося смерти ее сына, которые не могут быть компенсированы одним лишь установлением факта нарушения Конвенции. Оценивая указанные обстоятельства на справедливой основе в соответствии со статьей 41 Конвенции, Европейский Суд присуждает заявительнице 2 100 евро в счет компенсации морального вреда, а также любые налоги, подлежащие начислению на указанную выше сумму.

 

B. Судебные расходы и издержки

 

39. Заявительница также требовала возмещения судебных расходов и издержек, понесенных в разбирательствах в российских судах и в Европейском Суде. Так, она требовала 1 764 рубля в возмещение расходов на почтовые и копировальные услуги. Кроме того, она требовала 65 000 рублей за потерю времени в результате необходимости участвовать в разбирательствах на уровне страны. Он утверждала, что указанная сумма равнялась бы расходам на услуги адвоката, если бы она его привлекала.

40. Власти Российской Федерации полагали, что ее требования в этой связи являлись необоснованными.

41. Европейский Суд напоминает, что в соответствии со статьей 41 Конвенции расходы и издержки возмещаются только в части, в которой они были действительно понесены, являлись необходимыми и разумными по размеру (см., в частности, Постановление Большой Палаты от 25 марта 1999 г. по делу "Николова против Болгарии" (Nikolova v. Bulgaria), жалоба N 31195/96, § 79, и Постановление Европейского Суда по делу "Смит и Грэди против Соединенного Королевства" (Smith and Grady v. United Kingdom) (вопрос о справедливой компенсации), жалобы NN 33985/96 и 33986/96, § 28, ECHR 2000-IX). Они могут включать судебные расходы, действительно и по необходимости понесенные на уровне страны для предотвращения нарушения Конвенции или получения возмещения в связи с ним (см., в частности, Постановление Европейского Суда от 25 сентября 2001 г. по делу "I.J.L., G.M.R. и A.K.P. против Соединенного Королевства" (I.J.L., G.M.R. and A.K.P. v. United Kingdom) (статья 41 Конвенции), жалобы NN 29522/95, 30056/96 и 30574/96, § 18).

42. Возвращаясь к настоящему делу, Европейский Суд отмечает, что заявительница представила доказательства, подтверждающие обязательные расходы. Они представляются разумными по размеру и имеют отношение к разбирательствам на уровне страны и в Страсбурге. Что касается суммы в 65 000 рублей, которую заявительница требовала в счет "потери времени", ее метод расчета не представляется убедительным. Европейский Суд, рассмотрев имеющиеся в его распоряжении документы, присуждает заявительнице 47 евро в счет возмещения судебных расходов и издержек.

 

C. Процентная ставка при просрочке платежей

 

43. Европейский Суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

 

На основании изложенного Суд единогласно:

1) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;

2) постановил:

(a) что власти государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявительнице следующие суммы, подлежащие переводу в рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты, а также любые налоги, подлежащие начислению:

(i) 2 100 евро (две тысячи сто евро) в счет компенсации морального вреда;

(ii) 47 евро (сорок семь евро) в счет возмещения судебных расходов и издержек;

(iii) любые налоги, подлежащие начислению на указанные суммы;

(b) что с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;

3) отклонил оставшуюся часть требований заявительницы о справедливой компенсации.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 29 мая 2008 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

 

Серен Нильсен
Секретарь Секции Суда

Христос Розакис
Председатель Палаты Суда

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Постановление Европейского Суда по правам человека от 29 мая 2008 г. Дело "Марусева (Maruseva) против Российской Федерации" (жалоба N 28602/02) (Первая Секция)


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 5/2009.


Перевод редакции Бюллетеня Европейского Суда по правам человека