Постановление Европейского Суда по правам человека от 7 января 2010 г. Дело "Ранцев (Rantsev) против Республики Кипр и Российской Федерации" (жалоба N 25965/04) (Первая секция)

Европейский Суд по правам человека
(Первая секция)

 

Дело "Ранцев (Rantsev)
против Республики Кипр
и Российской Федерации"
(Жалоба N 25965/04)

 

Постановление Суда

 

Страсбург, 7 января 2010 г.

 

По делу "Ранцев против Республики Кипр и Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:

Христоса Розакиса, Председателя Палаты,

Анатолия Ковлера,

Элизабет Штейнер,

Дина Шпильманна,

Сверре-Эрика Йебенса,

Джорджио Малинверни,

Георга Николау, судей,

а также при участии Сёрена Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 10 декабря 2010 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:

 

Процедура

 

1. Дело было инициировано жалобой N 25965/04, поданной против Республики Кипр и Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Российской Федерации Николаем Михайловичем Ранцевым (далее - заявитель) 26 мая 2004 г.

2. Интересы заявителя, которому была предоставлена юридическая помощь, представляла Л. Чуркина, адвокат, практикующий в г. Екатеринбурге. Власти Кипра были представлены Уполномоченным П. Клеридесом, генеральным атторнеем* (* Генеральный атторней Республики Кипр выступает в качестве главного юридического советника президента Республики и Совета министров и одновременно является директором департамента публичных преследований (прим. переводчика).) Республики Кипр. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека Г.О. Матюшкиным.

3. Заявитель жаловался со ссылкой на статьи 2 Конвенции, 3, 4, 5 и 8 Конвенции на отсутствие удовлетворительного расследования обстоятельств гибели его дочери, отсутствие адекватной защиты его дочери при ее жизни со стороны полиции Кипра и уклонение властей Кипра от принятия мер для наказания лиц, несущих ответственность за гибель его дочери и жестокое обращение с ней. Он также жаловался со ссылкой на статьи 2 и 4 Конвенции на уклонение российских властей от расследования предполагаемой торговли его дочерью и последующей гибели и от принятия мер по ее защите от угрозы торговли людьми. Наконец, он жаловался со ссылкой на статью 6 Конвенции на процедуру дознания и предполагаемое отсутствие доступа к суду на Кипре.

4. 19 октября 2007 г. Кипрскому и российскому государствам-ответчикам было предложено представить полное следственное дело, а также переписку между двумя государствами-ответчиками по данному вопросу. 17 декабря 2007 г. и 17 марта 2008 г. Кипрское и российское государства-ответчики соответственно представили ряд документов.

5. 20 мая 2008 г. председатель Первой Секции решил применить правило 41 Регламента Суда и рассмотреть жалобу в приоритетном порядке.

6. 27 июня 2008 г. председатель Первой Секции коммуницировал жалобу каждому государству-ответчику. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский Суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.

7. 27 и 28 октября 2008 г. соответственно Кипрское и российское государства-ответчики представили свои письменные объяснения по вопросу о приемлемости и по существу жалобы. Кроме того, были получены замечания третьих сторон от двух неправительственных организаций, расположенных в г. Лондоне, "Интерайтс" и Центра "Эй-Ай-Ар-И"* (* На сайте указанной организации данная аббревиатура раскрывается как "рекомендации о правах личности в Европе" (прим. переводчика).), которым председатель разрешил принять участие в письменной процедуре (пункт 2 статьи 36 Конвенции и пункт 2 правила 44 Регламента Суда).

8. 12 декабря 2008 г. председатель Первой Секции принял решение об освобождении от оплаты юридической помощи заявителем в связи с представительством его интересов в Европейском Суде.

9. 16 декабря 2008 г. заявитель представил в ответ письменные объяснения, а также требования о справедливой компенсации.

10. Кипрское и российское государства-ответчики представили объяснения относительно требований заявителя о справедливой компенсации.

11. Письмом от 10 апреля 2009 г. кипрское государство-ответчик просило Европейский Суд об исключении жалобы из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом, и приложило текст одностороннего заявления с целью разрешения вопросов, затронутых заявителем. Заявитель представил письменные объяснения в связи с заявлением Кипрского государства-ответчика 21 мая 2009 г.

12. Заявитель просил провести устное слушание, однако до принятия настоящего Постановления Европейский Суд решил, что его проведение необязательно.

Факты

 

I. Обстоятельства дела

 

13. Заявитель, Николай Михайлович Ранцев, является российским гражданином, который родился в 1938 году и проживает в г. Светлогорске (Россия). Он является отцом Оксаны Ранцевой, также российской гражданки, родившейся в 1980 году.

14. Факты настоящего дела, установленные по объяснениям сторон и материалам, представленным ими, в частности по свидетельским показаниям, полученным полицией Кипра, могут быть кратко изложены следующим образом.

A. Предшествовавшие события

 

15. Оксана Ранцева прибыла на Кипр 5 марта 2001 г. 13 февраля 2001 г., Кс.А., владелец кабаре в г. Лимасол, обратился за выдачей "артистической визы" и разрешения на работу для Ранцевой, которые позволили бы ей работать в его кабаре (см. также § 115 настоящего Постановления). К обращению были приложены копия паспорта Ранцевой, медицинская справка, копия трудового договора (по-видимому, еще не подписанного Ранцевой) и обязательство, подписанное агентствами [Кс.А.], содержащее следующий текст (оригинал изложен на английском языке):

"НАСТОЯЩИМ ОБЪЯВЛЯЕТСЯ, что я [Кс.А.], L/SSOL Am, принимаю на себя обязательство перед министром внутренних дел Республики Кипр в размере 150 фунтов, которые подлежат выплате указанному министру внутренних дел или иному [sic] министру внутренних дел в соответствующий период или его представителю или представителям.

Скреплено моей печатью.

В 13-й день февраля 2001 г.

ПОСКОЛЬКУ Оксана Ранцева из РОССИИ

Далее именуемая иммигрант (каковое выражение в зависимости от контекста может включать его наследников, душеприказчиков, администраторов* (* В странах английской системы права администратор может означать управляющего имуществом умершего и должностное лицо в процедуре банкротства, который назначается судом в отсутствие завещания (прим. переводчика).) и цессионариев), прибывает на Кипр, и я гарантирую, что иммигрант не будет нуждаться в помощи на Кипре в течение пяти лет начиная с указанной даты, и я обязуюсь возместить* (* В оригинале слова "возместить" и "расходы", по-видимому, содержат опечатки, на которые Секретариат реагирует вставкой латинского слова sic (обрати внимание) в квадратных скобках (прим. переводчика).) [sic] Республике Кипр любую сумму, которую Республика Кипр может выплатить в качестве пособия или поддержки иммигранта (необходимость такого пособия и поддержки относится на единоличное усмотрение министра) или в качестве расходов [sic] по репатриации иммигранта с Кипра в течение пятилетнего периода с вышеуказанной даты.

НАСТОЯЩЕЕ УСЛОВИЕ ВЫШЕУКАЗАННОГО ПИСЬМЕННОГО ОБЯЗАТЕЛЬСТВА предусматривает, что если иммигрант или я, мои наследники, душеприказчики, администраторы и цессионарии возместят Республике Кипр по требованию любую сумму, которую Республика Кипр может выплатить, как указано выше, в виде пособия или поддержки иммигранта или в качестве расходов по репатриации иммигранта с Кипра, тогда вышеизложенное письменное обязательство станет недействительным, а в противном случае сохранит полную силу".

16. Ранцевой был предоставлен временный вид на жительство в качестве гостя до 9 марта 2001 г. Она поселилась в квартире с другими молодыми женщинами, работавшими в кабаре Кс.А. 12 марта 2001 г. ей было выдано разрешение на работу до 8 июня 2001 г. в качестве артистки кабаре, принадлежавшего Кс.А. и управлявшегося его братом M.A. Она начала работу 16 марта 2001 г.

17. 19 марта 2001 г., примерно в 11.00, M.A. был уведомлен другими женщинами, проживавшими совместно с Ранцевой, что она выехала из квартиры и взяла с собой все свои вещи. Женщины сообщили ему, что она оставила записку на русском языке, в которой указывалось, что она устала и хочет вернуться в Россию. В ту же дату M.A. уведомил Иммиграционное управление г. Лимасол о том, что Ранцева покинула место работы и жительства. Согласно более поздним свидетельским показаниям M.A., он желал, чтобы Ранцеву задержали и выслали с Кипра, что дало бы ему возможность нанять другую девушку для работы в кабаре. Однако имя Ранцевой не было внесено в список лиц, разыскиваемых полицией.

B. События 28 марта 2001 г.

 

18. 28 марта 2001 г., примерно в 4.00, другая артистка кабаре заметила Ранцеву на дискотеке в г. Лимасол. После того как артистка кабаре сообщила, что Ранцева находится на дискотеке, M.A. вызвал полицию и просил задержать ее. Он отправился на дискотеку совместно с охранником своего кабаре. Сотрудник дискотеки привел к нему Ранцеву. В своих позднейших свидетельских показаниях M.A. утверждал (перевод):

 

"Когда [Ранцева] села в мою машину, она ни на что не жаловалась и ничего не делала. Она выглядела пьяной, и я предложил ей поехать со мной. Поскольку она выглядела пьяной, мы не разговаривали, и она ко мне не обращалась".

19. M.A. отвез Ранцеву в Центральное управление полиции г. Лимасол, где находились двое дежурных полицейских. Он сделал краткое заявление, в котором изложил обстоятельства прибытия Ранцевой на Кипр, ее трудоустройства и ее последующего исчезновения из квартиры 19 марта 2001 г. Полицейский, являвшийся старшим в момент их прибытия, дал следующие показания (перевод):

 

"28 марта 2001 г., незадолго до 4.00, [M.A.] нашел [Ранцеву] в ночном клубе "Титаник"... он забрал ее и доставил в управление полиции, указав, что Ранцева является нелегалом и мы должны поместить ее в камеру. Затем он ([M.A.]) уехал (из управления полиции)".

20. Полицейские связались с дежурным сотрудником паспортной службы, находившимся дома, и просили проверить, является ли Ранцева нелегалом. После проверки он сообщил, что ее имя не значится в базе данных разыскиваемых лиц. Он также разъяснил, что жалоба M.A. от 19 марта 2001 г. не зарегистрирована, и что в любом случае лицо становится нелегалом только через 15 дней после подачи жалобы. Сотрудник паспортной службы связался со старшим сотрудником AIS (Полицейской службы по делам иностранцев и иммиграции), который дал указание о том, что Ранцева не может быть заключена под стражу, и что ее работодатель, который несет за нее ответственность, должен забрать ее и доставить в их Лимасолское управление для дальнейшего расследования в 7.00 того же дня. Полицейские связались с M.A., чтобы предложить ему забрать Ранцеву. M.A. был недоволен тем, что полиция не намерена заключить ее под стражу, и отказался забирать ее. Полицейские разъяснили ему, что получили указание о том, что в случае его отказа забрать ее они ее отпустят. M.A. рассердился и просил соединить его с их начальником. Полицейские назвали M.A. соответствующий номер телефона. Впоследствии начальник сообщил полицейским, что M.A. приедет и заберет Ранцеву. Оба полицейских, согласно их свидетельским показаниям, заявили, что Ранцева не выглядела пьяной. Старший полицейский заявил (перевод):

 

"Ранцева оставалась с нами... Она пользовалась косметикой и не выглядела пьяной... Около 5.20... мне сказали, что [M.A.] прибыл и забрал ее..."

21. Согласно свидетельским показаниям M.A., когда он забирал Ранцеву из управления полиции, он также забрал ее паспорт и другие документы, которые передал полиции по прибытии. Затем он доставил Ранцеву на квартиру M.П., сотрудника своего кабаре. Квартира, в которой M.П. проживал со своей женой Д.П., являлась разноуровневой, вход в нее находился на пятом этаже многоквартирного дома. Как утверждает M.A., они поместили Ранцеву в комнату на втором этаже квартиры. Согласно показаниям, которые он дал в полиции, он заявил:

 

"Она выглядела просто пьяной и не склонной к каким-либо действиям. Я не предпринимал никаких действий, чтобы помешать ей выйти из комнаты в квартире, куда я ее доставил".

22. M.A. утверждал, что M.П. и его жена отправились спать в спальню на втором этаже, а сам он остался в гостиной квартиры, где лег спать. Квартира была устроена таким образом, что для того, чтобы покинуть ее через входную дверь, пришлось бы пройти через гостиную.

23. M.П. показал, что ушел с работы в кабаре "Зигос" в г. Лимасол около 3.30 и отправился на дискотеку "Титаник", чтобы выпить. По прибытии туда он узнал, что разыскиваемая ими девушка российского происхождения находится на дискотеке. Затем прибыл M.A. в сопровождении охранника кабаре и просил сотрудников "Титаника" привести девушку к выходу. M.A., Ранцева и охранник сели в автомобиль M.A. и уехали. Около 4.30 M.П. вернулся домой и лег спать. Около 6.00 жена разбудила его и сообщила, что приехал M.A. с Ранцевой, и они останутся до открытия Иммиграционного управления. Затем он лег спать.

24. Д.П. утверждала, что M.A. доставил Ранцеву в квартиру около 5.45. Она приготовила кофе, M.A. разговаривал с ее мужем в гостиной. Затем M.A. попросил Д.П. отвести Ранцевой спальню, чтобы она могла немного отдохнуть. Д.П. утверждала, что Ранцева выглядела пьяной и не хотела пить или есть. Как указала Д.П., она с мужем отправилась спать около 6.00, а M.A. остался в гостиной. Дав показания, Д.П. изменила первоначальное описание событий и стала утверждать, что ее муж спал, когда M.A. прибыл в их квартиру с Ранцевой. Она утверждала, что боялась признать, что сама открыла дверь квартиры и пила кофе с M.A.

25. Около 6.30 28 марта 2001 г. Ранцева была найдена мертвой на улице под окнами квартиры. Ее сумка находилась на плече. Полиция обнаружила постельное покрывало, завязанное на перилах небольшого балкона, примыкавшего к комнате, в которой находилась Ранцева на верхнем этаже квартиры, ниже находился балкон большего размера на пятом этаже дома.

26. M.A. утверждал, что он проснулся в 7.00, чтобы отвезти Ранцеву в Иммиграционное управление. Он позвал Д.П. и M.П. и услышал, что Д.П. говорит, что на улице напротив дома находится полиция. Они заглянули в спальню, но Ранцевой там не было. Они выглянули с балкона и увидели на улице тело. Позднее он узнал, что это была Ранцева.

27. Д.П. утверждала, что ее разбудил M.A., который стучал в дверь, чтобы сообщить, что Ранцевой в комнате нет, и надо ее искать. В поисках ее она осмотрела всю квартиру и тогда заметила, что дверь на балкон в спальне открыта. Она вышла на балкон, заметила постельное покрывало и поняла, что сделала Ранцева. Она перешла на другой балкон и увидела тело, лежащее на улице под белой простыней, которое окружили полицейские.

28. M.П. утверждал, что около 7.00 его разбудил шум, и он увидел жену в состоянии шока; она сообщила ему, что Ранцева упала с балкона. Он пошел в гостиную, где увидел M.A. и нескольких полицейских.

29. В своих показаниях от 28 марта 2001 г. Г.А. утверждал, что 28 марта 2001 г. около 6.30 он курил на своем балконе, расположенном на первом этаже здания M.П. и Д.П. Он показал:

 

"Я увидел, как что-то, напоминающее тень, пролетело сверху прямо передо мной. Сразу после этого я услышал шум, как будто что-то сломалось... Я предложил жене вызвать полицию... Я не слышал ничего до падения и сразу после него не слышал никаких голосов. Она не кричала во время падения. Она просто падала, как будто была без сознания... Даже если была драка (в квартире на пятом этаже), я не мог бы ее слышать".

C. Расследование и дознание на Кипре

 

30. Кипрское государство-ответчик уведомило Европейский Суд, что подлинник следственного дела был уничтожен в соответствии с внутренней практикой уничтожения дел по истечении пятилетнего периода в случаях, если сделан вывод о том, что смерть причинена не в результате преступных действий. Копия дела, содержащая все значимые документы, за исключением служебных заметок, была представлена властями Европейскому Суду.

31. Дело содержит доклад должностного лица, ответственного за расследование. В докладе излагается последовательность событий, подтвержденная данными экспертизы и осмотра места происшествия, и указаны 17 свидетелей: M.A., M.П., Д.П., Г.А., два полицейских, дежуривших в Лимасолском полицейском управлении, дежурный сотрудник паспортной службы, восемь полицейских, прибывших на место происшествия после падения Ранцевой, судебно-медицинский эксперт и лаборант, исследовавший образцы крови и мочи.

32. В докладе указано, что через несколько минут после телефонного сообщения от жены Г.А., вскоре после 6.30, полиция прибыла к многоквартирному дому. Они оцепили место происшествия в 6.40 и стали выяснять причину падения Ранцевой. Они сфотографировали место происшествия, а также комнату в квартире, где находилась Ранцева, и балконы. Судебно-медицинский эксперт прибыл в 9.30 и засвидетельствовал смерть. Первичный судебно-медицинский осмотр состоялся на месте происшествия.

33. В тот же день, полиция допросила M.A., M.П. и Д.П., а также Г.А. Она также допросила двоих полицейских, которые видели M.A. и Ранцеву в Лимасолском полицейском управлении незадолго до гибели Ранцевой, и дежурного сотрудника паспортной службы (соответствующие извлечения и краткое изложение показаний приведены выше в §§ 17-29). Cледственное дело содержит показания шести полицейских из числа восьми, прибывших на место происшествия, включая сотрудника, отвечавшего за расследование. Отсутствуют данные о показаниях других сотрудников кабаре, в котором работала Ранцева, или женщин, совместно с которыми она временно проживала в квартире.

34. При даче свидетельских показаний 28 марта 2001 г. M.A. передал полиции паспорт Ранцевой и другие документы. Закончив и подписав свои показания, он добавил разъяснение относительно паспорта, указав, что Ранцева забрала свой паспорт и документы, когда покинула квартиру 19 марта 2001 г.

35. 29 марта 2001 г. кипрские власти произвели вскрытие тела. Вскрытие выявило множество травм на теле Ранцевой и ее внутренних органах. Было установлено, что эти травмы были вызваны ее падением и что падение было причиной ее смерти. Неясно, когда заявитель был уведомлен о результатах вскрытия. Как утверждает заявитель, ему не была предоставлена копия протокола вскрытия, и неясно, был ли он уведомлен о подробностях заключения протокола, которые кратко изложены в выводах последующего дознания.

36. 5 августа 2001 г. заявитель посетил Лимасолское полицейское управление в сопровождении адвоката и беседовал с полицейским, который встретил Ранцеву и M.A. 28 марта 2001 г. Заявитель выразил желание участвовать в дознании. Как следует из позднейших показаний полицейского, датированных 8 июля 2002 г., полиция разъяснила заявителю во время его пребывания там, что его адвокат будет уведомлен о дате дознания в окружном суде г. Лимасол.

37. 10 октября 2001 г. заявитель направил обращение в окружной суд г. Лимасол с копией в управление генерального атторнея Республики Кипр и российское консульство в Республике Кипр. Он сослался на запрос о правовой помощи от 8 октября 2001 г. Прокуратуры Челябинской области (см. § 48 настоящего Постановления) и выражал желание ознакомиться с материалами дела до слушания по дознанию, присутствовать на слушании и просил заблаговременно уведомить его о дате слушания. Он также указал, что желает представить дополнительные документы суду.

38. Процедура дознания была назначена на 30 октября 2001 г. и, как следует из показаний полицейского от 8 июля 2002 г. (см. § 36 настоящего Постановления), адвокат заявителя была безотлагательно уведомлена об этом. Однако ни она, ни заявитель не явились в окружной суд. Дело было отложено до 11 декабря 2001 г., и было дано указание об уведомлении российского посольства о новой дате с целью информирования заявителя.

39. В факсимильном письме, датированном 20 октября 2001 г. и отправленном 31 октября 2001 г. в окружной суд г. Лимасол с копией в управление генерального атторнея Республики Кипр и российское консульство в Республике Кипр, заявитель просил направить информацию относительно даты дознания на его новое место жительства.

40. 11 декабря 2001 г. заявитель не явился в окружной суд, и дознание было отложено до 27 декабря 2001 г.

41. 27 декабря 2001 г. в Лимасолском окружном суде состоялось дознание в отсутствие заявителя. В принятом в ту же дату решении, в частности, указывалось (перевод):

 

"Около 6.30 [28 марта 2001 г.] покойная, пытаясь бежать из вышеупомянутой квартиры и при странных обстоятельствах, прыгнула в пустоту, вследствие чего получила смертельные травмы...

Мое решение заключается в том, что ОКСАНА РАНЦЕВА скончалась 28 марта 2001 г. при обстоятельствах, напоминающих несчастный случай, при попытке бежать из квартиры, в которой она находилась в качестве гостя ().

Мне не представлены доказательства, позволяющие предположить, что за ее смерть несет уголовную ответственность третье лицо".

D. Последующее разбирательство на Кипре и в России

 

42. Тело Ранцевой было перевезено в Россию 8 апреля 2001 г.

43. 9 апреля 2001 г. заявитель просил Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы (далее - Челябинское бюро) произвести вскрытие тела. Он также просил Федеральную службу безопасности Российской Федерации и Генеральную прокуратуру расследовать гибель Ранцевой на Кипре. 10 мая 2001 г. Челябинское бюро подготовило протокол вскрытия.

44. В частности, было получено следующее заключение судебно-медицинской экспертизы (в переводе оно изложено следующим образом):

 

"Травма вызвана падением с большой высоты, падением на многоуровневую плоскость, политравма тела, открытая черепно-мозговая травма: многочисленные фрагментарные оскольчатые переломы лицевого и мозгового черепа, многочисленные разрывы мембраны мозга со стороны свода мозга и переломы основания черепа в передней мозговой ямке, кровотечения под мягкими мозговыми мембранами, кровотечения в мягкие ткани, многочисленные гематомы, большие гематомы и раны на коже, выраженная деформация головы в передне-заднем направлении, закрытая тупая травма грудной клетки с травмами органов грудной клетки... ушиб легких вдоль задней поверхности, перелом позвоночника в грудном отделе с полным нарушением спинного мозга и его смещением в продольном и поперечном направлениях...

Алкогольная интоксикация средней степени: содержание этилового спирта в крови 1,8%, в моче -2,5%".

45. Вывод экспертизы заключался в следующем:

 

"Цвет и внешний вид гематом, повреждения и раны, а также кровотечения с морфологическими изменениями того же типа в поврежденных тканях, несомненно, указывают, что травмы имеют прижизненный характер, а также что они имели место незадолго до смерти, в течение весьма непродолжительного периода по отношению к ней.

Во время судебно-медицинской экспертизы трупа Ранцевой О.Н. не выявлены травмы, причиненные внешним воздействием, связанные с использованием огнестрельного оружия, различных острых предметов и оружия, влиянием физических и химических реагентов или природных факторов... При судебной химической экспертизе крови и мочи внутренние органы трупа не обнаружили следов наркотических сильнодействующих или ядовитых веществ. Указанные обстоятельства исключают возможность смерти Ранцевой О.Н. от огнестрельного оружия, холодного оружия, физических, химических и природных факторов, а также от отравления и болезней различных органов и систем...

С учетом расположения травм, их морфологических особенностей, а также определенных различий, выявленных при морфологическом и гистологическом анализе, и реакции поврежденных тканей мы полагаем, что в данном конкретном деле имела место травма, вызванная падением с большой высоты, которая являлась следствием так называемого ступенчатого/двухмоментного падения на разноуровневую поверхность, во время которого первичный контакт тела с препятствием в финальной фазе падения с большой высоты пришелся на тыльную поверхность тела с возможным скольжением, и имел место вторичный контакт с передней поверхностью тела, прежде всего лицом, сопровождавшийся выраженной деформацией головы в передне-заднем направлении, вызванной ударно-компрессивным воздействием...

Во время судебной химической экспертизы трупа Ранцевой О.Н. в ее крови и моче были выявлены показатели этилового спирта 1,8 и 2,5 соответственно, которые при жизни могли соответствовать средней степени алкогольной интоксикации, клинически характеризующейся значительной эмоциональной нестабильностью, нарушениями психики и ориентации в пространстве и времени".

46. 9 августа 2001 г. российское посольство на Кипре запросило у начальника Лимасолского полицейского управления копии следственных дел относительно гибели Ранцевой.

47. 13 сентября 2001 г. заявитель обратился к прокурору Челябинской области с просьбой об обращении от его имени к прокурору Кипра о бесплатной правовой помощи, а также об освобождении от судебных издержек в связи с дополнительным расследованием гибели его дочери на территории Кипра.

48. Письмом, датированным 11 декабря 2001 г., заместитель Генерального прокурора Российской Федерации уведомил министра юстиции Республики Кипр, что прокуратура Челябинской области осуществляет расследование гибели Ранцевой, включающее судебно-медицинскую экспертизу. Он направил поручение, датированное 8 октября 2001 г., в соответствии с Европейской конвенцией о взаимной правовой помощи по уголовным делам (далее - Конвенция о взаимной правовой помощи - см. §§ 175-178 настоящего Постановления) и Договором между Союзом Советских Социалистических Республик и Республикой Кипр о правовой помощи по гражданским и уголовным делам 1984 года (далее - Договор о правовой помощи - см. §§ 179-185 настоящего Постановления) о правовой помощи для целей установления всех обстоятельств гибели Ранцевой и привлечения к ответственности виновных в соответствии с законодательством Кипра. В поручении излагались выводы российских властей относительно обстоятельств, предшествовавших событию; не вполне ясно, как были достигнуты эти выводы и какое расследование, при его наличии, было проведено российскими властями независимо.

49. В выводах, в частности, указывалось следующее (в переводе они изложены следующим образом):

 

"Полицейские отказались задержать Ранцеву О.Н. в связи с наличием у нее права пребывания на территории Кипра без разрешения на работу в течение 14 дней, т.е. до 2 апреля 2001 г. После этого [M.A.] предложил задержать Ранцеву О.Н. до утра как лицо, находящееся в состоянии опьянения. Ему было отказано, поскольку в соответствии с объяснениями, данными полицейскими, Ранцева О.Н. выглядела трезвой, вела себя прилично, была спокойна, использовала косметику. M.A. совместно с неустановленным лицом, в 5.30 28 марта 2001 г. забрал Ранцеву О.Н. из окружного отделения полиции и доставил ее на квартиру [Д.П.]..., где [они] перекусили, а затем, в 6.30 заперли Ранцеву О.Н. в мансардном помещении 7-го этажа указанного дома".

50. В поручении излагались выводы экспертов Челябинского бюро судебно-медицинской экспертизы о том, что имели место две фазы падения Ранцевой, вначале на спину, а затем на грудь. В поручении отмечалось, что эти выводы противоречат заключению кипрской судебно-медицинской экспертизы в части того, что гибель Ранцевой была вызвана падением лицом вниз. В нем также отмечалось:

 

"Возможно предположить, что в момент падения потерпевшая кричала от страха. Однако это противоречит материалам расследования, содержащим показания жильца 2-го этажа того же ряда лоджий, который утверждал, что тело беззвучно упало на асфальт..."

51. Поручение завершалось словами:

 

"Исходя из сообщения следователя, направленного Ранцеву Н.М., расследование завершилось выводом о том, что гибель Ранцевой О.Н. имела место при странных и неустановленных обстоятельствах, которые требуют дополнительного расследования".

52. Прокурор Челябинской области, соответственно, просил на основании Договора о правовой помощи провести дополнительное расследование обстоятельств гибели Ранцевой с целью установления причины гибели и устранения противоречий в имеющихся доказательствах; установления лиц, имеющих сведения относительно обстоятельств гибели, и их допроса; оценки поведения различных лиц с точки зрения перспективы предъявления обвинений в причинении смерти и/или похищении и незаконном лишении свободы, в частности M.A.; а также уведомить заявителя о материалах расследования; предоставить российским властям копию окончательных решений судебных органов относительно гибели Ранцевой; предоставить заявителю юридическую помощь бесплатно и освободить его от уплаты судебных издержек.

53. 27 декабря 2001 г. Российская Федерация обратилась с письмом в Министерство юстиции Кипра в интересах заявителя с просьбой о возбуждении уголовного дела в связи с гибелью Ранцевой, допуске заявителя к участию в деле в качестве потерпевшего и обеспечении ему бесплатной юридической помощи.

54. 16 апреля 2002 г. российское посольство на Кипре передало в Министерство юстиции и общественного порядка* (* Судя по соглашению c Министерством юстиции Российской Федерации от 16 ноября 1999 г., кипрский орган до 2002 года и в 2009 году (см. § 187 настоящего Постановления) именовался Министерством юстиции и общественного порядка. В некоторых местах Европейский Суд именует его Министерством юстиции, возможно, в целях экономии (прим. переводчика).) Кипра датированные 11 декабря и 27 декабря 2001 г. поручения Генеральной прокуратуры Российской Федерации на основании Договора о правовой помощи о содействии в связи с гибелью Ранцевой.

55. 25 апреля 2002 г. Генеральная прокуратура Российской Федерации повторила требования о возбуждении уголовного дела по факту гибели Ранцевой и просьбу заявителя о признании потерпевшим по этому делу с целью представления дополнительных доказательств, а также его ходатайство о юридической помощи. Она просила кипрские власти сообщить о принятых решениях.

56. 25 ноября 2002 г. заявитель обратился к российским властям о признании его потерпевшим в разбирательстве по поводу гибели его дочери и повторно просил об оказании юридической помощи. Генеральная прокуратура Российской Федерации направила его обращение в Министерство юстиции Кипра.

57. Письмом от 27 декабря 2002 г. помощник генерального прокурора Российской Федерации обратился в Министерство юстиции Кипра, сославшись на подробное обращение заявителя о возбуждении уголовного дела по факту гибели его дочери и об оказании юридической помощи на Кипре, ранее направленное кипрским властям с соответствии с Конвенцией о взаимной правовой помощи и Договором о правовой помощи. В письме указывалось, что информация отсутствует, и он просил дать ответ.

58. 13 января 2003 г. российское посольство обратилось в кипрское Министерство иностранных дел с просьбой ускорить ответ на поручение о правовой помощи в отношении гибели Ранцевой.

59. Письмами от 17 и 31 января 2003 г. Генеральная прокуратура Российской Федерации отметила, что не поступил ответ кипрских властей на запросы о правовой помощи, и повторно изложила их содержание.

60. 4 марта 2003 г. Министерство юстиции Кипра уведомило генерального прокурора Российской Федерации о том, что запрос надлежащим образом исполнен полицией Кипра. К ответу прилагались письмо начальника полиции и полицейский доклад от 8 июля 2002 г. относительно посещения заявителем Лимасолского полицейского управления в августе 2001 г.

61. 19 мая 2003 г. российское посольство направило письмо в кипрское Министерство иностранных дел с просьбой ускорить ответ на запрос о правовой помощи в отношении гибели Ранцевой.

62. 5 июня 2003 г. Генеральная прокуратура Российской Федерации представила дополнительное поручение в соответствии с Договором о правовой помощи. Она также просила о проведении дополнительного расследования обстоятельств гибели Ранцевой, поскольку решение от 27 декабря 2001 г. являлось неудовлетворительным. В частности, она отмечала, что, несмотря на странные обстоятельства происшествия и признание того, что Ранцева пыталась бежать из квартиры, в которой она удерживалась, в решении оставлены без внимания противоречивые показания допрошенных свидетелей и отсутствовало подробное описание выводов вскрытия, проведенного кипрскими властями.

63. 8 июля 2003 г. российское посольство направило письмо в Министерство иностранных дел Кипра с просьбой о срочном ответе на предыдущие запросы.

64. 4 декабря 2003 г. уполномоченный по правам человека Российской Федерации направил жалобу заявителя на неадекватный ответ кипрских властей кипрскому омбудсману.

65. 17 декабря 2003 г., в ответ на запрос российских властей (см. § 52 настоящего Постановления), Министерство юстиции Кипра направило Генеральному прокурору Российской Федерации дополнительный доклад полиции Кипра, датированный 17 ноября 2003 г. Доклад был подготовлен одним из полицейских, выезжавших на место происшествия 28 марта 2001 г., и содержал краткие ответы на вопросы, поставленные российскими властями. В докладе вновь указывалось, что свидетели допрошены и показания получены. В нем подчеркивалось, что все доказательства были учтены при дознании. В докладе утверждалось следующее (перевод):

 

"Около 6.30 28 марта 2001 г. погибшая вышла на балкон ее комнаты через балконную дверь, перелезла на балкон первого этажа квартиры с помощью постельного покрывала, которое она привязала к ограждающим перилам балкона. На ее плече находилась сумка. После этого она схватилась за алюминиевые ограждающие перила балкона, чтобы перелезть на балкон квартиры, расположенной ниже этажом, с целью бегства. При неизвестных обстоятельствах она упала на улицу, вследствие чего претерпела смертельные травмы".

66. В докладе отмечалось, что неизвестно, почему Ранцева покинула квартиру 19 марта 2001 г., но по результатам расследования (перевод):

 

"...установлено, что погибшая не желала быть высланной с Кипра, и поскольку ее работодатель находился у выхода из квартиры, в которой она гостила, она решила выбраться через балкон, вследствие чего упала на землю и мгновенно скончалась".

67. Что касается критики вскрытия, проведенного на Кипре, и предполагаемых противоречий данных судебно-медицинской экспертизы между кипрскими и российскими властями, в докладе отмечалось, что эти замечания были направлены кипрскому судебно-медицинскому эксперту, который производил вскрытие. Его ответ сводился к тому, что его заключения являются достаточными, и дополнительная информация не требуется. Наконец, в докладе повторно указывалось, что не имеется данных, свидетельствующих о криминальном характере гибели Ранцевой.

68. Письмом от 17 августа 2005 г. российский посол на Кипре запросил дополнительные сведения о слушании по делу, по-видимому, назначенном на 14 октября 2005 г., и повторно передал ходатайство заявителя об оказании бесплатной юридической помощи. Министерство юстиции Кипра отвечало факсимильным письмом от 21 сентября 2005 г., указав, что в Лимасолском окружном суде отсутствуют сведения о слушании по делу, назначенном на 14 октября 2005 г., и просило разъяснений у российских властей.

69. 28 октября 2005 г. заявитель просил российские власти получить показания двух молодых российских женщин, ныне проживающих в России, которые работали с Ранцевой в кабаре г. Лимасол и могут дать пояснения относительно имевшей там место сексуальной эксплуатации. Он повторил свой запрос от 11 ноября 2005 г. российские власти отвечали, что могут получить такие показания только по поручению кипрских властей.

70. Письмом от 22 декабря 2005 г. Генеральная прокуратура Российской Федерации обратилась в Министерство юстиции Кипра с просьбой о сообщении сведений о новом дознании в связи с гибелью Ранцевой и запросом сведений о порядке обжалования решений кипрских судов. В письме указывалось, что согласно имеющейся информации слушание, назначенное на 14 октября 2005 г., было приостановлено в связи с отсутствием показаний российских граждан, работавших в кабаре с Ранцевой. Письмо завершалось обязательством о выполнении любого поручения со стороны Кипра о правовой помощи, направленного на получение дополнительных доказательств.

71. Как указывает заявитель, в январе 2006 г. генеральный атторней Кипра подтвердил адвокату заявителя, что намерен дать указание о возобновлении расследования после получения дополнительных доказательств о наличии каких-либо преступных действий.

72. 26 января 2006 г. российское посольство обратилось в Министерство юстиции Кипра с письмом, в котором содержался запрос о наличии новых сведений о приостановленном слушании от 14 октября 2005 г. Министерство юстиции ответило факсимильным письмом от 30 января 2006 г., в котором подтверждалось, что ни окружной суд г. Лимасол, ни Верховный суд Кипра не имеют сведений о таком слушании, и содержалась просьба о дополнительном разъяснении подробностей предполагаемого слушания.

73. 11 апреля 2006 г. Генеральная прокуратура Российской Федерации обратилась в Министерство юстиции Кипра с письмом, в котором содержался запрос о наличии новых сведений о приостановленном слушании и повторный запрос о существующей на Кипре процедуре обжалования.

74. 14 апреля 2006 г. в письме, направленном российским властям, генеральный атторней Кипра разъяснял, что не видит оснований для поручения российским властям о получении показаний двух российских граждан, указанных заявителем. Если данные лица находятся в Республике Кипр, их показания могут быть получены полицией Кипра, а если они находятся в России, российские власти не нуждаются в согласии властей Кипра на получение их показаний.

75. 26 апреля 2006 г. Министерство юстиции Кипра ответило Генеральной прокуратуре Российской Федерации, повторив свой запрос о дополнительной информации относительно предполагаемого приостановленного слушания.

76. 17 июня 2006 г. Генеральная прокуратура Российской Федерации обратилась с письмом к генеральному атторнею Кипра, в котором напомнила о направленных ранее запросах о возобновлении расследования гибели Ранцевой и о сведениях о состоянии судебного разбирательства.

77. 22 июня и 15 августа 2006 г. заявитель повторил свою просьбу российским властям о получении показаний от двух российских женщин.

78. 17 октября 2006 г. Министерство юстиции Кипра подтвердило Генеральной прокуратуре Российской Федерации, что дознание по поводу гибели Ранцевой было окончено 27 декабря 2001 г. и им установлено, что ее гибель являлась следствием несчастного случая. В письме указывалось:

 

"Это решение не было обжаловано ввиду отсутствия дополнительных доказательств".

79. 25 октября 2006 г., 27 октября 2006 г., 3 октября 2007 г. и 6 ноября 2007 г. заявитель дополнительно направлял российским властям просьбы о получении показаний двух российских женщин.

II. Доклады о ситуации с "артистами", сложившейся на Кипре

 

A. Официальный доклад кипрского омбудсмана о режиме въезда и трудоустройства иностранок в качестве артисток в увеселительных заведениях на Кипре от 24 ноября 2003 г.

 

80. В ноябре 2003 г. кипрский омбудсман опубликовала доклад об "артистках" на Кипре. Во вводной части она разъяснила причины, обусловившие доклад, следующим образом (все цитаты приводятся из перевода доклада, предоставленного кипрским государством-ответчиком):

 

"С учетом обстоятельств, при которых погибла [Оксана] Ранцева, и аналогичных дел, которые были преданы гласности, о насилии в отношении иностранок, прибывших на Кипр для работы в качестве "артисток", или их гибели, мною принято решение о проведении официального расследования..."

81. В отношении конкретных фактов дела Ранцевой она отметила следующее:

 

"После формальных иммиграционных процедур она приступила к работе 16 марта 2001 г. Через три дня она покинула кабаре и место проживания по причинам, которые так и не были установлены. Работодатель сообщил об этом факте в управление по делам иностранцев и иммиграции г. Лимасол. Однако по неизвестным причинам имя [Оксаны] Ранцевой не было внесено в список лиц, разыскиваемых полицией".

82. Она также отметила, что:

 

"Причины, по которым [Оксана] Ранцева была вместо освобождения выдана полицией ее работодателю, несмотря на отсутствие ордера на арест [или] решения о ее высылке, остаются неизвестными".

83. В докладе омбудсмана рассматривалась история привлечения молодых иностранок в качестве артисток кабаре и отмечалось, что слово "артистка" на Кипре стало синонимом "проститутки". В ее докладе разъяснялось, что с середины 1970-х годов тысячи молодых женщин легально въезжали на Кипр для работы в качестве артисток, но на самом деле работали проститутками в многочисленных кабаре Кипра. С начала 1980-х годов власти приняли меры по ужесточению режима для обеспечения эффективного иммиграционного мониторинга и ограничения "общеизвестного и общепризнанного явления женщин, прибывающих на Кипр для работы в качестве артисток". Однако некоторые предложенные меры не были применены из-за возражений управляющих кабаре и артистических агентов.

84. В докладе омбудсмана отмечалось, что в 1990-х годах рынок проституции на Кипре стал обслуживаться женщинами, прибывающими в основном из бывших республик Советского Союза. Она заключила, что:

 

"В тот же период можно было наблюдать серьезное улучшение в применении этих мер и принятой политики. Однако отсутствовали улучшения в части сексуальной эксплуатации, торговли людьми и мобильности женщин в режиме современного рабства".

85. Что касается условий жизни и работы артисток, в докладе указывалось:

 

"Большинство женщин, въезжающих в страну для работы в качестве артисток, происходят из бедных семей постсоциалистических стран. Большинство из них получили образование... Немногие из них действительно являются артистками. Обычно они сознают, что будут принуждаться к проституции. Однако они не всегда представляют условия, в которых им придется работать. Известны случаи приезда на Кипр иностранок, полагающих, что будут работать официантками или танцовщицами и что им придется только выпивать с клиентами ("консомация"). Силой и угрозами их вынуждают к соблюдению реальных условий их работы...

Иностранок, не подчиняющихся такому давлению, работодатели доставляют в окружные органы по делам иностранцев и иммиграции для заявления о желании прекратить контракт и покинуть Кипр по мнимым причинам... Впоследствии работодатели могут быстро заменить их другими артистками...

С момента въезда в Республику Кипр иностранные артистки находятся под постоянным надзором и охраной со стороны работодателей. По окончании работы им не разрешается проводить время по их усмотрению. Имеются серьезные жалобы со стороны артисток, которые содержались взаперти по месту проживания. Кроме того, их паспорта и другие личные документы хранятся у работодателей или артистических агентов. Тех, кто отказывается подчиняться, наказывают путем насилия или наложения штрафов, что обычно выражается в уменьшении процентов от стоимости напитков, "консомации" или коммерческого секса. Разумеется, эти суммы включаются в контракты, подписанные артистками...

Обычно артистки проживают в однозвездочных или нулезвездочных гостиницах, квартирах или гостевых домах, расположенных поблизости от кабаре или над ними, собственниками которых являются артистические агенты или владельцы кабаре. Эти места постоянно охраняются. В каждой комнате спят три-четыре женщины. Как следует из полицейских докладов, многие такие здания находятся в ненадлежащем состоянии и не имеют удовлетворительного санитарного оборудования.

...Наконец, отмечается, что в момент прибытия на Кипр иностранным артисткам предъявляются финансовые претензии, например в связи с расходами на проезд, комиссионными, которые удерживает артистический агент, доставивший их на Кипр, или комиссионными, которые удерживает агент, нанявший их в стране происхождения, и т.д. Соответственно, они обязаны работать при любых условиях, чтобы погасить эту задолженность" (сноски опущены).

86. Относительно вербовки женщин в странах их происхождения доклад отмечает:

 

"Привлечение женщин, прибывающих для работы на Кипр, обычно осуществляют местные артистические агенты в сотрудничестве с аналогичными лицами в разных странах, и между ними заключаются соглашения. Отработав до шести месяцев на Кипре, часть этих артисток направляются в Ливан, Сирию, Грецию или Германию" (сноски опущены).

87. Омбудсман отметила, что полиция получает незначительное количество жалоб от жертв торговли людьми:

 

"Полиция объясняет незначительное количество жалоб страхом, который испытывают артистки, поскольку посредники угрожают им убийством".

88. Она также отметила, что меры защиты потерпевших, подавших жалобы, являются неудовлетворительными. Хотя им разрешено работать где угодно, от них требуют продолжать работу в той же сфере. Соответственно, бывшие работодатели легко могут их найти.

89. Омбудсман заключила:

 

"Явление торговли людьми имеет колоссальное распространение по всему миру. Торговля людьми затрагивает не только сексуальную эксплуатацию, но также труд в условиях рабства и подневольного состояния...

На основе данных этого доклада отмечается, что на протяжении последних двух десятилетий Кипр являлся не только страной назначения, но и транзитной страной, откуда женщины систематически поступают на рынок проституции. Отсюда следует, что это в значительной степени объясняется терпимостью со стороны части иммиграционных властей, которые полностью сознают, что в действительности происходит.

Благодаря существующей политике в вопросах выдачи разрешений на въезд и трудоустройство в сфере развлечений и шоу-бизнесе тысячи иностранок в отсутствие гарантий безопасности въезжают в страну в соответствии с законом для незаконной работы в качестве артисток. С помощью различных форм давления и принуждения работодатели заставляют большинство этих женщин заниматься проституцией в самых жестоких условиях, которые нарушают основные права человека, такие как личная свобода и человеческое достоинство" (сноски опущены).

90. Признав существующую законодательную базу борьбы с торговлей людьми и сексуальной эксплуатацией удовлетворительной, она отметила, что практические меры для проведения в жизнь намеченной политики не принимаются, подчеркнув, что:

 

"...Различные департаменты и службы, занимающиеся этой проблемой, часто не ориентируются в ней и не имеют надлежащей подготовки или игнорируют обязанности, предусмотренные законом..."

B. Извлечения из доклада от 12 февраля 2004 г. комиссара по правам человека Совета Европы о посещении Кипра в июне 2003 г. (COMMDH(2004)2)

 

91. Комиссар по правам человека Совета Европы посетил Кипр в июне 2003 г. и в своем последующем докладе от 12 февраля 2004 г. коснулся вопросов торговли людьми в отношении женщин на Кипре. В докладе, в частности, отмечалось, что:

 

"29. Нетрудно понять, каким образом Кипр с учетом его знаменательного развития в сфере экономики и туризма превратился в основной пункт назначения этой торговли в Восточном Средиземноморье. Отсутствие иммиграционной политики и недостатки законодательства в этом отношении только способствовали этому явлению".

92. Что касается законодательной базы Кипра (см. §§ 127-131 настоящего Постановления), комиссар отметил:

 

"30. Власти реагировали на нормативном уровне. Закон 2000 года (N 3(I), 2000) создал приемлемую основу для пресечения торговли людьми и сексуальной эксплуатации детей. Согласно Закону, любое действие, квалифицируемое как торговля людьми в понимании Конвенции о борьбе с торговлей людьми и с эксплуатацией проституции третьими лицами в сочетании с другими актами аналогичного характера, предусмотренными законом, образуют преступление, наказываемое 10 годами лишения свободы, причем наказание увеличивается до 15 лет, если потерпевший не достиг 18-летнего возраста. Преступление "сексуальная эксплуатация" наказывается 15 годами лишения свободы. Если оно совершено лицами из среды потерпевших или лицами, имеющими власть или влияние в отношении потерпевшего, наказание составляет 20 лет лишения свободы. Согласно положениям статьи 4, использование детей для производства и продажи порнографических материалов образует состав преступления. Статья 7 предусматривает в разумных пределах государственную помощь жертвам эксплуатации; такая помощь включает пособие, место для временного проживания, медицинскую помощь и психиатрическую поддержку. Статья 8 подтверждает право на возмещение, подчеркивая право суда на взыскание штрафных убытков в зависимости от степени эксплуатации или степени давления, оказанного обвиняемым на потерпевшего. Иностранный работник, законно пребывающий на Кипре, являющийся жертвой эксплуатации, вправе обратиться к властям за разрешением на другие виды трудоустройства до истечения первоначального разрешения на работу (статья 9). Наконец, Совет министров, в соответствии со статьей 10, назначает для жертв попечителя, основными обязанностями которого являются консультирование и содействие им, рассмотрение жалоб жертв эксплуатации и привлечение виновных к ответственности, а также выявление недостатков или пробелов в законодательстве и подготовка рекомендаций с целью их устранения".

93. Относительно практических мер комиссар отметил:

 

"31. На практическом уровне правительство предприняло меры для защиты женщин, подавших жалобы на своих работодателей, разрешив им оставаться в стране с целью обоснования обвинений. В ряде случаев женщины оставались на Кипре за счет государственных средств на период расследования".

94. Однако он подверг критике неспособность властей решить проблему избыточного числа молодых иностранок, работающих в кипрских кабаре:

 

"32. Однако помимо карательных процедур могут быть введены меры профилактического контроля. По собственному признанию властей, число молодых женщин, въезжающих на Кипр в качестве артисток ночных клубов, несоразмерно населению острова".

C. Извлечения из дополнительного доклада от 26 марта 2006 г. комиссара по правам человека Совета Европы о мерах, принятых с учетом его рекомендаций (COMMDH(2006)12)

 

95. 26 марта 2006 г., комиссар по правам человека Совета Европы опубликовал дополнительный доклад, в котором он оценил успехи кипрского государства-ответчика в исполнении рекомендаций его предыдущего доклада. Что касается вопроса о торговле людьми, в докладе отмечалось, что:

 

"48. В докладе 2003 года комиссар отметил, что число молодых женщин, въезжающих на Кипр в качестве артисток ночных клубов, несоразмерно населению острова и что властям следует рассмотреть введение мер профилактического контроля для устранения этого явления во взаимосвязи с законодательными гарантиями. В частности, комиссар рекомендовал властям введение и исполнение плана действий против торговли людьми".

96. В докладе далее отмечалось:

 

"49. Так называемые визы "артисток кабаре" фактически представляют собой разрешения на въезд и работу в ночных клубах и барах. Эти разрешения действительны в течение 3 месяцев и могут быть продлены еще на 3 месяца. За разрешением обращается владелец заведения от имени такой женщины. Ежегодно выдается приблизительно 4 000 разрешений, при том что одномоментно работают 1 200 женщин, и большинство этих женщин происходит из Восточной Европы. Миграционной службой издана специальная информационная листовка, переведенная на четыре языка. Листовка вручается женщинам, въезжающим в страну по такому разрешению, она также размещена на интернет-сайте Министерства внутренних дел и Министерства иностранных дел, и копии листовки направляются в консульства в России, Болгарии, на Украине и в Румынии с целью информирования женщин до их въезда на Кипр. В листовке излагаются права женщин и обязанности их работодателей. Власти сознают, что многие женщины, въезжающие на Кипр по этим артистическим визам, фактически занимаются проституцией".

97. В докладе комиссара отражены последние и текущие изменения ситуации на Кипре:

 

"50. В настоящее время обсуждается новый закон о торговле людьми. Новый закон охватывает другие формы торговли людьми для сексуальной эксплуатации. Кипр подписал, но не ратифицировал Конвенцию Совета Европы о противодействии торговле людьми.

51. Управление генерального атторнея подготовило Национальный план действий по борьбе с торговлей людьми. План действий был рассмотрен и одобрен Советом министров в апреле 2005 г. Некоторые неправительственные организации жаловались на неучастие в процессе консультаций. За применение плана действий несет ответственность Министерство внутренних дел. Согласно плану действий, женщины, участвующие в делах о сексуальной эксплуатации или сутенерстве, не задерживаются и им не предъявляются обвинения, они рассматриваются как потерпевшие и находятся под опекой Министерства труда и социального обеспечения. Потерпевшие, выступающие в качестве свидетелей в судебных разбирательствах, могут оставаться на Кипре до их окончания. Они имеют возможность работать, в случае их отказа от работы министерство покрывает все их расходы на проживание, медицинскую помощь и другие нужды. Руководство относительно особых процедур по обращению с жертвами торговли людьми разработано и разослано во все министерства и правительственные учреждения, а также в неправительственные организации для консультаций.

52. В настоящее время отсутствует особый приют для жертв, но последние могут быть размещены властями в двух комнатах государственных домов для престарелых, которые имеются в каждом крупном городе. В г. Лимасол вскоре должен быть открыт приют, где смогут разместиться 15 женщин, а также будут оказываться услуги социального работника, адвоката и профконсультанта".

98. Что касается мер, принятых по улучшению сбора информации и исследования торговли людьми, он отметил:

 

"53. В апреле 2004 г. полицией учреждено управление по предупреждению и борьбе с торговлей людьми. Задача управления заключается в сборе и оценке оперативных данных о торговле людьми, координации деятельности всех полицейских отделов и управлений, организации операций и участии в них, а также сопровождении дел, по которым проводится расследование, которые ожидают передачи в суд или уже переданы. Управление также готовит доклады о торговле людьми и расследует случаи размещения детской порнографии в Интернете. Кроме того, управление организует образовательные семинары, проводимые в Полицейской академии Кипра.

54. Согласно статистической информации, собранной полицией с 2000 по 2005 год, отмечается заметный рост количества дел, связанных с сексуальной эксплуатацией, сутенерством, использованием доходов от проституции и т.д. Неправительственные организации подтверждают, что информированность о вопросах торговли людьми возросла".

99. Наконец, в отношении профилактических мер комиссар отметил недавние позитивные изменения:

 

"55. Полиция также принимает профилактические и сдерживающие меры, такие как рейды в кабаре, осмотры, опросы женщин, сотрудничество со средствами массовой информации и контроль рекламы, содержащейся в различных газетах. Полиция организовала анонимную бесплатную "горячую линию", с помощью которой любое лицо может обратиться за помощью или сообщить информацию. Кабаре, в отношении которых проводится расследование, включаются в черный список и лишаются права обращения за новыми визами.

56. Кипрские власти приняли некоторые меры для улучшения идентификации и учета жертв, и, в частности, 150 полицейских прошли соответствующую подготовку. Однако, как указывают неправительственные организации, среди полицейских по-прежнему преобладает мнение о том, что женщины "дают согласие" на возникающие сложности, и идентификация и учет жертв остаются неадекватными".

100. В докладе сделаны следующие заключения:

 

"57. Торговля людьми является одной из наиболее насущных и сложных проблем прав человека, с которыми сталкиваются государства-участники Совета Европы, включая Кипр. Очевидно существует угроза того, что молодые женщины, въезжающие на Кипр по артистическим визам, могут быть жертвами торговли людьми или позднее станут жертвами злоупотреблений или принуждения. Эти женщины официально привлекаются в качестве танцовщиц кабаре, но, тем не менее, от них часто ожидают занятия проституцией. Они обычно происходят из стран с более низким, чем на Кипре, уровнем доходов, и могут оказаться в слишком уязвимом положении для того, чтобы отклонить требования работодателей или клиентов. Сама система, предусматривающая обращение владельца заведения за разрешением от имени женщины, часто делает женщину зависимой от ее работодателя или агента, и возникает угроза ее попадания в сеть торговли людьми.

58. Комиссар призывает кипрские власти быть особенно бдительными при мониторинге ситуации и обеспечении того, чтобы система артистических виз не использовалась для упрощения торговли людьми или принуждения к проституции. В этом контексте комиссар напоминает об эффективной реакции люксембургских властей на аналогичную проблему, раскрытую в докладе относительно этой страны, и об отмене ими режима артистической визы для кабаре. Изменения в существующей практике могут как минимум предусматривать обращение за визой самих женщин и предоставление им информационных листовок, по возможности до въезда в страну.

59. Комиссар приветствует новый Национальный план действий по борьбе с торговлей людьми в качестве первого шага для разрешения вопроса и рассчитывает на обеспечение Министерством внутренних дел его полного воплощения в жизнь. Новый закон о торговле людьми после введения в действие также сыграет существенную роль. Следует также приветствовать разнообразную реакцию полицейской деятельности на это явление, как, например, учреждение управления по предупреждению и борьбе с торговлей людьми.

60. В целях уважения прав человека лиц, являющихся объектом торговли людьми, власти должны иметь возможность идентифицировать и учитывать потерпевших в специализированных учреждениях, которые предоставляют приют и защиту, а также услуги поддержки. Комиссар обращает внимание кипрских властей на необходимость продолжения подготовки полицейских в отношении идентификации и учета жертв, и призывает власти привлекать в эту сферу женщин-полицейских. Следует также обеспечить более эффективное сотрудничество с неправительственными организациями и другими субъектами гражданского общества. Комиссар выражает надежду на то, что приют в г. Лимасол начнет работу, как только это представится возможным".

D. Извлечения из доклада от 12 декабря 2008 г. комиссара по правам человека Совета Европы о посещении Кипра 7-10 июля 2008 г. (COMMDH(2008)36)

 

101. Комиссар по правам человека недавно опубликовал дополнительный доклад о посещении Кипра в июле 2008 г. В докладе рассматриваются изменения в вопросах торговли людьми и прежде всего отмечается, что торговля людьми в отношении женщин для эксплуатации является существенной проблемой во многих европейских странах, включая Кипр. Далее в докладе указано следующее:

 

"33. Уже в 2003 году уполномоченный по администрации (омбудсман) утверждала, что Кипр связан с торговлей людьми и в качестве страны назначения, и в качестве транзитной страны, большинство женщин подвергались шантажу и принуждению к оказанию сексуальных услуг. В 2008 году остров по-прежнему являлся страной назначения для большого числа женщин, доставленных с Филиппин, из России, Молдавии, Венгрии, с Украины, из Греции, Вьетнама, Узбекистана и Доминиканской Республики для целей коммерческой сексуальной эксплуатации... Как сообщается, женщинам полностью или частично не выплачивалась заработная плата, их вынуждали сдавать свои паспорта и заставляли оказывать сексуальные услуги клиентам. Большая часть этих женщин не могла свободно передвигаться, их принуждали работать сверхурочно и жить в ужасных условиях, в изоляции и под строгим надзором.

34. Жертвы торговли людьми вербуются на Кипр, в основном, по трехмесячным так называемым "артистическим" или "развлекательным" визам для работы в индустрии кабаре, включающей ночные клубы и бары, или по туристическим визам для работы в массажных салонах, замаскированных под частные квартиры... За разрешением для данной женщины в большинстве случаев обращается владелец заведения, так называемого "кабаре".

35. На основе исследования, проведенного Средиземноморским институтом гендерных исследований (MIGS), подготовлен доклад о торговле людьми, опубликованный в октябре 2007 г. В нем указано, что приблизительно 2 000 иностранок въезжают на остров ежегодно по краткосрочным "артистическим" или "развлекательным" разрешениям на работу. За 20-летний период (1982-2002) отмечен поразительный рост в 111% количества кабаре, действующих на острове...

36. Во время посещения комиссар узнал, что в Республике Кипр действуют приблизительно 120 заведений кабаре, в каждом из которых работают от 10 до 15 женщин..." (сноски опущены).

102. Комиссар принял к сведению, что правительство приняло всеобъемлющее законодательство против торговли людьми, криминализующее все формы торговли людьми, которое предусматривает до 20 лет лишения свободы за сексуальную эксплуатацию и обеспечивает меры защиты и поддержки для потерпевших (см. §§ 127-131 настоящего Постановления). Он также посетил новый финансируемый государством приют, действующий с ноября 2007 г., и обратил внимание на удобства и ответственное отношение, которое проявляет персонал. Что касается утверждений о коррупции в полицейских подразделениях, в докладе отмечено следующее:

 

"42. Комиссар получил заверения в том, что утверждения о коррупции в делах, связанных с торговлей людьми, в составе полицейских подразделений относятся к изолированным случаям. Власти уведомили комиссара о том, что до настоящего времени возбуждены три дисциплинарных дела, затрагивающих торговлю людьми или проституцию: одно окончилось оправданием, по двум другим расследование продолжается. Кроме того, в 2006 году сотрудник полицейского подразделения был приговорен к 14 месяцам лишения свободы и был впоследствии уволен со службы по обвинениям, связанным с торговлей людьми".

103. В докладе сделаны следующие выводы относительно режима артистических разрешений на Кипре:

 

"45. Комиссар напоминает, что торговля женщинами для целей сексуальной эксплуатации является насущной и сложной проблемой прав человека, с которой сталкивается ряд государств - участников Совета Европы, включая Кипр. Определенно усматривается парадокс в том, что в то время как кипрское правительство принимает законодательные усилия для борьбы с торговлей людьми и выражает готовность осуществлять ее в своем Национальном плане действий 2005 года, оно продолжает выдавать разрешения на работу для так называемых артисток кабаре и лицензии для заведений кабаре. Хотя формально разрешения выдаются женщинам, которые будут участвовать в неких видах представлений, реальность заключается в том, что многие из этих женщин, если не большинство, будут привлекаться для занятия проституцией.

46. Существование "артистических" разрешений на работу порождает ситуацию, которая делает весьма сложными для правоохранительных органов доказывание принуждения и торговли людьми и эффективную борьбу с ним. Этот вид разрешения, таким образом, может считаться противоречащим мерам, принимаемым против торговли людьми, или, по крайней мере, делающим их неэффективными.

47. По этим причинам комиссар сожалеет о том, что "артистические" разрешения на работу в настоящее время по-прежнему существуют, несмотря на то что правительство ранее выразило намерение их отменить. Представляется, что специальные информационные листовки, выдаваемые женщинам, въезжающим в страну по таким разрешениям, имеют незначительный эффект, даже при том, что женщинам предлагается прочесть их и подписать в присутствии должностного лица.

48. Комиссар призывает кипрские власти отменить существующую систему разрешения на работу для "артисток" кабаре..."

104. Комиссар также напомнил значение хорошо обученных и мотивированных полицейских подразделений в борьбе с торговлей людьми и призвал власти обеспечить адекватную и своевременную идентификацию жертв.

E. Доклад о торговле людьми Государственного департамента США от июня 2008 г.

 

105. В своем докладе 2008 года о торговле людьми Государственный департамент США отметил, что:

 

"Кипр является страной назначения для большого числа женщин, доставляемых с Филиппин, из России, Молдавии, Венгрии, с Украины, из Греции, Вьетнама, Узбекистана и Доминиканской Республики для целей коммерческой сексуальной эксплуатации... Большинство жертв торговли людьми обманным путем вербуются на Кипр по трехмесячным "артистическим" разрешениям на работу в индустрии кабаре или по туристическим визам для работы в массажных салонах, замаскированных под частные квартиры".

106. В докладе указывается, что Кипр не представил доказательств того, что он усилил меры по борьбе с жестокими формами торговли людьми по сравнению с предшествующим периодом.

107. Доклад рекомендует кипрскому правительству:

 

"Следовать своим планам отмены или значительного ограничения использования артистических разрешений на работу - известного средства торговли людьми; установить стандартные оперативные процедуры защиты и содействия потерпевшим в новом приюте; разработать и осуществить всеобъемлющую программу уменьшения спроса, конкретно направленную на клиентов и широкую общественность, для ограничения широко распространенных заблуждений относительно торговли людьми и индустрии кабаре; направить больше средств для подразделений по борьбе с торговлей людьми; и повысить качество преследования в делах о торговле людьми для обеспечения осуждения и соответствующего наказания виновных".

III. Применимое национальное законодательство и практика

 

A. Кипр

 

1. Извлечения из Конституции

 

108. Согласно кипрской Конституции, право на жизнь и физическую неприкосновенность защищено статьей 7.

109. Статья 8 предусматривает, что никто не может быть подвергнут пыткам или бесчеловечному и унизительному наказанию или обращению.

110. Статья 9 гарантирует, что:

 

"Каждый имеет право на достойный уровень жизни и на социальное обеспечение. Законом предусмотрены защита трудящихся, помощь бедным, а также система социального страхования".

111. Статья 10 в соответствующей части предусматривает, что:

 

"1. Никто не может находиться в рабстве или подневольном состоянии.

2. Никто не должен привлекаться к принудительному или обязательному труду..."

112. Часть 1 статьи 11 предусматривает, что каждый имеет право на свободу и личную безопасность. Часть 2 статьи 11 запрещает лишение свободы, за исключением случаев, допускаемых пунктом 1 статьи 5 Конвенции, и в порядке, который определяется законом.

2. Обращение за разрешениями на въезд, проживание и на работу для артисток

 

a. Процедура, применявшаяся в период, относящийся к обстоятельствам дела

113. В 2000 году Департамент гражданской регистрации и миграции определял "артиста" как:

 

"любое иностранное лицо, которое желает въехать на Кипр с целью работы в кабаре, музыкально-танцевальном заведении или в других ночных увеселительных заведениях и достигло 18-летнего возраста".

114. Согласно статье 20 Закона об иностранцах и иммиграции, глава 105, Совет министров вправе издавать правила относительно въездных требований к иностранцам, осуществлять мониторинг иммиграции и передвижение иностранцев, регулирующие санкции в отношении иностранцев, имеющих разрешения, и устанавливать размер соответствующих сборов. Несмотря на наличие таких полномочий, в период, относящийся к обстоятельствам дела, въездные процедуры для въезжающих на Кипр для работы в качестве артистов кабаре регулировались решениями или инструкциями министра внутренних дел, иммиграционных должностных лиц и общими директорами министерства.

115. В соответствии с порядком, введенным в 1987 году, обращения относительно въезда, временного проживания и разрешения на работу должны были подаваться будущим работодателем (управляющим кабаре) и артистическим агентом с приложением трудового договора, регулирующего точные условия, согласованные сторонами, и фотокопий соответствующих страниц паспорта артиста. Артистические агенты должны были также представить банковскую гарантию на сумму 10 000 кипрских фунтов (CYP) (приблизительно 17 000 евро) для покрытия возможных расходов по репатриации. Управляющие кабаре должны были представить банковскую гарантию на сумму в 2 500 CYP (приблизительно 4 200 евро) для покрытия расходов по репатриации, за которые нес ответственность управляющий.

116. При достижении всех условий выдавалось разрешение на въезд и временный вид на жительство сроком на пять дней. По прибытии артистка должна была пройти различные медицинские обследования на СПИД и другие инфекционные или контагиозные заболевания. При получении удовлетворительных результатов выдавались временный вид на жительство и разрешение на работу сроком на три месяца. Разрешение могло быть продлено еще на три месяца. Число артисток, которые могли быть трудоустроены в одном кабаре, было ограничено.

117. В целях воспрепятствования ухода артисток из кабаре с клиентами артисток обязывали находиться в помещении кабаре с 21.00 до 3.00, даже если их собственное выступление продолжалось не больше часа. Отсутствие по болезни удостоверялось справкой врача. Управляющие кабаре были обязаны уведомить Иммиграционное управление о неявке артистки на работу или ином нарушении ею контракта. Неисполнение этого условия влекло высылку артистки с покрытием расходов по ее репатриации за счет банковской гарантии, представленной управляющим кабаре. Если артистический агент признавался виновным в преступлениях, связанных с проституцией, ему не выдавались въездные разрешения для артисток.

b. Позднейшие меры

118. В 1986 году, после докладов о проституции среди артисток, директор полиции предложил учредить специальный комитет для определения того, обладают ли артистки, ходатайствующие о въезде на Кипр, необходимой квалификацией для получения артистической визы. Однако эта мера не была реализована. Был создан комитет с более ограниченной компетенцией, но со временем он был ослаблен.

119. В соответствии с процедурой, введенной в 1987 году, к ходатайству о разрешении на въезд должны были прилагаться доказательства квалификации артиста. Однако в декабре 1987 г. действие этой меры было приостановлено на неопределенный срок по указанию тогдашнего генерального директора Министерства внутренних дел.

120. В 1990 году в связи с озабоченностью по поводу того, что артистические агенты также владеют или управляют кабаре или владеют местами проживания их артисток, Департамент гражданской регистрации и миграции уведомил всех артистических агентов, что с 30 июня 1990 г. владельцам кабаре не разрешается выступать также в качестве артистических агентов. Им было предложено сообщить властям, какую из двух функций они намерены исполнять. Кроме того, был увеличен размер банковской гарантии: с 10 000 до 15 000 CYP в отношении артистических агентов и с 2 500 до 10 000 CYP в отношении управляющих кабаре. Однако эти меры не были реализованы из-за возражений со стороны артистических агентов и управляющих кабаре. Изменился лишь размер банковской гарантии для управляющих кабаре - с 2 500 до 3 750 CYP (приблизительно 6 400 евро).

3. Закон о дознании

 

121. Проведение дознания на Кипре регулируется Законом о коронерах 1959 года, глава 153. Согласно статье 3, любой окружной судья и магистрат может проводить дознание в территориальных пределах своей подсудности. Пункт 3 статьи 3 предусматривает, что дознание, начатое коронером, может быть продолжено, возобновлено или возбуждено повторно в порядке, предусмотренном законом.

122. Статья 14 устанавливает процедуру дознания и предусматривает следующее (все цитаты законодательства Кипра даны в переводе):

 

"При каждом дознании:

(a) коронер принимает под присягой имеющиеся в наличии доказательства относительно личности умершего, времени, места и обстоятельств его смерти;

(b) любое заинтересованное лицо может явиться в лице адвоката или лично и допросить, участвовать в перекрестном допросе или повторно допросить в зависимости от обстоятельства любого свидетеля".

123. Статья 16 регулирует пределы полномочий коронера и предусматривает, что:

 

"(1) Коронер, осуществляющий дознание, имеет и может осуществлять все полномочия окружного судьи или магистрата в отношении вызова и обеспечения явки свидетелей и обязания их к даче показаний, и представления любого документа или вещи при таком дознании".

124. Согласно статье 24, если коронер усматривает достаточные основания для предъявления любому лицу обвинений в связи со смертью, он может вызвать это лицо или обеспечить его явку в любой суд, имеющий соответствующую юрисдикцию.

125. Статья 25 предусматривает, что после рассмотрения доказательств коронер выносит решение и удостоверяет его в письменной форме, указывая, если такие сведения были ему представлены, кем являлся умерший и при каких обстоятельствах, когда и где имела место его смерть. Согласно статье 26, если при завершении дознания коронер приходит к выводу о наличии оснований для того, чтобы подозревать, что некое лицо виновно в совершении преступления, в отношении которого проводится дознание, но не может установить его личность, он сообщает свое мнение об этом и передает копию дела полицейскому, отвечающему за округ, в котором проводится дознание.

126. Статья 30 позволяет председателю окружного суда по заявлению генерального атторнея дать указание о проведении, повторном возбуждении или отмене дознания или решения. Она предусматривает, что:

 

"(1) Если председатель, окружной суд, по заявлению генерального атторнея или по его поручению, находит, что необходимо или желательно поступить таким образом, он вправе:

(a) дать распоряжение о проведении дознания в отношении смерти любого лица;

(b) дать указание о повторном возбуждении любого дознания для получения дополнительных доказательств или для включения в такое разбирательство и рассмотрения уже полученных доказательств, любого доказательства, полученного в любом судебном разбирательства, которое может иметь отношение к любому вопросу, разрешаемому при таком дознании, и вынесении нового решения по разбирательству в целом;

(c) отменить решение по любому дознанию, заменив его иным решением, которое представляется законным и соответствующим доказательствам, зафиксированным или включенным в порядке, предусмотренном настоящей статьей; или

(d) отменить любое дознание, с назначением нового дознания или без такового".

4. Торговля людьми

 

127. Законодательство о торговле людьми было введено на Кипре в соответствии с Законом N 3(1) 2000 года о борьбе с торговлей людьми и сексуальной эксплуатацией детей. Пункт 1 статьи 3 запрещает:

 

"a. Сексуальную эксплуатацию взрослых с целью извлечения из нее прибыли:

i. если она осуществляется с использованием силы, насилия или угроз; или

ii. с помощью обмана; или

iii. если она осуществляется за счет злоупотребления властью или иных видов давления в такой степени, что конкретное лицо не имеет реального и разумного выбора, кроме подчинения давлению или жестокому обращению;

b. торговлю взрослыми людьми для целей извлечения прибыли и сексуальной эксплуатации при обстоятельствах, изложенных выше, в подпункте "а";

c. сексуальную эксплуатацию или жестокое обращение с несовершеннолетними;

d. торговлю несовершеннолетними для целей их сексуальной эксплуатации или жестокого обращения".

128. Статья 6 предусматривает, что согласие потерпевших не оправдывает преступления торговли людьми.

129. Согласно пункту 1 статьи 5, лица, признанные виновными в торговле людьми для целей сексуальной эксплуатации, могут быть приговорены к лишению свободы на срок до 10 лет или к штрафу в 10 000 CYP или к обоим видам наказания. В деле с участием ребенка потенциальное наказание увеличивается до 15 лет лишения свободы и штрафа в 15 000 CYP. Пункт 2 статьи 3 предусматривает более строгое наказание по ряду дел:

 

"Для целей настоящей статьи кровное родство или родственная связь до третьей степени с потерпевшим и любые иные отношения потерпевшего с лицом, которое в силу своего положения обладает влиянием и властью по отношению к потерпевшему, включая отношения с попечителем, педагогами, администрацией общежития, реабилитационного учреждения, тюрьмы или других аналогичных учреждений и другими лицами, занимающими аналогичное положение или имеющими соответствующие права, которые составляют злоупотребление полномочиями или иные виды принуждения:

a. лицом, действующим вопреки положениям пунктов "а" и "b" статьи 1, образуют преступление и в случае признания виновным наказываются лишением свободы на 15 лет;

b. лицом, действующим вопреки положениям пунктов "с" и "d" статьи 1, образуют преступление и в случае признания виновным наказываются лишением свободы на 20 лет".

130. Статья 7 устанавливает обязанность государства по защите потерпевших от торговли людьми путем оказания им поддержки, включая размещение, медицинскую помощь и психиатрическую поддержку.

131. Согласно статьям 10 и 11, Совет министров может назначать "попечителя потерпевших" для информирования, консультирования и руководства жертвами эксплуатации; для принятия и рассмотрения жалоб на эксплуатацию; для обеспечения потерпевших лечением и безопасным проживанием; для принятия необходимых мер по преследованию преступников; для принятия мер, направленных на реабилитацию, повторное трудоустройство или репатриацию потерпевших; и для выявления недостатков в законодательстве о борьбе с торговлей людьми. Хотя попечитель был назначен, ко времени доклада кипрского омбудсмана 2003 года (см. §§ 80-90 настоящего Постановления) его функции оставались теоретическими, и программа обеспечения защиты потерпевших не была принята.

B. Россия

 

1. Юрисдикция согласно российскому уголовному законодательству

 

132. Статьи 11 и 12 Уголовного кодекса Российской Федерации устанавливают правила действия российского уголовного закона в пространстве. Статья 11 предусматривает применение российского законодательства по отношению к преступлениям, совершенным на территории Российской Федерации. Часть 3 статьи 12 предусматривает ограниченную юрисдикцию в отношении лиц, не являющихся российскими гражданами, которые совершили преступления за пределами российской территории, если преступление направлено против интересов Российской Федерации и в случаях, предусмотренных международным договором.

2. Преступления, предусмотренные Уголовным кодексом

 

133. Статья 105 российского Уголовного кодекса предусматривает, что убийство наказывается лишением свободы.

134. Статья 125 российского Уголовного кодекса предусматривает, что заведомое оставление без помощи лица наказывается штрафом, общественными работами, исправительными работами или лишением свободы.

135. Статьи 126 и 127 признают преступлениями похищение человека и незаконное лишение свободы, наказываемые лишением свободы.

3. Торговля людьми

 

136. В декабре 2003 г. в российский Уголовный кодекс внесены изменения с включением новой статьи 127.1, предусматривающей следующее:

 

"1. Торговля людьми, то есть купля-продажа человека... а равно совершенные в целях его эксплуатации вербовка, перевозка, передача, укрывательство... наказываются лишением свободы на срок до пяти лет.

2. Те же деяния, совершенные:

a) в отношении двух или более лиц...

г) с перемещением потерпевшего через Государственную границу Российской Федерации или с незаконным удержанием его за границей...

е) с применением насилия или с угрозой его применения...

наказываются лишением свободы на срок от трех до 10 лет.

3. Деяния, предусмотренные частями первой и второй настоящей статьи:

a) повлекшие по неосторожности смерть, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего или иные тяжкие последствия;

б) совершенные способом, опасным для жизни и здоровья многих людей;

в) совершенные организованной группой -

наказываются лишением свободы на срок от 8 до 15 лет".

IV. Применимые международные договоры и другие материалы

 

A. Рабство

 

1. Конвенция о рабстве 1926 г.

 

137. Конвенция о рабстве, подписанная в Женеве в 1926 году, вступила в силу 7 июля 1955 г. Россия присоединилась к Конвенции о рабстве 8 августа 1956 г., Кипр - 21 апреля 1986 г. В преамбуле Договаривающиеся Стороны указали следующее:

 

"стремясь... найти меры практического осуществления во всем мире намерений, выраженных в отношении работорговли и рабства подписавшими Сен-Жерменскую конвенцию, и признавая необходимость достижения в этих целях более подробных мероприятий по сравнению с содержащимися в указанной Конвенции,

считая, кроме того, необходимым принять меры к тому, чтобы принудительный труд не привел к условиям, аналогичным рабству..."

138. Статья 1 определяет рабство как:

 

"положение или состояние лица, в отношении которого осуществляются некоторые или все полномочия, присущие праву собственности".

139. Согласно статье 2, стороны обязались предупреждать и подавлять работорговлю и осуществлять постепенно и возможно скорее полную отмену рабства во всех его формах.

140. Статья 5 касается принудительного или обязательного труда и, в частности, предусматривает, что:

 

"Высокие Договаривающиеся Стороны признают, что применение принудительного или обязательного труда может иметь серьезные последствия, и обязуются, каждая в отношении территорий, находящихся под ее суверенитетом, юрисдикцией, защитой, протекторатом или опекой, принять все необходимые меры для того, чтобы обязательный или принудительный труд не привел к условиям, аналогичным рабству".

141. Статья 6 требует от государств, законы которых в настоящее время не предусматривают соответствующих положений о наказании за нарушение законов и постановлений, введенных в силу с целью осуществления целей Конвенции о рабстве, принять необходимые меры для введения сурового наказания, которое может быть применено в отношении таких нарушений.

2. Практика Международного трибунала по бывшей Югославии

 

142. В первом деле, затрагивавшем определение порабощения для сексуальной эксплуатации как преступления против человечности, "Прокурор против Кунарача, Вуковича и Ковача" (Prosecutor v. Kunarac, Vukovic and Kovac), 12 июня 2002 г., Международный трибунал по бывшей Югославии отметил, что:

 

"117. ...традиционная концепция рабства, воплощенная в Конвенции о рабстве 1926 года и часто упоминаемая как "рабский труд", стала охватывать различные современные формы рабства, которые также основаны на осуществлении одного или всех полномочий, присущих праву собственности. В этих различных современных формах рабства жертва не подвергается осуществлению наиболее выраженных прав собственности, связанных с "рабским трудом", но во всех случаях в результате осуществления одного или всех полномочий, присущих праву собственности, имеет место некоторое разрушение юридической личности; в случае "рабского труда" разрушение более значительно, но различие является одной из степеней..."

143. Он заключил, что:

 

"119. ...вопрос о том, представляет ли конкретное явление форму порабощения, зависит от действия факторов или признаков порабощения [включая] "контроль чьего-либо передвижения, контроль физического окружения, психологический контроль, меры, принимаемые для предотвращения побега или удержания от него, силу, угрозу применения силы или принуждение, длительность, претензию на исключительность, применение жестокого обращения и злоупотреблений, контроль сексуальности и принудительный труд". Соответственно, не представляется возможным исчерпывающим образом перечислить все современные формы рабства, которые охватываются распространением первоначальной идеи..."

3. Римский статут

 

144. Статут Международного уголовного суда ("Римский статут"), вступивший в силу 1 июля 2002 г., предусматривает, что "порабощение", согласно подпункту "с" пункта 1 статьи 7 Римского статута:

 

"означает осуществление любого или всех правомочий, связанных с правом собственности в отношении личности, и включает в себя осуществление таких правомочий в ходе торговли людьми, и в частности женщинами и детьми".

145. Кипр подписал Римский статут 15 октября 1998 г. и ратифицировал его 7 марта 2002 г. Россия подписала статут 13 сентября 2000 г. Она не ратифицировала статут.

B. Торговля людьми

 

1. Первые соглашения относительно торговли людьми

 

146. Первым международным актом по вопросу о торговле людьми являлось Международное соглашение о борьбе с торговлей белыми рабами, принятое в 1904 году. В 1910 году за ним последовала Международная конвенция о борьбе с торговлей белыми рабами. Затем, в 1921 году, Лига наций приняла Конвенцию о борьбе с торговлей женщинами и детьми, подтвержденную позднее Международной конвенция# о борьбе с торговлей взрослыми женщинами 1933 года. Конвенция о борьбе с торговлей людьми и с эксплуатацией проституции третьими лицами 1949 года привела прежние акты под эгиду Организации Объединенных Наций.

2. Конвенция об уничтожении всех форм дискриминации женщин

 

147. Конвенция об уничтожении всех форм дискриминации женщин (CEDAW) принята в 1979 году Генеральной Ассамблеей ООН. Россия ратифицировала CEDAW 23 января 1981 г., Кипр присоединился к ней 23 июля 1985 г.

148. Статья 6 CEDAW предусматривает, что:

 

"Государства-участники принимают все соответствующие меры, включая законодательные, для пресечения всех видов торговли женщинами и эксплуатации проституции женщин".

3. Палермский протокол

 

149. Протокол о предупреждении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и наказании за нее ("Палермский протокол"), дополняющий Конвенцию ООН против транснациональной организованной преступности 2000 года, был подписан Кипром 12 декабря 2000 г. и Россией 16 декабря 2000 г. Он был ратифицирован ими 26 мая 2004 г. и 6 августа 2003 г., соответственно. В его преамбуле отмечается:

 

"заявляя, что для принятия эффективных мер по предупреждению торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и борьбе с ней необходим всеобъемлющий международный подход в странах происхождения, транзита и назначения, включающий меры, направленные на предупреждение такой торговли, наказание занимающихся ею лиц и защиту жертв такой торговли, в том числе путем защиты их международно признанных прав человека".

150. Подпункт "а" статьи 3 определяет "торговлю людьми" как:

 

"вербовку, перевозку, передачу, укрывательство или получение людей путем угрозы силой или ее применения или других форм принуждения, похищения, мошенничества, обмана, злоупотребления властью или уязвимостью положения, либо путем подкупа, в виде платежей или выгод, для получения согласия лица, контролирующего другое лицо. Эксплуатация включает как минимум эксплуатацию проституции другими лицами или другие формы сексуальной эксплуатации, принудительный труд или услуги, рабство или обычаи, сходные с рабством, подневольным состоянием или извлечением органов".

151. Подпункт "b" статьи 3 предусматривает, что согласие жертвы торговли людьми на запланированную эксплуатацию не принимается во внимание, если было использовано любое из средств воздействия, указанных в подпункте "а".

152. Статья 5 обязывает государства:

 

"принимать такие законодательные и другие меры, какие могут потребоваться, с тем чтобы признать в качестве уголовно наказуемых деяния, указанные в статье 3 настоящего Протокола, когда они совершаются умышленно".

153. Помощь жертвам торговли людьми и их защита регулируется статьей 6, которая в соответствующей части предусматривает:

 

"2. Каждое Государство-участник обеспечивает, чтобы его внутренняя правовая или административная система предусматривала меры, которые позволяют в надлежащих случаях предоставлять жертвам торговли людьми:

а) информацию о соответствующем судебном и административном разбирательстве;

b) не наносящую ущерба правам защиты помощь, позволяющую излагать и рассматривать их мнения и опасения на соответствующих стадиях уголовного производства в отношении лиц, совершивших преступления. 

3. Каждое Государство-участник рассматривает возможность реализации мер по обеспечению физической, психологической и социальной реабилитации жертв торговли людьми...

5. Каждое Государство-участник стремится обеспечивать физическую безопасность жертв торговли людьми в период нахождения таких жертв на его территории..."

154. Статья 9 о предупреждении торговли людьми предусматривает, что:

 

"1. Государства-участники разрабатывают и принимают на комплексной основе политику, программы и другие меры в целях:

а) предупреждения торговли людьми и борьбы с ней; и

b) защиты жертв торговли людьми, особенно женщин и детей, от ревиктимизации. 

2. Государства-участники стремятся принимать такие меры, как проведение исследований, информационных кампаний, в том числе в средствах массовой информации, а также осуществление социально-экономических инициатив, направленных на предупреждение торговли людьми и борьбу с ней.

3. Политика, программы и другие меры, разрабатываемые и принимаемые, в соответствии с настоящей статьей, в надлежащих случаях, включают сотрудничество с неправительственными организациями, другими соответствующими организациями и другими элементами гражданского общества.

4. Государства-участники принимают или совершенствуют, в том числе путем двустороннего или многостороннего сотрудничества, меры, направленные на смягчение воздействия таких факторов, обусловливающих уязвимость людей, особенно женщин и детей, с точки зрения торговли людьми, как нищета, низкий уровень развития и отсутствие равных возможностей.

5. Государства-участники принимают или совершенствуют законодательные или другие меры, например в области образования, культуры или в социальной области, в том числе путем двустороннего и многостороннего сотрудничества, направленные на противодействие спросу, порождающему эксплуатацию людей, особенно женщин и детей, во всех ее формах, поскольку это ведет к торговле людьми".

155. Статья 10 подчеркивает необходимость эффективного обмена информацией между соответствующими органами и подготовки кадров правоохранительных и иммиграционных органов. В соответствующей части она предусматривает:

 

"1. Правоохранительные, миграционные или другие соответствующие органы Государств-участников в надлежащих случаях сотрудничают между собой путем обмена, в соответствии с их внутренним законодательством, информацией, позволяющей им определять...

(c) средства и методы, применяемые организованными преступными группами с целью торговли людьми, в том числе вербовку и перевозку жертв, маршруты и связи между занимающимися такой торговлей отдельными лицами и группами, а также связи внутри таких групп и возможные меры по их выявлению.

2. Государства-участники обеспечивают или совершенствуют подготовку сотрудников правоохранительных, миграционных и других соответствующих органов по вопросам предупреждения торговли людьми. Указанная подготовка должна сосредоточиваться на методах предупреждения такой торговли, уголовного преследования занимающихся ею лиц и защиты прав жертв, включая защиту жертв от лиц, занимающихся такой торговлей. В ходе подготовки следует также принимать во внимание необходимость учета прав человека, проблематики детей и гендерной проблематики; подготовка должна способствовать сотрудничеству с неправительственными организациями, другими соответствующими организациями и другими элементами гражданского общества..."

4. Действия Европейского Союза по борьбе с торговлей людьми

 

156. Совет Европейского Союза принял Рамочное решение о борьбе с торговлей людьми (Рамочное решение 2002/JHA/629 от 19 июля 2002 г.). Оно предусматривает меры, направленные на обеспечение сближения уголовного законодательства государств-участников в части определения преступлений, наказаний, юрисдикции и преследования, защиты и помощи потерпевшим.

157. В 2005 году Совет принял план действий относительно практики, стандартов и процедур борьбы и предупреждения торговли людьми (OJ C 311/1 от 9.12.2005). План действий предлагает меры, которые должны быть приняты государствами-участниками, Комиссией и другими органами ЕС, включая развитие координации действий ЕС, оценку проблемы, предупреждение торговли людьми, уменьшение спроса, расследование и преследование торговли людьми, защиту и поддержку потерпевших от торговли людьми, возвращение и реинтеграцию и отношения с внешней средой.

5. Общие действия Совета Европы относительно торговли людьми

 

158. За последние годы Комитет министров Совета Европы принял три правовых акта относительно торговли людьми для сексуальной эксплуатации: Рекомендацию N R (2000) 11 Комитета министров государствам-участникам относительно действий против торговли людьми для целей сексуальной эксплуатации; Рекомендацию Rec (2001) 16 Комитета министров государствам-участникам о защите детей от сексуальной эксплуатации; и Рекомендацию Rec (2002) 5 Комитета министров государствам-участникам о защите женщин от насилия. Эти документы, в частности, предлагают общеевропейскую стратегию, охватывающую определения, общие меры, основу методологии и действий, профилактику, помощь потерпевшим и их защиту, уголовно-правовые меры, судебное сотрудничество и соглашения о международном сотрудничестве и координации.

159. Парламентская Ассамблея Совета Европы также приняла ряд документов в этой сфере, включая Рекомендацию 1325 (1997) о торговле женщинами и принудительной проституции в государствах-участниках Совета Европы; Рекомендацию 1450 (2000) о насилии против женщин в Европе; Рекомендацию 1523 (2001) о домашнем рабстве; Рекомендацию 1526 (2001) о кампании против торговли несовершеннолетними для пресечения восточноевропейского маршрута: пример Молдавии; Рекомендацию 1545 (2002) о кампании против торговли женщинами; Рекомендацию 1610 (2003) о миграции, связанной с торговлей женщинами и проституцией; и Рекомендацию 1663 (2004) о домашнем рабстве: подневольное состояние, домашние работницы и "невесты по каталогу".

6. Конвенция Совета Европы о противодействии торговле людьми, CETS N 197 от 16 мая 2005 г.

 

160. Конвенция Совета Европы о противодействии торговле людьми (далее - Конвенция о противодействии) была подписана Кипром 16 мая 2005 г. и ратифицирована 24 октября 2007 г. Она вступила в силу в отношении Кипра 1 февраля 2008 г. Россия еще не подписала Конвенцию. В общей сложности 41 государство-участник Совета Европы подписало Конвенцию о противодействии и 26 также ратифицировали ее.

161. В пояснительном докладе, сопровождающем Конвенцию о противодействии, подчеркивается, что в настоящее время торговля людьми является серьезной проблемой для Европы, которая представляет собой угрозу правам человека и фундаментальным ценностям демократических обществ. Далее в докладе указано следующее:

 

"Торговля людьми, расставляющая ловушки своим жертвам, представляет собой современную форму всемирной работорговли. Люди рассматриваются как простой товар, продающийся и покупающийся, который заставляют работать, главным образом, в индустрии секса, а также, например, в сельскохозяйственном секторе или в мастерских, как подпольных, так и легальных, за мизерную зарплату или просто даром. Большинство идентифицированных жертв торговли составляют женщины, однако ими также могут становиться и мужчины. Кроме того, многие жертвы молоды и даже зачастую являются детьми. Все они безнадежно ищут средств к существованию, а взамен получают жизнь, разрушенную эксплуатацией и жаждой наживы.

Чтобы стратегия борьбы с торговлей людьми была эффективной, она должна основываться на междисциплинарном подходе, соединяющем предупреждение, защиту прав человека жертв и наказание торговцев, обеспечивая при этом, чтобы соответствующее законодательство государств было согласованным и применялось единообразно и эффективно".

162. Преамбула Конвенции о противодействии, в частности, содержит следующие формулировки:

 

"считая, что торговля людьми является нарушением прав человека и посягательством на достоинство и целостность человеческой личности;

считая, что торговля людьми может вести к порабощению ее жертв;

считая, что как борьба с торговлей людьми, так и уважение прав и защита ее жертв должны выступать в качестве важнейших задач..."

163. Статья 1 предусматривает, что целями настоящей Конвенции являются предупреждение торговли людьми и борьба с ней при обеспечении равенства между женщинами и мужчинами; защита основных прав человека жертв торговли людьми и разработка всеобъемлющей основы для защиты жертв и свидетелей, а также обеспечение эффективного расследования и привлечения к ответственности виновных.

164. Пункт "а" статьи 4 принимает определение Палермского протокола относительно торговли людьми, пункт "b" статьи 4 воспроизводит положение о несущественности согласия жертвы торговли людьми на эксплуатацию (см. §§ 150-151 настоящего Постановления).

165. Статья 5 требует от государств принятия мер по предотвращению торговли людьми и, в частности, предусматривает следующее:

 

"1. Каждая Сторона принимает меры к установлению или укреплению на национальном уровне координации между различными органами, ответственными за предотвращение торговли людьми и за борьбу с ней.

2. Каждая Сторона разрабатывает и/или совершенствует эффективную политику и программы в целях предупреждения торговли людьми, предпринимая такие меры, как исследования, информационные, просветительские и воспитательные кампании, социально-экономические инициативы и учебные программы, в частности, для лиц, подвергающихся риску стать объектом торговли людьми, а также специалистов по проблематике торговли людьми..."

166. Статья 6 обязывает государства принимать меры по противодействию спросу, который способствует торговле людьми, и в соответствующей части предусматривает следующее:

 

"В целях противодействия спросу, порождающему эксплуатацию людей, особенно женщин и детей, во всех ее формах, поскольку это ведет к торговле людьми, каждая Сторона принимает или совершенствует законодательные, административные, образовательные, социальные, культурные или другие меры, включающие в том числе:

а) изучение практики, методов и стратегий;

b) меры, направленные на осознание ответственности и важной роли средств массовой информации и гражданского общества в восприятии спроса в качестве одной из первопричин, порождающих торговлю людьми;

с) адресные информационные кампании с участием в том числе в необходимых случаях, публичных органов и лиц, формирующих политику..."

167. Статья 10 регулирует меры по подготовке и сотрудничеству и предусматривает, что:

 

"1. Каждая Сторона обеспечивает, чтобы их компетентные органы, укомплектованные сотрудниками, которые прошли необходимую подготовку и специализируются на предотвращении торговли людьми и борьбе с ней, выявляли жертв, в частности детей, и оказывали им помощь, а также чтобы различные заинтересованные органы осуществляли сотрудничество друг с другом и с соответствующими организациями, выполняющими функции по оказанию помощи, с тем чтобы иметь возможности для выявления жертв при надлежащем учете особого положения женщин и детей...

2. Каждая Сторона принимает такие законодательные или другие меры, которые могут потребоваться для выявления жертв, сотрудничая в случае необходимости с другими Сторонами и с организациями, выполняющими функции по оказанию помощи. Каждая Сторона обеспечивает, чтобы при наличии у компетентных органов разумных оснований полагать, что то или иное лицо стало жертвой торговли людьми, это лицо не высылалось бы с ее территории до завершения процесса его идентификации соответствующими органами в качестве жертвы преступления, признанного в качестве такового в соответствии со статьей 18 настоящей Конвенции, и могло бы воспользоваться помощью, предусмотренной в пунктах 1 и 2 статьи 12..."

168. Статья 12 предусматривает, что:

 

"1. Каждая Сторона принимает законодательные или другие меры, которые могут потребоваться для оказания помощи жертвам в их физической, психологической и социальной реабилитации...

2. Каждая Сторона надлежащим образом учитывает потребности жертв в отношении их безопасности и защиты..."

169. Статьи 18-21 обязывают государства криминализовать определенные виды поведения:

 

"18. Каждая Сторона принимает такие законодательные и другие меры, которые могут потребоваться, с тем чтобы признать в качестве уголовно наказуемых деяния, указанные в статье 4 настоящей Конвенции, когда они совершаются умышленно.

19. Каждая Сторона рассматривает возможность принятия таких законодательных и других мер, которые могут потребоваться, с тем чтобы признать в качестве уголовно наказуемого деяния в соответствии с его внутренним правом пользование услугами лица, составляющими предмет эксплуатации согласно подпункту "а" статьи 4, когда данное лицо заведомо является жертвой торговли людьми.

20. Каждая Сторона принимает такие законодательные и другие меры, которые могут потребоваться, с тем чтобы признать в качестве уголовно наказуемых следующие деяния, когда они совершаются умышленно с целью создания условий для осуществления торговли людьми:

a) изготовление поддельного документа на въезд/выезд или удостоверения личности;

b) приобретение или предоставление такого документа;

с) удержание, изъятие, сокрытие, повреждение или уничтожение документа на въезд/выезд или удостоверения личности другого лица.

21(1). Каждая Сторона принимает такие законодательные и другие меры, которые могут потребоваться для признания в качестве уголовно наказуемого деяния всякого совершаемого умышленно пособничества в связи с совершением любого из преступлений, признанных в качестве таковых в соответствии со статьями 18 и 20 настоящей Конвенции.

(2). Каждая Сторона принимает такие законодательные и другие меры, которые могут потребоваться для признания в качестве уголовно наказуемого деяния всякого умышленного покушения на совершение любого из преступлений, признанных в качестве таковых в соответствии со статьей 18 и подпунктом "а" статьи 20 настоящей Конвенции".

170. Статья 23 обязывает государства принимать такие законодательные и другие меры, которые могут потребоваться для обеспечения применения эффективных, соразмерных и сдерживающих наказаний за уголовные преступления, признанные в качестве таковых в соответствии со статьями 18-21. В отношении уголовных преступлений, признанных в качестве таковых в соответствии со статьей 18 и совершенных физическими лицами, эти наказания включают лишение свободы и могут повлечь за собой выдачу.

171. Статья 27 предусматривает, что государства должны обеспечивать, чтобы расследование или преследование в отношении преступлений, признанных в качестве таковых в соответствии с настоящей Конвенцией, не зависело от заявления или обвинения, исходящих от жертвы, по крайней мере, когда преступление было полностью или частично совершено на их территории. Государства также должны обеспечить, чтобы жертвы преступления, совершенного на территории Стороны, не являющейся той, в которой они проживают, могли подать жалобу в компетентные органы своего государства проживания. Последнее государство незамедлительно направляет ее компетентному органу государства, на территории которого это преступление было совершено. Такая жалоба рассматривается в соответствии с внутренним правом государства, в котором было совершено преступление.

172. Пункт 1 статьи 31 регулирует вопросы юрисдикции и обязывает государства принимать такие законодательные и другие меры, которые могут потребоваться для установления юрисдикции в отношении любого уголовно наказуемого деяния, признанного в качестве такового в соответствии с Конвенцией о противодействии, в случаях, когда это деяние совершено:

 

"a. на его территории; или...

d. ее гражданином или лицом без гражданства, которое обычно проживает на ее территории, если это деяние подлежит наказанию в соответствии с уголовным правом там, где оно было совершено, или если оно не подпадает под территориальную юрисдикцию какого-либо государства;

e. в отношении ее гражданина".

173. Государства сохраняют право не применять или применять только по некоторым делам или при определенных условиях правила юрисдикции, изложенные в пунктах "d" и "e" статьи 31.

174. Статья 32 обязывает государства в максимальной степени сотрудничать друг с другом в соответствии с положениями Конвенции и за счет применения соответствующих международных и региональных документов в целях:

 

"- предотвращения и пресечения торговли людьми;

- защиты жертв и оказания им помощи;

- проведения расследований и осуществления производства по делам о преступлениях, признанных в качестве таковых в соответствии с настоящей Конвенцией".

C. Взаимная правовая помощь

 

1. Европейская конвенция о взаимной правовой помощи по уголовным делам CETS N 30 20 мая 1959 г. (далее - Конвенция о взаимной правовой помощи)

ГАРАНТ:

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Дату названной Европейская конвенция следует читать как "20 апреля 1959 г."

175. Конвенция о взаимной правовой помощи была подписана Кипром 27 марта 1996 г. Она была ратифицирована 24 февраля 2000 г. и вступила в силу 24 мая 2000 г. Российская Федерация подписала Конвенцию 7 ноября 1996 г. и ратифицировала 10 декабря 1999 г. Она вступила в силу в отношении России 9 марта 2000 г.

176. Статья 1 создает для Договаривающихся сторон обязательство:

 

"оказывать друг другу, в соответствии с положениями настоящей Конвенции, самую широкую правовую помощь на взаимной основе в вопросах уголовного преследования за преступления, наказание за которые на момент просьбы о помощи подпадает под юрисдикцию судебных органов запрашивающей Стороны".

177. Статья 3 предусматривает, что:

 

"1. Запрашиваемая Сторона выполняет в порядке, установленном ее законодательством, любые судебные поручения, касающиеся уголовных дел и направленные ей судебными органами запрашивающей Стороны в целях получения свидетельских показаний или передачи вещественных доказательств, материалов или документов.

2. Если запрашивающая Сторона желает, чтобы свидетели и эксперты дали показания под присягой, то она специально об этом просит, а запрашиваемая Сторона выполняет эту просьбу, если только законодательство ее страны не запрещает этого".

178. Статья 26 допускает заключение государствами двусторонних или многосторонних соглашений о взаимной правовой помощи по уголовным делам лишь с целью дополнения положений Конвенции о взаимной правовой помощи.

2. Договор между СССР и Республикой Кипр о правовой помощи по гражданским и уголовным делам от 19 января 1984 г. (далее - Договор о правовой помощи)

 

179. Статья 2 Договора о правовой помощи (ратифицированного Россией после распада СССР) создает общее обязательство для обеих сторон по оказанию друг другу правовой помощи по гражданским и уголовным делам в соответствии с положениями Договора.

180. Статья 3 устанавливает объем правовой помощи, требуемой согласно Договору, и предусматривает следующее:

 

"Правовая помощь по гражданским и уголовным делам охватывает вручение и пересылку документов, предоставление информации о действующем праве и судебной практике и выполнение отдельных процессуальных действий, предусмотренных законодательством запрашиваемой Договаривающейся Стороны, в частности получение доказательств путем допроса сторон, обвиняемых и подсудимых, свидетелей и экспертов, а также признание и исполнение решений по гражданским делам, возбуждение уголовного преследования, выдачу лиц, совершивших преступления".

181. Порядок подачи просьбы о правовой помощи подробно раскрывается в пункте 1 статьи 5 Конвенции, которая в соответствующей части предусматривает, что:

ГАРАНТ:

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Вместо слов "в пункте 1 статьи 5 Конвенции" следует читать "в пункте 1 статьи 5 Договора"

"Просьба о правовой помощи должна быть составлена в письменной форме и содержать:

1) наименование запрашивающего учреждения;

2) наименование запрашиваемого учреждения;

3) наименование дела, по которому запрашивается правовая помощь, и содержание просьбы;

4) имена и фамилии лиц, имеющих отношение к просьбе, сведения об их гражданстве, занятии, местожительстве или местопребывании...

6) в случае необходимости изложение подлежащих выяснению фактов, а также перечень требуемых документов и других доказательств;

7) по уголовным делам, в дополнение к изложенному выше, описание и юридическую квалификацию совершенного преступления".

182. Статья 6 устанавливает процедуру исполнения просьбы:

 

"1. Запрашиваемое учреждение оказывает правовую помощь в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством и правилами своего государства. Однако оно может исполнить просьбу в порядке, который указан в этой просьбе, если последний не противоречит законодательству его государства.

2. Если запрашиваемое учреждение некомпетентно исполнить просьбу о правовой помощи, оно пересылает просьбу компетентному учреждению с уведомлением об этом запрашивающего учреждения.

3. По просьбе запрашивающего учреждения запрашиваемое учреждение своевременно сообщает ему о месте и времени исполнения просьбы.

4. Запрашиваемое учреждение сообщает запрашивающему учреждению в письменной форме об исполнении просьбы. Если просьба не может быть исполнена, запрашиваемое учреждение незамедлительно уведомляет об этом в письменной форме запрашивающее учреждение с указанием причин неисполнения и возвращает документы".

183. Согласно статье 18, Договаривающиеся Стороны обязаны обеспечить, чтобы граждане одной из Договаривающихся Сторон освобождались на территории другой Договаривающейся Стороны от уплаты судебных расходов, пользовались льготами и бесплатной юридической помощью на тех же условиях и в том же объеме, как и граждане другой Договаривающейся Стороны. Статья 20 предусматривает, что гражданин одной Договаривающейся Стороны, желающий воспользоваться бесплатной юридической помощью, может подать соответствующее ходатайство в компетентное учреждение Договаривающейся Стороны, на территории которой он имеет местожительство или местопребывание. Это учреждение препровождает ходатайство компетентному учреждению другой Договаривающейся Стороны.

184. Глава VI Договора содержит специальные положения по уголовным делам, в частности относительно возбуждения уголовного дела. Пункт 1 статьи 35 предусматривает, что:

 

"каждая Договаривающаяся Сторона по просьбе другой Договаривающейся Стороны возбуждает в соответствии со своим законодательством уголовное преследование против своих граждан, в отношении которых утверждается, что они совершили преступление на территории другой Договаривающейся Стороны".

185. Статья 36 устанавливает порядок подачи просьбы о возбуждении уголовного преследования:

 

"1. Просьба о возбуждении уголовного преследования должна быть составлена в письменной форме и содержать:

1) наименование запрашивающего учреждения;

2) описание деяний, составляющих преступление, в связи с которым направлена просьба о возбуждении уголовного преследования;

3) возможно более точное указание времени и места совершения деяния;

4) текст закона запрашивающей Договаривающейся Стороны, на основании которого деяние признается преступлением;

5) фамилию и имя подозреваемого лица, сведения о его гражданстве, местожительстве или местопребывании и другие сведения о его личности, а также, по возможности, описание внешности этого лица, его фотографию и отпечатки пальцев;

6) заявления, если таковые имеются, лица, потерпевшего от уголовного преступления, включая требование о возмещении ущерба;

(7) имеющиеся сведения о размере материального ущерба, причиненного преступлением.

V. Одностороннее заявление Кипрского государства-ответчика

 

186. Письмом от 10 апреля 2009 г. генеральный атторней Республики Кипр сообщил Европейскому Суду следующее:

 

"Прошу принять к сведению, что Правительство желает сделать одностороннее заявление с целью разрешения вопросов, затронутых жалобой. Односторонним заявлением Правительство просит Европейский Суд об исключении жалобы из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом в соответствии со статьей 37 Конвенции".

187. В соответствующих частях приложенного одностороннего заявления указано следующее:

 

"... (a) Правительство сожалеет о решении, принятом сотрудниками полиции 28 марта 2001 г., о том, чтобы не освобождать дочь заявителя, но передать ее [M.A.], от которого она пыталась бежать. Правительство признает, что вышеупомянутое решение нарушило его позитивное обязательство по отношению к заявителю и его дочери, вытекающее из статьи 2 Конвенции, по принятию превентивных мер по защите дочери заявителя от преступных действий другого лица.

(b) Правительство признает, что в настоящем деле полицейское расследование являлось неэффективным в части вопроса о том, подверглась ли дочь заявителя бесчеловечному или унижающему достоинство обращению до ее гибели. В связи с этим Правительство признает, что допустило нарушение процессуального обязательства, вытекающего из статьи 3 Конвенции в отношении отсутствия адекватного и эффективного расследования в вопросе о том, подверглась ли дочь заявителя бесчеловечному или унижающему достоинство обращению до ее гибели.

(c) Правительство признает, что допустило нарушение своего позитивного обязательства по отношению к заявителю и его дочери, вытекающего из статьи 4 Конвенции, в связи с тем что не приняло мер к установлению того, являлась ли дочь заявителя жертвой торговли людьми и/или подверглась ли она сексуальной или иной эксплуатации.

(d) Правительство признает, что обращение с дочерью заявителя в управлении полиции 28 марта 2001 г. при принятии решения о том, чтобы не освобождать ее, но передать [M.A.], в отсутствие каких-либо оснований для ее лишения свободы, не соответствовало положениям пункта 1 статьи 5 Конвенции.

(e) Правительство признает, что допустило нарушение права заявителя на эффективный доступ к суду при неустановлении действенных и эффективных контактов между своими органами (т.е. Министерством юстиции и общественного порядка и полицией) и заявителем в отношении процедуры дознания и любых иных возможных средств правовой защиты, к которым мог прибегнуть заявитель.

3. В связи с вышеизложенными вопросами Правительство отмечает, что Совет министров принял рекомендацию генерального атторнея - Представителя Правительства и 5 февраля 2009 г. назначил троих независимых следователей по уголовным делам, уполномочив их для расследования:

(a) обстоятельств гибель дочери заявителя и уголовной ответственности любого лица, органа Республики или сотрудника полиции в связи с ее гибелью,

(b) обстоятельств ее трудоустройства и пребывания на Кипре во взаимосвязи с возможностью применения к ней бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания и/или торговли людьми и/или сексуальной или иной эксплуатации (со стороны сотрудников полиции, властей Республики или третьих лиц) в нарушение соответствующих законов Республики, действовавших в период, относящийся к обстоятельствам дела, и

(c) совершения любых других незаконных действий против нее (со стороны сотрудников полиции, властей Республики или третьих лиц) в нарушение соответствующих законов Республики, действовавших в период, относящийся к обстоятельствам дела.

4. Правительство отмечает, что следователи независимы от полиции (первый следователь является председателем независимого органа расследований заявлений и жалоб в отношении полиции, второй является членом указанного органа, а третий является практикующим адвокатом, имеющим опыт в уголовных делах). Правительство сообщает, что следователи уже начали свое расследование.

5. При таких обстоятельствах и с учетом конкретных фактов настоящего дела правительство готово выплатить заявителю общую сумму в 37 300 (тридцать семь тысяч триста) евро (в отношении материального ущерба и морального вреда, а также судебных расходов и издержек). По его мнению, эта сумма составила бы адекватное возмещение и достаточную компенсацию за указанные нарушения и, таким образом, являлась бы приемлемой по размеру суммой в настоящем деле. Однако если Европейский Суд полагает, что вышеупомянутая сумма не составляет адекватного возмещения и достаточной компенсации, Правительство готово выплатить заявителю в порядке справедливой компенсации другие суммы компенсации, установленные Европейским Судом..."

Право

 

I. Применение пункта 1 статьи 37 Конвенции

 

188. Пункт 1 статьи 37 Конвенции позволяет Европейскому Суду исключать жалобы из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом, и в соответствующей части предусматривает следующее:

 

"1. Суд может на любой стадии разбирательства принять решение о прекращении производства по делу, если обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что...

b) спор был урегулирован; или

с) по любой другой причине, установленной Судом, если дальнейшее рассмотрение жалобы является неоправданным.

Тем не менее Суд продолжает рассмотрение жалобы, если этого требует соблюдение прав человека, гарантированных настоящей Конвенцией и Протоколами к ней..."

A. Объяснения Европейскому Суду

 

1. Кипрское государство-ответчик

 

189. Кипрское государство-ответчик утверждало, что если меры по достижению мирового соглашения по настоящему делу не привели к успеху, Европейский Суд может исключить жалобу из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом, на основании одностороннего заявления в связи с существованием "любой другой причины", упомянутой в подпункте "с" пункта 1 статьи 37 Конвенции, оправдывающей решение Европейского Суда о прекращении рассмотрения жалобы. Со ссылкой на содержание одностороннего заявления и продолжающееся национальное расследование обстоятельств гибели Ранцевой (см. § 187 настоящего Постановления) кипрское государство-ответчик выразило мнение о том, что требования подпункта "с" пункта 1 статьи 37 Конвенции полностью соблюдены.

2. Заявитель

 

190. Заявитель просил Европейский Суд отклонить ходатайство Кипрского государства-ответчика об исключении жалобы из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом, на основании одностороннего заявления. Он утверждал, что предложения, содержащиеся в заявлении, не гарантируют наказания виновных; что заявление не предусматривает общих мер для предупреждения аналогичных нарушений в будущем, хотя торговля людьми для сексуальной эксплуатации является признанной проблемой на Кипре; и что если Европейский Суд откажется от вынесения постановления в настоящем деле, Комитет министров не сможет контролировать исполнение условий, предложенных Кипрским государством-ответчиком.

3. Объяснения третьей стороны - Центра "Эй-Ай-Ар-И"

 

191. Центр "Эй-Ай-Ар-И" утверждал, что объем торговли людьми в государствах-участниках Совета Европы и неадекватная реакция государства на проблему в настоящее время означают, что уважение прав человека, гарантированных настоящей Конвенцией, требует продолжения рассмотрения дел, затрагивающих вопросы торговли людьми, если они при иных обстоятельствах могли быть исключены из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом в соответствии с пунктом 1 статьи 37 Конвенции.

192. В своих объяснениях Центр "Эй-Ай-Ар-И" ссылался на факторы, принятые во внимание Европейским Судом при принятии решения в соответствии с пунктом 1 статьи 37 Конвенции относительно необходимости продолжения рассмотрения дела, указав, что один такой фактор состоит в том, "сопоставимы ли затронутые вопросы тем, которые уже разрешены Европейским Судом в ранее рассмотренных делах". Центр "Эй-Ай-Ар-И" указывал на неопределенность, сопровождавшую пределы обязательств государств-участников по защите жертв торговли людьми, в частности что касается защитных мер, прямо не связанных с расследованием и преследованием преступных деяний торговли людьми и эксплуатации.

B. Мнение Европейского Суда

 

1. Общие принципы

 

193. Европейский Суд прежде всего отмечает, что одностороннее заявление относится только к Республике Кипр. Российская Федерация одностороннего заявления не представляла. Соответственно, Европейский Суд рассмотрит вопрос о том, оправданно ли исключение жалобы из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом, в отношении требований, предъявленных только к кипрским властям.

194. Европейский Суд напоминает, что при определенных обстоятельствах исключение жалобы из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом, полностью или частично, согласно статье 37 Конвенции на основании одностороннего заявления государства-ответчика может быть оправданным, даже если заявитель желает продолжения рассмотрения настоящего дела. Целесообразность этого в конкретном деле зависит от того, составляет ли одностороннее заявление достаточную основу для вывода о том, что соблюдение прав человека, гарантированных Конвенцией, не требует продолжения рассмотрения Европейским Судом настоящего дела (пункт 1 статьи 37 Конвенции, последняя часть; см. также, в частности, Постановление Большой Палаты по делу "Тахсин Аджар против Турции" (Tahsin Acar v. Turkey) (предварительное возражение), жалоба N 26307/95, § 75, ECHR 2003-VI; и Постановление Европейского Суда от 20 октября 2009 г. по делу "Радошевская-Закосьцельна против Польши" (Radoszewska-Zakoscielna v. Poland), жалоба N 858/08, § 50).

195. Соответствующие факторы в этом отношении включают характер предъявленных требований, сопоставимы ли затронутые вопросы тем, которые уже разрешены Европейским Судом в рассмотренных ранее делах, характер и объем мер, принятых государством-ответчиком в контексте исполнения постановлений, вынесенных Европейским Судом в подобных, ранее рассмотренных делах, и влияние этих мер на указанное дело. Может также иметь значение, оспариваются ли сторонами факты, и если да, в какой степени и какую доказательную ценность имеют объяснения сторон относительно фактов. Другие относимые факторы могут включать вопрос о том, содержит ли одностороннее заявление государства-ответчика признание в отношении предполагаемых нарушений Конвенции, и если да, каковы пределы этого признания и каким образом государство-ответчик намерено предоставить возмещение заявителю. Что касается последнего пункта, в делах, в которых возможно устранить последствия предполагаемого нарушения и государство-ответчик объявляет о своей готовности сделать это, предлагаемое возмещение представляется целесообразным для целей исключения жалобы из списка дел, при том что Европейский Суд, как всегда, сохраняет за собой право восстановить жалобу в списке дел, подлежащих рассмотрению, как это предусмотрено пунктом 2 статьи 37 Конвенции и пунктом 5 правила 44 Регламента Суда (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты по делу "Тахсин Аджар против Турции", § 76).

196. Вышеизложенные факторы не составляют исчерпывающего перечня относимых обстоятельств. В зависимости от конкретных фактов каждого дела можно предположить, что при оценке одностороннего заявления для целей пункта 1 статьи 37 Конвенции могут учитываться дополнительные соображения (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты по делу "Тахсин Аджар против Турции", § 77).

197. Наконец, Европейский Суд напоминает, что его постановления преследуют цель не только разрешения дел, переданных на его рассмотрение, но, в более общем смысле, также разъяснения, утверждения и развития правил, установленных Конвенцией, таким образом внося вклад в соблюдение государствами принятых ими на себя обязательства в качестве Договаривающихся сторон (см. Постановление Европейского Суда от 18 января 1978 г. по делу "Ирландия против Соединенного Королевства" (Ireland v. United Kingdom), § 154, Series A, N 25; Постановление Европейского Суда от 6 ноября 1980 г. по делу "Гуццарди против Италии" (Guzzardi v. Italy), § 86, Series A, N 39; и Постановление Европейского Суда по делу "Карнер против Австрии" (Karner v. Austria), жалоба N 40016/98, § 26, ECHR 2003-IX). Хотя изначальная цель конвенционной системы заключается в предоставлении индивидуального возмещения, ее миссия также предполагает разрешение вопросов оснований публичной политики в общих интересах с установлением таким образом общих стандартов защиты прав человека и распространением практики в области прав человека в обществе государств - участников Конвенции (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Карнер против Австрии", § 26; и Постановление Европейского Суда по делу ""Капитал банк АД" против Болгарии" (Capital Bank AD v. Bulgaria), жалоба N 49429/99, §§ 78-79, ECHR 2005-XII (извлечения)).

2. Применение общих принципов в настоящем деле

 

198. При рассмотрении вопроса о целесообразности исключения жалобы из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом, насколько он затрагивает требования, предъявленные к Республике Кипр, на основании кипрского одностороннего заявления, Европейский Суд делает следующие замечания.

199. Во-первых, Европейский Суд подчеркивает серьезный характер утверждений о торговле людьми в настоящем деле, которое затрагивает вопросы статей 2, 3, 4 и 5 Конвенции. В этом отношении следует отметить, что осознание проблемы торговли людьми и необходимости принятия мер в борьбе с нею в последние годы возросло, о чем свидетельствуют принятие мер на международном уровне, а также введение в действие соответствующего национального законодательства в ряде государств (см. также §§ 264 и 269 настоящего Постановления). Доклады комиссара по правам человека Совета Европы и доклад кипрского омбудсмана вскрыли остроту проблемы на Кипре, где общепризнанная торговля людьми и сексуальная эксплуатация артисток кабаре вызывают особую озабоченность (см. §§ 83, 89, 91, 94, 100-101 и 103 настоящего Постановления).

200. Во-вторых, Европейский Суд обращает внимание на недостаточность прецедентной практики в толковании и применении статьи 4 Конвенции в контексте торговли людьми. Особенно значимо, что Европейский Суд не давал указаний относительно того, требует ли статья 4 Конвенции от государств-участников принятия позитивных мер по защите потенциальных жертв торговли людьми вне рамок уголовного расследования и преследования, и если да, то в каком объеме.

201. Кипрское государство-ответчик признало, что нарушения Конвенции имели место до гибели Ранцевой и после нее. Недавно оно приняло дополнительные меры по расследованию обстоятельств гибели Ранцевой и предложило денежную сумму в качестве справедливой компенсации. Однако с учетом обязанности Европейского Суда по разъяснению, утверждению и развитию правил, установленных Конвенцией, этого недостаточно для того, чтобы Европейский Суд мог заключить, что продолжение рассмотрения жалобы является неоправданным. Ввиду замечаний, изложенных выше, усматривается необходимость продолжения рассмотрения дел, которые затрагивают вопросы торговли людьми.

202. В заключение Европейский Суд находит, что соблюдение прав человека, гарантированных Конвенцией, требует продолжения рассмотрения Европейским Судом настоящего дела. Соответственно, он отклоняет требование кипрского государства-ответчика об исключении жалобы из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом, согласно пункту 1 статьи 37 Конвенции.

II. Приемлемость жалобы с точки зрения статей 2, 3, 4 и 5 Конвенции

 

A. Возражение российского государства-ответчика ratione loci*

 

(* Ratione loci (лат.) - "ввиду обстоятельств, связанных с местом", критерий распространения Конвенции на место предполагаемого нарушения, применяемый при оценке приемлемости жалобы Европейским Судом) (прим. переводчика).

 

1. Объяснения сторон

 

203. Российское государство-ответчик утверждало, что поскольку события, составившие основу жалобы, имели место за пределами его территории, жалоба является неприемлемой ratione loci в части, направленной против Российской Федерации. Оно утверждало, что не обладало "реальной властью" на территории Республики Кипр, и что действия Российской Федерации были ограничены суверенитетом Республики Кипр.

204. Заявитель отклонил этот довод. Он утверждал, что в соответствии с постановлением Европейского Суда по делу "Дрозд и Яноусек против Франции и Испании" (Drozd and Janousek v. France and Spain) (Постановление от 26 июня 1992 г., Series A, N 240), Российская Федерация может нести ответственность, если действия и бездействие ее властей имели последствия за пределами ее территории.

2. Мнение Европейского Суда

 

205. Статья 1 Конвенции предусматривает, что:

 

"Высокие Договаривающиеся Стороны обеспечивают каждому, находящемуся под их юрисдикцией, права и свободы, определенные в разделе I... Конвенции".

206. Как подчеркивал ранее Европейский Суд, с точки зрения публичного международного права, юрисдикционная компетенция государства имеет прежде всего территориальный характер. Соответственно, возможность государства осуществлять юрисдикцию над своими гражданами за границей ограничена территориальной компетенцией другого государства, и государство, как правило, не может осуществлять юрисдикцию на территории другого государства, без согласия последнего, приглашения или одобрения. Статья 1 Конвенции должна рассматриваться как отражающая обычное и в существенной степени территориальное понятие юрисдикции (см. Решение Большой Палаты по делу "Банкович и другие против Бельгии и 16 других Договаривающихся Сторон"* (* Данное решение о неприемлемости вынесено Большой Палатой по жалобам родственников лиц, погибших во время нападения на Югославию в 1999 году. В качестве государств-ответчиков привлекались участники блока НАТО, которые были освобождены от ответственности за убийства мирного населения на том основании, что поскольку они не осуществляли эффективный контроль над Югославией, а только бомбили ее, эта страна не относилась к их территориальной юрисдикции (прим. переводчика).) (Bankoviс and Others v. Belgium and 16 Other Contracting States), жалоба N 52207/99, §§ 59-61, ECHR 2001-XII).

207. Жалоба заявителя против России в настоящем деле затрагивает предполагаемое уклонение последней от принятия необходимых мер по защите Ранцевой от угрозы торговли людьми и эксплуатации, а также от проведения расследования обстоятельств ее прибытия на Кипр, ее трудоустройства там и последующей гибели. Европейский Суд отмечает, что эти доводы не основаны на утверждении о том, что Россия несет ответственность за действия, совершенные на Кипре или кипрскими властями. С учетом того, что предполагаемая торговля людьми началась в России, и ввиду принятых Россией обязательств по борьбе с торговлей людьми Европейский Суд вправе рассмотреть вопрос о том, соблюдены ли Россией обязательства, которые она могла иметь по принятию мер в пределах ее юрисдикции и полномочий по защите Ранцевой от торговли людьми и по расследованию возможности того, что она подверглась торговле людьми. Кроме того, жалоба заявителя со ссылкой на статью 2 Конвенции против российских властей касается их уклонения от принятия следственных мер, включая обеспечение получения доказательств от свидетелей, проживающих в России. Европейский Суд должен оценить при рассмотрении существа жалобы заявителя в части статьи 2 Конвенции объем процессуальных обязательств российских властей, и определить, были ли такие обязательства исполнены при обстоятельствах настоящего дела.

208. В заключение следует отметить, что Европейский Суд вправе оценить объем, в котором Россия могла принять меры в пределах собственного территориального суверенитета по защите дочери заявителя от торговли людьми, по расследованию утверждений о торговле людьми и обстоятельств, повлекших ее гибель. Влекут ли обжалуемые действия ответственность государства при обстоятельствах настоящего дела - это вопрос, который должен быть разрешен Европейским Судом при рассмотрении существа жалобы.

B. Возражение российского государства-ответчика ratione materiae*

 

(* Ratione materiae (лат.) - "ввиду обстоятельств, связанных с предметом рассмотрения", критерий существа обращения, применяемый при оценке приемлемости жалобы Европейским Судом (прим. переводчика).)

 

1. Объяснения сторон

 

209. Российское государство-ответчик утверждало, что жалоба в части статьи 4 Конвенции является неприемлемой ratione materiae, поскольку признаки рабства, подневольного состояния или принудительного или обязательного труда в настоящем деле не усматриваются. Оно указывало на тот факт, что Ранцева въехала в Республику Кипр добровольно, добровольно получила разрешение на работу, позволявшее работать в соответствии с трудовым договором, который она заключила. Отсутствуют доказательства того, что Ранцева находилась в подневольном состоянии и не могла изменить свое положение или что она принуждалась к труду. Российское государство-ответчик также обратило внимание на то, что Ранцева беспрепятственно покинула квартиру, в которой она проживала с другими артистками кабаре. Оно, соответственно, полагало, что не имеется достаточных оснований полагать, что артистки кабаре удерживались в квартире против своей воли. Российское государство-ответчик добавило, что того факта, что Ранцева покинула управление полиции с M.A., недостаточно для заключения о подневольном состоянии Ранцевой и ее принуждении к труду. Если бы она опасалась за свою жизнь или благополучие, она могла бы уведомить полицейских во время пребывания в управлении полиции.

210. Заявитель настаивал на том, что обращение, которому подверглась Ранцева, относилось к сфере действия статьи 4 Конвенции.

2. Мнение Европейского Суда

 

211. Европейский Суд находит, что вопрос о том, относится ли обращение, обжалуемое заявителем, к сфере действия статьи 4 Конвенции, неразрывно связан с существом его жалобы. Соответственно, Европейский Суд решил исследовать возражение ratione materiae при рассмотрении жалобы по существу.

C. Вывод

 

212. Жалоба в части статей 2, 3, 4 и 5 Конвенции не может быть отклонена как не соответствующая положениям Конвенции ratione loci или ratione materiae в отношении России. Кроме того, Европейский Суд отмечает, что она не является явно необоснованной в значении пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, жалоба должна быть объявлена приемлемой.

III. Предполагаемое нарушение статьи 2 Конвенции

 

213. Заявитель утверждал, что имело место нарушение статьи 2 Конвенции со стороны российских и кипрских властей в связи с уклонением властей Кипра от принятия мер по защите жизни его дочери и уклонением властей обоих государств по проведению эффективного расследования ее гибели. Статья 2 предусматривает, в частности, что:

 

"1. Право каждого лица на жизнь охраняется законом. Никто не может быть умышленно лишен жизни иначе как во исполнение смертного приговора, вынесенного судом за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание..."

A. Предполагаемое уклонение от принятия мер по защите от угрозы жизни

 

1. Объяснения сторон

 

a. Заявитель

214. Ссылаясь на дело "Осман против Соединенного Королевства" (Osman v. United Kingdom) (Постановление от 28 октября 1998 г., Reports 1998-VIII), заявитель указывал на позитивное обязательство, вытекающее из статьи 2 Конвенции, которая обязывает государства принимать профилактические оперативные меры по защите лица, жизнь которого подвергается угрозе в связи с преступными действиями другого лица, если государство знало или должно было знать о реальной и непосредственной угрозе жизни. Заявитель утверждал, что, не освободив Ранцеву и передав ее вместо этого M.A., кипрские власти не приняли в пределах своих полномочий разумные меры по устранению реальной и непосредственной угрозы жизни Ранцевой.

b. Кипрское государство-ответчик

215. Кипрское государство-ответчик не оспаривало того, что пункт 1 статьи 2 Конвенции создает позитивное обязательство со стороны соответствующих властей по принятию профилактических оперативных мер по защите лица, жизни которого угрожают преступные действия другого лица. Однако для того чтобы такое обязательство возникло, должно быть установлено, что власти знали или должны были знать о наличии реальной и непосредственной угрозы жизни определенного лица и что они не приняли мер в пределах своих полномочий, которых, по разумной оценке, можно было ожидать для устранения этой угрозы (оно ссылалось на упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Осман против Соединенного Королевства").

216. В своих письменных объяснениях кипрское государство-ответчик утверждало, что уклонение от защиты жизни дочери заявителя не имело места. Сведения, которыми располагали полицейские, наблюдавшие Ранцеву 28 марта 2001 г., не давали оснований подозревать наличие реальной или непосредственной угрозы жизни Ранцевой. Из показаний полицейских следует, что Ранцева спокойно пользовалась косметикой и ее поведение по отношению к M.A. выглядело нормальным (см. §§ 20 и 49 настоящего Постановления). Хотя Ранцева прекратила работу в кабаре, она не подавала жалоб на работодателя или условия ее труда. Она не жаловалась полицейским во время пребывания в управлении и не отказывалась покидать его вместе с M.A. Решение не отпускать Ранцеву, но передать ее M.A., не нарушало обязательства по защите ее жизни, которое имели кипрские власти.

217. В последующем одностороннем заявлении кипрское государство-ответчик признало, что решение полицейских передать Ранцеву M.A. составляло нарушение позитивного обязательства, которое имел Кипр с точки зрения статьи 2 Конвенции по принятию профилактических мер для защиты Ранцевой от преступных действий другого лица (см. § 187 настоящего Постановления).

2. Мнение Европейского Суда

 

a. Общие принципы

218. Очевидно, что статья 2 Конвенции обязывает государство не только воздерживаться от умышленных и незаконных действий по лишению жизни, но также принимать целесообразные меры по защите жизни лиц, находящихся под его юрисдикцией (см. Постановление Европейского Суда от 9 июня 1998 г. по делу "L.C.B. против Соединенного Королевства" (L.C.B. v. United Kingdom), § 36, Reports 1998-III; и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Пол и Одри Эдвардс против Соединенного Королевства"* (* Постановление Европейского Суда по делу "Пол и Одри Эдвардс против Соединенного Королевства" (Paul and Audrey Edwards v. United Kingdom), жалоба N 46477/99, ECHR 2002-II) в тексте настоящего Постановления упоминается впервые (прим. переводчика).), § 54). Прежде всего, это обязательство требует от государства обеспечивать право на жизнь за счет положений эффективного уголовного законодательства для удержания от совершения преступлений против личности, которые подкреплены правоохранительной системой для предупреждения, пресечения и наказания за нарушение таких положений. Однако при определенных обстоятельствах оно также предполагает наличие позитивного обязательства со стороны властей по принятию оперативных мер по защите лица, жизни которого угрожают преступные действия другого лица (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Осман против Соединенного Королевства", § 115; Постановление Европейского Суда от 15 января 2009 г. по делу "Медова против Российской Федерации" (Medova v. Russia), жалоба N 25385/04, § 95; Постановление Европейского Суда от 9 июня 2009 г. по делу "Опуз против Турции" (Opuz v. Turkey), жалоба N 33401/02, § 128).

219. Европейский Суд напоминает, что объем любого позитивного обязательства должен быть истолкован способом, который не возлагает на власти невозможного или несоразмерного бремени с учетом сложностей поддержания порядка в современном обществе, непредсказуемости человеческого поведения и оперативного выбора между приоритетами и ресурсами. Не всякая обжалуемая угроза жизни может влечь для властей исполнение конвенционного требования принятия оперативных мер по предотвращению реализации этой угрозы. Для того чтобы Европейский Суд установил нарушение позитивного обязательства по защите жизни, должно быть установлено, что власти знали или должны были знать в тот период о наличии реальной и непосредственной угрозы жизни конкретного лица со стороны преступных действий третьего лица и что они уклонились от принятия меры в пределах своих полномочий, которых при разумной оценке можно было ожидать для устранения этой угрозы (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Осман против Соединенного Королевства", § 116; упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Пол и Одри Эдвардс против Соединенного Королевства", § 55; и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Медова против Российской Федерации", § 96).

b. Применение общих принципов в настоящем деле

 

220. Европейский Суд должен рассмотреть вопрос о том, могли ли кипрские власти предвидеть, что освобождение Ранцевой на попечение M.A. создавало для ее жизни реальную и непосредственную угрозу.

221. Европейский Суд отмечает, что по делу "Опуз против Турции" ответственность государства была установлена в связи с тем, что лицо, которое впоследствии стреляло и убило мать заявительницы, ранее угрожало убийством и совершало акты насилия против заявительницы и ее матери, о чем власти были осведомлены (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Опуз против Турции", §§ 133-136). Напротив, по делу "Осман против Соединенного Королевства" Европейский Суд установил, что требования статьи 2 Конвенции нарушены не были, поскольку заявительница не указала на какую-либо стадию развития событий, повлекшего убийство ее мужа, которая позволила бы утверждать, что полиция знала или должна была знать, что для жизни членов семьи Османов существует реальная и непосредственная угроза* (* Интересно, что в деле "Осман против Соединенного Королевства", приведенном в качестве примера отсутствия у полиции возможности предвидеть совершение преступления, сам убийца выражал удивление по поводу бездействия полиции: "Почему вы не остановили меня до того, как я это сделал, я подавал вам все сигналы, какие только возможны". Собираясь убить своего ученика и его отца, он портил их имущество и посылал в полицию и школьное управление письма о том, что "это все симфония, и осталось взять последний аккорд". Однако Европейский Суд пришел к выводу о том, что угрозы расправы со школьниками не давали полиции оснований полагать, что они относятся именно к семье заявителей (прим. переводчика).) (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Осман против Соединенного Королевства", § 121).

222. Хотя не оспаривается, что жертвы торговли людьми и эксплуатации часто принуждались к жизни и труду в жестоких условиях и могли претерпевать насилие и жестокое обращение со стороны своих работодателей (см. §§ 85, 87-88 и 101 настоящего Постановления), в отсутствие особых данных в конкретном деле общий риск жестокого обращения и насилия не мог составлять реальной и непосредственной угрозы жизни. В настоящем деле, даже если полиция должна была сознавать, что Ранцева могла быть жертвой торговли людьми (вопрос, который требует рассмотрения в контексте жалобы заявителя на нарушение статьи 4 Конвенции), в период ее пребывания в управлении полиции отсутствовали указания на то, что жизнь Ранцевой подвергается реальной и непосредственной угрозе* (* Мнение Европейского Суда о том, что позитивное обязательство государства может возникать только при наличии у правоохранительных органов данных об угрозе, существующей для конкретного лица, а не неопределенного круга лиц, иллюстрируется также его Постановлением по делу "Мастроматтео против Италии". Убийство сына заявителя было совершено преступником, в целях его постепенной ресоциализации отпущенным из тюрьмы, в которой он отбывал 15-летний срок наказания. Европейский Суд согласился с тем, что позитивное обязательство не подразумевает гарантии от любой возможности насилия с учетом непредсказуемости человеческой натуры, и указал, что в данном случае существовала "угроза членам общества в целом, а не одному или нескольким лицам", поэтому государство-ответчик своего обязательства не нарушило (прим. переводчика).). Европейский Суд полагает, что при освобождении Ранцевой на попечение M.A. полицейские не могли предвидеть конкретную последовательность событий, повлекших гибель Ранцевой* (* Основав на показаниях полицейских свой вывод о том, что "при освобождении Ранцевой на попечение M.A. полицейские не могли предвидеть конкретную последовательность событий, повлекших гибель Ранцевой", и отсутствие нарушения статьи 2 Конвенции в материально-правовом аспекте, ниже, в § 236 настоящего Постановления, Европейский Суд согласился с тем, "что власти были обязаны расследовать вопрос о наличии данных о коррупции в полиции в связи с событиями, повлекшими гибель Ранцевой", и установил наличие процессуального нарушения той же статьи. Таким образом, добросовестность кипрских полицейских также может ставиться под сомнение (прим. переводчика).). Соответственно, Европейский Суд заключает, что в настоящем деле обязанность принять оперативные меры по устранению угрозы жизни отсутствовали.

223. По вышеизложенным причинам Европейский Суд заключает, что позитивное обязательство кипрских властей по защите права Ранцевой на жизнь с точки зрения статьи 2 Конвенции нарушено не было.

B. Процессуальное обязательство по проведению эффективного расследования

 

1. Объяснения сторон

 

a. Заявитель

224. Заявитель утверждал, что Кипр и Россия нарушили свои обязательства с точки зрения статьи 2 Конвенции по проведению эффективного расследования обстоятельств гибели Ранцевой. Он указывал на предполагаемые противоречия между результатами вскрытия, проведенного кипрскими и российскими властями (см. § 50 настоящего Постановления), и его обращения к Кипру при посредничестве российских властей о дополнительном расследовании очевидно странных обстоятельств, на которые кипрские власти не реагировали (см. §§ 52 и 62 настоящего Постановления). Он также указывал на ограниченное количество свидетельских показаний, полученных полицией (см. §§ 31 и 33 настоящего Постановления), обращая внимание на то, что пять из семи показаний были даны полицейскими, дежурившими в Лимасолском полицейском управлении или присутствовавшими в квартире во время гибели его дочери* (* Европейский Суд, вероятно, имеет в виду полицейских, осматривавших место происшествия после гибели Ранцевой (прим. переводчика).), лицами, которые, по его мнению, были заинтересованы в представлении конкретной версии событий. Заявитель также высказывал мнение о том, что расследование не должно зависеть от официальной жалобы или требований со стороны родственников потерпевшего. Он утверждал, что его дочь явно погибла при странных обстоятельствах, требовавших выяснения, и что расследование, учитывавшее положения статьи 2 Конвенции, соответственно, являлось необходимым. Кипрское расследование не отвечало требованиям статьи 2 Конвенции в связи с изложенными выше недостатками, а также тем фактом, что он, как родственник потерпевшего, не мог принять в нем участия.

225. Что касается дознания, заявитель жаловался на то, что ему не была сообщена дата окончательного слушания по дознанию, что воспрепятствовало его участию в нем. Он не был уведомлен о состоянии настоящего дела или о других средствах правовой защиты, доступных ему. Он утверждал, что получил решение окружного суда по процедуре дознания 16 апреля 2003 г., примерно через 15 месяцев после окончания разбирательства. Кроме того, кипрские власти не предоставили ему бесплатной юридической помощи, тогда как стоимость представительства на Кипре была для него недоступной.

226. Что касается Российской Федерации, заявитель утверждал, что факт наличия у его дочери гражданства Российской Федерации означал, что даже при условии ее временного проживания на Кипре и гибели, имевшей место там, Российская Федерация также имела обязательство как с точки зрения статьи 2 Конвенции по расследованию обстоятельств ее прибытия на Кипр, ее трудоустройства там и последующей гибели. Он утверждал, что российские власти должны были обратиться к кипрским властям на основании Договора о правовой помощи по вопросу о возбуждения уголовного дела в соответствии со статьями 5 и 36 (см. §§ 181 и 207 настоящего Постановления), о чем он подавал соответствующие заявления. Вместо этого российские власти ограничивались запросом информации относительно обстоятельств гибели Ранцевой. Последующее обращение заявителя к компетентным органам в России о возбуждении уголовного дела было отклонено прокуратурой Челябинской области со ссылкой на то, что Ранцева погибла вне территории России. Его неоднократные обращения к российским властям о получении показаний двух российских граждан, проживавших в России, были отклонены, поскольку российские власти полагали, что они не вправе совершать указанные действия в отсутствие запроса о правовой помощи со стороны кипрских властей. Заявитель заключил, что эти упущения означали, что российские власти не провели эффективного расследования гибели его дочери, как того требует статья 2 Конвенции.

b. Кипрское государство-ответчик

227. В своих письменных объяснениях Кипрское государство-ответчик признало, что обязательство по проведению эффективного расследования в соответствии со статьей 2 Конвенции возникает, если представители государства причастны к событиям, повлекшим гибель лица, но утверждало, что не каждый случай трагической гибели требует принятия специальных мер в виде дознания. В настоящем деле кипрские власти не имели обязательства по проведению расследования обстоятельств гибели Ранцевой, но, тем не менее, провели его. Хотя точные обстоятельства, повлекшие гибель Ранцевой, остаются неясными, кипрское государство-ответчик оспаривало утверждение о недостатках расследования. Расследование проводилось полицией и могло повлечь установление и наказание виновных. Были приняты разумные меры по обеспечению соответствующих доказательств и проведено дознание.

228. Что касается проведенного дознания, кипрское государство-ответчик утверждало, что Кипрские власти сообщили заявителю дату слушания по дознанию. Кроме того, дознание дважды откладывалось из-за отсутствия заявителя. Кипрское государство-ответчик указывало на задержку передачи российскими властями кипрским властям просьбы заявителя об отложении: просьба была передана только через четыре месяца после окончания дознания. Если бы суд был осведомлен о просьбе заявителя, он мог бы отложить слушание повторно. Все другие просьбы заявителя были рассмотрены, и соответствующие кипрские органы власти стремились по возможности оказать заявителю содействие. В отношении жалобы заявителя в части юридической помощи кипрское государство-ответчик подчеркивало, что заявитель не обращался по этому вопросу в надлежащем порядке. Ему следовало ссылаться на закон о юридической помощи; Договор о правовой помощи, на который ссылался заявитель, не предусматривал оказания юридической помощи, но лишь бесплатную правовую помощь, что представляет собой совершенно иное.

229. В своем одностороннем заявлении (см. § 187 настоящего Постановления) кипрское государство-ответчик подтвердило, что назначены три независимых следователя по уголовным делам для расследования обстоятельств гибели Ранцевой и пределов уголовной ответственности любого лица или органа в связи с ее гибелью.

c. Российское государство-ответчик

230. Российское государство-ответчик признало, что в период, относящийся к обстоятельствам дела, российское уголовное законодательство не предусматривало возможности возбуждения уголовного дела в России против лиц, не являвшихся российскими гражданами в отношении преступлений, совершенных за пределами российской территории против российского гражданина, хотя позднее в законодательство были внесены изменения* (* В настоящее время часть 3 статьи 12 Уголовного кодекса Российской Федерации распространяет юрисдикцию на случай "если преступление направлено против интересов Российской Федерации либо гражданина Российской Федерации или постоянно проживающего в Российской Федерации лица без гражданства, а также в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации, если иностранные граждане и лица без гражданства, не проживающие постоянно в Российской Федерации, не были осуждены в иностранном государстве и привлекаются к уголовной ответственности на территории Российской Федерации" (прим. переводчика).). В любом случае, заявитель не просил российские власти о возбуждении уголовного дела ими самими, но лишь о содействии в установлении обстоятельств, повлекших гибель его дочери на Кипре. Соответственно, предварительное расследование гибели Ранцевой в России не проводилось и доказательства не собирались. Хотя заявитель неоднократно просил российские власти получить доказательства от двух молодых российских женщин, которые работали совместно с Ранцевой, как ему сообщили, российские власти не могли совершить такие действия в отсутствие запроса о правовой помощи со стороны кипрских властей. Российские власти уведомило кипрские власти о готовности исполнить любой такой запрос, однако он не поступил.

231. Российское государство-ответчик утверждало, что российские власти приняли все возможные меры для установления обстоятельств гибели Ранцевой, оказания содействия кипрским властям в их расследовании и защите и восстановлении прав заявителя. Соответственно, оно полагало, что Россия выполнила все процессуальные обязательства, которые возлагались на нее статьей 2 Конвенции.

2. Мнение Европейского Суда

 

a. Общие принципы

232. Как последовательно указывал Европейский Суд, обязательство по защите права на жизнь, предусмотренное статьей 2 Конвенции, во взаимосвязи с установленной статьей 1 Конвенции общей обязанностью государства "обеспечивать каждому, находящемуся под [его] юрисдикцией, права и свободы, определенные в.. настоящей Конвенции", предполагает также существование некоторой формы официального расследования случая гибели лица в результате применения силы (см. Постановление Европейского Суда от 27 сентября 1995 г. по делу "Макканн против Соединенного Королевства" (McCann and Others v. United Kingdom), § 161, Series A, N 324; Постановление Европейского Суда от 19 февраля 1998 г. по делу "Кая против Турции" (Kaya v. Turkey), § 86, Reports 1998-I; упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Медова против Российской Федерации", § 103). Обязательство по проведению эффективного официального расследования также возникает, если смерть наступает при подозрительных обстоятельствах, за которые не несут ответственность представители государства (см. Решение Европейского Суда по делу "Менсон против Соединенного Королевства" (Menson v. United Kingdom), жалоба N 47916/99, ECHR 2003-V). Существенная цель такого расследования заключается в обеспечении эффективного применения законодательства страны, защищающего право на жизнь, а в делах с участием государственных представителей или органов - в обеспечении их ответственности за гибель людей, имевшую место в ситуации, находящейся под их контролем. Власти должны действовать по своей инициативе, как только происшествие доведено до их сведения. Они не вправе относить на усмотрение ближайших родственников подачу формальной жалобы или осуществление любых следственных действий (см., например, Постановление Большой Палаты по делу "Ильхан против Турции" (Ilhan v. Turkey), жалоба N 22277/93, § 63, ECHR 2000-VII; упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Пол и Одри Эдвардс против Соединенного Королевства", § 69).

ГАРАНТ:

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Вместо слов "Постановление Европейского Суда от 27 сентября 1995 г. по делу "Макканн против Соединенного Королевства" следует читать "Судебное решение Европейского Суда от 27 сентября 1995 г. по делу "Макканн против Соединенного Королевства"

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Вместо слов "Постановление Европейского Суда от 19 февраля 1998 г. по делу "Кая против Турции" следует читать "Судебное решение Европейского Суда от 19 февраля 1998 г. по делу "Кая против Турции"

233. В интересах эффективности расследования лица, несущие за него ответственность, должны быть независимыми от причастных к событиям. Это подразумевает не только иерархическую или институциональную, но также практическую независимость (см. Постановление Европейского Суда по делу "Хью Джордан против Соединенного Королевства" (Hugh Jordan v. United Kingdom), жалоба N 24746/94, § 120, ECHR 2001-III (извлечения); и Постановление Европейского Суда от 4 мая 2001 г. по делу "Келли и другие против Соединенного Королевства" (Kelly and Others v. United Kingdom), жалоба N 30054/96, § 114). Расследование должно быть способным привести к установлению и наказанию виновных (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Пол и Одри Эдвардс против Соединенного Королевства", § 71). Контекст эффективного расследования в значении статьи 2 Конвенции подразумевает требование o безотлагательности и разумной оперативности (см. Постановление Европейского Суда от 2 сентября 1998 г. по делу "Яша против Турции" (Yasa v. Turkey), §§ 102-104, Reports 1998-VI; Постановление Большой Палаты по делу "Чакиджи против Турции" (Cakici v. Turkey), жалоба N 23657/94, §§ 80-87 и 106, ECHR 1999-IV; и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Келли и другие против Соединенного Королевства", § 97). Во всех делах ближайшие родственники потерпевшего должны участвовать в разбирательстве в объеме, необходимом для защиты его законных интересов (см., например, Постановление Европейского Суда от 27 июля 1998 г. по делу "Гюлеч против Турции" (Gulec v. Turkey), § 82, Reports of Judgments and Decisions 1998-IV; и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Келли и другие против Соединенного Королевства", § 98).

b. Применение общих принципов в настоящем деле

 

i. Кипр

234. Европейский Суд прежде всего, признает, что отсутствуют доказательства гибели Ранцевой вследствие прямого применения силы. Однако, как отмечалось выше (см. § 232 настоящего Постановления), это не исключает обязательства по расследованию ее гибели с точки зрения статьи 2 Конвенции (см. также Постановление Большой Палаты по делу "Кальвелли и Чильо против Италии" (Calvelli and Ciglio v. Italy), жалоба N 32967/96, §§ 48-50, ECHR 2002-I; и Постановление Большой Палаты по делу "Ёнерилдыз против Турции" (Oneryildiz v. Turkey), жалоба N 48939/99, §§ 70-74, ECHR 2004-XII). С учетом двусмысленных и невыясненных обстоятельств, сопровождавших гибель Ранцевой, и утверждений о торговле людьми, жестоком обращении и незаконном содержании под стражей в период, предшествовавший ее гибели, Европейский Суд полагает, что у властей Кипра возникло процессуальное обязательство по расследованию обстоятельств гибели Ранцевой. В силу этого расследование должно было оценить не только непосредственную обстановку падения Ранцевой с балкона, но и более широкий контекст прибытия Ранцевой на Кипр и пребывания ее там для установления того, имеется ли связь между утверждениями о торговле людьми и последующей гибелью Ранцевой.

235. Что касается адекватности расследования, Европейский Суд отмечает, что полиция прибыла быстро и оцепила место происшествия в течение нескольких минут. Место происшествия было сфотографировано, и произведен судебно-медицинский осмотр (см. § 32 настоящего Постановления). В то же утро полиция получила показания лиц, находившихся в квартире в момент гибели Ранцевой, и соседа, являвшегося свидетелем падения. Полицейские, дежурившие в Лимасолском полицейском управлении, также дали показания (см. § 33 настоящего Постановления). Было проведено вскрытие и организовано дознание (см. §§ 35-41 настоящего Постановления). Однако некоторые элементы расследования выглядят неудовлетворительными.

236. Во-первых, имелись противоречия в показаниях лиц, присутствовавших в квартире, для разрешения которых кипрские следственные органы, по-видимому, не приняли мер (см. §§ 22-24 и 26-28 настоящего Постановления). Кроме того, имелись противоречия в показаниях относительно физического состояния Ранцевой, и, в частности, в отношении влияния алкоголя на ее поведение (см. §§ 18, 20-21 и 24 настоящего Постановления). Имелись иные очевидные аномалии, такие как предполагаемые противоречия в результатах судебно-медицинских экспертиз, проведенных кипрскими и российскими властями, и тот факт, что Ранцева не производила шума при падении с балкона, удовлетворительного объяснения которому не было представлено (см. §§ 29, 50-52 и 67 настоящего Постановления).

237. Во-вторых, в решении по результатам дознания было указано, что Ранцева погибла при "странных обстоятельствах" при попытке бежать из квартиры, в которой находилась в качестве "гостя" (см. § 41 настоящего Постановления). Несмотря на отсутствие ясности в обстоятельствах, сопровождавших ее гибель, полиция Кипра не приняла мер для допроса лиц, проживавших совместно с Ранцевой или работавших с ней в кабаре. Кроме того, несмотря на поразительный вывод дознания о том, что Ранцева пыталась бежать из квартиры, никакие меры не были приняты для установления того, почему она пыталась бежать, или выяснить, не удерживалась ли она в квартире против ее воли.

238. В-третьих, если не считать первоначальных показаний двух полицейских и сотрудника паспортной службы, дежурившего 28 и 29 марта 2001 г., по-видимому, не расследовались события, имевшие место в управлении полиции, и в частности, почему полиция передала Ранцеву на попечение M.A. Из свидетельских показаний следует, что AIS считала M.A. ответственным за Ранцеву, но по каким причинам, и был ли обоснованным этот вывод, никогда в полном объеме не проверялось. Кроме того, показания полицейских не упоминали каких-либо объяснений, полученных от Ранцевой, и материалы следственного дела не позволяют понять, почему это не было сделано; объяснения давал только M.A. (см. § 19 настоящего Постановления). Европейский Суд напоминает, что в докладе комиссара Совета Европы 2008 года отмечалось, что он получил заверения в том, что утверждения о коррупции в полицейских подразделениях, связанной с торговлей людьми, относились к отдельным случаям (см. § 102 настоящего Постановления). Однако с учетом фактов настоящего дела Европейский Суд полагает, что власти были обязаны расследовать вопрос о наличии данных о коррупции в полиции в связи с событиями, повлекшими гибель Ранцевой.

239. В-четвертых, несмотря на ясно выраженное обращение к кипрским властям, заявитель не был лично уведомлен о дате дознания и вследствие этого не присутствовал при вынесении решения. Кипрское государство-ответчик не оспаривало довод заявителя о том, что он был уведомлен о выводе дознания через 15 месяцев после того, как состоялось слушание. Соответственно, кипрские власти не обеспечили эффективного участия заявителя в разбирательстве, несмотря на его настойчивое стремление к этому.

240. В-пятых, неоднократные требования заявителя о расследовании, переданные через российские власти, по-видимому, были оставлены кипрскими властями без внимания. В частности, его просьбы информировать его о дополнительных средствах правовой защиты, существующих в кипрской правовой системе, а также о бесплатной юридической помощи со стороны кипрских властей, были проигнорированы. Ответ Кипрского государства-ответчика на письменные объяснения Европейскому Суду о том, что просьба о юридической помощи содержала ошибочные ссылки не на тот правовой акт, является неудовлетворительным. С учетом систематических обращений заявителя и тяжести последствий в настоящем деле, кипрское государство-ответчик должно было как минимум разъяснить заявителю надлежащий порядок обращения за бесплатной юридической помощью.

241. Наконец, в интересах эффективности расследования гибели человека государства-участники обязаны принимать необходимые и доступные меры для обеспечения соответствующих доказательств, находятся они на территории расследующего государства или нет. Европейский Суд отмечает, что Кипр и Россия являются сторонами Конвенции о взаимной правовой помощи и, кроме того, заключили двусторонний Договор о правовой помощи (см. §§ 175-185 настоящего Постановления). Эти акты устанавливают ясный порядок, с помощью которого кипрские власти могли обратиться за содействием к России при расследовании обстоятельств пребывания Ранцевой на Кипре и ее последующей гибели. Генеральный прокурор Российской Федерации дал заверение в том, что Россия будет оказывать содействие по любому запросу о правовой помощи со стороны Кипра, направленного на сбор дополнительных доказательств (см. § 70 настоящего Постановления). Однако не имеется данных о том, что в контексте этого расследования кипрские власти обращались за правовой помощью к России. При таких обстоятельствах Европейский Суд находит отказ кипрских властей от обращения за правовой помощью для получения показаний двух российских женщин, работавших с Ранцевой в кабаре, особенно странным с учетом ценности таких показаний для выяснения вопросов, имевших основное значение для расследования. Хотя Ранцева скончалась в 2001 году, заявитель по-прежнему ожидает удовлетворительного объяснения обстоятельств, повлекших ее гибель.

242. Европейский Суд, соответственно, находит, что имело место процессуальное нарушение статьи 2 Конвенции, что касается уклонения властей Кипра от проведения эффективного расследования гибели Ранцевой.

ii. Россия

243. Европейский Суд напоминает, что гибель Ранцевой имела место на Кипре. Соответственно, если не установлено, что в настоящем деле имеются особые данные, требующие отступления от общего подхода, обязательство обеспечить эффективное официальное расследование возлагается только на Кипр (см., с необходимыми изменениями, Постановление Большой Палаты по делу "Аль-Адсани против Соединенного Королевства" (Al-Adsani v. United Kingdom), жалоба N 35763/97, § 38, ECHR 2001-XI).

244. Что касается наличия особых данных, заявитель ссылается на тот факт, что Ранцева являлась российской гражданкой. Однако Европейский Суд не находит, что статья 2 Конвенции обязывает государства-участников предусматривать в своем уголовном законодательстве универсальную юрисдикцию в делах о гибели одного из своих граждан. Отсутствуют иные особые данные, которые могли бы обосновать обязанность России осуществлять собственное расследование. Соответственно, Европейский Суд заключает, что российские власти не имели самостоятельного обязательства с точки зрения статьи 2 Конвенции по расследованию гибели Ранцевой.

245. При этом следствием обязательства расследующего государства по обеспечению доказательств, находящихся в других странах, является обязанность государства, в котором находятся доказательства, по оказанию любого содействия, относящегося к его компетенции, и предоставления средств, запрошенных в обращении о правовой помощи. В настоящем деле, как указывалось выше, Генеральный прокурор Российской Федерации, сославшись на показания двух российских женщин, выразил готовность исполнить любой запрос о взаимной правовой помощи, который будет направлен российским властям, и организовать получение свидетельских показаний, но такой запрос не поступил (см. § 241 настоящего Постановления). Заявитель утверждал, что российским властям следовало допросить двух женщин, несмотря на отсутствие запроса со стороны кипрских властей. Однако Европейский Суд напоминает, что ответственность за расследование гибели Ранцевой возложена на Кипр. В отсутствие запроса о правовой помощи российские власти не были обязаны с точки зрения статьи 2 Конвенции обеспечивать доказательства самостоятельно.

246. Что касается жалобы заявителя на то, что российские власти не потребовали возбуждения уголовного дела, Европейский Суд отмечает, что российские власти широко использовали возможности, предоставленные соглашениями о взаимной правовой помощи, для побуждения кипрских властей к действию (см., например, §§ 48, 52, 55, 57 и 61-62 настоящего Постановления). В частности, письмом, датированным 11 декабря 2001 г., они просили провести дополнительное расследование гибели Ранцевой, допросить соответствующих свидетелей и чтобы кипрские власти предъявили обвинения в убийстве, похищении или незаконном лишении свободы в связи с гибелью Ранцевой (см. § 52 настоящего Постановления). Письмо, датированное 27 декабря 2001 г., содержало конкретную просьбу о возбуждении уголовного дела (см. § 53 настоящего Постановления). Эти обращения были повторены неоднократно.

247. Соответственно, Европейский Суд находит, что процессуальное нарушение статьи 2 Конвенции Российской Федерацией допущено не было.

IV. Предполагаемое нарушение статьи 3 Конвенции

 

248. Заявитель ссылался на нарушение статьи 3 Конвенции кипрскими властями в связи с их уклонением от принятия мер по защите Ранцевой от жестокого обращения и выяснения вопроса о том, что Ранцева подверглась бесчеловечному или унижающему достоинство обращению накануне ее гибели. Статья 3 Конвенции предусматривает, что:

 

"Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию".

A. Объяснения сторон

 

1. Заявитель

 

249. Заявитель утверждал, что в настоящем деле возникло позитивное обязательство по защите Ранцевой от жестокого обращения со стороны частных лиц. Он утверждал, что две судебно-медицинской экспертизы, проведенные после гибели Ранцевой, установили, что объяснения ее гибели не согласуются с зафиксированными травмами. Он утверждал, что полученные свидетельские показания не дали удовлетворительного ответа на вопрос о том, имелись ли травмы на теле Ранцевой до ее гибели. Несмотря на это, кипрские власти не провели расследования возможности того, что Ранцева подверглась бесчеловечному или унижающему достоинство обращению. Кроме того, не были приняты меры для устранения угрозы жестокого обращения с Ранцевой при обстоятельствах, когда власти знали или должны были знать о реальной и непосредственной угрозе. Соответственно, по мнению заявителя, имело место нарушение статьи 3 Конвенции.

2. Кипрское государство-ответчик

 

250. В своих письменных объяснениях кипрское государство-ответчик отрицало, что нарушение статьи 3 Конвенции имело место. Оно подчеркивало, что материалы следственного дела не позволяли установить, что Ранцева подверглась бесчеловечному или унижающему достоинство обращению до ее гибели. В любом случае, по обстоятельствам гибели Ранцевой было проведено тщательное расследование, способное повлечь установление и наказание виновных. Таким образом, расследование отвечало требованиям статьи 3 Конвенции.

251. В своем последующем одностороннем заявлении (см. § 187 настоящего Постановления) кипрское государство-ответчик признало, что имело место нарушение процессуального обязательства, вытекающего из статьи 3 Конвенции, поскольку полицейское расследование вопроса о том, подверглась ли Ранцева бесчеловечному или унижающему достоинство обращению до ее гибели, было неэффективным. Оно также подтвердило, что три независимых следователя назначены для расследования обстоятельств трудоустройства Ранцевой и ее пребывания на Кипре, и вопроса о том, подверглась ли она бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

B. Мнение Европейского Суда

 

252. Европейский Суд отмечает, что не имеется доказательств того, что Ранцева подверглась жестокому обращению до ее гибели. Однако очевидно, что применение насилия и жестокое обращение с жертвой являются обычными в сфере торговли людьми (см. §§ 85, 87-88 и 101 настоящего Постановления). Европейский Суд, соответственно, полагает, что в отсутствие конкретных данных о жестоком обращении вопрос о бесчеловечном или унижающем достоинство обращении, которое претерпела Ранцева до ее гибели, тесно связан с предполагаемой торговлей людьми и эксплуатацией. Соответственно, Европейский Суд заключает, что не является необходимым обособленное рассмотрение жалобы заявителя в части статьи 3 Конвенции, и возникающие общие вопросы будут исследованы в контексте рассмотрения жалобы заявителя с точки зрения статьи 4 Конвенции.

V. Предполагаемое нарушение статьи 4 Конвенции

 

253. Заявитель ссылался на нарушение статьи 4 Конвенции российскими и кипрскими властями с учетом их уклонения от защиты его дочери от торговли людьми и уклонения от проведения эффективного расследования обстоятельств ее прибытия на Кипр и характера ее трудоустройства в этой стране. Статья 4 Конвенции предусматривает в соответствующей части, что:

 

"1. Никто не должен содержаться в рабстве или подневольном состоянии.

2. Никто не должен привлекаться к принудительному или обязательному труду..."

A. Объяснения сторон

 

1. Заявитель

 

254. Ссылаясь на Постановление Европейского Суда по делу "Силиадин против Франции" (Siliadin v. France) (жалоба N 73316/01, ECHR 2005-VII), и Конвенцию о противодействии (см. §§ 162-174 настоящего Постановления), заявитель утверждал, что кипрские власти были обязаны принять законодательство о борьбе с торговлей людьми и принять и усилить политику и программы по борьбе с торговлей людьми. Он указывал на доклады комиссара по правам человека Совета Европы (см. §§ 91-104 настоящего Постановления), которые, по его мнению, продемонстрировали, что имело место ухудшение ситуации молодых иностранок, прибывающих на Кипр для работы в качестве артисток кабаре. Он заключил, что обязательства, которые имел Кипр по борьбе с торговлей людьми, не были исполнены. В частности, заявитель подчеркивал, что кипрские власти не могли объяснить, почему они передали Ранцеву ее бывшему работодателю в управлении полиции вместо ее освобождения (см. § 82 настоящего Постановления). Он утверждал, что, поступая таким образом, кипрские власти не приняли мер по защите его дочери от торговли людьми. Они также не провели расследования по вопросу о том, была ли его дочь жертвой торговли людьми или подверглась ли она сексуальной или иной эксплуатации. Хотя Ранцева въехала на Кипр добровольно для работы в кабаре, Европейский Суд указывал, что предварительное согласие не исключает установление факта обязательного труда (со ссылкой на Постановление Европейского Суда от 23 ноября 1983 г. по делу "Ван дер Мюсселе против Бельгии" (Van der Mussele v. Belgium), § 36, Series A, N 70).

255. В отношении России заявитель подчеркивал, что в период, относящийся к обстоятельствам дела, российский Уголовный кодекс не содержал положений, прямо предусматривавших торговлю людьми. Он утверждал, что российские власти сознавали наличие специфической проблемы молодых женщин, отправляемых на Кипр для работы в секс-индустрии. Соответственно, Российская Федерация имела обязательство по принятию мер для предупреждения торговли людьми и эксплуатации российских женщин, но не исполнила его. В настоящем деле оно имело конкретное обязательство по расследованию обстоятельств прибытия Ранцевой на Кипр и характера ее трудоустройства там, но такое расследование не было предпринято.

2. Кипрское государство-ответчик

 

256. В своих письменных объяснениях кипрское государство-ответчик подтвердило, что до или после гибели Ранцевой не были приняты меры для выяснения того, являлась ли она жертвой торговли людьми или того, подверглась ли она сексуальной или иным формам эксплуатации. Однако оно отрицало, что имело место нарушение статьи 4 Конвенции. Оно признало, что существовало позитивное обязательство государств, которое требовало признания преступлением и эффективного преследования любого акта, направленного на удержание лица в положении рабства, подневольного состояния или принудительного или обязательного труда. Однако оно утверждало по аналогии со статьями 2 и 3 Конвенции, что позитивное обязательство возникает, только если власти знают или должны знать о реальной и непосредственной угрозе того, что конкретное лицо удерживается в такой ситуации. Такое позитивное обязательство будет нарушено, если впоследствии власти не примут в пределах своих полномочий мер, которых при разумной оценке можно ожидать для устранения такого риска.

257. В настоящем деле следственное дело не содержит указаний и отсутствуют иные доказательства того, что Ранцева удерживалась в рабстве или подневольном состоянии или была обязана заниматься принудительным или обязательным трудом. Кипрское государство-ответчик также указывало, что национальные органы не получали жалоб заявителя на то, что его дочь была жертвой торговли людьми или эксплуатации, и переписка с российскими властями не содержит ссылок на такую жалобу. Сама Ранцева не высказывала утверждений такого характера до ее гибели, и записка, оставленная ею в квартире, в которой говорилось, что она устала и возвращается в Россию (см. § 17 настоящего Постановления), недостаточна для обоснования такого рода утверждений. Оно указывало, что впервые жалоба такого характера была доведена до сведения властей 13 апреля 2006 г русским православным священником в г. Лимасол. Оно утверждало, что российские власти уклонились от сотрудничества с кипрской стороной и не получили свидетельских показаний двух российских женщин, работавших с Ранцевой в кабаре.

258. В своем последующем одностороннем заявлении (см. § 187 настоящего Постановления) кипрское государство-ответчик признало нарушение позитивного обязательства с точки зрения статьи 4 Конвенции в связи с непринятием мер по выяснению того, являлась ли Ранцева жертвой торговли людьми или не подвергалась ли она сексуальной или иным видам эксплуатации. Оно также подтвердило, что три независимых следователя назначены для расследования обстоятельств трудоустройства Ранцевой и ее пребывания на Кипре, а также вопроса о том, имеются ли доказательства того, что она подверглась торговле людьми или эксплуатации.

3. Российское государство-ответчик

 

259. Как указывалось выше, российское государство-ответчик оспаривало, что обращение с Ранцевой в настоящем деле относится к сфере статьи 4 Конвенции (см. § 209 настоящего Постановления).

260. По существу жалобы российское государство-ответчик согласилось с тем, что позитивное обязательство, вытекающее из статьи 4 Конвенции, обязывает государств-участников обеспечивать, чтобы жители не содержались в рабстве или подневольном состоянии или не принуждались к труду. Если такой факт имеет место, государства-участники обязаны создавать эффективную основу для защиты и восстановления прав потерпевшего и для преследования виновных. Однако в части жалобы заявителя, направленной против России, его довод заключался в том, что российские власти должны были создать систему профилактических мер, препятствующих гражданам в выезде за границу. Российское государство-ответчик подчеркивало, что любая такая мера нарушила бы равновесие между требованиями статьи 4 Конвенции и правом на свободу передвижения, гарантированным статьей 2 Протокола N 4 Конвенции, которая предусматривает, что "[к]аждый свободен покидать любую страну, включая свою собственную". Оно также утверждало, что объем таких мер значительно ограничен необходимостью уважения суверенитета государства, в которое желает выехать гражданин.

261. Как указывало российское государство-ответчик, российское уголовное законодательство предусматривает множество мер для предупреждения нарушений статьи 4 Конвенции, для защиты потерпевших и преследования виновных. Хотя в период, относящийся к обстоятельствам дела, российское уголовное законодательство не содержало положений о торговле людьми и рабском труде, такие деяния охватывались составами других преступлений, как, например, угроза убийством или причинение тяжкого вреда здоровью, похищение человека, незаконное лишение свободы и преступления против половой неприкосновенности (см. §§ 133-135). Российское государство-ответчик также указывало на различные международные договоры, ратифицированные Российской Федерацией, включая Конвенцию о рабстве 1926 года (см. §§ 137-141 настоящего Постановления) и Палермский протокол 2000 года (см. §§ 149-155 настоящего Постановления), и подчеркивало, что Россия подписала ряд соглашений о взаимной правовой помощи (см. §§ 175-185 настоящего Постановления). В настоящем деле оно приняло активные меры для того, чтобы добиться установления и наказания виновных, в рамках договоров о взаимной правовой помощи. Оно также пояснило, что 27 июля 2006 г. действие Уголовного кодекса было распространено на преследование лиц, не являющихся российскими гражданами, которые совершили преступления против российских граждан за пределами российской территории. Однако осуществление этих полномочий зависит от согласия государства, на территории которого совершено преступление.

262. Что касается выезда Ранцевой на Кипр, российские власти подчеркивали, что они узнают о том, что гражданин покидает Россию, в момент, когда он пересекает границу. Если въездные требования государства назначения соблюдены, и в отсутствие других обстоятельств, препятствующих выезду, российские власти не вправе запретить лицу осуществление его права на свободу передвижения. Соответственно, российские власти могут только рекомендовать и предостерегать своих граждан от возможных опасностей. Они публикуют такие предупреждения в средствах массовой информации в сопровождении более подробных сведений о факторах риска.

263. Российское государство-ответчик также просило Европейский Суд учесть, что ранее им не устанавливались нарушения статьи 4 Конвенции в отношении Кипра. Оно утверждало, что могло учитывать это при развитии своих связей с Кипром.

4. Объяснения третьих сторон

 

a. "Интерайтс"

264. "Интерайтс" подчеркнула растущее осознание проблемы торговли людьми и принятие ряда международных и региональных документов, направленных на борьбу с нею. Однако она считает национальную политику и меры, принимаемые в этой сфере, не всегда адекватными и эффективными. Она утверждает, что первостепенное требование к любой правовой системе об эффективной борьбе с торговлей людьми означает признание необходимости междисциплинарного подхода; сотрудничества государств и создания правовой основы с помощью комплексного подхода с точки зрения прав человека.

265. "Интерайтс" подчеркивала, что отличительным элементом торговли людьми является несущественность согласия жертвы на потенциальную эксплуатацию, если применяется одно из средств принуждения, используемых в Палермском протоколе (см. § 151 настоящего Постановления). Соответственно, лицо, сознающее, что работает в секс-индустрии, не лишается в силу этого осознания статуса жертвы торговли людьми. Дополнительное значение имеет различие между контрабандой, которая касается в первую очередь защиты государства против незаконной миграции, и торговлей людьми, которая является преступлением против лиц и необязательно включает трансграничный элемент.

266. Утверждая, что торговля людьми является формой современного рабства, "Интерайтс" отметила выводы Международного трибунала по бывшей Югославии по делу "Прокурор против Кунарача и других" (см. §§ 142-143 настоящего Постановления) и утверждала, что необходимое следствие этого акта заключается в том, что определение рабства не требует существования права собственности на лицо, но достаточно наличия одного или нескольких правомочий, присущих этому праву. Таким образом, современное понимание термина "рабство" может включать ситуации, в которых потерпевший подвергается насилию и принуждению, обеспечивающим полный контроль над ним.

267. "Интерайтс" проанализировала позитивные обязательства государств-участников с точки зрения Конвенции в контексте торговли людьми. В частности, как утверждала "Интерайтс", существовало обязательство по введению необходимого законодательства о торговле людьми, что предусмотрено Конвенцией о противодействии (см. §§ 160-174 настоящего Постановления) и поддержано прецедентной практикой Европейского Суда. Такое законодательство требовалось для признания преступлением торговли людьми, установления ответственности для юридических, а также физических лиц; для введения новых процедур в отношении лицензирования и функционирования бизнеса, часто используемого в качестве прикрытия торговли людьми; и введения целесообразных санкций. Другие позитивные обязательства включали необходимость уменьшения спроса на торговлю людьми, обеспечения адекватного правоохранительного реагирования в целях выявления и устранения причастности должностных лиц правоохранительных органов к преступлениям, связанным с торговлей людьми, и укрепления доверия потерпевших к полиции и судебным системам и обеспечения действенной и эффективной идентификации жертвы торговли людьми путем организации соответствующей подготовки. К сфере возможных действий государства "Интерайтс" отнесла также исследования передовых методов и стратегий, осознание проблемы средствами массовой информации и гражданским обществом, информационные кампании с участием публичных органов и лиц, формирующих политику, образовательные программы и борьбу с секс-туризмом.

268. Наконец, "Интерайтс" утверждала, что существовало подразумеваемое позитивное обязательство для проведения государствами эффективного и тщательного расследования утверждений о торговле людьми. Такое расследование должно соответствовать условиям расследования, требуемым с точки зрения статьи 2 Конвенции.

b. Центр "Эй-Ай-Ар-И"

269. Центр "Эй-Ай-Ар-И" указал на растущее число людей, большинство из которых составляют женщины и дети, становящихся жертвами торговли людьми для целей сексуальной или иной эксплуатации ежегодно. Он указывал на тяжкие физические и психологические последствия для потерпевших, которые часто слишком травмированы для того, чтобы заявить о себе как о жертвах торговли людьми соответствующим властям. Он, в частности, ссылался на выводы доклада Государственного департамента США 2008 года о торговле людьми, в котором устанавливалось, что Кипр не представил доказательств усиления мер борьбы с тяжкими формами торговли людьми по сравнению с предыдущим периодом (см. § 106 настоящего Постановления).

270. Переходя к более общим вопросам, Центр "Эй-Ай-Ар-И" выразил озабоченность по поводу того, что права жертв торговли людьми часто отступают на второй план в борьбе с торговлей людьми. Международные и региональные акты о торговле людьми часто не предусматривают практических и эффективных прав для защиты потерпевших. Если не считать требований о расследовании и преследовании преступлений, связанных с торговлей людьми, положения Палермского протокола о защите потерпевших являются, по мнению Центра "Эй-Ай-Ар-И", "в целом назидательными или прекраснодушными", обязывая государства "рассмотреть" или "приложить усилия" к принятию определенных мер.

271. Наконец, Центр "Эй-Ай-Ар-И" отмечал, что практика контрольных органов по международным актам против торговли людьми пока полностью не охватывает объем и содержание позитивных обязательств государств при таких обстоятельствах, как в настоящей жалобе. Что касается практики Европейского Суда, Центр "Эй-Ай-Ар-И" отметил, что хотя Европейский Суд уже рассматривал пределы применения статьи 4 Конвенции в деле о торговле людьми (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Силиадин против Франции"), то дело затрагивало исключительно уклонение государства от введения адекватных положений уголовного законодательства, направленных на предупреждение преступлений и наказание виновных. Ссылаясь на прецедентную практику, разработанную в контексте статей 2, 3 и 8 Конвенции, Центр "Эй-Ай-Ар-И" утверждал, что государства имеют позитивное обязательство обеспечить защиту, если они знают или должны знать, что лицо является жертвой торговли людьми или может ею стать. Конкретные требуемые меры зависят от обстоятельств, но государства не вправе оставлять такое лицо без защиты или возвращать его в ситуацию торговли людьми и эксплуатации.

B. Мнение Европейского Суда

 

1. Применение статьи 4 Конвенции

 

272. Прежде всего возникает вопрос о том, относится ли настоящее дело к сфере действия статьи 4 Конвенции. Европейский Суд напоминает, что статья 4 Конвенции не упоминает торговлю людьми, запрещая "рабство", "подневольное состояние" и "принудительный и обязательный труд".

273. Европейский Суд никогда не рассматривал положения Конвенции как единственный источник для толкования прав и свобод, предусмотренных ею (Постановление Большой Палаты от 12 ноября 2008 г. по делу "Демир и Байкара против Турции" (Demir and Baykara v. Turkey), жалоба N 34503/97, § 67). Он указывал, что один из основных принципов применения положений Конвенции заключается в том, что он не применяет их в вакууме (см. Постановление Европейского Суда от 18 декабря 1996 г. по делу "Лоизиду против Турции" (Loizidou v. Turkey), Reports of Judgments and Decisions 1996-VI; и Постановление Большой Палаты по делу "Оджалан против Турции" (Ocalan v. Turkey), жалоба N 46221/99, § 163, ECHR 2005-IV). В качестве международного договора Конвенция должна толковаться с учетом правил толкования, содержащихся в Венской конвенции о праве международных договоров от 23 мая 1969 г.

ГАРАНТ:

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Здесь и далее по тексту вместо слов "Постановление Европейского Суда от 18 декабря 1996 г. по делу "Лоизиду против Турции" следует читать "Судебное решение Европейского Суда от 18 декабря 1996 г. по делу "Лоизиду против Турции"

274. В соответствии с этой Конвенцией, Европейский Суд должен установить обычное значение, придаваемое словам в их контексте и с учетом объекта и цели положения, в котором они содержатся (см. Постановление Европейского Суда от 21 февраля 1975 г. по делу "Голдер против Соединенного Королевства" (Golder v. United Kingdom), § 29, Series A, N 18; упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Лоизиду против Турции", § 43; и пункт 1 статьи 31 Венской конвенции). Европейский Суд должен принять во внимание, что контекст положения принадлежит договору, направленному на эффективную защиту индивидуальных прав человека, и что Конвенция должна восприниматься как единое целое и толковаться таким образом, чтобы обеспечивать внутреннюю согласованность и гармонию различных ее положений (см. Решение Большой Палаты по делу "Стек против Соединенного Королевства" (Stec and Others v. United Kingdom), жалобы N 65731/01 и 65900/01, § 48, ECHR 2005-X). Следует также учитывать относимые правила и принципы международного права, применимые в отношениях между Договаривающимися Сторонами, и Конвенция должна, насколько это возможно, толковаться в гармонии с иными нормами международного права, частью которого она является (см. Постановление Большой Палаты по делу "Аль-Адсани против Соединенного Королевства" (Al-Adsani v. United Kingdom), жалоба N 35763/97, § 55, ECHR 2001-XI; упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты по делу "Демир и Байкара против Турции", § 67; Постановление Большой Палаты по делу "Саади против Соединенного Королевства" (Saadi v. United Kingdom), жалоба N 13229/03, § 62, ECHR 2008-...; и подпункт "с" пункта 3 статьи 31 Венской конвенции).

275. Наконец, Европейский Суд подчеркивает, что объект и цель Конвенции как инструмента защиты прав лиц требуют, чтобы ее положения толковались и применялись таким образом, чтобы сделать ее гарантии практическими и эффективными (см., в частности, Постановление Европейского Суда от 7 июля 1989 г. по делу "Сёринг против Соединенного Королевства" (Soering v. United Kingdom), § 87, Series A, N 161; и Постановление Европейского Суда от 13 мая 1980 г. по делу "Артико против Италии" (Artico v. Italy), § 33, Series A, N 37).

276. В Постановлении Европейского Суда по делу "Силиадин против Франции", рассматривая вопрос о понятии "рабства" с точки зрения статьи 4 Конвенции, Европейский Суд сослался на классическое определение рабства, данное в Конвенции о рабстве 1926 года, которое подразумевает осуществление права собственности и сведение статуса заинтересованного лица к "объекту" (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Силиадин против Франции", § 122). Что касается понятия "подневольного состояния", Европейский Суд постановил, что запрету подвергается "особенно серьезная форма отрицания свободы" (см. Доклад Комиссии по правам человека от 9 июля 1980 г. по делу "Ван Дрогенбрук против Бельгии" (Van Droogenbroeck v. Belgium), §§ 78-80, Series B, N 44). Понятие "подневольного состояния" подразумевает обязанность оказания услуг под действием принуждения, которая связана с понятием "рабства" (см. Решение Европейского Суда от 7 марта 2000 г. по делу "Сеген против Франции" (Seguin v. France), жалоба N 42400/98; и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Силиадин против Франции", § 124). Как указывал Европейский Суд, вопрос о "принудительном или обязательном труде" может ставиться при наличии физического или психического давления, а также определенного доминирования над волей лица (см. Постановление Европейского Суда от 23 ноября 1983 г. по делу "Ван дер Мюсселе против Бельгии" (Van der Mussele v. Belgium), § 34, Series A, N 70; упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Силиадин против Франции", § 117).

277. Отсутствие прямого указания на торговлю людьми в Конвенции неудивительно. Конвенция была принята под влиянием Всеобщей декларации прав человека, провозглашенной Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций в 1948 году, которая не содержала упоминания о торговле людьми. В своей статье 4 декларация запрещала "рабство и работорговлю во всех их формах". Однако при оценке пределов статьи 4 Конвенции не следует упускать из виду особые характеристики Конвенции и тот факт, что она представляет собой живой инструмент, который должен толковаться с учетом современных условий. Требуются все более высокие стандарты в сфере защиты прав человека и основных свобод, которые неизбежно требуют большей твердости при оценке нарушений фундаментальных ценностей демократического общества (см., в частности, Постановление Большой Палаты по делу "Сельмуни против Франции" (Selmouni v. France), жалоба N 25803/94, § 101, ECHR 1999-V; Постановление Большой Палаты по делу "Кристин Гудвин против Соединенного Королевства" (Christine Goodwin v. United Kingdom), жалоба N 28957/95, § 71, ECHR 2002-VI; и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Силиадин против Франции", § 121).

278. Европейский Суд отмечает, что торговля людьми как глобальное явление в последние годы переживает значительный рост (см. §§ 89, 100, 103 и 269 настоящего Постановления). В Европе ее развитию частично способствовало крушение бывшего коммунистического блока. Принятие Палермского протокола в 2000 году и Конвенции о противодействии в 2005 году демонстрирует растущее признание на международном уровне распространенности торговли людьми и необходимости мер по борьбе с ней.

279. Европейский Суд не так часто рассматривает вопрос о применении статьи 4 Конвенции и, в частности, лишь однажды коснулся пределов, в которых обращение, связанное с торговлей людьми, охватывается данной статьей (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Силиадин против Франции"). По этому делу Европейский Суд заключил, что обращение, которое претерпел заявитель, представляло собой подневольное состояние и принудительный и обязательный труд, хотя не достигло степени рабства. С учетом распространения самой торговли людьми и мер по борьбе с нею Европейский Суд считает целесообразным в настоящем деле рассмотреть пределы, в которых торговля людьми сама по себе может считаться противоречащей духу и цели статьи 4 Конвенции, чтобы относиться к сфере действия гарантий, предусмотренных этой статьей, не вдаваясь в оценку того, какой из трех видов запрещенного поведения охватывается конкретным обращением в данном деле.

280. Европейский Суд отмечает, что Международный трибунал по бывшей Югославии заключил, что традиционная концепция рабства стала охватывать различные современные формы рабства, которые также основаны на осуществлении одного или всех правомочий, присущих праву собственности (см. § 142 настоящего Постановления). При оценке того, образует ли ситуация современные формы рабства, трибунал посчитал, что к числу значимых факторов относятся контроль чьего-либо передвижения или физического окружения, наличие элементов психологического контроля, меры, принимаемые для предотвращения побега или удержания от него, контроль сексуальности и принудительный труд (см. § 143 настоящего Постановления).

281. Европейский Суд полагает, что торговля людьми в силу своей природы и цели эксплуатации основана на осуществлении правомочий, присущих праву собственности. Она рассматривает людей как товар, который продается и покупается и используется для принудительного труда, часто за незначительную плату или в отсутствие таковой, обычно в секс-индустрии, но также в других сферах (см. §§ 101 и 161 настоящего Постановления). Она подразумевает плотный контроль деятельности жертв, чье передвижение часто ограничено (см. §§ 85 и 101 настоящего Постановления). Она включает применение насилия и угроз против потерпевших, которые работают и живут в неудовлетворительных условиях (см. §§ 85, 87-88 и 101 настоящего Постановления). В пояснительном докладе, сопровождающем Конвенцию о противодействии, "Интерайтс" характеризует ее как современную форму прежней мировой работорговли (см. §§ 161 и 266 настоящего Постановления). Кипрский омбудсман ссылалась на то, что сексуальная эксплуатация и торговля людьми имеют место "в режиме современного рабства" (см. § 84 настоящего Постановления).

282. Не может быть сомнения в том, что торговля людьми угрожает человеческому достоинству и основным свободам потерпевших и не может считаться совместимой с демократическим обществом и ценностями, указанными в Конвенции. С учетом обязанности толковать Конвенцию в соответствии с современными условиями Европейский Суд находит необязательным устанавливать, составляет ли обжалуемое заявителем обращение "рабство", "подневольное состояние" или "принудительный и обязательный труд". Вместо этого Европейский Суд заключает, что сама по себе торговля людьми, в значении пункта "а" статьи 3 Палермского протокола и пункта "а" статьи 4 Конвенции о противодействии, относится к сфере действия статьи 4 Конвенции. Таким образом, возражение российского государства-ответчика о несоответствии жалобы положениям Конвенции ratione materiae отклонено.

2. Общие принципы статьи 4 Конвенции

 

283. Европейский Суд напоминает, что совместно со статьями 2 и 3 Конвенции статья 4 Конвенции воплощает одну из основных ценностей демократических обществ, образующих Совет Европы (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Силиадин против Франции", § 82). В отличие от большинства материально-правовых положений Конвенции, статья 4 Конвенции не предусматривает исключений, и отступления от нее в соответствии с пунктом 2 статьи 15 Конвенции не допускаются даже при наличии чрезвычайного положения, угрожающего жизни нации.

284. При оценке наличия нарушения статьи 4 Конвенции должна учитываться существующая нормативная или регулятивная база (см., с необходимыми изменениями, Постановление Большой Палаты по делу "Начова и другие против Болгарии" (Nachova and Others v. Bulgaria), жалобы N 43577/98 и 43579/98, § 93, ECHR 2005-VII). Европейский Суд полагает, что спектр гарантий, установленных в национальном законодательстве, должен быть адекватным для обеспечения практической и эффективной защиты прав потерпевших или потенциальных потерпевших от торговли людьми. Соответственно, в дополнение к уголовно-правовым мерам наказания торговцев людьми статья 4 Конвенции требует от государств-участников введения адекватных мер, регулирующих бизнес, часто используемый для прикрытия торговли людьми. Кроме того, иммиграционные правила государств должны учитывать проблему поощрения, содействия торговле людьми и терпимости по отношению к ней (см., с необходимыми изменениями, Постановление Европейского Суда от 19 февраля 1998 г. по делу "Герра и другие против Италии" (Guerra and Others v. Italy), §§ 58-60, Reports of Judgments and Decisions 1998-I; Постановление Большой Палаты по делу "Z и другие против Соединенного Королевства" (Z and Others v. United Kingdom), жалоба N 29392/95, §§ 73-74, ECHR 2001-V; и упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты по делу "Начова и другие против Болгарии", §§ 96-97 и 99-102).

285. В Постановлении Европейского Суда по делу "Силиадин против Франции" Европейский Суд подтвердил, что статья 4 Конвенции возлагает на государства-участников обязательство рассматривать как преступление и эффективно преследовать любое деяние, направленное на удержание лица в рабстве, подневольном состоянии или принудительном или обязательном труде (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Силиадин против Франции", §§ 89 и 112). В целях соблюдения этого обязательства государства-участники должны создать законодательную и административную основу для запрещения торговли людьми и наказания за нее. Европейский Суд отмечает, что Палермский протокол и Конвенция о противодействии указывают на необходимость всеобъемлющего подхода в борьбе с торговлей людьми, который в дополнение к мерам по наказанию виновных включает меры по предупреждению торговли людьми и защите потерпевших (см. §§ 149 и 163 настоящего Постановления). Из положений этих двух актов следует, что государства-участники, включая почти все государства-участников Совета Европы, придерживаются мнения о том, что только сочетание мер во всех трех аспектах может быть эффективным в борьбе против торговли людьми (см. также объяснения "Интерайтс" и Центра "Эй-Ай-Ар-И" в §§ 267 и 271 настоящего Постановления). Соответственно, обязанность криминализовать и преследовать торговлю людьми является только одним из аспектов общего обязательства государств-участников по борьбе с торговлей людьми. Пределы позитивного обязательства, вытекающего из статьи 4 Конвенции, должны быть рассмотрены в этом более широком контексте.

286. Как и статьи 2 и 3 Конвенции, статья 4 Конвенции может при определенных обстоятельствах требовать от государства принятия оперативных мер по защите жертвы или потенциальной жертвы торговли людьми (см., с необходимыми изменениями, упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Осман против Соединенного Королевства", § 115; и Постановление Европейского Суда по делу "Махмут Кая против Турции" (Mahmut Kaya v. Turkey), жалоба N 22535/93, § 115, ECHR 2000-III). Для возникновения позитивного обязательства о принятии оперативных мер при обстоятельствах конкретного дела должно быть установлено, что власти государства знали или должны были знать о наличии обстоятельств, порождающих обоснованное подозрение в том, что конкретное лицо подверглось или подвергается реальной и непосредственной угрозе торговли людьми или эксплуатации в значении пункта "а" статьи 3 Палермского протокола и пункта "а" статьи 4 Конвенции о противодействии. В случае утвердительного ответа непринятие властями целесообразных мер в пределах их полномочий по устранению ситуации или угрозы для данного лица являлось бы нарушением статьи 4 Конвенции (см., с необходимыми изменениями, упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Осман против Соединенного Королевства", §§116-117; и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Махмут Кая против Турции", §§ 115-116).

287. Однако, учитывая сложности поддержания порядка в современном обществе и оперативный выбор, который должен быть сделан с точки зрения приоритетов и ресурсов, обязанность принимать оперативные меры должна толковаться способом, который не возлагает на власти невозможного или несоразмерного бремени (см., с необходимыми изменениями, упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Осман против Соединенного Королевства", § 116). Для рассмотрения пропорциональности любого позитивного обязательства, возникающего в настоящем деле, существенно то, что Палермский протокол, подписанный Кипром и Российской Федерацией в 2000 году, обязывает государства стремиться обеспечивать физическую безопасность жертв торговли людьми, пребывающих на их территории, и принимать всеобъемлющую политику и программы по профилактике торговли людьми и борьбе с нею (см. §§ 153-154 настоящего Постановления). Государства также должны обеспечить необходимую подготовку для должностных лиц правоохранительных и иммиграционных органов (см. § 155 настоящего Постановления).

288. Как и статьи 2 и 3 Конвенции, статья 4 Конвенции также влечет процессуальное обязательство по расследованию ситуаций потенциальной торговли людьми. Требование о расследовании не зависит от жалобы потерпевшего или его ближайших родственников: как только ситуация доведена до сведения властей, они должны действовать по собственной инициативе (см., с необходимыми изменениями, Постановление Европейского Суда по делу "Пол и Одри Эдвардс против Соединенного Королевства", § 69). Для того чтобы расследование было эффективным, оно должно быть независимым от лиц, причастных к событиям. Оно также должно быть способно обеспечить установление личностей и наказание виновных в совершении преступления лиц, что составляет обязательство не результата, но средств. Требование о безотлагательности и разумной оперативности подразумевается во всех делах, но если возможно устранить вредоносную для лица ситуацию, расследование должно быть предпринято срочно. Потерпевший или его ближайшие родственники должны участвовать в процедуре в пределах, необходимых для защиты из законных интересов (см., с необходимыми изменениями, упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Пол и Одри Эдвардс против Соединенного Королевства", §§ 70-73).

289. Наконец, Европейский Суд напоминает, что торговля людьми является проблемой, которая часто не ограничивается национальными рамками. Если лицо доставляется из одного государства в другое, преступления, связанные с торговлей людьми, могут совершаться в государстве происхождения, в любом транзитном государстве и в государстве назначения. Относимые доказательства и свидетели могут находиться во всех государствах. Хотя Палермский протокол не рассматривает вопрос юрисдикции, Конвенция о противодействии прямо обязывает все государства-участников предусматривать юрисдикцию в отношении преступления торговли людьми, совершенного на их территории (см. § 172 настоящего Постановления). Такой подход, по мнению Европейского Суда, вполне логичен с учетом вышеизложенного общего обязательства, возложенного на все государства в соответствии со статьей 4 Конвенции, по расследованию предполагаемых преступлений, связанных с торговлей людьми. В дополнение к обязательству проведения национального расследования событий, имевших место на их территории, государства-участники также обязаны в случаях трансграничной торговли людьми эффективно сотрудничать с компетентными органами других заинтересованных государств в расследовании событий, имевших место за пределами их территории. Такая обязанность заключается в соблюдении целей государств-участников, как указано в преамбуле к Палермскому протоколу, по принятию всеобъемлющего международного подхода к торговле людьми в странах происхождения, транзита и назначения (см. § 149 настоящего Постановления). Она также соответствует международным соглашениям о взаимной правовой помощи, в которых участвуют государства-ответчики по настоящему делу (см. §§ 175-185 настоящего Постановления).

3. Применение общих принципов в настоящем деле

 

a. Кипр

 

i. Позитивное обязательство по созданию надлежащей законодательной и административной базы

290. Европейский Суд отмечает, что на Кипре законодательство, запрещающее торговлю людьми и сексуальную эксплуатацию, было принято в 2000 году (см. §§ 127-131 настоящего Постановления). Закон отразил положения Палермского протокола и запретил торговлю людьми и сексуальную эксплуатацию, не рассматривая согласие жертвы как обстоятельство, исключающее вину. Законодательством были предусмотрены суровые санкции. Законодательство также установило обязанность защиты потерпевших, в частности путем назначения попечителя для потерпевших. Хотя омбудсман критиковала уклонение властей от принятия практических мер, она находила сам закон удовлетворительным (см. § 90 настоящего Постановления). Комиссар Совета Европы также признал нормативную базу, созданную Законом 3(1) 2000 года "приемлемой" (см. § 92 настоящего Постановления). Несмотря на довод заявителя о неадекватности кипрского законодательства о торговле людьми, Европейский Суд не считает, что обстоятельства настоящего дела вызывают озабоченность в этом отношении.

291. Однако что касается общей законодательной и административной основы и адекватности кипрской иммиграционной политики, можно указать на ряд недостатков. Комиссар по правам человека Совета Европы отметил в своем докладе 2003 года, что отсутствие иммиграционной политики и законодательные недостатки в этом отношении поощряют торговлю женщинами на Кипре (см. § 91 настоящего Постановления). Он призвал принять профилактические контрольные меры для уменьшения притока молодых женщин, въезжающих на Кипр для работы в качестве артисток кабаре (см. § 94 настоящего Постановления). В своих последующих докладах комиссар повторно выражал озабоченность относительно законодательной базы и, в частности, критиковал систему, в соответствии с которой управляющие кабаре обращались за разрешением на въезд артистки, как делающую артистку зависимой от ее работодателя или агента и повышающую угрозу ее попадания в руки торговцев людьми (см. § 100 настоящего Постановления). В своем докладе 2008 года комиссар критиковал режим артистических виз как осложняющий принятие правоохранительными органами необходимых мер по борьбе с торговлей людьми, отмечая, что артистические разрешения могут рассматриваться как противоречащие мерам, принимаемым против торговли людьми, или, по крайней мере, делающие их неэффективными (см. также доклад Государственного департамента США в §§ 105 и 107 настоящего Постановления). Комиссар выразил сожаление по поводу того, что, несмотря на озабоченность, выраженную в предыдущих докладах, и обязательство правительства по их отмене, артистические разрешения на работу по-прежнему существуют (см. § 103 настоящего Постановления). Кроме того, омбудсман в своем докладе 2003 года связывала с режимом артистической визы въезд тысяч молодых иностранок на Кипр, где они эксплуатируются работодателями в жестоких условиях труда и проживания (см. § 89 настоящего Постановления).

292. Кроме того, Европейский Суд подчеркивает, что хотя обязательство работодателей по уведомлению властей о том, что артистка покинула место работы (см. § 117 настоящего Постановления), является законной мерой, позволяющей властям осуществлять контроль соблюдения иммигрантами их иммиграционных обязанностей, ответственность за обеспечение такого соблюдения и принятие мер в случае их несоблюдения сохраняют сами власти. Меры, поощряющие владельцев и управляющих кабаре выслеживать отсутствующих артисток или иным образом принимать личную ответственность за поведение артисток, неприемлемы в более широком контексте проблемы торговли людьми в отношении артисток на Кипре. В этой связи Европейский Суд полагает, что практика, обязывающая владельцев и управляющих кабаре представлять банковскую гарантию для покрытия потенциальных будущих издержек по отношению к принятым ими на работу артисткам (см. § 115 настоящего Постановления), вызывает особую обеспокоенность. То же можно сказать об отдельном обязательстве, подписанном в деле Ранцевой (см. § 15 настоящего Постановления), и необъяснимом выводе AIS относительно того, что M.A. несет ответственность за Ранцеву и, соответственно, должен прибыть и забрать ее из управления полиции (см. § 20 настоящего Постановления).

293. При таких обстоятельствах Европейский Суд заключает, что режим артистических виз на Кипре не обеспечил Ранцевой практическую и эффективную защиту от торговли людьми и эксплуатации. Соответственно, в этом отношении имело место нарушение статьи 4 Конвенции.

ii. Позитивное обязательство по принятию защитных мер

294. При оценке того, возникло ли в настоящем деле позитивное обязательство о принятии мер по защите Ранцевой, Европейский Суд придает значение следующему. Во-первых, из доклада омбудсмана 2003 года следует, что с 1970-х годов на Кипре существовала серьезная проблема молодых иностранок, принуждавшихся к работе в секс-индустрии (см. § 83 настоящего Постановления). В докладе также отмечалось значительное увеличение числа артисток, прибывавших из стран бывшего советского блока после распада СССР (см. § 84 настоящего Постановления). Омбудсман обращала внимание на то, что торговля людьми могла процветать на Кипре вследствие терпимости иммиграционных властей (см. § 89 настоящего Постановления). В своем докладе 2006 года комиссар по правам человека Совета Европы также отмечал, что власти сознавали, что многие женщины, въехавшие на Кипр по артистическим визам, будут заниматься проституцией (см. § 96 настоящего Постановления). Соответственно, нет сомнения в том, что кипрские власти сознавали, что значительное число иностранок, особенно из бывшего СССР, прибывали на Кипр по артистическим визам и, по прибытии, подвергались сексуальной эксплуатации владельцами и управляющими кабаре.

295. Во-вторых, Европейский Суд подчеркивает, что работодатель Ранцевой доставил ее в Лимасолское полицейское управление. По прибытии в управление полиции M.A. сообщил полиции, что Ранцева является российской гражданкой и работала в качестве артистки кабаре. Кроме того, он разъяснил, что она лишь недавно прибыла на Кипр, оставила место работы без предупреждения и выехала с предоставленного ей места жительства (см. § 19 настоящего Постановления). Он передал ее паспорт и другие документы (см. § 21 настоящего Постановления).

296. Европейский Суд напоминает об обязательстве, принятом кипрскими властями в контексте Палермского протокола и впоследствии Конвенции о противодействии, по обеспечению адекватной подготовки должностных лиц в соответствующих сферах, позволяющей им выявлять потенциальных жертв торговли людьми (см. §§ 155 и 167 настоящего Постановления). В частности, согласно статье 10 Палермского протокола, государства обязуются обеспечить или улучшить подготовку должностных лиц правоохранительных, иммиграционных и других соответствующих органов для предупреждения торговли людьми. По мнению Европейского Суда, имелось достаточно данных, доступных полицейским органам на общем фоне торговли людьми на Кипре, которые позволяли им сознавать обстоятельства, порождающие обоснованное подозрение в том, что Ранцева подверглась реальной и непосредственной угрозе стать жертвой торговли людьми или эксплуатации. Соответственно, возникло позитивное обязательство по безотлагательному расследованию и принятию необходимых оперативных мер по защите Ранцевой.

297. Однако в настоящем деле представляется, что полицейские даже не допросили Ранцеву по прибытии в управление полиции. Ее показания не были получены. Полиция не предприняла дополнительной проверки сопутствующих фактов. Она ограничилась проверкой того, внесено ли имя Ранцевой в список лиц, разыскиваемых полицией, и при получении отрицательного ответа обратилась к ее работодателю и предложила ему вернуться и забрать ее. Когда он отказался и продолжал настаивать на ее заключении под стражу, полицейский, занимавшийся этим делом, предоставил M.A. возможность связаться с начальником (см. § 20 настоящего Постановления). Подробности беседы M.A. с начальником неизвестны, но вследствие этой беседы M.A. согласился приехать и забрать Ранцеву и впоследствии так и поступил.

298. В настоящем деле полицейские органы допустили многочисленные упущения. Во-первых, они не предприняли немедленной дополнительной проверки по вопросу о том, подверглась ли Ранцева торговле людьми. Во-вторых, они не освободили ее, но решили передать ее под попечительство M.A. В-третьих, не было сделано попытки исполнения требований Закона 3(1) 2000 года и принятия мер в соответствии со статьей 7 этого Закона (см. § 130 настоящего Постановления) по ее защите. Европейский Суд, соответственно, заключает, что эти недостатки при обстоятельствах, которые порождали обоснованное подозрение в том, что Ранцева могла подвергаться торговле людьми или эксплуатации, имели следствием непринятие кипрскими властями мер по защите Ранцевой. Соответственно, имело место нарушение статьи 4 Конвенции также и в этом отношении.

iii. Процессуальные обязательство по расследованию торговли людьми

299. Еще один вопрос заключается в том, было ли допущено процессуальное нарушение вследствие систематического уклонения властей Кипра от проведения эффективного расследования утверждений заявителя о том, что его дочь подверглась торговле людьми.

300. С учетом обстоятельств последующей гибели Ранцевой Европейский Суд полагает, что требование к кипрским властям по проведению эффективного расследования торговли людьми в настоящем деле поглощается общим обязательством с точки зрения статьи 2 Конвенции по проведению эффективного расследования гибели Ранцевой (см. § 234 настоящего Постановления). Вопрос эффективности расследования ее гибели рассмотрен Европейским Судом выше в рамках жалобы заявителя с точки зрения статьи 2 Конвенции и повлек установление нарушения. Соответственно, отсутствует необходимость обособленного рассмотрения жалобы против Республики Кипр с точки зрения статьи 4 Конвенции в процессуальном аспекте.

b. Россия

 

i. Позитивное обязательство по созданию надлежащей законодательной
и административной базы

301. Европейский Суд напоминает, что ответственность России в настоящем деле ограничена действиями, относящимися к ее юрисдикции (см. §§ 207-208 настоящего Постановления). Хотя в период, относящийся к обстоятельствам дела, уголовный закон особо не предусматривал преступления торговли людьми, российское государство-ответчик утверждало, что действия, обжалуемые заявителем, подпадали под определения других преступлений.

302. Европейский Суд отмечает, что заявитель не указал на конкретные недостатки положений российского уголовного законодательства. Кроме того, что касается расширения административной и нормативной базы, Европейский Суд принимает к сведению меры российских властей по преданию гласности угроз торговли людьми за счет информационной кампании, проводившейся в средствах массовой информации (см. § 262 настоящего Постановления).

303. На основе представленных доказательств Европейский Суд не находит, что законодательная и административная база, существовавшая в России в период, относящийся к обстоятельствам дела, не обеспечивала Ранцевой практическую и эффективную защиту при обстоятельствах настоящего дела.

ii. Позитивное обязательство по принятию защитных мер

304. Европейский Суд напоминает, что любое позитивное обязательство по принятию оперативных мер, которое имела Россия, могло возникнуть только в отношении действий, имевших место на российской территории (см., с необходимыми изменениями, упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты по делу "Аль-Адсани против Соединенного Королевства", §§ 38-39).

305. Европейский Суд отмечает, что хотя российские власти, по-видимому, сознавали наличие общей проблемы привлечения молодых женщин к торговле людьми для работы в секс-индустрии иностранных государств, не имеется доказательств того, что они были осведомлены относительно обстоятельств, порождавших обоснованное подозрение о наличии реальной и непосредственной угрозы для самой Ранцевой до ее отъезда на Кипр. Для того чтобы обязательство о принятии срочных оперативных мер возникло, недостаточно общей угрозы, существующей в отношении молодых женщин, выезжающих на Кипр по артистическим визам. Что касается данной общей угрозы, Европейский Суд напоминает, что российские власти приняли меры по предостережению граждан от угрозы торговли людьми (см. § 262 настоящего Постановления).

306. В заключение Европейский Суд не находит, что обстоятельства дела порождали позитивное обязательство со стороны российских властей по принятию оперативных мер для защиты Ранцевой. Соответственно, в этом отношении требования статьи 4 Конвенции российскими властями нарушены не были.

iii. Процессуальное обязательство по расследованию потенциальной торговли людьми

307. Европейский Суд напоминает, что в делах, затрагивающих трансграничную торговлю людьми, преступления, связанные с торговлей людьми, могут совершаться в странах происхождения и в странах назначения (см. § 289 настоящего Постановления). Что касается Кипра, как подчеркивала омбудсман в своем докладе (см. § 86 настоящего Постановления), вербовкой жертв обычно занимаются артистические агенты на Кипре, сотрудничающие с агентами в других странах. Уклонение от расследования аспекта вербовки предполагаемой торговли людьми составляло бы важную часть обеспечения безнаказанности системы торговли людьми. В этом отношении Европейский Суд обращает внимание на определение торговли людьми, принятое в Палермском протоколе и Конвенции о противодействии, прямо включающее вербовку жертвы (см. §§ 150 и 164 настоящего Постановления). Необходимость полного и эффективного расследования, охватывающего все аспекты утверждений о торговле людьми, от вербовки до эксплуатации, неоспорима. Российские власти соответственно имели обязанность расследования возможной деятельности в России отдельных агентов или сетей, участвовавших в доставке Ранцевой на Кипр.

308. Однако Европейский Суд отмечает, что российские власти не предприняли расследования того, как и где была завербована Ранцева. В частности, власти не приняли мер для установления лиц, причастных к вербовке Ранцевой, или примененных методов вербовки. Поскольку вербовка имела место на российской территории, российские власти имели лучшие возможности для проведения эффективного расследования вербовки Ранцевой. Уклонение от него в настоящем деле тем более серьезно с учетом последующей гибели Ранцевой и оставшихся неясными обстоятельств ее выезда из России.

309. Соответственно, имело место нарушение российскими властями их процессуального обязательства по расследованию предполагаемой торговли людьми с точки зрения статьи 4 Конвенции.

VI. Предполагаемое нарушение статьи 5 Конвенции

 

310. Заявитель жаловался на то, что кипрскими властями допущено нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции, поскольку его дочь содержалась в управлении полиции, была освобождена на попечение M.A. и впоследствии содержалась в квартире подчиненного M.A. Пункт 1 статьи 5 Конвенции, в частности, предусматривает, что:

 

"Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:

a) законное содержание под стражей лица, осужденного компетентным судом;

b) законное задержание или заключение под стражу (арест) лица за неисполнение вынесенного в соответствии с законом решения суда или с целью обеспечения исполнения любого обязательства, предписанного законом;

с) законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения;

d) заключение под стражу несовершеннолетнего лица на основании законного постановления для воспитательного надзора или его законное заключение под стражу, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом;

e) законное заключение под стражу лиц с целью предотвращения распространения инфекционных заболеваний, а также законное заключение под стражу душевнобольных, алкоголиков, наркоманов или бродяг;

f) законное задержание или заключение под стражу лица с целью предотвращения его незаконного въезда в страну или лица, против которого принимаются меры по его высылке или выдаче".

A. Объяснения сторон

 

1. Заявитель

 

311. Заявитель утверждал, что его обращение с его дочерью в управлении полиции и последующее содержание в квартире подчиненного M.A. нарушили пункт 1 статьи 5 Конвенции. Он подчеркивал важность статьи 5 Конвенции для защиты лиц от произвольного содержания под стражей и злоупотребления властью. Ранцева законно находилась на территории Республики Кипр и была, по утверждению заявителя, необоснованно и незаконно доставлена M.A. в управление полиции, освобождена на попечение M.A. и заключена в квартире подчиненного M.A. Он также отметил, что кипрскими властями не представлен документ об основаниях, по которым Ранцева была заключена под стражу и впоследствии передана M.A.

2. Кипрское государство-ответчик

 

312. В своих письменных объяснениях Кипрское государство-ответчик отрицало, что в настоящем деле имело место нарушение статьи 5 Конвенции. Оно утверждало, что из установленных фактов настоящего дела не следует, что полиция применяла свои полномочия по отношению к Ранцевой. Также не ясно, что произошло бы, если бы Ранцева отказалась уехать с M.A.

313. В своем одностороннем заявлении (см. § 187 настоящего Постановления) правительство признало, что обращение с Ранцевой в управлении полиции и решение не освобождать ее, а передать M.A. в отсутствие правовых оснований для лишения ее свободы противоречили требованиям статьи 5 Конвенции.

B. Мнение Европейского Суда

 

1. Наличие лишения свободы в настоящем деле

 

314. Европейский Суд напоминает, что, провозглашая "право на свободу", пункт 1 статьи 5 Конвенции имеет целью обеспечение того, чтобы никто не был лишен личной свободы произвольным образом. Различие между ограничением свободы передвижения, достаточно серьезным для отнесения к лишению свободы с точки зрения пункта 1 статьи 5 Конвенции, и простым ограничением свободы, которое регулируется только статьей 2 Протокола N 4 к Конвенции, является вопросом степени или интенсивности, а не природы или сущности (см. Постановление Европейского Суда от 6 ноября 1980 г. по делу "Гуццарди против Италии" (Guzzardi v. Italy), § 93, Series A, N 39). Для определения того, имеет ли место "лишение свободы" в значении статьи 5 Конвенции, исходным пунктом должна являться конкретная ситуация, и следует учитывать целый спектр критериев, таких как вид, длительность, последствия и способ применения оспариваемой меры (см. Постановление Европейского Суда от 8 июня 1976 г. по делу "Энгель и другие против Нидерландов" (Engel and Others v. Netherlands), §§ 58-59, Series A, N 22; упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Гуццарди против Италии", § 92; и Постановление Европейского Суда по делу "Риера Блуме и другие против Испании" (Riera Blume and Others v. Spain), жалоба N 37680/97, § 28, ECHR 1999-VII).

315. В настоящем деле Европейский Суд отмечает, что заявительница* (* Европейский Суд имеет в виду, что эти действия были совершены в отношении дочери заявителя (прим. переводчика).) была доставлена M.A. в управление полиции, где она содержалась около часа. Не имеется доказательств того, что Ранцева была уведомлена о причинах ее заключения под стражу; действительно, как указывал выше Европейский Суд (см. § 297), отсутствуют данные о том, что она была допрошена полицией во время ее пребывания в управлении полиции. Несмотря на то что полиция установила, что иммиграционный статус Ранцевой не вызывал сомнений и отсутствовали основания для продолжения ее содержания под стражей, она не была немедленно освобождена. Вместо этого по предложению ответственного сотрудника службы по делам иностранцев и иммиграции (AIS), полиция обратилась к M.A. и предложила забрать ее и доставить в управление AIS в 7.00 для дополнительного расследования. M.A. было указано, что если он не заберет ее, она будет освобождена. Ранцева содержалась в управлении полиции до прибытия M.A., когда она была освобождена на его попечение (см. § 20 настоящего Постановления).

316. Факты, относящиеся к последующему пребыванию Ранцевой в квартире M.П., неясны. Как следует из его свидетельских показаний, полученных полицией, M.A. отрицал, что Ранцева удерживалась в квартире против ее воли, и утверждал, что она могла удалиться (см. § 21 настоящего Постановления). Заявитель указывает, что Ранцева была заперта в спальне и таким образом была вынуждена бежать через балкон. Европейский Суд отмечает, что Ранцева погибла после падения с балкона квартиры при очевидной попытке бежать (см. § 41 настоящего Постановления). Разумно предположить, что если бы она была гостем в квартире и могла свободно удалиться в любое время, она просто вышла бы через входную дверь (см. Постановление Европейского Суда по делу "Шторк против Германии" (Storck v. Germany), жалоба N 61603/00, §§ 76-78, ECHR 2005-V). Соответственно, Европейский Суд полагает, что Ранцева оставалась в квартире не по своей воле.

317. В общей сложности предполагаемое заключение продолжалось около двух часов. Несмотря на его непродолжительность, Европейский Суд подчеркивает серьезный характер и последствия лишения свободы и напоминает, что если факты указывают на лишение свободы в значении пункта 1 статьи 5 Конвенции, относительно небольшая продолжительность лишения свободы не влияет на этот вывод (см. Решение Комиссии по правам человека от 15 января 1998 г. по делу "Ярвинен против Финляндии" (Jarvinen v. Finland), жалоба N 30408/96; и Решение Европейского Суда от 4 ноября 2003 г. по делу "Новотка против Словакии" (Novotka v. Slovakia), жалоба N 47244/99, в котором доставка в управление полиции, обыск и временное заключение в камеру, продолжавшееся примерно один час, были сочтены лишением свободы для целей статьи 5 Конвенции).

318. Соответственно, Европейский Суд находит, что содержание Ранцевой в управлении полиции и ее последующее перемещение и содержание в квартире составляли лишение свободы в значении статьи 5 Конвенции.

2. Ответственность Кипра за лишение свободы

 

319. Поскольку Ранцева удерживалась частными лицами, Европейский Суд должен рассмотреть роль, которую играли полицейские, и установить, влечет ли лишение свободы в квартире ответственность властей Кипра, особенно с учетом их позитивного обязательства по защите от произвольного содержания под стражей (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Риера Блуме и другие против Испании", §§ 32-35).

320. Европейский Суд уже выражал озабоченность относительно того, что полиция предпочла передать Ранцеву на попечение M.A. вместо того, чтобы просто освободить ее (см. § 298 настоящего Постановления). Ранцева не являлась несовершеннолетней. Как показали дежурившие полицейские, она не проявляла признаков опьянения (см. § 20 настоящего Постановления). Утверждение кипрских властей о том, что отсутствуют доказательства того, что Ранцева сопротивлялась отъезду с M.A., является недостаточным: как подчеркивал Центр "Эй-Ай-Ар-И" (см. § 269 настоящего Постановления), жертвы торговли людьми часто претерпевают серьезные физические и психологические последствия, которые слишком травмируют их для того, чтобы они могли заявить о себе как о жертвах. Кроме того, в своем докладе 2003 года омбудсман отметила, что опасения последствий и неадекватные меры защиты влекут ограниченность количества жалоб, подаваемых потерпевшими в полицию Кипра (см. §§ 87-88 настоящего Постановления).

321. В контексте общих условий жизни и работы артисток кабаре на Кипре, а также с учетом конкретных обстоятельств дела Ранцевой Европейский Суд полагает, что полиция не вправе утверждать, что она действовала добросовестно и не несла ответственность за последующее лишение Ранцевой свободы в квартире M.П. Очевидно, что в отсутствие активного сотрудничества со стороны полиции Кипра в настоящем деле лишение свободы не могло бы иметь место. Европейский Суд соответственно полагает, что национальные власти не воспрепятствовали лишению Ранцевой свободы.

3. Совместимость лишения свободы с пунктом 1 статьи 5 Конвенции

 

322. Остается определить, относилось ли лишение свободы к одной из категорий допустимого содержания под стражей, исчерпывающий перечень которых содержится в пункте 1 статьи 5 Конвенции. Европейский Суд напоминает, что пункт 1 статьи 5 Конвенции в значительной степени отсылает к национальному законодательству и устанавливает обязательство соблюдать его материально-правовые и процессуальные правила. Однако он также требует, чтобы любая мера лишения лица свободы соответствовала цели статьи 5 Конвенции, а именно защите лица от произвола (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Риера Блуме и другие против Испании", § 31).

323. Предусмотрев, что любое лишение свободы допускается "в порядке, установленном законом", пункт 1 статьи 5 Конвенции устанавливает, во-первых, что любое задержание или арест должны иметь правовую основу в национальном законодательстве. Кипрское государство-ответчик не указало правовой основы для лишения свободы, но можно предположить, что первоначальное содержание Ранцевой в управлении полиции осуществлялось с целью проверки соблюдения ею иммиграционных требований. Однако, подтвердив, что имя Ранцевой не было внесено в соответствующий список, кипрские власти не представили объяснений в отношении причин и правовой основы для решения не освобождать Ранцеву из управления полиции, но передать ее на попечение M.A. Как указывалось выше, полиция установила, что Ранцева не проявляет признаков опьянения и не представляет угрозы для себя или окружающих (см. §§ 20 и 320 настоящего Постановления). Нет данных, и это не предполагалось, что Ранцева просила M.A. забрать ее. Решение полицейских властей удержать Ранцеву до прибытия M.A. и впоследствии передать ее на его попечение не имело основы в национальном законодательстве.

324. Не утверждалось, что содержание Ранцевой в квартире было законным. Европейский Суд находит, что данное лишение свободы было произвольным и незаконным.

325. Европейский Суд, соответственно, заключает, что имело место нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции в отношении незаконного и произвольного лишения свободы Ранцевой.

VII. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции

 

326. Заявитель утверждал, что кипрские власти нарушили его право доступа к суду, предусмотренное статьей 6 Конвенции, не обеспечив его участие в процедуре дознания, не предоставив ему бесплатную юридическую помощь и информацию о доступных средствах правовой защиты на Кипре. Статья 6 Конвенции, в соответствующей части предусматривает следующее:

 

"1. Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом..."

A. Объяснения сторон

 

1. Заявитель

 

327. Заявитель подчеркивал важность права доступа к суду в демократическом обществе. Такое право влечет возможность лица иметь ясные, практические средства для оспаривания акта, нарушающего его права. Заявитель подчеркивал, что дело о гибели его дочери не рассматривалось судом. Он также жаловался на уклонение властей Кипра от обеспечения его эффективного участия в процедуре дознания и предоставления бесплатной юридической помощи. Соответственно, он утверждал, что кипрские власти нарушили его право доступа к суду, гарантированное статьей 6 Конвенции.

2. Кипрское государство-ответчик

 

328. В своих письменных объяснениях кипрское государство-ответчик утверждало, что статья 6 Конвенции неприменима к процедуре дознания, поскольку она не являлась разбирательством по определению гражданских прав и обязанностей. Соответственно, заявитель не мог утверждать, что имел право доступа к разбирательству в связи с гибелью его дочери.

329. Если, с другой стороны, процедура дознания относится к сфере действия статьи 6 Конвенции, кипрское государство-ответчик утверждало, что право заявителя на доступ к суду было в настоящем деле обеспечено.

330. В своем последующем одностороннем заявлении (см. § 187 настоящего Постановления) кипрское государство-ответчик признало нарушение права заявителя на эффективный доступ к суду в связи с уклонением властей Кипра от установления реальных и эффективных контактов с заявителем, что касается дознания и любых других возможных средств правовой защиты, доступных заявителю.

B. Приемлемость жалобы

 

331. Европейский Суд отмечает прежде всего, что статья 6 Конвенции не предусматривает права на возбуждение уголовного разбирательства в конкретном деле или на преследование третьих лиц или на назначение наказания за преступление (см., например, Решение Европейского Суда от 11 мая 1999 г. по делу "Рампонья и Мурджа против Италии" (Rampogna and Murgia v. Italy), жалоба N 40753/98; Постановление Большой Палаты по делу "Перес против Франции" (Perez v. France), жалоба N 47287/99, § 70, ECHR 2004-I; и Постановление Европейского Суда от 22 января 2009 г. по делу "Динчев против Болгарии" (Dinchev v. Bulgaria), жалоба N 23057/03, § 39). В части жалобы заявителя со ссылкой на пункт 1 статьи 6 Конвенции на уклонение властей Кипра от возбуждения уголовного дела в связи с гибелью его дочери, его жалоба, соответственно, несовместима с положениями Конвенции ratione materiae и подлежит отклонению в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

332. Что касается жалобы на участие в процедуре дознания, Европейский Суд отмечает, что процессуальные гарантии в этом разбирательстве относятся к сфере действия статьи 2 Конвенции и жалоба заявителя уже рассмотрена в этом контексте (см. § 239 настоящего Постановления). Что касается применимости статьи 6 Конвенции к процедуре дознания, Европейский Суд полагает, что отсутствует уголовное обвинение или гражданское право, затрагивающее заявителя в контексте этого разбирательства. Соответственно, в этой части жалоба также неприемлема ratione materiae и подлежит отклонению в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

333. Наконец, что касается жалобы заявителя на то, что он не был уведомлен о других доступных ему средствах правовой защиты и не был обеспечен бесплатной юридической помощью, в то время как стоимость юридического представительства на Кипре была для него запретительной, Европейский Суд полагает, что жалоба в этой части по сути связана с жалобой заявителя со ссылкой на статью 2 Конвенции, и напоминает, что она была рассмотрена в этом контексте (см. § 240 настоящего Постановления). Соответственно, не является необходимым рассмотрение пределов, в которых при таких обстоятельствах может возникнуть обособленный вопрос с точки зрения статьи 6 Конвенции.

334. Соответственно, жалоба с точки зрения пункта 1 статьи 6 Конвенции должна быть объявлена неприемлемой и отклонена в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

VIII. Предполагаемое нарушение статьи 8 Конвенции

 

335. Заявитель также ссылался на статью 8 Конвенции, которая предусматривает следующее:

 

"1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц".

336. Заявитель не изложил дополнительных подробностей относительно характера своей жалобы со ссылкой на данную статью. С учетом представленных ему материалов и того, насколько эти жалобы относятся к компетенции Европейского Суда, он находит, что доказательства не свидетельствуют о наличии признаков нарушения прав и свобод, предусмотренных Конвенцией или протоколами к ней. Отсюда следует, что эта часть жалобы является явно необоснованной и подлежит отклонению, в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

IX. Применение статьи 41 Конвенции

 

337. Статья 41 Конвенции предусматривает:

 

"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

Ущерб

 

1. Объяснения сторон

 

338. Заявитель требовал 100 000 евро в качестве компенсации морального вреда, причиненного гибелью его дочери. Он указывал на серьезный характер предполагаемых нарушений в настоящем деле и тот факт, что его дочь была единственным кормильцем в семье. Он также подчеркнул нравственные страдания, причиненные гибелью его дочери и его последующими усилиями по привлечению виновных к ответственности.

339. Кипрское государство-ответчик утверждало, что с учетом прецедентной практики Европейского Суда требуемая сумма является чрезмерной. Оно также подчеркивало, что заявитель не привел доказательств того, что он находился в финансовой зависимости от своей дочери. В своем одностороннем заявлении (см. § 187 настоящего Постановления) оно предложило выплатить заявителю 37 300 евро в отношении материального ущерба и морального вреда, а также судебных расходов и издержек, или другие суммы компенсации, установленные Европейским Судом.

340. Российское государство-ответчик утверждало, что, любой моральный вред должен быть возмещен государством, которое не смогло обеспечить безопасность дочери заявителя и не смогло провести эффективное расследование ее гибели. Оно отметило, что не является государством-ответчиком, что касается жалобы заявителя в части материально-правового аспекта статьи 2 Конвенции.

2. Мнение Европейского Суда

 

341. Европейский Суд отмечает, что требование компенсации за потерю финансовой поддержки более целесообразно рассматривать как требование компенсации материального ущерба. В этом отношении Европейский Суд напоминает о необходимости очевидной причинной связи между компенсацией ущерба, требуемой заявителем, и нарушением Конвенции, и в некоторых случаях она может включать в себя компенсацию утраты дохода (см., в частности, Постановление Европейского Суда по делу "Акташ против Турции" (Aktas v. Турция), жалоба N 24351/94, § 352, ECHR 2003-V (извлечения)). В настоящем деле Европейский Суд не установил, что Кипр несет ответственность за гибель Ранцевой, считая, что имело место процессуальное, а не материально-правовое нарушение статьи 2 Конвенции. Соответственно, Европейский Суд не находит возможным присуждать заявителю сумму в отношении материального ущерба, причиненного гибелью Ранцевой.

342. Что касается морального вреда, Европейский Суд признал, что кипрские власти не приняли мер по защите Ранцевой от угрозы торговли людьми и по расследованию вопроса о том, являлась ли она жертвой торговли людьми. Он также установил, что кипрские власти уклонились от проведения эффективного расследования гибели Ранцевой. Соответственно, Европейский Суд делает вывод, что заявитель должен считаться претерпевшим мучение и страдание вследствие невыясненных обстоятельств гибели Ранцевой и уклонения властей Кипра от принятия мер по ее защите от торговли людьми и эксплуатации и по эффективному расследованию обстоятельств ее прибытия на Кипр и пребывания там. Оценивая эти данные на справедливой основе, Европейский Суд присуждает 40 000 евро в качестве компенсации вреда, причиненного заявителю поведением властей Кипра, а также любые налоги, подлежащие начислению на эту сумму.

343. Европейский Суд напоминает, что он установил процессуальные нарушения статьи 4 Конвенции в отношении России. На справедливой основе он присуждает заявителю 2 000 евро в качестве компенсации морального вреда, причиненного ему поведением российских властей, а также любые налоги, подлежащие начислению на эту сумму.

Судебные расходы и издержки

 

1. Объяснения сторон

 

344. Заявитель требовал возмещения понесенных им судебных расходов и издержек в размере приблизительно 485 480 рублей (приблизительно 11 240 евро), включая расходы на проезд, фотокопирование, перевод и услуги нотариуса. Эта сумма также включала в себя выручку от продажи его дома в России в размере 233 600 рублей, которые требовались для получения необходимых средств; расходы на погребение в размере приблизительно 46 310 рублей; и 26 661 рубль, потраченные на посещение конференции по торговле людьми на Кипре в 2008 году. Им были представлены соответствующие квитанции.

345. Кипрское государство-ответчик утверждало, что заявитель может требовать возмещения расходов, которые были необходимы для предотвращения нарушения Конвенции или возмещения ущерба в связи с ним, разумные по размеру и имеющие причинную связь с рассматриваемым нарушением. Оно также оспаривало требование заявителя о компенсации суммы в размере 233 600 рублей, вырученной от продажи его квартиры, суммы, израсходованной на посещение конференции в 2008 году, и требование о возмещении расходов и издержек, не доказанных квитанциями или неразумных по размеру.

346. Российское государство-ответчик считало, что заявитель не обосновал свое утверждение о том, что ему пришлось продать свою квартиру и ехать на Кипр. В частности, оно утверждало, что заявитель мог обратиться к соответствующим правоохранительным органам в России для запроса необходимых документов и доказательств от кипрских властей и мог дать соответствующее поручение адвокату на Кипре. Российское государство-ответчик также оспаривало требование заявителя о возмещении затрат на посещение конференции в 2008 году на том основании, что это не было непосредственно связано с расследованием гибели Ранцевой.

2. Мнение Европейского Суда

 

347. Европейский Суд напоминает, что заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек только в части, в которой они были действительно понесены, являлись необходимыми и разумными по размеру. В настоящем деле заявитель не имеет право требовать вырученную сумму от продажи его дома или расходы на поездку на конференцию на Кипре в 2008 году, которая не связана непосредственно с расследованием гибели Ранцевой. Кроме того, Европейский Суд напоминает, что он установил только процессуальные нарушения статьи 2 Конвенции. Соответственно, заявитель не имеет права на компенсацию расходов на погребение.

348. Принимая во внимание вышеизложенное, Европейский Суд считает разумным присудить 4 000 евро в счет возмещения судебных расходов и издержек, а также любые налоги, обязанность уплаты которых может быть возложена на заявителя в связи с этой суммой, за вычетом 850 евро, полученных в порядке освобождения от оплаты юридической помощи Советом Европы. При обстоятельствах настоящего дела Европейский Суд полагает, что целесообразно возложить обязанность по возмещению судебных расходов и издержек на Кипр.

Процентная ставка при просрочке платежей

 

349. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

На основании изложенного Суд единогласно:

1) отклонил требование кипрского государства-ответчика об исключении жалобы из списка дел, подлежащих рассмотрению Европейским Судом;

2) решил исследовать возражение российского государства-ответчика ratione materiae в отношении статьи 4 Конвенции при рассмотрении жалобы по существу, и отклонил его;

3) признал жалобы с точки зрения статей 2, 3, 4 и 5 Конвенции приемлемыми, а в остальной части неприемлемыми;

4) постановил, что нарушение кипрскими властями позитивного обязательства по защите права Ранцевой на жизнь с точки зрения статьи 2 Конвенции допущено не было;

5) постановил, что имели место процессуальные нарушения Кипром статьи 2 Конвенции в связи с уклонением от проведения эффективного расследования гибели Ранцевой;

6) постановил, что требования статьи 2 Конвенции Россией нарушены не были;

7) постановил, что не является необходимым обособленное рассмотрение жалобы заявителя в части статьи 3 Конвенции;

8) постановил, что имело место нарушение Кипром статьи 4 Конвенции в части непредоставления Ранцевой практической и эффективной защиты от торговли людьми и эксплуатации в целом и непринятия необходимых конкретных мер для ее защиты;

9) постановил, что не является необходимым обособленное рассмотрение предполагаемого нарушения статьи 4 Конвенции в части систематического уклонения властей Кипра от проведения эффективного расследования;

10) постановил, что нарушение Россией ее позитивного обязательства в соответствии со статьей 4 Конвенции по принятию оперативных мер для защиты Ранцевой от торговли людьми допущено не было;

11) постановил, что имело место нарушение статьи 4 Конвенции Россией ее процессуальных обязательств в отношении расследования предполагаемой торговли людьми;

12) постановил, что имело место нарушение Кипром статьи 5 Конвенции;

13) постановил:

(a) что власти кипрского государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу, в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции, выплатить заявителю 40 000 евро (сорок тысяч евро) в качестве компенсации морального вреда и 3 150 евро (три тысячи сто и пятьдесят евро) в счет возмещения судебных расходов и издержек, а также любые налоги, обязанность уплаты которых может быть возложена на заявителя в связи с этой суммой;

(b) что власти российского государства-ответчика обязаны в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу, в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции, выплатить заявителю 2 000 евро (две тысячи евро) в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты, а также любые налоги, обязанность уплаты которых может быть возложена на заявителя в связи с этой суммой;

(c) что с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;

14) отклонил оставшуюся часть требований заявителя о справедливой компенсации.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 7 января 2010 г., в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

 

Сёрен Нильсен
Секретарь Секции Суда

Христос Розакис
Председатель Палаты Суда

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Постановление Европейского Суда по правам человека от 7 января 2010 г. Дело "Ранцев (Rantsev) против Республики Кипр и Российской Федерации" (жалоба N 25965/04) (Первая секция)


Постановление вступило в силу 10 мая 2010 г.


Текст Постановления опубликован в Бюллетене Европейского Суда по правам человека. Российское издание. N 5/2010


Перевод: Николаев Г.А.