Определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26 мая 1997 г. Об изменении приговора Московского городского суда от 29 февраля 1996 г. отношении Курдина Николая Юрьевича, Сидорова Сергея Николаевича, Сайфаева Тельмана Сайфаевича, Серова Максима Викторовича, Фроленко Юрия Юрьевича и Варганова Бориса Георгиевича и переквалифицировании действий

Определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 26 мая 1997 г.


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации 26 мая 1997 года рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам осужденных Курдина Н.Ю., Сайфаева Т.С., Варганова Б.Г., Фроленко Ю.Ю., Серова М.В. и Сидорова С.Н., адвокатов Шулюпова В.Н., Яковлева К.В., Поспелова Г.В., Шипиловой Т.В. и Фоменко И.О. на приговор Московского городского суда от 29 февраля 1996 г., по которому

Курдин Николай Юрьевич, родившийся 24 июня 1968 г. в г.Москве, со средним образованием, неработавший, ранее не судимый, -

осужден по ст.77 УК РСФСР к смертной казни с конфискацией имущества, по ст.93 УК РСФСР на 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества, по ст.ст.17 и 102 п.п. а, е, з, и, н УК РСФСР к смертной казни, по ст.147 ч.3 УК РСФСР на 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества, по ст.162.7 ч.2 УК РСФСР на 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества, на основании ст.40 УК РСФСР по совокупности преступлений окончательно к смертной казни с конфискацией имущества;

Сидоров Сергей Николаевич, родившийся 26 октября 1971 года в г.Подольске Московской области, со среднеспециальным образованием, неработавший, ранее не судимый, -

осужден по ст.77 УК РСФСР к смертной казни с конфискацией имущества, по ст.93 УК РСФСР на 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества, по ст.102 п.п. а, е, з, и, н УК РСФСР к смертной казни, на основании ст.40 УК РСФСР по совокупности преступлений окончательно к смертной казни с конфискацией имущества;

Сайфаев Тельман Сайфаевич, родившийся 10 мая 1972 г. в г.Москве, с неполным средним образованием, женатый, имеющий малолетнего ребенка, неработавший, ранее не судимый, -

осужден по ст.77 УК РСФСР к смертной казни с конфискацией имущества, по ст.93 УК РСФСР на 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества, по ст.102 п.п. а, е, з, и, н УК РСФСР к смертной казни, по ст.195 ч.3 УК РСФСР на 8 месяцев лишения свободы, по ст.224 ч.3 УК РСФСР на 3 года лишения свободы, на основании ст.40 УК РСФСР по совокупности преступлений окончательно к смертной казни с конфискацией имущества;

Серов Максим Викторович, родившийся 22 марта 1968 г. в г.Москве, со средним образованием, женатый, имеющий малолетнего ребенка, неработавший, ранее не судимый, -

осужден по ст.77 УК РСФСР на 7 лет лишения свободы с конфискацией имущества, по ст.93.1 УК РСФСР на 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества, по ст.ст.17 и 102 п.п. а, е, з, и, н УК РСФСР на 8 лет лишения свободы, на основании ст.40 УК РСФСР по совокупности преступлений окончательно на 8 лет лишения свободы в исправительно-трудовой колонии общего режима с конфискацией имущества;

Фроленко Юрий Юрьевич, родившийся 23 апреля 1966 г. в пос.Салтыковка Балашихинского района Московской области, со средним образованием, женатый, имеющий на иждивении малолетнего ребенка, неработавший, ранее не судимый, -

осужден по ст.77 УК РСФСР на 7 лет лишения свободы с конфискацией имущества, по ст.ст.17 и 102 п.п. а, е, з, и, н УК РСФСР на 8 лет лишения свободы, на основании ст.40 УК РСФСР по совокупности преступлений окончательно на 8 лет лишения свободы в исправительно-трудовой колонии общего режима с конфискацией имущества;

Варганов Борис Георгиевич, родившийся 29 октября 1968 г. в пос.Никольское Балашихинского района Московской области, со средним образованием, женатый, имеющего малолетнего ребенка, неработавший, ранее судимый: 16 ноября 1993 г. по ст.206 ч.1 УК РСФСР к одному году исправительных работ с удержанием из заработка ежемесячно по 20% в доход государства, наказание не отбыто, -

осужден по ст.218 ч.1 УК РСФСР на 2 года лишения свободы, на основании ст.41 УК РСФСР по совокупности приговоров окончательно на 2 года 3 месяца лишения свободы в исправительно-трудовой колонии общего режима.

Оправданы: Курдин по ст.196 ч.1 УК РСФСР - за отсутствием в его действиях состава преступления; Курдин, Сайфаев и Сидоров по ст.146 ч.2 п.п. а, б, в, д УК РСФСР - за недоказанностью совершения данного преступления.

Постановлено о взыскании с осужденных: Курдина, Сидорова и Сайфаева солидарно в пользу Дудукиной Галины Викторовны 8.000.000 руб.; в пользу Щепиловой Герты Яковлевны 196.000 руб.; Цепаловой Надежды Алексеевны 14.412.000 руб.; Курдина, Сидорова, Сайфаева, Серова и Фроленко солидарно в пользу Розенблюм Бэлы Григорьевны 54.449.000 руб., в пользу Макарчева Ивана Николаевича 16.350.000 руб.; Курдина, Сидорова, Сайфаева, Серова и Фроленко судебные издержки в доход государства по 533.584 руб. с каждого.

Заслушав доклад судьи, заключение прокурора Лушпы Н.В., полагавшей приговор в части осуждения Курдина по ст.162 ч.2 УК РСФСР отменить, а производство по делу прекратить, а в остальном привести его в соответствие с новым уголовным законодательством, судебная коллегия установила:

Признаны виновными:

Курдин - в организации вооруженной банды с целью нападения на отдельных лиц и участии в банде и в совершаемых ею нападениях (бандитизме); хищении государственного имущества в особо крупных размерах путем разбойного нападения и мошенничества; организации и пособничестве в умышленном убийстве, совершенном из корыстных побуждений, с целью скрыть другое преступление и облегчить его совершение, двух и более лиц, лицом, ранее совершившим организацию умышленного убийства, по предварительному сговору группой лиц; завладении личным имуществом граждан путем обмана и злоупотребления доверием (мошенничестве), совершенном повторно и причинившим значительный ущерб потерпевшим; совершении незаконных сделок с валютными ценностями путем их использования в качестве средства платежа, повторно и в крупных размерах;

Сидоров - в участии в вооруженной банде и в совершаемых ею нападениях на отдельных лиц (бандитизме); хищении государственного имущества в особо крупных размерах путем разбойного нападения и мошенничества; умышленном убийстве, совершенном из корыстных побуждений с целью скрыть другое преступление и облегчить его совершение, двух и более лиц, лицом, ранее совершившим умышленное убийство, по предварительному сговору группой лиц;

Сайфаев - в участии в вооруженной банде и в совершаемых ею нападениях на отдельных лиц (бандитизме); хищении государственного имущества в особо крупных размерах путем разбойного нападения и мошенничества; умышленном убийстве, совершенном из корыстных побуждений, с целью скрыть другое преступление и облегчить его совершение, двух и более лиц, лицом, ранее совершившим умышленное убийство, по предварительному сговору группой лиц; похищении у гражданина паспорта; незаконном приобретении и хранении наркотических средств без цели сбыта;

Серов - в участии в вооруженной банде и в совершаемых ею нападениях на отдельных лиц (бандитизме); хищении государственного имущества в особо крупных размерах путем разбойного нападения и мошенничества; пособничестве в умышленном убийстве, совершенном из корыстных побуждений, с целью скрыть другое преступление и облегчить его совершение, двух и более лиц, лицом, ранее совершившим пособничество в умышленном убийстве, по предварительному сговору группой лиц;

Фроленко - в участии в вооруженной банде и в совершаемых ею нападениях на отдельных лиц (бандитизме); пособничестве в умышленном убийстве, совершенном из корыстных побуждений, с целью скрыть другое преступление и облегчить его совершение, двух и более лиц, лицом, ранее совершившим пособничество в умышленном убийстве, по предварительному сговору группой лиц;

Варганов - в незаконном ношении, приобретении и хранении огнестрельного оружия и боеприпасов к нему.

Согласно приговору:

В октябре 1992 г. Курдин, имея намерение завладеть квартирой, принадлежащей на праве личной собственности Алексееву и Алексеевой, предложил супругам продать ему квартиру с правом их пожизненного проживания и с условием оказания им ежемесячной материальной помощи.

Получив согласие Алексеевых, Курдин под предлогом необходимости заключения соответствующего договора обманным путем получил подписи Алексеевых на чистых бланках нотариальных доверенностей, изготовил поддельные доверенности от имени Алексеевых на свое имя на право продажи квартиры, завладел паспортами потерпевших, свидетельством о праве собственности на жилище и 5 марта 1993 г. продал квартиру Алексеевых без их согласия гр-ну Старовойтову, заключив соответствующий договор в нотариальной конторе. Денег за квартиру Курдин потерпевшим не передал, причинив им материальный ущерб и лишив их жилья, стоимость которого составляла не менее 11.500.000 руб.

В октябре 1992 г. Курдин создал Индивидуальное частное предприятие Благотворительный центр "Хэлп", основным направлением деятельности которого являлась купля-продажа квартир у населения, ставшая впоследствии прикрытием криминальной деятельности преступной группы в составе Курдина, Сидорова, Сайфаева, Серова, а затем - вооруженной банды, созданной тем же Курдиным, в составе Сайфаева, Сидорова, Серова и Фроленко.

Согласно распределению ролей Курдин являлся организатором преступной деятельности всей группы, а затем - вооруженной банды, при этом он разрабатывал планы нападений на граждан, руководил членами банды, предоставляя Сидорову и Сайфаеву информацию об адресах потерпевших, вывозил их на места готовящихся преступлений для ознакомления с обстановкой и самими потерпевшими; Серов подыскивал лиц, которые имели намерения продать квартиры, докладывал о них Курдину, который организовывал нападения на этих лиц с целью завладения квартирами и денежными средствами, выступал в качестве водителя банды, перевозя участников банды к местам совершения преступлений; Фроленко приобретал для банды огнестрельное оружие: автомат АК-74 N 270745 и 30 патронов к нему, пистолет системы "Маузер" и 10 патронов к нему, револьвер системы "Наган" N 56094 и 14 патронов к нему, автомат АКС-74 без номера и 375 патронов к нему, следил за техническим состоянием оружия, производил отстрел оружия, изготавливал самодельные глушители к автомату АК-74 и пистолету системы "Маузер", перед совершением преступлений передавал оружие исполнителям убийств подсудимым Сидорову и Сайфаеву, затем принимал оружие обратно для хранения его по месту своего жительства и на даче, а также сбывал его после совершения преступлений; Сидоров и Сайфаев по указанию Курдина за денежное вознаграждение совершали убийства граждан, в том числе и с использованием огнестрельного оружия.

В апреле 1993 г. Серов от своего знакомого Коровкина узнал о его намерении продать свою квартиру, сообщил об этом Курдину. Последний пытался склонить одинокого и употребляющего спиртные напитки Коровкина на заключение договора купли-продажи квартиры, но сделать этого не смог и принял решение об убийстве потерпевшего с целью завладения государственным имуществом в особо крупных размерах - квартирой Коровкина, рыночная стоимость которой составляла 11.500.000 руб., с целью ее дальнейшей продажи.

9 апреля 1993 г. Курдин направил Сайфаева и Сидорова в сопровождении Серова, знавшего адрес места жительства Коровкина, к последнему домой. Серов привел Сидорова и Сайфаева к квартире потерпевшего и сразу же ушел. Сидоров и Сайфаев, войдя в квартиру, накинули Коровкину на шею веревку и задушили его. После чего труп Коровкина перенесли на чердак дома и подожги. Подсудимый Сайфаев похитил паспорт Коровкина и передал его Курдину. Курдин в период с 9 по 13 апреля 1993 г. изготовил подложную доверенность, согласно которой Коровкин передает ему право приватизации и продажи принадлежащей ему квартиры. Затем, используя похищенный паспорт и подложную доверенность, Курдин, выступая, как доверенное лицо Коровкина, оформил соответствующее заявление и договор передачи квартиры в собственность в РЭП-18 Северо-Восточного административного округа г.Москвы, а 13 апреля 1993 г. представил документы в Департамент муниципального жилья г.Москвы и незаконно оформил приватизацию квартиры Коровкина, получив свидетельство о праве собственности на жилище потерпевшего, и, изъяв таким образом квартиру из государственного жилого фонда, причинил государству материальный ущерб в особо крупном размере на сумму 11.500.000 руб.

14 апреля 1993 г. Курдин заключил договор купли-продажи указанной квартиры с Гонибовым, введя последнего в заблуждение и создав у него уверенность в правомерности совершаемых действий, и продал ему квартиру за 7.300 дол. США, эквивалентных 5.591.800 руб., нарушив при этом Закон Российской Федерации от 9 октября 1992 г. "О валютном регулировании и валютном контроле".

В апреле 1993 г. Курдин нашел квартиру, в которой проживал одинокий и злоупотреблявший спиртными напитками Зюзиков. С целью завладения и дальнейшей перепродажи приватизированной Зюзиковым квартиры Курдин 21 апреля 1993 г. склонил последнего к заключению договора купли-продажи квартиры. Введя Зюзикова в заблуждение, Курдин умышленно не включил в договор пункт о его праве пожизненного проживания в указанной квартире. Таким образом подсудимый лишил потерпевшего жилья, стоимостью 13.500.000 руб.

Не имея намерений оплачивать пожизненное содержание Зюзикова, группа принимает решение об убийстве потерпевшего. Для этого в ночь на 30 апреля 1993 года Сидоров и Сайфаев проникли в квартиру Зюзикова и с целью лишения его жизни забили ему двумя ударами в лобно-височную область справа металлический стержень, в результате чего наступила смерть потерпевшего. Затем труп Зюзикова перенесли на чердак.

Завладев квартирой Зюзикова в результате совершенного убийства, Курдин 30 апреля 1993 г. заключил договор купли-продажи квартиры с гр-кой Бедняковой, и, получив от нее деньги в сумме 14.000 дол. США, эквивалентных 11.522.000 руб., причинил ей материальный ущерб на эту сумму и нарушил тем самым правила о валютных операциях.

В продолжение преступной деятельности группы Курдин в апреле 1993 г. подыскал квартиру, где проживали супруги Морозовы.

С целью завладения указанной квартирой Курдин склонил их к заключению договора купли-продажи квартиры с правом их пожизненного проживания. После смерти Морозовой, не желая выполнять взятые на себя обязательства, Курдин совместно с другими подсудимыми принимает решение об убийстве Морозова и Нечитайлова, который по договору с фирмой Курдина ухаживал за парализованным Морозовым.

Во исполнение преступного замысла Курдин совместно с Сидоровым и Сайфаевым прибыли 5 июня 1993 г. на автомашине Курдина к дому Морозова. Курдин остался в автомашине, а Сидоров и Сайфаев проникли в квартиру. Сайфаев нанес удар Нечитайлову, а Сидоров накинул ему на шею веревку. Затем Сайфаев его убил путем удушения. В то же самое время Сидоров накинул вторую веревку на шею Морозову и также задушил его.

С целью сокрытия совершенного преступления, исполняя указания Курдина, Сидоров и Сайфаев облили трупы потерпевших горючей жидкостью и подожгли.

Завладев преступным путем квартирой Морозовых, Курдин 8 июля 1993 г. заключил договор купли-продажи квартиры с гр-кой Павлюткиной, продав ей указанную квартиру за 4.000.000 руб.

В продолжение преступной деятельности в составе вооруженной банды Серов подыскал квартиру, в которой проживал одинокий Канищев, о чем сообщил Курдину. Последний, имея умысел на совершение бандитского нападения и убийства Канищева и завладение его денежными средствами, предложил Шарминой приобрести квартиру Канищева. 23 июня 1993 г. между Канищевым и Шарминой был заключен договор купли-продажи квартиры, по которому Шармина передала 15.000 дол. США в счет стоимости квартиры Курдину, выступавшему в качестве посредника в указанной сделке. Не имея намерений передавать указанную сумму Канищеву, подсудимый Курдин 24 июня 1993 г. совместно с Сидоровым и Сайфаевым вооруженными автоматом АК-74 с глушителем, который был передан им Фроленко, на автомашине под управлением Серова прибыли к дому Канищева. Курдин прошел в здание, после чего вышел вместе с Макарчевым и Кириллиным, временно проживавшими вместе с Канищевым, предоставив таким образом возможность Сидорову и Сайфаеву обозреть потерпевших. Сидоров и Сайфаев поднялись в квартиру Канищева, где открывшему дверь хозяину квартиры накинули веревку на шею и, потянув за концы, совместно путем удушения убили Канищева.

Затем, дождавшись возвращения Макарчева и Кириллина из ресторана, Сидоров и Сайфаев напали на них в подъезде дома с целью умышленного убийства. Сайфаев из имевшегося у него автомата произвел не менее трех выстрелов по Макарчеву и не менее девяти выстрелов по Кириллину, убив их. После этого Сидоров и Сайфаев сели в ожидавшую их автомашину с Курдиным и передали ему использовавшийся при убийстве автомат, после чего покинули место преступления.

Продолжая свою преступную деятельность в составе организованной и возглавляемой им вооруженной банды, весной 1993 г. Курдин выступил перед Семеновским гарантом Фроленко в части получения последним денежного займа в сумме 12.000 дол. США. С целью освобождения от своих долговых обязательств Курдин совместно с Фроленко, Сидоровым и Сайфаевым приняли решение об убийстве Семеновского.

Во исполнение своих преступных намерений Курдин 29 июля 1993 г. доставил на своей автомашине Сайфаева и Сидорова, вооруженных пистолетом системы "Маузер" с глушителем, переданного им Фроленко, к дому, где проживал Семеновский. На площадке первого этажа Сидоров и Сайфаев напали на потерпевшего с целью лишения его жизни и Сидоров произвел два выстрела из пистолета в Семеновского и убил его.

С места преступления подсудимые скрылись, возвратив пистолет системы "Маузер" Фроленко, который сбыл его неустановленным лицам.

В продолжение своей преступной деятельности в составе организованной и возглавляемой им вооруженной банды Курдин с целью завладения и присвоения денежных средств в размере 12.000 дол. США, эквивалентных 14.412.000 рублям, которые они должны были получить от продажи Цепаловой при посредничестве Курдина и Дадайкина квартиры, принадлежавшей Минаевой Н.И. и Минаевой Н.Г., совместно с Сайфаевым и Сидоровым принял решение об убийстве Дадайкина.

Для этого 26 сентября 1993 г. Курдин пригласил к себе в офис Дадайкина, где умышленно довел его до состояния алкогольного опьянения, после чего совместно с Сайфаевым и Сидоровым на принадлежащей Курдину автомашине в период с 26 по 27 сентября 1993 г. вывез Дадайкина в лесной массив Балашихинского района Московской области, где Сайфаев и Сидоров с целью лишения жизни напали на потерпевшего. Сайфаев нанес потерпевшему ножом не менее четырех ударов в область затылка и шеи, а Сидоров имевшимся у него неустановленным металлическим предметом - удар по голове, в результате чего наступила смерть Дадайкина.

С целью сокрытия следов преступления по указанию Курдина Сайфаев и Сидоров облили труп Дадайкина бензином, переданным Курдиным, и подожгли его. 29 сентября 1993 г., т.е. после убийства Дадайкина, Курдин обманным путем, якобы для вручения последнему 12.000 дол. США, необходимых тому для приобретения квартиры Минаевых, получил указанную сумму от Цепаловой, однако своих обязательств по данной сделке не выполнил.

Продолжая в составе вооруженной банды свою преступную деятельность, Курдин, имея умысел на завладение денежными средствами Розенблюма и действуя в качестве посредника, предложил Бескину приобрести квартиру Розенблюма. Для этого Курдин совместно с Серовым привез Бескина на квартиру Розенблюма и 22 октября 1993 года между ними был заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому покупатель Бескин заплатил 36.000 дол. США эквивалентных 32.211.000 руб. Их них: 9.000 долларов он передал Розенблюму, а 27.000 долларов - Курдину, который взял на себя обязательство перевести их в Израиль родственникам Розенблюма. Не имея намерений выполнять эти обязательства, Курдин совместно с соучастниками принял решение об убийстве Розенблюма и его жены Сорока.

Для этого 28 октября 1993 г. Сидоров и Сайфаев, вооруженные револьвером системы "Наган", переданным им Фроленко, пришли в квартиру потерпевших, где Сайфаев произвел выстрел из револьвера в Розенблюма и убил его, а затем в Сорока, также убив ее. Револьвер, использовавшийся при убийстве Розенблюма и Сорока, был передан Сидоровым и Сайфаевым Фроленко.

Кроме того, Курдин без соответствующего разрешения приобрел, носил и хранил 14 патронов калибра 5,45 мм, являющиеся боеприпасами, до их изъятия 30 октября 1993 г. Серов без соответствующего разрешения приобрел и хранил при себе до 30 октября 1993 г. два патрона калибра 5,45 мм и 30 мм выстрел для учебной стрельбы из автоматического гранатомета АГС-17.

Сайфаев приобрел у неустановленных лиц и хранил по месту своего жительства наркотическое вещество кустарного производства (марихуану) в количестве 51 грамма. Варганов в период с февраля по 21 марта 1994 г. на Курском вокзале г.Москвы у неустановленных лиц приобрел пистолет системы "ТТ" и восемь патронов к нему калибра 7,62 мм, и незаконно хранил их по месту своего жительства.

В судебном заседании Курдин, Сидоров, Сайфаев, Серов и Фроленко свою вину в совершении указанных преступлений не признали, Варганов признал свою вину лишь в незаконном приобретении и хранении пистолета "ТТ" и не признал себя виновным в приобретении оружия для банды Курдина.

В кассационных жалобах:

- осужденный Курдин утверждает, что вина его по предъявленному обвинению не доказана, а дело в отношении него рассмотрено с обвинительным уклоном и неполно. При этом обращает внимание на то, что по эпизоду убийства Коровкина не опознан труп. Кроме того, ссылается на то, что по эпизоду убийства Зюзикова суд не дал надлежащую оценку показаниям Чумакова, Зверева и Орлова, которые признались в совершении этого преступления. Также утверждает, что ксерокопии всех имеющихся в материалах дела протоколов его допросов сфабрикованы. Указывает, что следователь угрожал расторжением всех договоров купли-продажи квартир, заключенных его фирмой, в связи с чем он был вынужден подписать протоколы своих допросов, в которых содержались ложные сведения. Просит приговор в отношении него отменить, а производство по делу прекратить;

- адвокат Фоменко в защиту Курдина утверждает, что суд необоснованно признал осужденного членом банды, а также не привел достоверных доказательств, подтверждающих его участие в совершаемых бандой преступлениях. Указал, что дело расследовано и рассмотрено судом неполно и с обвинительным уклоном, при этом не установлен мотив убийства Семеновского и не проверена причастность к этому преступлению других лиц. Просит приговор в отношении Курдина отменить, а дело направить на новое расследование;

- осужденный Варганов, не оспаривая выводы суда о доказанности его вины, высказывает несогласие с назначением ему наказания по совокупности приговоров, при этом считает, что от наказания по предыдущему приговору в виде исправительных работ он должен быть освобожден по акту амнистии от 1994 года. С учетом этого обстоятельства просит приговор в отношении него изменить;

- (в основной и дополнительных) осужденный Фроленко, не оспаривая вывод суда о приобретении, хранении и сбыте им оружия, утверждает, что его вина в бандитизме и соучастии в убийствах не доказана. Также утверждает, что суд при назначении ему наказания не учел его активного содействия в раскрытии преступлений, а также того, что он работал. Просит переквалифицировать его действия на ст.218 ч.1 УК РСФСР и назначить наказание, не связанное с лишением свободы;

- адвокат Шулюпов в защиту Фроленко также утверждает, что по делу не добыты доказательства, подтверждающие, что осужденный знал о применении Сидоровым и Сайфаевым для совершения преступлений приобретенного у него оружия. Также просит переквалифицировать действия осужденного на ст.218 ч.1 УК РСФСР;

- (в основной и дополнительной) осужденный Серов утверждает, что дело расследовано и рассмотрено с обвинительным уклоном. Считает, что его вина в бандитизме и соучастии в хищении не доказана. Обращает внимание на то, что все документы, содержащиеся в томе N 1 настоящего дела, должным образом не заверены. Считает, что ему назначено чрезмерно суровое наказание, без учета данных, положительно его характеризующих. Просит приговор в отношении него отменить, а производство по делу прекратить;

- адвокат Яковлев в защиту Серова также утверждает, что вина осужденного в бандитизме не доказана. Просит приговор в отношении Серова отменить, а производство по делу прекратить;

- (в основной и дополнительной) осужденный Сайфаев утверждает, что дело органами следствия сфабриковано, а судом рассмотрено с обвинительным уклоном. Указывает, что вывод о его виновности основан лишь на противоречивых показаниях, данных другими лицами на предварительном следствии под физическим воздействием со стороны работников милиции. Считает, что по делу не установлено, что обнаружен труп именно Коровкина. Просит приговор в отношении него отменить;

- адвокат Поспелов в защиту Сайфаева утверждает, что вина осужденного в совершении вмененных ему преступлений не доказана, а основана лишь на его показаниях, зафиксированных в ксерокопиях протоколов его допросов на предварительном следствии, которые не имеют юридической силы. Кроме того, указывает, что по эпизоду убийства Коровкина не доказано событие преступления, поскольку труп не опознан; по эпизоду убийства Семеновского не установлены мотивы действий осужденного; по эпизоду убийства Дадейкина труп не опознан, причины противоречий, содержащихся в выводах медицинской экспертизы и показаниях осужденного о механизме образования у потерпевшего телесных повреждений, не выяснены, показания матери потерпевшего об имевших ранее место случаях избиения и похищения последнего не проверены. Просит приговор в отношении Сайфаева отменить, а производство по делу прекратить;

- осужденный Сидоров также утверждает, что дело органами следствия сфабриковано, а судом рассмотрено с обвинительным уклоном. Считает, что его вина по предъявленному обвинению не доказана;

- адвокат Шипилова в защиту Сидорова утверждает, что дело расследовано и рассмотрено неполно. Также утверждает, что вывод о виновности осужденного основан лишь на первоначальных показаниях осужденных, от которых они впоследствии отказались. Считает, что эти показания получены с нарушением закона. Обращает внимание на неопознание трупа по эпизоду, связанному с убийством Коровкина, а также на невыяснение судом причин противоречий, содержащихся в показаниях матери потерпевшего Дадейкина и акте медицинской экспертизы в отношении последнего относительно его физических данных. Просит приговор в отношении Сидорова отменить, а производство по делу прекратить.

Проверив материалы дела и обсудив доводы, содержащиеся в кассационных жалобах, судебная коллегия находит приговор в части осуждения Курдина по ст.162 ч.2 УК РСФСР подлежащим отмене, а производство по делу прекращению, а в остальном подлежащим изменению в связи с приведением его в соответствие с новым уголовным законодательством по следующим основаниям.

Вина Курдина в мошенничестве, совершенном в отношении Алексеевых в период с октября 1993 по март 1994 г., подтверждается имеющимися в материалах дела и приведенными в приговоре доказательствами, исследованными судом всесторонне, полно и объективно.

Как видно из материалов дела, осужденный обманным путем завладел квартирой Алекссевых стоимостью не менее 11.500.000 руб.

Так, из показаний потерпевших Алексеевых следует, что Курдин обещал за квартиру и питание, и лекарства. Документы они подписали, но Курдин не дал им ничего прочитать, сразу забрал. После этого денег им не передавали, а вскоре они узнали, что их квартиру продали. Они права Курдину на продажу квартиры не давали.

Как видно из показаний свидетелей Похлебкиной, Сарычихиной и Глыбиной - нотариусов 18 нотариальной конторы г.Москвы, имеющиеся в материалах дела две доверенности от имени Алексеевых нотариальной конторой не заверялись, штампы и печати на доверенностях конторе не принадлежат, реестровые номера и другие атрибуты не соответствуют действительности.

Согласно реестровым книгам под номерами, указанными на этих доверенностях, зарегистрированы другие доверенности, не относящиеся к действиям Алексеевых.

Из заключения судебно-почерковедческой экспертизы видно, что тексты, расположенные на лицевых сторонах доверенностей от имени Алексеевых от 2 февраля 1993 г. выполнены Курдиным, подписи от имени Похлебкиной, расположенные на оборотной стороне доверенностей от имени Алексеевых, выполнены не Похлебкиной, а другим лицом.

Как показала свидетель Семеновская, Курдин брал из их квартиры после смерти мужа пакет с печатями и через некоторое время вернул его. Этот пакет она выдала следствию.

В соответствии с заключением технико-криминалистической экспертизы на доверенностях от 2 февраля 1993 г. оттиски круглых печатей нанесены не печатью 18 Московской государственной нотариальной конторы, а нанесены печатью, выданной Семеновской.

Из показаний свидетеля Миркаримова видно, что Старовойтов предложил ему купить квартиру и 15 марта 1993 г. они заключили соответствующий договор. Затем поехали смотреть квартиру. Там от Алексеевой узнал, что Курдин должен материально ее обеспечивать при условии завещания ему квартиры. При повторном посещении Алексеевых последние заявили, что денег за квартиру они не получали и выезжать они не собираются. Он пытался найти Старовойтова, но не смог этого сделать.

Этими и другими имеющимися в материалах дела и приведенными в приговоре доказательствами опровергаются содержащиеся в жалобе Курдина доводы о недоказанности его вины в совершении указанного преступления.

Таким образом, суд правильно установил фактические обстоятельства дела, касающиеся совершения осужденным этого преступления, и действия Курдина на момент рассмотрения дела обоснованно квалифицировал по ст.147 ч.3 УК РСФСР (в редакции 1982 года).

Вина Сидорова и Сайфаева в умышленном убийстве Коровкина, Курдина в организации, а Серова в пособничестве в совершении этого преступления, всех их в хищении имущества Коровкина в особо крупном размере путем разбоя и мошенничества, Сайфаева в похищении паспорта потерпевшего, а Курдина также в мошенничестве и совершении незаконных сделок с валютными ценностями, имевшими место в период с 9 по 14 апреля 1993 г., также подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, исследованными судом также всесторонне, полно и объективно.

Так, в ходе предварительного следствия Сайфаев показал, что Курдин предложил ему и Сидорову вернуть долг либо отработать эти деньги, т.е. убить человека. В случае отказа пригрозил расправой, которую они восприняли как реальную, в связи с чем согласились. Курдин на машине повез их к дому. С ними был Серов, который показал мужчину, находившегося во дворе. Через несколько дней Серов довел их и Курдина до нужного дома, после чего Курдин уехал. Серов позвонил в квартиру и когда дверь открыл мужчина пожилого возраста, он, Сайфаев, оттеснил его вглубь квартиры и Серов убежал. Вместе с Сидоровым они повалили мужчину на пол в коридоре и задушили веревкой. Труп они, как велел Курдин, занесли на чердак, где поместили возле мусора рядом с металлической лестницей. Он забрал из пиджака паспорт потерпевшего, о чем ранее просил Курдин. Через несколько дней они встретились с Курдиным и передали ему паспорт и сообщили о совершенном преступлении (том 1, л.д.60).

Курдин также на предварительном следствии указал, что Серов был в курсе всех дел и знал об убийствах, совершенных Сидоровым и Сайфаевым. У него есть подозрение, что исчезновение Коровкина не обошлось без участия этих лиц (том 1, л.д.30).

Свидетель Еремина показала, что с Коровкиным они поддерживали близкие отношения и она проживала в его квартире. 9 апреля 1993 г. вечером пошла к нему домой, но дверь ей никто не открыл. Через несколько дней Серов сказал ей, что Коровкин продал свою квартиру и дал номер телефона Курдина. Она позвонила последнему и тот ей сообщил, что деньги за квартиру он Коровкину вручил около магазина без свидетелей. Она знала, что Коровкин паспорт носил всегда с собой. О смерти потерпевшего узнала 27 мая 1993 г. и работникам милиции рассказала об его особых приметах, в частности, о золотой коронке, татуировках на теле, цвете волос, а затем опознала ботинки, которые носил Коровкин. Все было записано в протокол, который она подписала.

Из протокола осмотра места происшествия и фототаблиц видно, что в полости рта потерпевшего имеется зуб желтого металла. На ногах - кожаные ботинки.

Согласно акту судебно-медицинской экспертизы на правой стопе трупа обут черный рабочий ботинок, на задней поверхности туловища справа синеватая татуировка. В связи с резко выраженными поздними трупными изменениями трупа Коровкина определить причину наступления его смерти не представилось возможным. К моменту судебно-медицинского исследования труп Коровкина находился в стадии выраженных гнилостных изменений и разрушения личинками мух. Трупные изменения не исключают возможность наступления смерти ориентировочно в марте-апреле 1993 г. Признаки асфиксии при таком состоянии трупа не могут быть установлены.

В соответствии с доверенностью от 9 апреля 1993 г. Коровкин доверяет Курдину продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащую ему квартиру.

Как следует из справок 14 Московской нотариальной конторы, эта доверенность в указанной нотариальной конторе не оформлялась. Реестра за номером 2-за 1993 г. в делах конторы не имеется. Нотариус по фамилии Копец в нотариальной конторе не работал и не работает. Управление юстиции гор.Москвы также сообщает, что такой нотариус в городе Москве не работает.

Согласно акту судебно-почерковедческой экспертизы текст на указанной доверенности от имени Коровкина выполнен частично Курдиным, частично Орловой, а подпись от имени Коровкина выполнена не самим потерпевшим, а другим лицом.

Свидетель Щепилова выдала следствию лист с оттисками печатных форм, переданных ее сыну Дадайкину подсудимым Курдиным.

Как видно из акта судебно-криминалистической экспертизы, оттиски круглых печатей 14 Московской нотариальной конторы на доверенности от 9 апреля 1993 г. и на листе, выданном Щепиловой, нанесены одним клише. Печать, от которой получены данные оттиски, изготовлена путем вырезания и рисовки без соблюдения правил фабричного производства.

Из материалов дела следует, что 12 апреля 1993 г. Курдин оформил приватизацию квартиры Коровкина по указанной подложной доверенности, а 13 апреля 1993 г. получил свидетельство о праве собственности на жилище и 14 апреля 1993 г. продал квартиру гр-ну Гонибову.

Из справки АО "Оргкомитет" видно, что рыночная стоимость квартиры Коровкина составляла в апреле 1993 г. 11.500.000 рублей.

Как показал свидетель Гонибов, Курдин 14 апреля 1993 г. оформил на его имя договор купли-продажи квартиры Коровкина, зарегистрировал квартиру в Департаменте муниципального жилья, затем занимался выпиской Коровкина и пытался прописать туда его, Гонибова, но не смог этого сделать. За квартиру он заплатил Курдину 7.500 дол. США. Коровкина никогда не видел, однако паспорт потерпевшего видел у Курдина.

Суд первой инстанции тщательно проверил заявления осужденных о применении к ним недозволенных методов ведения следствия, в результате которых они оговорили себя в совершении указанных преступлений и нашел их несостоятельными.

Судебная коллегия находит такой вывод суда правильным, поскольку он основан на всестороннем анализе имеющихся в деле документов следственного изолятора об отсутствии у осужденных на момент задержания каких-либо телесных повреждений, показаний свидетелей - работников милиции Айгинина, Музалева и Дудукина, а также Кича, содержащегося в одной камере с Сайфаевым и по просьбе последнего нанесшего ему телесные повреждения, и материалов проверки этих заявлений осужденных прокуратурой.

Поэтому содержащиеся в кассационных жалобах аналогичные доводы о том, что после задержания все осужденные были жестоко избиты сотрудниками милиции и по этой причине дали ложные показания, обоснованными признать также нельзя.

Кроме того, судом тщательно проверялась и достоверность имеющихся в первом томе настоящего дела документов, а именно ксерокопий первоначальных протоколов допросов осужденных, произведенных между ними очных ставок и чистосердечных признаний, поскольку указанные процессуальные документы были утрачены следователем в период проведения следствия и затем восстановлены.

Суд, сославшись на выводы судебно-технической и почерковедческой экспертиз, сделал обоснованный вывод о необоснованности заявлений осужденных о фальсификации указанных документов.

При таких данных нельзя признать состоятельными и аналогичные доводы, содержащиеся в жалобах осужденных и защитников.

Суд первой инстанции также тщательно проверил заявление осужденных о том, что труп, обнаруженный на чердаке дома, не опознан и также пришел к выводу о их необоснованности.

Этот вывод суда является правильным, поскольку он основан на материалах дела, в частности, на приведенных выше показаниях свидетеля Ереминой и данных, содержащихся в протоколе осмотра трупа, а также на показаниях Сайфаева в части, касающейся описания физических данных Коровкина (о росте, возрасте), которые совпадают с данными, содержащимися в акте судебно-медицинской экспертизы.

Поэтому аналогичные доводы, содержащиеся в жалобах осужденных и защитников, обоснованными признать также нельзя.

Таким образом, приведенными выше и другими имеющимися в материалах дела доказательствами опровергаются содержащиеся во всех жалобах доводы о недоказанности вины осужденных в совершении указанных преступлений.

Суд на момент рассмотрения дела по данному эпизоду обвинения правильно квалифицировал действия Сидорова и Сайфаева по ст.102 п.п. а, е УК РСФСР, Курдина и Серова - по ст.ст.17 и 102 п.п. а, е УК РСФСР, Сайфаева по ст.195 ч.3 УК РСФСР, а также Курдина по ст.ст.147 ч.3 и 162 ч.2 УК РСФСР.

Вместе с тем действия Курдина, Сидорова, Серова и Сайфаева, связанные с хищением имущества потерпевшего в особо крупном размере путем разбоя и мошенничества, судом по ст.93 УК РСФСР квалифицированы неправильно и их следует переквалифицировать в отношении Сидорова и Сайфаева на ст.146 ч.2 п.п. а, б, в, е УК РСФСР (в редакции 1982 года), поскольку они совершили разбойное нападение по предварительному сговору группой лиц, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением потерпевшему тяжких телесных повреждений и с проникновением в жилище, а в отношении Курдина и Серова - на ст.ст.17 и 146 ч.2 п.п."а, б, в, е" УК РСФСР (в редакции 1982 года), поскольку они являлись соучастниками этого преступления соответственно в форме организатора и пособника, а также всех на ст.147 ч.3 УК РСФСР (в редакции 1982 года), поскольку они совершили мошенничество по предварительному сговору группой лиц, причинившее значительный ущерб потерпевшему, а Курдин - повторно.

Вина Сидорова и Сайфаева в убийстве Зюзикова, а Курдина в организации этого убийства, мошенничестве и совершении незаконных сделок с валютными ценностями путем использования их в качестве средства платежа, имевших место с 21 по 30 апреля 1993 г., также подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, исследованными судом всесторонне, полно и объективно.

Так, в период предварительного следствия Курдин подтвердил, что приобрел квартиру у Зюзикова за 4.000.000 руб., которые передал ему в день подписания договора купли-продажи. Сидоров и Сайфаев, узнав о продаже Зюзиковым квартиры, поинтересовались суммой и высказали мысль об ограблении потерпевшего и того лица, которому Курдин должен был продать квартиру. В ответ он заявил, что могут делать, что хотят, а он в этом участия принимать не будет. Через несколько дней Сидоров и Сайфаев рассказали ему о совершенном ими убийстве и посоветовали продать квартиру. Он заплатил им 3.000 долларов США.

Потерпевшая Беднякова показала, что Курдин предложил ей купить квартиру. Они посмотрели квартиру, которую Курдин открыл своими ключами, затем оформили договор о покупке ее квартиры в нотариальной конторе, и она заплатила Курдину 14.000 дол. США. На тот момент в квартире был прописан Зюзиков, но Курдин сказал, что проблем с выпиской не будет, т.к. Зюзиков собирается уезжать из Москвы в деревню, и через некоторое время показал справку о том, что в квартире никто не прописан. Однако, когда она пошла в РЭУ прописываться, то ей сказали, что Зюзиков не выписан, а убит.

Согласно показаниям потерпевшего Зюзикова В.И. о гибели брата он узнал от Курдина, который просил вывезти вещи брата из квартиры. Они договорились это сделать через два дня, но когда он приехал, оказалось, что вещи уже выброшены на помойку.

Из протокола осмотра места происшествия видно, что труп Зюзикова обнаружен на чердаке, завернут в одеяло, на теле имеются два ножевых ранения, сквозь черепную коробку головы проходит металлический стержень.

Согласно акту судебно-медицинской экспертизы у Зюзикова обнаружены прижизненные проникающее сквозное колотое ранение черепа с повреждением вещества головного мозга, причиненное колющим предметом, имеющем на поперечном сечении округлую форму, открытый перелом костей свода черепа в лобно-височной области, свидетельствующий о неоднократном воздействии твердого тупого предмета с ограниченной площадью соударения (например, молотка), а также посмертные ранения груди, причиненные колюще-режущим предметом с односторонней заточкой клинка. Смерть потерпевшего наступила от проникающего сквозного ранения черепа и повреждения вещества головного мозга.

Суд тщательно проверил версию о причастности Чумакова и Зверева к убийству Зюзикова и обоснованно нашел ее несостоятельной по мотивам, изложенным в приговоре.

Поэтому содержащиеся в жалобах осужденных доводы о неполноте произведенного расследования, выразившейся в том, что указанные обстоятельства проверены не были, обоснованными признать также нельзя.

При таких обстоятельствах содержащиеся в кассационных жалобах доводы осужденных о недоказанности их вины по указанному обвинению опровергаются приведенными выше и другими имеющимися в материалах дела доказательствами, которым судом дана соответствующая оценка в приговоре.

Таким образом, на момент рассмотрения дела судом действия Курдина по ст.ст.17 и 102 п.п. а, и, ст.147 ч.3 и ст.162 ч.2 УК РСФСР УК РСФСР, а Сидорова и Сайфаева по ст.102 п.п. а, и УК РСФСР судом квалифицированы также правильно.

Вина Сидорова и Сайфаева в умышленном убийстве Морозова и Нечитайлова, а Курдина в организации указанного убийства и мошенничестве, имевших место в период с 28 апреля по 5 июня 1993 г., также подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, которым в приговоре также дана соответствующая оценка.

В частности, вина названных осужденных в совершении этих преступлений подтверждается их показаниями, данными на предварительном следствии.

Так, Курдин показал, что квартира Морозова была приобретена им по остаточной стоимости за 11.790 руб., но могла быть продана за 15.000.000 руб. Сначала он ежемесячно выплачивал Морозову по 20.000 руб. в соответствии с условием договора с правом пожизненного проживания. После смерти Морозовой фирмой был нанят Нечитайлов для ухода за больным и пьющим Морозовым. Сидоров и Сайфаев предложили ему совершить убийство Морозова и завладеть квартирой. В разговоре с ними он сказал о проживании в квартире Нечитайлова. Они договорились, что Курдин оплатит им убийство Морозова после реализации квартиры. Через некоторое время Сидоров и Сайфаев сообщили, что совершили убийство Морозова. Впоследствии он заплатил им около 5.000 дол. США. Квартиру потерпевшего он продал своей сожительнице - Павлюткиной.

Сайфаев пояснил, что Курдин после первых убийств предложил им выполнять для него подобные услуги, т.е. убивать людей. Они с Сидоровым согласились. Летом 1993 г. Курдин предложил им убить двух людей, при этом показал им в Солнцево дом, подъезд, назвал номер квартиры, сказав, что их нужно обязательно убить в этот день. Привезя их, Курдин уехал. Они поднялись в квартиру. Дверь им открыл мужчина, которого он втолкнул в квартиру. От толчка мужчина упал, после чего Сидоров накинул потерпевшему на шею веревку, а он взял за концы и стал душить. Сидоров пошел в комнату, где был второй мужчина. Как он его убивал, не видел. Данной им Курдиным какой-то жидкостью в пластиковой бутылке облили трупы и бросили спичку. За это убийство Курдин заплатил им 3.000 дол. США.

Объективность этих показаний Курдина и Сайфаева и вина осужденных в совершении указанных преступлений подтверждается также:

- показаниями потерпевшей Дудукиной о том, что после смерти матери отец Морозов плохо себя чувствовал и ему помогал Нечитайлов, который проживал с ним. 30 апреля 1993 г. отец заключил договор о пожизненном проживании. Курдин привозил нотариуса на дом, но отец утверждал, что не помнит как подписал договор. Поскольку за отцом никто не ухаживал, то она предложила ему расторгнуть договор. 2 июня 1993 г. она видела, как к отцу зашел молодой человек, похожий на Серова. О смерти отца она узнала через полтора месяца. Когда приехала, обнаружила, что в квартире обгорели стена и диван;

- показаниями потерпевшей Павлюткиной о том, что Курдин предложил ей приобрести в Солнцево квартиру за 4.000.000 руб. Квартиры она не видела, но Курдин сказал, что там нужно делать ремонт. Они поехали в нотариальную контору и оформили договор купли-продажи квартиры. Через несколько дней она отдала Курдину деньги. Оформлением всех остальных документов занимался Курдин;

- протоколом осмотра квартиры Морозова, согласно которому там были обнаружены два трупа со следами удушения и пожара;

- актами судебно-медицинских экспертиз, в соответствии с которыми у Морозова обнаружена одиночная странгуляционная борозда на заднебоковых поверхностях шеи, полнокровие внутренних органов, отек головного мозга, обширные термические ожоги 70% поверхности тела. Смерть потерпевшего наступила от механической асфиксии, обусловленной сдавлением органов шеи петлей. Морозов находился в атмосфере пожара мертвым; у Нечитайлова обнаружены одиночная странгуляционная борозда на шее и его смерть наступила от механической асфиксии, обусловленной сдавлением органов шеи петлей при удавлении.

Эти и другие имеющиеся в материалах дела доказательства, исследованные судом всесторонне, полно и объективно, опровергают содержащиеся в кассационных жалобах доводы о недоказанности вины осужденных по предъявленному им обвинения по данному эпизоду.

Таким образом, действия Сидорова и Сайфаева по ст.102 п.п. а, з, и, н УК РСФСР и Курдина - по ст.ст.17 и 102 п.п. а, з, и, н и 147 ч.3 УК РСФСР квалифицированы судом на момент рассмотрения дела правильно.

Вина Сидорова и Сайфаева в умышленном убийстве Канищева, Макарчева и Кириллина, Курдина в организации, а Серова и Фроленко в пособничестве в совершении данного преступления, имевших место 23 - 24 июня 1993 г., также подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, исследованными судом всесторонне, полно и объективно.

Так, на предварительном следствии показывали:

Сайфаев о том, что Курдин сказал ему и Сидорову, что необходимо убить трех лиц и обещал за это 5.000 дол. США. 25 июня 1993 г. они приехали по адресу, названному Курдиным. В сумке у них был автомат. Курдин зашел в квартиру, перед этим сказал, что он выйдет с двумя людьми, которых нужно убить. Через некоторое время Курдин вышел с ними и уехал на автомашине. После этого он и Сидоров зашли в квартиру, где напали на пожилого мужчину и задушили его веревкой. Затем вышли на улицу и там ждали двух мужчин, которых увез Курдин. Когда мужчины появились и, зайдя в подъезд, остановились возле лифта, он, Сайфаев, произвел в них выстрелы из автомата. После этого они убежали. Ожидавший в автомашине Курдин увез их с места происшествия. За это он и Сидоров получили 5.000 дол. США на двоих;

Курдин о том, что он возил Макарчева и Кириллина в ресторан, откуда они подъехали к их дому, после чего он дождался, когда к машине подойдут Сайфаев и Сидоров с сумкой в руках. После чего отвез их домой;

Сидоров о том, что по требованию Курдина неоднократно брал у Фроленко автомат Калашникова без приклада, пистолеты и револьвер, которые затем возвращал ему;

Фроленко о том, что через Варганова он познакомил Сайфаева и Сидорова с Курдиным и потом узнал, что с весны 1993 г. они стали у него работать. По просьбе Сайфаева и Сидорова он дал им автомат АК-74 калибра 5,45 мм и полный магазин. Когда вернули автомат, патронов в магазине было меньше. Впоследствии Курдин сообщил ему, что ребята "сделали работу" и показал вырезку из газеты, где на лестничной площадке лежали два трупа мужчин, расстрелянных из автомата;

Серов о том, что узнал от Курдина, что потерпевших расстреляли Сайфаев и Сидоров.

Кроме приведенных выше показаний самих осужденных их вина в совершении указанных преступлений подтверждается также и другими исследованными судом доказательствами, в том числе:

- показаниями потерпевшего Кириллина о том, что его младший брат, Макарчев и Канищев продавали квартиру. Последний раз они виделись 19 июня 1993 г., когда брат сказал, что он занимается оформлением сделки с квартирой;

- показаниями потерпевшего Макарчева о том, что его сын помогал Канищеву продать квартиру. Последний раз он видел сына 24 мая 1993 г.;

- показаниями свидетеля Кондаурова о том, что Макарчев и Кириллин помогали Канищеву продать квартиру последнего. В день убийства Макарчев сообщил ему, что он собирается в ресторан с мужчиной по имени Николай, который покупал квартиру;

- показаниями свидетеля Сальникова о том, что в конце лета 1993 г. он купил у Фроленко автомат Калашникова без приклада с 40 патронами;

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому в подъезде на полу при входе на первый пролет лежат три стреляные гильзы, трупы находятся на площадке перед дверью лифта. На трупах обнаружены огнестрельные ранения. Труп Канищева находится в его квартире в дальней комнате на полу. На шее обнаружена борозда от сдавления. В комнате на столе стоят бутылки из-под спиртного, рюмки, пустые пачки от сигарет;

- актами судебно-медицинских экспертиз, из которых усматривается, что у Кириллина обнаружено девять сквозных пулевых ранений, у Макарчева - три огнестрельных ранения; у Канищева - одиночная странгуляционная борозда, свидетельствующая о наложении петли посторонней рукой, причиной смерти последнего явилась механическая асфиксия;

- протоколом добровольной выдачи свидетелем Сальниковым автомата АК-74 N 270745 (том 8 л.д.197).

- актом судебно-баллистической экспертизы, согласно которой обнаруженные на месте преступления гильзы и оболочка пули, а также пуля, изъятая из одежды Кириллина, выстрелены из указанного автомата.

Этими и другими приведенными в приговоре доказательствами опровергаются содержащиеся в кассационных жалобах осужденных доводы о недоказанности их вины в совершении указанных преступлений.

Таким образом, по данному эпизоду обвинения действия подсудимых Сидорова и Сайфаева по ст.102 п.п. а, е, з, и, н УК РСФСР, Курдина и Серова по ст.ст.17 и 102 п.п. а, е, з, и, н УК РСФСР и Фроленко по ст.ст.17 и 102 п.п. а, е, з, н УК РСФСР судом квалифицированы также правильно.

Вина Сидорова и Сайфаева в умышленном убийстве Семеновского, Курдина и Фроленко соответственно в организации и пособничестве в совершении данного убийства, имевших место 29 июля 1993 г., также подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, которым в приговоре дана соответствующая оценка.

Содержащиеся в кассационных жалобах доводы о недоказанности вины осужденных в совершении указанных преступлений опровергаются как показаниями самих осужденных, данными ими на предварительном следствии, так и другими исследованными судом доказательствами, в том числе:

- показаниями Сайфаева о том, что Курдин показал ему и Сидорову мужчину, которого надо убить. Они дождались его и когда тот выходил из подъезда, Сидоров его застрелил из пистолета "Маузер", который дал им Фроленко. За убийство Курдин заплатил им 3.000 дол. США;

- показаниями Сидорова о том, что летом 1993 г. по требованию Курдина он и Сайфаев брали у Фроленко пистолет;

- показаниями Фроленко о том, что Курдин требовал, чтобы он возвратил взятые у Семеновского в долг деньги в сумме 12.000 дол. США именно ему - Курдину, а также о том, что Сидоров и Сайфаев брали у него "Маузер";

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому в подъезде, где проживал Семеновский, на полу обнаружены гильзы и части пуль, на лестнице имеются следы крови;

- протоколом изъятия на даче Фроленко двух пуль, гильзы и патрона калибра 7,65 мм и актом судебно-баллистической экспертизы, из которых усматривается, что указанные гильзы и гильзы, обнаруженные на месте происшествия, были стрелянные из одного экземпляра оружия;

- актом судебно-медицинской экспертизы о том, что смерть Семеновского наступила от тяжелой сочетанной огнестрельной травмы, сопровождавшейся переломом костей свода и основания черепа и ушибом головного мозга.

Суд первой инстанции исследовал мотивы совершения осужденными убийства Семеновского и сделал обоснованный вывод о том, что убийство было совершено с целью избавления Фроленко от обязанности возврата потерпевшему долга в сумме 12.000 дол. США и завладения этими деньгами.

Поэтому содержащиеся в кассационных жалобах доводы о неустановлении судом мотивов указанного преступления обоснованными признать также нельзя.

Таким образом, действия Сидорова и Сайфаева по ст.102 п.п. а, и, н УК РСФСР, Курдина и Фроленко по ст.ст.17 и 102 п.п. а, и, н УК РСФСР квалифицированы правильно.

Вина Сидорова и Сайфаева в умышленном убийстве Дадайкина, а Курдина в организации и пособничестве в совершении этого убийства, имевших место 26 сентября 1993 г., также подтверждается доказательствами, исследованными судом всесторонне, полно и объективно.

Содержащиеся в кассационных жалобах доводы о недоказанности вины осужденных в совершении этих преступлений и о возможной причастности к убийству Дадайкина других лиц опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами, которым судом в приговоре дана соответствующая оценка, в том числе:

- показаниями Сайфаева на предварительном следствии о том, что Курдин показал ему и Сидорову Дадайкина и заявил, что этого человека надо убить. Через некоторое время Курдин в своем офисе умышленно спаивал Дадайкина и когда тот опьянел, они сели в машину, на которой Курдин вывез их за город. Выйдя из машины, они нанесли несколько ударов монтировкой по голове Дадайкина. Курдин дал им бензин, которым они облили тело и подожгли его. За убийство Дадайкина Курдин заплатил им 3.000 дол. США;

- показаниями свидетеля Холтобина о том, что в сентябре 1993 г. Курдин и Дадайкин обмывали в офисе какую-то сделку. Потом все сели в автомашину и свидетеля привезли домой в Балашиху;

- показаниями потерпевшей Щепиловой, согласно которым она опознала труп сына Дадайкина в морге по ногам, одежде и обуви;

- протоколом осмотра места происшествия, из которого следует, что обожженный труп Дадайкина обнаружен в лесном массиве;

- протоколом опознания, из которого видно, что Щепилова опознала одежду, находившуюся на трупе, и подтвердила, что именно в этой одежде ее сын ушел из дома в день его гибели;

- актами судебно-медицинских экспертиз, согласно которым у потерпевшего Дадайкина обнаружены две рубленые раны затылочной области головы с разрушением затылочной кости и мозга; одна рубленая рана задней поверхности шеи с повреждением шейных позвонков и спинного мозга; обгорание трупа с частичным обугливанием тела. Рубленые раны причинены острорубящим предметом. Смерть Дадайкина наступила от разрушения головного мозга, обусловленного рубленой раной головы;

- показаниями Курдина на предварительном следствии, из которых видно, что Дадайкин приехал к нему в офис, где они выпили спиртные напитки. Затем они совместно с Сайфаевым и Сидоровым поехали в сторону г.Ногинска. Он остановил машину, после чего Сайфаев, Сидоров и Дадайкин пошли в сторону леса. Когда Сидоров и Сайфаев вернулись, он узнал, что они убили Дадайкина. 10.000 дол., которые находились у потерпевшего, были потрачены ими на приобретение оружия. Ему было известно, что на эти деньги Дадайкин собирался купить квартиру.

Суд тщательно проверил заявление осужденных о том, что труп, обнаруженный в лесном массиве, может не быть трупом Дадайкина, и нашел его необоснованным.

Такой вывод суда является правильным, поскольку он основан как на показаниях матери потерпевшего, так и на данных, содержащихся в приведенных выше актах экспертиз, а также на показаниях экспертов, допрошенных в судебном заседании.

Поэтому содержащиеся в кассационных жалобах аналогичные доводы обоснованными признать также нельзя.

Таким образом, по данному эпизоду обвинения действия Сидорова и Сайфаева по ст.102 п.п. а, е, и, н УК РСФСР и Курдина по ст.ст.17 и 102 п.п. а, е, и, н УК РСФСР судом квалифицированы также правильно.

Вина Сидорова и Сайфаева в умышленном убийстве Розенблюма и Сороки, Курдина в организации, а Серова и Фроленко в пособничестве в совершении этих убийств, имевших место 28 октября 1993 г., также подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, которым в приговоре дана соответствующая оценка.

Содержащиеся в кассационных жалобах доводы о недоказанности вины осужденных в совершении этих преступлений и о том, что Фроленко не знал об использовании другими осужденными взятого у него оружия для совершения убийств, также опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами, тщательно исследованными судом, в том числе:

- показаниями, данными Сайфаевым на предварительном следствии, о том, что Курдин дал ему и Сидорову адрес потерпевших, показал их квартиру, поручил им убить потерпевших, при этом пообещал заплатить за это 4.000 дол. Он и Сидоров прибыли в указанную квартиру, где он из револьвера, взятого у Фроленко, в упор выстрелил в мужчину, а затем в женщину. Сидоров в это время стоял у двери квартиры;

- показаниями Фроленко, также данными им на предварительном следствии, согласно которым Сидоров и Сайфаев взяли у него наган и через некоторое время вернули его. Он понял, что револьвер "мокрый";

- показаниями, данными на предварительном следствии Серовым, из которых следует, что он и Курдин осмотрели квартиру потерпевших, которая предлагалась для продажи, ездили с Розенблюмом в нотариальную контору, затем в Департамент муниципального жилья для оформления договора купли-продажи. Он знал, что потерпевших должны были ограбить, однако через некоторое время от Курдина узнал, что Розенблюм и женщина убиты;

- показаниями потерпевшей Розенблюм о том, что ее отец и его вторая жена Сорока хотели продать свою квартиру и выехать в Израиль. 27 октября 1993 г. он позвонил им с братом в Израиль. Знала, что отец продал квартиру через Курдина, который должен был перевести деньги в Израиль, однако этого не сделал;

- показаниями потерпевшего Бескина, из которых следует, что он при посредничестве Курдина купил у Розенблюма квартиру, за что передал последнему в руки 9.000 дол. США. По просьбе Розенблюма он передал через Платонову Курдину еще 27.000 дол., которые тот должен был направить в Израиль. Через несколько дней Розенблюм сообщил ему, что деньги в Израиль не поступили. Вскоре он поехал на квартиру Розенблюма, где узнал об убийстве;

- показаниями свидетеля Платоновой о том, что она по предложению Курдина занималась продажей квартиры Розенблюма. Она получила от покупателя 27.000 дол. США и передала из них 25.000 дол. Курдину, который должен был их перевести в Израиль. Во всех поездках за рулем автомашины находился Серов;

- показаниями свидетеля Манаповой о том, что непосредственно перед убийством ее соседей Розенблюма и Сороки она видела в подъезде возле двери потерпевших двух мужчин и слышала неопределенный звук. Когда они убежали, она в квартире Розенблюма обнаружила убитых потерпевших. Описание этих людей совпадает с внешними данными Сайфаева и Сидорова;

- протоколом осмотра места происшествия, из которого видно, что Розенблюм лежал в большой проходной комнате, а Сорока - в другой, оба с пулевыми ранениями;

- актами судебно-медицинских экспертиз, согласно которым у Сороки обнаружено слепое огнестрельное пулевое ранение головы с очаговым разрушением вещества головного мозга, разрушением спинного мозга и кровоизлияниями под оболочки, у Розенблюма - огнестрельная пулевая рана головы, проникающая в полость черепа и сопровождающаяся переломами костей черепа и ранением вещества головного мозга и его оболочек;

- протоколом изъятия у Майоровой сумки, в которой обнаружен револьвер системы "Наган" с патронами в количестве 4-х штук;

- актом судебно-баллистической экспертизы о том, что пули из трупов Розенблюма и Сороки принадлежат патронам для 7,62 мм револьвера "Наган" и выстрелены из одного экземпляра револьвера "Наган", изъятого у Майоровой.

Таким образом, по данному эпизоду обвинения действия подсудимых Сидорова и Сайфаева по ст.102 п.п. а, е, з, и, н УК РСФСР, Курдина, Серова и Фроленко по ст.ст.17 и 102 п.п. а, е, з, и, н УК РСФСР квалифицированы также правильно.

Что же касается содержащихся в кассационных жалобах доводов о необоснованном осуждении Курдина, Сидорова, Сайфаева, Серова и Фроленко за бандитизм, то они являются несостоятельными.

Суд первой инстанции на основании анализа всех имеющихся в материалах дела доказательств, в том числе и приведенных выше, пришел к правильному выводу о том, что Курдин организовал устойчивую организованную и сплоченную вооруженную банду, характеризующуюся прочными связями между ее участниками, единством их преступных целей, и участвовал в совершаемых этой бандой преступлениях, в частности, совместно с Сидоровым, Сайфаевым, Серовым и Фроленко в совершении преступлений в отношении Канищева, Макарчева и Кириллина, Розенблюма и Сороки; совместно с Сидоровым, Сайфаевым и Фроленко в отношении Семеновского, а также совместно с Сидоровым и Сайфаевым в отношении Дадайкина, при этом действия каждого из них являлись необходимым условием для действий, совершаемых другими соучастниками.

Таким образом действия Курдина, Сидорова, Сайфаева, Серова и Фроленко, связанные с совершением преступлений в отношении названных выше потерпевших, по ст.77 УК РСФСР на момент рассмотрения дела судом квалифицированы правильно.

Вина Варганова в ношении, хранении и приобретении огнестрельного оружия и боеприпасов к нему (пистолета системы "ТТ" и 8-ми патронов к нему калибра 7,62 мм) без соответствующего разрешения, а Сайфаева в незаконном приобретении и хранении наркотических средств (марихуаны в количестве 51 г) без цели сбыта, также подтверждается доказательствами, исследованными судом всесторонне, полно и объективно, и в кассационных жалобах самими осужденными и их защитниками не оспаривается.

Судебная коллегия находит, что по указанным эпизодам обвинения на момент рассмотрения дела в судебном заседании действия Варганова по ст.218 ч.1 УК РСФСР и Сайфаева по ст.224 ч.3 УК РСФСР судом квалифицированы правильно.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе о том, что дело органами следствия сфабриковано, а судом рассмотрено с обвинительным уклоном, также являются несостоятельными.

Из материалов дела видно, что органами следствия и судом каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено, ими были приняты все меры для выполнения требований закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела.

Вместе с тем приговор подлежит изменению и в связи с необходимостью приведения его в соответствие с введенным в действие с 1 января 1997 г. Уголовного кодекса Российской Федерации.

Так, в соответствии с новым Уголовным кодексом РФ предусмотрена ответственность за:

- мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, совершенное неоднократно и с причинением значительного ущерба гражданину, - ст.159 ч.2 п.п."б, г";

- похищение у гражданина паспорта или другого важного личного документа - ст.325 ч.2;

- создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан или организации, а равно руководство такой группой (бандой) - ст.209 ч.1;

- участие в устойчивой вооруженной группе (банде) или в совершаемых ею нападениях - ст.209 ч.2;

- незаконные приобретение, хранение или ношение огнестрельного оружия и боеприпасов - ст.222 ч.1.

Учитывая, что эти новые уголовные законы смягчают наказания по сравнению с ранее действовавшими законами, предусматривавшими ответственность за те же преступления, судебная коллегия считает необходимым в соответствии со ст.10 УК РФ переквалифицировать действия:

- Курдина, связанные с совершением мошенничества в отношении Алексеева, Зюзикова, Коровкина, Морозова и Нечитайлова, со ст.147 ч.3 УК РСФСР (в редакции 1982 года) на ст.159 ч.2 п.п. б, г УК РФ;

- Курдина, совершенные в отношении Канищева, Макарчева, Кириллина, Розенблюма, Сороки, Семеновского и Дадайкина, со ст.77 УК РСФСР на ст.209 ч.ч.1 и 2 УК РФ, а Сидорова, Сайфаева, Серова и Фроленко в отношении тех же потерпевших на ст.209 ч.2 УК РФ;

- Курдина, Сидорова, Серова и Сайфаева в отношении Коровкина со ст.93 УК РСФСР на ст.147 ч.3 УК РСФСР (в редакции 1982 года) и в отношении Курдина и Серова - на ст.ст.17 и 146 ч.2 п.п. а, б, в, е, а в отношении Сидорова и Сайфаева - на ст.146 ч.2 п.п. а, б, в, е УК РСФСР (в редакции 1982 года);

- Сайфаева со ст.195 ч.3 УК РСФСР на ст.325 ч.2 УК РФ;

- Варганова со ст.218 ч.1 УК РСФСР на ст.222 ч.1 УК РФ.

Кроме того, приговор в части осуждения Курдина по ст.162 ч.2 УК РСФСР следует отменить, а производство по делу прекратить, поскольку в соответствии с новым Уголовным кодексом РФ ответственность за совершение незаконных сделок с валютными ценностями путем их купли-продажи, обмена и использования в качестве средства платежа устранена.

При назначении осужденным наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельства дела, роль и степень участия каждого из осужденных в совершенных преступлениях и данные о личности каждого, в том числе и те, на которые имеются ссылки в кассационных жалобах Серова и Фроленко.

Назначая при этом Курдину, Сидорову и Сайфаеву наказание в виде смертной казни, суд обоснованно пришел к выводу о том, что каждый из них представляет для общества исключительную опасность.

Судебная коллегия, назначая осужденным наказание по новому уголовному закону, также учитывает характер и степень общественной опасности содеянного ими, обстоятельства дела и данные о личности каждого.

При назначении наказания Серову и Фроленко по ст.209 ч.2 УК РФ необходимо применить ст.64 УК РФ, поскольку им назначено наказание, которое по размеру ниже низшего предела указанного уголовного закона.

Как видно из материалов дела, Варганов 16.11.93 осужден по ст.206 ч.1 УК РСФСР к 1 году исправительных работ по месту работы с удержанием из заработка ежемесячно по 20% в доход государства, которые им не отбыты.

Учитывая, что в применении к осужденному акта об амнистии от 23.02.94 было отказано, окончательное наказание ему обоснованно назначено по совокупности приговоров в соответствии с требованиями, содержащимися в ст.41 УК РСФСР.

На основании изложенного, руководствуясь ст.339 УПК РСФСР, судебная коллегия определила:

приговор Московского городского суда от 29 февраля 1996 г. в части осуждения Курдина Николая Юрьевича по ст.162 ч.2 УК РСФСР отменить, а производство по делу прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления.

Этот же приговор в отношении Курдина Николая Юрьевича, Сидорова Сергея Николаевича, Сайфаева Тельмана Сайфаевича, Серова Максима Викторовича, Фроленко Юрия Юрьевича и Варганова Бориса Георгиевича изменить, переквалифицировать действия:

Курдина - со ст.147 ч.3 УК РСФСР на ст.159 ч.2 п.п. б, г УК РФ, по которой назначить 6 лет лишения свободы с конфискацией имущества; со ст.77 УК РСФСР на ст.209 ч.1 УК РФ, по которой назначить 15 лет лишения свободы с конфискацией имущества, и на ст.209 ч.2 УК РФ, по которой назначить 15 лет лишения свободы с конфискацией имущества, со ст.93.1 УК РСФСР на ст.147 ч.3 УК РСФСР (в редакции 1982 года), по которой назначить 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества, и на ст.ст.17 и 146 ч.2 п.п. а, б, в, е УК РСФСР (в редакции 1982 года), по которой назначить 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества;

Сидорова - со ст.77 УК РСФСР на ст.209 ч.2 УК РФ, по которой назначить 15 лет лишения свободы с конфискацией имущества; со ст.93.1 УК РСФСР на ст.147 ч.3 УК РСФСР (в редакции 1982 года), по которой назначить 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества, и на ст.146 ч.2 п.п. а, б, в, е УК РСФСР (в редакции 1982 года), по которой назначить 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества;

Сайфаева - со ст.77 УК РСФСР на ст.209 ч.2 УК РФ, по которой назначить 15 лет лишения свободы с конфискацией имущества; со ст.93.1 УК РСФСР на ст.147 ч.3 УК РСФСР (в редакции 1982 года), по которой назначить 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества, и на ст.146 ч.2 п.п. а, б, в, е УК РСФСР (в редакции 1982 года), по которой назначить 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества; со ст.195 ч.3 УК РСФСР на ст.325 ч.2 УК РФ, по которой назначить исправительные работы на один год;

Серова - со ст.77 УК РСФСР на ст.209 ч.2 УК РФ, по которой назначить с применением ст.64 УК РФ 7 лет лишения свободы с конфискацией имущества; со ст.93.1 УК РСФСР на ст.147 ч.3 УК РСФСР (в редакции 1982 года), по которой назначить 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества, и на ст.ст.17 и 146 ч.2 п.п. а, б, в, е УК РСФСР (в редакции 1982 года), по которой назначить 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества;

Фроленко - со ст.77 УК РСФСР на ст.209 ч.2 УК РФ, по которой назначить с применением ст.64 УК РФ 7 лет лишения свободы с конфискацией имущества;

Варганова - со ст.218 ч.1 УК РСФСР на ст.222 ч.1 УК РФ, по которой назначить 2 (два) года лишения свободы.

На основании ст.40 УК РСФСР окончательно назначить наказание:

Курдину по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст.17 и 102 п.п. а, е, з, и, н, 147 ч.3, 17 и 146 ч.2 п.п. а, б, в, е УК РСФСР (в редакции 1982 года) и ст.ст.159 ч.2 п.п. б, г и 209 ч.ч.1 и 2 УК РФ, смертную казнь с конфискацией имущества;

Сидорову по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст.102 п.п. а, е, з, и, н, 147 ч.3 и 146 ч.2 п.п. а, б, в, е УК РСФСР (в редакции 1982 года) и ст.209 ч.2 УК РФ, смертную казнь с конфискацией имущества;

Сайфаеву по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст.102 п.п. а, е, з, и, н, 147 ч.3 и 146 ч.2 п.п. а, б, в, е УК РСФСР (в редакции 1982 года), ст.224 ч.3 УК РСФСР и ст.ст.209 ч.2 и 325 ч.2 УК РФ, смертную казнь с конфискацией имущества;

Серову по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст.17 и 102 п.п. а, е, з, и, н, 147 ч.3, 17 и 146 ч.2 п.п. а, б, в, е УК РСФСР (в редакции 1982 года) и ст.209 ч.2 УК РФ, 8 (восемь) лет лишения свободы с конфискацией имущества;

Фроленко по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст.17 и 102 п.п. а, е, з, и, н УК РСФСР и ст.209 ч.2 УК РФ, 8 (восемь) лет лишения свободы с конфискацией имущества.

На основании ст.41 УК РСФСР Варганову по совокупности приговоров окончательно назначить 2(два) года 3 месяца лишения свободы.

Отбывание наказания Серову, Фроленко и Варганову определить в исправительной колонии общего режима.

В остальном приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.




Определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26 мая 1997 г.


Текст определения размещен на сервере Верховного суда РФ в Internet (http://www.supcourt.ru)


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.