Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 3 февраля 2005 г. N 67-004-99 Вывод суда о виновности осужденного в насильственных действиях сексуального характера, убийстве, совершенном с целью сокрытия другого преступления, и краже имущества, причинившей значительный ущерб, подтверждается совокупностью доказательств по делу, правильно оцененных судом, оснований для отмены или изменения приговора нет

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 3 февраля 2005 г. N 67-004-99


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ

рассмотрела в судебном заседании от 3 февраля 2005 г. кассационное представление государственного обвинителя М. и кассационные жалобы осужденного Ю. и адвоката Я. на приговор Новосибирского областного суда от 30 августа 2004 г., которым

Г., родившийся 1 июня 1975 г. в г. Бердске Новосибирской области, русский, со средним образованием, неработавший, ранее не судимый;

оправдан по п.п. "б, в" ч. 2 ст. 131; п.п. "б, в" ч. 2 ст. 132 и п.п. "ж, к" ч. 2 ст. 105 УК РФ за отсутствием состава (события) преступления.

Ю., родившийся 16 ноября 1975 г. в пос. Нагорный Топчихинского района Алтайского края, русский, с неполным средним образованием, неработавший, ранее не судимый;

осужден по ч. 1 ст. 132 УК РФ - к четырем годам лишения свободы; по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к пятнадцати годам лишения свободы; по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в редакции Федерального закона РФ от 31 октября 2002 г.) - к трем годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к восемнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

По п.п. "б, в" ч. 2 ст. 131 УК РФ Ю. оправдан за отсутствием состава преступления.

Постановлено взыскать с Ю.:

- в пользу М. в возмещение материального ущерба 15.000 рублей и в счет компенсации морального вреда - 100.000 рублей;

- судебные издержки в доход государства - 2.160 рублей.

Ю. признан виновным и осужден: за совершение насильственных действий сексуального характера в отношении З.; за убийство З., 1977 г. рождения, совершенное с целью сокрытия другого преступления, и за кражу имущества З. - дубленки стоимостью 15.000 рублей, причинившую значительный ущерб.

Преступления совершены им 7 декабря 2002 г. в г. Бердске Новосибирской области при обстоятельствах, установленных приговором.

Кроме того, обвинялись и оправданы:

- Ю. и Г. - в изнасиловании З., совершенном 7 декабря 2002 г. группой лиц по предварительному сговору и соединенном с угрозой убийством;

- Г. - в насильственных действиях сексуального характера в отношении З., совершенных группой лиц (с Ю.) по предварительному сговору и соединенных с угрозой убийством;

- в убийстве З., совершенном группой лиц (с Ю.) по предварительному сговору, с целью сокрытия другого преступления, сопряженном с изнасилованием и насильственными действиями сексуального характера.

Заслушав доклад судьи К., выступление прокурора К., поддержавшего представление и просившего об отмене приговора в отношении Ю. и Г., Судебная коллегия установила:

в кассационных жалобах:

- осужденный Ю. просит изменить приговор и, не оспаривая правильности его осуждения по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ, просит "оправдать его" по ч. 1 ст. 132 и п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, ссылаясь на недоказанность его вины в этой части. Утверждает, что к нему в ходе предварительного следствия применялись незаконные методы расследования, вследствие чего он оговорил себя. Настаивает на том, что после его ухода из квартиры З. была жива; считает неисследованным возможность наступления ее смерти от рвотных масс;

- адвокат Я. в защиту интересов осужденного Ю. просит отменить приговор в части осуждения Ю. по ч. 1 ст. 132 и п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ и прекратить дело в этой части, а по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ смягчить ему наказание до минимального, ссылаясь на те же доводы, что и осужденный Ю. в своей жалобе.

Государственный обвинитель М. в кассационном представлении просит отменить приговор в отношении Г. и Ю. и направить дело на новое судебное разбирательство, ссылаясь на незаконность и необоснованность приговора и на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам.

В дополнениях государственный обвинитель М., не оспаривая правильности осуждения Ю. по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ, считает несоответствующими фактическим обстоятельствам выводы суда о том, что Ю. один совершил насильственные действия сексуального характера и убийство З., а Г. - в этом невиновен. По мнению прокурора М., подтверждена вина Ю. и Г. в совершенных по предварительному сговору изнасиловании, насильственных действий сексуального характера в отношении З. и ее убийстве. В дополнениях к представлению государственный обвинитель М. считает неверной данную судом оценку доказательствам.

В возражениях оправданный Г. считает приговор законным и обоснованным, выводы суда, изложенные в приговоре, соответствующими фактическим обстоятельствам, а доводы кассационного представления - несостоятельными.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб, представления и возражений на представление, судебная коллегия находит приговор в отношении Г. и Ю. законным и обоснованным по следующим основаниям.

Виновность Ю. в содеянном им, а также - невиновность Ю. в изнасиловании З. и невиновность Г. подтверждается приведенными в приговоре доказательствами, которым дана надлежащая оценка, а виновность Ю. в краже имущества З., причинившей значительный ущерб - и не оспаривается в жалобах и представлении. Квалификация действий Ю. по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ (в редакции Федерального закона РФ от 31 октября 2002 г.) является правильной.

Доводы о применении к Ю. незаконных методов расследования судом проверялись, они не подтвердились и правильно отвергнуты судом как несостоятельные с приведением в приговоре соответствующих мотивов этого решения.

В явке с повинной Ю. собственноручно указывал, что после совершения полового акта в естественной форме по взаимному согласию, пострадавшая резко оттолкнула его, ударила ногой в пах, заявив, что он замучил ее. Он схватил ее за горло, а когда она успокоилась, он совершил с ней сексуальные действия. После этого он "ее придавил" и, взяв из квартиры ее дубленку, ушел.

При допросе в качестве подозреваемого 15 сентября 2003 г. Ю. давал аналогичные показания и дополнительно пояснял, что до совершения действий сексуального характера, когда он душил и отпустил З., она кашляла и смотрела на него испуганно, а он развернул ее и совершил действия сексуального характера. Затем он вновь развернул ее и задушил, сдавливая ее шею руками в течение около 2 минут. По отсутствию пульса он убедился, что З. мертва.

При проверке его показаний на месте 17 сентября 2003 г. Ю. указывал аналогичные обстоятельства происшедшего, и кроме того, дополнял, что во время совершения действий сексуального характера он испачкался калом З., затем в ванной комнате смывал с себя кал, калом было испачкано и постельное белье на диване.

Из протокола осмотра места происшествия следует, что обнаруженный труп З. находился на диване. На постельном белье на диване, покрывале с кресла имелись пятна, установленные как элементы кала.

Заключением молекулярно-генетической судебно-медицинской экспертизы установлено, что сперма, обнаруженная на простыне и одеяле, изъятых с места происшедшего, принадлежит Ю. с вероятностью 99,99%, что соответствует категории "практически доказано".

Заключением судебно-биологической экспертизы подтверждается, что на пододеяльнике, полотенце, одеяле, половике, накидке имелись элементы кала.

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы, задний проход у трупа З. зиял, кожа у заднего прохода была опачкана калом, каловые массы также имелись на передней и внутренней поверхностях обеих бедер и голеней.

Совокупность указанных доказательств, правильно оцененных судом, позволила суду прийти к правильному выводу о доказанности вины Ю. в насильственных действиях сексуального характера.

Ссылка в жалобе осужденного Ю. на то, что согласно акта судебно-биологической экспертизы в пятне с простыни были обнаружены клетки поверхностного слоя плоского неороговевающего эпителия, образовавшиеся не от кишечника, несостоятельна, акт экспертизы никаких данных об образовании либо необразовании эпителия от кишечника - не содержит.

В связи с оправданием Ю. по п.п. "б, в" ч. 2 ст. 131 УК РФ его ссылка на содержимое влагалища З. юридического значения не имеет.

Его же ссылка в жалобе на то, что сперма, обнаруженная на простыне и одеяле, образовалась не от него, противоречит акту молекулярно-генетической экспертизы, установившей 99,99-процентную принадлежность спермы Ю.

Из акта судебно-медицинской экспертизы следует, что смерть З. наступила от механической асфиксии в результате удавления, от чего у нее образовались переломы рожков подъязычной кости и щитовидного хряща, кровоизлияния в мягкие ткани шеи и развилось состояние механической асфиксии.

Из акта экспертизы видно, что эксперту было известно о наличии рвотной массы, однако как в трахее, так и в крупных бронхах количество "серой пенистой слизи" было незначительным, смерть З. наступила от удавления. При таких данных и с учетом протокола осмотра места происшествия, из которого следует, что голова трупа З. лежала на боку (на щеке) и ее лицо не находилось в массиве рвотной массы с полным закрытием рта и носа, довод жалобы осужденного Ю. о возможности наступления смерти З. от закрытия дыхательных путем рвотными массами является несостоятельным, противоречащим материалам дела.

Квалификация действий Ю. по ч. 1 ст. 132 и п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ является правильной.

Судом исследовалось психическое состояние Ю., он обоснованно признан вменяемым.

Наказание Ю. назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом данных о его личности, влияния назначенного наказания на его исправление и всех конкретных обстоятельств дела.

Выводы суда об оправдании Ю. в изнасиловании З. и об оправдании Г. соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом и надлежащим образом обоснованны, мотивированны.

Суд пришел к обоснованному выводу о том, что стороной обвинения не предоставлены суду достаточные и достоверные доказательства их виновности в этой части.

Ссылка в представлении на то, что согласно показаниям потерпевшей М. в квартире был беспорядок: ковер - скомкан, а вещи З.: плавки, колготки, рейтузы, халат - валялись в куче посередине комнаты - не дает оснований для бесспорного вывода об изнасиловании З. Как следует из материалов дела, на вещах З. не имелось разрывов, других повреждений, характерных для срывания с нее одежды, вся одежда находилась в одном месте; на самой З. отсутствовали телесные повреждения в области половых органов, характерные для изнасилования. Нахождение одежды З. в куче посередине комнаты не свидетельствует о ее изнасиловании.

Указывая на то, что ковер был скомкан, прокурор в представлении не учел, что в последующем (после совершения с З. полового акта в естественной форме) имело место насильственное совершение иных действий сексуального характера и убийство З. Прокурором не представлено суду доказательств того, что ковер был скомкан именно в период времени, предшествующий совершению полового акта в естественной форме.

Из материалов дела следует, что Ю. не давал показаний о совершении преступлений, вменяемых в вину, Г.

Ссылка в представлении на то, что при допросе сотрудниками Химкинской прокуратуры Московской области по отдельному поручению Ю. пояснял, что знал Г. и утверждал, что Г. находился в квартире З. (т. 7 л.д. 133), не свидетельствует о виновности Г. в совершении преступлений. Показания Ю. в указанной части противоречивы. Приводя в представлении указанные показания Ю., прокурор не учел предусмотренных законом правил оценки доказательств: при наличии противоречивых показаний достоверными могут быть признаны уличающие показания лишь в случае, если они подтверждены совокупностью других доказательств, в противном случае все неустранимые сомнения подлежат истолкованию в пользу обвиняемого. Прокурором в представлении не указано, совокупность каких других доказательств подтверждает достоверность приведенных показаний Ю. и, кроме того, не дано оценки тому, что при указанном следственном действии Ю. допрашивался в качестве свидетеля, с предупреждением об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний, что не соответствовало его процессуальному положению и гарантированных законом прав.

Кроме того, в предмет доказывания входило не установление знакомства Ю. с Г. и нахождения Г. в квартире З., а совершение Г. тех конкретных действий, которые вменялись ему в вину. При недоказанности органами обвинения конкретных действий Г. по совершению преступлений, наличие либо отсутствие у него алиби юридического значения не имеет.

Явки с повинной, заявления, показания Г. в приговоре исследованы и получили надлежащую оценку. Данная им оценка соответствует указанным правилам оценки доказательств. Кроме того, постановлением следователя прокуратуры от 19 января 2004 года о прекращении уголовного преследования Г. в части предъявленного ему обвинения в совершении преступлений, предусмотренных п. "к" ч. 2 ст. 105 и ч. 1 ст. 158 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, установлено, что в ходе предварительного следствия "Г. оговорил себя" (т. 1 л.д. 8-17). Данное постановление следователя не отменялось и не признано незаконным.

Данные акта судебно-биологической экспертизы N 414, на что имеется ссылка в представлении, получили оценку суда в приговоре. Суд правильно исходил из того, что указанные данные акта судебно-биологической экспертизы носили предположительный характер и обоснованно взял за основу данные молекулярно-генетической экспертизы о 99,99-процентном установлении принадлежности спермы Ю. (а не Г.).

Кроме того, согласно ч. 4 ст. 359 УПК РФ лицо, подавшее представление, в дополнительном представлении, поданном по истечении срока обжалования, не вправе поставить вопрос об ухудшении положения осужденного, если такое требование не содержалось в первоначальном представлении.

Как видно из первоначального представления, в нем не ставился вопрос о неправильности оценки судом доказательств. Этот вопрос в нарушение требований ч. 4 ст. 359 УПК РФ поставлен прокурором в дополнениях к представлению, поданных по истечению срока кассационного обжалования, вследствие чего эти ссылки представления удовлетворены быть не могут.

Гражданские иски разрешены судом в соответствии с действующим законодательством.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Новосибирского областного суда от 30 августа 2004 года в отношении Ю. и тот же оправдательный приговор в отношении Г. оставить без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя М. и кассационные жалобы осужденного Ю. и адвоката Я. - оставить без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 3 февраля 2005 г. N 67-004-99


Текст определения официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение