Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17 февраля 2005 г. N 59-о04-30 Высказывание осужденного о намерении убить потерпевшего, нанесение им удара ножом со значительной силой в область расположения жизненно важных органов подтверждает правильность выводов суда о наличии у осужденного прямого умысла на убийство сотрудника милиции

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17 февраля 2005 г. N 59-о04-30


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ

рассмотрела в судебном заседании от 17 февраля 2005 года кассационные жалобы осужденного Т. и адвоката Л. на приговор Амурского областного суда от 22 октября 2004 года, которым

Т., родившийся 5 июля 1976 года в г. Свободном Амурской области, русский, с неполным средним образованием, в браке не состоявший, не работавший, ранее судимый 12 мая 2004 года по ст.ст. 116, 119 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком в 2 года,

- осужден по ст. 317 УК РФ - к тринадцати годам лишения свободы; по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ - к четырнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Т. признан виновным и осужден за посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа - помощника участкового уполномоченного милиции старшего прапорщика милиции М., в целях воспрепятствования его законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.

Преступление совершено им 26 мая 2004 года в с. Новоивановка Свободненского района Амурской области при обстоятельствах, установленных приговором.

Заслушав доклад судьи К., мнение прокурора Ф., полагавшего судебное решение в отношении Т. оставить без изменения, судебная коллегия установила:

В кассационных жалобах:

- осужденный Т. просит дело пересмотреть и вынести правильное решение, ссылаясь на то, что во время случившегося он не мог руководить своими действиями, не имел умысла посягать на жизнь сотрудника милиции; высказывает сомнение в обоснованности акта судебно-психиатрической экспертизы,

- адвокат Л. в защиту осужденного Т. просит приговор отменить и дело прекратить, поскольку, по его мнению, Т. не покушался на жизнь сотрудника милиции, а считал, что наносит удар кому-то из пьяных товарищей бывшей жены. Кроме того, 26 мая 2004 года Т. был в состоянии алкогольного опьянения и одновременно под воздействием таблеток "фенозепам", поэтому не понимал происходящего и не мог руководить своими действиями.

В возражениях государственный обвинитель Т. считает доводы жалоб несостоятельными и просит оставить приговор без изменения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб и возражений, судебная коллегия находит приговор в отношении Т. законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.

Виновность Т. в содеянном им установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре.

В судебном заседании подсудимый давать показания отказался. Обвиняемый Т., допрошенный в присутствии адвоката, не отрицал, что напал на мужчину и нанес ему удар ножом.

Из показаний потерпевшего М. следует, что он является помощником участкового уполномоченного милиции. 26 мая 2004 года к нему прибежала взволнованная К., сказала, что пьяный Т. зарезал свою бывшую жену Т. Т. ранее неоднократно избивал жену, угрожал ей убийством. Он пришел к дому Т. Через окно он видел выходящего из зала Т., в руке у него был испачканный в крови нож. На его просьбу открыть дверь, Т. сказал: "Василич, не заходи, я убил Таньку", после чего стал резать себе вены на руках. Оценив обстановку, он, М., сбегал домой, надел бронежилет, взял наручники и пистолет. Затем по его просьбе Е., отвлекая Т., постучал в дверь, а он в это время проник в дом. Татьяну Т. он в зале не нашел, зашел в кухню, где с ножом в руке сидел Т. Он велел Т. бросить нож, но тот практически мгновенно со словами: "Я завалю тебя, мент", бросился на него и нанес удар ножом в область сердца. Благодаря бронежилету Т. не смог причинить ему вреда. Подавив сопротивление Т., который выкрикивал угрозы в отношении него и членов его семьи, обещая расправиться со всеми после освобождения, он, М., надел ему на руки наручники. Выйдя из дома, он рассказал о происшедшем находившимся во дворе соседям, передал А. бронежилет, в котором застрял нож. Позднее, уже во дворе его, М., дома Т. продолжал оскорблять его и членов его семьи, угрожал убийством и пытался схватить его за шею и душить. Кроме того, потерпевший М. пояснил, что Т. знал, что он является сотрудником милиции, поскольку они были соседями, а также в связи с тем, что Т. часто привлекался к административной и уголовной ответственности.

Суд обоснованно признал показания потерпевшего М. достоверными, поскольку они подтверждаются другими доказательствами.

Свидетель Е. подтвердил, что по просьбе М., отвлекая Т., стучал в дверь. Позднее видел, как М. вывел из дома Т. со скованными наручниками руками, снял с себя бронежилет с застрявшим в нем ножом. Т. в это время вел себя агрессивно, угрожал потерпевшему и членам его семьи убийством.

Свидетель К. поясняла, что 26 мая 2004 года прибежала к М., как к помощнику участкового уполномоченного милиции, за помощью, так как думала, что Т. убил свою жену. Она слышала, как М. просил открыть дверь, а Т. крикнул ему: "Василич, не подходи, я убил Татьяну". Позднее в ее присутствии М. снял с себя бронежилет с торчащим в нем ножом и передал его А. Т. выражался в адрес М. нецензурной бранью, называл его "ментом". Свидетель К. подтвердила, что Т. знал о том, что М. является сотрудником милиции, так как проживал с ним по соседству, а также в связи с тем, что М. неоднократно пресекал его противоправные действия.

Из показаний свидетелей А., П., М. и Т. усматривается, что в их присутствии М. открыл дверь, рассказал им о происшедшем в доме, снял с себя бронежилет, в котором в области сердца торчал застрявший нож, и передал его А. Т. в это время вел себя агрессивно, оскорблял М., как сотрудника милиции. При этом свидетели сообщили, что Т. знал о том, что М. является сотрудником милиции. Кроме того, свидетели М. и Т. дополнили, что Т. угрожал расправой потерпевшему.

Виновность Т. подтверждается и другими доказательствами, приведенными в приговоре, которым судом дана надлежащая оценка.

Таким образом, из приведенных показаний потерпевшего и свидетелей следует, что Т., нанося удар ножом, знал и понимал, что перед ним находится его сосед, помощник участкового уполномоченного милиции М., находящийся при исполнении служебных обязанностей.

Судом исследовалось психическое состояние Т. Как видно из материалов дела, на учете у врачей-психиатров он не состоял. В отношении него проведена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза. Согласно заключению экспертов-психиатров в период инкриминируемого ему деяния у Т. не было временного психического расстройства, он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Указанная экспертиза была проведена комиссией в составе трех компетентных экспертов-психиатров, стаж работы которых составляет 21 год, 14 лет и 21 год. Сомневаться в правильности данного ими заключения у суда оснований не имелось. Акт экспертизы соответствует требованиям закона.

С учетом мотивированных, осмысленных, целенаправленных действий Т., поддержания им адекватного речевого контакта, отсутствия у него бреда, галлюцинаций он обоснованно признан вменяемым. Оснований для назначения в отношении Т. повторной судебно-психиатрической экспертизы не усматривалось.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Т. в содеянном и верно квалифицировал его действия по ст. 317 УК РФ по указанным в приговоре признакам.

Высказывание Т. при происшедшем о намерении убить М. ("завалю, мент"), нанесение им удара ножом с длиной клинка 10,3 см со значительной силой в область расположения жизненно важных органов подтверждает правильность выводов суда о наличии у Т. прямого умысла на убийство сотрудника милиции М.

Из протокола осмотра вещественного доказательства ножа следует, что на его лезвии имелись пятна бурого цвета. Проведение судебно-биологической экспертизы не требовалось, поскольку в связи с застреванием лезвия ножа в бронежилете ранение М. причинено не было.

Непроведение по делу судебно-дактилоскопической экспертизы по рукоятке ножа не дает основания для вывода о невиновности Т. в содеянном, поскольку выводы суда о его виновности основаны на совокупности других доказательств, а органы следствия самостоятельны в определении объема доказательств, представляемых ими суду в обоснование предъявленного ими обвинения.

Наказание Т. назначено в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному им, с учетом данных о его личности, влияния назначенного наказания на его исправление и всех конкретных обстоятельств дела. Обстоятельства, на которые Т. ссылается в жалобе, учтены судом при назначении ему наказания.

Ему назначено справедливое наказание и оснований к его смягчению не имеется.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом, и надлежащим образом обоснованы, мотивированы.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Амурского областного суда от 22 октября 2004 года в отношении Т. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Т. и адвоката Л. - оставить без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17 февраля 2005 г. N 59-о04-30


Текст определения официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение