Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 5 мая 2005 г. N 58-о05-14СП Доводы кассационной жалобы о якобы допущенной председательствующим судьей необъективности по делу, в том числе при замене присяжных заседателей, признаны судом несостоятельными

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 5 мая 2005 г. N 58-о05-14СП


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 5 мая 2005 года дело по кассационным жалобам осужденных С., К., адвоката Н., на приговор Хабаровского краевого суда с участием присяжных заседателей от 21 декабря 2004 года, которым С., 2 декабря 1963 года рождения, уроженец с. Улья Охотского района Хабаровского края, несудимый, осужден по ст.ст. 33 ч. 3, 105 ч. 2 п. "б" УК РФ к 18 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

К., 4 февраля 1971 года рождения, уроженец г. Киева, несудимый, осужден по ст. 105 ч. 2 п. "б" УК РФ к 17 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Ф., объяснение осужденного С., в поддержание доводов кассационных жалоб, мнение прокурора М., полагавшей приговор, как законный и обоснованный оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения, судебная коллегия установила:

вердиктом коллегии присяжных заседателей от 8 декабря 2004 года С. и К. признаны виновными в том, что в конце августа 2002 года, С., узнав из неустановленного источника о даче показаний К. в качестве свидетеля против него и К., по факту угона автомобиля УАЗ-469, не добившись от К. отказа от показаний, организовал его убийство, предложив К. убить К., на что К. согласился. По предложению С. К. приобрел охотничье ружье 16 калибра и патроны к нему по указанию С. другими лицами из ружья был изготовлен обрез. В соответствии с разработанным планом, 9 сентября 2002 года, в период времени с 22 до 24 часов, К. был остановлен на ул. Школьная в с. Ракитное Хабаровского района и края, ему было предложено сесть в автомобиль "Ниссан-Блюберд" под управлением С., на указанном автомобиле К. был вывезен в поле южнее с. Гаровка-1 Хабаровского района и края, выведен из автомобиля, после непродолжительного разговора, С. предоставил К. заряженный обрез охотничьего ружья, из которого К., умышленно, с целью убийства произвел не менее двух выстрелов в К. и убил его. Смерть потерпевшего наступила на месте происшествия от огнестрельных ранений шеи и груди с повреждением внутренних органов. Тело К. было закопано в землю.

Исходя из установленных обвинительным вердиктом обстоятельств, действия С. квалифицированы судом по ст.ст. 33 ч. 3, 105 ч. 2 п. "б" УК РФ как организация и руководство в исполнении убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку - лицу в связи с исполнением им общественного долга.

Действия К. квалифицированы судом по ст. 105 ч. 2 п. "б" УК РФ как умышленное причинение смерти другому человеку в связи с исполнением им общественного долга.

В кассационных жалобах:

осужденный С. и адвокат Н. в его интересах, не соглашаются с приговором, утверждают, что приговор по делу постановлен с нарушением уголовно-процессуального закона. Считают, что председательствующий по делу не соблюдал принцип равенства сторон, отклонял без достаточных на то оснований все ходатайства С. и его адвоката, в том числе о допросе свидетелей, оглашении ряда доказательств по делу, исключении доказательств из числа таковых, как недопустимых. Полагают, что председательствующий судья, допустил необъективность, в том числе при замене присяжных заседателей, избрании меры пресечения в отношении С., разрешении ходатайств осужденного и его адвоката, произнесении напутственного слова, формулировании вопросов присяжным заседателям. Ссылаются на нарушение председательствующим судьей правил ст. 252 УПК РФ, предоставление им возможности к доведению, до сведения присяжных заседателей данных об участии осужденных в другом преступлении, необоснованное удаление С. из зала судебного заседания, необоснованность решения председательствующего о частичной закрытости судебного заседания, на оглашение вердикта присяжных заседателей в отсутствие С., в то время, когда он был болен, не исследование доказательств, относительно мотива преступления, об исследовании в присутствии присяжных заседателей процедурных вопросов, об искажении государственным обвинителем в прениях доказательств. Просят об отмене приговора с направлением дела на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания;

осужденный К., не соглашаясь с приговором, ссылается на аналогичные доводы, считает, что судья ухудшил его положение, добавив в вопросах сведения о заряженности обреза, из которого был убит потерпевший. Полагает, что судья в напутственном слове допустил необъективность, необоснованно отказал стороне защиты в постановке вопросов перед присяжными заседателями. Считает, что в самих вопросах, поставленных перед ними, имеются противоречия. Ссылается на нарушение требований закона о равноправии сторон, необоснованное отклонение ходатайств стороны защиты. Относит к нарушениям закона то, что процедурные вопросы разрешались судом с участием государственного обвинителя и адвокатов, в то время, как они не участвовали в этом процессе, "находясь в клетке". Полагает также, что частное постановление судьи в адрес адвокатов, подтверждает ненадлежащее осуществление адвокатами защиты интересов осужденных. Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение.

В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель Д. и потерпевшая К., просят приговор, как законный и обоснованный оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор суда в отношении С. и К. законным и обоснованным.

Данное дело рассмотрено с соблюдением особенностей производства, в суде с участием присяжных заседателей, предусмотренных разделом XII УПК РФ, других норм уголовно-процессуального закона.

Привлечение С. к административной ответственности за нарушение покоя гр-ки Ф., матери свидетеля обвинения, фактическая сторона материалов уголовного дела давали основания председательствующему судье удовлетворить ходатайство государственного обвинителя о проведении разбирательства в порядке п. 4 ч. 1 ст. 241 УПК в закрытом режиме. Судья обоснованно удовлетворил ходатайство прокурора в этом вопросе частично: в закрытом заседании допрошены только свидетели обвинения.

ГАРАНТ:

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Имеется в виду п. 4 ч. 2 ст. 241 УПК РФ


Дело рассмотрено судом с участием присяжных заседателей при наличии к тому законных оснований, а именно, в связи с ходатайством осужденных.

При этом из дела видно, что С. и К. разъяснялись особенности рассмотрения дела судом с участием присяжных заседателей, права обвиняемого в судебном разбирательстве и порядок обжалования судебного решения.

Коллегия присяжных заседателей сформирована с соблюдением положений ст. 328 УПК РФ и требований ст. 80 Основ уголовного судопроизводства.

В том числе не допущено нарушений закона при замене выбывших присяжных заседателей запасными.

В ходе судебного заседания была проведена замена выбывших присяжных заседателей запасными в последовательности, указанной в списке при формировании коллегии присяжных заседателей.

Исследование доказательств по делу проходило в присутствии запасных присяжных заседателей. Те из них, которые затем вошли в состав основной коллегии, никаких вопросов по ходу судебного следствия не задавали.

Ни сторона обвинения, ни сторона защиты никаких заявлений по поводу процедуры замены выбывших присяжных заседателей запасными не делала.

При таких данных судебной коллегией признаются несостоятельными доводы кассационных жалоб о нарушении требований закона при принятии председательствующим судьей решения о разбирательстве уголовного дела частично в закрытом режиме, и при замене выбывших присяжных заседателей запасными.

Из дела усматривается, что повода сомневаться в объективности и беспристрастности председательствующего судьи не имелось. Основания, предусмотренные ст.ст. 61, 63 УПК РФ отсутствовали. Допущенная председательствующим судьей процессуальная ошибка, при решении вопроса о мере пресечения в отношении С., не свидетельствует о том, что он лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе дела. Оснований к отводу председательствующего судьи не усматривается. Заявленные ему отводы разрешены в установленном законом порядке, с приведением мотивов принятого решения в соответствующих постановлениях.

Из дела также следует, что председательствующим судьей, в соответствии с требованиями ст.ст. 15, 243, 244 УПК РФ, создавались необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Предоставлялись сторонам равные права на заявление отводов и ходатайств, представление доказательств, участие в их исследовании, выступлении в судебных прениях, предоставлении письменных формулировок по вопросам указанным в ст. 339 УПК РФ, на рассмотрение иных вопросов, возникавших в ходе судебного разбирательства.

Из протокола судебного заседания усматривается, что по инициативе С. председательствующим судьей объявлялись многочисленные перерывы в судебном заседании, в том числе для встреч его с защитником.

Ущемления прав стороны защиты допущено не было. Все заявленные сторонами ходатайства разрешены председательствующим судьей в установленном законом порядке. В том числе государственному обвинителю, также, как и стороне защиты было обоснованно отказано председательствующим в удовлетворении ряда ходатайств

Так судьей обоснованно отказано в допросе свидетелей К., М., и других. Указанные свидетели, по имеющимся в деле данным, могли пояснить только по процедурным вопросам, доказательства же исследованные в судебном заседании обоснованно признаны председательствующим судьей допустимыми. Источники, на которые эти лица ссылались - Ф. и Т. - были в суде допрошены.

Протокол допроса К. на предварительном следствии, в судебном заседании стороной обвинения оглашался. Поэтому судебной коллегией признается правильным решение председательствующего судьи об отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты об оглашения этого же протокола допроса, в ходе допроса в суде свидетеля Ц. Протокол допроса К. на предварительном следствии обоснованно признан допустимым доказательством, и его содержание свидетель Ц. не отрицал. Вопросы, правильную или нет, информацию дал свидетель К. по другому делу, насколько она отражала действительность, не являлись предметом доказывания по данному делу (делу об убийстве свидетеля К.), поэтому они обоснованно отведены председательствующим судьей.

Кроме того, в жалобах не указано, как это обстоятельство (отказ в оглашении протокола допроса К. в присутствии свидетеля Ц.) повлияло на решение присяжных.

Отказ суда в запросе данных о номере автомашины, упоминавшейся в показаниях К., не мог отразиться на полноте судебного следствия, поскольку обстоятельства хищения автомашины в данном судебном заседании не исследовались.

Вопросы, давало или нет лицо в ходе следствия показания, оглашенные в суде, являются процессуальными, в присутствии присяжных не исследуются, поэтому судья обоснованно снял вопрос адвоката, давал ли К. показания, имеющиеся на л.д. 176 т. 1.

Свидетели Б., Ц., С. подтвердили факт обращения потерпевшего К. в следственные органы по поводу УАЗа, т.е. фактические обстоятельства дела.

Свидетели П. и К. были включены следователем в список лиц, подлежащих вызову в суд, поэтому они допрашивались в суде. Тем не менее, председательствующий обоснованно отвел вопросы государственного обвинителя, касающиеся перевозки и покупки запчастей к УАЗу, как не относящиеся к существу обвинения С. и К.

При таких данных доводы жалоб о том, что свидетели обвинения допрашивались, в том числе и по вопросам, не относящимся к предъявленному обвинению, не соответствует материалам дела.

Не подтверждаются материалами дела также доводы кассационных жалоб о том, что в присутствии присяжных заседателей по инициативе государственного обвинителя исследовались процедурные вопросы.

Как видно из протокола судебного заседания имели место попытки довести до сведения присяжных заседателей таких вопросов со стороны осужденных.

В каждом таком случае председательствующим делались замечания, и обращалось внимание присяжных заседателей на то, что они не должны принимать во внимание услышанное.

В судебном заседании исследовался вопрос о том, что орудие преступления - обрез был изготовлен из 16 - калиберного ружья. Об этом показал свидетель Ф. Это следовало из оглашенных в суде показаний свидетелей Т. и У. В этой части утверждения жалобы о неисследованности вопроса об орудии убийства, являются несостоятельными.

При обсуждении вопросного листа в части "заряженного обреза ружья 16 калибра" защитой никаких замечаний не высказано.

Сторона защиты в лице адвокатов представляла интересы подсудимых С. и К. в ходе судебного разбирательства. Поэтому судебной коллегией не усматривается нарушений закона в том, что для выяснения мнения сторон по вопросу об оглашении протоколов допросов показаний свидетелей, данных ими в ходе предварительного следствия, к столу председательствующего судьи приглашались только прокурор и адвокаты.

С. был удален из зала суда за нарушение порядка в судебном заседании уже после допроса свидетеля Т. и после того, как свидетель ответил на заданные (в том числе С.) вопросы (т. 6 л.д. 119 - 130).

Поэтому отказ председательствующего судьи в удовлетворении ходатайства С. о дополнительном допросе Т. является обоснованным.

Как усматривается из протокола судебного заседания, свидетель Т. был тщательно допрошен по фактическим обстоятельствам и изменил в суде показания, данные в ходе предварительного следствия, в пользу С.

С. обосновывал необходимость дополнительного допроса свидетеля Т. необходимостью выяснения обстоятельств написания им чистосердечного признания, то есть для постановки перед ним в присутствии присяжных заседателей процедурных вопросов.

Чистосердечные признания Т. государственным обвинителем оглашены в суде, при этом доводилось до сведения присяжных заседателей об отсутствии в протоколе даты составления указанного документа. С учетом изложенного доводы жалоб о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства С. о предоставлении этого документа присяжным заседателям на обозрение для подтверждения отсутствия даты, о допросе свидетеля Т. в то время как С. был удален из зала судебного заседания и лишен возможности задать ему вопросы, о необоснованности отказа в удовлетворении ходатайства о дополнительном допросе свидетеля Т., следует признать несостоятельными.

Ссылки в жалобах на то, что ко времени допроса свидетеля Т. в суде С. был удален из зала судебного заседания, противоречат протоколу судебного заседания.

Замечаний на протокол судебного заседания осужденными и адвокатами не подавалось.

Не основаны на материалах дела утверждения кассационных жалоб о том, что С. был удален из зала судебного заседания без оснований к тому, не нарушал порядок в судебном заседании, а лишь реализовывал свое право на защиту.

При этом, как усматривается из протокола судебного заседания в судебном заседании С. неоднократно нарушал порядок: выкрикивал с места, прерывал свидетелей и прокурора, на замечания судьи не реагировал, в связи с нарушением им порядка в судебном заседании, председательствующим судьей трижды делались предупреждения о недопустимости такого поведения В дальнейшем, С. был удален из зала судебного заседания до прений сторон. В отсутствие С. в судебном заседании допрашивались только свидетели стороны защиты.

Вопросы допустимости доказательств, в том числе протоколов осмотра места происшествия, опознания, заключений эксперта председательствующим судьей проверялись, все доказательства признаны полученными в соответствии с требованиями закона.

Утверждение кассационных жалоб о том, что судья по просьбе государственного обвинителя предоставлял значительные перерывы, что могло "отрицательно сказаться на восприятии присяжными заседателями доказательств защиты",не соответствует действительности. Из протокола судебного заседания видно, что свидетели защиты К. и К. допрошены в один день. Никаких ходатайств об объявлении перерыва в период представления стороной защиты доказательств, прокурором заявлено не было.

Все принятые судьей решения им мотивированы.

В соответствии со ст. 338 и 339 УПК РФ, при составлении вопросного листа судья предоставил сторонам одинаковое время для ознакомления со сформулированными им вопросами, подлежащими разрешению присяжными заседателями. При этом выслушал их замечания по содержанию и формулировке вопросов, дал возможность внести предложения о постановке новых вопросов.

Стороной защиты и осужденными поставлены новые вопросы, однако, как видно из содержания этих вопросов, они в большинстве своем дублируют предложенные судьей, либо касаются юридической стороны деяния, поэтому председательствующим судьей они обоснованно отвергнуты. Вопросы же, касающиеся наличия по уголовному делу фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимых за содеянное, или влекущих за собой ответственность за менее тяжкое преступление, стороной защиты не ставились.

Действительно, в вопросах N 1 и N 2 содержится слово "заряженный", в то время как в обвинительном заключении этого слова нет (в обвинительном заключении значится, что К. из предоставленного С. для убийства К. обреза произвел в туловище потерпевшего не менее двух выстрелов).

Между тем, это не может быть расценено, как нарушение статьи 252 УПК РФ, поскольку в формулировке вопросов не содержится, что К. либо С. зарядили обрез, т.е. за пределы обвинения судья не вышел, положение осужденных не ухудшил. Кроме того, при обсуждении вопросов ни сторона защиты, ни сторона обвинения не посчитали это нарушением закона и не сделали никаких заявлений на этот

Не соответствует действительности утверждение жалоб о противоречивости 2 и 5 вопросов.

При произнесении напутственного слова председательствующим судьей соблюдены принципы объективности и беспристрастности. В том числе председательствующий судья изложил позиции сторон; напомнил исследованные в суде доказательства, в том числе и оправдывающие подсудимых, при этом он не выразил своего отношения к ним и не делал выводов из них. Судья не высказывал своего мнения по вопросам, поставленным перед коллегией присяжных.

Как видно из протокола судебного заседания государственный обвинитель в прениях ссылался только на исследованные в суде доказательства, не допускал искажения их смысла. Заявлений о нарушении государственным обвинителем требований закона при проведении прений, стороной защиты сделано не было.

Вердикт коллегии присяжных заседателей постановлен с соблюдением положений ст. 343 УПК РФ, он является ясным и непротиворечивым.

Председательствующим судьей полностью выполнены требования ст. 345 УПК РФ. В том числе старшина присяжных заседателей передал вопросный лист с внесенными в него ответами председательствующему. Найдя вердикт неясным, председательствующий указал на его неясность и предложил присяжным заседателям возвратиться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист. В дальнейшем, найдя вердикт ясным и непротиворечивым, председательствующий передал его старшине присяжных заседателей для провозглашения (т. 6 л.д. 235)

Вердикт присяжных заседателей провозглашался в присутствии подсудимого К., поскольку подсудимый С. во время нахождения присяжных заседателей в совещательной комнате для вынесении вердикта, сослался на плохое состояние здоровья и был госпитализирован (как позже было установлено медицинскими документами, болезнь он симулировал). Адвокаты на провозглашение вердикта не явились.

При обсуждении последствий вердикта С. и адвокатам сразу было объявлено его содержание.

Никаких данных о фальсификации вердикта в материалах дела не имеется и таких доказательств в жалобе не приведено.

При таких обстоятельствах судебной коллегией признаются несостоятельными доводы кассационных жалоб о фальсификации вердикта.

По смыслу закона, постановив вердикт, присяжные заседатели должны выйти из совещательной комнаты для провозглашения его в зале судебного заседания. Запрет в провозглашении вердикта при отсутствии в зале суда подсудимого, повлек бы нарушение тайны совещательной комнаты и ст. 345 УПК РФ.

Учитывается судебной коллегией также и симулятивное поведение С., имитировавшего заболевание, с тем, чтобы уклониться от присутствия при провозглашении вердикта.

При таких данных следует признать, что нарушения требований закона при оглашении вердикта не допущено. Ссылки в кассационных жалобах на нарушение прав С. присутствовать при провозглашении вердикта признаются судебной коллегией несостоятельными. Приговор постановлен в соответствии с вердиктом.

В том числе председательствующим судьей правильно, в соответствии с обвинительным вердиктом, а также установленными судом обстоятельствами, не подлежащими установлению присяжными заседателями и требующими собственно юридической оценки, квалифицированы действия С. и К.

При назначении С. и К. наказания, судом, в соответствии с требованиями закона учтены характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, конкретные обстоятельства дела, данные о личности каждого из них, смягчающие обстоятельства.

Наказание осужденным назначено также с учетом того, что вердиктом коллегии присяжных заседателей С. и К. признаны не заслуживающими снисхождения.

Оснований для смягчения назначенного осужденным С. и К. наказания судебной коллегией не усматривается.

Документ, озаглавленный как "явка с повинной" от имени С. (т. 1 л.д. 106), обоснованно не признан судом в качестве смягчающего обстоятельства, поскольку С. в нем отрицал свою причастность к убийству К., при этом указанный документ был составлен после задержания С. по подозрению в совершении преступления, когда о его роли в преступлении было известно следственным органам из показаний Ф.

Частное определение в адрес адвокатской палаты вынесено председательствующим обоснованно, по поводу отсутствия без уважительной причины адвокатов, представляющих интересы С. и К. при провозглашении вердикта присяжных заседателей, что свидетельствует о неуважении к суду.

В то же время отсутствие адвокатов при провозглашении вердикта не свидетельствует о нарушении права С. и К. на защиту.

По изложенным основаниям приговор в отношении С. и К. оставляется судебной коллегией без изменения, кассационные жалобы осужденных и адвоката - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Хабаровского краевого суда с участием присяжных заседателей от 21 декабря 2004 года в отношении С. и К. оставить без изменения, кассационные жалобы осужденных и адвоката Н. - без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 5 мая 2005 г. N 58-о05-14СП


Текст определения официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение