Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 15 июня 2005 г. N 72-о05-8 Виновность осужденных в покушении на убийство, совершенном по предварительному сговору группой лиц и сопряженном с разбоем, подтверждается совокупностью доказательств по делу. Кассационные жалобы осужденных не подлежат удовлетворению

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 15 июня 2005 г. N 72-о05-8


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 15 июня 2005 года дело по кассационным жалобам осужденных К. и Е. на приговор Читинского областного суда от 18 октября 2004 года, которым

К. 30 апреля 1978 года рождения, уроженец чс. Маккавеево Читинского района Читинской области, не судимый, -

осужден: по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ к 8 (восьми) годам лишения свободы; по ст.ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п.п. "ж, з" УК РФ с применением ст. 66 УК РФ к 12 (двенадцати) годам лишения свободы; по совокупности указанных преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний к 14 (четырнадцати) годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Е. 20 января 1979 года рождения, уроженец п. Дарасун Карымского района Читинской области, не судимый, -

осужден: по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ к 8 (восьми) годам лишения свободы; по ст.ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п.п. "ж, з" УК РФ к 13 (тринадцати) годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Приговором постановлено взыскать с осужденных пользу потерпевшего У.: солидарно 43 637 руб. 43 коп. в счет возмещения материального ущерба и по 50 тысяч рублей с каждого в счет компенсации морального вреда.

К. и Е. осуждены за покушение на убийство У., совершенное по предварительному сговору группой лиц и сопряженное с разбоем. Кроме того, и признаны виновными в разбойном нападении на У., совершенном группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, использованных в качестве оружия и с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

В судебном заседании Е. признал себя виновным частично, К. не признал своей вины.

Заслушав доклад судьи Верховного суда РФ Л., объяснения осужденного К. по доводам своих кассационных жалоб, возражения на кассационные жалобы прокурора Т., просившей об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия установила:

в кассационных жалобах основных и дополнительных:

Е. просит об отмене приговора. Он считает, что из числа доказательств его вины должны быть исключены, как недопустимые доказательства, показания свидетеля Н., его показания на л.д. 6 т. 1, и в протоколе допроса в качестве подозреваемого. Полагает, что дело должно быть направлено на новое рассмотрение для проведения очных ставок и следственного эксперимента. Назначенное ему наказание считает чрезмерно суровым. В жалобах утверждается, что следствие по делу проведено не полно и с обвинительным уклоном. Обращает внимание на то, что он добровольно сообщил правоохранительным органам о совершенном преступлении. По мнению Е., суд не принял необходимых мер к полному исследованию данных о его личности и лишил его возможности представить суду дополнительные доказательства, смягчающие наказание. Ссылается на то, что, в нарушение его конституционных прав, он не был ознакомлен с постановлением о назначении экспертизы. Полагая нарушенным его право на защиту, он ссылается на то, что первые показания он давал в отсутствии защитника. Мотивируя свою просьбу об исключении из обвинения ряда доказательств, Е. ссылается на то, что эти доказательства были добыты с применением противозаконных мер. Обращая внимание на наличие противоречий в собранных по делу, и, исследованных в судебном заседании доказательствах, в частности, показания свидетеля Н., Е. ссылается на то, что суд не выяснил причины возникновения противоречий и не дал оценки этим доказательствам. Е. считает необоснованным выводы суда о признании доказательством его вины показания К., который принимал меры к смягчению собственной ответственности. Он полагает, что суд дал одностороннюю и неправильную оценку показаниям потерпевшего У.

К. просит об отмене приговора и утверждает, что обвинительный приговор в отношении него постановлен на предположении. Он считает, что выводы суда о его виновности основаны на противоречивых и не допустимых доказательствах, получивших неправильную оценку в приговоре. По его мнению, суд необоснованно отверг показания свидетеля К., не заинтересованной в исходе настоящего дела.

В возражениях на кассационные жалобы Государственный обвинитель просит об оставлении приговора без изменения, а кассационных жалоб - без удовлетворения, полагая, что выводы суда о доказанности вины осужденных и о квалификации преступления полностью соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в стадии судебного разбирательства.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия не усматривает оснований к их удовлетворению, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам дела и опровергаются исследованными в судебном заседании и полно приведенными в приговоре доказательствами.

Материалы судебного следствия свидетельствуют о том, что судом были приняты все необходимые меры для всестороннего полного и объективного исследования собранных по делу доказательств, в том числе и все показаний осужденных, данных ими как в период расследования дела, так и в судебном заседании.

В судебном заседании Е. показал, что нож он всегда носил при себе, в целях самообороны 11 февраля 2004 года он остановил автомашину ВАЗ 2116 отвезти домой Н. Водителем автомашины был ранее незнакомый У., с которым он рассчитался за проезд сразу. В автомашине Н. села рядом с водителем, он сел на заднее сидение за водителем, а К. сел около него. В пути следования водитель игнорировал его просьбу повернуть на Рудник и предъявил претензии по поводу оплаты проезда. Поэтому он достал нож и приставил его к горлу У., требуя остановить машину. Он не почувствовал, что причинил телесные повреждения водителю. Водитель стал оказывать ему сопротивление и схватил его за руки. Во время борьбы на него упало водительское сидение, поэтому он не имел возможности выйти. Он никаких угроз в адрес водителя не высказывал. Последующих своих действий не помнит. Он помнит, что водитель выскочил из машины и стал убегать. Он испугался, сел за управление автомашиной и поехал. В пути следования он не справился с управлением, машину занесло, поэтому они ее бросили. Что делал в машине К., был ли у него нож он не знает.

В период предварительного следствия Е. показывал, что во время распития спиртного он предложил Н. и К. завладеть автомашиной, для того чтобы покататься. Предварительно они оговорили детали совершения нападения на водителя и не исключали возможности убийства водителя в случае оказания им сопротивления. Перед выходом из дома К. взял нож, он же купил нож в магазине и положил его себе в карман куртки. Они остановили автомашину, назвали маршрут следования и в безлюдном месте, угрожая водителю ножом, который приставил к его горлу, обхватив левой рукой его за грудь, он потребовал остановить машину. Водитель остановил машину и оказал ему активное сопротивление, ему удалось выхватить у него нож из руки. Однако он схватил водителя обеими руками и прижал его к водительскому сидению. К. в это время нанес потерпевшему 2 или 3 удара ножом в живот. Водителю удалось вырваться и убежать. Он сел за управление машиной и уехал с места происшествия. К. сообщил ему, что за ними едет грузовая машина. По дороге они наткнулись на препятствие, машина остановилась, и они бросили ее. О происшедшем он сообщил К., который убедил его в необходимости сообщить в милицию о совершенном преступлении.

К. в суде показал, что они хотели отвезти Н. домой, но по пути решили заехать к знакомому на Рудник. Поэтому Е. остановил машину. Они предложили водителю за проезд 100 рублей, он согласился с названной суммой. В пути следования они решили изменить маршрут, но водитель не подчинился их требованию. После этого Е. приставил к горлу водителя нож. Водитель закричал, предложил забрать машину и не трогать его, стал убегать. Он видел, что Е. боролся с водителем за нож, так боялся, что водитель отберет у него нож и порежет их. Он не исключает того, что во время борьбы Е. мог причинить ранение потерпевшему. Они испугались, Н. тоже убежала, Е. сел за управление машиной, он сел рядом и они уехали. Предварительной договоренности о совершении нападения на водителя между ним и Е. не было. Он считает, что конфликт был спровоцирован потерпевшим.

К. в период расследования дела дал показания аналогичные вышеприведенным показаниям Е., данным им на следствии, за исключением отражения своей роли в преступлении. Он утверждал, что сам он ножевых ранений потерпевшему не наносил.

Помимо показаний осужденных, получивших правильную оценку в приговоре, суд обоснованно сослался в подтверждение их вины на показания потерпевшего У., свидетелей Н., К., К., Х., У., У., уличивших и Е. и К. в совершении преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах. Сомневаться в достоверности показаний выше указанных лиц у суда не имелось оснований, поскольку они нашли свое объективное подтверждение в других материалах дела.

Подтверждена вина осужденных протоколом осмотра места происшествия и вещественных доказательств, заключением судебно-медицинского эксперта о характере телесных повреждений у потерпевшего, выводами судебно-биологической экспертизы.

При проверке дела по кассационным жалобам, судебной коллегией не было выявлено каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущего отмену приговора, в том числе и нарушение права подсудимых на защиту. Из дела видно, что осужденные в период расследования дела допрашивались с участием своих защитников, которые были допущены к участию в деле с соблюдением всех требований закона. В приговоре правильно отмечено, что в период расследования дела, в том числе и во время ознакомления их с материалами дела, осужденными не делалось каких-либо заявлений о нарушении их процессуальных прав в стадии оформления доказательств, принятых судом за основу обвинительного приговора.

Следует отметить, суд тщательно проверив все показания осужденных, данные ими в стадии судебного разбирательства, в том числе их заявления о нарушении их прав, признал не допустимым доказательством протокол очной ставки между К. и Е., проведенной без участия защитников осужденных.

Выводы суда о доказанности вины осужденных и о квалификации их преступных действий в приговоре мотивированы и, по мнению судебной коллегии, являются правильными.

Назначенное Е. и К. наказание соответствует тяжести совершенного ими преступления, данным, характеризующим их личность. При решении этого вопроса судом были учтены обстоятельства, смягчающие наказание. Поэтому оснований к изменению приговора в этой части судебная коллегия так же не усматривает.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Читинского областного суда от 18 октября 2004 года в отношении К. и Е. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 15 июня 2005 г. N 72-о05-8


Текст определения официально опубликован не был


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.