Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 27 апреля 2005 г. N 256-П05 Нарушение требований ч. 2 ст. 376 и ст. 388 УПК РФ повлекло отмену кассационного определения

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 27 апреля 2005 г. N 256-П05


Президиум Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрел дело по надзорной жалобе адвоката К. о пересмотре заключения Московского городского суда от 17 сентября 2004 года и кассационного определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 29 декабря 2004 года в отношении Л.

Заключением коллегии судей Московского городского суда от 17 сентября 2004 года по представлению прокурора г. Москвы в отношении депутата Законодательного собрания Тверской области Л., 23 июня 1971 года рождения, признано наличие в его действиях признаков преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 160, ч. 2 ст. 201, ч. 3 ст. 174.1 УК РФ.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 29 декабря 2004 года заключение оставлено без изменения.

В надзорной жалобе ставится вопрос об отмене кассационного определения и передаче дела на новое кассационное либо судебное рассмотрение.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации М.Е.И., изложившего обстоятельства дела, содержание заключения, кассационного определения, мотивы надзорной жалобы и вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, мнение заместителя Генерального прокурора Российской Федерации К.С.Г, полагавшего надзорную жалобу оставить без удовлетворения, выступление адвоката К. и Л., поддержавших доводы жалобы, Президиум Верховного Суда Российской Федерации установил:

по представлению прокурора в связи с расследуемым уголовным делом дано заключение о наличии в действиях Л. признаков преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 160, ч. 2 ст. 201, ч. 3 ст. 174.1 УК РФ, совершенных, в том числе, в г. Москве.

В надзорной жалобе адвокат К. просит отменить кассационное определение и передать дело на новое кассационное либо судебное рассмотрение.

В обоснование этого указывает, что в нарушение ст. 376 УПК РФ извещение о дне и месте рассмотрения дела в кассационном порядке ему и Л. направили не за 14 суток, а за 12 суток. Более того, телеграмму адвокату о дне рассмотрения дела не вручили, т.к. он находился в командировке.

Согласно ст. 355 УПК РФ, Л. подал дополнительную кассационную жалобу в Московский городской суд 21 декабря 2004 года, т.е. до начала кассационного рассмотрения дела в Верховном Суде Российской Федерации, что соответствует положениям ч. 5 ст. 377 УПК РФ. Однако судом второй инстанции она рассмотрена не была, что повлияло на правильность принятого решения.

Кроме того, при рассмотрении дела в суде первой инстанции Л. находился на больничном листе после перенесенной тяжелой операции, поэтому просил разбирательство отложить. Данное ходатайство было поддержано прокурором, однако суд продолжил рассмотрение дела, сославшись на то, что нахождение на амбулаторном лечении не является препятствием для его отложения, что повлекло за собой нарушение права Л. на защиту.

Далее адвокат указывает, что заключение городского суда является незаконным, поскольку в нем указаны фамилии одних судей, а в протоколе судебного заседания - других, которые фактически и принимали участие в разрешении дела.

Таким образом, по мнению адвоката, дело рассмотрено незаконным составом суда.

В жалобе также утверждается, что в нарушение ч. 4 ст. 46 УПК РФ у Л. не было достаточного количества времени для того, чтобы ознакомиться с новыми документами, представленными обвинением, и дать по ним пояснения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы, изложенные в надзорной жалобе, Президиум Верховного Суда Российской Федерации находит их подлежащими удовлетворению.

Согласно положениям ч. 2 ст. 376 УПК РФ, о дате, времени и месте рассмотрения уголовного дела судом кассационной инстанции стороны должны быть извещены не позднее 14 суток до дня судебного заседания.

Однако эти требования уголовно-процессуального закона по данному делу не были выполнены, а несвоевременное извещение сторон о рассмотрении дела является нарушением, которое могло повлиять на правильность вынесенного судом определения.

Так, из материалов дела усматривается, что в адрес адвокатов К, Г., а также Л. были направлены телеграммы о дате, времени и месте рассмотрения дела судом кассационной инстанции (29 декабря 2004 года в помещении Верховного Суда РФ) 16 декабря 2004 года, то есть за 12 суток до дня судебного заседания.

С учетом того, что суд кассационной инстанции с нарушением требований уголовно-процессуального кодекса известил стороны о дате, времени и месте рассмотрения дела, чем ограничил их права на участие в суде второй инстанции, определение Судебной коллегии является незаконным и необоснованным.

Кроме того, 17 декабря 2004 года почтовое отделение в ответ на телеграмму, адресованную адвокату К., сообщило Верховному Суду Российской Федерации, что адресат выбыл неизвестно куда.

Между тем из представленной адвокатом копии командировочного удостоверения усматривается, что он находился в командировке с 15 по 20 декабря 2004 года и извещение ему не вручено по уважительной причине.

Таким образом, защитник К. оказался неизвещенным о дне и месте рассмотрения дела, что лишило его возможности довести свою позицию, касающуюся незаконности заключения, до сведения суда второй инстанции, и нарушило право Л. на защиту.

В соответствии со ст. 377 УПК РФ в подтверждение доводов, приведенных в кассационной жалобе, стороны вправе представить в суд кассационной инстанции дополнительные данные.

Из материалов дела усматривается, что Л. подал кассационную жалобу в установленный законом срок. После этого он неоднократно просил ознакомить его с протоколом судебного заседания для написания дополнительной кассационной жалобы. Это право ему было предоставлено лишь 15 ноября 2004 года.

Л. подал замечания на протокол судебного заседания, которые рассмотрены, и 6 декабря 2004 года соответствующее постановление было направлено Л.

После этого Л. написал дополнительную мотивированную кассационную жалобу на 27 листах с многочисленными приложениями, направив ее в Московский городской суд, что предусмотрено ст. 355 УПК РФ, куда она поступила 21 декабря 2004 года, и 28 декабря 2004 года передана в Верховный Суд Российской Федерации.

Рассмотрение дела в кассационной инстанции состоялось 29 декабря 2004 года, а дополнительная жалоба Л. поступила в Верховный Суд РФ 11 января 2005 года, т.е. после рассмотрения дела.

Между тем указанная жалоба содержала большое количество доводов, свидетельствовавших, по мнению Л., о необоснованности заключения суда, однако она разрешена не была, что не могло не повлиять на законность кассационного определения и нарушило право Л. на защиту.

Кроме того, по смыслу ст. 388 УПК РФ кассационное определение, в частности, должно содержать доводы кассационной жалобы, ответы на них и мотивы принятого решения.

Это требование закона по настоящему делу не выполнено.

Так, в кассационном определении изложены доводы жалобы Л., касающиеся незаконности состава суда, о нарушении его права на защиту, на неотложение дела судом первой инстанции дела ввиду его болезни и нахождении на листке нетрудоспособности и невозможности ознакомиться с делом для подготовки к судебному заседанию, а также невыполнении городским судом указаний Верховного Суда РФ, изложенных в предыдущем кассационном определении.

Доводы о болезни Л. и нахождении на листке нетрудоспособности приведены и в жалобе адвоката Г.

Однако ответов на них в кассационном определении не имеется, что является нарушением требований указанного закона, т.е. ст. 388 УПК РФ, и ставит под сомнение законность и справедливость принятого решения судом второй инстанции.

Из материалов дела также усматривается, что в подготовительной части судебного заседания Л. заявил ходатайство об отложении разбирательства, поскольку он перенес тяжелую операцию, находился на листке нетрудоспособности и по состоянию здоровья не мог участвовать в рассмотрении дела.

Данное заявление было поддержано прокурором.

Однако суд ходатайство отклонил, сославшись на то, что Л. находится на амбулаторном лечении и может участвовать в деле.

О болезни Л. свидетельствовал листок нетрудоспособности и то обстоятельство, что копия протокола судебного заседания направлялись ему в больницу (т. 6 л.д. 144).

Таким образом, и в начальной стадии рассмотрения представления прокурора было нарушено право Л. на защиту.

Кроме того, как видно из заключения Московского городского суда, в рассмотрении представления принимали участие судьи М.А.И., М.С.М. и Н.В.Ф.

Между тем из протокола судебного заседания усматривается, что судьями были М.А.И., М.A.M., Ш.А.И.

В жалобе адвокат утверждал, что именно судьи, указанные в протоколе судебного заседания, принимали участие в рассмотрении представления.

Изложенные доводы ставят под сомнение законность состава суда и являются достаточным основанием для отмены заключения коллегии судей.

Поскольку нарушения закона, связанные с правом Л. на защиту, а также с возможностью незаконного состава суда, допущены городским судом, то отмене подлежат как заключение, так и кассационное определение с передачей дела на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

Руководствуясь п. 3 ч. 1 ст. 408 УПК РФ, Президиум Верховного Суда Российской Федерации постановил:

1. Надзорную жалобу адвоката К. удовлетворить.

2. Заключение коллегии судей Московского городского суда от 17 сентября 2004 года и кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 29 декабря 2004 года в отношении Л. отменить и дело передать на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.


Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 27 апреля 2005 г. N 256-П05


Текст постановления опубликован в Бюллетене Верховного Суда Российской Федерации, ноябрь 2005 г., N 11 (в извлечении)


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.