Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного суда РФ от 22 июня 2005 г. N 72-005-17 Исследовав обстоятельства дела и оценив все доказательства, суд пришел к выводу о доказанности вины осужденного в похищении человека, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, а также с применением предметов, использованных в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, в умышленном убийстве, совершенном общеопасным способом, в умышленном уничтожении чужого имущества путем поджога, повлекшем причинение значительного ущерба и тяжкие последствия

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного суда РФ от 22 июня 2005 г. N 72-005-17


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 22 июня 2005 года дело по кассационным жалобам осужденного Г. на приговор Читинского областного суда от 22 октября 2004 года, которым Г. 20 октября 1966 года рождения, уроженец в п. Кокуй Сретенского района Читинской области, без определенного места жительства, имеет на иждивении двоих несовершеннолетних детей, судимый: 5 января 1995 года по ч. 2 ст. 145 УК РСФСР и на основании ч. 3 ст. 40 УК к 6 годам лишения свободы, был освобожден 24 января 2000 года после отбытия наказания, -

осужден: по п.п. "а, е" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 20 (двадцати) годам лишения свободы; по п. "в" ч. 3 ст. 126 УК РФ к 12 (двенадцати) годам лишения свободы; по ч. 2 ст. 167 УК РФ к 4 (четырем) годам лишения свободы; по совокупности указанных преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 25 (двадцати пяти) годам лишения свободы, с отбыванием первых 5 лет лишения свободы в тюрьме, а оставшегося срока наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором постановлено взыскать с Г. в пользу А.: в счет возмещения материального ущерба 202800 рублей и в счет компенсации морального вреда 100000 рублей.

Г. осужден за похищение человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, а также с применением предметов, использованных в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего и за умышленное убийство А., А., А., М., М., совершенное общеопасным способом. Кроме того, он признан виновным в умышленном уничтожении чужого имущества путем поджога, повлекшем причинение значительного ущерба и тяжкие последствия.

Преступления совершены в п. Могзон Хилокского района Читинской области 15 и 17 сентября 2003 года при обстоятельствах изложенных в приговоре.

В судебном заседании Г. признал себя виновным частично. Он утверждал, что умысла на похищение У. он не преследовал и о его несовершеннолетнем возрасте он не был осведомлен, никакие предметы в качестве оружия он не использовал и не применял в отношении потерпевшего. Он не оспаривал своей вины в умышленном причинении смерти А., А., А., М. и М., общеопасным способом. Г. показал, что, совершая поджог, он хотел причинить смерть А. и другим лицам, для того чтобы отомстить за угон автомобиля. Однако при этом цели скрыть, ранее совершенное преступление, он не преследовал. Он утверждал, что видел в доме только четверых спящих потерпевших, но допускает, что пятого потерпевшего в темноте мог не заметить. Своей вины в умышленном уничтожении путем поджога дома и имущества А., повлекшего причинение значительного ущерба и тяжкие последствия, Г. не отрицал и согласился полностью с исковыми требованиями потерпевшего.

Заслушав доклад судьи Верховного суда РФ Л., объяснения осужденного Г. по доводам своих кассационных жалоб, возражения на доводы жалобы прокурора Т., полагавшей, что приговор подлежит оставлению без изменения, судебная коллегия установила:

В кассационных жалобах Г. просит об изменении приговора. Он считает, что необоснованно осужден по ст. 126 ч. 3 п. "в" УК РФ, так как действия связанные с похищением У. для него были неожиданными, сам он такой цели не преследовал. При каких обстоятельствах умер У., ему не известно он увидел его уже мертвым. Кроме того, Г. в жалобе выражает свое несогласие с выводами судебно-психиатрической экспертизы, полагает, что вопрос о его психической полноценности на момент совершения им преступления должен быть исследован более полно, с учетом того, что у него была черепно-мозговая травма.

В возражениях на кассационные жалобы осужденного Государственный обвинитель Б. просит об оставлении приговора без изменения, полагая, что материалами дела вина Г. подтверждена, и действия его квалифицированы правильно, наказание назначено соразмерно тяжести совершенных им преступлений. Вопрос о психической полноценности Г. исследован полно и всесторонне.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб осужденного, судебная коллегия не усматривает оснований к их удовлетворению.

Из дела видно, что обстоятельства совершения преступлений при изложенных в приговоре обстоятельствах установлены судом на основании показаний самого Г., которые при проверке нашли свое объективное подтверждение в показаниях потерпевших, допрошенных по делу свидетелей, в приобщенных к делу актах, проведенных по делу экспертиз и других, исследованных в судебном заседании доказательствах.

В судебном заседании Г. показал, что вечером 14 сентября 2003 года после распития спиртного было обнаружено исчезновение автомашины ВАЗ, оставленной знакомыми во дворе дома, в котором он проживал вместе с другими рабочими, в том числе с К. и Г. Машину обнаружили на ул. Урицкого и там же увидели малознакомых У., С. и А., которые стали убегать. Он вместе с К. и Г. стали преследовать этих ребят. К. и Г. поймали У. Он преследовал С., но не догнал его. Когда он вернулся к ребятам, он увидел У. уже избитым. У. привели в ограду дома, где он рассказал им о том, что он вместе со С. и А. угнал машину. О несовершеннолетнем возрасте У. он не знал. В ограде дома потерпевшего избивали К. и Г., он только один раз ударил У. кулаком по лицу. После того как Г. и К. ушли за машиной, он остался с У. и тот попытался сбежать. Он догнал У., затащил в ограду дома и избил его шваброй, нанеся ему не менее пятнадцати ударов по спине, пока швабра не сломалась. В это время Г. и К. пригнали машину и вновь избили У., а затем связали ему руки. О том, что У. находился в гараже, он узнал от К. и Г., Г., не оспаривал того, что от родственницы У., искавшей последнего, они скрыли место нахождение потерпевшего, того, что он предложил отвести У. в лес и не возражал против того, что потерпевшего в лесу привязали к дереву, а после того как потерпевший умер, он сам предложил закопать его и принял участие в сокрытии следов преступления.

В период расследования во время проверки показаний на месте происшествия, в присутствии своего защитника, Г. показывал, что он вместе с Г. и К. привел У. к себе домой, сильно избили его, Г. и К., связали потерпевшему руки веревкой, затем они все вместе отвели его в лес и привязали к дереву.

В подтверждение вины осужденного суд обоснованно сослался в приговоре на показания свидетелей Г., Г., П., С., К., показаниями потерпевших О., У.

Изложенные в приговоре обстоятельства связанные с поджогом дома и причинением смерти, находившимся в нем лиц Г. по существу не оспаривались. Всем собранным по делу доказательствам, в том числе и показаниям Г. судом дана правильная оценка в приговоре, и, по мнению судебной коллегии, приведенные в приговоре выводы суда о доказанности вины Г., и о квалификации его преступных действий, полностью соответствуют материалам судебного следствия.

Приведенные Г. в свою защиту доводы в стадии судебного разбирательства и повторенные им в кассационной жалобе являлись предметом исследования и получили оценку в приговоре.

Оценив в совокупности все собранные по делу доказательства, суд обоснованно пришел к выводу о том, что Г. принимал непосредственное участие в похищении человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

По смыслу ст. 126 УК РФ с объективной стороны похищение человека предполагает его захват, и перемещение в другое место против воли потерпевшего с последующим насильственным удержанием его в течение длительного периода времени.

Исследованными в судебном заседании доказательствами, полно приведенными в приговоре, установлено, что Г. действовал совместно и согласованно с лицами, принимавшими участие в похищении и удержании У. Г. вместе с соучастниками преступления удерживал потерпевшего, насильно переместил его в другое место, где он в течение длительного удерживался закрытым в гараже. Затем с участием Г. потерпевший со связанными руками был перемещен в лесной массив, привязан там к дереву и оставлен в лесу. В результате указанных действий потерпевший от переохлаждения скончался. Таким образом, Г. полностью выполнил объективную сторону состава преступления, предусмотренного ст. 126 УК РФ.

При таких обстоятельствах ссылка Г. в жалобе на то, что он, лично не принимал участия в захвате У., так как в это время преследовал других лиц, угнавших автомашину, что он сам не запирал потерпевшего в гараже, не дает оснований к освобождению его от ответственности за похищение человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, с применением предметов, использованных в качестве оружия, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего. Поскольку каждый из участников преступления выполнял определенную роль в осуществлении единого преступного умысла, вызванного желанием установления всех лиц, причастных к угону автомашины.

Материалы дела свидетельствуют о том, что для выяснения вопроса о психической полноценности Г. были приняты все необходимые меры. По делу была проведена судебно-психиатрическая экспертиза, выводы которой в акте экспертизы полно мотивированы. Сомневаться в объективности и компетентности врачей психиатров, вошедших в состав экспертной комиссии, у суда не имелось оснований. Данные о состоянии здоровья осужденного, в том числе и о перенесенной им травме головы, на что Г. ссылается в своей в кассационной жалобе, были известны членам экспертной комиссии. Оценив выводы судебно-психиатрической экспертизы в совокупности с другими доказательствами по делу, суд обоснованно пришел к выводу о вменяемости Г. на момент инкриминируемого ему деяния.

При решении вопроса о наказании Г. суд учел повышенную общественную опасность преступления, данные, характеризующие личность Г., обстоятельства, смягчающие ответственность осужденного, в том числе его явку с повинной. Выводы суда о наказании Г. в приговоре полно мотивированы и оснований для изменения приговора в этой части судебная коллегия так же не усматривает.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Читинского областного суда от 22 октября 2004 года в отношении Г. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного - без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного суда РФ от 22 июня 2005 г. N 72-005-17


Текст определения официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение