Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 8 декабря 2005 г. N 49-005-76 Поскольку в приговоре суда содержатся выводы, не соответствующие фактическим обстоятельствам дела, выводы суда не подтверждены достоверными доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, дело подлежит направлению на новое рассмотрение для полного и объективного исследования обстоятельств дела

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 8 декабря 2005 г. N 49-005-76


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании 8 декабря 2005 года кассационные жалобы осужденного С. и адвоката Ш. на приговор Верховного суда Республики Башкортостан от 12 августа 2005 года, которым

С., родившийся 13 июля 1978 года в д. Салават Абзелиловского района Республики Башкортостан,

осужден к лишению свободы: по ст. 105 ч. 1 УК РФ (по убийству И.) на 12 лет, по ст. 105 ч. 2 п.п. "в, к" УК РФ (по убийству С.) на 15 лет, по ст. 167 ч. 2 УК РФ на 2 года, а на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений на лет в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено решение об удовлетворении гражданских исков.

Заслушав доклад судьи В., объяснения осужденного С. и адвоката Ш., поддержавших жалобы, мнение прокурора А., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия установила:

приговором суда С. признан виновным в убийстве И., совершенном на почве ссоры, в убийстве С., заведомо для него находящейся в беспомощном состоянии, с целью скрыть ранее совершенное убийство и в умышленном уничтожении и повреждении чужого имущества, совершенном путем поджога. Эти преступления совершены 20 декабря 2004 года в с. Аскарово Абзелиловского района Республики Башкортостан при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании С. вину не признал.

В основных и дополнительных кассационных жалобах осужденный С. и адвокат Ш., не соглашаясь с приговором, ссылаются на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, на допущенные нарушения закона. Так, несмотря на ходатайство С. о проведении предварительного слушания, оно проведено не было. Вывод суда о виновности С. основан не на доказательствах, а на предположениях. Указав точное место, время, способ и другие обстоятельства совершения преступлений, суд не привел ни одного доказательства, подтверждающего эти выводы. Из приговора неясно, как на основании показаний А. и А., которые только слышали, что в квартире С. ругались мужчина и женщина, сделан вывод о том, что сначала была убита И., а затем С., и что оба убийства совершены С. Мотив лишения жизни судом не выяснен. Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию, не установлены. Заключение эксперта о причинах смерти И. и С. не уличает С. в убийстве. Ссылка суда на заключение эксперта по телесным повреждениям у С., является неубедительной, поскольку и показания С., и показания И. о том, при каких обстоятельствах С. получены повреждения, не опровергнуты. Более того, под ногтями у И. не обнаружено клеток кожи и крови С. Неубедительной является и ссылка на заключение эксперта, по которому, на носках С. найдена кровь, которая могла произойти от погибших. Материалами дела установлено, что на С. в тот день было по две пары носок и кровь найдена на светлых носках, поверх которых были надеты темные носки. На последних же, кровь не найдена. Кроме того, на месте происшествия обнаружено большое количество крови, но на носках найдено единичное пятно, при этом на одежде С. крови не обнаружено. Ссылаются также на нарушение закона, при изъятии носков, поскольку они упакованы и опечатаны не были. Анализируя показания осужденного, свидетелей С. и С., делают вывод о том, что С. покинул дом С. около 15 часов, а примерно в 17.30 он прибыл к себе в д. Салават. По показаниям же С. пожар в доме С. им обнаружен около 17 часов, то есть между уходом С. и до момента возникновения пожара прошло около 2 часов, что ставит под сомнение вывод суда о совершении им умышленного поджога. Ссылаясь на это обстоятельство, на то, что из дома С. пропали сумка и телефон И., что на месте преступления найдены отпечатки рук, не принадлежащие С., и погибшим, что на найденной в доме записке имеется подпись "генерал", что после вступления С. в интимные отношения с И. та была жива, делают вывод о непричастности С. к преступлениям, причастность же других лиц, а также иные версии убийства, надлежаще не проверены. Просят приговор отменить, а дело прекратить за отсутствием состава преступления, либо отменить приговор, направив дело на новое судебное рассмотрение.

Прокурором принесены возражения на жалобы, в которых он считает доводы осужденного и его адвоката неубедительными и просит оставить приговор без изменения.

Проверив дело, обсудив доводы осужденного и адвоката, содержащиеся в кассационных жалобах, и возражения на них прокурора, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене, а дело направлению на новое судебное разбирательство по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства, а согласно ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Однако при рассмотрении настоящего уголовного дела эти требования закона судом первой инстанции нарушены.

Согласно приговору, 20 декабря 2004 года около 12 часов С. и И. для распития спиртного пришли в квартиру С., где вместе с хозяйкой употребляли спиртное. Последняя опьянела, и С. с И. прошли в другую комнату, где продолжили употребление спиртного. Около 15 часов между С. и И. возникла ссора, во время которой С. на почве личных неприязненных отношений, нанес И. множественные удары ногами и руками по различным частям тела, причинив легкий вред здоровью. И., защищаясь, также нанесла С. повреждения в виде многочисленных ссадин и царапин. После чего, С., умышленно, с целью убийства нанес удар ножом в область шеи И., причинив резаную рану шеи с повреждением крупных сосудов, гортани и глотки. От развившейся в результате ранения шеи острой кровопотери И. скончалась. После ее убийства С., с целью скрыть убийство и избежать последующего его изобличения, решил совершить убийство престарелой С., 1932 года рождения. Используя ее беспомощное состояние, которая в силу своего физического состояния неспособна была оказать ему активного сопротивления, с целью убийства, нанес удар ножом в область шеи, повредив крупные сосуды, гортань, глотку. От развившейся в результате ранения шеи острой кровопотери С. скончалась. С. после совершения их убийства, с целью сокрытия следов преступлений положил трупы в одну комнату, там же разбросал постельные принадлежности и другие предметы одежды, и поджог их. Затем, закрыв дверь дома на крючок изнутри, скрылся с места преступления, выйдя из дома через оконный проем в чулане. В результате поджога, комната, в которой находились трупы И. и С., частично обгорела, и причинен ущерб на сумму 500 рублей. Сгорело и другое имущество на общую сумму 17 050 рублей.

В судебном заседании С. не отрицал, что действительно с И. были у С., где все вместе распили спиртное, развлекались, затем С. ушла спать. После интимных отношений с И., та также уснула, и он, покинув дом примерно в 15.20 часов, уехал домой на попутной машине, прибыв к себе в Салават примерно в 17.10.

Не согласившись с доводами С. о непричастности к преступлениям, в обоснование своего вывода о виновности С. в умышленном убийстве И. и С., а также в умышленном уничтожении имущества последней путем поджога, суд, прежде всего, сослался на заключения экспертов о причинах смерти И. и С., а также на показания свидетелей А.

Так, согласно показаниям А., соседки С., 20 декабря 2004 года она до 15.15 часов находилась дома. Около 13.30 часов, когда дочь пришла из школы, из квартиры С. послышался голос мужчины, который пел песню. Потом начали плясать. По голосам она определила двух человек, мужчину и женщину. Примерно в 15 часов мужчина и женщина начали ругаться. Женщина громко кричала: "Не трогай меня!". По возне он<# определила, что мужчина затащил женщину в спальню, и та ему крикнула: "Не трогай". Мужчина назвал ее по имени: "Рамиля тор" или "Розалия". В 15.15 часов она пошла в банк. Когда уходила из дома, женщина и мужчина опять начали ругаться. Голоса С. не было слышно. Когда возвращалась домой, увидела пожарные машины, и узнала, что был пожар в квартире у С.

Из показаний А., данных на предварительном следствии, видно, что 20 декабря примерно в 13 часов он пришел домой на обед. Накормив скот, зашел в дом. За стеной из квартиры С., услышал голоса. Мужской голос пел песню. Примерно в 14 часов он ушел из дома.

Судебная коллегия, соглашаясь с доводами С. и его адвоката, полагает, что при наличии таких показаний А., принимая во внимание, что в заключениях экспертов содержится только вывод о причинах смерти И. и С., у суда не было достаточных оснований для вывода о том, что "между С. и И. произошла ссора, перешедшая в драку, в ходе чего С. избил И., причинив телесные повреждения в виде скальпированной раны в теменно-затылочной области головы справа, ушибленной раны верхней губы слева, кровоподтека вокруг глазной орбиты и кровоизлияния в склеры глаз справа, а И. защищаясь, нанесла множественные линейные царапины и ссадины в эпигастрии справа, правой половине грудной клетки, подлопаточной области слева, локтевом суставе справа, подколенной яме слева, коленном суставе справа и слева, подглазничной области справа, носогубной складки справа, в области основной фаланги 2 и 3 пальца правой кисти и 5 пальца левой кисти, рану левого плеча. После чего, С. совершил убийство И.".

В качестве доказательства вины С., суд сослался на заключение эксперта-биолога, согласно которому на шерстяных носках С. установлено наличие крови, которая могла принадлежать как И., так и С., исходя из чего сделал вывод о том, что "кровь потерпевших могла попасть на носки С. только в ходе совершения убийства. Это также подтверждается показаниями самого С. о том, что он в квартире С. находился в носках".

Между тем, как правильно указывается в жалобах осужденного и адвоката, пятна крови (незначительных размеров) были обнаружены на носках белого цвета, поверх которых были надеты носки темного цвета, на которых, также как и на ботинках С., согласно тому же заключению, крови не найдено.

Кроме того, по материалам дела, квартира С. была обильно забрызгана кровью после совершения убийства И. и С. По заключению же эксперта-биолога на верхней одежде и нижнем белье С. в незначительных количествах обнаружена только кровь самого С.

Однако, эти обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела судом не исследовались, и никакой оценки в приговоре не получили.

Отвергая доводы С. и его адвоката о том, что обнаруженные у С. телесные повреждения не имеют отношения к событиям, произошедшим 20 декабря 2004 года в доме С., суд сослался на заключение эксперта, поставившим под сомнение возможность причинения этих повреждений самим С., но не исключившим образование этих повреждений рукой постороннего человека, а также показаниями эксперта в суде о том, что "множественность телесных повреждений на теле С. свидетельствует на причинение их в ходе борьбы или драки, и не характерно на причинение своими руками".

Вместе с тем, столь категоричный вывод эксперта, изложенный в приговоре, не соответствует ни заключению эксперта, ни его показаниям в судебном заседании.

Так, дословно ответ на 2-й вопрос в заключении эксперта гласит: "Описанные телесные повреждения, возможно, причинены от воздействия тупых предметов, не исключается при выше указанных в постановлении о назначении экспертизы, не влекущее кратковременное расстройство здоровья, и как вред здоровью не расцениваются" (т. 1, л.д. 230 об).

Следует заметить, что ни в постановлении следователя о назначении экспертизы, ни в заключении эксперта, ни слова не говорится об обстоятельствах, при которых С. могли быть получены повреждения.

На вопросы адвоката в суде (т. 2, л.д. 170), эксперт ответил: "Исходя из того, что ссадины были на животе, на спине в области лопаток, на локтях, я считаю, что не мог. Это характерно повреждениям, полученным в ходе борьбы, драки".

Кроме того, отвечая на вопросы участников процесса, эксперт ссылался на свое "личное мнение", на то, что "он так считает", признал факт некоторого несоответствия данного им заключения и результатов освидетельствования С. по обнаруженным у него телесным повреждениям.

При таких данных, имея в виду, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, и этот вывод суда нельзя признать убедительным.

В соответствии со ст.ст. 379, 380 УПК РФ основанием для отмены приговора суда является несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, которое выражается в том, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании либо при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, в приговоре не указано, по каким основаниям суд принял одни из этих доказательств и отверг другие, а также, если выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или определение меры наказания.

В связи с изложенным, приговор в отношении С. не может быть признан законным и обоснованным и он подлежит отмене, а дело направлению на новое судебное рассмотрение, в ходе которого следует полно, всесторонне и объективно исследовать обстоятельства дела, тщательно проверить все доводы, содержащиеся в кассационных жалобах осужденного и адвоката, дать им соответствующую оценку, выяснить причины имеющихся противоречий и оценить их, проверить алиби осужденного, и в зависимости от полученных данных решить вопрос о виновности или невиновности С., а при доказанности его вины дать содеянному им правильную юридическую оценку.

Кроме того, в материалах дела имеются данные о том, что С. ходатайствовал о проведении предварительного слушания, в чем ему было отказано должностным лицом, не полномочным принимать решения по такого рода вопросам.

Оснований для изменения С. меры пресечения судебная коллегия не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Верховного суда Республики Башкортостан от 12 августа 2005 года в отношении С. отменить, а дело направить на новое судебное разбирательство со стадии предварительного слушания в тот же суд, но в ином составе судей.

Меру пресечения С. оставить содержание под стражей.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 8 декабря 2005 г. N 49-005-76


Текст определения официально опубликован не был


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.