Надзорное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 января 2006 г. N 5-Д05-255 Оснований для отмены приговора, как о том просит осужденный, нет, поскольку виновность в совершении действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных и интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, с применением оружия и с причинением тяжких последствий, а также в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, полностью подтверждена совокупностью доказательств

Надзорное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 января 2006 г. N 5-Д05-255


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 18 января 2006 г. надзорную жалобу осужденного К. на приговор Тимирязевского межмуниципального (районного) суда САО г. Москвы от 30 октября 2001 года, которым

К., родившийся 18 июня 1961 года рождения в г. Москве, ранее не судимый, -

осужден по ст. 286 ч. 3 п.п. "б, в" УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в органах внутренних дел в течение трех лет; по ст.ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 3 годам 3 месяцам лишения свободы. На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, по совокупности преступлений, окончательно назначено наказание 3 года 6 месяцев лишения свободы с лишением права занимать должности в органах внутренних дел в течение трех лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Взыскано в пользу Г. в возмещение морального вреда 30.000 рублей.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Постановлением президиума Московского городского суда от 23 июня 2005 года приговор изменен, действия К. переквалифицированы со ст.ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 1 УК РФ на ст. 111 ч. 1 УК РФ, по которой назначено наказание 2 года лишения свободы. В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ, по совокупности преступлений, окончательно назначено наказание 3 года 1 месяц лишения свободы с лишением права занимать должности в органах внутренних дел в течение трех лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи К., объяснения К. по доводам жалобы, мнение прокурора Х. об исключении из приговора указания об осуждении по ст. 111 ч. 1 УК РФ, судебная коллегия установила:

К. признан виновным и осужден за то, что он, являясь должностным лицом, совершил действия явно выходящие за пределы его полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных и интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, с применением оружия и с причинением тяжких последствий, а также за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Преступление совершено при следующих, установленным судом обстоятельствах:

К., являясь инспектором розыска ОБ ДИС ГАИ УВД САО г. Москвы, имея звание капитана милиции, находясь при исполнении служебных обязанностей. 16 января 1998 года, примерно в 8 часов 40 минут, совместно со старшим инспектором группы быстрого реагирования ОБ ДПС ГАИ УВД САО г. Москвы Г. на служебной автомашине ВАЗ-2105 г.н. В 930 ММ 77 рус преследовал автомашину ВАЗ-2108 г.н. А 668 ЕН 77 рус под управлением Г., не остановившегося по требованию Г. и пытавшегося скрыться. С целью остановки указанной автомашины К. произвел выстрел из табельного пистолета ПМ серии ИН N 13452, 1969 года выпуска, по колесам преследуемого автомобиля. В результате повреждения заднего правого колеса автомобиль Г. остановился напротив дома 19/1 по Дмитровскому шоссе г. Москвы. Когда потерпевший вышел из автомашины, К. в нарушение требований ст. 15 Закона РСФСР "О милиции", умышленно превышая свои служебные полномочия, из личных неприязненных отношений, возникших из-за неподчинения Г. требованиям сотрудников милиции при вышеуказанных обстоятельствах, направил в его сторону имевшийся у него пистолет, после чего, осознавая общественную опасность своих действий, примерно в 8 часов 45 минут произвел повторный выстрел в неподвижно стоявшего возле своей автомашины Г. В результате потерпевшему было причинено сквозное проникающее ранение левой половины грудной клетки с повреждением верхней доли левого легкого, подключичных артерий и вены, сопровождавшийся внутриплевральным кровотечением и геморрагическим шоком, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В надзорной жалобе осужденный К. ставит вопрос об отмене состоявшихся в отношении него судебных решений и прекращении дела производством, так как считает, что должностных полномочий он не превышал, нормативных актов, регламентирующих его должностные полномочия, не нарушал, действовал в условиях крайней необходимости Также считает, что президиум, переквалифицировав его действия со ст.ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 1 УК РФ на ст. 111 ч. 1 УК РФ, не учел, что причинение тяжкого вреда здоровью вследствие превышения должностных полномочий охватывается составом ст. 286 ч. 3 УК РФ.

Проверив доводы надзорной жалобы по материалам уголовного дела судебная коллегия находит приговор и постановление президиума городского суда подлежащим изменению.

В соответствии со ст. 379 УПК РФ основанием отмены или изменения приговора является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Приговор признается несоответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании (ст. 380 УПК РФ).

Как установлено судом, К. совместно с Г. преследовали автомобиль потерпевшего, который не остановился по требованию последнего и пытался скрыться. С целью остановки автомобиля К. был произведен выстрел по колесам преследуемого автомобиля. Мотивом же повторного выстрела, совершенного К., в результате чего потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью, суд в приговоре указал наличие у осужденного личных неприязненных отношений возникших из-за неподчинения Г. требованиям сотрудников милиции.

Однако, данный вывод суда о наличии личных неприязненных отношений к потерпевшему со стороны осужденного и об умышленном характере его действий какими-либо доказательствами, исследованными в суде приведенными в приговоре, не подтверждается.

Сам К., как в ходе предварительного, так и судебного следствия, виновным себя не признал и показал, что потерпевший проигнорировал требование остановиться и двигался на высокой скорости нарушая при этом правила дорожного движения. После неоднократных предупреждений по громкоговорящей связи о применении оружия с целью остановки автомашины, он произвел прицельный выстрел из пистолета по заднему правому колесу, после чего автомашина под управлением Г. остановилась у обочины дороги. Водитель преследуемой автомашины сначала пытался убежать, но потом развернулся и пошел на него. Он вынул пистолет из окна автомашины стволом вверх, чтобы произвести предупредительный выстрел, и крикнул, чтобы Г. стоял. Окно машины было открыто не полностью, рука с пистолетом опиралась на дверь и находилась в вертикальном положении. Когда Г. затормозил, машина ударилась о бордюрный камень, в это время произошел выстрел. Выйдя из машины, он увидел, что потерпевший ранен и сразу стал оказывать ему медицинскую помощь, пытаясь остановить кровотечение. На место происшествия была вызвана "скорая помощь".

Эти показания осужденного судом не опровергнуты а, напротив, они подтверждаются показаниями свидетелей Г., Н., М.

Заключения судебно-медицинской экспертизы о наличии и телесных повреждений у потерпевшего, баллистических экспертиз о том, что выстрел из пистолета без нажатия на спусковой крючок не мог произойти, комиссионных экспертиз не опровергают доводы осужденного о неумышленном характере его действий.

Судом надзорной инстанции Московского городского суда доводам осужденного о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела надлежащей оценки в постановлении не дано, а его показания о неосторожном причинении вреда потерпевшему не опровергнуты.

Кроме того, президиум Московского городского суда, квалифицировав действия К. по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 286 ч. 3 п.п. "б, в", 111 ч. 1 УК РФ, при этом не учел, что действия К. были квалифицированы по ч. 3 ст. 286 УК РФ поскольку повлекли за собой существенное нарушение прав и законных интересов гражданина, что выразилось в физическом вреде, причиненном Г.

Причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего вследствие превышения должностных полномочий охватывается составом ст. 286 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 111 ч. 1 УК РФ не требует.

В то же время, доводы К. о невиновности в превышении должностных полномочий являются необоснованными.

К. не оспаривает фактических обстоятельств дела, установленных судом, которые свидетельствуют о том, что в ходе преследования Г. въехал во двор жилого дома и фактически преследование его прекратилось, необходимости в применении табельного оружия в данной ситуации для пресечения противоправной деятельности уже не было.

В этой связи суд правильно указал в приговоре, что угрозы для жизни сотрудников ГАИ сложившееся ситуация не представляла и могла быть урегулирована иными безопасными и законными способами, без применения оружия.

Оснований для отмены приговора по ст. 286 ч. 3 п.п. "б, в" УК РФ не имеется.

Приговор и постановление президиума городского суда подлежат изменению, исключению из них указания об осуждении К. по ст. 111 ч. 1 УК РФ.

Руководствуясь ст. 408 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Тимирязевского межмуниципального (районного) суда гор. Москвы от 30 октября 2001 года и постановление президиума Московского городского суда от 23 июня 2005 года в отношении К. изменить, исключить указание об осуждении его по ст. 111 ч. 1 УК РФ.

В остальном приговор и постановление президиума оставить без изменения.


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ изменила приговор суда, исключив из него квалификацию содеянного по ч. 1 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью).

Разъясняется, что поскольку к уголовной ответственности было привлечено должностное лицо за превышение полномочий по ч. 3 ст. 286 УК РФ, состав которой охватывает причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, следовательно, не требуется дополнительной квалификации и по ч. 1 ст. 111 УК РФ. Однако надзорная инстанция поддержала вывод суда о том, что капитан милиции, применив оружие в отношении лица, не остановившего автомобиль по требованию сотрудников правоохранительных органов, превысил свои должностные полномочия, поскольку угрозы для жизни сотрудников милиции сложившаяся ситуация не представляла и могла быть урегулирована иными безопасными и законными способами, без применения оружия.


Надзорное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 января 2006 г. N 5-Д05-255


Текст определения официально опубликован не был


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.