Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ 20 января 2006 г. N 47-005-93 Оснований для изменения приговора нет, поскольку виновность осужденного в посягательстве на жизнь сотрудников милиции, покушении на умышленное причинение смерти потерпевшему, приобретении, хранении, ношении гранаты подтверждается совокупностью доказательств по делу

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ 20 января 2006 г. N 47-005-93


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в составе председательствующего С., судей Т. и Ч. расстрела в судебном заседании 20 января 2006 года

дело по кассационной жалобе осужденного Т., кассационному представлению государственного обвинителя Д. на приговор Оренбургского областного суда от 29 сентября 2005 года, которым

Т., 30 мая 1981 года рождения, уроженец и житель п. Светлый Оренбургской области, судимый 20 июня 2001 года по ст. 158 ч. 2 п.п. "б, в, г" УК РФ к 3 годам лишения свободы, освобожден 23 марта 2004 года по отбытии наказания,

осужден к лишению свободы: по ст.ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. "а" УК РФ на 10 лет, 317 УК РФ на 14 лет, по ст. 222 ч. 1 УК РФ на 3 года, а на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ на 16 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Принято решение о взыскании компенсации морального вреда в пользу потерпевших М., Р.

Заслушав доклад судьи Т., мнение прокурора Ш., полагавшей кассационное представление отклонить, приговор оставить без изменения, судебная коллегия установила:

Т. признан виновным в посягательстве на жизнь сотрудников милиции М., Р. и С., покушении на умышленном причинение смерти Г., приобретении, хранении, ношении гранаты.

Преступление совершено в феврале и 7 марта 2005 года в п. Светлый Оренбургской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе осужденный Т. просит об отмене приговора, направлении дела на новое рассмотрение, ссылаясь на то, что без допроса в суде потерпевших Г., С., свидетелей П., Ч., С. нельзя было принимать решение по делу. Потерпевшие только словесно представились, удостоверение не демонстрировали, а просто держали в руках, поэтому он не знал, что перед ним представители власти. В этой связи приговор по ст. 317 УК РФ подлежит отмене. Считает, что Г. получил ранение лица не от осколка гранаты, а вследствие причинения ему побоев С., Р. и М. Суд не учел при назначении ему наказания, что он вич-инфицирован.

В кассационном представлении государственный обвинитель Д. просит об отмене приговор, ссылаясь на то, что суд необоснованно исключил из обвинения Т. п. "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ, поскольку осужденный, преследуя цель убийства сотрудников милиции и Г., сознавал, что он действует общеопасным способом. Взрывом гранаты были образованы сквозные повреждения стекол столовой, от центра воронки на расстоянии 3,1 метра были обнаружены металлические фрагменты разорвавшейся гранаты.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и кассационного представления, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.

Вина Т. в содеянном кроме личного частичного признания подтверждена показаниями потерпевших, свидетелей, протоколом осмотра места происшествия, заключениями экспертиз, другими исследованными в суде и приведенными в приговоре доказательствами, которым суд дал правильную оценку.

Доводы осужденного Т. о том, что он не знал, что потерпевшие были работниками милиции, в суде были тщательно исследованы и обоснованно судом отвергнуты. В приговоре приведены убедительные мотивы, по которым суд пришел к такому выводу.

У суда не было оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевших М., Р., из показаний которых следует, что они втроем повели в отделение милиции Г., за то, что тот в состоянии опьянения в баре вел себя недостойно, мешал танцевать. На улице их догнал Т., который стал кричать, требовать отпустить Г. М. представился, сказал, что он участковый инспектор, что он ведет Г. в отделение милиции. Р. и С. показали Т. свои удостоверения сотрудников милиции. Когда Р. и С. взяли Т. под руки, тот вырвался, достал гранату, выдернул чеку и со словами "держите", бросил ее в сторону М., а сам побежал от них. Взрывом гранаты был ранен М.

Из показаний самого осужденного, данных им на предварительном следствии, следует, что он знал, что трое мужчин повели Г. в отделение милиции, что и его повели в РОВД, когда он стал просить отпустить Г.

Из приобщенных по делу приказов видно, что старшина милиции М. был помощником участкового уполномоченного милиции отделения УУМ ОВД Светлинского района, старшина милиции С. - младшим инспектором по вооружению группы охраны, сержант милиции Р. - старшим инспектором ДПС ОВД того же района.

Таким образом, факт задержания Г. именно работниками милиции и требование Т. отпустить задержанного Г., было обращено к потерпевшим, как к работникам милиции, судом установлен с достоверностью.

Несостоятельными являются и утверждения осужденного о том, что у него вообще не было умысла на убийство, что он хотел только "попугать" потерпевших.

Как видно из материалов дела и правильно установлено судом, сам осужденный знал, что приобретенная им граната была боевой. Когда он выдернул чеку, он увидел искру, понял что граната взорвется, однако бросил ее не в сторону от потерпевших, а именно под ноги потерпевшим. Сам же бросился убегать от ожидаемого взрыва.

При таких обстоятельствах суд правильно пришел к выводу о том, что Т. с целью лишения жизни потерпевших, во избежание доставления Г. и его в отделение милиции, в целях воспрепятствование законной деятельности сотрудником милиции, бросил с близкого расстояния им под ноги боевую гранату. При этом М. был причинен вред здоровью средней тяжести.

Такой же опасности была подвергнута и жизнь задержанного работниками милиции Г., находившегося рядом с ними.

При таких обстоятельствах суд правильно квалифицировал действия Т. по ст. 317 УК РФ в отношении сотрудников милиции и по ст.ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. "а" УК РФ в отношении Г.

Мнение осужденного о том, что без допроса свидетелей С., П., Ч., потерпевших С. и Г. невозможно было принять решение по делу, также нельзя признать обоснованным.

Как видно из протокола судебного заседания, ввиду неявки указанных свидетелей по ходатайству осужденного показания этих свидетелей были оглашены в суде.

Что касается потерпевшего Г., то и его показания были исследованы в судебном заседании, поскольку потерпевшей находился в больнице на стационарном лечении.

Кроме потерпевших Г., С. очевидцами преступления были и потерпевшие М., Р. Их показания обоснованно признаны достоверными и у суда не было оснований подвергать их показания сомнению.

Доводы Т. о том, что Г. не был ранен взрывом гранаты, также являются несостоятельными, поскольку осужденному и не предъявлялось обвинение в том, что взрывом гранаты был ранен и Г.

По независящим от Т. обстоятельствам осколками взорвавшейся гранаты был ранен только М. Хотя такой же опасности осужденным были подвергнуты все потерпевшие, находившиеся рядом с М.

Не может согласиться судебная коллегия и с мнением государственного обвинителя о необходимости отмены приговора ввиду неправильного исключения из обвинения Т. квалифицирующего признака - убийство общеопасным способом.

По смыслу закона, для квалификации умышленного убийства способом, опасным для жизни многих людей, необходимо учитывать не только высокие поражающие свойства орудия убийства (в данном случае боевой гранаты), но и конкретный способ его применения, когда создается реальная угроза лишения жизни наряду с намеченной жертвой и других людей, по крайней мере еще одного человека.

Органы предварительного следствия, предъявив Т. обвинение по п. "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ, не привели доказательств, подтверждающих кому конкретно, кроме работников милиции и находившемуся с ними Г., взрыв гранаты угрожал жизни. Если были такие лица, то где они находились, видел ли их Т. в момент броска гранаты с близкого расстояния под ноги потерпевшим. Не представлено таких доказательств государственным обвинителем в судебном заседании, не приведены они и в кассационном представлении.

При таких обстоятельствах суд обоснованно исключил из обвинения Т. п. "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ.

При назначении Т. наказания судом в полной мере учтены, как общественная опасность содеянного, так и данные о личности осужденного, все смягчающие и отягчающие его наказание обстоятельства. Назначенное наказание является справедливым.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Оренбургского областного суда от 29 сентября 2005 года в отношении Т. оставить без изменения, кассационную жалобу осужденного Т., кассационное представление государственного обвинителя Д. - без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ 20 января 2006 г. N 47-005-93


Текст определения официально опубликован не был


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.