Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 12 декабря 2005 г. N 89-005-51 Действия осужденного подлежат переквалификации как получение должностным лицом взятки за незаконные действия (бездействие), осуждение по признаку вымогательства взятки подлежит исключению из приговора. Наказание подлежит смягчению

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 12 декабря 2005 г. N 89-005-51


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы осужденного Н., адвокатов А. и Л., потерпевшей С. на приговор Тюменского областного суда от 22 сентября 2005 года, которым

Н., 13 марта 1978 года рождения, уроженец г. Шадринска Курганской области, несудимый, осужден к лишению свободы по:

- ст. 290 ч. 4 п. "в" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на три года шесть месяцев;

- ст. 290 ч. 1 УК РФ на шесть месяцев с лишением права занимать должности в органах внутренних дел сроком на три года;

- ст. 285 ч. 1 УК РФ на 6 месяцев,

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений Н. назначено четыре года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с лишением права занимать должности в органах внутренних дел сроком на три года.

Заслушав доклад судьи Ч., выслушав осужденного Н. и адвоката Л., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора К. об исключении из приговора осуждения Н. по ст. 285 ч. 1 УК РФ и об оставлении приговора без изменения в остальной части, судебная коллегия установила:

Н. признан виновным в получении взятки Б. 12 апреля 2005 г. В г. Тюмени при обстоятельствах, указанных в приговоре.

Кроме того, он признан виновным в вымогательстве взятки у С. за незаконные действия в ее пользу, а также в злоупотреблении служебными полномочиями при следующих обстоятельствах.

Н., занимая должность оперуполномоченного отдела по борьбе с экономическими преступлениями УВД Ленинского АО г. Тюмени (в дальнейшем изложении - ОБЭП) 11 января 2005 г. принял заявление от Т. в отношении С. по факту завладения ею денежными средствами в размере 120.000 рублей обманным путем, но не зарегистрировал его. Он решил получить вознаграждение от С. за незаконные действия, а именно - за оставление заявления Т. без регистрации и рассмотрения по существу.

26 января 2005 г. Н. доставил С. в УВД Ленинского АО г. Тюмени и потребовал от С. деньги в размере 10000 рублей, угрожая в случае отказа возбуждением в отношении нее уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ. С., опасаясь этой угрозы, передала ему требуемую сумму.

Эти действия Н. квалифицированы судом как вымогательство взятки за незаконные действия.

Кроме того, Н., будучи обязанным в соответствии с требованиями "Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации сообщений о преступлениях и иной информации о правонарушениях", утвержденной приказом МВД РФ от 13 марта 2003 г. N 158, зарегистрировать указанное заявление Т. о совершенном преступлении в установленном порядке, провести проверку фактов указанных в данном заявлении, не сделал этого.

В данном заявлении и объяснении Т., Н. попросил не ставить дату, и в нарушение указанной инструкции заявление о совершенном преступлении не зарегистрировал, проверку фактов в нем указанных, не проводил. Затем, Н. получив согласие С., вернуть деньги Т., предложил Т. выплатить ему вознаграждение за оказанную им помощь. Кроме этого, Н. потребовал от С. выплатить ему деньги в размере 10 тысяч рублей и получил их в качестве взятки.

Указанные действия Н. повлекли существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, нанесли существенный ущерб репутации правоохранительной системы. Также существенный вред был причинен Т. и С., в связи с необходимостью выплатить из личных средств деньги в размере 120 тысяч рублей Т., и 10 тысяч рублей в качестве взятки Н.

Эти действия Н. квалифицированы как злоупотребление должностными полномочиями.

В судебном заседании Н. виновным себя не признал.

В кассационных жалобах:

- осужденный Н. указывает, что вынесенный приговор является незаконным, у С. он взятку не вымогал и никаких денег у нее не брал. К нему обратился Т. с сообщением, что С. взяла у него деньги за земельный участок, но длительное время не передает документы на него и не возвращает деньги. Он выяснил, что земельный участок является государственной собственностью, а С. выступила посредником при его продаже, то есть, приняла участие в мошенничестве. При беседе с С. он разъяснил ей положения закона, что при поступлении соответствующего заявления возможно возбуждение уголовного дела. Т. официального заявления о привлечении к уголовной ответственности С. не подавал, показания его об этом противоречивы. С. вернула Т. деньги за земельный участок добровольно, никакого ущерба никому при этом не было причинено. У Б. 25000 рублей денег он взял в долг, а не в качестве взятки. Когда поехал к ней за деньгами, подготовил расписку, но забыл ее в своем служебном кабинете, а потом передал ее следователю;

- адвокат А. просит приговор отменить с прекращением дела за отсутствием состава преступления, указывая на то, что доводы осужденного о своей невиновности материалами дела не опровергнуты. Вывод суда о том, что Н. угрожал С. незаконным привлечением к уголовной ответственности, является необоснованным. Неправомерность ее действий в сделках с земельными участками в судебном заседании была установлена. П., посреднические услуги которому оказывала С., привлечен за это к уголовной ответственности. Поэтому угроза возбудить в ее отношении уголовное дело не является вымогательством взятки. Правоохраняемые интересы С. при этом не были нарушены. Злоупотребления служебным положением Н. также не совершал. Т. заявления о привлечении С. к ответственности не подавал и не собирался подавать, так как та после беседы с Н. вернула ему деньги. Получение денег от С. суд незаконно квалифицировал дважды - и как получение взятки, и как злоупотребление служебным положением. Законным возвратом Т. 120000 рублей денег С. никакого ущерба никому не причинено. Не опровергнуто и утверждение Н. о получении им денег у Б. в долг, а не в виде взятки;

- адвокат Л. обращается с аналогичной просьбой, дополнительно указывая на то, что суд, признав данные в ходе предварительного следствия Н. показания недопустимыми доказательствами, тем не менее, сослался на них в приговоре в подтверждение его виновности. Утверждает, что оперативный эксперимент по передаче денег Б. Н. был проведен с нарушением закона "Об оперативно-розыскной деятельности", в связи с проверкой заявления о преступлении средней тяжести, а сама эта передача является провокацией взятки. Полученные при этом доказательства являются недопустимыми. То обстоятельство, что Н. не зарегистрировал заявление Т. о противоправных действиях С. и не провел по нему проверку, является дисциплинарным проступком, за который он был уволен из органов внутренних дел, а не преступлением, предусмотренным ст. 285 ч. 1 УК РФ;

- потерпевшая С. просит снизить назначенное Н. наказание до пределов условного осуждения, указывая на то, что он еще молод, имеет на иждивении малолетнего ребенка и неработающую жену, в связи с лишением его свободы его семья поставлена в критическое положение.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и протеста, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Виновность Н. в получении взятки у Б. подтверждена, а его доводы о том, что он взял у нее деньги в долг - опровергаются доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Из показаний свидетеля Б. следует, что в начале 2005 г. она рассказала Н., дежурному по ОБЭП о том, что С., являясь ее представителем, в феврале 2004 г. получила от Г. деньги в размере 500000 рублей в качестве оплаты за дом, но ей не передала. Н. обещал ей помочь. 26 января 2005 г. Н. и предложил подъехать к нему на работу. Там находилась С., обещала деньги вернуть. Насонов попросил у нее (Б.) за помощь в возвращении денег вознаграждение в сумме 50.000 рублей. Узнав, что С. вернула 500.000 рублей Г., Н., продолжал настаивать на выплате ему вознаграждения, и она обратилась в управление собственной безопасности ГУВД Тюменской области (в дальнейшем - УСБ). В ходе переговоров с Н. он снизил сумму вознаграждения до 25000 рублей. 29 марта 2005 г. по требованию Н. она вместе с ним поехала к П., зятю Г., а затем и к ней самой, но Г. сказала, что передаст всю сумму Б. официально. 11 апреля 2005 г. Н. вновь позвонил ей, напомнив о необходимости выплатить вознаграждение, и она пообещала сделать заявку в банк на снятие денег. 12 апреля 2005 г. около 19 час. Н., предварительно позвонив ей по телефону, приехал к ней домой, где она передала ему деньги в размере 25000 рублей предварительно врученные ей сотрудниками УСБ.

Показания свидетеля Б. об обстоятельствах дачи ей взятки подтверждены показаниями свидетелей С., Т., Г., П., И., В. и других.

В частности, из показаний свидетеля П. следует, что после возврата денег Г. ему позвонил Н. и сказал, что поскольку деньги возвращены, его нужно отблагодарить, договорился о встрече. На встречу Н. приехал с Б. Он сказал Б., что заявления он не писал, и благодарить Н. не собирается, предложил это сделать ей самой. Б. ответила, что у нее нет денег. Они все проехали к Г., но та денег не дала. Свидетель Г. подтвердила, что Б. говорила ей, что должна кому-то заплатить за то, что ей вернули деньги.

Как видно из стенограммы разговоров, состоявшихся между Б. и Н., речь в них шла о сумме 25.000 руб., о прежней договоренности, которая снижается наполовину. При этом Н. просил Б. не распространяться, что она кому-то что-то давала, чтобы все было между ними. Никакой речи о денежном долге и условиях его возврата не велось (т. 1, л.д. 99-107).

Виновность Н. в получении взятки у Б. подтверждена также материалами следственного эксперимента, в ходе которого Б. передала Н. помеченные деньги, записав разговор с ним, после чего тот был задержан, а в его сумочке были обнаружены эти деньги (т. 1, л.д. 13-24, 41-47); протоколом осмотра места происшествия - служебного кабинета Н., в ходе которого был обнаружены ежедневник Н. с обведенным числом 25, что подтверждает показания Б. в той части, что Н. снизил сумму взятки до 25.000 рублей и обвел число 25 кружком, в знак того, что он согласен на такую сумму (т. 1, л.д. 75-83), другими, изложенными в приговоре доказательствами. Из анализа этих доказательств следует, что предложение и инициатива в передаче взятки исходила именно от Н., а не от Б., как это утверждается в кассационных жалобах.

Из анализа этих доказательств следует, что предложение и инициатива в передаче взятки исходила именно от Н., а не от Б., как это утверждается в кассационных жалобах.

Изложенные в кассационной жалобе адвоката Л. доводы о незаконности проведения оперативного эксперимента, поскольку он допускается только в целях выявления тяжкого преступления, а уголовное дело в отношении Н. было возбуждено по ст. 290 ч. 1 УК РФ, то есть, о преступлении средней тяжести, не могут быть признаны обоснованными.

Как видно из заявления Б., адресованной в УСБ, она просила принять меры к Н., который вымогает у нее 25000 рублей (т. 1, л.д. 4). То есть, в заявлении, на основе которого проводился оперативный эксперимент, речь шла об особо тяжком преступлении. Юридическая же квалификация по ст. 290 ч. 1 УК РФ была дана следователем после его проведения.

Судом дана надлежащая оценка имеющимся по данному эпизоду доказательствам, сделан обоснованный вывод о виновности Н., и его действия квалифицированы правильно.

Виновность Н. в получении взятки у С. также подтверждена доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Из показаний потерпевшей С. следует, что Н. в своем служебном кабинете запугивал ее привлечением к уголовной ответственности за мошенничество. Затем Н. вызвал Б. и Т., предложил ей вернуть Т. деньги, полученные ранее от него за земельный участок. Одновременно Н. потребовал от нее выплаты ему лично 10000 рублей за то, чтобы он оставил заявление Т. без рассмотрения. Опасаясь этих угроз, она вынуждена была отдать ему 10000 руб. Кроме того, Н. забрал у нее важные документы, имеющиеся при ней, сказав, что вернет их после того, как она полностью расплатиться с Т. Она вынуждена была передать Т. 120000 руб., после чего документы ей были возвращены, к уголовной ответственности она привлечена не была.

Считать показания С. оговором Н. или не доверять им по другим причинам, нет оснований. Они последовательны на протяжении всего времени производства по делу и подтверждены показаниями свидетелей Б. и Т., узнавших о передаче взятки со слов С.

В ходе осмотра места происшествия в служебном кабинете Н. был обнаружен и изъят его ежедневник, на листах которого имеются записи в виде цифр 120, 40, 50 и 10 (т. 1 л.д. 75-83), что подтверждает показания С. в той части, что Н. требовал с нее передачи 120.000 рублей для Т. Когда же она ответила, что у нее таких денег нет, и она может в настоящий момент отдать только 50 тысяч рублей, Н. записал цифру 40 - это отдать Т. 40.000 рублей и цифру 10, т.е. то, что ему она должна отдать 10.000 рублей, что она и сделала.

Материалами дела также установлено, что Н. получил от С. взятку за совершение в ее пользу незаконных действий.

Из показаний свидетеля Т. следует, что в начале января 2005 г. он обратился в ОБЭП к дежурному оперуполномоченному Н. с заявлением о привлечении к уголовной ответственности С. за мошенничество. За то, что она взяла у него деньги за земельный участок, но документов на него не передает и деньги не возвращает. Н. попросил не проставлять дату в заявлении и помочь найти С. 26 января 2005 г. Н. вызвал его в ОБЭП, где находилась С. Н. сказал, что договорился с С. о возврате ему 40000 рублей сразу и 80000 рублей - в течение недели. С. передала ему 40000 рублей. Оставшуюся сумму С. пообещала выплатить в ближайшее время. Она рассказала, что Н. потребовал с нее 10000 рублей за то, чтобы не давать ход его заявлению, и она вынуждена была отдать ему эту сумму. Через некоторое время С. расплатилась с ним.

Свидетель Б., подтвердила, что она и Т. подали Н. заявления о мошенничестве: она - в отношении П., Т. - в отношении С. Н. предложил им не ставить дату в заявлениях, ссылаясь на то, что срок проверки ограничен, и он не успеет провести проверку в установленные сроки. 26 января 2005 г. Т. рассказал ей, что С. передала ему часть долга - 40000 рублей и пообещала вернуть 80000 рублей в течение недели. Также Т. сказал, что С. вынуждена была заплатить Н. 10000 рублей.

Согласно должностной инструкции Н. он отвечает за выявление преступлений в сфере экономики на основе действующего законодательства и других нормативных актов, регламентирующих работу сотрудников органов внутренних дел по выявлению, пресечению и своевременной регистрации сообщений о преступлениях (т. 2, л.д. 205).

Из показаний свидетелей свидетеля Г. и К., следует, что дежурный по ОБЭП обязан отдать поступившие материалы на регистрацию в дежурную часть УВД, они обязательно регистрируются в дежурной части УВД в тот же день. По поступившему материалу Н. мог составить отказной материал, либо передать материал для возбуждения уголовного дела.

Судом дана правильная оценка имеющимся доказательствам и сделан обоснованный вывод о виновности Н. в получении взятки за незаконные действия в интересах взяткодателя.

В то же время его действия, связанные с тем, что он не зарегистрировал заявление Т., не провел по нему проверку и получил от С. взятку, квалифицированы также и по ч. 1 ст. 285 УК РФ как злоупотребление должностными полномочиями.

В соответствии с законом незаконные действия против интересов службы, совершенные должностным лицом за взятку, представляют собой часть диспозиции ст. 290 УК РФ (взяточничества). В связи с этим указанные действия не требуют дополнительной квалификации по ст. 285 УК РФ (как злоупотребление служебным положением).

Следовательно, приговор в этой части подлежит изменению, из него необходимо исключить указание об осуждении Н. по ст. 285 ч. 1 УК РФ.

Что касается предложения, сделанного Н. Т., отблагодарить за помощь в возврате ему С. денег, то, как видно из показаний свидетеля Т. и других материалов дела это предложение не имело конкретного характера, и не было реализовано. Само по себе оно не повлекло существенного нарушения чьих-либо прав и охраняемых законом интересов, а поэтому не содержит в себе состава преступления.

Упоминание в приговоре о незаконных действиях Н. в отношении Б. и П. как части совершения им злоупотребления служебными полномочиями, противоречит закону, так как обвинения Н. в совершении указанных действий не предъявлялось.

Вместе с тем, суд без достаточных оснований квалифицировал действия Н. как получение взятки путем вымогательства.

По смыслу закона, под вымогательством понимается требование должностного лица дать взятку под угрозой совершения действий, которые могут причинить ущерб законным интересам гражданина, либо поставить последнего в такие условия, при которых он вынужден дать взятку с целью предотвращения вредных последствий для его правоохраняемых интересов.

Судом установлено, что С. передала взятку Н., желая избежать проверки заявления Т. о ее мошеннических действиях и возможном привлечении ее за это к уголовной ответственности.

Расценивая действия Н. как вымогательство взятки, суд указал, что Н., угрожал С. незаконным привлечением к уголовной ответственности. При этом исходил из того, что С. не привлекалась и не привлекается к уголовной ответственности, в ее действиях отсутствует состав преступления, а между С. и Т. имели место гражданско-правовые отношения.

Между тем, из показаний свидетеля Т. и других материалов дела следует, что в июне 2004 года он приобрел у С. земельный участок, за который заплатил ей 120000 рублей, получив от нее расписку. Однако впоследствии выяснилось, что этот земельный участок принадлежит городу, и не подлежал продаже, но С. от возврата денег уклонялась. Все дела по земельному участку он вел именно с ней, а не с П., с которым не был знаком, поэтому и написал заявление о привлечении ее к уголовной ответственности за мошенничество.

Поэтому то обстоятельство, что полученные от Т. деньги С. передала третьему лицу (П.), в отношении которого впоследствии по материалам, подготовленным Н., было возбуждено и расследуется уголовное дело, не освобождало ее от обязательств перед Т. Возвратом ею денег Т. охраняемые законом права С. нарушены не были.

Таким образом, суд без достаточных оснований признал Н. виновным в вымогательстве взятки. Установлено, что он требовал у С. взятку, обещая не проводить проверку по имеющемуся у него заявлению о привлечении ее к уголовной ответственности. Каких-либо угроз совершения действий, которые могут причинить ущерб законным интересам взяткодателя, как этого требует закон, он С. не высказывал. Решение вопроса о возбуждении уголовного дела не входило в его служебные полномочия. Что же касается организации проверки по имеющимся у него материалам, то это входило в круг обязанностей Н., которые он не выполнил в интересах взяткодателя.

При таких обстоятельствах, осуждение Н. и по признаку вымогательства взятки подлежит исключению из приговора, а его действия следует переквалифицировать со ст. 290 ч. 4 п. "в" УК РФ на ст. 290 ч. 2 УК РФ как получение должностным лицом взятки за незаконные действия (бездействие).

В нарушение требований уголовно-процессуального закона суд действительно, как это указано в кассационной жалобе адвоката Л., в приговоре сослался на признательные показания, данные Н. в ходе предварительного следствия, указав, что они получены с нарушением закона, и являются недопустимыми доказательствами.

Вместе с тем, в приговоре содержание этих показаний Н. не приведено, а в подтверждение его виновности суд привел совокупность других доказательств. Фактически в приговоре лишь изложено решение суда о признании этих показаний недопустимыми доказательствами. При этом указание о том, что Н. в ходе предварительного следствия давал признательные показания, и подлежит исключению из приговора.

Указанное нарушение не повлияло на законность и обоснованность постановленного в отношении Н. приговора и не может служить основанием для его отмены. Других нарушений уголовно-процессуального закона судом допущено не было.

С учетом внесения в приговор изменений, уменьшения объема обвинения, назначенное Н. наказание подлежит снижению с сохранением правил назначения наказания, предусмотренных ст. 64 УК РФ, по основаниям, указанным в приговоре. Вместе с тем, с учетом характера и общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности осужденного, всех обстоятельств дела, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы потерпевшей С. о назначении Н. условного наказания. Кроме того, следует уточнить назначенное Н. дополнительное наказание, лишив его права занимать должности представителя власти, а не все должности, имеющиеся в органах внутренних дел.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Тюменского областного суда от 22 сентября 2005 года в отношении Н. изменить, исключить из приговора его осуждение по ст. 285 ч. 1 УК РФ, переквалифицировать его действия со ст. 290 ч. 4 п. "в" УК РФ на ст. 290 ч. 2 УК РФ, по которой, с применением ст. 64 УК РФ, назначить ему наказание в виде двух лет шести месяцев лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 290 ч. 2 и 290 ч. 1 УК РФ УК РФ назначить Н. два года девять месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима с лишением права занимать должности представителя власти в органах внутренних дел сроком на три года.

Исключить из приговора указание о том, что Н. в ходе предварительного следствия давал признательные показания.

В остальном приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Н., адвокатов А. и Л., потерпевшей С. - без удовлетворения



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 12 декабря 2005 г. N 89-005-51


Текст определения официально опубликован не был


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.