Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21 декабря 2005 г. N 81-005-86 Поскольку в приговоре суда содержатся выводы, не соответствующие фактическим обстоятельствам дела, дело подлежит направлению на новое рассмотрение для устранения выявленных нарушений, полного и объективного исследования обстоятельств дела

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21 декабря 2005 г. N 81-005-86


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 21 декабря 2005 года кассационные представление государственного обвинителя Е., жалобы адвокатов К., Д., С., Г., осужденных К., К., Ж., Ш., Ш., С., С., Е. и В. на приговор Кемеровского областного суда от 25 апреля 2005 года, которым:

В., 26 января 1971 года рождения, уроженец г. Кемерово, несудимый,

осужден по ст.ст. 33 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ к 6 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

Д., 27 августа 1948 года рождения, уроженка зерносовхоза Погроменского Тоцкого района Оренбургской области, несудимая,

осуждена по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 3 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

Е., 28 июля 1971 года рождения, уроженец станции Предметкино Мариинского района Кемеровской области, ранее судимый:

17 апреля 1995 года - судом г. Мариинска Кемеровской области по ст. 117 ч. 3 УК РСФСР к 5 годам лишения свободы (согласно постановлению г. Мариинска от 23.02.1998 г. его действия переквалифицированы на ст. 132 ч. 2 п. "д" УК РФ), освободился из мест лишения свободы 3 января 2000 года по отбытию наказания,

осужден по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизодам мошенничества в г. Кемерово) к 5 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизодам мошенничества в г. Белово) - к 5 годам 3 месяцам лишения свободы. На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 5 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

Ж., 19 мая 1955 года рождения, уроженка д. Старая Балахонка Кемеровского района, несудимая,

осуждена по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизодам мошенничества в г. Кемерово) к 2 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизодам мошенничества в г. Белово) - к 2 годам 3 месяцам лишения свободы (в обоих случаях наказание назначено с применением ст. 64 УК РФ).

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 2 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

Ж., 14 января 1979 года рождения, уроженка г. Кемерово, несудимая,

осуждена по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизодам мошенничества в г. Кемерово) с применением ст. 64 УК РФ к 3 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизодам мошенничества в г. Белово) с применением ст. 64 УК РФ - к 3 годам 3 месяцам лишения свободы. На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 3 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

Ж., 9 октября 1967 года рождения, уроженка г. Кемерово, несудимая,

осуждена по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизодам мошенничества в г. Кемерово) с применением ст. 64 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизодам мошенничества в г. Белово) с применением ст. 64 УК РФ - к 2 годам 9 месяцам лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 3 года лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

К., 28 октября 1970 года рождения, уроженец пос. Промышленновский г. Кемерово, несудимый,

осужден по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

К., 18 сентября 1967 года рождения, уроженка г. Кемерово, несудимая,

осуждена по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением положений ст. 64 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

С., 10 июля 1955 года рождения, уроженка г. Кемерово, несудимая,

осуждена по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением положений ст. 64 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

С., 24 августа 1960 года рождения, уроженка села Ульяновка Башмаковского района Пензенской области, несудимая,

осуждена по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением положений ст. 64 УК РФ к 2 годам 9 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

С., 3 ноября 1952 года рождения, уроженка пос. Сорск Усть-Аббаканского района Красноярского края, несудимая,

осуждена по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением положений ст. 64 УК РФ к 2 годам 3 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

С., 18 марта 1981 года рождения, уроженец г. Кемерово, несудимый,

осужден по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизодам мошенничества в г. Кемерово) с применением ст. 64 УК РФ к 2 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизодам мошенничества в г. Белово) с применением ст. 64 УК РФ - 2 годам 3 месяцам лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 2 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

Ш., 7 февраля 1977 года рождения, уроженка г. Кемерово, несудимая,

осуждена по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением положений ст. 64 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

Ш., 30 июня 1972 года рождения, уроженка села Еремино Горинского района Свердловской области, несудимая,

осуждена по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 2 годам 9 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

В. оправдан по ст. 210 ч. 1 УК РФ за отсутствием состава преступления.

Д., Е., Ж., Ж., Ж, К., К., С., С., С., С., Ш., Ш. оправданы по ст. 210 ч. 2 УК РФ за отсутствием состава преступления.

В. оправдан по ст. 327 ч. 1 УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступления. С., С. оправданы по ст.ст. 30 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизоду покушения на мошенничество в отношении потерпевшей С.) в связи с непричастностью к совершению преступления.

В. оправдан по ст.ст. 33 ч. 3, 30 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ, Ж., С., С., Ш. - по ст.ст. 30 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизоду покушения на мошенничество в отношении потерпевшей С.) за отсутствием состава преступления.

По делу разрешены гражданские иски.

Заслушав доклад судьи Б., объяснения осужденных В., Е., К., К., Ш. и Ш., просивших об изменении приговора, снижении наказания и назначении условного наказания, выступление прокурора Т., полагавшей приговор отменить по указанным в представлении основаниям, судебная коллегия установила:

согласно приговору В. осужден за создание организованной группы с целью совершения мошенничеств.

В декабре 2001 года в г. Кемерово В., рассчитывая на продолжительную совместную преступную деятельность, создал организованную группу, состоящую из двух подгрупп, в одну из которых в качестве непосредственных исполнителей вошли С., Ш., С., Ж., С., С. и лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, а в другую - К. Е., Ж., Ж., Ш., К. и Д.

В. осуществлял руководство группой.

Организованная группа отличалась устойчивостью и согласованностью действий ее участников.

Участники организованной группы, действуя под руководством В., под видом проведения денежно-вещевой лотереи путем обмана и злоупотребления доверием граждан на вещевом рынке г. Кемерово похищали имущество граждан - деньги и золотые изделия.

В процессе деятельности организованной группы между осужденными были распределены роли.

В подгруппе, куда входили С., Ш., С., Ж., С., С. и лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, Ш. и С. при совершении мошенничеств играли роль представителей несуществующей фирмы ООО "Флекс".

Они объявляли презентацию фирмы, объясняли условия розыгрыша, демонстрируя поддельную копию лицензии, документы на микроволновую печь и телевизор, записывали данные потерпевшего на бланки фиксации ставок, собирали деньги и ценности при розыгрыше.

В другой подгруппе эти же функции выполняли Ш. и Ж.

Д., Е., Ж., Ж., Ж., К., К., С., С., С., С., Ш. и Ш. осуждены за хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием с причинением значительного ущерба части потерпевших, организованной группой.

Преступления совершены осужденными на вещевом рынке г. Кемерово, а Е., Ж., Ж., Ж., С.- также на рынке г. Белово Кемеровской области.

При совершении мошенничеств, действуя по ранее разработанному сценарию (в зависимости от заранее определенной перед совершением мошеннических действий роли), Ж., С. и С. изображали роли: одна - случайного прохожего, выигравшего микроволновую печь или телевизор; другая - случайного прохожего, выигравшего иной приз (чаще - фотоаппарат); третья - случайного прохожего, предлагавшего одолжить деньги потерпевшему с условием последующего возврата.

Кто-либо из указанных лиц мог играть роль просто случайного прохожего, убеждавшего потерпевшего продолжать участие в розыгрыше.

В другой подгруппе эти же функции выполняли Ж., Д., К.

С. и лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, вручали карточки с номерами потенциальным потерпевшим, выполняли функции охраны (они должны были предупреждать других играющих участников организованной группы в случае появления сотрудников милиции), представлялись родственником участника организованной группы, одалживавшего деньги потерпевшему, сопровождали его до дома или банка с целью доведения до конца преступного умысла на завладение деньгами. В другой подгруппе эти же функции выполняли К. и Е.

Преступления осужденные совершили при указанных в приговоре обстоятельствах.

Организованная группа действовала с декабря 2001 года до конца апреля 2002 года. Члены организованной группы совершили мошеннические действия в отношении 91 потерпевшего. Деятельность группы была прекращена в связи с задержанием В.

Однако Ж. и Ж., Е., С. и Ж. продолжили преступную деятельность на территории рынка г. Белово, где совершили мошеннические действия в отношении четверых потерпевших.

Кроме того, органами предварительного следствия В. предъявлено обвинение в том, что он подделал официальный документ (копию лицензии N 118-3 от 13 ноября 2001 года, которая предоставляет право на проведение денежно-вещевой лотереи), предоставляющий право, в целях его использования, организовал покушение на мошенничество, создал преступное сообщество для совершения тяжких преступлений.

Ж., С., С. и Ш. предъявлено обвинение в покушении на мошенничество организованной группой, с причинением значительного ущерба потерпевшей С.

Кроме того, осужденным, кроме В., предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст. 210 ч. 2 УК РФ.

Суд, оправдывая В. по ст.ст. 33 ч. 3, 30 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ, Ж., С. С., Ш.- по ст.ст. 30 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ за отсутствием состава преступления, С., С.- по ст.ст. 30 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ за непричастностью к совершению преступления, в приговоре указал, что при проведении аукциона с участием С. у последней не было при себе денег, а Ж., С., С. и Ш. не предпринимали каких-либо реальных мер по завладению деньгами потерпевшей. Оправдывая В. по ст. 327 ч. 1 УК РФ, суд в приговоре указал, что по делу нет доказательств, подтверждающих, что именно В. подделал копию лицензии N 118-3 от 13.11.2001 года.

Оправдывая В. по ст. 210 ч. 1 УК РФ и остальных подсудимых по ст. 210 ч. 2 УК РФ за отсутствием состава преступления, в приговоре суд сослался на то, что "В судебном заседании не установлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии такого доминирующего отличительного признака преступного сообщества как сплоченность организованной группы, а именно: наличие строго определенного иерархического порядка построения сообщества, включая внутреннее подразделение сообщества на функциональные группы; особого порядка подбора его членов и их ответственности перед сообществом; оснащение сообщества специальными техническими средствами; наличие систем конспирации, взаимодействия и защиты от правоохранительных органов; разработка и реализация планов легализации для прикрытия преступной деятельности, жесткая дисциплина, запрет на выход из состава преступного сообщества и комплекс принимаемых к этому мер; состояние организованной группы в другом объединении, а также другие обстоятельства, указывающие на сплоченность организованной группы".

Суд пришел к выводу, что по делу нет доказательств, подтверждающих наличие указанных выше обстоятельств, характеризующих преступное сообщество.

В кассационном представлении государственный обвинитель Е. просит отменить приговор в отношении осужденных ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельства дела, нарушения уголовно-процессуального закона, несправедливости наказания и направить дело на новое судебное разбирательство.

По мнению государственного обвинителя, суд необоснованно оправдал В., Ж., Ш., С. и С. по эпизоду совершения мошенничества в отношении С., так как умысел подсудимых был направлен на хищение 18900 рублей.

Вначале С. передала подсудимым 900 рублей и предложила проехать к ее дому, где она предполагала занять у соседки 18000 рублей. Когда С. вместе со С. приехала к месту назначения, то соседка отказалась дать С. деньги, а поэтому подсудимые не получили необходимую сумму по не зависящим от них причинам.

Перед этим подсудимые, используя обман и злоупотребляя доверием потерпевшей, провели розыгрыш призов, участники группы изображали случайных прохожих, получивших незначительные призы, предоставили потерпевшей фиктивные документы, изображали сочуствующих С. Поэтому, как считает государственный обвинитель, в нарушение ст. 307 УПК РФ в приговоре суд не мотивировал обоснованность оправдания подсудимых по данному эпизоду (органы предварительного следствия действия Ж., С., Ш. и С. квалифицировали по ст.ст. 30 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ, а В. - по ст.ст. 30 ч. 3, 33 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ) и сделал неправильный вывод о том, что Ж., С., Ш. и С. не предприняли каких-либо реальных мер по завладению деньгами потерпевшей.

Кроме того, государственный обвинитель полагает, что суд необоснованно оправдал В. по ч. 1 ст. 210 УК РФ, а остальных подсудимых - по ч. 2 ст. 210 УК РФ за отсутствием состава преступления.

В обоснование своего довода государственный обвинитель ссылается на то, что группа под руководством В. совершила более 100 преступлений, предусмотренных ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ, что относится к тяжким преступлениям, состав группы не менялся на протяжении всего периода совершения преступлений, даже внутри группы никогда не производили замен, установлена согласованность действий, все преступления совершены по одной схеме (если у потерпевшего не было желания продолжать игру, то тут же подключались члены группы, которые изображали прохожих либо выигравших мелкий приз, либо желающих помочь, подбадривающих игроков, создавая азарт игры и втягивая, таким образом, потерпевшего в продолжение игры), что свидетельствует о постоянстве форм и методов работы, мошенничеством они занимались еще до образования В. преступного сообщества, в группах имеются родственники (Ж., К.), а это является свидетельством наличия устоявшихся связей, группы работали ежедневно на протяжении пяти месяцев, у сообщества была единая финансовая база (все вырученные в результате мошенничества деньги сдавались В., а тот распределял их между членами групп), В. был организатором и руководителем преступного сообщества и под его началом работали две группы по семь человек, места работы и роли членов групп были определены, а это, в свою очередь, говорит о структурированности организации (если происходили изменения, то только в рамках группы).

Государственный обвинитель также сослался на заключение психологической экспертизы, из которой следует, что группа является малой, неформальной, состоящей из двух автономных подгрупп, подчиняющихся лидеру, находившихся между собой в отношениях соревновательности, дружеских и родственных связях, группу характеризует структурированность, нормативность, сплоченность, прямой контакт между ее членами, наличие межличностного взаимодействия и взаимовлияния, общие цели деятельности, общность ценностей и норм, интересов, мотивов, установок, внутренняя расчлененность функций групповых ролей, локализация в пространстве (рынок) и относительная устойчивость во времени, что, как утверждает государственный обвинитель, говорит об организованности и о сплоченности группы, а это, в свою очередь, свидетельствует о создании преступного сообщества.

Члены данного сообщества использовали системы конспирации.

Кроме того, автор кассационного представления считает, что осужденным назначили несправедливое наказание, так как при решении данного вопроса суд не учел все смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства (не указывается, какие).

В кассационной жалобе адвокат К. просит изменить приговор в отношении В. и переквалифицировать его действия на ч. 2 ст. 159 УК РФ, назначив ему наказание с применением положений ст.ст. 64 и 73 УК РФ.

По мнению адвоката, В. стал жертвой обмана мошенников, группа не была устойчивой, а поэтому нельзя говорить и об ее организованности.

При назначении наказания, как считает адвокат, суд не учел исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного, а также его поведением в ходе следствия, а именно: В. обманули лица, продавшие пакет документов для проведения лотереи: сотрудники правоохранительных органов не препятствовали этому; осужденный искренне раскаивается в совершенном, стремится загладить вред, причиненный потерпевшим, находясь на свободе, он трудоустроился и начал погашать ущерб потерпевшим.

В кассационной жалобе адвокат Д. просит изменить приговор в отношении Ж. и назначить ей наказание с применением ст. 73 УК РФ. Защитник полагает, что суд не учел тяжелую жизненную ситуацию и существующее в настоящее время семейное положение осужденной (не указаны, какая ситуация и какое положение), а также данные о личности осужденной.

В кассационной жалобе адвокат С. просит изменить приговор в отношении Д. и других лиц.

По мнению защитника, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, нарушен уголовно-процессуальный закон, неправильно применен уголовный закон и приговор является несправедливым.

В обоснование своей просьбы защитник сослался на следующие обстоятельства:

- приводя в приговоре показания потерпевших, которые описывают обстоятельства похищения у них денег, они указывают фамилии подсудимых, хотя в ходе предварительного следствия и в суде они не называли фамилий подсудимых (фактически председательствующий в суде провел опознание в нарушение ст. 193 УПК РФ);

суд произвольно толкует показания подсудимых на предварительном следствии, и свои выводы суд строит на предположениях;

- в приговоре суд не мотивировал, почему одни показания подсудимых он принимает, а другие - отвергает;

- в нарушение ст. 252 УПК РФ суд вышел за пределы предъявленного Д. обвинения (ей не вменялось хищение имущества у П., Л., К., С., Б., Д., Б., Ш. и Н., имевшие место 22 февраля, 28 февраля, 1, 5, 7, 8, 27, 28 марта и 23 апреля 2002 года соответственно);

- протоколы следственных экспериментов, на которые суд сослался в приговоре, являются недопустимыми доказательствами, так как данные действия проведены с нарушением ст. 181 УПК РФ;

- суд ухудшил положение Д., переквалифицировав ее действия с поэпизодного мошенничества на длящееся преступление;

- суд взыскал с Д. деньги в пользу Я. (лист приговора N 144), хотя суд исключил совершение мошенничества Д. в отношении Я. (лист приговора N 131), чем допустил существенное противоречие, что могло повлиять на назначение наказания;

- назначая Д. наказание в виде лишения свободы, суд не учел, что она ранее не судима, является пенсионеркой, в свои 56 лет имеет различные заболевания, она вполне может исправиться на свободе.

Защитник просит назначить Д. наказание, не связанное с реальным лишением свободы.

В кассационной жалобе адвокат Г. просит отменить приговор в отношении Ш., так как, по ее мнению, приговор является незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона и его несправедливости. Адвокат указал на то, что выводы суда являются надуманными и противоречивыми, роль Ш. не конкретизирована.

В кассационной жалобе осужденный К. просит приговор отменить либо изменить.

По его мнению, приговор являет незаконным и необоснованным ввиду нарушений уголовно-процессуального закона и сурового наказания.

Он считает, что суд неполно исследовал данные, характеризующие его личность, - отсутствие у него судимости, занимался общественно полезным трудом, раскаяние в содеянном, а поэтому, как он полагает, суд мог применить ст. 73 УК РФ, что дало бы ему возможность возмещать ущерб потерпевшим.

Кроме того, в жалобе он указал на то, что:

- ни в чем предосудительном он не был замечен, когда находился под подпиской о невыезде;

- суд не указал в приговоре об оправдании подсудимых по ст. 161 ч. З УК РФ и в нарушение закона по этому поводу вынес отдельное постановление;

- в приговоре суд не указал, в каком размере каждый из подсудимых должен возмещать ущерб потерпевшим.

В кассационной жалобе осужденная К. просит изменить приговор и назначить ей наказание, не связанное с лишением свободы, либо его отсрочить до достижения четырнадцатилетнего возраста ее сына.

Она ссылается на то, что вину осознала, преступление совершила по глупости, она ранее не судима, находясь на свободе, она может принести пользу обществе, ранее ни в чем предосудительном не была замечена, вину признала и готова возмещать ущерб, на иждивении имеет троих детей (в приговоре суд указал только двоих), дети остались на попечительстве мужа (старшим детям он - отчим), у которого престарелая мать - инвалид второй группы.

В дополнительной жалобе она указала, что она страдает тяжкими заболеваниями (гипертония второй степени, бронхиальная астма и другие).

В кассационной жалобе осужденная Ш. просит смягчить наказание, ссылаясь при этом на то, что она не знала о противозаконной деятельности фирмы "Флекс" под руководством В., ранее не судима, вела порядочный образ жизни, не оказывала никакого давления на потерпевших, имела постоянную работу, воспитывала малолетнего ребенка, В. ее обманул, показания некоторых подсудимых, данные в ходе предварительного следствия, на которые суд сослался в приговоре, даны под психологическим воздействием следователя, в ходе предварительного следствия имели место быть некоторые нарушения уголовно-процессуального закона, суд исключил из ее обвинения эпизоды мошенничества в отношении Ф., К., Ч., Т., А., Л., Л., Д., В., Д., К., П., Г., Ш., К., П., К., Б., П. и Ю., но тем не менее взыскал с нее в их пользу, кроме Ф., Ч., А., Д., П., К., П. и Ю., материальный ущерб. Она также указала, что при назначении ей наказания суд не в полной мере учел данные, характеризующие ее личность.

В дополнительной кассационной жалобе Ш., указав, что она является единственным кормильцем, просит назначить ей условное наказание.

В кассационной жалобе осужденная Ш. просит изменить приговор и назначить ей наказание, не связанное с лишением свободы, ссылаясь при этом на то, что она была обманута В., ее вина не нашла своего подтверждения в суде, показания некоторых подсудимых, данные в ходе предварительного следствия, на которые суд сослался в приговоре, даны под психологическим воздействием следователя, ранее она не была судима, занималась общественно полезным трудом, не оказывала давления на потерпевших, частично признала вину, в содеянном раскаялась, готова возместить потерпевшим ущерб, растила двух несовершеннолетних детей.

Кроме того, она считает, что суд не учел материальное положение ее семьи и ее состояние здоровья, которое ухудшается с каждым днем.

В кассационной жалобе осужденная С. просит изменить приговор и назначить ей наказание, не связанное с лишением свободы.

При этом она ссылается на то, что она была обманута В., а поэтому она не сомневалась в законной деятельности фирмы "Флекс", ее вина не нашла своего подтверждения в суде, показания некоторых подсудимых, данные в ходе предварительного следствия, на которые суд сослался в приговоре, даны под психологическим воздействием следователя, ранее она не была судима, ни в чем предосудительном она не была замечена, она не оказывала никакого давления на потерпевших, по месту работы характеризуется положительно, частично признала вину, в содеянном раскаялась, имеет пенсионный возраст, плохое состояние здоровья, на иждивении имеет двух детей.

В кассационной жалобе осужденная С. просит изменить приговор и назначить ей наказание, не связанное с лишением свободы. В обоснование своей просьбы она ссылается на доводы, аналогичные тем, которые в своей жалобе указала осужденная С. Кроме того, она указала, что у нее на иждивении находится дочь, которая является инвалидом 3-й группы, у ее дочери есть сын, 1 февраля 2002 года рождения.

В кассационной жалобе осужденный Е. просит изменить приговор и применить в отношении него правила ст. 64 УК РФ.

По его мнению, в деле нет доказательств, подтверждающих, что он совершил преступления в составе организованной группы лиц, а поэтому, как он считает, его действия необходимо квалифицировать на ч. 2 ст. 159 УК РФ, суд не дал надлежащей оценки показаниям подсудимых.

Кроме того, он считает, что суд необоснованно признал в его действиях наличие опасного рецидива и учел это обстоятельство при назначении наказания.

Осужденный также указал, что при назначении наказания суд не учел то, что у него на иждивении находится малолетний ребенок, который перенес тяжелую операцию на печени, положительные данные, характеризующие его личность.

Осужденный не согласен с тем, что с него в пользу Я., М., К., Б., В., К., Б. и М. взыскали материальный ущерб, так как суд исключил из его обвинения совершение им мошенничества в отношении указанных потерпевших (листы приговора NN 144 и 145).

В кассационной жалобе осужденный В. просит изменить приговор. По его мнению, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, суд неправильно применил уголовный закон, приговор является несправедливым.

Он считает, что по делу нет доказательств, подтверждающих, что он создал и руководил организованной группой, так как группа не была устойчивой, суд незаконно указал, что он ранее судим (он полагает, что судимость погашена), суд, признав наличие обстоятельств, смягчающих его наказание, необоснованно не применил в отношении него правила ст. 64 УК РФ.

В дополнительных кассационных жалобах В. просит применить в отношении него правила ст.ст. 64 и 73 УК РФ. Он не согласен с тем, как суд разрешил гражданские иски потерпевших. Он дополнительно в жалобе указал, что при назначении наказания суд не учел его семейное положение, нахождение у него на иждивении больной матери, малолетнего ребенка (В., 2001 года рождения), а также плохое состояние здоровья его сестры и ребенка, положительные данные, характеризующие его личность.

Осужденный просит смягчить ему наказание.

В кассационной жалобе осужденная Ж. просит изменить приговор и назначить ей наказание, не связанное с лишением свободы.

В обоснование своей просьбы она ссылается на то, что В. ее обманул, она полагала, что фирма "Флекс" занималась законной деятельностью, в процессе предварительного следствия было много фальсификаций, показания некоторых подсудимых, данные в ходе предварительного следствия, на которые суд сослался в приговоре, получены в результате психологического воздействия со стороны следователя, в течение всего предварительного следствия, которое длилось три года, она работала, по месту работы характеризуется положительно, она не оказывала давления на потерпевших, воспитывала сына, заботилась о престарелых родителях, частично признала вину, раскаялась в содеянном и готова возместить ущерб.

В возражениях на кассационные жалобы осужденных В., Е., К., К., Ж., Ш., С., С., адвокатов С., К. государственный обвинитель Е., не соглашаясь с доводами кассационных жалоб, просит отказать в удовлетворении просьб авторов кассационных жалоб.

В возражениях на кассационные жалобы осужденных С., С., Ж., Ш. и Ш. (она озаглавлена как кассационная жалоба) осужденный В. указал, что жалоба написана одним лицом и переписана другими осужденными, и авторы кассационных жалоб, оговаривая его в том, что он обманул их, пытаются уйти от уголовной ответственности.

В возражениях на кассационное представление осужденные В. и Е., оспаривая доводы кассационного представления, просят отказать в удовлетворении просьб автора кассационного представления.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационных представления и жалоб, а также возражений на них, судебная коллегия считает необходимым отменить приговор (частично) и направить дело на новое судебное разбирательство по следующим основаниям.

Согласно положениям ч. 4 ст. 7 и ст. 297 УПК РФ "Приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым".

Таковым приговор является в том случае, если он постановлен в соответствии с требованиями норм УПК РФ.

Постановленный приговор не отвечает этим требованиям.

Согласно требованиям ст. 305 УПК РФ описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора должна содержать, в том числе мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

Суд не привел в приговоре также мотивы, исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого уголовного дела. В ч. 1 ст. 379 УПК РФ указано, что основаниями отмены приговора в кассационном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, нарушение уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона.

В ст. 380 УПК РФ указано, что приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции в случае, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности лица, на правильность применения уголовного закона или определение меры наказания.

Согласно положениям ч. 1 ст. 385 УПК РФ оправдательный приговор может быть отменен по представлению прокурора, не согласного с основаниями оправдания.

Судебная коллегия считает, что в кассационном представлении приведены основания отмены приговора, указанные в ст.ст. 379 ч. 1, 380 и 381 ч. 1 УПК РФ, о чем указано в определении выше.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не может признать оправдательный приговор законным и обоснованным.

При обосновании обвинительного приговора суд указал, что В. создал организованную группу с целью совершения мошенничеств. Данная группа отличается устойчивостью и согласованностью действий ее участников.

В приговоре суд описал конкретные обстоятельства совершения мошенничеств. Оправдывая В. по ст. 210 ч. 1 УК РФ и остальных осужденных по ст. 210 ч. 2 УК РФ за отсутствием состава преступления, в приговоре суд не дал оценку конкретным обстоятельствам дела, на что идет ссылка в кассационном представлении, а именно:

- группа совершила более 100 преступлений, предусмотренных ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ, что относится к тяжким преступлениям;

- состав группы не менялся на протяжении всего периода совершения преступлений, даже внутри группы никогда не производили замен, установлена согласованность действий;

- все преступления совершены по одной схеме (если у потерпевшего не было желания продолжать игру, то тут же подключались члены группы, которые изображали прохожих либо выигравших мелкий приз, либо желающих помочь, подбадривающих игроков, создавая азарт игры и втягивая, таким образом, потерпевшего в продолжение игры), что свидетельствует о постоянстве форм и методов работы;

- мошенничеством они занимались еще до образования В. преступного сообщества, в группах имеются родственники (Ж., К.), а это является свидетельством наличия устоявшихся связей;

- группы работали ежедневно на протяжении пяти месяцев, у сообщества была единая финансовая база (все вырученные в результате мошенничества деньги сдавались В., а тот распределял их между членами групп), В. был организатором и руководителем сообщества и под его началом работали две группы по семь человек, места работы и роли членов групп были определены, а это, в свою очередь, говорит о структурированности организации (если происходили перемещения, то только в рамках группы).

Суд первой инстанции не дал надлежащей оценки заключению психологической экспертизы, согласно которой группа является малой, неформальной, состоящей из двух подгрупп (автономных), подчиняющихся лидеру, находившихся между собой в отношениях соревновательности, дружеских и родственных связях, группу характеризует структурированность, нормативность, сплоченность, прямой контакт между ее членами, наличие межличностного взаимодействия и взаимовлияния, общие цели деятельности, общность ценностей и норм, интересов, мотивов, установок, внутренняя расчлененность функций и групповых ролей, локализация в пространстве (рынок) и относительная устойчивость во времени.

Члены данного сообщества использовали системы конспирации.

Не оценив должным образом указанные выше обстоятельства, в приговоре суд первой инстанции допустил общие рассуждения, не основанные на конкретных материалах дела и уголовном законе.

Из приговора невозможно понять, откуда суд пришел к выводу, что "доминирующим отличительным признаком преступного сообщества является сплоченность организованной группы, которая характеризуется наличием строго определенного иерархического порядка построения сообщества, включая внутреннее подразделение сообщества на функциональные специальные группы, особого порядка подбора его членов и их ответственности, оснащением специальными техническими средствами, наличием систем конспирации, взаимодействия и защиты от правоохранительных органов, разработкой и реализацией планов легализации для прикрытия преступной деятельности, жесткой дисциплиной, запретом на выход из состава сообщества и другие обстоятельства, указывающие на сплоченность организованной группы".

В приговоре суд не указал, что означает строгий иерархический порядок построения сообщества, особый порядок подбора его членов и их ответственности и другие указанные в приговоре судом суждения, и на чем они основаны.

Согласно требованиям ч. 4 ст. 35 УК РФ "Преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено сплоченной организованной группой (организацией), созданной для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединением организованных групп, созданным в тех же целях".

Суд признал, что созданная группа является организованной, и она создана для совершения тяжких преступлений. Суду следовало решить вопрос о том, является ли эта организованная группа сплоченной, и это необходимо сделать, исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого уголовного дела, а не из общих рассуждений, неизвестно откуда взятых, не основанных на уголовном законе.

В приговоре суд указал, что группа не является сплоченной, в одном случае, и, ссылаясь на выводы психологической экспертизы, группа - сплоченная, но "однако степень сплоченности не столь высока и не характерна как для преступного сообщества, а является второстепенным признаком (после устойчивости) именно организованной группы (по тексту приговора), в другом случае.

Таким образом, в приговоре в своих выводах суд допустил существенные противоречия: сплоченность группы - она есть или нет.

Уголовный закон не предусматривает градацию степени сплоченности организованной группы, именуемой преступным сообществом.

В приговоре суд не мотивировал, какая степень сплоченности является, по мнению суда, высокой (какие еще степени сплоченности бывают) и характерной для преступного сообщества.

Судебная коллегия не может признать законным и обоснованным решение суда первой инстанции об оправдании В. по ст.ст. 33 ч. 3, 30 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ и Ж., С., С. и Ш. по ст.ст. 30 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ за отсутствием состава преступления, так как при принятии данного решения суд не учел обстоятельства, указанные в кассационном представлении, а именно:

- С. передала подсудимым 900 рублей и предложила проехать к ее дому, где она предполагала занять у соседки 18000 рублей.

Все вместе приехали к дому, но соседка отказалась дать С. (потерпевшая) деньги. Деньги подсудимые не получили по не зависящим от них причинам;

- перед этим подсудимые совершили все необходимые действия, направленные на завладение всей суммы денег потерпевшей.

Обвинительный приговор в отношении осужденных и оправдательный приговор в отношении В. по ст. 327 ч. 1 УК РФ, о чем ставится вопрос в кассационном представлении, судебная коллегия также считает необходимым отменить, так как обвинительный приговор связан с правильностью вынесенного судом решения об оправдании В. по ч. 1 ст. 210 УК РФ и остальных осужденных по ч. 2 ст. 210 УК РФ.

При оправдании В. по ч. 1 ст. 327 УК РФ суд первой инстанции не дал должной оценки обстоятельствам, на которые в судебных прениях сослался государственный обвинитель. В то же время судебная коллегия считает необходимым оставить без изменения приговор в отношении С. и С. в части оправдания по ст.ст. 30 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ, так как они, как указано в приговоре, оправданы судом за непричастностью к совершению покушения на мошенничество в отношении потерпевшей С. в связи с позицией государственного обвинителя Е. в судебных прениях о непричастности указанных лиц к совершению данного преступления.

В кассационном представлении государственный обвинитель не приводит обоснования (хотя в резолютивной части своего представления он просит об отмене приговора в отношении всех осужденных в полном объеме) незаконности оправдательного приговора в отношении С. и С. по эпизоду покушения на мошенничество в отношении потерпевшей С.

В ходе нового судебного разбирательства необходимо устранить указанные выше нарушения закона и принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение.

При этом необходимо обсудить доводы кассационных жалоб, а также кассационного представления о назначении виновным лицам справедливого наказания (в представлении не указано, почему наказание является несправедливым: то ли в силу его суровости либо его мягкости) с учетом всех смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств.

Исходя из тяжести предъявленного В., Е. и С. обвинения, руководствуясь положениями ст.ст. 97, 99 и 108 УПК РФ, судебная коллегия считает необходимым указанным лицам оставить меру пресечения в виде заключения под стражу.

В то же время судебная коллегия приходит к выводу о необходимости изменения Д., Ж., Ж., К., К., Ш., С., С., С., Ж. и Ш. меры пресечения с заключения под стражу на подписку о невыезде и примерное поведение (что указано в резолютивной части приговора) и освобождении их из-под стражи немедленно, так как они были заключены под стражу по приговору суда.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Кемеровского областного суда от 25 апреля 2005 года в отношении В., С., С., К., К., Ш., Д., Ш., Е., Ж., Ж., Ж., С. в части осуждения по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ и оправдания по ст. 210 ч. 2 УК РФ, С. в части осуждения по ст. 159 ч. 3 п. "а" УК РФ (по эпизодам мошенничеств в г. Кемерово и г. Белово Кемеровской области) и оправдания по ст. 210 ч. 2 УК РФ отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, но в ином составе судей.

Этот же приговор в отношении С. в части оправдания по ст.ст. 30 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ и С. в части оправдания по ст.ст. 30 ч. 3 и 159 ч. 3 п. "а" УК РФ оставить без изменения, а кассационное представление в этой части - без удовлетворения.

В., Е. и С. оставить меру пресечения в виде заключения под стражу.

Д., Ж., Ж., К., К., Ш., С, С., С, Ж и Ш. изменить меру пресечения с заключения под стражу на подписку о невыезде и освободить их из-под стражи немедленно.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21 декабря 2005 г. N 81-005-86


Текст определения официально опубликован не был


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.