Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 1 февраля 2006 г. N 56-005-88 Суд смягчил наказание за убийство, сопряженное с разбоем, поскольку судом неправильно были квалифицированы действия осужденного как особо опасный рецидив, так как одно из деяний, за которое осужденный имел судимость, было декриминализировано и утратило уголовно наказуемый характер, а значит, судимость не должна была учитываться судом и влиять на решение вопроса о виде рецидива преступлений в действиях

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 1 февраля 2006 г. N 56-005-88


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 1 февраля 2006 года кассационные жалобы осужденных С., Д., кассационное представление исполняющего обязанности прокурора Приморского края Л. на приговор Приморского краевого суда от 14 июля 2005 г., которым

С., родившийся 26 октября 1969 года в с. Кронштадтка Спасского района Приморского края, не работавший, судимый:

- 20 января 1999 года по ст. 158 ч. 2 п. "а, б, в, г" УК РФ к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года;

- 13 октября 1999 года по ст. 158 ч. 2 п. "а, б, г" УК РФ к 3 годам лишения свободы. Наказание по приговору от 20 января 1999 года постановлено исполнять самостоятельно;

- 26 апреля 2000 года по ст. 158 ч. 2 п. "а, б, в, г" УК РФ к 4 годам лишения свободы. Условное наказание по приговору от 20 января 1999 года отменено. На основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения наказаний по приговорам от 20 января и 13 октября 1999 года окончательно назначено наказание 4 года 6 месяцев лишения свободы; освобожден из мест лишения свободы 2 июля 2002 года условно -досрочно на 1 год 6 месяцев 7 дней,

осужден по ст. 105 ч. 2 п.п. "ж, з" УК РФ к лишению свободы сроком на 15 лет; по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ - к лишению свободы сроком на 11 лет; по ст. 166 ч. 1 УК РФ - к лишению свободы сроком на 2 года; на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 21 год; в соответствии со ст.ст. 70, 79 ч. 7 п. "в" УК РФ по совокупности приговоров окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 22 года с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Д., родившийся 9 мая 1981 года в г. Комсомольске-на-Амуре, не работавший, не судимый,

осужден по ст.ст. 33 ч. 5 и 105 ч. 2 п.п. "ж, з" УК РФ к лишению свободы сроком на 13 лет; по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ - к лишению свободы сроком на 10 лет; по ст. 222 ч. 2 УК РФ - к лишению свободы сроком на 2 года; на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 20 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации "...", выступление защитника С. адвоката А., просившей кассационную жалобу С. удовлетворить, выступление прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Ш., поддержавшей кассационное представление и возражавшей против доводов кассационных жалоб, судебная коллегия установила:

С. признан виновным: в убийстве Г., совершенном группой лиц по предварительному сговору и сопряженном с разбоем; в разбое, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей; в неправомерном завладении автомобилем без цели хищения (угоне).

Д. признан виновным в пособничестве С. в совершении убийства Г. группой лиц по предварительному сговору и сопряженном с разбоем; в разбое, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей; в незаконном ношении и передаче огнестрельного оружия, совершенном группой лиц по предварительному сговору.

Судом установлено, что угон автомашины С. совершен в октябре 2003 года, а остальные преступления С. и Д. совершены в августе 2004 года в городе Уссурийске при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В кассационных жалобах:

осужденный С. выражает свое несогласие с приговором и просит его отменить, а дело направить на новое судебное разбирательство. Осужденный в жалобе указывает, что: убийства потерпевшей Г. не совершал и не договаривался об этом с Д., а наоборот, отговаривал Д. совершать разбойное нападение; стал соучастником преступления не по своей воле; убийство потерпевшей Д. совершил самостоятельно, о чем рассказал суду, однако его показания судом не были приняты во внимание; разбойного нападения на магазин он (С.) и Д. также не планировали, о чем рассказывали суду, однако их показания необоснованно были отвергнуты судом; на предварительном следствии он (С.) и Д. оговорили себя; к показаниям Д., как полагает С., суду следовало отнестись более внимательно и критически, поскольку Д. страдает психическим заболеванием, проходил лечение в психиатрической больнице и до настоящего времени состоит на учете в психиатрической больнице; доказательств его (С.) вины в совершении убийства и разбойного нападения в деле не имеется; выводы суда, изложенные в приговоре, не основаны на доказательствах, рассмотренных в судебном заседании; наказание по совокупности приговоров назначено необоснованно, поскольку, как утверждает в жалобе осужденный С., наказание по предыдущему приговору он отбыл полностью. В жалобе осужденный подробно излагает обстоятельства случившегося и утверждает, что судом сделан ошибочный вывод о его виновности. Он также утверждает, что необоснованно осужден за угон автомашины. Кроме того, осужденный указывает, что судья ограничил его право на ознакомление с протоколом судебного заседания; в период предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства дела было нарушено его право на защиту в связи с отсутствием адвоката; наказание осужденный С. считает явно несправедливым вследствие чрезмерной суровости, и утверждает, что при назначении ему наказания судом в полной мере не были учтены данные о его личности и семейном положении;

осужденный Д. просит приговор отменить, поскольку, как он утверждает, убийство потерпевшей совершил сам, а С. никакого отношения к этому убийству не имеет; С. он (Д.) на предварительном следствии оговорил, так как боялся сказать правду; утверждает, что скрыл от суда тот факт, что находится на психиатрическом учете.

В возражениях на кассационную жалобу осужденного С. и.о. прокурора Приморского края Л., считая доводы жалобы осужденного необоснованными, просит кассационную жалобу С. оставить без удовлетворения.

В кассационном представлении и.о. прокурора Приморского края Л. просит приговор суда в отношении С. и Д. изменить: исключить из обвинения Д. по ст. 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. "ж, з" УК РФ квалифицирующий признак убийства, "совершенное группой лиц по предварительному сговору", из обвинения по ст. 222 ч. 2 УК РФ ссылку на осуждение за незаконную передачу огнестрельного оружия, снизить срок наказания по ст. 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. "з" УК РФ до 12 лет 6 месяцев лишения свободы. Из обвинения С. по ст. 105 ч. 2 п. "ж, з" УК РФ исключить квалифицирующий убийства, "совершенное группой лиц по предварительному сговору", из приговора исключить указание на наличие в его действиях особо опасного рецидива преступлений, признав рецидив преступлений. Считать Д. осужденным по ст. 33 ч. 5, 105 ч. 2 п. "з" УК РФ за пособничество в совершении убийства, сопряженного с разбоем, к 12 годам 6 месяцам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ к 10 годам лишения свободы, по ст. 222 ч. 2 УК РФ за незаконное ношение огнестрельного оружия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, к 2 годам лишения свободы. На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно - к 19 годам 6 месяцам лишения свободы. Считать С. осужденным по ст. 105 ч. 2 п. "з" УК РФ за убийство, сопряженное с разбоем, к 15 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ к 11 годам лишения свободы, по ст. 166 ч. 1 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно к отбытию определить 21 год лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По мнению прокурора, при квалификации действий осужденных, связанных с соучастием в убийстве, судом неправильно применен уголовный закон, а также неправильно квалифицированы действия Д. по передаче обреза С. Кроме того, как полагает прокурор, судом неправильно определен вид рецидива у С., поскольку не учтено, что деяние, за которое С. осужден по приговору суда от 26 апреля 2000 года декриминализировано, поэтому судимости по приговорам от 26 апреля 2000 года и 20 января 1999 года не должны учитываться при решении вопроса о рецидиве преступлений.

Проверив уголовное дело и обсудив доводы кассационных жалоб и кассационного представления, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению.

Вывод суда о виновности осужденных С. и Д. в совершенных преступлениях основан на исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательствах. В частности, их вина в совершении преступлений подтверждается показаниями потерпевшей Т., свидетелей В., Г., Ж. - содержание которых приведено в приговоре; согласно протоколам осмотров места происшествия, в торговом павильоне ЧП "Тируновой" был обнаружен труп потерпевшей Г. с ранением грудной клетки, а в кустах у забора обнаружен обрез ружья, в стволах которого имеются патрон и гильза. Данный обрез добровольно выдан задержанным С. Согласно заключению баллистической экспертизы, предмет, изъятый на участке местности, где производился осмотр, является обрезом гладкоствольного двуствольного куркового охотничьего ружья 16 калибра, изготовленного путем самодельного укорочения стволов ружья. Для производства выстрелов обрез пригоден. Из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что смерть Г. наступила в результате огнестрельного дробового слепого проникающего ранения грудной клетки слева с повреждением обоих легких, грудного отдела аорты, осложнившегося обильной кровопотерей. Доводы жалобы осужденного С. о том, что убийство потерпевшей совершил Д., с которым у него (С.) не было никакой договоренности о разбойном нападении и об убийстве продавца торгового павильона - были проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты в приговоре. Из показаний С. и Д., данных ими в период предварительного следствия с участием защитников, следует, что они договорились между собой совершить разбойное нападение с применением оружия (обреза, который был у С.) на продавца торгового павильона и убить его, а затем совместно похитить деньги и товар. При этом они распределили роли: первым в магазин в отсутствие покупателей должен был зайти С., попросить у продавца продать пиво, после чего выстрелить продавцу в спину, а Д. в это время должен был закрыть дверь, находится у магазина и "караулить", то есть наблюдать за окружающей обстановкой, чтобы никто не зашел в магазин. Предварительно проследив за графиком работы магазина и изучив внутреннее расположение помещения магазина, они согласно разработанному плану, 28 августа 2004 года, совершили разбойное нападение и убийство продавца. При этом убийство совершил непосредственно С., выстрелив из обреза в продавца. После убийства продавца, Д., стоявший у магазина и наблюдавший за окружающей обстановкой, зашел в магазин, закрыл входную дверь, и вместе со С. похитил деньги и товар. Совместно завладев товаром и выручкой, они через служебный вход покинули магазин.

При этом суд тщательно проверил показания осужденных С. и Д., которые они давали при производстве предварительного следствия и в суде, выяснил причины изменений показаний, и в совокупности с иными собранными по делу доказательствами дал им надлежащую оценку в приговоре.

Доводы жалоб осужденных о том, что они на предварительном следствии вынуждены были оговорить себя и друг друга, ничем объективно не подтверждены и опровергаются доказательствами их вины, которые изложены в приговоре.

Доводы осужденного С. о том, что отсутствие продуктов выстрела на его одежде, якобы, свидетельствует о его невиновности в убийстве потерпевшей - также проверялись судом первой инстанции. Суд

в приговоре, отвергая доводы С., обоснованно, с учетом заключения криминалистической экспертизы, указал, что отсутствие продуктов выстрела на одежде С. не исключает производства выстрела именно им. Как следует из заключения эксперта, конструктивные особенности обреза охотничьего ружья таковы, что при стрельбе из него газопороховое облако, "вылетая" из ствола, устремляется вперед. В конструкции данного вида оружия не предусмотрены подвижные детали (такие как, например, затвор), при движении которых в момент выстрела происходит прорыв и отложение продуктов выстрела в области рук или передней поверхности одежды.

Доводы жалоб осужденных о том, что судом не проверялся вопрос о психическом состоянии здоровья Д. - неосновательны. Как следует из протокола судебного заседания, судом исследовалось заключение амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, которая была проведена в ходе предварительного следствия в отношении Д. Согласно данному заключению Д. обнаруживает признаки эмоционально-неустойчивого расстройства личности по импульсивному типу. Однако степень изменений его психики не столь выражена и он может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период инкриминируемого деяния у него также не обнаруживалось признаков какого-либо временного болезненного расстройства душевной деятельности и он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. На момент обследования экспертами он также мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Согласно имеющегося в деле ответа главного врача, Д. по картотеке г. Уссурийска на учете диспансерного отделения Приморской краевой психиатрической больницы не значится.

Судом также, на основании исследованных в судебном заседании доказательств, обосновано сделан вывод и о виновности С. в угоне автомашины П., которая им была сдана в ремонт автосервиса "Рембаза", где работал С. Этот вывод суда подтверждается показаниями потерпевшего П., свидетелей Б., Г., Ч. - содержание которых приведено в приговоре, а также протоколом осмотра места происшествия, согласно которому была обнаружена и осмотрена принадлежащая потерпевшему угнанная автомашина марки "Тойота Марк 2" со следами повреждения.

Доводы жалобы С. об ограничении его права на ознакомление с протоколом судебного заседания - не основаны на материалах дела, из которых следует, что копия протокола судебного заседания осужденному С. была вручена, о чем свидетельствует имеющаяся в деле расписка. С. были поданы замечания на протокол судебного заседания, которые были рассмотрены председательствующим по делу судьей в соответствии с требованиями ст. 260 УПК РФ.

Вопреки доводам кассационной жалобы С., из материалов уголовного дела видно, что в ходе предварительного следствия и в суде он был обеспечен защитником, о чем свидетельствуют имеющиеся в деле ордера адвоката, а также протоколы следственных действий и судебного заседания.

Вместе с тем, приговор в отношении С. и Д. подлежит изменению по следующим основаниям.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд неправильно применил уголовный закон, квалифицировав действия осужденного С. по пункту "ж" части 2 ст. 105 УК РФ (то есть как убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору), а Д. по пункту "ж" части 2 ст. 105 и 33 ч. 5 УК РФ (то есть как пособничество в убийстве, совершенном группой лиц по предварительному сговору). Обстоятельства дела, установленные судом, свидетельствуют о том, что Д. не принимал непосредственного участия в лишении жизни потерпевшей. Своими действиями, о которых указано в приговоре, он оказывал пособничество С. в убийстве потерпевшей. Убийство потерпевшей совершил С., который выстрелил в нее из обреза. Таким образом, С. был исполнителем убийства, а Д. оказывал ему содействие в этом, т.е. являлся пособником.

Убийство группой лиц по предварительному сговору предполагает участие не менее двух исполнителей в умышленном причинении смерти. Соучастие в форме пособничества не образует квалифицирующего признака убийства, "совершенное группой лиц по предварительному сговору".

Суд правильно квалифицировал действия Д. как незаконное ношение огнестрельного оружия, поскольку, как установлено судом на основании исследованных в судебном заседании доказательств (в частности, показаний самого осужденного Д.), Д. принимал участие в переносе к месту преступления обреза охотничьего ружья, принадлежащего С., и при подходе к магазину передал его С. Вместе с тем, судом неправильно квалифицированы действия Д. как незаконная передача огнестрельного оружия С.

Исходя из обстоятельств совершения преступления, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, преступные действия Д. и С. охватывались единым умыслом, направленным на убийство продавца магазина из обреза охотничьего ружья, а также на использование данного обреза в качестве оружия при совершении разбойного нападения. До совершения преступлений обрез принадлежал С. То обстоятельство, что Д. переносил обрез до места преступления, а при подходе к магазину передал его С, не образует незаконной передачи в смысле ст. 222 УК РФ. По смыслу данной статьи уголовного закона под незаконной передачей огнестрельного оружия понимается его незаконное предоставление лицами, у которых это оружие находится, посторонним лицам для временного использования и хранения. В данном случае С. таким посторонним лицом не являлся, поскольку совместно с Д. участвовал в совершении преступлений с использованием указанного огнестрельного оружия.

Поэтому судебная коллегия исключает из осуждения Д. по ст. 222 УК РФ указание на осуждение за незаконную передачу огнестрельного оружия.

Суд также ошибочно признал наличие в действиях С. особо опасного рецидива преступлений, и в связи с этим ошибочно определил ему местом отбывания наказания исправительную колонию особого режима.

Признавая особо опасный рецидив преступлений, суд в приговоре указал, что С. дважды судим по приговорам от 20 января 1999 года и от 26 апреля 2000 года за совершение тяжких преступлений. Однако, как видно из приговора от 26 апреля 2000 года, С. признан виновным в том, что 29 июня 1999 года незаконно проник в чужую квартиру, откуда похитил имущество на сумму 400 рублей, а 5 июля 1999 года незаконно проник в чужую квартиру, откуда похитил имущество на сумму 35 рублей. Стоимость похищенного имущества на момент совершения преступлений не превышала пяти минимальных размеров оплаты труда, исходя из того, что на момент совершения преступлений минимальный размер оплаты труда составлял 83 рубля 49 копеек: (83 рубля 49 коп. х 5 = 417 рублей 45 коп.). Данное хищение в соответствии со статьей 7.27 КоАП РФ в редакции от 30.12.2001 года являлось мелким хищением чужого имущества, то есть административным правонарушением.

Поскольку данное деяние было декриминализировано и утратило уголовно-наказуемый характер, то судимость по приговору суда от 26 апреля 2000 года не должна была учитываться судом и влиять на решение вопроса о виде рецидива преступлений в действиях С.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами кассационного представления о том, что у С. имелась лишь одна непогашенная судимость от 13 октября 1999 года за преступление средней тяжести.

Как видно из материалов дела, кроме данной судимости, у С. имеется судимость и по приговору Шкотовского районного суда Приморского края от 20 января 1999 года за преступление, предусмотренное ст. 158 ч. 2 п.п. "а, б, в, г" УК РФ, которое является тяжким. За данное преступление ему было назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы условно с испытательным сроком на 3 года. Данное условное осуждение ему отменялось по основаниям, предусмотренным ч. 5 ст. 74 УК РФ, и он отбывал реальное лишение свободы в исправительной колонии.

Судимость за данное преступление на момент совершения С. новых преступлений, за которые он осужден по приговору суда от 14 июля 2005 года, погашена не была и должна учитываться при признании рецидива преступлений, который согласно ст. 18 ч. 2 п. "б" УК РФ у С. является опасным рецидивом.

Согласно ст. 58 ч. 1 п. "в" УК РФ местом отбывания наказания С. должна быть назначена исправительная колония строгого режима.

С учетом исключения из осуждения С. и Д. квалифицирующего признака преступлений, а также признания в действиях С. не особо опасного, а опасного рецидива преступлений, судебная коллегия считает возможным смягчить наказание, назначенное С. за преступление, предусмотренное ст. 105 ч. 2 п. "з" УК РФ, и по совокупности преступлений, а Д. - смягчить наказание, назначенное за преступление, предусмотренное ст.ст. 33 ч. 5 и 105 ч. 2 п. "з" УК РФ, и по совокупности преступлений.

Судебная коллегия обсудила вопрос о наказании, назначенном С. за преступления, предусмотренные ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ и ст. 166 ч. 1 УК РФ, а Д. - за преступления, предусмотренные ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ и ст. 222 ч. 2 УК РФ. Судебная коллегия наказание за данные преступления считает справедливым, назначенным с учетом тяжести содеянного, данных о личности осужденных, характера и степени фактического участия каждого из них в совершении преступлений. Несмотря на исключение осуждения Д. за незаконную передачу огнестрельного оружия, судебная коллегия не считает это обстоятельство достаточным основанием для смягчения ему наказания по ст. 222 ч. 2 УК РФ, поскольку за содеянное наказание ему назначено справедливое.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Приморского краевого суда от 14 июля 2005 года в отношении Д. и С. изменить:

исключить из осуждения Д. по ст.ст. 33 ч. 5 и 105 ч. 2 п.п. "ж", "з" УК РФ осуждение по пункту "ж" части 2 статьи 105 УК РФ; считать его осужденным по ст.ст. 33 ч. 5 и 105 ч. 2 п. "з" УК РФ и смягчить ему за данное преступление наказание до 12 (двенадцати) лет лишения свободы;

исключить из осуждения Д. по ст. 222 ч. 2 УК РФ осуждение за незаконную передачу огнестрельного оружия; считать его осужденным по ст. 222 ч. 2 УК РФ за незаконное ношение огнестрельного оружия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, к лишению свободы сроком на 2 (два) года;

на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 33 ч. 5 и 105 ч. 2 п. "з" УК РФ, ст. 222 ч. 2 УК РФ, ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначить Д. наказание в виде лишения свободы сроком на 19 (девятнадцать) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

исключить осуждение С. по пункту "ж" части 2 статьи 105 УК РФ; считать его осужденным по ст. 105 ч. 2 п. "з" УК РФ и смягчить ему за данное преступление наказание до 14 (четырнадцати) лет лишения свободы;

на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 105 ч. 2 п. "з" УК РФ, ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ, ст. 166 ч. 1 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначить С. наказание в виде лишения свободы сроком на 20 (двадцать) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

исключить из резолютивной части приговора указание о назначении С. наказания по правилам ст.ст. 70, 79 ч. 7 п. "в" УК РФ;

исключить из приговора указание о наличии в действиях С. особо опасного рецидива преступления, признав в его действиях опасный рецидив преступлений.

В остальном приговор в отношении Д. и С. оставить без изменения, а кассационные жалобы и представление - без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 1 февраля 2006 г. N 56-005-88


Текст определения официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение

Если вы являетесь пользователем системы ГАРАНТ, то Вы можете открыть этот документ прямо сейчас, или запросить его через Горячую линию в системе.