Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26 октября 2005 г. N 50-О05-32 Суд отменил приговор и направил дело на новое рассмотрение, поскольку при установлении мотива преступления не дана оценка показаниям допрошенных по делу свидетелей о фактических обстоятельствах дела, которые имеют существенное значение для установления мотива преступления, а также суду следует обсудить доводы о чрезмерной мягкости назначенного осужденному наказания

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 26 октября 2005 г. N 50-О05-32


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ

рассмотрела в судебном заседании от 26 октября 2005 года кассационные жалобы осужденного К.Ю.А., адвокатов Храм. и Неус., потерпевших Ш.А.И. и Р.В.П. и кассационное представление государственного обвинителя П.И.Н. на приговор Омского областного суда от 18 апреля 2005 года, по которому

К.Ю.А., родившийся 21 сентября 1966 года в г. Омске, несудимый -

Осужден к лишению свободы:

по ст. 103 УК РФ (за убийство Ряп.) - на 9 лет,

по ст. 103 УК РФ (за убийство Мар.) - на 8 лет

по ст. 102 п. "е" УК РФ (за убийство Шеш.) - на 13 лет,

и по ст. 327 ч. 3 УК РФ - к штрафу в размере 40000 рублей.

ГАРАНТ:

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Имеются в виду ст. 103, ст. 102 п. "е" УК РСФСР


На основании ст. 40 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначено по совокупности преступлений 14 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима со штрафом в сумме 40000 рублей, с исполнением наказания в виде штрафа самостоятельно.

По ст. 222 ч. 1 УК РФ Коваленко оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления.

Взыскано с К.Ю.А. по 100000 рублей в счет компенсации морального вреда в пользу Р.В.П. и Ш.А.И.

Заслушав доклад судьи "...", осужденного К.Ю.А., поддержавшего доводы жалобы, адвоката А.А.В., просившего об отмене приговора и прекращении дела, прокурора М.А.А., поддержавшую кассационное представление, Судебная коллегия установила:

К.Ю.А. признан виновным в убийстве Ряп. и в убийстве Мар. на почве личных неприязненных отношений, в убийстве Шеш. с целью скрыть другое преступление и в использовании заведомо подложных документов.

Преступления совершены при изложенных в приговоре обстоятельствах 16 апреля 1990 года в г. Омске и в период 1990 г. - 11 августа 2004 года в Алтайском крае.

В судебном заседании К.Ю.А. виновным себя не признал.

В кассационном представлении (основном и дополнительном) поставлен вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение.

Государственный обвинитель считает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не учтены доказательства, представленные стороной обвинения, неправильно применен уголовный закон, нарушены требования процессуального закона, в частности, ст. 307 УПК РФ, наказание К.Ю.А. назначено чрезмерно мягкое.

Государственный обвинитель считает необоснованным осуждение К.Ю.А. (за убийство Мар.) на почве личных неприязненных отношений, а не из хулиганских побуждений, как было предъявлено обвинение. Считает необоснованной при решении вопроса о переквалификации действий К.Ю.А. в этой части ссылку на приговор от 27 июня 1991 года в отношении З., которым он осужден по ст. 103 УК РФ, поскольку им установлено, что З. убийство совершил один, руководствуясь собственными мотивами, без предварительного сговора с кем-либо, указание на участие в совместном убийстве другого лица вместе со З. в приговоре отсутствует. Анализируя показания свидетелей Шит., Л., П. и других государственный обвинитель делает вывод о том, что на совершение преступления в отношении Мар. К.Ю.А. решился самостоятельно, единого умысла со З. у него не было, единого мотива и умысла на убийство Мар. у них не было. К.Ю.А., не имеющий личных претензий к Мар., желал лишь проявить дерзость, цинизм, пренебрежение к нормам морали, что свидетельствует о хулиганском мотиве его действий. Государственный обвинитель обращает внимание на то, что суд признал отсутствие неприязненных отношений между К.Ю.А. и Мар. и в то же время противореча своим выводам исключил хулиганский мотив.

Государственный обвинитель выражает несогласие с оправданием К.Ю.А. по ст. 222 УК РФ. Ссылается на то, что из показаний свидетелей В., Шит., Хег., Шмак., Спод., Ром., Шен. и Ших. в исследовании показаний которого, по мнению государственного обвинителя, было необоснованно отказано, следует, что Коваленко стрелял из обреза охотничьего ружья. Согласно выводам судебно-медицинских экспертиз трупов Шеш., Мар. и Ряп. на трупах обнаружены огнестрельные ранения, причиненные огнестрельным оружием, патрон которого снаряжен дробью, при исследовании трупов обнаружены дробовые заряды в них дробь. Баллистическая экспертиза подтвердила, что дробь, изъятая из трупов потерпевших выстреляна из обреза, что объективно подтверждает наличие и использование обреза. Несмотря на то, что обрез не обнаружен и не изъят, объективные доказательства бесспорно, по мнению государственного обвинителя свидетельствуют о том, что оружие имелось в наличии, было исправно и соответствовало критериям огнестрельного оружия. При таких обстоятельствах оправдание К.Ю.А. по ст. 222 ч. 1 УК РФ государственный обвинитель считает необоснованным.

Ссылается государственный обвинитель и на нарушение судом требований ст. 307 УПК РФ, поскольку судом не соблюдено требование об изложении в описательно - мотивировочной части доказательств, на которых основаны выводы суда. Неточно изложены в приговоре показания свидетеля Хег., данные в судебном заседании, неточно отражены показания свидетеля Спод., который полностью подтвердил в суде свои показания на следствии, из которых следует, что он лично видел, что "Коваль" выстрелил дважды в потерпевшего. Ошибочно указано в приговоре, что просмотрена видеозапись осмотра места происшествия с участием свидетеля Сел., в то время, как исследована видеозапись с участием свидетеля Шен. Неполно отражены и показания свидетелей Ром. и Шмак., не нашли отражения в приговоре выводы судебно-медицинской экспертизы по трупам Шеш. и Мар. и заключения баллистических экспертиз. Не оспаривая того, что убийство Ряп., Мар. и Шеш. совершил К.Ю.А., государственный обвинитель считает, что неполное и неверное отражение в приговоре показаний свидетелей является существенным нарушением, которое могло повлиять на оценку доказанности вины К.Ю.А. Кроме того, государственный обвинитель считает, что совершение К.Ю.А. убийства трех человек в течение нескольких часов указывают на необходимость назначения максимально сурового наказания по каждому составу и по совокупности преступлений.

Потерпевшие Ш.А.И. и Р.В.П. в кассационной жалобе (совместной) просят об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение, считая назначенное К.Ю.А. наказание чрезмерно мягким.

Адвокат Храм. и Неус. (в совместной жалобе) выражают несогласие с приговором, считая, что достоверных и допустимых доказательств вины К.Ю.А. в содеянном не имеется, надлежаще (путем следственного эксперимента не проверена достоверность показаний свидетеля Шит. с целью установления возможности свидетеля наблюдать события. Судом при оценке показаний свидетеля не учтено, что он находился в состоянии опьянения, в ночное время на значительном расстоянии от места происшествия и его показания основаны лишь на его мнении о том, что убийство совершил К.Ю.А., т.е. являются предположением. Аналогичные доводы высказаны защитой в отношении показаний свидетеля Ром., который не мог видеть происходящее ночью. Показания свидетеля Хег., по мнению защиты, опровергают версию обвинения о причастности К.Ю.А. к убийству Мар., не дано должной оценки показаниям свидетеля Ман., заявление которого о причастности К.Ю.А. к убийству является лишь предположением. В приговоре неверно отражены показания свидетеля Сел., неверно в приговоре дана ссылка на видеозапись с участием свидетеля Сел., т.к. просматривалась видеозапись с участием свидетеля Шен. Свидетель Сел. не подтвердил показания на следствии. Показания свидетелей Шен., Д. судом не проанализированы, хотя они были допрошены по несколько раз и их показания менялись. В приговоре неправильно отражены показания свидетеля Глад. Ссылка в приговоре на показания свидетеля Л. на следствии не соответствует их содержанию в протоколе следственного действия. Неправомерно оглашены показания свидетеля Шмак., показания свидетеля Буб. отражены частично. Адвокат считает недопустимыми доказательствами допросы свидетелей, произведенные в 1990 году лицами, не включенными в состав следственно-оперативных групп, нет в приговоре ссылки на показания свидетелей Брат., Боб., Ник. и Гор., чьи показания имеют существенное значение для дела. Доводы К.Ю.А. о невиновности надлежащей оценки в приговоре не получили, вопрос о применении сроков давности судом не исследовался и в приговоре не отражены. Адвокаты просят об отмене приговора и прекращении дела за непричастностью К.Ю.А. к совершению преступлений.

Осужденный К.Ю.А. в кассационной жалобе и дополнениях выражает несогласие с приговором, считая, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, ссылается на неправильную оценку показаний свидетелей. Считает, что свидетель Шит. его явно с кем-то перепутал, его показания о том, что он стрелял в Ряп., являются предположением. Выборочно излагая содержание и анализируя в жалобе показания свидетелей Ром., Хег., К., Шен., Д., Сел. и анализируя их содержание, дает им свою оценку, считает, что они не изобличают его в убийствах и высказывает сомнения в их достоверности и допустимости со ссылкой над доводы, аналогичные доводам приведенным защитой. Считает, что показания потерпевшей Ш.А.И. положены в основу приговора без должной оценки. При оценке свидетельских показаний суд неправильно сделал вывод о его виновности, опираясь на выборочные показания свидетелей, не дав оценки факту задержания свидетелей в порядке ст. 122 УПК РФ. Просит приговор отменить и дело прекратит за непричастностью его к преступлениям. В дополнениях считает, что приговор вынесен по истечении 15 лет с момента инкриминируемых деяний, что грубо нарушает положения ст. 78 УК РФ, при этом указывая, что не скрывался от органов следствия и не знал, что в отношении него вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого. Кроме того, в дополнениях приводит доводы о несоответствии приговора нормам уголовно-процессуального закона в части изложения преступного деяния, содержания и оценки доказательств в описательно-мотивировочной части приговора.

Потерпевшие принесли возражения на кассационную жалобу адвокатов, считая их доводы необоснованными.

Осужденный принес возражения на кассационное представление прокурора, не соглашаясь с ним.

Государственный обвинитель принес возражения на кассационную жалобу адвокатов и осужденного, полагая их доводы несостоятельными.

Проверив материалы дела, обсудив приведенные в кассационных жалобах и представлении доводы, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене, а дело направлению на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей, последствий преступления, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства, указание на обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также основания и мотивы изменения обвинения, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовно наказания, освобождению от него или его отбывания, применению иных мер воздействия.

В соответствии со ст. 380 УПК РФ, приговор признается несоответствующим фактическим обстоятельствам дела, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, при наличии противоречивых доказательств, имеющих значение для суда в приговор не указано, по каким основаниям суд принял одни из этих доказательств и отверг другие, выводы суда в приговоре содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопросов о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или определение меры наказания.

По данному делу вышеуказанные требования процессуального закона выполнены не в полной мере.

Как обоснованно указано в кассационном представлении, в приговоре не совсем точно и полно отражены показания свидетелей Хег., Спод., Шмак. и Ром.

Как видно из протокола судебного заседания свидетели давали подробные и развернутые показания по обстоятельствам дела.

В судебном заседании были исследованы и их показания, данные в ходе следствия, после чего им задавались вопросы по обстоятельствам дела, и они отвечали на них, уточняя определенные обстоятельства. Однако показания свидетелей отражены в приговоре в нарушение ст. 307 УПК РФ крайне кратко, что не позволяет полностью воспроизвести обстоятельства преступления, что имеет существенное значение при оценке выводов суда о доказанности или не доказанности вины К.Ю.А. в содеянном и квалификации его действий.

В приговоре имеется ссылка как на доказательство вины К.Ю.А. на видеозапись выхода на место происшествия свидетеля Сел., однако, как видно из протокола судебного заседании данная видеозапись в судебном заседании не воспроизводилась и не исследовалась, а исследовалась видеозапись выхода на место происшествия свидетеля Шен.

В приговоре суда имеется также ссылка на показания свидетеля Глад., чьи показания, данные при допросе в качестве свидетеля 16 апреля 1990 года, были оглашены в порядке ст. 281 УПК РФ. Между тем, в приговоре содержание показания данного свидетеля фактически не изложено. При этом судебная коллегия отмечает, что в материалах дела не имеется протокола допроса свидетеля Глад. от указанной даты, поскольку в этот день было совершено преступление, а свидетели по делу допрошены значительно позже. При таких обстоятельствах судебная коллегия лишена возможности проверить обоснованность ссылки в приговоре в качестве доказательства на показания свидетеля Глад., хотя его показания имеют существенное значение для дела.

В описательно-мотивировочной части приговора при оценке доказательств не нашли своего отражения и оценки выводы судебно-медицинской экспертизы по трупам Шеш. и Мар., а также выводы баллистических экспертиз, судебно-медицинские экспертизы упомянуты лишь при описании преступных деяний.

Не приведены в приговоре анализ и оценка доказательств, представленных стороной обвинения в части обвинения К.Ю.А. по ст. 222 УК РФ.

Суд, оправдывая К.Ю.А. по данной статье уголовного закона, ограничился указанием в приговоре о том, что орудие преступления не изъято, не исследовано экспертами и оснований для вывода о том, что орудие было огнестрельным, не имеется.

При этом суд не дал оценки показаниям свидетелей В., Хег., Шит. и других очевидцев преступления о том, что К.Ю.А. стрелял в потерпевшего из обреза охотничьего ружья, а также выводам судебно-медицинских и судебно-баллистических экспертиз. При этом в описательной части приговора суд указал, что К.Ю.А. стрелял в потерпевших из не установленного следствием предмета, вместе с тем констатировав факт, что потерпевшие скончались от огнестрельных ранений.

Не содержится в приговоре оценки доводов, выдвинутых осужденным и защитой о недопустимости в качестве доказательств показаний свидетелей, допрошенных в 1999 году со ссылкой на то, что они допрошены лицами, которые не входили в состав следственной и следственно-оперативной группы и не имели процессуального права допрашивать указанных лиц.

Делая вывод о том, что К.Ю.А. совершил убийство Мар. на почве личных неприязненных отношений и квалифицируя его действия в этой части по ст. 103 УК РФ, суд, как обоснованно указано в кассационном представлении ограничился лишь ссылкой на приговор Центрального районного суда г. Омска от 27 июня 1991 года в отношении З., однако, при установлении мотива преступления не дал оценки показаниями допрошенных по делу свидетелей Шит., Л. и П. о фактических обстоятельствах дела, которые имеют существенное значение для установления мотива преступления.

Доводы о чрезмерной мягкости назначенного К.Ю.А. наказания также должны быть обсуждены при новом рассмотрении дела по существу.

Однако, судебная коллегия считает, что доводы потерпевших о назначении К.Ю.А. пожизненного лишения свободы не основаны на законе.

Вместе с тем, в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ и с учетом положений ст.ст. 48 УК РСФСР и ст. 78 УК РФ в приговоре суда должна содержаться оценка доводов осужденного и защиты о том, что дело в отношении К.Ю.А. подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В силу изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия определила:

приговор Омского областного суда от 18 апреля 2005 года в отношении К.Ю.А. отменить и направить дело на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе судей. Меру пресечения К.Ю.А. оставить без изменения - содержание под стражей.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26 октября 2005 г. N 50-О05-32


Текст определения размещен на сайте Верховного Суда РФ в Internet (http://www.supcourt.ru)


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.