Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 апреля 2006 г. N 16-О06-13СП Оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, может быть отменен лишь при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право, в т.ч. прокурора, на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 13 апреля 2006 г. N 16-О06-13СП


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании 13 апреля 2006 года кассационное представление прокурора на приговор Волгоградского областного суда от 16 декабря 2005 года, которым

Х.Е.П., родившийся 9 февраля 1976 года в гор. Дудинке Красноярского края, судимый 18.01.00 г. по ст.ст. 158 ч. 2 п.п. "б, в, г" и 167 ч. 1 УК РФ на 5 лет лишения свободы, освобожденный по отбытии наказания 20.10.04 г.,

оправдан по ст.ст. 105 ч. 2 п. "е, к", 162 ч. 3 и 167 ч. 2 УК РФ за недоказанностью его участия в совершении преступлений, и

В.А.С., родившийся 26 января 1981 года в гор. Волгограде, судимый 25.01.00 года по ст. 158 ч. 3 п. "в" УК РФ на 5 лет лишения свободы, освобожденный по отбытии наказания 10.04.05 г.,

ГАРАНТ:

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Имеется в виду п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ


оправдан по ст. 162 ч. 3 УК РФ за недоказанностью его участия в совершении преступления.

Заслушав доклад судьи "...", выступление прокурора Т.А.В., поддержавшего кассационное представление, судебная коллегия установила:

органами следствия Х. и В. обвинялись в том, что 9 декабря 2004 года Х. рассказал В., что нашел ключ от квартиры М., когда они вместе с ней, а также Д. и П. вечером того же дня распивали спиртное в квартире последних. Тогда же Х. предложил В. с помощью ключа проникнуть в квартиру М., находящуюся в том же подъезде, где проживают Д. и П., и похитить ее имущество. В. согласился. Примерно в 23.40 того же дня, Х. и В. с помощью ключа, открыли квартиру и проникли внутрь. Обнаружив спящую в зале М., Х. и В. стали искать в мебельной стенке материальные ценности. От шума М. проснулась и, увидев их, стала кричать. Тогда Х. подошел к ней, закрыл лицо подушкой, и нанес не менее десяти ударов кулаками, обутыми в сапоги ногами, а также стеклянной салатницей по голове и различным частям тела потерпевшей, причинив ей телесные повреждения различной степени тяжести, требуя, чтобы та указала местонахождение ценностей. Тем временем, В., воспользовавшись тем, что М. не могла оказать сопротивление в завладении ее имуществом, продолжал искать материальные ценности. Однако таковых найдено ими не было. После совершения нападения, и, опасаясь, что она может сообщить в правоохранительные органы о совершенном преступлении, Х. решил убить М. с целью сокрытия следов преступления. Для этого он поджег подобранную там же тряпку, и, осознавая, что квартира находится в многоквартирном доме и от его действий могут загореться соседние квартиры, применяя общеопасный способ, бросил тряпку в кучу из предметов одежды и деревянных дверок, находившихся в зале, в результате чего возник пожар. После этого Х. и В. покинули квартиру, закрыв за собой входную дверь на замок. От острого отравления продуктами горения М. скончалась на месте происшествия.

Кроме того, Х. обвинялся в том, что в результате возникшего от его действий пожара в квартире М. были уничтожены или приведены в негодность имущество М. на общую сумму 7500 рублей.

Приговором суда, основанном на вердикте присяжных заседателей, Х. и В. оправданы за недоказанностью их участия в совершении преступлений.

В основном и дополнительном кассационном представлении прокурор в обоснование доводов о незаконности приговора, ссылается на то, что при формировании коллегии, присяжный К. скрыл судимость по приговору от 27 декабря 2001 года, которым он был осужден по ст. 158 ч. 2, п. "а, в" УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 1 год. В результате чего стороны лишились возможности заявить ему отвод. В нарушение требований ст. 344 УПК РФ присяжные вышли из совещательной комнаты ранее 3-х часов, не ответив при этом на несколько вопросов вопросного листа. А на вопрос председательствующего, старшина присяжных заявил, что присяжные не знают, как отвечать на вопросы о снисхождении подсудимым, если они признаны невиновными, т.е. еще до провозглашения вердикта довел до сведения участников процесса решение об оправдании Х. и В. После разъяснений председательствующего, присяжные еще несколько раз возвращались в совещательную комнату для ответа на все поставленные вопросы. В ходе судебного разбирательства Х., В. и их адвокат неоднократно сообщали сведения, которые запрещены к обсуждению в присутствии присяжных, заявляли о сокрытии судом от присяжных важных доказательств по делу. В прениях адвокаты ссылались на материалы дела, которые не исследовались в суде. Так, И. сослался на акт судебно-медицинской экспертизы по трупу М. в той части, где говорилось о телесных повреждениях, характерных при насильственных действиях сексуальной о характера, хотя такое обвинение не предъявлялось Х. и В.Х. в последнем слове также обратил внимание присяжных на то, что он никого "не насиловал". Адвокат Т. сообщала присяжным заседателям о якобы допущенных ошибках при проведении оперативно-розыскных мероприятий и предварительного следствия, которое пошло по "ложному следу", что в деле отсутствуют документы, где было бы сказано о проведении оперативных проверок в отношении других лиц. Она же высказала предположение о том, почему В. дал на следствии одни, а в суде другие показания. То есть, Х., В. и их защитники оказывали влияние на формирование мнения присяжных заседателей при вынесении ими вердикта. В тоже время в напутственном слове председательствующий не напомнил присяжным о всех противоречащих закону действиях и высказываниях подсудимых, адвокатов, свидетелей защиты, а обратил их внимание лишь на одно заявление В. о якобы имевшем место получении доказательств под незаконным воздействием. В напутственном слове не было обращено внимание присяжных на то, что в прениях адвокаты И. и Т. исказили показания свидетелей, результаты экспертиз. В нарушении требований закона адвокату Т. было предоставлено право еще раз выступить в прениях после перерыва, объявленного для подготовки Х. к выступлению, где защитник высказала свои предположения о следах крови на одежде В. Эти нарушения могли повлиять на вынесение вердикта присяжными, сформировав у них ошибочное мнение о невиновности Х. и В. в преступлениях. Просит приговор отменить и направить дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд, но иным составом со стадии формирования коллегии присяжных заседателей.

Х. и адвокатом И.А.И. в его защиту, а также адвокатом Т.А.Е., в защиту В. принесены возражения на кассационное представление, в которых они считают доводы прокурора неубедительными.

Проверив дело, обсудив доводы прокурора и возражения на них, судебная коллегия не наводит оснований для отмены приговора.

Как видно из материалов дела, нарушений уголовно-процессуального законодательства в процессе расследования, в стадиях предварительного слушания, назначении судебного заседания и в ходе судебного разбирательства, влекущих в соответствии со ст. 379 УПК РФ отмену приговора суда присяжных, по данному делу не допущено.

Что касается доводов прокурора о незаконном составе коллегии присяжных заседателей, поскольку кандидат в присяжные заседатели К. скрыл свою прежнюю судимость, то с ними судебная коллегия согласиться не может.

В материалах дела не имеется сведений о том, что при формировании коллегии кандидат в присяжные заседатели К. нарушил требования уголовно-процессуального закона об обязанности правдиво отвечать на задаваемые вопросы, а также скрыл какую-либо информацию о себе.

Из протокола судебного заседания следует, что при формировании коллегии присяжных заседателей председательствующим был задан вопрос о том, имеет ли кто из кандидатов неснятую или непогашенную судимость (т. 4, л.д. 6). Никто из кандидатов в присяжные заседатели не дал утвердительного ответа. Из приобщенного к материалам дела приговора следует, что 27 декабря 2001 года К.Д.Н. был осужден приговором Кировского районного суда гор. Волгограда по ст. 158 ч. 2 п.п. "а, в" УК РФ на 2 года лишения свободы условно с испытательным сроком на 1 год, и данная судимость у него погашена. В соответствии с ч. 6 ст. 86 УК РФ погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью. При этом никто из сторон, в том числе и государственный обвинитель, не задавали присяжным заседателям вопросов о наличии у них погашенной судимости.

Х. и В. оправданы за непричастностью их к совершению преступлений в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется.

Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным и непротиворечивым, понятным по вопросам, поставленным перед ней в соответствии с требованиями ст.ст. 338-339 УПК РФ. Согласно вопросному листу, вопросы в нем поставлены перед коллегией присяжных заседателей в отношении каждого подсудимого, в понятных им формулировках, с учетом требований ст. 252 УПК РФ.

Напутственное слово, с которым председательствующий обратился к присяжным заседателям, соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ, в нем не выражено в какой-либо форме мнение председательствующего судьи по вопросам, поставленным перед коллегией присяжных заседателей.

Судебная коллегия считает несостоятельными доводы прокурора о нарушении присяжными заседателями тайны совещательной комнаты.

Как следует из протокола судебного заседания (т. 4, л.д. 214) после возвращения присяжных заседателей старшина передал вердикт председательствующему, который обнаружил, что в нем нет ответа на несколько вопросов вопросного листа. Дав необходимые разъяснения, председательствующий предложил коллегии удалиться в совещательную комнату. После этого коллегия еще дважды по предложению председательствующего удалялась в совещательную комнату в связи с обнаружившимися противоречиями в ответах, данных присяжными. Такие действия председательствующего соответствуют требованиям ст. 344 УПК РФ.

Содержащееся в кассационных представлениях утверждение о том, что решение об оправдании было высказано старшиной присяжных заседателей до провозглашения вердикта, не соответствует протоколу судебного заседания, в котором дословно отражено: "Старшина: Мы не знаем, как голосовать по вопросу о снисхождении. Председательствующий: Я в напутственном слове поясняла, что вам необходимо будет решить вопрос о снисхождении, поскольку это влечет для подсудимого назначение более мягкого наказания. Старшина: А если они не виновны. Председательствующий: В противном случае он остается без ответа. Вам понятны мои разъяснения? Старшина: Да, понятны".

Из протокола судебного заседания следует, что в судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастие, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Все представленные суду доказательства были исследованы, все заявленные ходатайства рассмотрены в установленном законом порядке.

В соответствии со ст. 385 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, может быть отменен при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право, в том числе, прокурора на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них.

Вместе с тем, в кассационном представлении прокурора и дополнении к нему не приведено сколько-нибудь убедительных доводов, свидетельствующих об ограничении председательствующим прав прокурора и потерпевшего на представление доказательств, либо допущенных председательствующим нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли на содержание поставленных перед коллегией присяжных вопросов и ответов на них.

Доводы прокурора о том, что Х., В. и их защитники касались вопросов, которые могли вызвать предубеждение присяжных в отношении подсудимых, и что эти высказывания и поведение стороны защиты осталось без соответствующего реагирования со стороны председательствующего, не соответствуют данным, отраженным в протоколе судебного заседания.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Волгоградского областного суда от 16 декабря 2005 года в отношении Х.Е.П. и В.А.С. оставить без изменения, а кассационное представление прокурора - без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 апреля 2006 г. N 16-О06-13СП


Текст определения размещен на сайте Верховного Суда РФ в Internet (http://www.supcourt.ru)


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение