Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 апреля 2006 г. N 59-О05-17 Оснований для отмены или изменения приговора нет, поскольку виновность осужденных в убийстве двух лиц подтверждена совокупностью доказательств по делу, наказание назначено в соответствии с требованиями закона

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 апреля 2006 г. N 59-О05-17


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ

рассмотрела в судебном заседании от 13 апреля 2006 года кассационную жалобу осужденного К. на приговор Амурского областного суда от 9 сентября 2005 года, которым

К., родившийся 3 июля 1982 года в г. Благовещенске Амурской области, с неполным средним образованием, не работавший, ранее не судимый, -

осужден по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ к девятнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

По делу разрешены гражданские иски.

К. признан виновным и осужден за убийство двух человек - И., 1984 года рождения, и Ф., 1984 года рождения, на почве личных неприязненных отношений.

Преступление совершено им 1 мая 2005 года в г. Благовещенске Амурской области при обстоятельствах, установленных приговором.

Заслушав доклад судьи К., объяснения осужденного К., поддержавшего свою жалобу по изложенным в ней основаниям, мнение прокурора Ф., полагавшего приговор в отношении К. оставить без изменения, судебная коллегия установила:

в кассационной жалобе осужденный К. просит отменить приговор, ссылаясь на его необоснованность; на неправильную оценку доказательств; на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам и на чрезмерную строгость назначенного ему наказания. В обоснование своей жалобы К. вновь ссылается на те же доводы, что и в судебном заседании суда первой инстанции.

В возражениях:

- потерпевшая Ф. считает, что в связи с особой опасностью К. для общества ему должно быть назначено пожизненное лишение свободы;

- государственный обвинитель Х. считает доводы жалобы несостоятельными, а приговор - законным, обоснованным и справедливым.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия находит приговор в отношении К. законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.

Виновность К. в содеянном им установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Доводы осужденного, изложенные им в жалобе, аналогичны его доводам в судебном заседании, они тщательно исследованы судом в приговоре и получили правильную и мотивированную оценку.

Ссылка в жалобе осужденного К. на то, что И. и Ф. оскорбляли его, угрожали ему физической расправой и у них был умысел на его убийство, - являются несостоятельными.

Так, сам К. при его допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого 5 мая 2005 года утверждал, что на балконе его не оскорбляли, угроз ему не высказывали, никакой борьбы у них не было. Аналогичные данные К. сообщал и при проверке его показаний с выходом на место 19 мая 2005 года.

Свидетель К., мать осужденного, поясняла, что во время ссоры между К. и И. именно ее сын - К. угрожал И. сбросить его с балкона. Ф. в это время находился в комнате и в ссоре вообще не участвовал.

При таких данных указанные доводы К. не подтверждены доказательствами и противоречат имеющимся доказательствам.

Подсудимый К. пояснял, что при ссоре он сам использовал нецензурную брань.

Доводы К. о том, что И. и Ф. первыми напали на него, - также несостоятельны.

Подсудимый К. пояснял, что в комнате И. набросился на него, схватил его за шею. Он (К.) ударил И. локтем в живот и отбросил его на матрац. И. выбежал из комнаты, через 2-3 минуты вернулся с ножом, которым размахивал, угрожая его убить. Они "сцепились" и И. порезал ему ножом левую руку, после чего он (К.) выбежал из комнаты.

В ходе предварительного следствия при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого К. не давал показаний о том, что И. хватал его за шею, а он (К.) наносил ему удар локтем в живот (т. 1 л.д. 29, 40); при допросе в качестве обвиняемого и при проверке показаний на месте К. не пояснял о том, что И. выбегал из комнаты и возвращался в нее с ножом, а при проверке показаний - и что они боролись, "сцеплялись" (т. 1 л.д. 40, 110).

Из актов судебно-медицинских экспертиз следует, что:

- на трупе И. не имелось никаких телесных повреждений, в том числе - кровоподтеков, ссадин, в области его живота (от удара локтем) и в области рук (от охватывания их при борьбе);

- у К. никаких телесных повреждений в области шеи не имелось. У него имелась рана мягких тканей левого предплечья размером 2 х 0,3 см, образовавшаяся от воздействия предмета, обладающего режущими свойствами.

Как видно из амбулаторной карты К. из травмпункта г. Благовещенска, он дежурному врачу сообщал, что резаная рана левого предплечья образовалась у него при ударе левым предплечьем об острый предмет (т. 2 л.д. 6).

Из протокола осмотра места происшествия следует, что в одной из секций балконной двери отсутствовало стекло, его осколки с пятнами вещества бурого цвета находились на балконе.

Заключением судебно-биологической экспертизы подтверждается наличие на осколках стекла крови, происхождение которой возможно от К.

Подсудимый К. не отрицал, что стекло в балконной двери разбилось от его действий и кровь на стекло могла попасть из его раны.

При таких данных вывод суда о том, что рана на предплечье К. образовалась не от воздействия ножа, а при других обстоятельствах, соответствует материалам дела.

Как следует из материалов дела, в руках трупов И., Ф. ножей не было, не было их и около их тел, а также по месту их движения из квартиры и где-либо на полу в квартире.

Из показаний свидетеля К., потерпевших И. и Ф. видно, что в апреле-мае 2005 года у И. и Ф. своих ножей не было, при необходимости они пользовались ножами хозяйки квартиры (К.).

Как следует из показаний свидетелей С. и К., кроме ножа, используемого К. при происшедшем, другие ножи из квартире не пропадали. В квартире оставались три ножа, лежавшие в столе на кухне, они лежали в том же месте, где и ранее, было видно, что эти ножи никто не трогал, на них следов крови не было.

При таких данных довод К. о том, что И. с ножом напал на него, - является несостоятельным, противоречащим материалам дела.

Также несостоятельной является ссылка К. на то, что после нанесения им ударов ножом И., на него с кулаками пошел Ф., он вытянул руки вперед, чтобы оттолкнуть Ф., и тот сам наткнулся на нож в его руке.

При намерении К. оттолкнуть вытянутыми вперед руками его ладони были бы раскрыты, в связи с чем нож не мог остаться в кулаке его руки.

При допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого сам К. заявлял, что он нанес удар ножом в грудь Ф. (а не тот наткнулся на нож).

Из акта судебно-медицинской экспертизы следует, что у Ф. имелось колото-резаное ранение грудной клетки, проникающее в правую плевральную полость с повреждением межреберных мышц, пристеночной плевры третьего межреберья, сквозным повреждением средней доли правого легкого, повреждением пристеночной плевры и межреберных мышц четвертого межреберья между правыми передней и средней подмышечными линиями. Длина раневого канала - не менее 15 см, направление - слева-направо, спереди-назад под углом около 45-30 градусов и несколько сверху вниз. В момент нанесения данного ранения Ф. мог находиться в положении лежа.

Указанные характеристики ранения (слева-направо, спереди-назад под углом около 45-30 градусов и несколько сверху-вниз, длина раневого канала - не менее 15 см) не соответствуют доводам К. о том, что двигаясь на него, Ф. сам наткнулся на нож грудью.

Эксперт Н. пояснил, что данное ранение Ф. наносилось со значительной силой и при этом, наиболее вероятно, Ф. лежал.

Из протокола осмотра места происшествия и заключения судебно-биологической экспертизы следует, что в комнате на полу на матрацах имелись подушки, обильно опачканные кровью, происхождение которой не исключается от Ф.

Свидетель Я. пояснила, что прибежавший к киоску Ф. наклонился к окошку киоска и попросил телефон, сообщив, что он спал, а его убили.

Аналогичные показания дала свидетель К.

Ссылка в жалобе на то, что свидетель Л. не слышал, чтобы Ф. говорил, что он спал, не свидетельствует о недостоверности показаний свидетелей Я. и К. Свидетель Л. пояснял, что бежавший к киоску парень кричал: "Помогите, порезали". Он подбежал к окошку киоска и стал что-то говорить продавцу.

Таким образом, свидетель Л. давал показания о том, что кричал Ф. на пути к киоску, а свидетели Я. и К. давали показания о том, что говорил Ф., наклонившись к окошку киоска, - Я. При таких данных противоречий в этих показаниях нет.

Поскольку свидетель К. давала показания о состоянии и нахождении Ф. при ссоре между К. и И., а не во время убийства Ф., то ее показания также не противоречат выводу суда о том, что при нанесении удара ножом Ф. лежал на полу.

Нахождение на Ф. одежды, а также нахождение его тапочек не в комнате также не свидетельствует о том, что Ф. не лежал на полу при нанесении ему удара ножом. При этом, как видно из материалов дела, Ф. находился в состоянии опьянения.

Ссылка в жалобе на то, что К. при допросе его в качестве подозреваемого находился в шоковом состоянии, противоречит материалам дела. Как следует из материалов дела, допрос К.а производился спустя одиннадцать с половиной часов после происшедшего (с 10 часов 30 минут), ни К., ни его защитник не просили отложить допрос по состоянию К., он, как видно из протокола, давал логичные, связные показания, собственноручно делал ровную, связную, грамотную запись в протоколе. Свидетель С. пояснял в судебном заседании, что при допросе К. был в нормальном состоянии, никаких затруднений в даче показаний не испытывал, адекватно отвечал на все вопросы, на здоровье не жаловался.

Как видно из материалов дела, свидетель К., мать осужденного, оснований к оговору сына не имела, ее показания соответствуют другим доказательствам.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины К. в содеянном им и верно квалифицировал его действия по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ по указанным в приговоре признакам.

Наказание К. назначено судом в соответствии с требованиями закона, с учетом данных о его личности, влияния назначенного наказания на его исправление и всех конкретных обстоятельств дела.

Как видно из материалов дела, ссора с участием К. носила взаимный, обоюдный характер и поведение И. и Ф. не давало оснований для лишения их жизни.

Судом правильно установлено, что в связи с содеянным К. были вызваны сотрудники милиции, К. сообщила приехавшим сотрудникам милиции, что ножевые ранения двум ее квартирантам нанес ее сын - К., они вместе прибыли к подъезду дома, где находилась квартира К. Увидев, что к их дому приехали сотрудники милиции, К. с ножом стал выходить из квартиры в подъезд. К. указала сотрудникам милиции на него как на лицо, нанесшее ножевые ранения. Он бросил нож и подтвердил, что убил потерпевших он.

При таких данных обстоятельства задержания К. свидетельствуют, что для него было очевидным, что сотрудникам милиции из других источников было известно о совершении им преступления, он не являлся сам в правоохранительные органы с повинной, а лишь не препятствовал его задержанию. Данные им показания не в полной мере соответствовали фактическим обстоятельствам происшедшего, то есть повинной не являлись. Таким образом, ни явки в правоохранительные органы, ни повинной в действиях К. не имелось.

Назначение судом К. за умышленное лишение им жизни двоих человек наказания в 19 лет лишения свободы нельзя признать чрезмерно строгим, несоразмерным содеянному самим им. Ему назначено справедливое наказание и оснований к его смягчению не имеется.

Гражданские иски разрешены судом в соответствии с действующим законодательством.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом и надлежащим образом обоснованны, мотивированны.

Вызов в судебное заседание суда второй инстанции "независимого" эксперта для того, чтобы осужденный мог задать ему вопросы и допросить, действующим законодательством не предусмотрен и в компетенцию суда второй инстанции не входит.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Амурского областного суда от 9 сентября 2005 года в отношении К. оставить без изменения, а кассационную жалобу осужденного К. - без удовлетворения.


Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 апреля 2006 г. N 59-О05-17


Текст определения официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение