Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 марта 2006 г. N 72-О06-2 Оснований для отмены или изменения приговора нет, поскольку виновность осужденных в разбойном нападении, совершенном с причинением тяжкого вреда здоровью, в умышленном убийстве, совершенном группой лиц в процессе разбоя, подтверждена совокупностью доказательств

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 марта 2006 г. N 72-О06-2


Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации рассмотрела в судебном заседании от 29 марта 2006 года дело по кассационным жалобам осужденных А, Г. и М. на приговор Читинского областного суда от 20 сентября 2005 года

А. 29 августа 1962 года рождения, уроженец г. Джамбул, Казахской ССР, таджик, имеющий двух несовершеннолетних детей, работал (под фамилией Т.) грузчиком в транспортно-экспедиционном предприятии, судимый 19 марта 1999 года по ст. 158 ч. 2 п.п. "б, в, г" УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы; 3 января 2002 года по ст.ст. 30 ч. 3, 161 ч. 2 п.п. "а, б, в, д" УК РФ к 5 годам лишения свободы, был освобожден условно-досрочно на 1 год, 10 месяцев, 6 дней по постановлению от 19 мая 2004 года, судимости не погашены, -

осужден: по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ к 10 (десяти) годам лишения свободы без штрафа; по ст. 105 ч. 2 п.п. "ж, з" УК РФ к 15 (пятнадцати) годам лишения свободы; по совокупности указанных преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний к 18 (восемнадцати) годам лишения свободы без штрафа.

В соответствии со ст. 79 ч. 7 п. "в" УК РФ условно-досрочное освобождение А. отменено и на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, с частичным присоединением не отбытого наказание по предыдущему А. назначено 18 (восемнадцать) лет и 6 (шесть) месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Г. 9 марта 1981 года рождения, уроженец с. Нарасун Акшинского района Читинской области, бурят, холостой, не работал, не судимый, -

осужден: по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ к 8 (восьми) годам лишения свободы без штрафа; по ст. 105 ч. 2 п.п. "ж, з" УК РФ к 14 (четырнадцати) годам лишения свободы; по совокупности указанных преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, путем частичного сложения наказаний к 16 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

М. 12 июня 1978 года рождения, уроженец с. Курулга Акшинского района Читинской области, русский, женат, имеет малолетнего ребенка, работал грузчиком в транспортно-экспедиционном предприятии не судимый,

осужден: с применением ст. 62 УК РФ по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ к 8 (восьми) годам лишения свободы без штрафа; по ст. 105 ч. 2 п.п. "ж, з" УК РФ к 14 (четырнадцати) годам лишения свободы, по совокупности указанных преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ путем частичного сложения наказаний к 16 (шестнадцати) годам лишения свободы в исправительной колонии строго режима.

Приговором постановлено взыскать солидарно с А., М. и Г. в пользу потерпевшей Л. в счет возмещения материального вреда - 58839 рублей и с каждого из ник в счет компенсации морального вреда по 300000 рублей.

А., Г. и М. осуждены за разбойное нападение на Л., совершенное с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего и за умышленное убийство Л., совершенное группой лиц в процессе разбоя.

Преступления совершены 4 февраля 2005 года около 16 часов на территории Центрального района г. Читы при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании М. и Г. признали себя виновными частично, А. не признал своей вины.

Заслушав доклад судьи Верховного суда РФ Л., объяснения осужденных А. и Г. по доводам своих кассационных жалоб, возражения прокурора М. на доводы кассационных жалоб осужденных, полагавшей, что приговор подлежит оставлению без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения, судебная коллегия установила:

в кассационных жалобах основных и дополнительных:

осужденный А., отрицая свою причастность к совершению разбойного нападения и убийству, просит об отмене приговора с направлением дела на новое судебное рассмотрение. По его мнению, дело рассмотрено с нарушением закона и его конституционных прав. Он считает, что суд необоснованно принял за основу обвинительного приговора в отношении него, показания К., данные ею в период предварительного расследования. А., утверждая, что К. оговорила его, ссылается на то, что суд исследовал ее показания, несмотря на то, что все осужденные и защитники возражали против проверки показанийК. в судебном заседании, однако суд игнорировал этообстоятельство, что свидетельствует о нарушении их права на защиту. В жалобе выражается несогласие и с показаниями свидетеля Ц., обращается внимание на наличие противоречий в показаниях других свидетелей. А. утверждает, что поводом к совершению преступления в отношении потерпевшего явилось его неправильное провоцирующее поведение. А. считает, что его показания в протоколе судебного заседания приведены в сокращенном виде, поэтому получили неправильную оценку в приговоре. В жалобах высказывается мнение, что суд дал неправильную юридическую оценку, совершенному преступлению, поскольку, согласно выводам судебно-медицинской экспертизы, потерпевший не был убит, а был причинен тяжкий вред его здоровью. А. считает, что в деле не содержится доказательств его вины, наличие на исследованных джинсах следов крови, не может являться доказательством его вины, поскольку экспертами не было установлено, кому принадлежит эта кровь. Кроме того, А. полагает, что по делу не был исследован с надлежащей полнотой вопрос о его психической полноценности. Выводы судебно-психиатрической экспертизы, по его мнению, являются не полными и не объективными. Необоснованным А. считает приговор и в части назначенного ему наказания, поскольку не были исследованы и в полной мере учтены данные, характеризующие его личность. О необъективности суда в этой части свидетельствует то, что суд указал в приговоре наличие у него судимости в 1999 года, по которой он был амнистирован в 2000 году.

Г. просит об отмене приговора, он считает, что приговор вынесен с нарушением закона при отсутствии доказательств его вины. По его мнению, протокол судебного заседания не верно отражает ход судебного следствия, в протоколе неправильно отражены вопросы, задаваемые ему и ответы на них. Г. утверждает, что судом не правильно установлены фактические обстоятельства преступления. Ссылается на то, что предварительное расследование по делу проведено не полно и не объективно, поэтому суд не должен был признавать доказательствами его вины материалы предварительного следствия, в частности, показания К., оговорившей его и М. В жалобе Г. содержится ссылка на данные, отрицательно характеризующие потерпевшего, как человека неадекватного и конфликтного и утверждается, что потерпевший сам спровоцировал конфликт в квартире Ц., затем учинил драку с А. на улице. Поверхностно, по мнению Г., был исследован вопрос о его психической полноценности, поэтому выводы судебно-психиатрической экспертизы он считает неправильными и полагает, необходимым проведение по делу дополнительной стационарной судебно-психиатрической экспертизы. Г. считает, что юридическая оценка совершенному преступлению судом дана неправильная, без учета обстоятельств дела, установленных в судебном заседании и показаний осужденных данных ими в суде.

М. просит об отмене приговора с направлением дела на новое судебное рассмотрение, полагая, что он осужден неправильно.

В возражениях на кассационные жалобы:

потерпевшая Л. - мать убитого потерпевшего просит об оставлении приговора, полагая, что суд правильно установил фактические обстоятельства преступления и правильно квалифицировал преступные действия осужденных.

Государственный обвинитель А. считает приговор законным и обоснованным, как в части доказанности вины осужденных и квалификации их преступных действий, так и в части назначенного осужденным наказания.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия не усматривает оснований к их удовлетворению.

Вина осужденных подтверждена собранными по делу и, исследованными в судебном заседании доказательствами, получившими правильную оценку в приговоре.

Из показаний осужденного М., данных им в судебном заседании видно, что 4 февраля 2005 г. он, А., Г., К., в отношении которой уголовное дело выделено в отдельное производство, находились в квартире, куда пришел Л. В процессе распития спиртного между ним и Л. возникла ссора и драка. Они нанесли друг другу обоюдные удары, но Ц. их разнял. Через некоторое время он, А., М., Г. и К. ушли из квартиры. На улице их догнал Л. и подрался А. Он, М., поняв, что Л. перепутал его с А., тоже стал драться с Л. Г. Потом он предложил Л. спуститься в карьер. Он, Г. и Л. спустились в карьер. Он сбил с ног Л. и вместе с Г. стал избивать Л., нанося ему удары руками и ногами по лицу. Потерпевший лежал на земле, он проверил его пульс, понял, что потерпевший жив, но Г. сказал, что Л. умер. После это они ушли с места происшествия. Однако он вскоре вернулся в карьер, для того, что бы добить потерпевшего. Он снял с Л. брючный ремень и задушил его. После того как он убил потерпевшего, он забрал валявшуюся рядом с ним шапку, ушел. М. не оспаривал того, что он сказал К. и А. о том, что они убили человека, хотя он совершил убийство один. М. утверждал, что в период расследования дела он оговорил А. и Г. Причину совершения убийство потерпевшего он объяснить не смог.

Осужденный Г. в суде дал показания аналогичные вышеприведенным показаниям М., Г. признал, что он вместе с М. избивал Л., в том числе и в карьере, что били потерпевшего ногами по голове и другим частям тела. Г. показал, что потом М. сказал ему, что Л. мертв, и они ушли из карьера. Он видел у М. шапку, принадлежащую потерпевшему. М. ему сказал, что шапка валялась, а им пригодится. Шапку они продали таксисту, деньги истратили на приобретение спиртного и продуктов. О том, что М. возвращался в карьер, он не знал. Г. утверждал, что на предварительном следствии он оговорил А. и себя. По его мнению, от его ударов ногами по голове смерть потерпевшего не могла наступить, в хищении шапки вину признает, т.к. считает, что продали ее все вместе и деньги пропили тоже все вместе.

Осужденный А., отрицая свою причастность к преступлению, в судебном заседании показал, что 4 февраля 2005 года он распивал спиртные напитки совместно с М., Г. и потерпевшим Л., которого он знал плохо. Он, шутя, брал шапку, принадлежащую Л. Эту шапку у него забрал Ц. После этого он еще употребил спиртные напитки и событий этого дня не помнит. Утром он увидел, что его джинсы выстираны. Об убийстве Л., о том, что он участвовал в этом преступлении, он узнал от К. Она ему подробно рассказала обстоятельства убийства, и показала, где он находился, и он что делал. К. отвела его к карьеру, там он увидел лежащего мужчина, но близко к нему не подходил. В период предварительного расследования о своей роли в преступлении он давал показания со слов К.

Анализируя в приговоре все исследованные в стадии судебного разбирательства доказательства, в том числе и показания самих осужденных, суд обоснованно признал достоверными и принял за основу обвинительного приговора, показания М., Г. и А., данные ими в период расследования дела, когда они подробно рассказывали об обстоятельствах содеянного ими, и уличали друг друга в преступлении, раскрывая роль и степень участия каждого их них в этом преступлении.

Из дела видно, что в период расследования дела осужденные давали показания неоднократно, в том числе во время выхода на место происшествия и с участием защитников.

А., Г., С. показывали, что 4 февраля 2005 года, в квартиру, в которой они распивали спиртное, пришел ранее им не знакомый Л. Увидев в спальне дубленку и шапку, он в шутку предложил их продать. Л. сказал, что это его вещи. Ц. забрал у него дубленку и шапку и оставил их в прихожей. От Ц. они ушли около 15 часов, уходя, он взял из прихожей норковую шапку, принадлежащую Л. О том, что он украл шапку, М. и Г. узнали на улице. Он предложил им продать шапку, и они согласились с этим предложением. Однако их догнал Л. и потребовал вернуть ему шапку, пытаясь выхватить ее из его рук. Он предложил ему продать шапку за 300 рублей и деньги поделить пополам. Л. от этого предложения отказался и ударил его, он нанес ответный удар, пытался удержать в своих руках шапку, он нанес Л. удар в лицо. В это время к ним подошли М. и Г., которые тоже стали избивать Л. Л. удалось вырвать шапку, он стал убегать, но споткнулся и упал, шапка вылетела из рук. Лежащего Л. они все трое стали избивать руками и ногами по лицу и другим частям тела. Когда Л. оказался на краю оврага, он поднял шапку и увидел, что М. столкнул Л. в овраг. Шапку Л. он спрятал под свою куртку, и они все спустились в овраг. Л. пытался подняться, лицо его было все в крови. Они втроем вновь стали избивать потерпевшего ногами и руками. Избивали потерпевшего до тех пор, пока он уже не смог ни ставать, ни говорить. Потом он увидел, как Г. поднял смерзшийся комок земли и бросил его на лицо Л.

После, нанесенного потерпевшему удара камнем, он услышал, как у потерпевшего что-то хрустнуло. Затем М. снял с Л. брючный ремень, который затянул на шее Л. После этого они ушли с места происшествия. По дороге М. сказал что в случае необходимости он труп "возьмет на себя".

Аналогичного содержания давали показания на стадии следствия осужденные М. и Г.

М. и Г. давали несколько иные показания в части обстоятельств, связанных с причинением смерти потерпевшему. М. показывал, что Г. предложил убить потерпевшего. Об обстоятельствах убийства потерпевшего М. показывал, что после совместного избиения потерпевшего он снял с него ремень и затянул его на шее потерпевшего, а Г. в это время нанес потерпевшему удар по голове смерзшимся комком земли. После этого он еще вместе с А. продолжил избиение ногами. Потом Г. душил Л. ремнем, а он дважды нанес потерпевшему по голове удары смерзшимся комком земли.

Г. признавал то, что они избивали потерпевшего, преследуя цель завладения, принадлежащей потерпевшему шапкой. Он показывал, что, перед совершением убийства потерпевшего, он вместе с М., перетащили потерпевшего и скинули его в овраг с высоты около полутора метров. Сталкивали в овраг потерпевшего втроем, головой вниз. В овраге они втроем вновь стали избивать Л., пытаясь попасть по лицу и голове. Он видел, как М. накинул ремень на шею потерпевшего, а А. поднял голову протерпевшего, помогая М. просунуть ремень под шею потерпевшего. Когда потерпевшего душили, А. пинал его в область груди, а он дважды нанес потерпевшему удары по голове смерзшимся куском земли, для того чтобы добить его. Когда уходили с места происшествия, шапку Л. нес А. В последствии М. в присутствии К. сказал, что если они "попадутся", он все возьмет на себя. Г. также показывал, что добить потерпевшего предлагал А. для того, что бы тот не "сдал" их.

Проверив все показания осужденных, выяснив причины противоречий в их показаниях, оценив их показания в совокупности с другими доказательствами по делу, суд, признал достоверными те их показания, которые нашли свое объективное подтверждение в других материалах дела. Признанные судом достоверными показания осужденных свидетельствуют о том, что каждый их них являлся активным участником и разбойного нападения на Л. и умышленное убийство его в процессе разбоя.

Суд правильно указал в приговоре о том, что доводы подсудимых, приведенные ими в свою защиту в судебном заседании, опровергаются и показаниями К., которая находилась на месте происшествия в день совершения преступления и явилась очевидцем всех преступных действий осужденных.

Из показаний К., проверенных в стадии судебного следствия усматривается, что сначала А. пытался похитить дубленку и шапку, принадлежащие Л., но Ц. догнал А. в подъезде и вещи вернул хозяину. Через некоторое время они все ушли из квартиры Ц., А. вышел раньше, в руках у него была шапка, принадлежащая потерпевшему, и А. предложил продать эту шапку. Вскоре Л. догнал их и стал отбирать шапку у А. Удерживая похищенное, А. избивал Л. ногами. Потом А. позвал на помощь М. и Г. и они втроем стали бить Л., Л. выхватил шапку пытался убежать, но поскользнулся и упал. Потерпевшего догнали, сначала Г. начал пинать его по лицу, затем его стали избивать подбежавшие к ним М. и А. Она подошла к потерпевшему и увидела, сильно разбитое лицо потерпевшего. А. отобрал у потерпевшего шапку и передал ее К., сказал: "Держи". Потом А. предложил скинуть Л. в яму. Когда тащили Л. к яме он был еще жив, хрипел. А. и Г. скинули потерпевшего в карьер вниз головой, затем они все спустились в карьер, А. крикнул, чтобы она не "светилась" и тоже спускалась вниз. Она видела, как М., А. и Г. пинали потерпевшего ногами по голове и другим частям тела. Потом Г. бросил смерзшийся кусок земли лицо потерпевшего, а А. ногой топтался по лицу потерпевшего, М. и  Г. тоже пинали его по лицу. У потерпевшего шла кровь из носа, рта и ушей, он хрипел. А., сказал, что если они не убьют потерпевшего, то их посадят. После этого Г. наступил на горло Л. ногой, А. стал душил потерпевшего руками, М., в это время, пинал Л., Г. кинул на лицо потерпевшему еще кусок земли. Потом М. оттолкнул А. и сказал, что задушит потерпевшего. Она заплакала и отвернулась. Когда она повернулась к потерпевшему, то увидела, что Г. душит его ремнем, а А. его пинает. Она видела, как потерпевшего душили ремнем М. Когда хрипы прекратились, все стояли возле потерпевшего и смотрели, чтобы убедиться, что он уже мертв. В яме они пробыли в общей сложности около 30 минут. Потом она постирала одежду М., А. и Г. постирала, т.к. на ней была кровь, на обуви осужденных тоже была кровь. О том, что осужденные убили человека, М. рассказал Ф. Шапку осужденные продали за 500 рублей. Со слов А. ей известно, о том, что он возвращался в овраг и пытался снять с убитого потерпевшего дубленку, но не смог.

Подвергать сомнению достоверность показаний К. у суда не имелось оснований. Утверждение о том, что К. давала ложные показания судом обоснованно признано не состоятельным, с приведением в приговоре полного обоснования своих выводов в этой части. Судебная коллегия находит выводы суда правильными, основанными на материалах судебного следствия.

В подтверждение вины осужденных суд обоснованно сослался в приговоре: на показания свидетелей Ф., К., В., Ц., Ш.; на протокол осмотра места происшествия; на выводы судебно-медицинской экспертизы о характере и локализации телесных повреждений у потерпевшего и о причине его смерти; на выводы судебно-биологической экспертизы, выявившей на одежде А. следы крови; на протоколы выемки и осмотра вещественных доказательств.

В приговоре мотивированы выводы суда и в части доказанности вины осужденных, и в части квалификации их преступных действий.

В кассационных жалобах осужденных содержатся объяснения аналогичные тем, которые они приводили в судебном заседании в свою защиту. Материалы судебного следствия свидетельствуют о том, что указанные показания осужденных тщательно проверялись судом и подробно проанализированы в приговоре. Судебная коллегия не может не согласиться с выводами суда о том, что приводимые осужденными доводы в свою защиту полностью опровергаются собранными по делу доказательствами.

Не может судебная коллегия согласиться и с доводами кассационных жалоб Г. и А. о том, что ненадлежащим образом исследован вопрос о психической полноценности осужденных. Из дела видно, что в отношении каждого осужденного была проведена судебно-психиатрическая экспертиза. В состав экспертных комиссий вошли специалисты врачи психиатры. Выводы экспертов полно мотивированы в актах судебно-медицинских экспертиз. Сомневаться в объективности и компетентности врачей психиатров, вошедших в состав экспертных комиссий, у суда не имелось оснований.

Соглашаясь с выводами суда о доказанности вины осужденных, признавая правильной юридическую оценку совершенного осужденными преступления, судебная коллегия считает, что назначенное А., М. и Г. наказание соответствует тяжести совершенного ими преступления и данным характеризующим их личность. При решении вопроса о назначении наказания осужденным, суд учел обстоятельства, смягчающие наказание, в том числе и те, на которые содержатся ссылки в жалобах. Поэтому оснований к изменению приговора в этой части судебная коллегия также не усматривает.

При проверке материалов дела судебной коллегией не было установлено нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговоре, на что содержатся ссылки в кассационных жалобах.


На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Читинского областного суда от 20 сентября 2005 года в отношении А., Г., М. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

Исключить из вводной части приговора указание о судимости А.  по приговору от 19 марта 1999 года.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 марта 2006 г. N 72-О06-2


Текст определения официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение