Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 7 июня 2006 г. N 73-О05-50СП Суд отменил приговор за бандитизм, разбой и мошенничество и направил дело на новое рассмотрение в связи с многочисленными нарушениями уголовно-процессуального закона, допущенными при судебном разбирательстве

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 7 июня 2006 г. N 73-О05-50СП


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 7 июня 2006 года кассационные представление государственного обвинителя М. и жалобы осужденных Г., Г., А., М. и Г. на приговор Верховного суда Республики Бурятия от 30 мая 2005 года, которым:

Г., 5 февраля 1977 года рождения, уроженец п. Селендума Селенгинского района Республики Бурятия, несудимый,

осужден по ст. 209 ч. 1 УК РФ к 10 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 4 УК РФ - к 5 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 4 УК РФ - к 5 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 4 УК РФ - к 5 годам лишения свободы, по ст. 325 ч. 2 УК РФ - к 1 году исправительных работ с удержанием в доход государства 10% заработка, по ст. 325 ч. 2 УК РФ - к 1 году исправительных работ с удержанием в доход государства 10% заработка, по ст. 325 ч. 2 УК РФ - к 1 году исправительных работ с удержанием в доход государства 10% заработка.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 11 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Он же оправдан в части нападения на Н., Ж., Ш. (без указания уголовного закона), по ст.ст. 325 ч. 2 и 226 ч. 4 п.п. "а, б" УК РФ (в части хищения паспортов, военного билета, ружья и патронов у Н. и Я.) на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей;

А., 27 ноября 1979 года рождения, уроженец г. Улан-Удэ, несудимый,

осужден по ст. 209 ч. 2 УК РФ к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 4 УК РФ - к 5 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 4 УК РФ - к 5 годам лишения свободы, по ст. 325 ч. 2 УК РФ - к 1 году исправительных работ с удержанием в доход государства 10% заработка, по ст. 325 ч. 2 УК РФ - к 1 году исправительных работ с удержанием в доход государства 10% заработка.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 9 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Он же оправдан в части нападения на М., Н., Ж., Ш., хищения путем обмана денег у М., А. по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ (по тексту приговора), по ст.ст. 325 ч. 2 и 226 ч. 4 п.п. "а, б" УК РФ (в части хищения паспортов, военного билета, ружья и патронов у Н. и Я.) на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей;

Г., 26 сентября 1982 года рождения, уроженец п. Селендума Селенгинского района Республики Бурятия, несудимый,

осужден по ст. 209 ч. 2 УК РФ к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 4 УК РФ - к 5 годам лишения свободы, по ст. 325 ч. 2 УК РФ - к 1 году исправительных работ с удержанием в доход государства 10% заработка, по ст. 325 ч. 2 УК РФ - к 1 году исправительных работ с удержанием в доход государства 10% заработка, по ст. 325 ч. 2 УК РФ - к 1 году исправительных работ с удержанием в доход государства 10% заработка.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 9 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Он же оправдан в части нападения на Н., Ж., хищения путем обмана денег у М., А. по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ (по тексту приговора), по ст.ст. 325 ч. 2 и 226 ч. 4 п. "а" УК РФ (в части хищения паспортов, военного билета, ружья и патронов у Н. и Я.) на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей;

Г., 6 мая 1983 года рождения, уроженец с. Герга Каякентского района Дагестанской АССР, несудимый,

осужден по ст. 209 ч. 2 УК РФ к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 4 УК РФ - к 5 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 4 УК РФ - к 5 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 4 УК РФ - к 5 годам лишения свободы, по ст. 325 ч. 2 УК РФ - к 1 году исправительных работ с удержанием в доход государства 10% заработка, по ст. 325 ч. 2 УК РФ - к 1 году исправительных работ с удержанием в доход государства 10% заработка.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 9 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Он же оправдан в части нападения на Н., Ж., Ш., по ст.ст. 325 ч. 2 и 226 ч. 4 п. п. "а, б" УК РФ (в части хищения паспортов, военного билета, ружья и патронов у Н. и Я.) на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей;

К., 19 февраля 1982 года рождения, уроженец г. Махачкалы, несудимый,

осужден по ст. 209 ч. 2 УК РФ к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 4 УК РФ - к 5 годам лишения свободы.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 8 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Он же оправдан в части нападения на Б., М., Н. и Ж., Ш., хищения путем обмана денег у М., А. по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ (по тексту приговора), по ст.ст. 325 ч. 2 и 226 ч. 4 п.п. "а, б" УК РФ (в части хищения паспортов, военного билета, ружья и патронов у Н. и Я.) на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей;

М., 14 апреля 1983 года рождения, уроженец п. Селендума Селенгинского района Республики Бурятия, несудимый,

осужден по ст. 209 ч. 2 УК РФ к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 8 годам лишения свободы, по ст. 159 ч. 4 УК РФ - к 5 годам лишения свободы, по ст. 325 ч. 2 УК РФ - к 1 году исправительных работ с удержанием в доход государства 10% заработка.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 9 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Он же оправдан в части нападения на Ш., в части хищения путем обмана денег у А. по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ (по тексту приговора), на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей;

С., 20 июля 1984 года рождения, уроженец г. Гусиноозерска Республики Бурятия, 24 сентября 2002 года судимый Гусиноозерским городским судом по ст.ст. 111 ч. 3 п. "а" и 112 ч. 2 п. "г" УК РФ к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 4 года,

осужден по ст. 162 ч. 3 УК РФ к 7 годам лишения свободы, по ст. 325 ч. 2 УК РФ - к 1 году исправительных работ с удержанием в доход государства 10% заработка.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено 7 лет 2 месяца лишения свободы.

На основании ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединено неотбытое наказание по приговору Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от 24 сентября 2002 года и окончательно по совокупности приговоров назначено 8 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Он же оправдан по ст.ст. 209 ч. 2 и 158 ч. 2 п. "б" УК РФ на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей.

По делу разрешены гражданские иски.

Заслушав доклад судьи Б., объяснения осужденных Г., А., Г., М. и адвоката О., поддержавших кассационные жалобы, выступление прокурора М., полагавшего отменить приговор с направлением дела на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания, судебная коллегия установила:

согласно приговору, основанному на вердикте коллегии присяжных заседателей, Г. осужден за то, что в марте 2003 года он создал банду и руководил ею, а Г., А., начиная с марта 2003 года, Г., К. и М., начиная с апреля 2003 года, - за участие в банде. Они также осуждены за то, что:

- 30 марта 2003 года Г., А. и Г. в составе банды совершили разбойное нападение на Я. и В., в ходе которого завладели чужим имуществом, паспортом и другими важными личными документами граждан;

- 4 апреля 2003 года они же совершили разбойное нападение на Ш. и Л., в ходе которого похитили чужое имущество;

- 19 июня 2003 года Г., А., Г., Г. в составе банды и С. (он не был участником банды) совершили разбойное нападение на потерпевшего Б.;

- 29 июня 2003 года Г., Г., Г. и М. в составе банды совершили разбойное нападение на потерпевшего М.;

- 15 июля 2003 года Г., А., Г., Г., К. и М. в составе банды совершили разбойное нападение на К. и Т.;

- 21 июня 2003 года Г. и Г. в составе банды путем обмана похитили деньги у М. и А.;

- 15 июля 2003 года Г., А. Г., Г., К. и М. в составе банды обманным путем похитили имущество, принадлежащее Б.

Преступления совершены при указанных в приговоре обстоятельствах.

Исходя из вердикта коллегии присяжных заседателей, как на это указано в приговоре, суд оправдал К. по эпизоду разбойного нападения на Б., совершенного в ночь на 20 июня 2003 года, К. и А. - по эпизоду разбойного нападения на М., совершенного в ночь на 30 июня 2003 года, К., А. и Г. - по эпизоду хищения путем обмана денег у М., А., Г., К. и М. - по эпизоду хищения путем обмана денег у А., Г., А., Г., Г. и К. - по эпизоду разбойного нападения на Н. и Ж., совершенного в ночь на 19 апреля 2003 года, Г., А., Г., К. и М. - по эпизоду разбойного нападения на Ш., совершенного 6 июля 2003 года, С. - по эпизодам участия в банде и кражи имущества из ОАО "Гусиноозерское ПРП", совершенной в ночь на 28 июня 2003 года.

Оправдывая указанных выше лиц, в описательно-мотивировочной части приговора суд указал на то, что коллегия присяжных заседателей признала их невиновными по данным эпизодам обвинения.

В кассационном представлении государственный обвинитель М. просит отменить приговор и направить дело на новое судебное разбирательство.

По мнению государственного обвинителя, приговор подлежит отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, несправедливостью приговора вследствие чрезмерной мягкости, а также ввиду неправильного разрешения гражданских исков (при этом не раскрыты доводы, подтверждающие основания отмены приговора).

В дополнительном кассационном представлении в обоснование своей прежней просьбы государственный обвинитель сослался на то, что:

- в нарушение положений ст.ст. 334 и 335 УПК РФ в ходе судебного разбирательства в присутствии присяжных заседателей во время допроса потерпевших и свидетелей выяснялись обстоятельства, ставящие под сомнение показания допрашиваемых лиц и законность производства с ними следственных действий.

При допросе потерпевшего Б. стороной защиты выяснялись обстоятельства производства осмотра места происшествия, его допроса сотрудниками милиции в качестве потерпевшего, обращения его с заявлением о преступлении в органы милиции, проведения опознания автомобиля, задержания подсудимых (т. 12 л.д.л.д. 40-48), у потерпевшего А. - его взаимоотношения с лицами, производившими оперативные мероприятия, и их характер (т. 12 л.д. 63).

При допросе потерпевшего К. выяснялся порядок и обстоятельства проведения опознания компьютера (т. 12 л.д.л.д. 94, 95), у потерпевшего Я. - сотового телефона и ружья (т. 12 л.д.л.д. 149, 151).

Аналогичные нарушения закона были допущены при допросах потерпевших Г., Б., свидетеля К. (т. 12 л.д. 74-79, 101, 102, 110).

Несмотря на возражения со стороны обвинения, председательствующий не только не пресекал подобные нарушения закона, а напротив, позволял защите и в дальнейшем систематически допускать нарушения закона, что оказало влияние на формирование мнения присяжных заседателей, и это, в свою очередь, повлекло оправдание подсудимых по ряду совершенных преступлений;

- в резолютивной части приговора суд незаконно, оправдав А. по двум фактам совершения хищения имущества путем обмана на основании вердикта присяжных заседателей, по одному из них в последующем признал его виновным и назначил за это преступление наказание.

Подобное нарушение уголовного закона допущено и при разрешении искового заявления потерпевшего М. На осужденного К., оправданного по эпизоду совершения разбойного нападения на Мицыка, приговором незаконного постановлено взыскать солидарно с виновными лицами материальный ущерб, причиненный преступлением.

В кассационной жалобе осужденный А, выразил свое несогласие с приговором (не излагая при этом доводы).

В дополнительной кассационной жалобе он просит об отмене приговора с направлением дела на новое судебное разбирательство, ссылаясь при этом на то, что:

- уголовное дело сфальсифицировано;

- в ходе судебного разбирательства были допущены нарушения уголовно-процессуального закона и Конституции РФ;

- в ходе предварительного следствия он дал показания в результате недозволенных методов ведения следствия;

- при выполнении ст. 217 УПК РФ не все были представлены вещественные доказательства;

- понятой К. в суде дал ложные показания;

следователь сфальсифицировал протоколы следственных действий;

большинство свидетелей со стороны обвинения заинтересованные лица, так как они сотрудники правоохранительных органов;

- часть потерпевших не была допрошена в суде;

- государственный обвинитель искажал материалы дела, а

председательствующий был заинтересованным в исходе дела лицом, что повлекло нарушение последним принципа состязательности, в силу чего ему заявлялись отводы;

- вопреки вердикту присяжных заседателей (присяжные заседатели оправдали его по одному эпизоду завладения чужим имуществом путем обмана) его незаконно дважды осудили по ст. 159 ч. 4 УК РФ.

В кассационной жалобе осужденный Г., считая приговор незаконным и необоснованным, просит отменить приговор и направить дело на новое судебное разбирательство.

В обоснование своей просьбы он сослался на то, что:

- выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела;

- не были учтены многие обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела;

- председательствующий не был объективным при рассмотрении дела;

- протокол осмотра предметов составлен с нарушением ст.ст. 166, 167 и 180 УПК РФ;

- суд не разрешил надлежащим образом вопросы о допустимости протокола осмотра места происшествия с участием потерпевшего Б., протоколов обыска и выемки у Г. и Г., Д., протокола осмотра места происшествия (т. 2 л.д.л.д. 172-174), протокола осмотра предметов (т. 2 л.д.л.д. 183-186), протокола осмотра места происшествия (т. 2 л.д.л.д. 175-177), протоколов осмотра предметов (т. 1 л.д.л.д. 203-264, 265-266, 276-277, 282-283 и 293-294).

В дополнительных кассационных жалобах осужденный, ссылаясь на положения ч. 4 ст. 377 УПК РФ, просит исследовать в кассационной инстанции показания потерпевшего Б., указывает на недоказанность вины по ст. 325 ч. 2 УК РФ по эпизоду нападения на потерпевшего М., высказывает недоверие присяжному заседателю С. Он полагает, что его необоснованно признали виновным по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ по эпизоду нападения на потерпевших Я. и В., а также по эпизоду нападения на Ш. и Л.

В кассационной жалобе осужденный Г. указал, что приговор является незаконным и необоснованным (при этом он не приводит доводов в обоснование своего заявления).

В кассационной жалобе осужденный М. указал на свое несогласие с приговором.

В дополнительной кассационной жалобе М. просит отменить приговор и направить дело на новое судебное разбирательство.

По его мнению, приговор является незаконным, необоснованным и несправедливым, так как:

- председательствующий был необъективным и предвзятым;

- явку с повинной он дал в результате незаконных методов ведения следствия;

- недостаточно полно был исследован эпизод обвинения, связанный с нападением на потерпевшего Б.;

в присутствии присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства;

- некоторые документы по эпизоду обвинения, связанному с нападением на потерпевшего М., были сфальсифицированы в ходе предварительного следствия;

- в ходе судебного разбирательства нарушались нормы уголовно-процессуального закона.

В кассационной жалобе осужденный Г. просит отменить приговор и направить дело на новое судебное разбирательство, ссылаясь при этом на то, что в ходе судебного разбирательства было нарушено его право на защиту.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационных представления и жалоб, судебная коллегия считает необходимым отменить приговор в полном объеме и направить дело на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания по следующим основаниям.

Обвинительный приговор подлежит отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона.

Согласно положениям ч. 4 ст. 47 УПК РФ подсудимый вправе пользоваться помощью защитника.

В ч. 1 ст. 50 УПК РФ указано, что подсудимый может пригласить защитника.

Об этом говорится и в ст. 248 УПК РФ.

При неявке защитника и невозможности его замены суд обязан отложить судебное разбирательство.

Если производится замена защитника, то при этом необходимо соблюдать положения ч. 3 ст. 50 УПК РФ.

В ходе судебного разбирательства было нарушено право на защиту подсудимого Г. В судебном заседании его защиту осуществлял адвокат С.

2 февраля 2005 года адвокат не явился в суд ввиду болезни, как это следует из протокола судебного разбирательства (т. 12 л.д.л.д. 146 и 147).

В деле есть ксерокопия больничного листа (т. 10 л.д. 235), из которого видно, что адвокат С. находился на больничном со 2 по 11 февраля 2005 года, и он должен был приступить к работе 11 февраля 2005 года.

В связи со сложившимися обстоятельствами суд принял решение о том, что защиту Г. будет осуществлять адвокат по назначению О., который присутствовал в заседании в этот день.

До 2 февраля 2005 года суд не обсуждал вопрос о замене защитника, Г. хотел, чтобы его защиту продолжал осуществлять адвокат С. либо суд предоставил ему время на заключение соглашения с другим адвокатом, на чем настаивал подсудимый.

Он категорически возражал против того, чтобы его защиту осуществлял адвокат О.

Несмотря на это, судебное разбирательство было продолжено с участием адвоката О. При этом суд допустил грубое нарушение закона, а это, в свою очередь, повлекло нарушение конституционного права подсудимого Г. на защиту. При сложившихся обстоятельствах суд обязан был отложить судебное разбирательство до выздоровления адвоката С. - до 11 февраля 2005 года - либо предоставить С. время, указанное в ч. 3 ст. 50 УПК РФ, для заключения соглашения с другим адвокатом. Следует отметить, что адвокат О. осуществлял защиту Г. ненадлежащим образом. В судебном заседании Г. отказался давать показания.

Государственный обвинитель заявил ходатайство об исследовании в суде показаний Г., данных в ходе предварительного следствия, против чего возражал подсудимый, сославшись при этом на то, что показания он дал в результате незаконных методов ведения следствия (т. 13 л.д. 3).

Несмотря на это, адвокат О. не возражал против исследования прежних показаний Г., что свидетельствует о наличии разногласий в их позициях по способам защиты.

Кроме того, следует отметить, что наряду с адвокатом К. защиту Г. осуществлял защитник Р., который неоднократно не являлся в суд, и судебное разбирательство необоснованно продолжалось в отсутствие данного защитника. Обвинение Г. взаимосвязано с обвинением остальных осужденных, а поэтому обвинительный приговор в отношении всех осужденных подлежит отмене.

В ходе судебного разбирательства были допущены и другие нарушения уголовно-процессуального закона.

Нарушая принцип состязательности сторон в процессе, вопреки положений ст.ст. 277 и 278 УПК РФ, председательствующий при допросе потерпевших А. и А. прерывал сторону защиты, нарушая тем самым процедуру допроса.

Оправдательный приговор подлежит отмене по следующим основаниям.

Согласно положениям ч. 2 ст. 385 УПК РФ "Оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора... лишь при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые... повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них".

В ходе судебного разбирательства были допущены такие нарушения уголовно-процессуального закона.

В ч. 1 ст. 334 УПК РФ указано на то, что присяжные заседатели разрешают только те вопросы, которые предусмотрены пунктами 1, 2 и 4 части первой статьи 299 УПК РФ.

Таким образом, присяжные заседатели разрешают только вопрос о доказанности либо недоказанности виновности подсудимых в совершении вмененных им в вину действий.

Поэтому в присутствии присяжных заседателей, как это указано в ч. 7 ст. 335 УПК РФ, исследуются только фактические обстоятельства дела.

Остальные вопросы рассматривает председательствующий единолично в отсутствие присяжных заседателей.

Эти требования закона судом не соблюдены.

В ходе судебного разбирательства в присутствии присяжных заседателей при допросе потерпевшего Б. исследовались обстоятельства, которые не находятся на разрешении в компетенции присяжных заседателей, а именно:

обстоятельства производства осмотра места происшествия, допроса потерпевшего сотрудниками милиции, обращения с заявлением о преступлении в милицию, проведения опознания автомобиля, задержания подсудимых (т. 12 л.д.л.д. 40-48).

У потерпевшего А. выяснялись его взаимоотношения с лицами, производившими оперативные действия, и их характер (т. 12 л.д. 63). При допросе потерпевших К. и Я. выяснялся порядок и обстоятельства проведения опознания компьютера (т. 12 л.д.л.д. 94 и 95), сотового телефона и ружья (т. 12 л.д.л.д. 149 и 151) соответственно.

Аналогичные нарушения закона были допущены при допросах потерпевших Г., Б. и свидетеля К. (т. 12 л.д.л.д. 74-79, 101, 102 и 110).

Эти нарушения закона повлияли на формирование мнения присяжных заседателей при вынесении ими оправдательного вердикта.

В ходе нового судебного разбирательства необходимо устранить указанные выше нарушения уголовно-процессуального закона, а также в зависимости от принятого присяжными заседателями решения обсудить вопрос о законности, обоснованности и справедливости приговора в целом (государственный обвинитель не привел в представлении доводов, обосновывающих утверждение о том, что назначенное наказание является мягким).

При рассмотрении дела суду необходимо соблюдать положения ст. 339 УПК РФ, где речь идет о постановке в отношении каждого подсудимого трех основных вопросов, исходя из результатов судебного следствия и прений сторон, о чем указано в ст. 338 УПК РФ.

Несмотря на то, что каждому осужденному предъявлено обвинение в совершении определенных действий с конкретными лицами, основные вопросы сформулированы не в соответствии с предъявленным обвинением.

В сформулированных вопросах речь идет о доказанности совершения каждым из осужденных действий вместе с иными лицами (конкретизируя действия каждого, в вопросах говорится о действиях "одного, другого лица и сообщников", то есть на разрешение присяжных заседателей не в полном объеме ставятся фактические обстоятельства дела).

После вынесения вердикта председательствующий в приговоре производит замену неконкретизированных фраз - одно, другое лицо, двоим другим лицам, сообщникам - на конкретные фамилии, что не было предметом разрешения при нахождении присяжных заседателей в совещательной комнате во время постановления вердикта, а это обстоятельство указывает на неясность вердикта при наличии таких неопределенных фраз.

В приговоре имеются противоречивые выводы, а иногда невозможно понять, что суд хотел сказать.

Каждое преступление органы предварительного следствия квалифицировали самостоятельно.

Суд первой инстанции поступил аналогичным образом: судебная коллегия не входит в обсуждение вопроса, правильно сделал суд или нет, но, несмотря на это, в зависимости от вердикта, суду необходимо правильно истолковывать положения ст.ст. 9, 10 и 17 УК РФ.

В резолютивной части приговора суд указал на оправдание осужденных по некоторым эпизодам (при этом суд, исходя из правильной юридической оценки, не обсудил вопрос об исключении части обвинения), но не указал уголовный закон.

В приговоре речь идет, в том числе об оправдании по ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ, хотя перед этим говорится об оправдании "в части хищения путем обмана денег у А. по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ..." (мошенничество и разбойное нападение - разные составы преступлений).

Описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора не содержит изложения существа обвинения, по поводу которого коллегией присяжных заседателей был вынесен оправдательный вердикт, что свидетельствует о невыполнении судом требований п. 2 ст. 351 УПК РФ.

Напутственное слово не соответствует положениям п. 3 ч. 3 ст. 340 УПК РФ, где указано, что в напутственном слове председательствующий "... напоминает об исследованных в суде доказательствах, как уличающих подсудимого, так и оправдывающих его...".

В напутственном слове приведены доказательства стороны обвинения (т. 11 л.д.л.д. 278-280), а защиты - нет.

В напутственном слове лишь указано, что "По ходатайствам стороны защиты допрошены лица, показаниями которых стороной защиты обосновывается невиновность подсудимых, исследованы и другие доказательства, представленные стороной защиты".

Приговор подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания по следующим основаниям.

Первоначально по делу было проведено предварительное слушание, по результатам которого дело было возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. В ходе этого заседания было разрешено ходатайство Г. о рассмотрении дела судом присяжных заседателей.

После выполнения решения суда дело вновь было направлено в суд.

Суд заново провел предварительное слушание и, не выяснив мнение Г., назначил по делу судебное заседание, указав в постановлении о необходимости рассмотрения дела судом присяжных заседателей.

Исходя из тяжести предъявленного обвинения, а также положений ст.ст. 97, 99 и 108 УПК РФ, судебная коллегия считает необходимым Г., А., Г., Г., К., М. и С. оставить меру пресечения в виде заключения под стражу.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Верховного суда Республики Бурятия от 30 мая 2005 года в отношении Г., А., Г., Г., К., М. и С. отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания в тот же суд, но в ином составе суда.

Г., А., Г., Г., К., М. и С. меру пресечения в виде заключения под стражу.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 7 июня 2006 г. N 73-О05-50СП


Текст определения официально опубликован не был


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.