Апелляционное определение СК по гражданским делам Самарского областного суда от 08 августа 2016 г. по делу N 33-9571/2016 (ключевые темы: психическое расстройство - жилой дом - срок исковой давности - врач-психиатр - договор купли-продажи)

Апелляционное определение СК по гражданским делам Самарского областного суда от 08 августа 2016 г. по делу N 33-9571/2016

 

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе

Председательствующего Филатовой Г.В.,

Судей Смирновой Е.И., Пияковой Н.А.

При секретаре Латыповой Р.Р.

Рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Хасанова Ф.М. на решение Красноярского районного суда Самарской области от 4 мая 2016 года, которым постановлено:

Отказать в удовлетворении исковых требований Хасанова Ф.М. к Давутову Р.Н., Давутовой Р.А., Сизову Ю.С. о прекращении права собственности, признании сделок недействительными и признании права собственности на жилой дом и земельные участки в порядке наследования по закону.

Заслушав доклад судьи Самарского областного суда Смирновой Е.И., судебная коллегия

установила:

Хасанов Ф.М. обратился в суд с иском к Давутову Р.Н. и Давутовой Р.А. о признании сделок недействительными и прекращении права собственности.

В иске указал, что 11.10.12 умер его брат ФИО1. При оформлении наследства ему стало известно, что у ФИО1 на момент смерти в собственности не оказалось никакого имущества. Выяснилось, что 02.03.06 брат составил завещание, по которому все его имущество: однокомнатная квартира в г. Самаре, жилой дом и земельный участок по адресу "адрес", жилой дом и 4 земельных участка по адресу "адрес" переходит постороннему человеку - Давутову Р.Н.

Он полагает, что семья Давутовых, которая проживала в квартире брата на правах квартирантов, обманным путем завладела всем его имуществом. Впоследствии выяснилось, что Давутовы завладели имуществом брата еще при его жизни на основании договоров купли-продажи.

Указывает, что брат с детства отличался странным поведением, в 16-17 лет увлекся проблемами космоса, перестал общаться с родственниками, приблизил к себе семью Давутовых, которых пустил жить к себе в квартиру, стал считать своими родственниками, после чего странности в его поведении усилились. Он изменил свое отчество с "Мирзаевич" на "Мирзавич". Скупал землю в деревне Старая Бинарадка, чтобы построить санаторий, в котором будут отдыхать жители иных планет, завел страусиную ферму и т.д..

Начиная с 1998 года ФИО1 стал обращаться к врачам-психиатрам. Также страдал заболеваниями сердца, нарушением мозгового кровообращения, перенес несколько инфарктов, инсульт. Кроме того начал злоупотреблять спиртными напитками.

Поведение брата начиная с 2000 годов и до момента смерти дает основание полагать, что он не мог понимать значение своих действий и руководить ими при совершении сделок по отчуждению спорного имущества в пользу ответчиков.

С учетом уточнений исковых требований просил:

- признать недействительным договор купли-продажи от 19.08.08, по которому ФИО1 продал Давутовой Р.А. за 590 000 руб. жилой дом общей площадью 253,6 кв.м и 4 земельных участка площадью 1538,6; 2183; 1400; 1738,2 кв.м по адресу "адрес";

- признать недействительным договор купли-продажи от 28.08.08, по которому ФИО1 продал Давутову Р.Н. за 10 000 руб. земельный участок по адресу "адрес";

- применить последствия недействительности ничтожных сделок, прекратив право собственности Давутовой Р.А. и Давутова Р.Н. на указанные объекты недвижимости;

- признать за ним право собственности на указанные объекты недвижимости в порядке наследования.

В обоснование своих требований сослался на ст. 177 ГК РФ.

Решением Красноярского районного суда Самарской области от 30.08.13, которое оставлено без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 02.06.14, в удовлетворении иска отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 02.06.14 решение оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.15 указанные судебные постановления отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела истец уточнил и дополнил исковые требования.

В уточненном иске указал, что в мае 2015 г. ответчики Давутовы Р.Н. и Р.А. спорное имущество продали на основании договора купли-продажи от 07.05.15 Сизову Ю.С., который не может являться добросовестным приобретателем.

Ссылаясь на ст. 177 ГК РФ просил:

- Признать недействительным договор купли-продажи от 19.08.2008 года между Давутовой Р.А. и ФИО1, по которому последний продал за 590 000 рублей жилой дом общей площадью 253,60 кв.м. и 4 земельных участка, площадью 1538,6; 2183; 1400; 1738,20 кв.м. в "адрес";

- Признать недействительной актовую запись в ЕГРП о праве собственности Давутовой Р.А. на жилой дом общей площадью 253,60 кв.м. и 4 земельных участка, площадью 1538,6; 2183; 1400; 1738,20 кв.м. в "адрес";

-Признать недействительным договор купли-продажи между Давутовым Р.Н. и ФИО1 от 28.08.2008 года, по которому последний продал за 10 000 рублей земельный участок, площадью 9 709,20 кв.м. расположенный по адресу: "адрес";

-Признать недействительной актовую запись в ЕГРП о праве собственности Давутова Рафаила Няимовича на земельный участок, площадью 9 709,20 кв.м. расположенный по адресу: "адрес".

-Признать недействительным договор купли-продажи от 07.05.2015 года между Давутовой Р.А. и Сизовым Ю.С., по которому последний купил за 2 500 000 рублей (1,5 млн. рублей - дом, 1 млн. рублей - участок) жилой дом общей площадью 253,60 кв.м. и земельный участок, площадью 1538,60 кв.м. в "адрес".

-Признать недействительной актовую запись в ЕГРП о праве собственности Сизова Ю.С. на жилой дом общей площадью 253,60 кв.м. и земельный участок, площадью 1538,60 кв.м. в д. "адрес".

-Признать недействительным договор купли-продажи от 07.05.2015 года между Давутовой Р.А. и Сизовым Юрием Сергеевичем, по которому последний купил за 3 000 000 рублей (по 1 млн. рублей за каждый) 3 земельных участка, площадью 2183; 1400; 1738,20 кв.м. в "адрес".

-Признать недействительной актовую запись в ЕГРП о праве собственности Сизова Ю.С. на 3 земельных участка, площадью 2183, 1400, 1738,20 кв.м. в д. Старая Бинарадка, по "адрес".

-Признать недействительным договор купли-продажи от между Давутовым Р.Н. и Сизовым Ю.С. от 07.05.2015 года по которому последний купил за 1 000 000 рублей земельный участок, площадью 13 241,20 кв.м. расположенный по адресу: "адрес".

-Признать недействительной актовую запись в ЕГРП о праве собственности Сизова Ю.С. на земельный участок, площадью 13 241,20 кв.м. расположенный по адресу: "адрес".

-Признать за ним (Хасановым Ф.М.) право собственности в порядке наследования по закону на:

- жилой дом общей площадью 253,60 кв.м. и 4 земельных участка площадью 1538,60; 2183; 1400; 1738,20 кв.м в "адрес";

- земельный участок, площадью 9 709,20 кв.м. расположенный по адресу: "адрес" (кадастровый номер 63:26:1003007:118) (данный участок находится внутри участка размером 13 241,20 кв.м).

Судом постановлено указанное выше решение, которое Хасанов Ф.М. в апелляционной жалобе просит отменить, считая его незаконным, постановить по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании представители Хасанова Ф.М. - Андреев К.Г. и Денисова Х.Х. апелляционную жалобу поддержали по изложенным в ней доводам.

Представитель ответчиков Давутова Р.Н., Давутовой Р.А. - Гогитидзе С.А., ответчик Давутов Р.Н. против удовлетворения жалобы возражали.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, проверив в соответствии со ст. 330 ГПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального законодательства, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

В силу ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Материалами дела установлено, что истец Хасанов Ф.М. является наследником по закону после умершего 11.10.12 брата ФИО1, других наследников по закону не имеется, что подтверждается материалами наследственного дела.

При жизни ФИО1 произвел отчуждение принадлежащего ему недвижимого имущества в пользу ответчиков на основании договоров купли-продажи:

19.08.08 ФИО1 продал Давутовой Р.А. за 590 000 руб. жилой дом общей площадью 253,6 кв.м и 4 земельных участка площадью 1538,6; 2183; 1400; 1738,2 кв.м по адресу "адрес" Жилой дом как вновь возведенный объект принадлежал ФИО1 на основании акта ввода в эксплуатацию от 28.06.04, утвержденного распоряжением главы администрации Красноярского района Самарской области. Земельный участок площадью 1538,6 приобретен ФИО1 на основании нотариально удостоверенного договора купли-продажи от 30.08.96; Земельный участок площадью 2183 кв.м приобретен ФИО1 по нотариально удостоверенному договору купли-продажи от 02.11.04; Земельный участок площадью 1400 кв.м приобретен Хасановым М.М. по нотариально удостоверенному договору купли-продажи от 21.11.95; Земельный участок площадью 1738,2 кв.м приобретен ФИО1 22.08.97 у администрации Красноярского района.

28.08.08 ФИО1 продал Давутову Р.Н. за 10 000 руб. земельный участок по адресу "адрес". ФИО1 ранее приобрел данный участок на основании нотариально удостоверенного договора купли-продажи от 24.10.07.

Спорные договоры, заявки на государственную регистрацию перехода права подписаны ФИО1 лично. Право собственности Давутовой Р.А. и Давутова Р.Н. на приобретенные объекты недвижимого имущества прошло государственную регистрацию, что подтверждается соответствующими свидетельствами и делами правоустанавливающих документов, представленными Управлением Росреестра по Самарской области.

Указанные договоры истец Хасанов Ф.М. просит признать недействительными по основаниям ст. 177 ГК РФ, указывая, что при их заключении ФИО1 не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими в силу психического заболевания и ряда соматических заболеваний, усугублявших его состояние. Считает, что за ним как за единственным наследником по закону следует признать право собственности на указанные объекты недвижимости. Сам ФИО1 при жизни с 2008 года указанные сделки не оспаривал.

Также установлено, что Давутова Р.А. и Давутов Р.Н. по договорам купли продажи от

07.05.15 продали спорное имущество Сизову Ю.С., право собственности которого зарегистрировано 11.06.15, что подтверждается выписками из ЕГРП (т. 3 л.д. 160- 162, 164-166), копиями дел правоустанавливающих документов (т. 3 л.д. 190-227).

Судом установлено, что в соответствии со ст. 209 ГК РФ ФИО1 как собственник при жизни распорядился принадлежавшими ему объектами недвижимого имущества.

Конституцией Российской Федерации гарантируются свобода экономической деятельности, право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им, а также признание и защита собственности, ее охрана законом (статьи 8 и 35, части 1 и 2). Названные права, как следует из статей 1,2, 15 (часть 4), 17 (части 1 и 2), 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1) и 46 Конституции Российской Федерации, гарантируются в качестве основных и неотчуждаемых прав и свобод человека и гражданина и реализуются на основе общеправовых принципов юридического равенства, неприкосновенности собственности и свободы договора, предполагающих равенство, автономию воли и имущественную самостоятельность участников гражданско-правовых отношений, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, которые провозглашаются и в числе основных начал гражданского законодательства.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане свободны в заключении договора и определении его условий. Согласно ст. 421 ГК РФ исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон. С учетом изложенного доводы представителей истца в заседании суда первой инстанции и в апелляционной жалобе о несоответствии продажной цены имущества его рыночной стоимости не имеют правового значения для разрешения настоящего спора, не свидетельствуют о том, что ФИО1 при подписании договоров не отдавал отчет своим действиям, а также о том, что сделка являлась притворной либо мнимой. С учетом изложенного оснований для назначения по делу товароведческой экспертизы по оценке спорных объектов недвижимости не имеется, поскольку выводы такой экспертизы не имеют правового значения для разрешения настоящего спора.

В обоснование иска Хасанов Ф.М. ссылается на тяжелое болезненное состояние ФИО1, связанное с расстройством психики, которое на протяжении ряда лет - с 1998-1999 года до момента смерти, не позволяло ему при жизни отдавать отчет своим действиям и руководить ими, в том числе составить завещание в 2006 году и заключить спорные сделки в 2008 году в пользу ответчиков.

Давая критическую оценку доводам истца, о том, что брат при жизни страдал психическим расстройством, суд первой инстанции правильно указал, что в соответствии со ст. 22 ГК РФ никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности, иначе как в случаях и в порядке, установленных законом, т.е., закон исходит из презумпции полной право и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке.

В случае наличия тяжелого психического заболевания у брата истец как близкий родственник мог при его жизни на основании ст. 281 ГК РФ обратиться в суд с заявлением о признании его недееспособным. Однако, с таким заявлением ни Хасанов Ф.М., ни иные родственники ФИО1 не обращались.

Доводы Хасанова Ф.М., что о психическом нездоровье умершего брата свидетельствует тот факт, что при наличии близких родственников он оформил имущество на посторонних людей судом первой инстанции обоснованно признаны несостоятельными, поскольку Гражданский кодекс РФ не ограничивает гражданина в свободе договора и праве совершить сделку по отчуждению имущества с любым лицом, в том числе не являющимся его родственником.

В дело истцом представлена справка ГКУЗ "Ульяновская областная клиническая психиатрическая больница", согласно которой ФИО1 обращался в данное учреждение 4 раза: в 1999, 2003, 2006, 2010 годах, ему назначались нейролептические препараты. В качестве свидетеля допрошена врач психиатр ФИО2 (зав. Отделением Ульяновской ПБ), которая вела прием больного ФИО1 в указанные годы, поставила ему диагноз - бредовое психическое расстройство.

Согласно заключению посмертной судебно-психиатрической экспертизы ГУЗ "Самарская психиатрическая больница" от 08.05.14 N 112, ФИО1 при жизни страдал хроническим психическим расстройством в форме бредового расстройства. Диагноз обоснован анамнестическими сведениями с учетом данных, отраженных в медицинской документации и показаниях врачей-психиатров о наличии в период с 1999 г. по 2010 г. психического расстройства, в том числе и в период совершения спорных сделок 19.08.08 и 28.08.08. ФИО1 по своему психическому состоянию не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими в силу хронического бредового расстройства, поскольку бредовая симптоматика искажает процесс принятии решения в целом, исключает возможность адекватной оценки юридически значимой ситуации: при понимании фактической стороны сделки нет возможности оценить критически ее правовые особенности и спрогнозировать ее последствия из-за погруженности в болезненные переживания, из-за нарушения процесса мышления.

Вместе с тем, как суд правильно указал в решении, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а так же достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. В силу ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ наряду с другими доказательствами.

В п.7 постановления Пленума Верховного суда РФ от 19.12.03 N 23 " О судебном решении" указано, что заключение эксперта равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися доказательствами.

Суд обоснованно оценил критически заключение комиссионной судебно-психиатрической экспертизы ГУЗ "Самарская психиатрическая больница" от 08.05.14 N 112, не приняв его в качестве достоверного доказательства, поскольку в заключении в полной мере не отражена исследовательская часть и основания, по которым эксперт пришел к категорическому выводу о том, что ФИО1 по своему психическому состоянию в момент заключения сделок от 18.08.08. и 28.08.08 не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими в силу хронического бредового расстройства, при этом его поведение в быту не отличалось от поведения нормального человека. Выводы эксперта в данной части не соответствуют в полной мере описательной и исследовательской частям. Заключение экспертов основано на диагнозе врача-психиатра ФИО2, отраженного в медицинской карте амбулаторного больного ФИО1 и ее показаниях в суде, без учета совокупности других доказательств. При этом не принято во внимание, что свидетель видела ФИО1 всего 4 раза, из записей в карте амбулаторного больного не усматривается описание динамики заболевания, не дана какая - либо оценка степени влияния симптомов заболевания на поведение.

Вместе с тем, судом установлено, что систематического лечения ФИО1 не проходил, контроль за его состоянием, приемом препаратов и наблюдение в динамике не осуществлялись. Более того, на учете у психиатра ФИО1 по месту жительства не состоял, неоднократно проходил лечение по общему заболеванию, в том числе стационарно, проходил Медико-социальную экспертизу, при этом каких-либо признаков психического расстройства у него не выявлено.

Суд верно указал, что в соответствии с Законом РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" N 3185-1 от 02.07.92 (ч. 1 ст. 4) психиатрическая помощь оказывается при добровольном обращении лица или с его согласия, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Законом. Согласно ч. 1 ст. 11 данного закона лечение лица, страдающего психическим расстройством, проводится после получения его письменного согласия, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи (в редакции, действовавшей в период, указанный в медицинской карте).

Согласно заключению ФБУ "Самарская лаборатория судебной экспертизы" от 21.02.14 подписи в медицинской карте ГКУЗ "Ульяновская областная психиатрическая больница" в графе "подпись пациента" в согласии на лечение от 10.12.03, 27.02.06, 31.07.10 выполнены не ФИО1, а другим лицом с подражанием подписи ФИО1 Указанное заключение получено Кировским районным судом в рамках рассмотрения дела по иску Хасанова Ф.М. к Давутову Р.Н. о признании завещания недействительным, истребовано и приобщено судом апелляционной инстанции к настоящему делу. Согласия за 1999 год при первичном обращении в карте не имеется. Оснований не доверять указанному заключению почерковедческой экспертизы у суда не имеется. Экспертиза выполнена государственным учреждением, специалистом, имеющим соответствующую квалификацию, предупрежденным по ст. 307 УК РФ об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Более того, ГКУЗ "Ульяновская областная психиатрическая больница" первоначально на запрос Кировского районного суда была представлена ксерокопия данной карты, из которой следует, что указанные согласия отличаются от имеющихся в представленном позднее подлиннике карты.

С учетом изложенного, представленная медицинская карта амбулаторного больного ФИО1 не может являться объективным подтверждением наличия у ФИО1 психического расстройства, в силу которого он не мог руководить своими действиями и отдавать им отчет в юридически значимые периоды, хотя и отсутствуют признаки искусственного старения указанной медицинской карты, о чем имеется заключение эксперта. Отсутствие подписей ФИО1 в амбулаторной карте вызывает сомнения в самом факте его обращения в Ульяновскую психиатрическую больницу.

Так же из материалов дела установлено, что ФИО1 при жизни с родственниками, в том числе истцом, отношения не поддерживал. Детей, супруги не имел. При этом находился в дружеских отношениях с отцом Давутовой Р.А., а впоследствии стал тесно общаться с семьей Давутовой Р.А., ее супругом Давутовым Р.Н., с которыми стал проживать с 1998 года по день своей смерти. С Давутовым Р.Н. и Давутовой Р.А. ФИО1 также на протяжении ряда лет совместно работал на производстве. Данные обстоятельства не отрицались сторонами. Указанные обстоятельства не могут свидетельствовать о наличии у ФИО1 психического расстройства, как утверждает истец. Действия ФИО1 по передаче своего имущества семье Давутовых являлись последовательными, что также свидетельствует о его волеизъявлении и о том, что он отдавал отчет своим действиям и руководил ими. Так, 02.03.06 ФИО1 составил завещание в пользу Давутова Р.Н. на принадлежащее ему имущество. Затем в 2008 году совершил спорные сделки купли-продажи.

Истец Хасанов Ф.М. указывает, что Давутовы являются по отношению к ФИО1 посторонними людьми, и отчуждение в их пользу имущества является признаками психического нездоровья. Однако, данные доводы опровергаются материалами дела. Как указано выше, на протяжении многих лет ФИО1 тесно общался с семьей Давутовых, а Давутову Р.А. знает с ее рождения. С родственниками, в том числе с братом - истцом по делу, родственные отношения длительное время не поддерживал.

В материалах дела содержатся письменные доказательства, опровергающие доводы истца о наличии психического расстройства ФИО1, которым суд первой инстанции дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ.

Так в дело представлена производственная характеристика, из которой следует, что ФИО1 окончил среднюю школу в 1958 году, с 1959 года начал трудовую деятельность, без отрыва от производства окончил Куйбышевский авиационный институт по специальности "Авиационные двигатели" с присвоением квалификации инженера-механика. С 1980 года начал работать на Куйбышевском опытно-экспериментальном заводе, работал на инженерных и руководящих должностях, а с 1996 по 2009 год являлся директором завода. Из производственной характеристики, представленной председателем Совета директоров " С." следует, что ФИО1 зарекомендовал себя как грамотный специалист, пользовался большим уважением в коллективе, был всесторонне развит, начитан, с 1996 г. до момента смерти являлся членом совета директоров предприятия. После выхода на пенсию в 2009 году, в возрасте 68 лет, являлся консультантом на том же предприятии. Из трудовой книжки также следует, что ФИО1 неоднократно поощрялся за внедрение рационализаторских предложений. Трудовой стаж ФИО1 был непрерывным. Так же ФИО1 с июня 2000 г. по 05.10.12 г. являлся председателем ГСК N 29, грамотно руководил кооперативом, что подтверждается справкой председателя ГСК.

На учете в психоневрологическом и наркологическом диспансере в г. Самаре и Самарской области, т.е. по месту жительства, ФИО1 не состоял.

В период с 2008 по 2012 год он неоднократно проходил медицинское освидетельствование в Бюро медико-социальной экспертизы по поводу установления инвалидности 3 группы, а затем и 2 группы. В результате неоднократного обследования комиссией врачей, в том числе и невропатологом психических заболеваний у него не выявлено. Инвалидность установлена по причине сердечно-сосудистых заболеваний, явившихся впоследствии причиной смерти. Материалы освидетельствования ГБМСЭ представлены в дело.

Суд обоснованно не принял во внимание доводы представителей истца о том, что все имеющиеся соматические заболевания у ФИО1, в частности инсульт, инфаркт, предусматривают как последствия психические отклонения, поскольку ни в одном из представленных в дело медицинских документов не содержится упоминаний о наличии у ФИО1 нарушений психики.

Ни в одном из заключений врачей невропатолога, терапевта, на протяжении нескольких лет наблюдавших ФИО1, нет указаний на наличие у него психических нарушений. Кроме того, освидетельствование на наличие инвалидности он прошел в общей, а не специализированной (психиатрической) Бюро МСЭ, эксперты которого так же не выявили психических нарушений у ФИО1 Совокупность указанных доказательств опровергает показания свидетеля врача-психиатра ФИО2, допрошенной Кировским районным судом г. Самары, о прогрессировании у ФИО1 психического заболевания.

Установлено также, что ФИО1 имел лицензию на приобретение, хранение и ношение оружия самообороны сроком действия с 09.11.04 по 09.11.09, имел оружие.

Ст. 13 ФЗ "Об оружии" от 13.12.96 г. предусматривает наличие в данном случае документов о прохождении соответствующей подготовки и проведение периодической проверки знания правил безопасного обращения с оружием и наличия навыков безопасного обращения с оружием, медицинское заключение об отсутствии противопоказаний к владению оружием, связанных с нарушением зрения, психическим заболеванием, алкоголизмом или наркоманией, и другие предусмотренные настоящим Федеральным законом документы.

В 2007 году ФИО1 как генеральный директор ЗАО " С." ( С.) проходил подготовку и аттестацию по промышленной безопасности, в Ростехнадзоре по Самарской области, о чем имеется удостоверение на его имя.

29.03.11 он проходил обследование комиссией врачей в поликлинике ФГУП "СУ N 508 при Спецстрое России" для получения водительского удостоверения. В медицинской справке, представленной в дело, имеются отметки наркологического и психоневрологического диспансера об отсутствии противопоказаний.

27.12.07 Хасанов М.М. стал лауреатом Национальной Премии "Во славу отечества" за вклад в развитие отрасли производства машин и оборудования, о чем в деле имеется официальное представление.

В материалах дела имеются документы за подписью ФИО1, а именно: договор с ОАО " М." страхования имущества предприятия ООО " С."от 19.08.08, 20.08.08 соглашение об открытии кредитной линии для предприятия на 6 000 000 руб. с ОАО Банк от 20.08.08, на 3 000 000 руб. от 10.09.08, 14.04.09 подписан договор поручительства ОАО Банк по кредиту предприятия на сумму 20 000 000 руб.

Каких - либо сомнений у суда указанные документы обоснованно не вызвали, поскольку не являются противоречивыми, свидетельствуют о том, что ФИО1 вел активный образ жизни, трудовую и хозяйственную деятельность, руководил коллективом предприятия, заключал многочисленные сделки, как руководитель предприятия подписывал документы, получал банковские кредиты на крупные суммы, приобретал имущество в свою собственность, был всесторонне развитым и образованным человеком, являлся руководителем предприятия.

Здоровое психическое состояние ФИО1 подтверждали также допрошенные судом свидетели ФИО3 (работала с ФИО1 около 20 лет)( т.2 л.д.29-30), ФИО4 (работала бухгалтером на предприятии ФИО1)( т.2 л.д. 26-27), ФИО5(с 2006 г. работал начальником производства у ФИО1) ( т.2 л.д. 29), соседи ФИО6 (т.1, л.д. 145), ФИО7 ( л.д. 31, т.1), врач психиатр-нарколог Мавзютов (т.2 л.д. 27-28); ФИО8 (сотрудник ФИО1) (т.2 л.д. 21-22).

Данные документы и свидетельские показания в их совокупности полностью опровергают утверждения представителей истца о том, что ФИО1 был тяжело болен, неадекватен, пьянствовал и фактически не работал. Показания представленных стороной истца свидетелей о странностях в поведении ФИО1 ФИО9 (двоюродная племянница ФИО1) (т.2 л.д. 25), ФИО10 (жена истца - заинтересованное лицо, кроме того видела ФИО1 последний раз зимой 2006 г.) (т.2 л.д. 28-29), ФИО11 (двоюродная племянница ФИО1) ( т.2 л.д. 19-21) судом обоснованно не приняты во внимание, поскольку объективными доказательствами психического расстройства не являются, опровергаются совокупностью иных собранных по делу доказательств.

С учетом изложенного суд пришел к верному выводу, что в период заключения спорных сделок (2008 год) ФИО1 мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

В соответствии с указаниями Верховного Суда РФ для всестороннего, полного и объективного исследования юридически значимых по делу обстоятельств судом по делу назначена повторная посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено ФГБУ "Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им В.П. Сербского" в г. Москве. Материалы гражданского дела были направлены на экспертизу в полном объеме.

По сообщению комиссии судебно-психиатрических экспертов от 26.02.16 N 66/з (т.4 л.д. 242) на основании изучения материалов дела невозможно дать экспертное заключение по поставленным в определении суда вопросам.

При изучении материалов гражданского дела и медицинской документации выявлена клиническая неоднозначность сведений, содержащихся в выписках из ООО "Здоровье" г. Казани (не содержится подробного клинического описания выявленных психических нарушений) и в амбулаторной карте из Ульяновской ОКПБ (отсутствует четкое описание динамики и структуры заболевания, не дана всесторонняя оценка степени их влияния на поведение, социальную и бытовую адаптацию ФИО1). Кроме того, отраженная при осмотрах психиатрами в ООО "Здоровье" и Ульяновской ОКПБ симптоматика, не находит отражения и явно противоречит представленным характеристикам, ряду показаний свидетелей, близко знавших ФИО1 (коллеги по работе, соседи) и отмечавших его высокий уровень социального функционирования, достаточную практическую ориентировку, бытовую адаптацию; при обследованиях врачами, как общеклинического звена (терапевтом, неврологом, хирургом в процессе динамического наблюдения), так и специалистами Самарского ПНД и НД (для ГИБДД в 2010г.) указаний (в том числе и предположительных) на наличие у ФИО1 каких-либо выраженных психических нарушений не содержится.

С учетом изложено, невосполнимость сведений о психическом состоянии ФИО1 в юридически значимые периоды в условиях проведения посмертной судебно-психиатрической экспертизы, ответить на поставленные судом вопросы, касающиеся диагностических (установить совокупность психических нарушений, которая позволила бы провести достоверную диагностику в соответствии с МКБ-10) и экспертных (о способности понимать значение своих действий и руководить ими при оформлении сделок купли-продажи имущества, заключенных 19.08.08 и 28.08.08) выводов в отношении ФИО1 не представляется возможным.

Суд в решении верно указал, что указанное мотивированное сообщение комиссии судебно-психиатрических экспертов сомнений не вызывает, составлено высококвалифицированными специалистами в области психиатрии, имеющими длительный стаж работы в экспертной деятельности, которые предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307-308 УПК РФ, личной заинтересованности в исходе данного дела не имеют. Данное сообщение основано на всех представленных в дело доказательствах в совокупности, содержит подробный анализ всех имеющихся показаний свидетелей, представленных как стороной истца, так и стороной ответчика и анализ медицинских документов.

Доводы представителей истца о том, что данное сообщение фактически является отказом в производстве экспертизы, обоснованно не приняты судом во внимание, поскольку оно составлено в соответствии со ст. 85 ГПК РФ, и данный вид процессуального документа предусмотрен законом. Доводы представителей истца, которые приводятся также и в апелляционной жалобе, о том, что в связи с отказом в проведении экспертизы данного учреждения, необходимо вновь назначить повторную экспертизу в другом учреждении, несостоятельны, основаны на неправильном понимании норм процессуального права.

С учетом длительного рассмотрения гражданского дела сторонами представлены и соответственно судом собраны все возможные по делу доказательства, в связи с чем получение иных доказательств по делу исчерпана.

С учетом всех исследованных судом доказательств, в том числе с учетом сообщения комиссии судебно-психиатрических экспертов от 26.02.16 N 66/з ФГБУ "Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им В.П. Сербского", суд обоснованно не принял в качестве доказательства по делу заключение ГУЗ "Самарская психиатрическая больница" от 08.05.14 N 112 о наличии у ФИО1 в юридически значимые периоды психического расстройства. Позиция суд в решении мотивирована в соответствии с требованиями ст. 198 ГПК РФ.

Таким образом, суду в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено совокупности достоверных и допустимых доказательств того, что у ФИО1 имелось психическое заболевание, под воздействием которого он не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими и не мог понимать характер своих действий в период заключения оспариваемых сделок.

Представленное истцом заключение специалиста ФИО12 от 20. 11.15 (л.д. 85-92, т.4) из которого следует, что заключение посмертной судебно-психиатрической экспертизы N 111 от 08.05.14 г. обоснованно, аргументировано и доказано, обоснованно не принято судом в качестве доказательства, поскольку получено по инициативе истца, с нарушением требований ГПК РФ, специалист не допрошен в судебном заседании, не предупреждался об уголовной ответственности по ст. ст. 307-308 УПК РФ и кроме того, данное заключение опровергается исследованными судом доказательствами, в частности сообщением ФГБУ "Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им В.П. Сербского".

Поскольку оснований для признании недействительными договоров купли-продажи между ФИО1 и Давутовой Р.А., Давутовым Р.Н. судом не установлено, не имеется оснований и для удовлетворения требований истца о признании недействительным договора купли - продажи спорного имущества Давутовым Р.Н. и Давутовой Р.А. Сизову Ю.С. от 07.05.15. Более того, Сизов Ю.С. является добросовестным приобретателем спорного имущества, доказательств обратного в нарушение ст. 56 ГПК РФ вследствие чего требования к нему основанные на ст. 167, 168, 177 ГК РФ удовлетворены быть не могут, поскольку противоречат закону.

Кроме того, представителем ответчиков заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

В соответствии со ст. 195-197 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года, при этом для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком исковой давности.

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истцом заявлено требование о признании оспоримой сделки недействительной на основании ст. 177 ГК РФ, в связи с чем по данным исковым требованиям подлежит применению сокращенный срок исковой давности в один год со дня, когда сторона узнала или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05. 2012 г. N9 " О судебной практике по делам о наследовании", наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

С учетом установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия считает, что срок исковой давности по спорным сделкам следует исчислять с момента их совершения, т.е. 19.08.08 и 28.08.08.

Наследник ФИО1 истец Хасанов Ф.М. является универсальным правопреемником наследодателя, вследствие чего срок исковой давности никак не связан ни с датой открытия наследства, ни с обстоятельствами, когда истцу стало известно об отчуждении спорного имущества.

ФИО1 при жизни сделки не оспарвиал, в связи с чем срок исковой давности по ним истек 19.08.09 и 28.08.09 соответственно.

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Кроме того судебная коллегия учитывает, что на момент рассмотрения апелляционной жалобы решением Кировского районного суда г. Самары от 21 апреля 2016 года в удовлетворении иска Хасанова Ф.М. к Давутову Р.Н. о признании завещания недействительным по тем же основаниям отказано, определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 05.07.16 решение оставлено без изменения.

Доводы апелляционной жалобы Хасанова Ф.М. сводятся к переоценке исследованных судом доказательств, что в силу ст. 330 ГПК РФ не является основанием для отмены судебного решения.

Оснований для назначения повторной судебно-психиатрической экспертизы также не имеется по мотивам, изложенным выше.

Доводы жалобы о психическом расстройстве Хасанова Ф.М. не являются основанием для отмены решения суда, поскольку основаны на предположениях, подробно проверялись судом первой инстанции и подтверждения не наши, напротив, опровергнуты совокупности представленных в дело доказательств.

Решение суда является законным и обоснованным, нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено, в связи с чем оснований для его отмены по доводам жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Красноярского районного суда Самарской области от 4 мая 2016 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Хасанова Ф.М. - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в течение шести месяцев.

 

Председательствующий:

 

Судьи:

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.