Апелляционное определение СК по административным делам Санкт-Петербургского городского суда от 13 марта 2017 г. по делу N 33а-4478/2017

 

Судебная коллегия по административным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего

Ильичевой Е.В.

судей

Ивановой Ю.В., Белоногого А.В.

при секретаре

Гольхиной К.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании 13 марта 2017 года административное дело N 2а-4014/16 по апелляционной жалобе Болгариной Н. на решение Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 22 ноября 2016 года по административному исковому заявлению Болгариной Н. к Управлению Федеральной миграционной службы России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Главному Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Санкт - Петербургу и Ленинградской области об оспаривании решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

Заслушав доклад судьи Ильичевой Е.В.,

Выслушав объяснения представителя административного истца Болгариной Н. - М.И.М., представителя административного ответчика Главного Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области - О.О.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Болгарина Н. обратилась в Дзержинский районный суд Санкт - Петербурга с административным иском, в котором просила отменить решение Управления Федеральной миграционной службы России по Санкт - Петербургу и Ленинградской области о неразрешении въезда на территорию Российской Федерации.

Решением Дзержинского районного суда Санкт -Петербурга от 22 ноября 2016 года отказано в удовлетворении требований Болгариной Н.

В апелляционной жалобе административный истец ставит вопрос об отмене состоявшегося решения суда и принятии нового, полагает решение постановленным при неправильном применении норм права и оценке доказательств.

В заседание суда апелляционной инстанции административный истец не явилась, извещена судом заблаговременно и надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, о причинах своей неявки в судебное заседание не известила, доверила представление своих интересов представителю, имеющему надлежащим образом удостоверенные полномочия, в связи с чем судебная коллегия в порядке части 2 статьи 150 и статьи 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие Болгариной Н.

В заседание суда апелляционной инстанции административный ответчик Управление Федеральной миграционной службы России по Санкт - Петербургу своего представителя не направил, извещен судом заблаговременно и надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства. При разрешении вопроса о возможности рассмотрения апелляционной жалобы в отсутствие представителя указанного административного ответчика, судебная коллегия учитывает, что Указом Президента Российской Федерации от 05 апреля 2016 года N 156 "О совершенствовании государственного управления в сфере контроля за оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров и в сфере миграции" упразднена Федеральная миграционная служба, ее функции и полномочия переданы Министерству внутренних дел Российской Федерации.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционной жалобы, полагает решение суда оставить без изменения по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, "дата" Управлением Федеральной миграционной службы России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области было принято решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию гражданина Республики Молдова Болгариной Н. сроком до "дата".

При принятии оспариваемого решения от "дата" Управление Федеральной миграционной службы России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области исходило из положений подпункта 12 части 1 статьи 27 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию", согласно которому въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства не разрешается в случае, если иностранный гражданин или лицо без гражданства в период своего предыдущего пребывания в Российской Федерации превысили срок пребывания в девяносто суток суммарно в течение каждого периода в сто восемьдесят суток, - в течение трех лет со дня выезда из Российской Федерации.

В соответствии со статьей 25.10 Федерального закона Российской Федерации от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" иностранный гражданин, уклоняющийся от выезда из Российской Федерации по истечении срока пребывания (проживания) в Российской Федерации, является незаконно находящимся на территории Российской Федерации и несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. В отношении иностранного гражданина или лица без гражданства при наличии оснований, предусмотренных статьей 26 настоящего Федерального закона, может быть вынесено решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию. В отношении иностранного гражданина или лица без гражданства при наличии оснований, предусмотренных частью первой статьи 27 настоящего Федерального закона, выносится решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

Основаниями для принятия оспариваемого решения от "дата" явилось установление в ходе проведенной проверки, что Болгарина Н. прибыла на территорию Российской Федерации "дата", однако, превысила установленный допустимый срок пребывания в Российской Федерации и выехала только "дата".

Оспаривая принятое в отношении нее решение, Болгарина Н. ссылалась на то, что проживает на территории Российской Федерации, состоит в браке с гражданином Российской Федерации, является матерью малолетнего ребенка, которые также является гражданином Российской Федерации и в связи с невозможностью проживать отдельно от нее лишен возможности проживания с отцом. Таким образом, по мнению истца, имеет место нарушение ее права на уважение ее личной и семейной жизни, гарантированное статьей 8 Конвенции.

Рассматривая заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что при вынесении решения от "дата" административным ответчиком были учтены все существенные обстоятельства, имеющие значение для его принятия, доказательств того, что решение нарушает право истца на невмешательство в сферу личной и семейной жизни, административным истцом не представлено, следовательно, указанное решение принято при соблюдении должного баланса личных и публичного интересов, в связи с чем нет оснований для признания его незаконным.

Судебная коллегия полагает, что указанные выводы суда основаны на правильном применении к рассматриваемым правоотношениям положений Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, а также положений Федерального закона "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию", что подтверждается представленными при рассмотрении спора доказательствами, которым судом первой инстанции дана полная и всесторонняя оценка в соответствии со статьями 59, 62, 63 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" от 10 октября 2003 года N 5 также разъяснено, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации, согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации, являются составной частью ее правовой системы.

В силу статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 4 ноября 1950 года), вступившей в силу для России 05 мая 1998 года, вмешательство со стороны публичных властей в осуществление прав на уважение личной и семейной жизни не допускается, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Из разъяснения Европейского суда по правам человека следует, что, хотя право иностранца на въезд или проживание в какой-либо стране как таковое Конвенцией о защите прав человека и основных свобод не гарантируется, высылка лица из страны, в которой проживают близкие члены его семьи, может нарушать право на уважение семейной жизни, гарантированное пунктом 1 статьи 8 Конвенции. При этом нарушенными в большей степени могут оказаться права и интересы не только самого выдворенного, но также и членов его семьи, включая несовершеннолетних детей, которые, в силу применения подобных мер реагирования со стороны государства, фактически несут "бремя ответственности" за несовершенное правонарушение.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02 марта 2006 года N 55-О "По жалобе гражданина Грузии Тодуа Кахабера на нарушение его конституционных прав пунктом 7 статьи 7 Федерального Закона "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая нарушение тех или иных правил пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации как противоправное деяние, а именно как административный проступок, и, следовательно, требующее применения мер государственного принуждения, в том числе в виде высылки за пределы Российской Федерации, отказа в выдаче разрешения на временное пребывание или аннулирования ранее выданного разрешения, уполномоченные органы исполнительной власти и суды обязаны соблюдать вытекающие из Конституции Российской Федерации требования справедливости и соразмерности, которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагают дифференциацию публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

В соответствии с пунктом 7.16.5 Положения о Федеральной миграционной службе, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 13 июля 2012 года N 711, Федеральная миграционная служба принимает в соответствии с законодательством Российской Федерации решения о нежелательности пребывания (проживания) иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации, а также об установлении запрета на въезд в Российскую Федерацию иностранных граждан и лиц без гражданства.

В соответствии с частью 1 статьи 17, частью 1 статьи 27 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, а также каждому, кто законно находится на территории Российской Федерации гарантируется право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства.

При этом данные права в силу части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации установлено, что исходя из конституционно значимых целей и с учетом конституционно защищаемых ценностей, законодатель может ограничить федеральным законом право на въезд на территорию Российской Федерации иностранных граждан.

Указанное право государства является одним из основных признаков суверенитета Российской Федерации. Данные положения в полной мере соответствуют нормам международного права.

Иностранные граждане пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом.

Довод Болгариной Н. о неоправданном вмешательстве государственного органа в сферу ее личной и семейной жизни, так как не принято во внимание, что ее несовершеннолетний ребенок является гражданином Российской Федерации и проживает на территории Российской Федерации, в связи с чем оспариваемое решение нарушает права несовершеннолетнего, не может быть принят во внимание судебной коллегий, поскольку сам по себе не свидетельствует о невозможности для истца покинуть территорию Российской Федерации в установленный срок. Истцом суду таких обстоятельств не сообщено. Доказательств в подтверждение этого довода ни в суд первой инстанции, ни в судебную коллегию не представлено. На дату принятия оспариваемого решения несовершеннолетний сын истца гражданином Российской Федерации не являлся.

Оценивая правомерность решения суда первой инстанции, судебная коллегия учитывает, что согласно свидетельству о рождении - N ... , Б. родился "дата" в городе "адрес", отец - Б.Г.А. (национальность молдаванин), мать - Болгарина Н.А. (национальность молдаванка).

При этом из указанного свидетельства о рождении следует, что "дата" Б. приобрел гражданство Российской Федерации на основании пункта "а" части 6 статьи 14 Федерального закона N62-ФЗ "О гражданстве Российской Федерации".

Согласно части 1 статьи 7 Конвенции о правах ребенка право на гражданство возникает у ребенка с рождения. Приобретение российского гражданства по рождению является одним из оснований, закрепленных в Федеральном законом от 31 мая 2002 N 62-ФЗ "О гражданстве Российской Федерации" (пункт "а" статьи 11).

В силу пункта "а" части 6 статьи 14. Федерального закона N62-ФЗ "О гражданстве Российской Федерации" в гражданство Российской Федерации принимаются в упрощенном порядке без соблюдения условий, предусмотренных частью первой статьи 13 настоящего Федерального закона, ребенок и недееспособное лицо, являющиеся иностранными гражданами или лицами без гражданства ребенок, один из родителей которого имеет гражданство Российской Федерации, - по заявлению этого родителя и при наличии согласия другого родителя на приобретение ребенком гражданства Российской Федерации. Такое согласие не требуется, если ребенок проживает на территории Российской Федерации.

Брак между Болгариной Н.А. и Б.Г.А. был зарегистрирован "дата" " ... " отделом ЗАГС.

На момент обращения в суд с рассматриваемым административным иском ( "дата") Б.Г.А., а также несовершеннолетний Б. приобрели гражданство Российской Федерации. Сведений, что истец обратилась в уполномоченный орган по вопросу выдачи ей разрешения на временное проживании, либо вида на жительство, в установленном Российской Федерации порядке материалы дела не содержат.

Доводы апелляционной жалобы, что истец неоднократно обращалась в миграционный орган с целью получения разрешения для проживания на территории Российской Федерации, не могут быть положены в основу отмены решения суда, поскольку доказательств таких обращений материалы дела не содержат, принимая во внимание, что супруг истца, а также несовершеннолетний ребенок получили гражданство Российской Федерации в установленном порядке.

Таким образом, поскольку приобретение российского гражданства носит заявительный характер, в то время как права ребенка производны от прав родителей, однако истец, зная о возможных негативных последствиях нарушения срока выезда, тем не менее, не проявила со своей стороны необходимой заботы о собственном благополучии, благополучии близких ей людей, с целью предотвратить такие последствия в связи с нарушением ею срока пребывания на территории Российской Федерации не проявила со своей стороны должной заботы и осмотрительности для сохранения возможности проживания со своей семьей, то судебная коллегия полагает, что наличие гражданства Российской Федерации у несовершеннолетнего не препятствовало исполнению Болгариной Н. обязанности, как иностранного гражданина, покинуть территорию Российской Федерации в установленный миграционным законодательством срок.

Также судебная коллегия соглашается с оценкой судом доводов истца о негативных последствиях для несовершеннолетнего ребенка истца обстоятельств раздельного проживания с матерью, как недоказанных.

Проверяя указанный вывод суда, судебная коллегия учитывает, что материалы дела не содержат доказательств проживания Болгариной Н. совместно с несовершеннолетним Б.

Так, в подтверждение проживания несовершеннолетнего на территории Российской Федерации в материалы дела была представлена справка от "дата", выданная "ГБУ", о том, что Б. посещает указанное учреждение с "дата" по настоящее время (по "дата").

Также в материалы дела представлена аналогичная справка, датированная "дата", повторно уведомляющая о посещении несовершеннолетним указанного учреждения в период с "дата" по настоящее время ( "дата").

Вместе с тем, из материалов дела следует, что Б.Г.А. с "дата" зарегистрирован по адресу: "адрес"

Данный адрес, в качестве места пребывания, также был указан Болгариной Н. при въезде в Российскую Федерацию "дата".

Действующее на территории Российской Федерации законодательство в соответствии с Конституцией Российской Федерации и международными актами о правах человека представляет каждому гражданину Российской Федерации право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации.

Лица, не являющиеся гражданами Российской Федерации и законно находящиеся на ее территории, также имеют право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации в соответствии с Конституцией и законами Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации.

Вместе с тем, Закон Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-1 "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" устанавливает ряд обязанностей для граждан желающих сменить свое место проживания.

Так в силу статья 5 указанного Закона Российской Федерации регистрация гражданина Российской Федерации по месту пребывания производится в срок, не превышающий 90 дней со дня прибытия гражданина в жилое помещение. Регистрация по месту пребывания производится без снятия гражданина с регистрационного учета по месту жительства.

Гражданин Российской Федерации вправе не регистрироваться по месту пребывания в жилом помещении, если жилое помещение, в котором он зарегистрирован по месту жительства, находится в том же или ином населенном пункте того же субъекта Российской Федерации.

Исходя из анализа изложенных правовых норм, судебная коллегия приходит к выводу, что в случае изменения супругом истца своего места жительства, в силу действующего законодательства, он должен был уведомить об этом регистрирующий орган, чего сделано не было.

Иных доказательств об изменении места жительства семьи или ее членов при рассмотрении дела не представлено.

Данное обстоятельство может быть расценено, как подтверждающее раздельное проживание несовершеннолетнего и Б.Г.А., поскольку из справки "ГБУ" учреждения от "дата", следует, что несовершеннолетний Б. посещает указанное учреждение с "дата".

Таким образом, изложенное позволяет судебной коллегии прийти к выводу, что поскольку несовершеннолетний посещает детское дошкольное учреждение, которое находится на территории Невского района Санкт - Петербурга, в то время как его отец имеет постоянную регистрацию на территории Ленинградской области, в населенном пункте находящемся на значительном удалении от Санкт-Петербурга, сама Болгарина Н. также в период своего последнего пребывания в Российской Федерации указала в качестве места пребывания адрес регистрации своего супруга, иного адреса пребывания истец не указывает, то следует согласиться с тем, что в материалах дела отсутствуют доказательства проживания истца совместно со своим несовершеннолетним ребенком.

По смыслу вышеприведенных норм права, несоразмерность чрезмерного и неоправданного вмешательства государства в личную и семейную жизнь административного истца должна быть очевидна, несмотря на сознательное допущение административным истцом нарушения миграционного законодательства в период пребывания в Российской Федерации, чего в рассматриваемом случае не установлено.

Вместе с тем, судебная коллегия учитывает, что, поскольку семейным законодательством Российской Федерации предусмотрено многообразие построения форм взаимоотношений супругов, то само по себе обстоятельство состояния иностранного гражданина в браке с гражданином Российской Федерации, а также рождение совместного ребенка, не освобождает такого иностранного гражданина от ответственности за неисполнение действующего законодательства Российской Федерации и не является безусловным основанием для снятия запрета на его въезд в Российской Федерации.

На основании изложенного, судебная коллегия принимает во внимание необоснованное нарушение административным истцом положений миграционного законодательства, непринятие мер для получения разрешения на временное проживание для создания условий совместного проживания с ребенком и супругом на территории именно Российской Федерации, а также отсутствие на территории Российской Федерации иных родственников, и исходя из установленного полагает, что в смысле статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод не представляется возможным говорить о наличии у Болгариной Н. таких устоявшихся семейных связей с проживающими в Российской Федерации российскими гражданами, которые были неоправданно нарушены оспариваемым решением.

Учитывая изложенное, судебная коллегия не усматривает оснований для применения в отношении административного истца положений статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в противном случае это будет способствовать формированию атмосферы безнаказанности, что несовместимо с принципом неотвратимости ответственности.

С учетом вышеприведенных норм права и разъяснений о порядке их применения указанное неразрешение на въезд могло быть преодолено истцом в избранном ею порядке в связи с наличием каких-либо исключительных, объективных причин личного характера, которые бы подтверждали чрезмерное и неоправданное вмешательство Российской Федерации в ее личную и семейную жизнь. При этом несоразмерность этого вмешательства должна быть очевидна, несмотря на сознательное нарушение истцом положений Федерального закона "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" в период пребывания в Российской Федерации.

При этом судебная коллегия учитывает, что оспариваемое решение от "дата" носит ограниченный во времени характер. Исходя из вышеизложенных обстоятельств, следует согласиться с выводом суда, что это решение соразмерно по своей природе допущенным административным истцом нарушениям, необоснованно не вторгается в сферу семейных отношений административного истца, но призвано стимулировать дальнейшее исполнение Болгариной Н. требований миграционного законодательства Российской Федерации.

Кроме этого оспариваемое решение преследует общественно полезные цели в том смысле, в котором обладает свойством общей превенции по отношению к иным иностранным гражданам и стимулирует с их стороны уважение и соблюдение законодательства Российской Федерации.

Исходя из изложенного, судебная коллегия полагает, что решение Управления Федеральной миграционной службы России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от "дата" о неразрешении въезда в Российскую Федерацию Болгариной Н. не противоречит нормам действующего законодательства, регулирующим возникшие правоотношения.

Кроме того, судебная коллегия полагает возможным отметить, что Болгарина Н. не лишена возможности ходатайствовать о пересмотре указанного решения миграционного органа, с представлением сведений о наличии у нее на территории Российской Федерации устойчивых семейных связей, в том числе доказательств ее совместного проживания как с несовершеннолетним ребенком, гражданином Российской Федерации, так и с супругом, также являющимся гражданином Российской Федерации.

В то время как в рассматриваемом споре, доводы апелляционной жалобы истца, по существу сводятся к несогласию Болгариной Н. с решением суда, не содержат фактов, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного решения по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

С учетом изложенного решение суда отвечает требованиям закона, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 22 ноября 2016 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

 

Председательствующий:

 

Судьи:

 

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.