Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 20 декабря 2000 г. N 244-ПВ00 Досрочное увольнение заявителя с военной службы на основании п. "в" ч. 2 ст. 51 Закона РФ "О воинской обязанности и военной службе" признано незаконным, поскольку офицеры органов военной прокуратуры, имея статус военнослужащих, обладают правами и льготами, установленными ст. 41.5 Закона "О прокуратуре Российской Федерации", согласно которой перевод прокурорского работника в интересах службы в другую местность допускается только с его согласия, а заявитель такого согласия не давал

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 20 декабря 2000 г. N 244-ПВ00


Президиум Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрел по протесту первого заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации Р.В.И. гражданское дело по жалобе П. на действия должностных лиц.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Г., объяснения представителя Главной военной прокуратуры Р.Г.Г. (доверенность в деле), П., заключение заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Д., полагавшего протест отклонить, Президиум Верховного Суда Российской Федерации установил:

приказом Первого заместителя Министра обороны Российской Федерации от 17 марта 1999 г. N 181 по личному составу капитан юстиции П. - помощник Московского городского военного прокурора досрочно уволен с военной службы на основании подпункта "в" части 2 статьи 51 Закона Российской Федерации "О воинской обязанности и военной службе" (в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта).

Основанием для представления к досрочному увольнению с военной службы и изданию приказа N 181 от 17 марта 1999 г. явился отказ П. выполнить приказ Главного военного прокурора о переводе его к новому месту службы в другую местность на должность старшего помощника военного прокурора Улан-Удэнского гарнизона.

Считая приказ о своем увольнении незаконным, П. обратился с жалобой в военный суд с требованием об отмене приказа, поскольку, по его мнению, Московским городским военным прокурором и Главным военным прокурором он был представлен к увольнению необоснованно.

Военный суд Московского гарнизона решением от 6 мая 1999 г. жалобу П. удовлетворил. Суд признал действия Московского городского военного прокурора и Главного военного прокурора, связанные с представлением в феврале 1999 г. П. к досрочному увольнению с военной службы, необоснованными и нарушающими права и законные интересы заявителя, а приказ Первого заместителя Министра обороны Российской Федерации N 181 от 17 марта 1999 г. в части увольнения П. с военной службы незаконным и недействующим с момента его издания.

В обоснование решения суд сослался на положения статьи 41.5 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" (в редакции от 10 февраля 1999 г.), согласно которой перевод прокурорского работника в интересах службы в другую местность допускается только с его согласия, а заявитель такого согласия не давал.

Военный суд Московского военного округа, рассмотрев дело в кассационном порядке 18 июня 1999 г., решение военного суда гарнизона оставил без изменения.

По протесту заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в порядке надзора 17 августа 1999 г. отменила решение от 6 мая 1999 г. и кассационное определение от 18 июня 1999 г. и вынесла по делу новое решение об отказе П. в удовлетворении жалобы.

В протесте первого заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации поставлен вопрос об отмене определения Военной коллегии и оставлении в силе решения и кассационного определения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, Президиум находит протест обоснованным.

По мнению Военной коллегии Верховного Суда РФ, военные суды первой и кассационной инстанций дали неправильное толкование норм материального права: с П. был заключен контракт о прохождении военной службы сроком на 5 лет, предусмотренный пунктом "а" части 1 статьи 33 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе", что в соответствии с частью 2 той же статьи Закона могло влечь перевод к новому месту службы без согласия военнослужащего. Положения статьи 41.5 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" на П. не распространялись.

С доводами Военной коллегии Верховного Суда РФ нельзя согласиться.

В соответствии со статьями 1, 11 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" устанавливается принцип деятельности прокуратуры Российской Федерации как единой федеральной централизованной системы органов, осуществляющих от имени Российской Федерации надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации, исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации, и выполняющих иные функции, установленные федеральными законами.

В эту систему органов наряду с Генеральной прокуратурой РФ, прокуратурами субъектов РФ входят военные прокуратуры.

В соответствии со статьей 40 названного Федерального закона служба в органах и учреждениях прокуратуры является видом федеральной государственной службы, а порядок ее прохождения работниками военной прокуратуры регулируется Федеральными законами "О прокуратуре Российской Федерации", "О воинской обязанности и военной службе", "О статусе военнослужащих".

В разделе VI Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" содержатся нормы, регулирующие особенности организации и обеспечения деятельности органов военной прокуратуры. Однако указанные нормы не содержат положений, ограничивающих права и льготы этой категории прокурорских работников по сравнению с другими прокурорскими работниками. Напротив, в пункте 8 статьи 48 подчеркивается, что офицеры органов военной прокуратуры, имея статус военнослужащих, обладают правами и льготами, установленными Федеральным законом "О статусе военнослужащих" и Федеральным законом "О прокуратуре Российской Федерации".

Поскольку перевод прокурорских работников в интересах службы в другую местность согласно статье 41.5 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" возможен только с их согласия, военные суды первой и кассационной инстанций пришли к правильному выводу о том, что данное положение в полной мере распространяется и на прокурорских работников органов военной прокуратуры.

Доводы Военной коллегии Верховного Суда РФ о том, что с П. был заключен контракт, согласно которому он мог быть назначен на воинскую должность с переводом к новому месту службы без его согласия, что предусматривалось частью 2 статьи 33 Закона РФ "О воинской обязанности и военной службе" (в редакции 1993 г., действовавшей на время заключения контракта), неубедительны.

Названный контракт (он был заключен 14 ноября 1994 г. сроком на 5 лет) не отражал особенностей прохождения службы в органах военной прокуратуры и противоречил Федеральному закону "О прокуратуре Российской Федерации", в частности, статье 41.5, согласно которой перевод прокурорского работника в интересах службы в другую местность допускается только с его согласия. Внесенные изменения в Федеральный закон "О прокуратуре Российской Федерации" (статья 41.5) после введения их в действие (17 февраля 1999 г.) подлежали распространению на всех офицеров военных прокуратур, в том числе на П., на что правильно указали военные суды гарнизона и округа.

Ссылка в определении Военной коллегии на то, что указанная статья введена в действие после состоявшегося 21 января 1999 г. приказа Главного военного прокурора о назначении П. на должность старшего помощника военного прокурора Улан-Удэнского гарнизона, лишена правового значения. Заявитель продолжал состоять на действительной военной службе. Существовавший между ним и военной прокуратурой контракт ущемлял его права, так как на время принятия в отношении заявителя мер воздействия в связи с отказом от перевода по службе в другую местность (приказ об увольнении с военной службы в связи с невыполнением условий контракта издан 17 марта 1999 г.) контракт противоречил как статье 41.5, так и статьям 40 (пункт 3) и 48 (пункт 8) Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации", согласно которым порядок прохождения службы военными прокурорами и следователями военной прокуратуры регулируется в том числе названным Законом, а офицеры военной прокуратуры обладают не только правами и льготами, установленными для военнослужащих, но и указанным выше Федеральным законом.

При указанном положении у Военной коллегии не имелось достаточных оснований для вывода о правомерности увольнения П. в связи с невыполнением условий контракта и к отмене постановлений военных судов первой и кассационной инстанций.

Поскольку Военной коллегией Верховного Суда РФ по данному делу допущено неправильное толкование и применение норм материального права, определение от 17 августа 1999 г. подлежит отмене с оставлением в силе постановлений военных судов гарнизона и округа.

Руководствуясь п. 4 ст. 329, ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, Президиум Верховного Суда Российской Федерации постановил:

определение Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 17 августа 1999 г. отменить. Оставить в силе решение военного суда Московского гарнизона от 6 мая 1999 г. и определение военного суда Московского военного округа от 18 июня 1999 г.


Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 20 декабря 2000 г. N 244-ПВ00


Текст постановления официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение