Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 14 апреля 2003 г. N 78-Г03-20 Оснований для отмены решения окружной избирательной комиссии об итогах голосования и для признания недействительными результатов выборов не имеется, поскольку нарушений порядка голосования и подсчета голосов, а также других нарушений избирательного законодательства, не позволяющих выявить действительную волю избирателей, в данном случае допущено не было

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ
от 14 апреля 2003 г. N 78-Г03-20


Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 14 апреля 2003 г. гражданское дело по заявлению Б.-К. об отмене решения окружной избирательной комиссии по избирательному округу N 29 по выборам депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга 3-го созыва об итогах голосования и о признании недействительными результатов выборов в одномандатном избирательном округе N 29 по кассационной жалобе Б.-К. на решение Санкт-Петербургского городского суда от 13 февраля 2003 г., которым постановлено: "отказать Б.-К. в удовлетворении заявления об отмене решения окружной избирательной комиссии по избирательному округу N 29 по выборам депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга 3-го созыва об итогах голосования и о признании недействительными результатов выборов в одномандатном избирательному округе N 29".

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ М., Судебная коллегия установила:

8 декабря 2002 г. в Санкт-Петербурге состоялись выборы депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга третьего созыва, назначенные постановлением Законодательного Собрания Санкт-Петербурга от 18 сентября 2002 г.

По результатам выборов в одномандатном избирательном округе N 29 Санкт-Петербурга решением N 16-1 от 9 декабря 2002 г. окружной избирательной комиссии N 29 признан избранным в Законодательное Собрание Санкт-Петербурга третьего созыва по данному избирательному округу кандидат К. (л.д. 21-22, 22-об).

Кандидат в депутаты по данному избирательному округу Б.-К. обратился в Санкт-Петербургский городской суд с заявлением, в котором просил отменить решение окружной избирательной комиссии по избирательному округу N 29 по выборам депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга 3-го созыва об итогах голосования и признать недействительными результаты выборов в одномандатном избирательном округе N 29 Санкт-Петербурга.

В обоснование жалобы (в окончательной редакции) указывалось на то, что 8 декабря 2002 г. при проведении голосования в избирательном округе N 29 Санкт-Петербурга выяснилось, что фамилия кандидата Б.-К. не была внесена в избирательный бюллетень. Вместо фамилии заявителя была указана фамилия несуществующего кандидата в депутаты "Б.-К.". Тем самым, по мнению заявителя, в избирательном округе N 29 была нарушена форма избирательного бюллетеня. Согласно п.9 ст.45 Закона Санкт-Петербурга "О выборах депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга" избирательные бюллетени неустановленной формы при подсчете голосов не учитываются. Несмотря на указанное требование Закона избирательной комиссией N 29 были учтены все избирательные бюллетени, хотя во всех этих бюллетенях не было фамилии кандидата в депутаты Б.-К. Данное нарушение порядка голосования и подсчета голосов, по мнению заявителя, не позволяет с достоверностью установить результаты волеизъявления избирателей в избирательном округе N 29, так как избиратели, желавшие проголосовать за Б.-К., не найдя этой фамилии в избирательном бюллетене, либо проголосовали "против всех", по мнению заявителя, либо вообще ушли из избирательных участков не проголосовав. Таким образом, по мнению заявителя, были допущены нарушения пунктов 1, 2, 7, 9 ст.41, пункта 9 ст. 45 Закона Санкт-Петербурга "О выборах депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга", а также п.п. "а" п.5, п.8 ст.63 "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации". Данные нарушения являются основанием к отмене решения окружной избирательной комиссии по избирательному округу N 29 по выборам депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга 3-го созыва об итогах голосования и для признания недействительными результатов выборов в одномандатном избирательном округе N 29 в силу п.3 ст. 77 ФЗ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" и п.6 ст.46 Закона Санкт-Петербурга "О выборах депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга", так как допущенные нарушения порядка голосования и подсчета голосов не позволяют выявить действительную волю избирателей.

По делу постановлено приведенное выше решение.

В кассационной жалобе Б.-К. указывается о несогласии с решением суда и ставится вопрос об отмене последнего и направлении дела на новое рассмотрение.

В обоснование данного требования указывается на то, что суд нарушил нормы материального права, а именно применил ст.45 п.9, ст.46 п.6 Закона Санкт-Петербурга "О выборах депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга", ст.77 п.3 Федерального Закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации". Ст.45 п.9 Закона Санкт-Петербурга указывает на то, что избирательные бюллетени неустановленной формы при подсчете голосов не учитываются. Суд счел, что невнесение фамилии зарегистрированного кандидата в депутаты в избирательный бюллетень не нарушает его форму, ссылаясь на простую техническую ошибку в тексте, то есть в содержании, избирательного бюллетеня, которая никак не влияет на форму самого бюллетеня, но такой вывод суда является неверным. Неприменение ст.46 п.6 Закона Санкт-Петербурга и ст.77 п.3 Федерального Закона суд обосновывает тем, что нарушений избирательного законодательства допущено не было, действительная воля избирателей выявлена. Данный вывод суда является необоснованным по причине неправильного толкования судом ст.41 п.п. 1, 2 Закона Санкт-Петербурга, ст.63 п.5 п.п. "а", п.8 Федерального Закона. Указанные нормы устанавливают, что избирательные бюллетени являются документами строгой отчетности, в которых указываются фамилия, имя, отчество каждого зарегистрированного кандидата в депутаты. Документ строгой отчетности не допускает в своем содержании ошибок, исправлений, неточностей и т.п. Указанные правовые нормы подразумевают, что фамилия зарегистрированного кандидата, указываемая в избирательном бюллетене, должна быть строго идентична фамилии данного кандидата указанной в его общегражданском паспорте (документе, удостоверяющем личность). Однако суд расширительно истолковал данные правовые нормы, считая, что в избирательный бюллетень фамилия кандидата может быть внесена и с ошибкой, главное, чтобы она не была изменена до неузнаваемости и не была похожа по написанию и созвучию с фамилиями других кандидатов в депутаты. Такое расширительное толкование закона не допустимо, так как фамилия с любой ошибкой даже в одной букве указывает уже на совершенно другое лицо, не зарегистрированное кандидатом в депутаты и, следовательно, внесение такой фамилии в избирательный бюллетень противоречит ст.41 п.п. 1, 2 Закона Санкт-Петербурга, ст.63 п.5 п.п. "а", п.8 Федерального Закона.

В кассационной жалобе также указывается на то, что изложенные в решении выводы не соответствуют обстоятельствам дела. В частности, суд не исследовал всех юридических фактов, которые могли повлиять на исход дела. В своем решении суд указывает, что за кандидата в депутаты К. проголосовало более половины всех избирателей, принявших участие в голосовании, включая и тех, кто проголосовал "против всех" или, получив избирательный бюллетень, ушел с избирательного участка не проголосовав. Однако суд отказался исследовать вопрос о том, сколько избирателей вообще не явилось на избирательные участки, узнав, что их кандидат (Б.-К.) не внесен в избирательный бюллетень, хотя данный вопрос ставился мной в судебном заседании. Учитывая то, что на избирательные участки не явилось почти 80% избирателей, а вопрос о том, какой процент голосов неявившихся избирателей принадлежит Б.-К., судом не исследовался, становится совершенно очевидно, что выявить действительную волю избирателей невозможно.

В жалобе отмечается неправильное применение и нарушение судом норм процессуального права. Так, суд отказался допросить явившегося в судебное заседание свидетеля - избирателя 29-го округа, мотивировав это тем, что нет доказательств явки этого свидетеля на избирательный участок, но такое суждение суда сделано без учета положений ст.ст. 67, 69 п.2 ГПК РФ и фактически суд предложил стороне заявителя доказать, что свидетельские показания будут являться доказательством. Оставлено без удовлетворения ходатайство о содействии суда в собирании доказательств. Всестороннего и полного исследования обстоятельств дела не было, имел место односторонний подход суда к рассмотрению дела, возражения со стороны избирательной комиссии доказательствами не подтверждены. Суд вынес свое решение по делу не на основании установленных обстоятельств, а продублировал решение ОИК исходя из принципа целесообразности.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для ее удовлетворения.

При вынесении решения суд считал установленным и исходил из того, что представленными суду доказательствами и объяснениями сторон в судебном заседании установлено, что Б.-К. был зарегистрирован кандидатом в депутаты Законодательного Собрания Санкт-Петербурга третьего созыва по избирательному округу N 29 Санкт-Петербурга, однако в избирательных бюллетенях для голосования на выборах депутата Законодательного Собрания Санкт-Петербурга третьего созыва 8 декабря 2002 года по избирательному округу N 29 Санкт-Петербурга фамилия данного кандидата в депутаты была указана не "Б.-К.", а "Б.-К.". Данное обстоятельство было выявлено в день голосования, являлось предметом обсуждения ОИК, которой данный факт расценен как технической ошибкой, не влияющей на волеизъявление избирателей. С учетом характера допущенной ошибки, правильного написания фамилии кандидата в депутаты и других данных о нем в информационных плакатах, суд счел возможным признать вывод ОИК обоснованным и согласиться с ним. Доводы заявителя о том, что он фактически не был включен в избирательные бюллетени для голосования, являются необоснованными. Ошибочным является утверждение заявителя относительно избирательных бюллетеней неустановленной формы и порядка их учета, поскольку допущено смешение понятий "форма" и "текст" бюллетеня. За кандидата в депутаты Законодательного Собрания Санкт-Петербурга К. проголосовали 7 741 избиратель, что составило более половины голосов всех избирателей, принявших участие в голосовании - 15 183 человек, включая и тех, кто проголосовал "против всех" или получив избирательный бюллетень, ушел с избирательного участка не проголосовав, не имеется оснований утверждать, что указанная выше техническая ошибка в фамилии кандидата в депутаты Б.-К. (1020 голосов), допущенная в избирательном бюллетене, не позволяет выявить действительную волю избирателей. Не имеется оснований, предусмотренных п.3 ст.77 ФЗ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации и п.6 ст.46 Закона Санкт-Петербурга "О выборах депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга", на которые ссылается заявитель, для отмены решения окружной избирательной комиссии по избирательному округу N 29 по выборам депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга 3-го созыва об итогах голосования и для признания недействительными результатов выборов в одномандатном избирательном округе N 29 Санкт-Петербурга, поскольку нарушений порядка голосования и подсчета голосов, а также других нарушений избирательного законодательства, не позволяющих выявить действительную волю избирателей, в данном случае допущено не было.

Судебная коллегия Верховного Суда РФ находит суждение суда первой инстанции правильным, так как оно соответствует установленным по делу обстоятельствам и требованиям действующего избирательного законодательства, которые в решении суда приведены.

Доводы кассационной жалобы в части указанной выше ошибки в фамилии заявителя являются аналогичными мотивам его обращения в суд, которые являлись предметом исследования и оценки суда, которая, как отмечено выше, является правильной.

Изучение материалов дела, не дает оснований согласиться и с доводами жалобы в части нарушения судом норм процессуального права, так как судом правильно определены имеющие значение для дела обстоятельства и представленные по делу доказательства позволяли сделать обоснованный вывод по существу заявления. Не усматривается оснований считать предвзятым подход суда к рассмотрению данного дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст.361 ГПК РФ, Судебная коллегия определила:

решение Санкт-Петербургского городского суда от 13 февраля 2003 г. оставить без изменения, а кассационную жалобу Б.-К. - без удовлетворения.



Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 14 апреля 2003 г. N 78-Г03-20


Текст определения опубликован в "Вестнике Центральной избирательной комиссии Российской Федерации", 2003 г., N 9


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.