Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 июня 2006 г. N 66-О06-45СП Суд отменил оправдательный приговор, а дело направил на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства, поскольку, несмотря на запрет на исследование в присутствии присяжных заседателей процессуальных вопросов и вопросов права, именно такие нарушения закона были допущены судом при рассмотрении дела

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 13 июня 2006 г. N 66-О06-45СП


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 13 июня 2006 года дело по кассационному представлению государственного обвинителя П.Е.Г. на приговор Иркутского областного суда от 9 февраля 2006 года, которым

М.А.В., родившийся 13 мая 1971 года в г. Усть-Куте Иркутской области, со средне-специальным образованием, ранее не судимый,

оправдан по ст. 105 ч. 2 п. "а, и" УК РФ за непричастностью к совершению преступления в связи с оправдательным вердиктом присяжных заседателей.

Заслушав доклад судьи Г.Л.И., выступление прокурора М.А.А., поддержавшей кассационное представление и просившей отменить приговор по указанным в нем основаниям, судебная коллегия, установила:

органами следствия М.А.В. было предъявлено обвинение в убийстве двух лиц из хулиганских побуждений.

Согласно предъявленному обвинению М.А.В., используя малозначительный повод, решил убить официанта кафе Г. Сходив домой он, вооружившись имевшимся у него карабином ОП СКС NЗТ 7233, возвратился к кафе, где до этого употребляв спиртные напитки, и произвел несколько выстрелов по стоявшим у входа в кафе машинам, а когда на звуки выстрелов из кафе выскочил не только Г., но и А., решил лишить жизни обоих. С этой целью он произвел по прицельному выстрелу в каждого, причинив огнестрельные ранения, от которых А. скончался на месте происшествия, а Г. - в больнице.

Вердиктом присяжных заседателей от, 8 февраля 2006 года признано не доказанным, что указанные деяния совершил М.А.В.

На основании данного вердикта М.А.В. оправдан по ст. 105 ч. 2 п. "а, и" УК РФ за непричастностью к совершению преступления.

В кассационном представлении государственный обвинитель П.Е.Г. просит приговор отменить и дело направить на новое судебное разбирательство. Основанием к этому указывает, что М.А.В. в присутствии присяжных заседателей, несмотря на неоднократные замечания председательствующего, допускались действия, имевшие цель опорочить доказательства, представленные стороной обвинения.

Автор представления указывает, что в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством в присутствии присяжных заседателей исследованию подлежат лишь те обстоятельства, которые достаточны для разрешения вопроса о доказанности совершенного подсудимым конкретного деяния. М.А.В. же в присутствии присяжных заседателей в своих показаниях неоднократно упоминал о сведениях, выходящих за рамки пределов доказывания, что является недопустимым. Это обстоятельство, по мнению государственного обвинителя, повлияло на объективность" присяжных заседателей при принятии решения.

Кроме того, в представлении указано, что свидетелями со стороны защиты исследовались данные о прежнем месте работы М.А.В., что также запрещено законом при рассмотрении дел с участием присяжных заседателей.

В возражениях адвокат Н.А.Г. считает, что кассационное представление государственного обвинителя не может быть рассмотрено в кассационном порядке, поскольку подано с нарушением срока для обжалования. Кроме того, в нем не приведено ни одного факта нарушения уголовно-процессуального закона, допущенного стороной защиты в судебном разбирательстве, в связи с чем просит оставить его без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления, а также возражений на него, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 385 ч. 2 УПК РФ "Оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора... лишь при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них".

В соответствии с п. 7 ст. 335 УПК РФ в ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями.

Законом запрещено в присутствии присяжных заседателей исследовать процессуальные и другие вопросы права, не входящие в компетенцию присяжных заседателей и способные вызвать их предубеждение в отношении подсудимого и других участников процесса.

Исследование таких вопросов расценивается как незаконное воздействие на присяжных заседателей.

Из материалов данного дела установлено, что, несмотря на запрет на исследование в присутствии присяжных заседателей процессуальных вопросов и вопросов права, именно такие нарушения закона были допущены судом при рассмотрении дела.

Так, из протокола судебного заседания видно, что председательствующий по делу незаконно разрешил адвокату Н.А.Г. в ходе допроса эксперта Ш. выяснять процедуру изъятия образцов сравнительного исследования (л.д. 312-313, т. 3).

Такое поведение адвоката, позволившего выяснять у эксперта вопросы, связанные с процедурой собирания и закрепления доказательств по делу, и председательствующего судьи, не прервавшего адвоката, является нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку эти обстоятельства не относятся к фактическим обстоятельствам дела, находящихся на разрешении в компетенции присяжных заседателей.

Аналогичное нарушение было допущено и при допросе этого же эксперта подсудимым. Кроме того, отвечая на вопрос подсудимого" эксперт пояснил "... мне никто не дал распоряжения, где брать смывы, следователь обычно указывает места, ...если бы следователь указал специальные места, то я бы взял смывы с этих мест, но этого сделано не было", то есть в данном случае были затронуты вопросы качества предварительного следствия, (л.д. 161, т. 3).

Далее председательствующий дает возможность эксперту Ш. давать показания, в которых затрагиваются процедурные вопросы (когда зарегистрировано постановление следователем о назначении экспертизы, сколько проведено экспертиз, почему эту экспертизу провел именно он и др.), что к фактическим обстоятельствам уголовного дела, доказанность которых устанавливают присяжные заседатели, тоже не относится, (л.д. 163, т. 3).

В ходе допроса подсудимого М.А.В. председательствующий незаконно разрешил ему в присутствии присяжных заседателей говорить о ходе предварительного следствия и его качестве (л.д. 328, ч. 3).

Давая пояснения о записке, изъятой у него, М.А.В. вновь заявляет о неполноте предварительного следствия (л.д. 333, т. 3).

Кроме того, в нарушение закона в присутствии присяжных заседателей обсуждались процессуальные вопросы: ходатайства подсудимого и адвоката о допросе дополнительных (не указанных в обвинительном заключении) свидетелей П., Ниж. и Нам., - ходатайство государственного обвинителя о допросе следователя Х. и последний был незаконно доброшен в качестве свидетеля об обстоятельствах расследования уголовного дела в присутствии присяжных заседателей (л.д. 345-347, т. 3).

Допускались нарушения уголовно-процессуального закона и при проведении прений сторон.

Как зафиксировано в протоколе судебного заседания, в прениях защитник сообщил о неполноте предварительного следствия, заявив, что с места происшествия не были изъяты образцы следов других участников, а изъятие одного образца следа было проведено с нарушением уголовно-процессуального закона, подвергнув тем самым законность доказательства. Далее защитник сообщил об отсутствии негатива (это касается заключения эксперта по фотоснимку), и, следовательно, источника образования предмета экспертного исследования, то есть вновь подверг сомнению законность экспертизы.

Председательствующий сделал соответствующее разъяснение, указав, что присяжные заседатели не должны принимать во внимание доказательства, не исследованные в суде, на которые сослался адвокат. Однако до сведения присяжных было доведено, что следствие проведено неполно и не исследованы все версии случившегося, а это, по мнению судебной коллегии, повлияло на вердикт (л.д. 365, т. 3).

Выступая в прениях, М.А.В. заявил, что "ему не понятен сам факт длительного расследования дела". Председательствующим было сделано ему замечание. Однако, продолжая свое выступление, он вновь попытался сообщить о краже, обстоятельства которой не являлись предметом исследования в судебном заседании, но вновь был остановлен председательствующим с соответствующими разъяснениями. А в реплике сообщил, что он "...увидел всю подгонку следователем документов" (л.д. 367 и 368, 373 т. 3).

Таким образом, он подверг законность всех исследованных в суде доказательств, что не вправе был делать в присутствии присяжных заседателей.

Судебная коллегия считает, что такое поведение защитника и подсудимого повлияло на ответ присяжных заседателей при вынесении вердикта.

Следует отметить, что кассационное представление подано в установленные законом сроки. Утверждение защитника об обратном является необоснованным, поскольку окончание срока обжалования приговора приходилось на нерабочий день.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия, определила:

приговор Иркутского областного суда от 9 февраля 2006 года в отношении М.А.В. отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 июня 2006 г. N 66-О06-45СП


Текст определения официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение