Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 7 июня 2006 г. N 95-П06 Суд изменил приговор и смягчил наказание, исключив из него указание о признании обстоятельством, отягчающим наказание, особо активную роль в совершении преступления, поскольку в нарушение требований уголовно-процессуального закона суд не привел мотивов, подтверждающих вывод об особо активной роли осужденного в совершении преступления

Постановление Президиума Верховного Суда РФ
от 7 июня 2006 г. N 95-П06


Президиум Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрел уголовное дело по надзорной жалобе осужденного М. на приговор Красноярского краевого суда от 22 сентября 2000 г., по которому М., родившийся 12 декабря 1981 г. в г. Красноярске, ранее не судимый,

осужден по ст. 162 ч. 3 п. "в" УК РФ к 12 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с конфискацией имущества.

В счет возмещения материального ущерба в пользу В.В.М. взыскано 53897 рублей солидарно с К.Е.А., Д., М. и З., в ее же пользу в счет компенсации морального вреда с М. постановлено взыскать 20000 рублей.

Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 15 марта 2001 г. приговор в отношении него оставлен без изменения.

Постановлением Уярского районного суда Красноярского края от 9 июня 2005 г. приговор приведен в соответствие с Федеральным законом N 162-ФЗ от 8 декабря 2003 г., исключено дополнительное наказание в виде конфискации имущества, в остальном судебные решения в отношении него оставлены без изменения.

По этому делу осуждены также Д., З. и К.Е.А.

В надзорной жалобе осужденного М. поставлен вопрос об изменении приговора и последующих судебных решений и смягчении назначенного ему наказания.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Н., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание приговора и последующих судебных решений, мотивы надзорной жалобы и вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, мнение заместителя Генерального прокурора Российской Федерации К.С.Г. об удовлетворении надзорной жалобы, письменные объяснения потерпевшей В.В.М., Президиум Верховного Суда Российской Федерации установил:

М. осужден за преступление, совершенное при следующих обстоятельствах.

Вечером 25 февраля 2000 г. К.Е.А., имея перед своими родителями денежный долг и зная, что М. также имеет денежный долг, предложил ему совершить разбойное нападение на водителя подходящей им иномарки с целью завладения автомобилем с последующей его реализацией по запчастям, на что М. согласился. К.Е.А. и М., встретив несовершеннолетнего З., о возрасте которого К.Е.А. было достоверно известно, используя то обстоятельство, что З. имеет денежный долг перед К.Е.А., последний предложил ему участвовать в качестве соисполнителя в разбойном нападении на водителя автомобиля. З. дал свое согласие, после чего втроем, обсуждая план совершения преступления, они выбрали место предстоящего нападения, распределили между собой роли. З. надлежало остановить любую подходящую им легковую автомашину и попросить довезти их во двор общежития N 4 КИЦМ. Там М. должен был привести водителя в бессознательное состояние ударом по голове тяжелым предметом, а затем вместе с З. связать руки водителя. К.Е.А. должен был перегнать похищенный автомобиль в г. Лесосибирск, где они намеревались поставить машину в гараж родственников К.Е.А. с последующей разукомплектацией и продажей запчастей транспортного средства. В пути они должны были высадить водителя в лесном массиве с целью лишения потерпевшего возможности своевременно сообщить в милицию о совершенном преступлении. К.Е.А., М. и З. договорились встретиться на следующий день и реализовать задуманное. 26 февраля 2000 г., осуществляя подготовку к разбойному нападению, К.Е.А. приготовил капроновую бельевую веревку, а также у своей знакомой С. взял металлическую монтировку с расплющенным концом, не ставя ее в известность о своих намерениях.

В этот же день, около 20 часов, К.Е.А., М. и З., реализуя умысел на разбойное нападение, пришли на автодорогу, расположенную в районе магазина "Баджей" г. Красноярска, где З. остановил легковой автомобиль. Однако, вопреки отведенной М. роли, тот не решился нанести водителю удар, вследствие чего договорились встретиться на следующий день, а также, по предложению З., привлечь в качестве соисполнителя несовершеннолетнего Д., у которого также имелся денежный долг перед К.Е.А. 27 февраля 2000 г. З. вызвал Д. на улицу, где К.Е.А., заведомо зная о несовершеннолетнем возрасте Д. и напомнив о денежном долге, предложил ему принять участие в разбойном нападении на водителя автомобиля с целью завладения транспортным средством. При этом К.Е.А. изложил план предстоящего нападения, в котором Д. отводилась роль приведения водителя в бессознательное состояние посредством удара металлической монтировкой в область головы. Получив согласие Д., М. передал ему монтировку, конец которой предварительно был обмотан тканью.

Около 22 часов того же дня К.Е.А., М., Д. и З., реализуя общий для них преступный умысел на разбойное нападение, вышли на проспект Красноярский рабочий, где З. под видом голосующего пассажира остановил автомобиль "Тойота-Корона" под управлением В.Н.П. и попросил отвезти их во двор общежития N 4 КНЦМ в г. Красноярске, на что В.Н.П. согласился. К.Е.А., М. и Д., вооруженный монтировкой, сели на заднее сиденье, а З. на переднее пассажирское, указывая водителю дорогу.

Когда В.Н.П. остановил машину, Д. во исполнение совместного с К.Е.А., М. и З. умысла на разбой напал на В.Н.П. и, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, нанес ему один удар монтировкой по голове. В.Н.П. попытался выскочить из машины, однако М., продолжая реализовывать общий умысел на разбой, схватил потерпевшего за куртку и вместе с ним вывалился из салона машины на улицу, где повалил В.Н.П. лицом вниз, сел на него сверху и нанес потерпевшему два удара рукой по спине, не причинив телесных повреждений.

З., действуя согласно отведенной ему роли, пнув В.Н.П. два раза по телу и не причинив телесных повреждений, стал связывать его руки веревкой, однако В.Н.П. разорвал ее. В это время к ним подбежал Д., который, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, умышленно, с целью реализации внезапно возникшего умысла на убийство, нанес несколько ударов металлической монтировкой по голове и рукам В.Н.П., которыми тот пытался защитить голову. При этом Д. вышел за пределы общего для нападавших умысла на обращение в свою собственность чужого имущества посредством разбоя.

Когда В.Н.П. потерял сознание, Д., М. и З. погрузили потерпевшего в салон автомобиля между передними и задним сиденьями. З. сел на переднее пассажирское сиденье, М. и Д. разместились на заднем, К.Е.А. стал управлять автомобилем.

Завладев имуществом В.Н.П. - автомобилем стоимостью 34560 руб., Д., М., З. и К.Е.А. на похищенном транспортном средстве поехали в г. Лесосибирск.

Следуя по Енисейскому тракту, К.Е.А. свернул в д. Ковригино Сухобузимского района, где М., Д. и З. вытащили В.Н.П. из салона. Д. проверил пульс потерпевшего и заявил, что В.Н.П. мертв. Таким образом, в процессе разбойного нападения действиями Д., направленными на убийство потерпевшего, последнему был причинен тяжкий вред здоровью, от которого наступила смерть В.Н.П.

С целью сокрытия следов преступления М., Д. и З. переместили труп В.Н.П. на несколько метров от дороги, закидав тело снегом. Кожаную куртку потерпевшего, резиновый автомобильный коврик со следами крови закопали в снег на противоположной обочине дороги. Затем все поехали дальше, орудие преступления - металлическую монтировку выбросили в снег. Не доезжая до г. Лесосибирска, К.Е.А. не справился с управлением и допустил выезд на железнодорожное полотно, повредив автомобиль. Оставив похищенное транспортное средство, К.Е.А., М., Д. и З. пешком направились в город, где вскоре были задержаны работниками милиции.

В надзорной жалобе осужденного М. указано, что суд необоснованно признал в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, его особо активную роль в выполнении объективной стороны преступления и, несмотря на наличие ряда обстоятельств, смягчающих наказание, в том числе явки с повинной, назначил чрезмерно суровое наказание.

Президиум считает, что надзорная жалоба осужденного М. подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как указано в приговоре, при назначении наказания суд учитывал повышенную общественную опасность преступления, относящегося к категории особо тяжких, личности виновных, а также обстоятельства, отягчающие наказание. Таким обстоятельством суд признал особо активную роль М. в выполнении объективной стороны преступления.

В соответствии со ст. 63 ч. 1 п. "г" УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание, может быть признана особо активная роль в совершении преступления. При этом, согласно ч. 4 ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания. Однако в нарушение требований уголовно-процессуального закона суд не привел мотивов, подтверждающих вывод об особо активной роли М. в совершении преступления.

Более того, суд указал в приговоре, что совершить разбойное нападение на водителя автомобиля М. предложил осужденный К.Е.А., он же вовлек в преступление несовершеннолетнего З. 26 февраля 2000 г. К.Е.А. приготовил веревку, у С. взял металлическую монтировку. В тот же день З. остановил легковой автомобиль, но, вопреки отведенной ему роли, М. не решился нанести водителю удар. Из-за этого К.Е.А., М. и З. договорились встретиться на следующий день, привлечь, по предложению З., к участию в преступлении несовершеннолетнего Д., которому М. передал монтировку.

В последующем З. остановил автомобиль, потерпевший В.Н.П. повез всех, а когда остановился, Д. напал на него, ударил монтировкой по голове. В.Н.П. пытался выскочить из машины, но М., продолжая реализовывать общий умысел на разбой, схватил потерпевшего за куртку, вывалился за ним из салона машины, повалил В.Н.П. лицом вниз, сел на него сверху и нанес два удара рукой по спине, не причинив потерпевшему телесных повреждений. Затем З. два раза пнул В.Н.П. по телу, стал связывать ему руки. В это время к ним подбежал Д. и с целью убийства, выйдя за пределы общего умысла на разбой, несколько раз ударил потерпевшего монтировкой по голове и рукам. Когда В.Н.П. потерял сознание, Д., М. и З. погрузили его в салон автомобиля и вместе с К.Е.А. повезли, чтобы позже высадить. Вытащив В.Н.П. из машины, Д. проверил его пульс и заявил, что потерпевший мертв.

Далее суд указал в приговоре: "Таким образом, в процессе разбойного нападения действиями Д., направленными на убийство потерпевшего, последнему был причинен тяжкий вред здоровью, от которого наступила смерть В.Н.П.".

Изложенное свидетельствует об обоснованности доводов надзорной жалобы осужденного М. о том, что каждый из соучастников выполнял заранее отведенную ему роль, он не был организатором преступления или особо активным его исполнителем. Поэтому вывод суда о наиболее активной роли М. в преступлении противоречит фактическим обстоятельствам дела.

Иных обстоятельств, отягчающих наказание М., в приговоре не указано.

Вместе с тем обстоятельствами, смягчающими наказание М., суд признал его явку с повинной и активное способствование раскрытию преступления, то есть обстоятельства, указанные в п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Согласно ст. 62 УК РФ, при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и при отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, в данном случае - ст. 162 ч. 3 п. "в" УК РФ, обоснованность осуждения по которой и правильность юридической квалификации действий в жалобе не оспаривается.

При таких данных следует признать, что доводы надзорной жалобы о смягчении назначенного М. наказания также основаны на законе.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 407, 408 УПК РФ, Президиум Верховного Суда Российской Федерации постановил:

1. Надзорную жалобу осужденного М. удовлетворить.

2. Приговор Красноярского краевого суда от 22 сентября 2000 г., определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 15 марта 2001 г. и постановление Уярского районного суда Красноярского края от 9 июня 2005 г. в отношении М. изменить.

Исключить из них указание о признании обстоятельством, отягчающим наказание, особо активную роль в совершении преступления.

Смягчить назначенное ему наказание по ст. 162 ч. 3 п. "в" УК РФ до 10 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В остальном судебные решения в отношении него оставить без изменения.



Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 7 июня 2006 г. N 95-П06


Текст постановления официально опубликован не был


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.