Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. N 67-О04-113 Оснований для отмены или изменения приговора не имеется, поскольку наказание, назначенное осужденным за убийство, является справедливым, соразмерным содеянному

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 24 февраля 2005 г. N 67-О04-113


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 24 февраля 2005 г. кассационные жалобы осужденных П., Г. и адвокатов З., К.И.О. на приговор Новосибирского областного суда от 27 октября 2004 г., которым

П., родившийся 13 ноября 1972 года в г. Новосибирске, русский, с неполным средним образованием, инвалид 2-ой группы, ранее не судимый,

осужден по п.п. "д, ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к двенадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Г., родившийся 24 сентября 1984 года в с. Красноглинное Новосибирской области, русский, с неполным средним образованием, не работавший, ранее не судимый,

осужден по п.п. "д, ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к четырнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать с П. и Г. в возмещение процессуальных издержек в доход государства по 4524 руб. 75 коп. с каждого.

П. и Г. признаны виновными и осуждены за убийство К.В.Л., 1960 года рождения, совершенное группой лиц и с особой жестокостью.

Преступление совершено ими 3 апреля 2004 г. в с. Красноглинное Новосибирской области при обстоятельствах, установленных приговором.

Заслушав доклад судьи К.B.C., мнение прокурора К.В.В. об оставлении приговора в отношении П. и Г. без изменения, судебная коллегия установила:

В кассационных жалобах:

- адвокат З. в защиту интересов осужденного П. просит отменить приговор и прекратить уголовное дело, ссылаясь на непричастность П. к убийству К.В.Л., на неправильную оценку доказательств. Считает, что Г. был единственным участником преступления, а К. и Г. оговорили П.;

- осужденный П. просит отменить приговор и прекратить его уголовное преследование, ссылаясь на те же доводы, что и адвокат З. в своей жалобе в его защиту;

- осужденный Г. просит отменить приговор и направить дело на новое судебное разбирательство, ссылаясь на необоснованность и несправедливость приговора. Не отрицая своей виновности, Г. указывает на несогласие с квалификацией его действий, поскольку сговора с П. на убийство К.В.Л. у него не было. Утверждает, что он нанес удар ножом К.В.Л., опасаясь за свое собственное здоровье, поскольку П. был во вневменяемом состоянии и не контролировал своих действий. Настаивает на том, что П. участвовал в убийстве К.В.Л., а он (Г.) в судебном заседании изменил показания из-за психологического воздействия на него П.;

-   адвокат К.И.О. в защиту интересов осужденного Г. просит изменить приговор, переквалифицировать действия Г. с ч. 2 ст. 105 УК РФ на ст. 316 УК РФ и назначить ему наказание, не связанное с реальным лишением свободы, ссылаясь на необоснованность приговора, на несоответствие выводов, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, на чрезмерную строгость назначенного Г. наказания. Считает, что у Г. не было умысла на убийство К.В.Л. и он (Г.) не знал о таком желании П.

В возражениях государственный обвинитель Т. считает доводы жалоб несостоятельными и просит приговор в отношении П. и Г. оставить без изменения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы жалоб и возражений на них, судебная коллегия находит приговор в отношении П. и Г. законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.

Виновность П. и Г. в содеянном ими подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Нанесение Г. ударов ножом в область туловища К.В.Л. в жалобах не оспаривается.

Виновность П. в убийстве К.В.Л. подтверждается:

- показаниями подсудимого Г. о нанесении П. неоднократных ударов ножом К.В.Л.

Последующему изменению подсудимым Г. своих показаний в этой части суд дал надлежащую оценку с учетом показаний Г. в ходе предварительного следствия и других доказательств;

- показаниями свидетеля К. о нанесении П. ударов ножом К.В.Л.

Как подсудимый Г., так и свидетель-очевидец К. поясняли, что никакого эпилептического припадка у П. при происшедшем не было.

Имеющиеся несущественные противоречия, не влияющие на выводы о виновности осужденных, в показаниях К. судом оценены.

Доводы жалобы адвоката З. об оговоре К. П. из-за боязни Г. являются ее предположениями, не подкреплены ею доказательствами, а в имеющихся материалах дела отсутствуют доказательства оговора К. П.;

- показаниями свидетеля Ц. о том, что Г. сообщал о совершении им и П. убийства К.В.Л. в присутствии К.

Ссылка в жалобе адвоката З. на то, что суд не имел права ссылаться на показания свидетеля Ц., поскольку тот как оперативный сотрудник милиции заинтересован в раскрытии преступления, является несостоятельной, противоречащей требованиям ст. 75 УПК РФ. Запрета допроса сотрудника милиции в качестве свидетеля уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает. Показания свидетеля Ц. судом правильно оценивались в совокупности с другими доказательствами. Кроме того, в жалобе не обосновано, в чем заключается заинтересованность Ц. в том, один человек или двое убивали К.В.Л. и в том, что одним из виновных был именно П.

Как пояснял свидетель К. в судебном заседании, около 23-х часов, когда он и К.В.Л. уже легли спать, пришли Г. и П. П. начал приставать к К.В.Л., скандалить с ним. Г. тоже присоединился к П., также кричал на К.В.Л. Они вдвоем говорили, что К.В.Л. - грязный, немытый, ранее заразил П. вшами. Скандалили они так около 5 минут. Затем П. взял у Г. нож и ударил ножом в кисть руки К.В.Л., наверное, при этом К.В.Л. защищался рукой. После этого П. стал наносить удары ножом К.В.Л., тот просил не убивать его, но П. продолжал наносить удары и К.В.Л. упал на пол у дивана. Г. сам забрал нож у П., сказал, что "вот так надо делать": подошел к К.В.Л. и нанес ему два удара в левый бок. К.В.Л. стонал, просил не убивать его, а Г. нанес ему еще удар ножом в туловище. Он (К.) отворачивался и не может сказать, сколько всего ударов нанес Г. К.В.Л. В дальнейшем П. еще раз подходил и наносил удары К.В.Л. Потом П. уснул, а он (К.) по указанию Г. проверил пульс у К.В.Л., пульса у него не было и он сказал, что К.В.Л. мертв.

При нанесении ударов К.В.Л. ножом он (К.В.Л.) был одет в сорочку, кофту.

Кроме того, в ходе предварительного следствия К. пояснял, что при происшедшем К.В.Л. сопротивлялся, двигался, уворачивался.

В судебном заседании свидетель К. подтвердил достоверность этих показаний.

Подсудимый Г. пояснял, что когда он и П. пришли, К.В.Л. и К. спали, они их разбудили. Затем П. стал ссориться с К.В.Л. по поводу заражения вшами. Он (Г.) также ссорился с К.В.Л. по этому поводу. П. его (Г.) ножом нанес удар в кисть руки К.В.Л. и стал наносить ему удары ножом. К.В.Л. просил его прекратить эти действия. Тогда П. передал нож ему (Г.), сам продолжил употреблять спиртное, а он (Г.) нанес 2-3 удара ножом в область туловища. К.В.Л. стонал и просил не бить его. Затем он (Г.) и П. продолжили распитие спиртного. П. опять взял нож и, подойдя к К.В.Л., нанес ему еще удары ножом, К.В.Л. стонал.

При допросе в качестве подозреваемого Г. пояснял, что после нанесения удара ножом в бок К.В.Л. он (К.В.Л.) упал. Тогда он (Г.) забрал у П. нож и два-три раза ударил К.В.Л. ножом в область поясницы, при этом от его ударов лезвие ножа входило в тело К.В.Л. примерно наполовину.

При таких данных суд пришел к обоснованному выводу о том, что Г. сам взял нож у П. для нанесения ударов К.В.Л. Из материалов дела следует, что П. не нападал на Г. и не угрожал ему в целях понуждения Г. к нанесению ударов ножом К.В.Л. При таких обстоятельствах ссылка в жалобе Г. на то, что он вынужден был нанести удар ножом К.В.Л., опасаясь за собственное здоровье, является несостоятельной, противоречащей материалам дела.

Из акта судебно-медицинской экспертизы следует, что смерть К.В.Л. наступила от слепого колото-резаного ранения шеи с повреждением правой общей сонной артерии, сопровождавшегося массивным кровотечением, приведшим к малокровию организма. Кроме того, на трупе К.В.Л. имелись еще 17 колото-резаных непроникающих ранений мягких тканей тела, влекущих легкий вред здоровью, и ушибленная рана в теменной области с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани.

С учетом того, что при происшедшем К.В.Л. был одет в сорочку, кофту, и длина раневых каналов колото-резаных повреждений туловища составляла 3-4 см, данные ранения наносились с достаточной силой.

Как видно из материалов дела, Г. видел действия П. по нанесению ударов ножом К.В.Л., от которых К.В.Л. упал, просил при этом К.В.Л. не убивать его, а П. наносил ему удары; видя такие действия П. и их последствия, Г. взял у П. нож и, несмотря на просьбу не убивать его, нанес К.В.Л. неоднократные удары ножом с достаточной силой в область расположения жизненно важных органов. При таких данных суд обоснованно пришел к выводу о наличии у Г. умысла на лишение К.В.Л. жизни.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины П. и Г. в содеянном ими и верно квалифицировал действия каждого из них по п.п. "д, ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ по указанным в приговоре признакам.

Ссылка в жалобе осужденного Г. на отсутствие у него сговора на убийство К.В.Л. не влияет на квалификацию действий виновных, поскольку по признаку предварительного сговора на убийство они не осуждены.

С учетом количества нанесенных на глазах друг друга соучастниками ударов ножом К.В.Л. - 18, просьб К.В.Л. не убивать его, после которых П. и Г. продолжали наносить ему удары ножом, поочередности нанесения этих ударов П. и Г. одним и тем же ножом, нанесения К.В.Л. ударов ножом с перерывами для употребления спиртного, суд пришел к обоснованному выводу об особой жестокости совершенного убийства К.В.Л. и причинении П. и Г. особых мучений и страданий К.В.Л.

Избранный П. и Г. способ убийства К.В.Л., связанный как с количеством нанесенных ножевых ранений, так и с продолжительностью времени по его убийству характеризует и субъективное отношение П. и Г. к смерти К.В.Л. как проявление ими особой жестокости.

Ссылка в жалобе Г. на то, что при нанесении ударов ножом П. был невменяемым, не контролировал свои действия, является несостоятельной. Из акта стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы следует, что у П. имеется органическое расстройство личности вследствие перенесенной черепно-мозговой травмы с интеллектуально-мнестическим снижением и эпилептиформным синдромом, однако при происшедшем он был вменяемым, но осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими мог не в полной мере (ст. 22 УК РФ). С учетом осмысленных, мотивированных, целенаправленных действий П., поддержанием им адекватного речевого контакта, отсутствия у него бреда, галлюцинаций, П. обоснованно признан вменяемым.

Наказание П. и Г. назначено судом в соответствии с требованиями закона, с учетом данных об их личности, влияния назначенного наказания на их исправление и всех конкретных обстоятельств дела.

Молодой возраст Г. учтен судом при назначении ему наказания.

С учетом частичного признания подсудимым Г. своей вины, изменением им показаний, доводов его жалобы, ссылка на чистосердечность раскаяния - несостоятельна.

С учетом погашения предыдущих судимостей Г. по приговорам от 13 сентября 2001 г. и 5 ноября 2001 г. суд правильно указал в приговоре, что Г. ранее не судим. Однако данное обстоятельство не является смягчающим наказание в связи с совершением им особо тяжкого преступления и не вследствие случайного стечения обстоятельств (п. "а" ч. 1 ст. 61 УК РФ).

Назначенное Г. и П. наказание является справедливым, соразмерным содеянному самими ими и оснований к его смягчению не имеется.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом, и надлежащим образом обоснованны, мотивированны.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Новосибирского областного суда от 27 октября 2004 г. в отношении П. и Г. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных П., Г. и адвокатов З., К.И.О. - оставить без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. N 67-О04-113


Текст определения размещен на сайте Верховного Суда РФ в Internet (http://www.supcourt.ru)


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение