Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17 мая 2006 г. N 66-О05-138 Оснований для отмены или изменения приговора не имеется, поскольку наказание осужденному за покушение на убийство и убийство назначено в соответствии с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности и смягчающих обстоятельств

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 17 мая 2006 г. N 66-О05-138


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 17 мая 2006 г. кассационные жалобы осужденного П.В.А. на приговор Иркутского областного суда от 12 сентября 2005 года, по которым

П., 21 февраля 1955 года рождения, уроженец гор. Иркутска, судимый,

осужден к наказанию: по ст. 105 ч. 2 п. "и" УК РФ в виде лишения свободы на срок четырнадцать лет; по ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. "а, и" УК РФ в виде лишения свободы на срок одиннадцать лет.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 17 лет в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Е., объяснения осужденного П.В.А., поддержавшего жалобу и просившего об отмене приговора, прокурора Ф., возражавшего против доводов осужденного и полагавшего приговор оставить без изменения, судебная коллегия установила:

П.В.А. признан виновным в том, что совершил умышленное убийство из хулиганских побуждений и покушение на убийство двух лиц из хулиганских побуждений при обстоятельствах, изложенных в приговоре 2 апреля 2005 года около 22 часов в автобусе маршрута 14 в городе Иркутске.

В судебном заседании П.В.А. первоначально вину не признал, а в ходе судебного следствия заявил о виновности в содеянном.

В кассационных жалобах осужденный П.В.А. считает приговор необоснованным, т.к. выводы суда противоречат материалам дела, а нормы уголовно-процессуального закона нарушены. Оспаривает достоверность его опознания потерпевшими со ссылкой на его конкретность на то, что потерпевшие указали о наличии предметов одежды и сотового телефона, которых он не имел. Считает, что к преступлению причастно иное лицо. Просит о пересмотре приговора, т.к. он не совершал преступлений, за которые осужден. Считает показания потерпевших недопустимым доказательством, ссылается на обвинительный уклон со стороны органов следствия и суда, которые не выполнили требования ст. 73 УПК РФ и положения закона об оценке доказательств.

Государственный обвинитель принес возражения на кассационные жалобы П.В.А., в которых просит приговор оставить без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, судебная коллегия находит, что вывод суда о доказанности вины П.В.А. соответствует материалам дела и подтвержден приведенными в приговоре доказательствами.

В приговоре содержится подробный анализ показаний П.В.А., которые были им даны в ходе предварительного расследования.

Так из явки с повинной П.В.А. следует, что в маршрутном автобусе он сделал замечание подросткам, которые обозвали его нецензурными словами. Он решил их проучить, вышел вслед за ними. Догнал подростков около подъезда, и между ними завязалась драка. Он вытащил складной нож, чтобы их попугать. Нож был сломан и он "поцарапал" подростков, одного парня не догнал. Время было около 21-22 часов. Когда бежал за парнем, то какая-то женщина пыталась его остановить, но он вырвался. После этого уехал домой.

При допросе в качестве подозреваемого П.В.А. в присутствии адвоката, не отрицал обстоятельств, о которых сообщил в явке с повинной и показал, что 2 апреля 2005 года около 17-30 часов поехал в Иркутск-2 В автобусе были подростки которые громко говорили, употребляли нецензурные слова. Он им сделал замечание, на что они ответили ему грубо. Когда подростки вышли, он вышел за ними, поговорить, чтобы они так себя не вели. Прошел за подростками, среди которых была девочка, до дома, хотел с ними поговорить, но они повели себя грубо, полезли драться. Он достал нож и ударил подростов по одному разу, т.к. был в ярости. Один подросток побежал, он за ним бежал, но не догнал. Убивать ребят не хотел.

При допросе в качестве обвиняемого пояснил, что о# вечером 2 апреля 2005 года находился дома, явку с повинной написал потому, что начальник милиции сказал, что его отпустят если он напишет ее

13 мая 2005 года при допросе в качестве обвиняемого П.В.А. вновь изменил показания и показал, что в субботу 2 апреля 2005 года в автобусе о# сделал замечание подросткам, на что они ответили ему грубостью. Когда они вышли из автобуса, вышел и пошел за ними. Около подъезда дома он ударил одного парня в живот, он упал. Потом ударил второго, куда не помнит, а затем девушку. П.М.А. побежал. Он погнался за ним, но не догнал. Нож выбросил и уехал домой. Показания изменил потому, что ему так посоветовали сокамерники, чтобы избежать ответственности. При допросе П.В.А. собственноручно нарисовал схему ножа, которым он наносил ранения.

Впоследствие# П.В.А. при проверке показаний на месте показал о фактических обстоятельствах дела, показал путь движения за подростками до дома 36 ул. Пржевальского и место нанесения потерпевшим ранения, что соответствует показаниям потерпевших Т. и П.М.А.

На очной ставке с П.М.А. П.В.А. подтвердил показания потерпевшего об обстоятельствах преступления в частности, что он у дома сразу стал наносить ранения потерпевшим, а не после ссоры как он говорил ранее, а на очной ставке с Т. подтвердил ее показания и уточнил, что он с подростками у подъезда не ссорился, а сразу стал бить ножом, девочка его толкала и он даже упал.

Как видно из дела, в ходе допросов П.В.А. давал показания в присутствии защитника, а при выходе на место происшествия и в присутствии понятых. Ему разъяснялись его процессуальные права, в том числе и то, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу. Следственные действия проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в связи с чем суд обоснованно признал показания П.В.А. на предварительном следствии допустимыми доказательствами.

В процессе судебного следствия П.В.А. изменил свои первоначальные показания в судебном заседании, когда он отрицал вину в содеянном и показал, что признает себя виновным, подтвердил свои признательные показания на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого. Пояснил, что в автобусе подростки его оскорбили грубыми словами, и он в# вышел за ними на остановке, проследовал за ними и у дома нанес им ранения ножом.

Показания П.В.А., в которых он признавал свою вину в содеянном, объективно подтверждены показаниями потерпевших Т. и П.М.А. в судебном заседании о том, что они ехали вместе с П.В.А. в одном автобусе, ссоры с ним и оскорблений в его адрес с их стороны, не было, П.В.А. пошел за ними, у подъезда ударил правой рукой в живот Вер., который согнулся. Затем он ударил П.М.А. и пошел на Т., пытался ударить ее в грудь, но она увернулась, и он попал ей в живот. Т. стала его отталкивать, и он ей порезал правую руку. П.М.А. стал убегать, а П.В.А. побежал за ним. Т. забежала в открытый подъезд, зашла к знакомым, туда пришел отец и унес ее домой. Ножа у П.В.А. она не видела, и рану в животе обнаружили только дома. Затем ее увезли в больницу. Все произошло очень быстро. П.В.А. при нападении ничего не говорил, все делал молча. Вер. умер на месте, что она узнала позже.

Потерпевший П.М.А. подтвердил, что они подошли к подъезду Т., и он увидел, что П.В.А. идет прямо на них, и сразу ударил его чем-то металлическим наотмашь по правой стороне шеи. Он его ударил ногой по ноге, и осужденный упал на колени, вскочил и ударил Вер. в живот, и пошел на Т., ударяя ее. Он побежал, П.В.А. побежал за ним, но не догнал. Он добежал до киосков и обратился к находящимся там людям за помощью. Они вызвали скорую помощь. У него была рана на шее.

В обоснование вины П.В.А. суд также обоснованно сослался на показания свидетелей Л., Т., К., З., Вол. и других.

Свидетель К. на предварительном следствии опознал П.М.А. как мужчину, с которым Вер. разговаривал в автобусе.

Вина П.В.А. также подтверждена протоколом осмотра места происшествия, выводами судебно-биологической, медико-криминалистической и судебно-медицинских экспертиз о характере и степени тяжести причиненных Т., П.М.А. и Вер. телесных повреждений и причине смерти последнего.

Доводы П.В.А. о том, что протоколы опознания его потерпевшими не могут являться допустимым доказательством, ввиду их, как указано в жалобе "неполноты и неконкретности", необоснованны.

Потерпевшие П.М.А., Т., свидетели З., К. на предварительном следствии при предъявлении на опознание опознали П.В.А. по чертам лица, возрасту, телосложению, (том 1, л.д. 201-204, том 2 л.д. 142-144, том 1, л.д. 230-232, том 2 л.д. 139-141).

О внешнем облике лица, совершившего преступление и приметах, по которым могут опознать его, указали потерпевшие и свидетели при первоначальных допросах еще до проведения познания, в процессе опознания уверенно опознали П.В.А.

В судебном заседании были проверены, отражены и обоснованно критически оценены судом доводы П.В.А. о том, что вину он признал в результате оказанного на него давления со стороны правоохранительных органов. В приговоре приведены конкретные основания и мотивированные суждения, по которым суд пришел к такому выводу.

Проверены были и доводы П.В.А. о том, что в момент совершения преступления он не был на месте преступления. Они не нашли своего подтверждения, поскольку опровергаются приведенными в приговоре доказательствами, в связи с чем суд обоснованно указал, что они даны с целью защиты от предъявленного обвинения.

Собранные по делу доказательства изобличают П.В.А. в содеянном и свидетельствуют о несостоятельности его доводов о причастности к преступлению другого лица.

Оснований согласиться с доводами осужденного о том, что дело рассмотрено судом с обвинительным уклоном, не имеется. Дело рассмотрено с соблюдением принципа состязательности сторон, все доказательства, представленные сторонами обвинения и защиты исследованы и получили оценку в приговоре суда.

Суд правильно квалифицировал действия П.В.А. по ст. 105 ч. 2 п. "и" и по ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. "а, и" УК РФ. Выводы суда о квалификации действий П.В.А. в приговоре надлежаще мотивированы.

Об умысле П.В.А. на убийство, как правильно указал суд, свидетельствуют - орудие преступления - нож, нанесение ударов ножом в жизненно-важные органы потерпевших - живот, шею. Обоснованно суд учитывал и то, что П.В.А. имеет медицинские познания, т.к. служил в армии на должности санитара младших медицинских специалистов морской пехоты и знал о расположении жизненно-важных органов. Смерть П.М.А. и Т. не наступила по обстоятельствам, не зависящим от П.В.А.

Мотив совершения убийства и покушения на убийство судом установлен правильно. Из дела видно, что преступление П.В.А. совершил используя незначительный повод как предлог для убийства, на почве явного неуважения к обществу.

Наказание П.В.А. назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности и смягчающих обстоятельств.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не имеется.

В силу изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия определила:

приговор Иркутского областного суда от 12 сентября 2005 года в отношении П.В.А. оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного - без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17 мая 2006 г. N 66-О05-138


Текст определения официально опубликован не был


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.