Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21 декабря 2006 г. N 38-О06-32 Оснований для отмены или изменения приговора по мотивам чрезмерной мягкости или чрезмерной суровости в отношении осужденного за убийство не имеется, поскольку наказание ему назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и данных о его личности

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 21 декабря 2006 г. N 38-О06-32


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 21 декабря 2006 года кассационное представление государственного обвинителя К.В.В., кассационные жалобы потерпевшей Г., осужденного П.А.В. и адвоката К.Н.И. на приговор Тульского областного суда от 17 июля 2006 года, которым

П.А.В., родившийся 24 сентября 1979 года в г. Богородицке Тульской области, ранее не судимый,

осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

П.А.В. осужден за умышленное причинение смерти Д.

Преступление совершено 13 июня 2004 года в г. Богородицке Тульской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденный П.А.В. виновным себя не признал.

Заслушав доклад судьи С., объяснение осужденного П.А.В., потерпевших Г. и Д., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора Х., полагавшей кассационные представление и жалобы оставить без удовлетворения, судебная коллегия установила:

В кассационном представлении государственный обвинитель К.В.В. указывает, что приговор является незаконным, необоснованным, несправедливым и подлежит отмене с направлением дела на новое судебное разбирательство в связи с неправильным применением уголовного закона и несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом. Государственный обвинитель считает, что суд необоснованной исключил из обвинения П.А.В. квалифицирующий признак "из хулиганских побуждений", поскольку из показаний свидетелей Я-на, М., Р., а также показаний свидетеля Т., данных в ходе предварительного следствия и первоначального судебного заседания, следует, что в фойе ресторана П.А.В. размахивал ножом, кричал, ни к кому конкретно при этом не обращался, Д. ударил ножом беспричинно. Считает, что к показаниям свидетеля Т. в последнем судебном заседании и к показаниям свидетелей Ф., Л., Ч. и П. следует отнестись критически, так как они являются противоречивыми, непоследовательными и не подтверждаются другими доказательствами, и расценивать их как попытку помочь подсудимому избежать ответственности за совершенное им деяние. Указывает также, что из показаний свидетелей следует, что потерпевший Д. был бесконфликтным человеком, а осужденный П.А.В., напротив, был вспыльчивым и конфликтным. Считает, что само поведение осужденного, вне зависимости от наличия, либо отсутствия конфликтной ситуации свидетельствует именно о наличии хулиганских мотивов.

Потерпевшая Г. в кассационной жалобе выражает несогласие с приговором в части квалификации действий осужденного. Считает, что суд необоснованно исключил из обвинения П.А.В. квалифицирующий признак совершение преступления из хулиганских побуждений. Указывает, что при постановлении приговора суд нарушил требования ст. 307 УПК РФ, поскольку не указал в приговоре, в чем выразился конфликт между осужденным и потерпевшим, и не привел мотивы, по которым он отверг показания свидетелей обвинения и принял показания свидетелей защиты и осужденного. Считает, что свидетели защиты дают ложные показания, оговаривают Д. и тем самым помогают П.А.В. уйти от наказания за содеянное. Указывает в жалобе, что вывод суда о том, что нахождение осужденного в состоянии психической напряженности существенно повлияло на его действия и поведение и исключает в его поведении хулиганский мотив, является неправильным, так как эмоциональное состояние не может влиять на хулиганский мотив совершения преступления. Кроме того, считает, что суд необоснованно указал в приговор, что потерпевший находился в состоянии алкогольного опьянения, и в нарушение требований ст. 63 УК РФ не признал в качестве отягчающих наказание осужденного обстоятельств наступление тяжких последствий в результате совершения преступления и совершение преступления с использованием ножа. Просит приговор отменить в связи с неправильной квалификацией действий осужденного и чрезмерной мягкостью назначенного ему наказания и направить дело на новое судебное разбирательство.

Осужденный П.А.В. в кассационной жалобе указывает, что не согласен с приговором в ввиду его несправедливости и неправильного применения уголовного закона. Считает, что правильно установив, что инициатором драки был потерпевший Д. и поводом конфликта послужило его неправомерное и аморальное поведение, суд необоснованно квалифицировал его действия как умышленное убийство. Утверждает, что при нанесении удара ножом Д. он находился в состоянии эмоционального напряжения и реализовал свое право на необходимую оборону и умысла на убийство потерпевшего не имел. Просит приговор изменить, переквалифицировать его действия на ст. 111 ч. 4 УК РФ и с учетом смягчающих его вину обстоятельств, смягчить назначенное ему наказание.

В кассационной жалобе в защиту осужденного П.А.В. адвокат К.Н.И. также указывает, что выводы суда о совершении П.А.В. умышленного убийства не соответствуют установленным в судебном заседании обстоятельствам совершенного преступления. Считает, что убийство потерпевшего П.А.В. совершил в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (эффекта), вызванного насилием и тяжким оскорблением со стороны потерпевшего, что подтверждается выводами психолого-психиатрической экспертизы от 9 февраля 2006 года. Заключение повторной судебно-психологической экспертизы от 22 июня 2006 года, которым установлено, что П.А.В. не находился в состоянии эффекта, по мнению адвоката является недопустимым доказательством, поскольку данная экспертиза проведена с нарушением требований закона и в ее производстве в качестве экспертов принимали участие ненадлежащие лица. В связи с этим, просит приговор в отношении П.А.В. изменить, переквалифицировать его действия на ст. 107 ч. 1 УК РФ и смягчить назначенное ему наказание.

В возражениях на кассационную жалобу потерпевшей Г. осужденный П.А.В. просит оставить жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и представления, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.

Выводы суда о виновности П.А.В. в умышленном причинении смерти Д. являются правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, полно и подробно изложенных в приговоре.

Так, осужденный П.А.В. в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого не отрицал, что ударил ножом потерпевшего за то, что тот ударил его жену.

Из показаний свидетеля Я-ной следует, что когда она вышла в фойе ресторана, Д. показывал ей рану на своей груди, после чего она видела, как ее муж отобрал у П.А.В. нож.

Свидетель Я-ин пояснял, что видел как П.А.В. в фойе ресторана размахивал ножом в сторону Т. и Д. Чтобы успокоить П.А.В., он ударил его стулом и отобрал у него нож.

В соответствии с выводами судебно-медицинской экспертизы, обнаруженное у Д. проникающее колото-резаное ранение передней стенки левой половины грудной клетки с ранением сердечной сорочки и сердца, от которого наступила его смерть, причинено одним ударом острого колюще-режущего предмета.

С учетом приведенных выше и других исследованных в судебном заседании доказательств, суд пришел к обоснованному выводу о том, указанное ранение потерпевшему причинил П.А.В., совершив тем самым его убийство.

Доводы государственного обвинителя и потерпевшей о том, что убийство Д. осужденный П.А.В. совершил из хулиганских побуждений, судом тщательно проверялись и обоснованно опровергнуты, так как не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Согласно показаниям свидетеля Ф., в фойе ресторана к ней подошел Д., стал оскорблять ее, а затем ударил ее рукой в лоб, от чего она упала на пол и на короткое время потеряла сознание. Когда она очнулась, то увидела, что над ней склонился ее муж П.А.В., а в это время к нему подбежал Д. и ударил его ногой в глаз, после чего началась драка и стали избивать ее мужа.

Из показаний свидетелей П. и Ч. следует, что когда они стояли вместе с Ф., к ним подошел Д., который стал оскорблять Ф., ударил ее рукой по голове и стал избивать их, а когда к ним подошел П.А.В., Д. ударил и его. После этого, П.А.В. стал драться с Д.

Показания указанных свидетелей в совокупности с другими исследованными доказательствами свидетельствуют о правильности вывода суда о том, что П.А.В. убийство потерпевшего Д. совершил в ходе ссоры, поводом для которой послужило противоправное и аморальное поведение потерпевшего. В связи с этим суд обоснованно исключил из предъявленного П.А.В. обвинения квалифицирующий признак убийства, как совершенного из хулиганских побуждений.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами представления государственного обвинителя и жалобы потерпевшей о том, что показания свидетелей стороны защиты являются ложными и к ним нужно отнестись критически.

Как видно из материалов дела, показания свидетелей Ф., Ч. и П. являются последовательными, согласуются с показаниями других допрошенных в судебном заседании свидетелей, подтверждаются имеющимися в материалах дела постановлениями об отказе в возбуждении уголовного дела, принятыми по результатам рассмотрения их заявлений. Показания указанных свидетелей не опровергаются и показаниями свидетелей Я-ных, М. и Р., на которые сторона обвинения ссылается как на доказательства, подтверждающие совершение П.А.В. убийства потерпевшего из хулиганских побуждений.

При таких обстоятельства, оснований для признания показаний свидетелей стороны защиты недопустимыми у суда не имелось.

Доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, получены с соблюдением требований УПК РФ, нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

Таким образом, судебная коллегия считает, что исследованным в судебном заседании доказательствам суд дал надлежащую оценку и правильно квалифицировал действий П.А.В. по ст. 105 ч. 1 УК РФ, как умышленное причинение смерти другому человеку.

Психическое состояние осужденного судом исследовано с достаточной полнотой. С учетом данных о личности и выводов судебных психолого-психиатрических экспертиз он обоснованно признан вменяемым.

Доводы осужденного и его защитника о необходимости квалификации действий П.А.В. по ст. 107 ч. 1 УК РФ в связи с совершением убийства потерпевшего в состоянии эффекта, судом проверялись и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку каких-либо данных, свидетельствующих о том, что убийство Д. он совершил в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного насилием и тяжким оскорблением со стороны потерпевшего, из материалов дела не усматривается. Выводы суда в этой части, вопреки доводам жалоб, мотивированы и являются правильными.

Признавая, что в момент совершения инкриминируемого деяния П.А.В. не находился в состоянии аффекта, суд правильно исходил из заключения экспертов Калужской лаборатории судебной экспертизы, так как выводы этого заключения являются мотивированными, соответствуют данным, имеющимся в материалах дела. При проведении указанной экспертизы для исследования индивидуально-психологических особенностей личности П.А.В. был применен более широкий спектр методик, подробно приведен механизм их применения с таблицами, иллюстрирующими ход и результаты примененных методик, что не нашло своего отражения в заключении эксперта-психолога Тульской областной психиатрической больницы, по мнению которого П.А.В. совершил инкриминируемое ему деяние в состоянии аффекта.

Каких-либо оснований для признания заключения экспертов Калужской лаборатории судебной экспертизы недопустимым доказательством у суда не имелось, поскольку, как видно из материалов дела, указанное заключение выполнено в соответствии с требованиями закона, обстоятельств, исключающих участие кого-либо из экспертов в проведении экспертизы, не имелось.

Наказание осужденному П.А.В. назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности.

Доводы кассационной жалобы потерпевшей о том, что суд необоснованно не признал в качестве отягчающих наказание осужденного обстоятельств наступление тяжких последствий в результате совершения преступления и совершение преступления с использованием ножа, являются несостоятельными, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 63 УК РФ, если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания.

Наказание в виде лишения свободы на длительный срок нельзя признать чрезмерно мягким и несправедливым.

Оснований для отмены или изменения приговора по мотивам чрезмерной мягкости или чрезмерной суровости назначенного П.А.В. наказания, как об этом ставится вопрос в кассационных жалобах, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Тульского областного суда от 17 июля 2006 года в отношении П.А.В. оставить без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя К.В.В., кассационные жалобы потерпевшей Г., осужденного П.А.В. и адвоката К.Н.И. - без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21 декабря 2006 г. N 38-О06-32


Текст определения официально опубликован не был


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.