Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 декабря 2006 г. N 47-О06-86 Приговор в отношении осужденных за кражу, разбой, убийство, незаконные приобретение, хранение, перевозку, передачу и сбыт огнестрельного оружия, похищение важных личных документов оставлен без изменения, поскольку вина осужденных в ходе рассмотрения дела доказана, действия осужденных квалифицированы правильно, назначенное наказание соответствует требованиям УК РФ, поэтому оснований для его смягчения не имеется

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 18 декабря 2006 г. N 47-О06-86


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании кассационное представление государственного обвинителя Я., кассационные жалобы осужденных К.П.А., К.А.П., А. и адвоката Ш. на приговор Оренбургского областного суда от 13 июля 2006 года, которым осуждены:

К.П.А., 13 октября 1962 года рождения, уроженец г. Куйбышева, ранее судим 25 апреля 2003 года по ст.ст. 33 ч. 5, 158 ч. 2 п.п. "а, б" УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года, -

к лишению свободы:

по ст.ст. 33 ч. 5, 162 ч. 2 УК РФ на 7 лет;

по ст. 222 ч. 1 УК РФ (эпизод от 15-16 декабря 2004 года) - на 2 года;

по ст.ст. 30 ч. 3, 222 ч. 1 УК РФ на 1 год 6 месяцев;

по ст. 222 ч. 1 УК РФ на 2 года,

а на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ на 12 лет и в соответствии со ст. 70 УК РФ на 13 лет в исправительной колонии общего режима;

К.А.П., 9 февраля 1985 года рождения, уроженец г. Куйбышева, ранее судим 25 апреля 2003 года по ст. 158 ч. 3 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года, -

по ст. 162 ч. 2 УК РФ к 6 годам лишения свободы;

по ст.ст. 30 ч. 3, 33 ч. 3, 222 ч. 1 УК РФ к 2 годам лишения свободы,

а на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ к 7 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

А., 24 декабря 1976 года рождения, уроженец г. Бузулука Оренбургской области, ранее судим:

7 апреля 1998 года по ст.ст. 150 ч. 4, 158 ч. 2 п.п. "а, б, в, г" УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы;

12 октября 2001 года по ст. 158 ч. 3 УК РФ к 5 годам 1 месяцу лишения свободы, освобожден условно-досрочно 12 апреля 2004 года, -

к лишению свободы:

по ст. 158 ч. 3 УК РФ на 3 года;

по ст. 105 ч. 2 п. "з" УК РФ на 15 лет;

по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ на 9 лет;

по ст. 222 ч. 1 УК РФ на 2 года,

и к 1 году исправительных работ с удержанием 20% заработка в доход государства по ст. 325 ч. 2 УК РФ;

на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ к 18 годам лишения свободы, а в соответствии со ст. 70 УК РФ к 19 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания осужденным исчислен с 13 июля 2006 года с зачетом времени нахождения под стражей А. с 20 апреля 2005 года, а К.П.А. и К.А.П. - с 29 марта 2005 года по 13 июля 2006 года с учетом постановления суда от 4 августа 2006 года.

Заслушав доклад судьи Х., объяснение осужденного А. и адвоката С. и мнение прокурора Г.А.Г., поддержавшего кассационное представление гособвинителя об отмене приговора, судебная коллегия установила:

А. признан виновным в краже чужого имущества, он же и К.А.П. - в разбойном нападении при пособничестве К.П.А. на Баб., а А. - в убийстве Баб.; К.П.А. - в перевозке огнестрельного оружия и боеприпасов и передаче их А., носившему их; А., кроме того, - в похищении важных личных документов; К.П.А. также в приобретении и хранении, перевозке боеприпасов и взрывного устройства, а также в попытке их сбыта при пособничестве К.А.П.

В кассационном представлении государственного обвинителя Я. поставлен вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение по тем основаниям, что:

1) суд необоснованно применил в отношении К.А.П. амнистию, освободив его от наказания, в связи с чем не назначил наказание по совокупности приговоров (гособвинитель полагает, что К.А.П., совершив в период условного осуждения новое преступление, является злостным нарушителем, и амнистия к нему не применима);

2) необоснованно исключен из обвинения К.П.А. квалифицирующий признак разбоя "группой лиц по предварительному сговору", поскольку К.П.А. явился пособником этого преступления, совершенного группой лиц по предварительному сговору;

3) суд необоснованно исключил из обвинения А. квалифицирующий признак кражи - причинение значительного ущерба.

В кассационных жалобах осужденный К.П.А. и адвокат Ш. ставят вопрос об отмене приговора в части осуждения по ст.ст. 33 ч. 5, 162 ч. 2, 222 ч. 1 и 222 ч. 1 УК РФ с прекращением дела или направлением дела на новое рассмотрение в суд другой области, а по ст.ст. 30 ч. 3, 222 ч. 1 УК РФ о снижении наказания; находят приговор незаконным, необоснованным и несправедливым; утверждают, что предварительное следствие проведено с нарушением уголовно-процессуального законодательства и применением недозволенных методов допроса, а судебное рассмотрение проведено с обвинительным уклоном без учета и опровержения представленных защитной доказательств (показаний свидетелей Р., А. и других), свидетельствующих о непричастности осужденного к разбою, указывают на недопустимость, как доказательства, протокола осмотра места происшествия в связи с дописками и исправлениями в нем, а показания свидетеля В. считают противоречивыми и неубедительными, не согласны с выводами судебно-биологической экспертизы. Кроме того К.П.А. указывает на непричастность сына, К.А.П., к сбыту взрывного устройства и боеприпасов;

осужденный К.А.П. просит об отмене приговора, считает, что предварительное и судебное следствие проведены с обвинительным уклоном, так как принимались во внимание лишь доказательства, нужные следствию и суду, оказывалось давление на свидетелей Л. и Гал. и других, свидетельствовавших о его непричастности и опровергавших показания В.; указывает на применение к нему недозволенных методов;

осужденный А. просит об отмене приговора и передаче дела в Самарский областной суд на новое рассмотрение, так как считает, что предварительное и судебное следствие проведены необъективно, что доказательства, приведенные в приговоре в обоснование его вины: показания свидетеля В., очная ставка В. с ним (А.), протокол осмотра места происшествия, записка, изъятая у него (А.) не могут быть признаны доказательствами, так как В. давал противоречивые показания на следствии и в суде: на очной ставке он, А., подтвердил показания В. под воздействием адвоката, заявившего об угрозе его близким со стороны родственников потерпевшего, что записку он писал не с целью дачи свидетелями ложных показаний, а для восстановления событий тех дней, но суд необоснованно не признал доказательствами показания свидетелей о его непричастности к преступлению, в частности, показания свидетеля Р.; указывает на то, что не установлено орудие преступления;

к заявлению от 28 сентября 2006 года А. прилагает "чистосердечное признание", в котором признает факт разбойного нападения на Баб., в которого он выстрелил автоматически, полагая, что потерпевший вооружен, и просит о смягчении наказания;

в дополнении к жалобе от 11 ноября 2006 года А. просит об отмене приговора, объясняя "свое чистосердечное признание" воздействием со стороны сотрудника УБОПа Ф. и прилагает ряд ходатайств, подлежащих разрешению при новом рассмотрении дела.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационного представления и кассационных жалоб, судебная коллегия находит, что оснований для их удовлетворения не имеется.

Суд всесторонне и полно исследовал доказательства, представленные сторонами обвинения и защиты, дал им надлежащую оценку в их совокупности, и в соответствии с ними правильно установил фактические обстоятельства.

Вина А. в краже чужого имущества в жалобе не оспаривается и установлена как признанием самого А., так и другими доказательствами: заявлением и показаниями потерпевшей Бак., результатами осмотра места происшествия, возвратом части имущества потерпевшей и другими доказательствами, в том числе, явкой с повинной А.

Действия осужденного судом квалифицированы правильно, как кража, совершенная с проникновением в жилище.

Оснований для отмены приговора в связи с тем, что суд необоснованно, по мнению государственного обвинителя, исключил квалифицирующий признак кражи - причинение значительного ущерба, не имеется, поскольку, как правильно указано в приговоре, на предварительном следствии этот вопрос не выяснялся, в суде потерпевшая отсутствовала, и суд также был лишен возможности его выяснить, а установленная стоимость однозначно не свидетельствует о причинении значительного ущерба, и как видно из заявления потерпевшей, ущерб ей возмещен в полном объеме и претензий к А. она не имеет.

Вина всех осужденных в разбойном нападении на Баб., К.П.А. в незаконной перевозке и передаче огнестрельного оружия и боеприпасов А., а А. - в их ношении и убийстве Баб. из переданного ему пистолета, установлена, а доводы жалобы - опровергнуты исследованными в судебном заседании доказательствами:

результатами осмотра места происшествия с фототаблицами и схемой к нему, в ходе которого с места преступления были изъяты вещественные доказательства, а также зафиксированы следы преступления: следы колес автомобиля, следы 3-х человек;

выводами проведенных по делу судебно-медицинской экспертизы о наличии на трупе потерпевшего 5 огнестрельно-пулевых ранений головы и тела, причиненных прижизненно и, вероятно, из одного огнестрельного оружия, о том, что смерть потерпевшего наступила от сквозного проникающего огнестрельно-пулевого ранения грудной клетки слева со сквозным повреждением сердца;

заключением судебно-баллистической экспертизы о том, что 2 пули, изъятые около трупа Баб., и три, извлеченные из трупа, отнесены к пулям 9 калибра патронов центрального боя к пистолетам Макарова (ПМ) в Стечкина;

результатами обыска по месту жительства К.П.А., при котором наряду с другим оружием и боеприпасами обнаружено 15 боевых патронов калибра 9 мм к пистолетам Макарова и Стечкина;

выводами судебно-биологической экспертизы о том, что оба окурка: N 1 (марки "Максим") и N 3 (неизвестной марки) могли быть выкурены одним человеком группы АВо, каковым является К.П.А., а на оболочке колбасы, обнаруженной на месте стоянки автомобиля в лесу, обнаружены слюна (на внутренней стороне) и пот (на наружной стороне), которые по выявленным антигенам А, В, Н могут принадлежать одному человеку - К.П.В.;

показаниями свидетеля В. на предварительном следствии, в том числе при выходе на место происшествия с использованием видеозаписи при участии понятых и в присутствии защитника с составленной схемой к нему, на очной ставке с А. и в судебном заседании, и эти показания являются последовательными и находятся в полном соответствии с вышеперечисленными и другими доказательствами.

А. на очной ставке согласился (подтвердил) с показаниями В., рассказав об обстоятельствах поездки, наличия при нем пистолета "ПМ", принадлежавшего Паше (К.П.А.), о встрече с потерпевшим, который, как ему показалось, полез рукой за пояс, чтобы достать пистолета, и А. достал из рукава пистолет и несколько раз выстрелил. Гильзы остались в рукаве и позднее А. их выкинул. Обшарив с помощью Димы и Саши одежду потерпевшего, ничего не нашел, кроме ключей и каких-то документов, в дальнейшем выбросив их. По дороге у машины сломалось сцепление, и они дотолкали ее до села Большое Алдаркино, где Паша остановил своего знакомого Сергея, который на "Ниве" отбуксировал их до Соковнинки. Пистолет отдал Паше, с которым они остались в деревне, а Саша и Дима уехали в Самару.

Судом тщательно исследованы и надлежащим образом оценены данные в суде показания свидетелей защиты, в том числе и указанные в записке, которые дали показания о непричастности осужденных к разбойному нападению, но обоснованно отвергнутые судом, как несостоятельные, неубедительные, не соответствующие фактическим обстоятельствам. Дана оценка и самой записке.

Получили в приговоре должную оценку и другие доводы, аналогичные приведенным в кассационных жалобах: о ложных показаниях В., о недопустимости протокола осмотра места происшествия, как доказательства, о несогласии с выводами судебно-биологической экспертизы; отвергнуты судом и объяснения А. по поводу его показаний на очной ставке с В., а также и показания свидетелей Р. и Е. в судебном заседании.

С утверждениями в жалобах о применении к осужденным недозволенных методов согласиться нельзя, поскольку их показания, за исключением А., не претерпели изменений, а А., признав (подтвердив) показания В., в дальнейшем отказался от этих показаний, объяснив причины этого - угрозы родственникам со стороны потерпевших. Никаких данных (жалоб, заявлений) о применении недозволенных методов по делу не имеется. Допросы осужденных на следствии проведены с соблюдением уголовно-процессуального закона с разъяснением процессуальных и конституционных прав, с соблюдением и обеспечением права на защиту. Ни от осужденных, ни от их защитников не поступало ходатайств или заявлений, требующих проверки применения недозволенных методов.

Вина К.П.А. в приобретении, хранении, перевозке и в сбыте взрывного устройства и боеприпасов, а К.А.П. в пособничестве их сбыту также установлена исследованными доказательствами:

протоколом осмотра места происшествия, зафиксировавшем обнаружение в автомобиле ВАЗ 21093 г/н А699ОН78 пакета, внутри которого находились предметы, похожие на гранаты и на самодельное взрывное устройство, а в одежде задержанного К.П.А. - денежные средства в сумме 3300 руб.;

показаниями свидетеля с псевдонимом "Иванов Алексей Михайлович" о том, что он участвовал в оперативно-розыскном мероприятия "проверочная закупка" и договорился о приобретении у К.П.А. 2-х гранат. На условленном месте К.П.А. подошел к нему, поздоровался, вернулся к своей "Оке", и К.А.П. передал ему пакет, с которым К.П.А. сел в машину к свидетелю, предложив купить и бомбу. После передачи денег К-вы были задержаны;

результатами взрыво-технической экспертизы;

вещественными и другими доказательствами, в том числе объяснениями (показаниями) обвиняемого К.П.А. о том, что сын, К.А.П., знал о готовящейся продаже боеприпасов и принял в ней участие: вместе они приехали к месту встречи, и Александр передал ему пакет с боеприпасами.

Таким образом судебная коллегия находит, что вина осужденных установлена, что предварительное и судебное следствие проведены с соблюдением требований закона и доводы жалоб о необъективности и обвинительном уклоне являются несостоятельными.

Действия осужденных по указанным эпизодам также квалифицированы правильно.

Назначенное каждому из осужденных наказание соответствует требованиям ст. 60 УК РФ, является справедливым и оснований для его смягчения не имеется.

Доводы кассационного представления об отмене приговора являются необоснованными, поскольку суд правильно квалифицировал действия К.П.А. по ст.ст. 33 ч. 5, 162 ч. 2 УК РФ, как пособничество в совершении разбоя с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, и его умыслом не охватывалось совершение разбоя по предварительному сговору группой лиц.

Обоснованно судом применен к К.А.П. акт амнистии.

Пункт 10 постановления Государственной Думы от 19 апреля 2006 года о нераспространении действия амнистии на осужденных, злостно нарушающих установленный порядок отбывания наказания, в данном случае не применим, поскольку К.А.П. нельзя считать осужденным за новое преступление, поскольку этот приговор от 13 июня 2006 года не вступил в законную силу к моменту применения акта об амнистии.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Оренбургского областного суда от 13 июля 2006 года в отношении К.П.А., К.А.П. и А. оставить без изменения, кассационное представление государственного обвинителя Я., кассационные жалобы осужденных К.П.А., К.А.П., А. и адвоката Ш. оставить без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 декабря 2006 г. N 47-О06-86


Текст определения официально опубликован не был


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.