Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19 января 2007 г. N 48-О06-127 Оснований для изменения приговора нет, поскольку квалификация действиям осужденного дана правильная, а наказание назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений и данных, характеризующих его личность

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 19 января 2007 г. N 48-О06-127


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании кассационную жалобу осужденного К. на приговор Челябинского областного суда от 14 сентября 2006 года, которым

К., родившийся 16 июля 1984 года в г. Чебаркуль Челябинской области, не судимый;

- осужден к лишению свободы:

по ст. 166 ч. 1 УК РФ к 2 годам,

по ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ к 11 годам 6 месяцам.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено 12 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По данному делу также осужден О. по ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ к 12 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, в отношении которого приговор не обжалован.

Кассационное представление в судебном заседании не рассматривалось в связи с его отзывом государственными обвинителями с кассационного рассмотрения дела.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Э., мнение прокурора Ф. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия установила:

К. признан виновным в неправомерном завладении автомобилем без цели хищения, а также в умышленном причинении смерти А., совершенном группой лиц.

Преступления совершены 2 марта 2006 года в г. Чебаркуле Челябинской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе и дополнении к ней осужденный К. считает, что назначенное ему наказание с учетом признания им своей вины, смягчающих обстоятельств - явки с повинной, активного способствования раскрытию преступлению, является чрезмерно суровым. Также указывает, что после того, как О. нанес потерпевшему удары топором, то затем передал топор ему, и испугавшись его, он нанес потерпевшему один удар топором, при этом потерпевший был уже мертв и убивать его он не хотел. Полагает, что в связи с этим его действия квалифицированы неправильно и также в отношении его необходимо было провести стационарную психиатрическую экспертизу. Кроме того, полагает, что суд должен был принять процессуальное решение в связи с заявлением представителя потерпевшего И. о том, что К. загладил причиненный вред и извинился перед ним. Просит приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение.

В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель Д. считает доводы жалобы К. в части неправильной квалификации его действий и назначении ему чрезмерно сурового наказания необоснованными.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит, что обвинительный приговор по делу постановлен правильно.

Выводы суда о виновности К. в совершении преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на анализе и оценке совокупности доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства.

Доводы К. об отсутствии у него умысла на убийство потерпевшего А. и что удар топором потерпевшему он нанес, испугавшись О., являются несостоятельными и опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, из показаний свидетеля Н., данных им на предварительном и судебном следствии, следует, что после того, как О. нанес около двух ударов стулом по телу лежащего сторожа, от чего стул сломался, О. затем взял топор и нанес обухом два удара по голове потерпевшего. После нанесенных ударов сторож был жив, дышал и О. сказал, что сторож еще живой. Тогда К. сказав, что надо его добить острием топора, забрал у О. топор и взяв его двумя руками, сверху вниз нанес лезвием два удара по голове потерпевшего в область лба. Затем О. взяв топор у К., предложил ему, т.е. Н. ударить сторожа, но он отказался и О. еще дважды ударил потерпевшего топором по телу в область ребер. После этого, он стал выходить из сторожки, при этом слышал как К. и О. стали говорить, что надо поджечь сторожку, чтобы сгорел труп сторожа.

Об обстоятельствах совершенного убийства сторожа А. на предварительном следствии неоднократно пояснял и К., в том числе при проверке его показаний на месте происшествия, показания которого были оглашены в судебном заседании в связи с его отказом от дачи показаний, и из которых следует, что после того как он и О. избили сторожа, нанеся ему удары руками и ногами по голове и телу, а О. и металлическим табуретом, они поочередно нанесли лежащему сторожу удары топором, т.е. О. нанес удары обухом, а он, чтобы наверняка убить сторожа, нанес ему удар по голове лезвием топора. После этого, они решили сжечь домик, чтобы скрыть следы преступления, О. поджог занавеску, и они ушли.

Вышеприведенные показания Н. и К. объективно подтверждаются и заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому, смерть А. наступила в результате открытой черепно-мозговой травмы, в комплекс которой вошли кровоизлияния в мягкие ткани головы, переломы костей свода и основания мозгового отдела черепа, костей лицевого отдела черепа, ушиб и размозжение головного мозга и т.д.

Все повреждения, входящие в комплекс черепно-мозговой травмы, образовались прижизненно, одновременно, не менее чем от трех травматических воздействий, возможно, от обуха и лезвия топора.

Также обнаружены полные поперечные переломы хрящевой части 5-7 ребер справа, 2 и 5 ребер слева, которые образовались прижизненно, возможно в одно время с черепно-мозговой травмой.

Таким образом, неоднократное нанесение К. ударов лезвием топора в голову А., ударов руками и ногами по телу и голове свидетельствует об его умысле на лишение жизни потерпевшего.

Психическое состояние здоровья К. проверено надлежащим образом и судом К. в содеянном обоснованно признан вменяемым, оснований для назначения К. стационарной психиатрической экспертизы не имелось.

Юридическая оценка действиям К. по ст. 105 ч. 2 п. "ж" УК РФ судом дана верно, поскольку, смерть потерпевшего наступила в результате совместных действий К. и О., нанесшими неоднократные удары руками, ногами, топором по голове и телу потерпевшего, что свидетельствует об умысле как К., так и О. на убийство потерпевшего.

Правильно и в соответствии с исследованными по делу доказательствами, подтверждающими виновность К. в неправомерном завладении автомобилем без цели хищения, квалифицированы действия К. и по ст. 166 ч. 1 УК РФ.

Доводы К. о том, что суд не учел заявление представителя потерпевшего И. и не принял процессуальное решение являются необоснованными.

Как видно из материалов дела, в ходе судебного заседания адвокат С., представлявший интересы К., заявил ходатайство о приобщении к материалам дела заявления представителя потерпевшего И. о том, что он просит рассмотреть уголовное дело в его отсутствие, а также просит прекратить дело по ст. 166 УК РФ, поскольку автомашину ему вернули, К. извинился.

В удовлетворении данного ходатайства адвоката о приобщении заявления к материалам дела судом было обоснованно отказано, поскольку, сам И., несмотря на уведомление о явке в суд, в судебное заседание не явился, заявление передано не в суд, а адвокату, представляющему интересы подсудимого, т.е. достоверных оснований считать, что заявление действительно было составлено И. не имелось, в последующем ходатайство об обеспечении явки в суд И. от стороны защиты, обвинения, подсудимых суду не заявлялось.

Кроме того, оснований считать, что осужденный К. примирился с представителем потерпевшего И. и загладил причиненный вред, не имелось, поскольку, автомашина ГАЗ 3307 была возвращена потерпевшей стороне, т.е. КЭЧ г. Чебаркуля без участия К., при этом последний был заключен под стражу на следующий день после совершенных преступлений.

При таких обстоятельствах, оснований для прекращения уголовного дела в связи с примирением с потерпевшим не имеется.

Наказание К. назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных ими преступлений, данных, характеризующих его личность, обстоятельств, смягчающих наказание - явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления, и является справедливым.

Оснований считать назначенное К. наказание чрезмерно суровым не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Челябинского областного суда от 14 сентября 2006 года в отношении К. оставить без изменения, а его кассационную жалобу - без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19 января 2007 г. N 48-О06-127


Текст определения официально опубликован не был


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.