Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 17 января 2007 г. N 748-П06 Приговор в отношении осужденного за злоупотребление служебным положением, мошенничество, организацию убийства, умышленное уничтожение чужого имущества подлежит изменению, поскольку суд переквалифицировал его действия, исключил осуждение по квалифицирующему признаку убийства и дополнительное наказание в виде конфискации имущества

Постановление Президиума Верховного Суда РФ
от 17 января 2007 г. N 748-П06


Президиум Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрел уголовное дело по надзорной жалобе осужденного О. на приговор Пермского областного суда от 27 февраля 1997 года, которым

О., родившийся 28 мая 1972 года в г. Нытва Пермской области, несудимый,

осужден к лишению свободы:

по ст. 170 ч. 2 УК РСФСР на 5 лет;

по ст. 167 ч. 2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 года) к 4 годам;

по ст. 147 ч. 3 УК РСФСР к 10 годам с конфискацией имущества;

по ст. 17, ст. 102 п.п. "а, е, н" УК РСФСР на 13 лет.

На основании ст. 40 ч. 1 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено 15 лет лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Постановлено взыскать с О., П.А.В. и П.Г.В. солидарно в пользу С.И.А. материальный ущерб в сумме 8 миллионов 610 тысяч (неденоминированных) рублей и компенсацию морального вреда в долевом порядке - по 20 миллионов (неденоминированных) рублей с каждого.

Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 4 сентября 1997 года приговор в отношении О. изменен: исключен квалифицирующий признак мошенничества - "в крупном размере". Его действия со ст. 170 ч. 2 УК РСФСР переквалифицированы на ч. 1 ст. 170 УК РСФСР, по которой назначено 3 года лишения свободы. На основании ст. 40 УК РСФСР по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 170 ч. 1, 147 ч. 3, ст. 17, ст. 102 п.п. "а, е, н" УК РСФСР, ст. 167 ч. 2 УК РФ, окончательно назначено 15 лет лишения свободы с конфискацией имущества, с отбыванием в исправительной колонии общего режима. В остальном приговор оставлен без изменения.

По данному делу осуждены также П.Г.В., П.А.В., Н., надзорное производство в отношении которых не возбуждено.

В надзорной жалобе осужденный О. просит переквалифицировать его действия в части осуждения за мошенничество и уничтожения имущества на ст. 15, ч. 3 ст. 147 УК РСФСР и на ч. 1 ст. 167 УК РФ и смягчить наказание.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации В., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание приговора, кассационного определения, мотивы надзорной жалобы и вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, возражения потерпевшей С.И.А., просившей не отменять и не изменять приговор, мнение Первого заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Б., полагавшего жалобу удовлетворить частично, Президиум Верховного Суда Российской Федерации установил:

О., с учетом внесенных в приговор изменений, признан виновным в злоупотреблении служебным положением, мошенничестве, совершенном организованной группой, и в организации умышленного убийства С.Б.А. по предварительному сговору группой лиц, из корыстных побуждений, с целью сокрытия другого преступления

Преступления совершены в г. Перми в апреле-июле 1996 года при следующих обстоятельствах.

О. и П.Г.В., работая оперуполномоченными уголовного розыска Свердловского района города Перми и являясь представителями власти и должностными лицами, из корыстной заинтересованности, вопреки интересам службы, с использованием своего служебного положения создали организованную группу, в состав которой, кроме них, вошли также Н. и П.А.В. В апреле 1996 года они решили путем обмана, поделки# документов, завладеть чужим имуществом - двухкомнатной квартирой N 21, расположенной в доме N 65 по Комсомольскому проспекту, где проживал С.Б.А. и которую они намеревались продать за 120 миллионов (неденоминированных) рублей, а деньги разделить между собой. С этой целью О., используя свое служебное положение, изъял из ЖЭУ N 7 учетную карточку на имя С.Б.А., вклеил в нее фотографию Н., имея намерение оформить на Н. подложный паспорт на имя С.Б.А. П.Г.В., используя вопреки интересам службы свое служебное положение, направил в визово-паспортную службу УВД запрос учетной карточки формы N 1 на имя С.Б.А. Получив карточку, О. и П.Г.В. удалили из нее фотографию С.Б.А. и вклеили фотографию Н. Далее, согласно ранее разработанному плану, О., П.Г.В. и Н. подготовили необходимые документы для получения Н. паспорта на имя С.Б.А. 23 апреля 1996 Н. получил паспорт на имя С.Б.А. и совместно с О. и П.Г.В. подготовил соответствующие документы на приватизацию квартиры С.Б.А. 17 мая 1996 года они данную квартиру приватизировали, а 17 июня 1996 года с целью продажи этой квартиры оформили в нотариальном порядке договор купли-продажи квартиры Н. П.А.В.

Затем с целью сокрытия мошенничества О. предложил П.А.В. и П.Г.В. убить С.Б.А., на что последние согласились.

О., злоупотребляя своим служебным положением, 4 июля 1996 года вызвал С.Б.А. в свой кабинет, где находились П.А.В. и П.Г.В., представил С.Б.А. их как работников милиции, которые будут проводить следственные действия по раскрытию ранее совершенной у С.Б.А. кражи.

Осуществляя умысел на убийство С.Б.А., П.А.В. и П.Г.В. прибыли в квартиру потерпевшего, где П.А.В. нанес С.Б.А. несколько ударов не установленным следствием предметом в область головы, а П.Г.В. также нанес множественные удары в область головы каблуком туфли. Он же сдавливал шею потерпевшего не установленным следствием предметом, а затем передал П.Г.В. электрошнур, которым П.Г.В. сдавливал шею потерпевшего. В это же время П.А.В. резко повернул голову С.Б.А., повредив шейные позвонки. В результате совместных и согласованных действий С.Б.А. была причинена черепно-мозговая травма, сопровождавшаяся множественными переломами костей свода и основания черепа, перелома шейных позвонков, от которых наступила его смерть.

После этого П.Г.В., П.А.В. и О. вывезли труп потерпевшего, мебель и личные вещи из квартиры на городскую свалку, где все подожгли и с места преступления скрылись.

В надзорной жалобе осужденный О. утверждает, что его действия неправильно квалифицированы по ч. 3 ст. 147 УК РСФСР как оконченное преступление, так как деньги за квартиру он не получил и просит переквалифицировать данные действия на ст. 15, ч. 3 ст. 147 УК РСФСР. Кроме того, он не соглашается с квалификацией действий по ч. 2 ст. 167 УК РФ. По мнению осужденного, имущество потерпевшего было уничтожено путем сожжения на городской свалке, поэтому какой-либо угрозы вреда гражданам и другому имуществу не возникло. В связи с этим просит переквалифицировать действия в этой части обвинения на ч. 1 ст. 167 УК РФ. С учетом данных о его личности и степени общественной опасности содеянного, а также изменений, внесенных в приговор судом кассационной инстанции, О. просит смягчить ему наказание.

Рассмотрев надзорную жалобу, Президиум Верховного Суда Российской Федерации находит ее подлежащей частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Виновность О. в содеянном подтверждена исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами и осужденным не оспаривается.

По смыслу закона хищение считается оконченным, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность распорядится им по своему усмотрению. При этом не требуется, чтобы виновный фактически воспользовался этим имуществом. Имеет значение только то, что он, завладев чужим имуществом, получил такую возможность распорядиться им.

Из материалов дела видно, что О., П.Г.В., П.А.В., Н. путем обмана завладели чужим имуществом - квартирой С.Б.А., приватизировали ее на имя Н. и оформили фиктивный договор купли-продажи данной квартиры, согласно которому Н. продал квартиру П.А.В.

Таким образом, они распорядились похищенным имуществом по своему усмотрению.

В связи с этим доводы жалобы О., что в его действиях имеется лишь покушение на хищение квартиры, а не оконченный состав мошенничества, Президиум находит необоснованными.

Вместе с тем Президиум считает, что судебные решения в отношении О. подлежат изменению.

Квалифицируя действия О. по ч. 2 ст. 167 УК РФ, суд исходил из того, что имущество С.Б.А. было им сожжено.

Между тем по смыслу закона умышленное уничтожение или повреждение отдельных предметов с применением огня в условиях, исключающих его распространение на другие объекты и возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, а также чужому имуществу, надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 167 УК РФ, если потерпевшему причинен значительный ущерб.

Из материалов дела усматривается, что О. поджег имущество С.Б.А. в районе городской свалки, что исключало возможность причинения вреда чужому имуществу или распространение огня на иные объекты.

С учетом изложенного действия О. следует переквалифицировать с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 1 ст. 167 УК РФ как умышленное уничтожение чужого имущества, причинившее значительный ущерб потерпевшему.

По смыслу закона квалификация по п. "е" ст. 102 УК РСФСР совершенного виновным убийства определенного лица с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение исключает возможность квалификации этого же убийства помимо указанного пункта по какому-либо другому пункту ст. 102 УК РФ.

Судом установлено, что убийство С.Б.А. было совершено с целью сокрытия другого преступления - мошенничества, поэтому из приговора подлежит исключению квалифицирующий признак убийства, предусмотренный п. "а" ст. 102 УК РСФСР, - "из корыстных побуждений".

В остальном юридическая оценка действиям О. дана правильная.

Кроме того, как видно из приговора, суд при назначении наказания учел "мнение общественности". Данное указание суда не основано на законе, поэтому оно подлежит исключению из приговора.

С учетом изменений, внесенных в УК РФ Федеральным законом N 162-ФЗ от 8 декабря 2003 года, из приговора в отношении О. подлежит исключению также дополнительное наказание в виде конфискации имущества.

С учетом вносимых в судебные решения изменений наказание О. по совокупности преступлений подлежит смягчению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 407 и п. 6 ч. 1 408 УПК РФ, Президиум Верховного Суда Российской Федерации постановил:

1. Надзорную жалобу осужденного О. удовлетворить частично.

2. Приговор Пермского областного суда от 27 февраля 1997 года и определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 4 сентября 1997 года в отношении О. изменить: исключить его осуждение по квалифицирующему признаку убийства - "из корыстных побуждений", предусмотренному ст. 17, п. "а" ст. 102 УК РСФСР; указание на то, что при назначении наказания учитывается "мнение общественности"; исключить дополнительное наказание в виде конфискации имущества, как по ч. 3 ст. 147 УК РСФСР, так и по совокупности преступлений; переквалифицировать его действия с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 1 ст. 167 УК РФ, по которой назначить 1 год 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 1 ст. 40 УК РСФСР по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 170 ч. 1, 147 ч. 3, 17, 102 п.п. "е, н" УК РСФСР и ч. 1 ст. 167 УК РФ, окончательно О. назначить 14 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В остальной части судебные решения в отношении О. оставить без изменения.


Президиум Верховного Суда РФ, изменяя состоявшиеся судебные акты по делу в части квалификации действий подсудимого по ст. 167 УК РФ (умышленные уничтожение или повреждение имущества), дал следующие разъяснения.

Умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба, квалифицируются по ч. 1 ст. 167 УК РФ. Те же деяния, совершенные из хулиганских побуждений, путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом либо повлекшие по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия - по ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Квалифицируя действия по ч. 2 ст. 167 УК РФ, судебные инстанции исходили из того, что имущество потерпевшего было им сожжено. Между тем по смыслу закона умышленное уничтожение или повреждение отдельных предметов с применением огня в условиях, исключающих его распространение на другие объекты и возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, а также чужому имуществу, надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 167 УК РФ, если потерпевшему причинен значительный ущерб.

В рассматриваемом случае поджог имущества был осуществлен в районе городской свалки, что исключало возможность причинения вреда чужому имуществу или распространение огня на иные объекты.

Таким образом, совершенные действия подлежат квалификации в соответствии с ч. 1, а не ч. 2 ст. 167 УК РФ.


Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 17 января 2007 г. N 748-П06


Текст постановления официально опубликован не был


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.