Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 7 декабря 2006 г. N 4-О06-149 Приговор в отношении осужденного за убийства и уничтожение чужого имущества подлежит изменению, поскольку при приведении приговора в соответствие с внесенными в УК РФ изменениями суд переквалифицировал действия осужденного

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 7 декабря 2006 г. N 4-О06-149


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 7 декабря 2006 года уголовное дело по кассационным жалобам осужденного К.А.Ю. и адвоката К.В.Г. и адвоката К.В.Ю. на приговор Московского областного суда от 11 августа 2003 года, которым

К.А.Ю., родившийся 20 мая 1965 года в г. Ленинграде, несудимый,

осужден по ст. 105 ч. 2 п.п. "к, н" УК РФ к 15 годам лишения свободы,

по ст. 167 ч. 2 УК РФ к 1 году лишения свободы и по совокупности совершенных преступлений,

на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, к 15 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи "...", объяснения осужденного К.А.Ю. и адвоката К.В.Ю., просивших приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение, и прокурора Т. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия установила:

При обстоятельствах, изложенных в приговоре суда, К.А.Ю. признан виновным в совершении 6 июня 2002 года в городе Ногинске Московской области убийства трех человек на почве ссоры и с целью скрыть другое преступление и умышленного уничтожения чужого имущества путем пожога.

В судебном заседании К.А.Ю. виновным себя не признал.

В кассационных жалобах:

осужденный К.А.Ю. утверждает, что его вина в совершении преступлений не доказана, приводит подробный анализ доказательств, указывает, что на предварительном следствии он вынужденно оговорил себя под воздействием работников милиции, подвергает сомнению правильность выводов криминалистических экспертиз, указывает на то, что свидетель Ч-ва не была допрошена в суде, что он отказался от адвоката, предоставленного ему государством, так как адвокат нарушал его интересы, в то же время, не требуя отмены приговора, просит смягчить наказание по ст. 105 ч. 2 УК РФ;

в дополнительных кассационных жалобах К.А.Ю. просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение со стадии предварительного слушания, ставя под сомнение допустимость и достоверность заключения экспертов, протокол дополнительного осмотра места происшествия с его участием, справку из ИВС о времени его задержания по настоящему делу, показания свидетеля Ч-вой и показания следователя С.;

адвокат К.В.Г. просит приговор отменить и дело прекратить за непричастностью К.А.Ю. к совершению преступлений, мотивируя тем, что в основу приговора положены доказательства, полученные с нарушением закона.

К таким доказательствам адвокат относит "признательные показания" К.А.Ю., которые были получены от него под физическим и психическим давлением со стороны сотрудников милиции, протокол дополнительного осмотра места происшествия, проведенный с участием К.А.Ю., протокол выемки одежды у К.А.Ю., в котором неправильно указано время проведения этого следственного действия, и заключение судебно-биологической экспертизы по этой одежде, которая до проведения экспертизы хранилась в ненадлежащих условиях, заключение судебно-медицинской экспертизы, правильность выводов которой о нанесении ранений ножом, изъятым с места происшествия, вызывают сомнения.

Адвокат указывает на то, что защита заявляла ходатайства о назначении повторной судебно-биологической экспертизы и судебно-медицинской экспертизы, однако суд необоснованно отклонил эти ходатайства.

Адвокат обращает также внимание на то, что К.А.Ю. был задержан в день совершения преступления, однако помещен в ИВС как административное арестованное лицо, и в нарушение закона "Об оперативно-розыскной работе" с ним проводились беседы сотрудниками милиции, что отпечатков его пальцев на ноже и следов крови на его руках обнаружено не было.

адвокат К.Ю.В.# просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение, мотивируя тем, что расследование дела проведено неполно, не изъяты и не обнаружены все ножи, которые были на месте преступления, показания об этом свидетелей К. и Р. судом надлежащим образом не оценены, в основу приговора положены недопустимые и не относимые к делу доказательства (протокол дополнительного осмотра места преступления с участием К.А.Ю., протокол выемки одежды и обуви у К.А.Ю.), судом не обоснованно отказано в назначении повторной судебно-биологической экспертизы по брюкам К.А.Ю. и судебно-медицинской экспертизы, изъятая у него одежда хранилась ненадлежащим образом, не были вызваны свидетели (сотрудники телевизионного ателье), правильность выводов экспертов также вызывает сомнения, в заключении криминалистической экспертизы не указано, на какой части одежды К.А.Ю. были обнаружены волокна одежды потерпевших, хотя это обстоятельство имеет существенное значение для дела, в суде не опровергнуто алиби К.А.Ю., в то же время точное время совершения преступления не установлено, свидетель Ч-ва в суде не допрошена, К.А.Ю. не предоставлено право участия в судебных прениях.

В возражениях государственный обвинитель К.Е.К. просит приговор оставить без изменения.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб и возражения, судебная коллегия находит, что выводы суда о виновности К.А.Ю. в совершении преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются собранными по делу и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, допрошенный на предварительном следствии в качестве подозреваемого, обвиняемого и с выходом на место совершения преступления К.А.Ю. подробно рассказал об обстоятельствах, при которых 6 июня 2002 года в своем доме совместно с А.Б.С. распивал спиртные напитки. Между ними произошла ссора, в ходе которой К.А.Ю. ударил А.Б.С. ножом в грудь. В этот момент проснулась А., увидев лежащего сына, стала кричать, и К.А.Ю. нанес ей 3 или 4 удара ножом в область груди. Услышав шаги, увидел проснувшуюся Я., затащил ее в другую комнату и нанес ей многочисленные удары ножом в область груди, спины и лица пока клинок ножа не согнулся. После этого, с целью уничтожения следов преступления поджег квартиру и с места преступления скрылся, забыв в квартире свои документы.

Доводы в жалобах о недопустимости указанных выше показаний в качестве доказательств являются несостоятельными. Данные обстоятельства судом тщательно проверены и правильно отклонены как необоснованные, выводы об этом подробно мотивированы в приговоре, признано, что позиция осужденного, связанная с последующим изменением показаний, является способом защиты с целью избежать уголовной ответственности.

При этом судом принято во внимание, что признательные показания К.А.Ю. давал в присутствии адвоката, то есть в условиях, исключающих какое-либо воздействие, адвокат и осужденный после ознакомления с протоколами допросов замечаний по этому поводу не высказывали, по заключению судебно-медицинской экспертизы от 14 июня 2002 года телесных повреждений у осужденного не обнаружено, при освидетельствовании эксперту К.А.Ю. сообщил, что убил троих человек, во время содержания в ИВС телесных повреждений у него не было, за медицинской помощью он не обращался. Судом также признано, что заявление К.А.Ю. о применении к нему физического насилия носят непоследовательный и противоречивый характер, мать осужденного предпринимала меры по воздействию на свидетелей с целью организации алиби К.А.Ю. и была осуждена за это, о чем свидетельствует исследованный в судебном заседании приговор.

Свидетель К.А.Ю. в суде подтвердила, что отправила сыну письмо с просьбой отказаться от признательных показаний.

Помимо этого, как правильно указано в приговоре, признательные показания осужденного согласуются с другими исследованными судом доказательствами: показаниями потерпевшей Я., подтвердившей наличие в квартире вещей, которые уничтожены в результате поджога и их стоимость; показаниями свидетелей М. и Ч-ва, которые днем заходили в квартиру потерпевших и видели, как хозяйка квартиры А., ее дети А.Б.С. и Я., а также К.А.Ю. употребляли спиртные напитки, на столе лежал нож с ручкой красного цвета, М. дополнил, что у осужденного был пакет с документами; показаниями свидетелей К. и Р., которые после 14 часов почувствовали запах дыма, выбежали в подъезд и увидели на третьем этаже клубы дыма, а оттуда по лестнице спускался К.А.Ю.; данными протокола осмотра места происшествия, согласующимися с показаниями осужденного о месте и способе убийства, в частности трупы А. и Я. обнаружены в разных комнатах на кроватях, труп А.Б.С. возле подъезда, куда его вынесли пожарные, пол, стены квартиры, мебель и другое имущество повреждены огнем, в прихожей обнаружен нож с рукояткой красного цвета с изогнутым клинком, в кухне под столом найдена папка с паспортом, военным билетом и амбулаторной картой на имя К.А.Ю.а; заключением судебно-медицинской экспертизы по кожным лоскутам трупов о возможности причинения телесных повреждений у А.Б.С., А. и Я. изъятым с места происшествия ножом; выводами криминалистической экспертизы о наличии на джинсах К.А.Ю. крови человека, происхождение которой от потерпевшей Я. не исключается, на одежде А. обнаружены наложения волокон одежды осужденного, выводами судебно-медицинской экспертизы о причине смерти А.Б.С., А. и Я. от проникающих колото-резаных ранений груди.

На основании этих, а также других исследованных в судебном заседании и указанных в приговоре доказательств, суд пришел к обоснованному выводу о виновности К.А.Ю. в совершении преступления.

Не обнаружение на ноже отпечатков его пальцев и следов крови на руках К.А.Ю. само по себе не является бесспорным доказательством его невиновности. Как следует из заключения эксперта, на клинке ножа были обнаружены папиллярные следы, однако для идентификации они оказались не пригодными, на рукоятки ножа следов пальцев рук обнаружено не было, смывы с рук К.А.Ю. не делали.

Доводы жалоб о том, что дело рассмотрено судом неполно и односторонне, являются необоснованными.

Оснований для признания протокола выемки одежды у осужденного недопустимым доказательством у суда не имелось.

К.А.Ю. сам не отрицал, что одежда у него изымалась. Из протокола выемки следует, что одежда была упакована и опечатана в присутствии понятых, адвоката и К.А.Ю., он и адвокат никаких замечаний по этому поводу не заявляли (т. 1 л.д. 67).

На экспертизу одежда К.А.Ю. поступила в упакованном виде, упаковка нарушена не была (т. 1 л.д. 128).

При таких обстоятельствах ссылка в жалобах на несоответствие даты, указанной в протоколе выемки времени изъятию одежды у К.А.Ю., не имеет существенного значения для решения вопроса о признании указанного протокола допустимым доказательством.

Ходатайство стороны защиты о назначении трассологической экспертизы, повторной криминалистической экспертизы по ножу и пятнам крови на джинсах К.А.Ю. судом оставлено без удовлетворения обоснованно.

Одни вопросы, которые адвокат К.В.Г. предлагала поставить на разрешение эксперта, как правильно указано в постановлении судьи, были им разрешены при проведении экспертизы на предварительном следствии, и эксперт Н. был допрошен в судебном заседании, а другие вопросы требовали не экспертных исследований, а собственно юридической оценки (т. 3 л.д. 216-217).

Вопреки утверждениям адвокатов К.В.Г. и К.В.Ю. в жалобах, ходатайство о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы в судебном заседании сторона защиты не заявляла.

Не заявляла сторона защиты и ходатайство о допросе в качестве свидетелей работников телевизионного ателье, которые по обстоятельствам дела ничего пояснить не могли.

Сомнения адвоката К.В.Г. в возможности причинения изъятым с места происшествия ножом опровергаются заключением эксперта, а утверждения адвоката К.В.Ю. в жалобе о том, что не все ножи были изъяты с места происшествия, являются несостоятельными.

Показаниям свидетелей К. и Р. по этому поводу в приговоре дана правильная оценка.

Ссылка адвоката К.В.Ю. в жалобе на отсутствие в заключении эксперта указания части одежды, на которой были обнаружены волокна, не ставит под сомнение выводы эксперта и это заключение оценено судом в совокупности с другими доказательствами.

Показания свидетеля Ч-вой оглашались в судебном заседании с согласия сторон (т. 3 л.д. 202). Из протокола ее допроса видно, что она отрицала ссору с А. и тем самым опровергала утверждения К.А.Ю. о том, что квартиру могла поджечь она (т. 1 л.д. 51-52).

Утверждения адвоката К.В.Ю. в жалобе о том, что проверка показаний К.А.Ю. проводилась не в том месте, где было совершено преступление, являются неубедительными.

В материалах дела имеется копия протокола осмотра места происшествия с участием К.А.Ю. и, видимо, на нее ссылается адвокат в своей жалобе, в которой (копии) ошибочно указан адрес, по которому проводилось это следственное действие (т. 1 л.д. 86).

Вместе с тем, в подлиннике протокола оспариваемого следственного действия адрес места происшествия указан правильно, к тому же, к указанному протоколу приобщена фото таблица (т. 1 л.д. 75-84).

Вопрос об алиби К.А.Ю. судом исследовался надлежащим образом, в приговоре приведены убедительные мотивы, по которым оно было отвергнуто как несостоятельное.

Время совершения преступления судом, вопреки утверждениям адвоката К.В.Ю. в жалобе, установлено.

Ходатайство об участии в прениях сторон, как это следует из протокола судебного заседания (т. 4 л.д. 49), К.А.Ю. не заявлял, в связи с чем, доводы адвоката К.В.Ю. о нарушении права К.А.Ю. на защиту следует признать необоснованными.

Таким образом, оснований для отмены приговора по доводам кассационных жалоб не имеется.

Вместе с тем, в связи с изменениями, внесенными в УК РФ Федеральным законом от 8 декабря 2003 года N 162-ФЗ, и с учетом положений ст. 17 УК РФ (в редакции закона от 21 июля 2004 года) действия К.А.Ю. следует переквалифицировать с п.п. "к, н" ч. 2 ст. 105 УК РФ на п.п. "а, к" ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Наказание осужденному назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о его личности, всех имеющихся по делу смягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Оснований для смягчения наказания по доводам жалоб судебная коллегия не находит.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Московского областного суда от 11 августа 2003 года в отношении К.А.Ю. изменить:

переквалифицировать его действия со ст. 105 ч. 2 п.п. "к, н" УК РФ на ст. 105 ч. 2 п.п. "а, к" УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок 15 лет;

на основании ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 105 ч. 2 п.п. "а, к" и 167 ч. 2 УК РФ, путем частичного сложения наказаний окончательно к отбытию назначить К.А.Ю. 15 лет 6 месяцев лишения свободы.

В остальном приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 7 декабря 2006 г. N 4-О06-149


Текст определения официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение