Надзорное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 марта 2007 г. N 11-Д06-124 Приговор в отношении осужденного за убийство подлежит изменению, назначенное наказание смягчению, поскольку, проверив материалы дела, суд признал явку с повинной, оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления в качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденному

Надзорное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 20 марта 2007 г. N 11-Д06-124


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела 20 марта 2007 года в судебном заседании надзорную жалобу осужденного К.А.С. на приговор Вахитовского районного суда г. Казани от 20 декабря 2000 года, определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Татарстан от 16 января 2001 года, постановление президиума Верховного суда Республики Татарстан от 11 апреля 2001 года, а также уголовное дело.

По приговору Вахитовского районного суда г. Казани от 20 декабря 2000 года

К.А.С., 20 июля 1977 года рождения, уроженец с. Константиновка Высокогорского района Республики Татарстан, несудимый, осужден:

- по ст. 116 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием 20% заработка в доход государства;

- по ст. 105 ч. 1 УК РФ к 11 годам лишения свободы,

и по совокупности преступлений на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ к 11 годам 1 месяцу лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Срок отбывания наказания исчислен с 27 августа 2000 года.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Татарстан от 16 января 2001 года приговор оставлен без изменения.

Постановлением президиума Верховного суда Республики Татарстан от 11 апреля 2001 года судебные решения в части осуждения К.А.С. по ст. 116 УК РФ отменены, и производство по делу прекращено за отсутствием жалобы потерпевшего; исключено указание о назначении наказания на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ. Те же судебные решения в части осуждения К.А.С. по ст. 105 ч. 1 УК РФ к 11 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. В остальном судебные решения оставлены без изменения.

В надзорной жалобе К.А.С., оспаривая правильность квалификации его действий, указывает, что он защищался от нападения потерпевшего. Считает, что его действия следует квалифицировать по ст. 107 ч. 3 УК РФ. Указывает, что суд не учел при назначении наказания противоправного и аморального поведения потерпевшего, то, что он сам вызвал скорую медицинскую помощь, его чистосердечное признание. Просит смягчить назначенное ему наказание.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ П., изложившей обстоятельства дела, мотивы надзорной жалобы и вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, мнение прокурора Генеральной Прокуратуры Российской Федерации Л., полагавшего изменить судебные решения по доводам, изложенным в постановлении о возбуждении надзорного производства, за исключением учета в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, наказание, назначенное К.А.С., смягчить, судебная коллегия установила:

С учетом внесенных в приговор изменений К.А.С. признан виновным в убийстве Г.

По приговору суда преступление совершено при следующих обстоятельствах.

27 августа 2000 года, около 16 часов, К.А.С. совместно со своим знакомым Г. распивали спиртные напитки, и в ходе внезапно возникших неприязненных отношений между ними произошла ссора, переросшая в обоюдную драку на лестничной площадке данного дома, в ходе которой К.А.С. нанес Г. побои, причинив телесные повреждения в виде кровоподтеков нижней губы, правого плеча, левой кости, не причинившие вреда здоровью, после чего К.А.С. и Г. продолжили употребление спиртных напитков.

В этот же день, примерно в 20 часов, между К.А.С. и Г. вновь возникла ссора, оба для выяснения отношений вышли на кухню квартиры, где К.А.С. с целью убийства Г. на почве ссоры, нанес ему удар ножом в брюшную полость, причинив Г. колото-резаное ранение передней брюшной стенки слева, проникающее в брюшную полость, со сквозными повреждениями передней и задней стенок желудка, в область его тела, передней стенки брюшной части аорты с кровоизлияниями по ходу раневого канала, причинивший тяжкий вред здоровью, так как явились опасными для жизни. Смерть Г. последовала от колото-резаного ранения живота, проникающего в брюшную полость, с повреждением внутренних органов, с кровоизлияниями по ходу раневого канала, сопровождавшегося наружным и внутренним кровотечением, осложнившегося шоком.

Вина К.А.С. в совершении убийства потерпевшего Г. установлена в ходе судебного разбирательства и подтверждается собранными по делу доказательствами.

Доводы о переквалификации действий К.А.С. на ст. 107 УК РФ были предметом рассмотрения судом первой и кассационной инстанций и обоснованно опровергнуты.

Вместе с тем Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о необходимости внесения изменений в судебные решения в отношении К.А.С.

Согласно ст. 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии со ст. 60 ч. 3 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Однако по настоящему делу эти требования закона судом выполнены не в полной мере.

Назначая К.А.С. 11 лет лишения свободы по ст. 105 ч. 1 УК РФ, предусматривающей этот вид наказания на срок от 6 до 15 лет, суд в приговоре указал, что это преступление "является особо тяжким. Ранее он не судим; положительно характеризуется. Имеет на иждивении малолетнего ребенка. Суд учитывает и его состояние здоровья".

Таким образом, каких-либо обстоятельств, смягчающих наказание К.А.С., суд в приговоре не установил.

Между тем из материалов уголовного дела усматривается, что К.А.С. в своем чистосердечном признании, сделанном в день произошедшего, а впоследствии и на всем протяжении предварительного следствия и в суде показывал, что после совершенного им преступления он сам из телефона-автомата вызвал скорую помощь для еще живого пострадавшего и, увидев сотрудника милиции, сразу сообщил ему о совершенном им преступлении, пригласив последнего подняться вместе с ним в квартиру, чтобы тот убедился в сказанном им (л.д. 18, 33-34, 52-53, 187).

Показания осужденного о вызове им самим скорой помощи и о добровольном сообщении о преступлении правоохранительным органам судом в приговоре не опровергнуты.

Более того, эти показания К.А.С. объективно подтверждены другими доказательствами, положенными судом в основу обвинительного приговора.

Так, согласно показаниям свидетеля К. она вместе с мужем К.А.С., с которым была в официальном разводе, а также с Г. и С. распивали дома спиртные напитки, танцевали. Когда К.А.С. вместе с С. ушел на балкон курить, то она и Г. остались в комнате и стали танцевать, Г. взял ее на руки, поцеловал в губы, в это время в комнату вошел К.А.С. и сказал Г., что нужно выйти на кухню, а ей и С. сказал, чтобы они пошли покурить. Потом она зашла на кухню, где увидела К.А.С. с ножом в руках, этот нож он передал ей. На теле потерпевшего была рана. После этого К.А.С. и С. пошли вызывать милицию и скорую помощь, но до их приезда Г. умер.

Свидетель С. подтвердила, что она вместе с К.А.С. курила на балконе. Когда они вернулись в комнату, то увидели, что Г. держит К. на руках и целует. После этого К.А.С. сказал, чтобы она и К. вышли на балкон, а он поговорит с Г. Через некоторое время она в коридоре увидела К.А.С. и Г., идущего по лестнице. Она с К. догнала пострадавшего, тот показал им рану на теле. Затем она вместе с К.А.С. пошли вызывать скорую помощь, на улице К.А.С. встретил сотрудника милиции, которому сказал, что он зарезал человека.

В соответствии с п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ оказание медицинской или иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, является смягчающим наказание обстоятельством.

Что касается добровольного сообщения осужденным правоохранительным органам о совершенном им преступлении, то такое заявление, исходя из требований ст. 142 УПК РФ, следует расценивать как явку с повинной, которая, в соответствии с ч. 2 ст. 142 УПК РФ, может быть сделана как в письменном, так в устном виде.

Кроме того, несмотря на утверждение К.А.С. и свидетелей о добровольном заявлении подсудимым правоохранительным органам о совершенном им преступлении и на наличие в деле собственноручного чистосердечного признания К.А.С. о совершенном им преступлении и добровольном сообщении об этом "сотруднику медвытрезвителя, расположенного во дворе дома", где все происходило (л.д. 18), суд не выяснил обстоятельства задержания К.А.С. и написания им (где и когда) чистосердечного признания, которое можно рассматривать как дополнение к сделанному им ранее устному заявлению о преступлении.

То обстоятельство, что само по себе устное заявление К.А.С. о явке с повинной не было процессуально закреплено в предусмотренной ст. 141 УПК РФ форме, не может являться основанием для непризнания наличия явки с повинной, поскольку виновный не должен отвечать за действия должностных лиц, на которые возложена обязанность процессуального закрепления таких действий.

Из изложенного следует, что со стороны осужденного имела место явка с повинной, которая в соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ является обстоятельством, смягчающим наказание виновного.

Довод, указанный в надзорной жалобе осужденного, о том, что суд не учел при назначении наказания противоправного и аморального поведения потерпевшего, является несостоятельным, поскольку как видно из показаний свидетеля К., она танцевала с потерпевшим Г., после того, как он взял ее на руки и поцеловал в губы, сопротивления ему не оказывала. Кроме того, К.А.С. на момент совершения преступления находился с К. в разводе.

При таких обстоятельствах явка К.А.С. с повинной, оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, подлежат учету в качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденному, а назначенное ему наказание - смягчению.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 407 и 408 УПК РФ, определила:

приговор Вахитовского районного суда г. Казани от 20 декабря 2000 года, определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Татарстан от 16 января 2001 года, постановление президиума Верховного суда Республики Татарстан от 11 апреля 2001 года в отношении К.А.С. изменить:

признать в качестве обстоятельств, смягчающих наказание: явку К.А.С. с повинной, оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления; смягчить назначенное наказание по ст. 105 ч. 1 УК РФ до 10 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В остальном приговор о нем оставить изменения.



Надзорное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 марта 2007 г. N 11-Д06-124


Текст определения официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение