Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 марта 2007 г. N 93-О06-25СП Оснований для отмены или изменения приговора нет, поскольку виновность осужденных в разбое, совершенном по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, убийстве, сопряженном с разбоем, подтверждена совокупностью доказательств по делу

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 марта 2007 г. N 93-О06-25СП


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 14 марта 2007 г. кассационные жалобы потерпевшей М.О.П., адвокатов М.В.Г., А.Р.А. и осужденного Б.Н.В. на приговор Магаданского областного суда от 7 августа 2006 года, которым:

Б.Н.В., 20 декабря 1980 года рождения, уроженец г. Магадана, несудимый,

осужден по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ к 12 годам лишения свободы, по п.п. "ж, з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к 15 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 17 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

М.Г.Е., 11 января 1982 года рождения, уроженец г. Магадана, несудимый,

осужден по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ к 10 годам лишения свободы, по п.п. "ж, з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к 14 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 16 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

По делу разрешен гражданский иск.

Заслушав доклад судьи Б.В.П., выступление прокурора Ф., полагавшего приговор оставить без изменения, судебная коллегия установила:

согласно вердикту коллегии присяжных заседателей Б.Н.В. и М.Г.Е. признаны виновными в нападении на П. с целью завладения имуществом, в ходе чего они лишили жизни потерпевшего при указанных в приговоре обстоятельствах.

На основании вердикта коллегии присяжных заседателей Б.Н.В. и М.Г.Е. осуждены за разбой, совершенный по предварительному сговору между собой, с применением предметов, используемых в качестве оружия, в ходе которого они убили П.

Преступления совершены 13 февраля 2005 года в городе Магадане.

В кассационной жалобе потерпевшая М.О.П. просит отменить приговор в отношении Б.Н.В. и М.Г.Е. По ее мнению, приговор является несправедливым вследствие чрезмерно мягкого наказания, назначенного осужденным.

Потерпевшая полагает, что при назначении наказания суд не учел обстоятельств дела (преступление совершено в составе организованной группы, с применением предмета, используемого в качестве оружия, П. был убит в связи с осуществлением им служебной деятельности, при этом осужденные действовали с целью сокрытия разбойного нападения), данных, характеризующих Б. (он ранее привлекался к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 144 УК РСФСР, но 30 декабря 1996 года дело было прекращено на основании ст. 8 УПК РСФСР), а также того обстоятельства, что осужденные лишили жизни молодого человека.

При этом потерпевшая излагает в жалобе свое видение на картину происшедших событий, связанных с убийством ее сына.

В кассационной жалобе адвокат М.В.Г. просит отменить приговор в отношении Б. и дело направить на новое судебное разбирательство.

По мнению адвоката, в ходе судебного разбирательства были нарушены положения ст.ст. 243, 252, 258, 334, 335 и 336 УПК РФ, выразившиеся в том, что:

- в ходе судебного следствия и судебных прений потерпевшая неоднократно обвиняла Б. в совершении хищений из магазина "Рыболов", убийстве им П. с целью сокрытия хищений, а также в том, что Б. ранее пытался лишить жизни ее сына.

В ходе судебных прений государственный обвинитель вышел за рамки предъявленного Б. обвинения и стал говорить о виновности того в организации убийства, нанесении П. металлической трубой ударов по голове, что свидетельствует о незаконном воздействии на присяжных заседателей, в результате чего последние необоснованно вынесли обвинительный вердикт;

- по делу отсутствуют доказательства, подтверждающие виновность Б.;

- на разрешение присяжных заседателей председательствующий не поставил дополнительный вопрос, в котором защитник изложил обстоятельства, свидетельствующие об эксцессе исполнителя со стороны М.;

- при произнесении напутственного слова были допущены нарушения закона (не указано, какие).

В кассационной жалобе осужденный Б.Н.В. просит отменить приговор и дело направить на новое судебное разбирательство.

По мнению осужденного, отсутствуют доказательства, подтверждающие его виновность, потерпевшая М. оказала незаконное воздействие на присяжных заседателей (при этом он ссылается на обстоятельства, аналогичные тем, которые в жалобе изложил его защитник), государственный обвинитель вышел за рамки предъявленного обвинения, в суде были исследованы явка с повинной М. (т. 1 л.д.л.д. 222-225) и протокол дополнительного допроса его, Б., однако государственный обвинитель не огласил его замечания на несоответствие изложенных в протоколе обстоятельств (т. 3 л.д.л.д. 63-67), а поэтому он был вынужден приобщить к протоколу показания, написанные собственноручно.

Осужденный Б. полагает, что суд необоснованно отказал его защитнику в удовлетворении ходатайства о просмотре в присутствии присяжных заседателей видеозаписи явки с повинной М. и исследовании его собственноручных показаний (т. 3 л.д.л.д. 68-70).

В дополнительной кассационной жалобе осужденный Б. сослался на то, что следователь А.Д.В. не мог проводить предварительное следствие, так как они учились в одной школе, у них были конфликты, а поэтому следователь подлежал отводу, первоначальные показания М. не соответствуют действительности, старшина присяжных заседателей В. (он является корреспондентом местной газеты) 30 августа 2006 года в газете опубликовал статью о том, как он был присяжным заседателем, вердикт присяжных заседателей основан на предположениях.

Кроме того, осужденный выразил свое несогласие с выводами судебной психофизиологической экспертизы от 12 мая 2005 года.

В кассационных жалобах адвокат А.Р.А. ставит вопрос об отмене приговора в отношении М.Г.Е. и направлении дела на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания.

При этом он ссылается на то, что предъявленное обвинение не соответствует фактическим обстоятельствам дела, следователь А.Д.В. подлежал отводу, дело необходимо было возвратить прокурору со стадии предварительного слушания, на тот период суд не разрешил ходатайство о признании недопустимым доказательством заключения психофизиологической экспертизы, приговор не соответствует вердикту, при назначении наказания суд не учел наличия у М. малолетних детей, активного способствования раскрытию преступления, признания его лицом, заслуживающим снисхождения.

Защитник полагает, что наказание М. необходимо назначить с применением правил ст.ст. 64, 65 УК РФ.

В возражениях на кассационные жалобы, не соглашаясь с доводами авторов кассационных жалоб, государственный обвинитель Р. просит приговор оставить без изменения.

В своих возражениях потерпевшая М.О.П. указала на несостоятельность доводов авторов кассационных жалоб.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационных жалоб, а также возражений на них, судебная коллегия считает необходимым приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения по следующим основаниям.

Из положений ст. 379 ч. 2 УПК РФ следует, что обвинительный приговор, постановленный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, не может быть отменен либо изменен ввиду несоответствия выводов присяжных заседателей фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Во всех остальных случаях, как об этом указано в ч. 2 ст. 348 УПК РФ, обвинительный вердикт обязателен для председательствующего по уголовному делу.

Из материалов дела усматривается, что оно было рассмотрено судом присяжных заседателей по ходатайству осужденного Б.

При этом осужденным были разъяснены особенности и юридические последствия рассмотрения уголовного дела судом присяжных заседателей, в том числе порядок и основания обжалования обвинительного приговора, постановленного на основании обвинительного вердикта коллегии присяжных заседателей.

Поэтому доводы защитников и осужденного Б. о том, что выводы суда (как и выводы органов предварительного следствия, о чем настаивают в своих жалобах адвокат А. и потерпевшая М.) не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, отсутствуют доказательства, подтверждающие виновность осужденного Б., вердикт присяжных заседателей основан на предположениях, не могут быть предметом обсуждения в кассационной инстанции.

Остальные доводы авторов кассационных жалоб являются несостоятельными.

По делу отсутствуют обстоятельства, свидетельствующие о том, что потерпевшая М. и государственный обвинитель оказали незаконное воздействие на присяжных заседателей.

Действительно, как следует из протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства потерпевшая М. высказывала суждения о том, что в магазине "Рыболов" неоднократно совершались хищения, до случившегося пытались убить ее сына, к чему был причастен Б.

Председательствующий своевременно прерывал речь потерпевшей и каждый раз обращался к присяжным заседателям, чтобы они, находясь в совещательной комнате, при вынесении вердикта не принимали во внимание сказанное М., то есть то, что не относится к фактическим обстоятельствам предъявленного обвинения.

Другие эмоциональные высказывания потерпевшей, связанные с убийством ее сына, нельзя расценивать как незаконное воздействие на присяжных заседателей.

В ходе судебного следствия и судебных прений государственный обвинитель придерживался версии обвинения, изложенной в обвинительном заключении.

Его позиция сводилась к тому, что по делу имеются достаточные и достоверные доказательства, подтверждающие, что Б. и М. спланировали хищение денег и других материальных ценностей, разработали план нападения, согласно которому каждому из них отводилась определенная роль.

Подобная позиция не свидетельствует о том, что государственный обвинитель вышел за рамки предъявленного обвинения.

В ходе судебного разбирательства были соблюдены требования ч. 1 ст. 252 УПК РФ.

Вопросный лист соответствует положениям ч. 1 ст. 338 УПК РФ.

Он был сформулирован с учетом обстоятельств, поддерживаемых государственным обвинением, вытекаемых из обвинительного заключения.

В судебных прениях государственный обвинитель сообщил, что Б. наносил удары по голове потерпевшего металлической трубой (в этом он не обвинялся).

В ходе произнесения реплики государственный обвинитель исправил допущенную им ошибку, сообщив присяжным заседателям, что имела место оговорка, призвав их не принимать ее во внимание, что свидетельствует об отсутствии незаконного воздействия на присяжных заседателей со стороны государственного обвинителя.

При обсуждении проекта вопросного листа адвокат М. просил поставить дополнительный вопрос, в котором изложены обстоятельства, связанные с нападением на потерпевшего с целью завладения деньгами и другим имуществом.

Эти же обстоятельства вменены в вину Б. органами предварительного следствия.

Кроме того, в дополнительном вопросе изложены обстоятельства, связанные с лишением жизни потерпевшего в ходе нападения, из которых следует, что Б. непричастен к убийству: М. вышел за пределы договоренности и самостоятельно убил потерпевшего.

Вопросный лист был сформулирован с учетом позиции государственного обвинителя.

На разрешение присяжных заседателей председательствующий не поставил дополнительный вопрос.

Однако сформулированные вопросы по версии обвинения давали возможность присяжным заседателям при недоказанности вины Б. в убийстве потерпевшего (путем исключения определенных обстоятельств из основных вопросов) дать отрицательный ответ: у присяжных заседателей было право выбора при ответах на вопросы.

Поэтому в данном конкретном случае нельзя говорить о нарушениях председательствующим требований ст.ст. 338 ч. 2 и 339 ч. 3 УПК РФ.

Напутственное слово соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ.

Судебное следствие и судебные прения проведены в соответствии с положениями ст.ст. 334, 335 и 336 УПК РФ.

Неисследование видеозаписи явки с повинной М.Г.Е. (текст явки был исследован в присутствии присяжных заседателей) не может свидетельствовать о нарушениях ст. 15 УПК РФ: все значимые для правильного разрешения дела доказательства в присутствии присяжных заседателей сторонами были исследованы.

Собственноручное дополнение Б., сделанное в письменной форме, где он изложил обстоятельства, которые имели место быть, по его мнению, не является доказательством по уголовному делу.

Данный документ нельзя было исследовать в присутствии присяжных заседателей еще и потому, что в нем затрагивается вопрос о допустимости других доказательств по делу.

Не было оснований для отвода следователя А.Д.В.: обучение в одной школе не является таковым.

В опубликованной в газете статье корреспондент В. (он был старшиной коллегии присяжных заседателей) не разгласил суждений, имевших место в совещательной комнате при вынесении вердикта.

В статье речь идет об общих принципах суда присяжных заседателей.

Психофизиологическая экспертиза с применением детектора лжи не исследовалась в присутствии присяжных заседателей, так как заключение данной экспертизы суд признал недопустимым доказательством.

Приговор постановлен в точном соответствии с обвинительным вердиктом.

Применительно к обстоятельствам, признанным установленными коллегией присяжных заседателей, действия осужденных судом квалифицированы правильно.

По делу не было оснований для возвращения дела прокурору со стадии предварительного слушания.

Оснований для отмены либо изменения приговора не усматривается. Приговор является законным, обоснованным и справедливым.

При назначении осужденным наказания суд в полной мере учел общие начала назначения наказания, указанные в ст. 60 ч. 3 УК РФ.

Поэтому нельзя согласиться и с доводами потерпевшей, которая настаивает на мягкости назначенного осужденным наказания.

Утверждение потерпевшей о том, что при назначении наказания суд не учел обстоятельств дела (они изложены выше при приведении доводов кассационной жалобы потерпевшей), не соответствует действительности.

Обстоятельства дела, установленные коллегией присяжных заседателей, а также другие юридически значимые данные для правильного решения вопроса о назначении наказания виновным лицам судом были учтены в полной мере.

При решении данного вопроса суд учел данные, характеризующие личность М.Г.Е.

В этом понятие входит и его семейное положение, а поэтому следует считать, что при назначении наказания суд учел наличие у него детей.

Присяжные заседатели признали М.Г.Е. лицом, не заслуживающим снисхождения, что следует из вердикта, а это означает, что утверждение адвоката А. об обратном является несостоятельным.

По делу не усматривается оснований для назначения М.Г.Е. наказания по правилам ст. 64 УК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Магаданского областного суда от 7 августа 2006 года в отношении Б.Н.В. и М.Г.Е. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.


Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14 марта 2007 г. N 93-О06-25СП


Текст определения официально опубликован не был

Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение