Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 июня 2007 г. N 78-О07-29 Приговор в отношении осужденного за похищение человека, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, подлежит изменению вследствие исключения из обвинения указания суда о хранении взрывного устройства, а также приговор в части оправдания за соучастие в совершении убийства подлежит изменению, поскольку подобный вывод судом был сделан преждевременно, без учета всех обстоятельств дела

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 июня 2007 г. N 78-007-29


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 21 июня 2007 года кассационное представление государственного обвинителя Л.Ю.М., кассационную жалобу осужденного Ш. на приговор Санкт-Петербургского городского суда от 28 февраля 2007 года, которым

Ш., родившийся 28 сентября 1962 года в с. Байталы Ананьевского района Одесской области Республики Украина, судимый: 09.02.1996 года по ст.ст. 144 ч. 3, 162 ч. 2, 208 ч. 4 УК РСФСР к 6 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожден условно-досрочно 30.01.1999 года на неотбытый срок 2 года 1 месяц 19 дней,

осужден к лишению свободы по ст. 126 ч. 2 п.п. "а", "в", "г", "з" УК РФ сроком на 6 лет 6 месяцев; по ст. 222 ч. 1 УК РФ сроком на 2 года без штрафа. На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено 7 лет лишения свободы без штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с исчислением срока наказания с 3 мая 2005 года;

оправдан по предъявленному ему обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 105 ч. 2 п.п. "ж", "з"; 33 ч.ч. 3, 5, 105 ч. 2 п.п. "а", "е", "ж"; 30 ч. 3, 33 ч.ч. 3, 5, 105 ч. 2 п.п. "а", "е", "ж"; 222 ч. 1 УК РФ (в части оружия, связанного с преступлением, совершенным в г. Мончегорске Мурманской области) по основания, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

Ш. осужден за похищение человека, совершенный с применением насилия, опасного для жизни и здоровья и с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, из корыстных побуждений, а также за незаконное хранение, перевозку и ношение взрывчатых веществ и взрывных устройств.

Преступления совершены им апреле 2001 года в г. Санкт-Петербурге при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Ш. обвинялся также в бандитизме, в организации покушения на убийство и в пособничестве убийству двух лиц А.Д.Н. и Т., общеопасным способом, группой лиц по предварительному сговору; организации убийства и пособничестве убийства К., М.А.А. и М.А.С., общеопасным способом, группой лиц по предварительному сговору; убийстве К. в составе организованной группы, из корыстных побуждений, сопряженном с бандитизмом; а также в незаконном приобретении, передаче, хранении и ношении огнестрельного оружия, боеприпасов, организованной группой.

Дело в части обвинения по ч. 2 ст. 209 УК РФ в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в действиях Ш. состава преступления.

В остальной части обвинения судом постановлен оправдательный приговор по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи с непричастностью Ш. к совершению преступлений.

Заслушав доклад судьи И., выступление прокурора Л.B.C., поддержавшей доводы кассационного представления об отмене оправдательного приговора, судебная коллегия установила:

в кассационном представлении государственный обвинитель Л.Ю.М. просит отменить приговор, как незаконный и необоснованный. Считает, что суд лишил сторону обвинения возможности представления доказательств, отказав в оглашении показаний важных свидетелей по делу М., Р. и Н. Постановление суда о принудительном приводе указанных свидетелей в суд оказалось неисполненным. Сославшись в приговоре при оценке показаний свидетеля Т. на то, что сомнения должны трактоваться в пользу подсудимого, суд не указал причины, по которым показания указанного свидетеля вызвали у суда сомнения. В результате оправдания по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 33 ч.ч. 3, 5, 105 ч. 2 п.п. "а", "е", "ж"; 33 ч.ч. 3, 5, 105 ч. 2 п.п. "а", "е", "ж"; 222 ч. 1 УК РФ (в части оружия, связанного с преступлением, совершенным в г. Мончегорске Мурманской области) Ш. назначено чрезмерно мягкое наказание.

В кассационной жалобе осужденный Ш. просит приговор суда в части осуждения по ст. 126 ч. 2 п.п. "а", "в", "г", "з" и 222 ч. 1 УК РФ отменить и дело производством прекратить. Указывает, что у следствия не добыто доказательств его вины в похищении А. Его доводы о том, что вывод суда о том, что именно он заманил потерпевшего к месту похищения не основан на имеющихся в деле доказательствах. В ходе следствия не нашло подтверждения и то, что он действовал в составе группы с М., П., З. и Ю. О его непричастности к совершению преступления свидетельствует картина преступления. Нелогичным и рискованным является то, что для похищения он вызвал А. к месту своего жительства. Проверка документов, которая была проведена у него, могла поставить под угрозу планы совершить преступление. Он похож на А. и скорее всего лица, проверявшие документы перепутали его с ним. Он сел в машину, чтобы ехать к девушке. Для него было неожиданным, что в машину сел Б., который стал ему угрожать, и он был вынужден подчиниться. При первой возможности он покинул место удержания А. Нет доказательств и по обвинению в хранении, перевозке и ношении взрывчатых веществ. Протокол осмотра квартиры, в ходе которого изъяты предметы, не содержит указания об их опечатывании. Однако на экспертизу поступили опечатанные предметы, что позволяет усомниться в их идентичности с изъятыми. В протоколе осмотра отсутствует указание на всех участвующих в его проведении лиц.

В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель просит доводы жалобы осужденного отклонить.

В возражениях на кассационное представление адвокат Ц. просит его отклонить, как необоснованное.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденного Ш. в похищении А., совершенного с применением насилия, опасного для жизни и здоровья и с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, из корыстных побуждений, правильными и основанными на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.

Совокупность приведенных в обвинительном приговоре доказательств совершения Ш. указанных преступлений была проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, а также указал мотивы, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие.

В соответствии с требованиями закона каждое из доказательств оценено с точки зрения относимости, допустимости. При этом допустимость приведенных в приговоре в обоснование выводов о виновности Ш. доказательств сомнений не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований ст.ст. 74, 86 УПК РФ.

Суд обоснованно привел в приговоре подробные и последовательные показания потерпевшего А., подтвердившего участие Ш. в его похищении 22 апреля 2001 года. При этом А. подтвердил в суде, что на место похищения его и К. пригласил Ш. К. при этом был убит, а его затащили в автомобиль "Мерседес", а спустя 10 минут пересадили в автомашину "Форд", где были Ш., Б., З., а за рулем П. Б. ударил его рукояткой пистолета. На берегу Финского залива Ш. снял с него наручники, после чего Б. отправил его за продуктами, он ушел и не вернулся. Тогда Б. сам пошел за продуктами. Между похитителями состоялся разговор о том, что Ш. побоялся возвращаться.

Потерпевший А. в ходе следствия опознал дом, где он удерживался после похищения.

Показания потерпевшего А. подтвердили в суде свидетели К., М., П., З.

Так, свидетель П. подтвердил в суде, что А. был помещен насильно в автомашину, которой он управлял, Ш. сказал ему не обращать внимание на происходящее, так как это "разборки". Свидетель П. опроверг в суде утверждения Ш., что сам он находился в машине под принуждением.

Аналогичные показания дал в суде свидетель З., также находившийся в машине при похищении А.

Свидетель П. в ходе следствия также опознал дом, где удерживался А.

Потерпевший К. заявил в суде, что из обстоятельств, известных ему со слов А., он сделал однозначный вывод, что Ш. вызвал его брата и А. на встречу для похищения, после чего состоялось убийство К., а А. был похищен. Последний был оставлен в живых, так как знал, где спрятаны похищенные отходы редкоземельных металлов - шлам и пообещал работать на группу похитителей.

Свидетель М., старший оперуполномоченный УВД Приморского района, подтвердил, что из оперативных данных ему известно, что в день убийства К. ему звонил Ш. и назначил встречу. На нее К. приехал с А. К. в результате был убит, а А. похищен группой, в которую входил и Ш., выполнявший задачу выманить К. и А. для встречи.

Показания А. о применении к нему насилия при похищении объективно подтверждено заключением судебно-медицинской экспертизы о наличии на лице рубца, оцениваемого как заживленная рана, причинившая легкий вред здоровью. При этом эксперты допустили возможность причинения указанной раны рукояткой пистолета.

Таким образом, показаниями названных лиц опровергнуты утверждения осужденного Ш. о том, что в автомашине он сам находился под принуждением и он не вызывал К. и А. на встречу с целью дальнейшего похищения.

Доводы осужденного о нелогичности и рискованности его действий вопреки утверждениям в кассационной жалобе не ставят под сомнение выводы суда о его причастности к похищению А. Сам по себе характер развития преступления, когда отдельные действия соучастников развивались в зависимости от складывающейся обстановки не противоречит установленным в суде обстоятельствам виновности Ш. в инкриминируемом деянии.

Доводы об отсутствии достаточных данных, указывающих на наличие у Ш. предварительного сговора с другими лицами на похищение А. опровергаются установленными в суде их согласованными и совместными действиями, направленными на похищение и удержание потерпевшего, с целью получения информации о месте нахождения шлама.

Являются обоснованными выводы суда и в части виновности Ш. в незаконном хранении, перевозке и ношении взрывчатых веществ.

Вина осужденного Ш. в совершении указанного преступления подтверждается приведенными в приговоре и исследованными в судебном заседании протоколом осмотра квартиры, где проживал Ш., в ходе которого были обнаружены и изъяты металлический цилиндр, 3 коробки различных размеров, пачка сигарет с проволоками; заключением эксперта о том, что изъятые объекты в совокупности являются неполным комплектом самодельного взрывного устройства и взрывчатыми веществами различного вида; договором аренды квартиры, где производилось изъятие объектов, на имя С., гражданской жены Ш.

Доводы осужденного о нарушениях, допущенных при изъятии взрывного устройства с бризантными взрывчатыми веществами различных видов из его квартиры тщательно проверялись в ходе судебного разбирательства и обоснованно отвергнуты, как противоречащие материалам дела.

Судом обоснованно было признано указанное доказательство допустимым, поскольку изъятие объектов было произведено уполномоченным следователем в присутствии хозяйки квартиры, понятых и эксперта, применялось фотографирование. Протокол заверен подписями понятых и других участвующих в осмотре лиц. Упаковка изъятых предметов в соответствии с ч. 10 ст. 182, ч. 2 ст. 183 УПК РФ не является обязательной, на месте выемки предметы упаковываются лишь в случае необходимости. На исследование изъятые объекты поступили в опечатанном и упакованном виде, скрепленные печатью. При таких обстоятельствах нет оснований считать, что требования закона при изъятии поступивших на исследование предметов нарушены.

Действия осужденного Ш. правильно квалифицированы судом по ст. 126 ч. 2 п.п. "а", "в", "г", "з", 222 ч. 1 УК РФ.

Вместе с тем из осуждения Ш. по ч. 1 ст. 222 УК РФ подлежит исключению указание суда о хранении взрывного устройства.

По смыслу закона, под взрывными устройствами следует понимать промышленные или самодельные изделия, функционально объединяющие взрывчатое вещество и приспособление для инициирования взрыва. С учетом этого ответственность по ч. 1 ст. 222 УК РФ наступает за хранение только исправного взрывного устройства, пригодного к производству взрыва.

Такие обстоятельства по настоящему делу не установлены.

Как следует из заключения экспертов, на которое суд сослался в приговоре, как на доказательство виновности Ш., представленные на исследование объекты, изъятые из квартиры Ш., являются в совокупности неполным комплектом самодельного взрывного устройства с управлением по радиоканалу, так как отсутствует передающее устройство и непригодным для производства взрыва (при экспериментальном подрыве детонация в веществе дополнительного заряда не произошла).

Ответственность же за хранение непригодного для производства взрыва взрывного устройства не предусмотрена. Обвинение Ш. в том, что он имел намерение совершить действия, направленные на доведение взрывного устройства до пригодного для взрыва состояние не было предъявлено.

При таких обстоятельствах вывод суда о виновности Ш. в хранении взрывного устройства нельзя признать обоснованным, в связи с чем указание суда о совершении осужденным этих действий подлежит исключению из приговора.

Наказание Ш. по ст. 126 ч. 2 п.п. "а", "в", "г", "з", ст. 222 ч. 1 УК РФ назначено соразмерно содеянному, с учетом данных о его личности, всех обстоятельств дела, а также влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Судом в полной мере учтены все обстоятельства, влияющие на назначение наказания.

Оснований для признания наказания несправедливым и для его снижения не имеется.

Внесение в приговор указанных выше изменений также не является основанием снижения наказания, поскольку не повлекло изменение квалификации его действий, а также существенного снижения объема содеянного им.

Выводы суда об оправдании Ш. в убийстве К. никем не оспариваются, в том числе и в кассационном представлении государственного обвинителя.

Вместе с тем, приговор в части оправдания Ш. по ст.ст. 33 ч.ч. 3, 5, 105 ч. 2 п.п. "а", "е", "ж"; 30 ч. 3, 33 ч.ч. 3, 5, 105 ч. 2 п.п. "а", "е", "ж"; 222 ч. 1 УК РФ подлежит отмене, а дело - направлению дело на новое судебное разбирательство по следующим основаниям.

Согласно требованиям ст. 305 УПК РФ описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора должна содержать в том числе мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

В ст. 380 УПК РФ указано, что приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, в случае, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности лица, на правильность применения уголовного закона или определение меры наказания.

Эти требования закона не в полной мере выполнены судом по настоящему делу.

Так, оправдывая Ш. по указанному обвинению, суд сослался в приговоре на оглашенные в суде показания ряда свидетелей и письменные доказательства. Не раскрыв их содержания и не приводя в приговоре их анализ в совокупности, суд указал, что эти доказательства свидетельствуют лишь о факте совершенного преступления, а не о причастности Ш. к их совершению. Однако без раскрытия содержания доказательств и их анализа такое утверждение суда является преждевременным.

Суд привел в приговоре показания свидетеля Т. о том, что он с другим лицом следил за автомашиной. Потом он узнал, что одного из тех, за кем они следили был А., Ш. в порыве крикнул: "Пора их завалить". Он понял, что нужно убить людей, за которыми они следили из-за какого металла. У Ш. он видел пистолет импортного производства. Приблизительно 1 октября 2001 года Морозу позвонил Ш. и сказал, что дело сделано.

При этом суд, сославшись на то, что сомнения должны толковаться в пользу подсудимого, указал, что одни лишь показания Т. не могут быть положены в основу обвинительного приговора. Однако, как правильно отмечается в кассационном представлении, суд не указал, какие именно сомнения возникли у него в связи с показаниями свидетеля Т., в чем они заключаются и как влияют на выводы суда.

Кроме того, как следует из материалов дела, в судебное заседание неоднократно вызывались свидетели обвинения Н.A.M., М.О.В., Р., проживающие в г. Мончегорске, однако в назначенное им время в суд не явились и не сообщили о причинах неявки. Суд по ходатайству государственного обвинителя, признав необходимым их допрос в судебном заседании, вынес постановления об их принудительном приводе, исполнение которых поручил Службе судебных приставов городского межрайонного отдела ГУ ФСП и ОУПДС г. Санкт-Петербурга.

Постановления суда о принудительном приводе названных свидетелей не были исполнены. Из рапорта судебного пристава К. видно, что дверь квартир, в которых проживают Н. и Р., не была открыта. Н. скрывается по месту жительства, Р. со слов работника милиции не желает добровольно являться в суд. М. в городе отсутствует и в разговоре с ним по сотовому телефону выяснено, что он скрывает свое местонахождение.

Судебный пристав указал, что поручение о приводе свидетелей могут выполнить сотрудники милиции г. Мончегорска, которые обладают оперативной информацией о местонахождении свидетелей.

Помимо этого судебными приставами представлены справки о проделанной работе по исполнению принудительного привода.

В связи неисполнением постановлений о приводе свидетелей государственный обвинитель заявил ходатайство об оглашении их показаний на предварительном следствии.

Ходатайство государственного обвинителя о признании указанных обстоятельств чрезвычайными и об оглашении показаний свидетелей судом было отклонено.

При этом судом не оглашались сообщения прокуратуры, рапорт судебного пристава, справки судебных приставов, работников милиции о причинах неисполнения постановления суда. Возможность дальнейшего исполнения постановления о приводе указанных лиц, которая согласно рапорта судебного пристава не исключена, судом не обсуждалась, несмотря на заявление государственного обвинителя об оказании на свидетелей давления, в связи с чем они скрылись от судебных приставов.

Признав ранее явку указанных свидетелей необходимой и впоследствии не исполнив свое же постановление о приводе важных с точки зрения стороны обвинения свидетелей, суд не указал причины неисполнения постановления и не назвал причин, по которым явка этих лиц в суд перестала быть необходимой.

При таких обстоятельствах доводы представления о том, что своими действиями суд по существу лишил сторону обвинения возможности представить доказательства, которые могли повлиять на выводы суда о виновности или невиновности Ш., заслуживают внимания.

Выводы суда об оправдании Ш. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 222 ч. 1 УК РФ (в части оружия, связанного с преступлением в г. Мончегорске) связаны с мотивами оправдания его по ст.ст. 33 ч.ч. 3, 5, 105 ч. 2 п.п. "а", "е", "ж"; 30 ч. 3, 33 ч.ч. 3, 5, 105 ч. 2 п.п. "а", "е", "ж" УК РФ, эти выводы также следует признать преждевременными, сделанными без учета вышеуказанных обстоятельств.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, с соблюдением принципа состязательности создать необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Санкт-Петербургского городского суда от 28 февраля 2007 года в отношении Ш. в части его оправдания по ст.ст. 33 ч.ч. 3, 5, 105 ч. 2 п.п. "а", "е", "ж"; 30 ч. 3, 33 ч.ч. 3, 5, 105 ч. 2 п.п. "а", "е", "ж"; 222 ч. 1 УК РФ отменить.

Дело в этой части направить на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе судей.

Этот же приговор в отношении Ш. в части его осуждения ст. 126 ч. 2 п.п. "а", "в", "г", "з", 222 ч. 1 УК РФ изменить.

Исключить из его осуждения по ст. 222 ч. 1 УК РФ указание суда на незаконное хранение взрывного устройства.

В остальном обвинительный приговор в отношении Ш. оставить без изменения, а кассационную жалобу осужденного - без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 июня 2007 г. N 78-О07-29


Текст определения официально опубликован не был

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.