Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 25 декабря 2007 г. N 4-О07-120 Поскольку наказание назначено осужденным за убийство и разбой с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности осужденных, смягчающих наказание обстоятельств, отсутствуют основания для отмены или изменения приговора

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 25 декабря 2007 г. N 4-О07-120


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 25 декабря 2007 года уголовное дело по кассационному представлению прокурора К.Е.К. и кассационным жалобам осужденных С.П.П., Л. и Н. и адвоката Б. на приговор Московского областного суда от 24 октября 2007 года, которым

С., родившийся 4 января 1979 года в совхозе Крекшино Наро-Фоминского района Московской области, несудимый,

осужден по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ к 9 годам лишения свободы без штрафа,

по ст. 105 ч. 2 п.п. "ж, з" УК РФ к 14 годам лишения свободы

и по совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, к 15 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Л., родившийся 22 января 1983 года в г. Серпухове Московской области, судимый:

1) 4 июня 2007 года по ст. 111 ч. 4 УК РФ к 6 годам лишения свободы,

осужден по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ к 9 годам лишения свободы без штрафа,

по ст. 105 ч. 2 п.п. "ж, з" УК РФ к 10 годам лишения свободы,

по совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, к 11 годам лишения свободы и на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к 16 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Н., родившийся 18 февраля 1987 года в г. Москве, несудимый,

осужден по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ к 8 годам лишения свободы без штрафа,

по ст. 105 ч. 2 п.п. "ж, з" УК РФ к 9 годам лишения свободы

и по совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи И. и выступления осужденного С.П.П., просившего о смягчении наказания, осужденных Л. и Н., просивших приговор отменить и дело прекратить за непричастностью к совершению преступления, и прокурора К.Е.А., просившей приговор оставить без изменения, судебная коллегия установила:

С.П.П., Л. и Н. признаны виновными в разбойном нападении, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, с применением предметов, используемых в качестве оружия, и в умышленном убийстве, совершенном группой лиц по предварительному сговору и сопряженном с разбоем.

Преступления совершены 9 января 2007 года в г. Серпухове Московской области при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В судебном заседании С.П.П. виновным себя признал частично, а Л. и Н. виновными себя не признали.

В кассационном представлении поставлен вопрос об изменении приговора и смягчении наказания всем осужденным. При этом утверждается, что своими показаниями на предварительном следствии, которые суд положил в основу обвинительного приговора, С.П.П., Л. и Н. способствовали раскрытию преступления и изобличению друг друга в совершении преступления. Суду следовало учесть данные смягчающие обстоятельства и, поскольку отягчающих обстоятельств при рассмотрении дела установлено не было, применить при назначении наказания ст. 62 УК РФ.

В кассационных жалобах:

адвокат Б. в защиту интересов осужденного С.П.П. просит приговор в части осуждения С.П.П. изменить, переквалифицировать его действия со ст. 105 ч. 2 п.п. "ж, з" УК РФ на ст. 111 ч. 1 УК РФ и смягчить наказание, в части осуждения С.П.П. по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ приговор отменить и дело прекратить, мотивируя тем, что вина С.П.П. в разбое не доказана, преступление совершено на почве возникших личных неприязненных отношений, при этом у С.П.П. не было умысла на убийство М.;

осужденный С.П.П. утверждает, что он причинил только тяжкий вред здоровью М., смерть же потерпевшего наступила уже в больнице через 7 дней из-за халатности врачей, никакого сговора с другими осужденными на совершение преступления у него не было, все произошло по вине самого потерпевшего, который вначале спровоцировал конфликт со свидетелем Е., а затем оскорбил его мать, во время нанесения ударов ножом он находился в состоянии аффекта и не преследовал цели завладеть телефоном потерпевшего. Просит учесть, что в ходе следствия он давал правдивые показания, чем способствовал раскрытию преступления, имеет на иждивении малолетнего ребенка, положительно характеризуется по месту жительства, и переквалифицировать его действия на ст. 111 ч. 4 УК РФ, исключить осуждение по ст. 162 ч. 4 УК РФ и смягчить наказание, применив ст. 64 УК РФ;

осужденный Л. утверждает, что выводы суда о его виновности не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, которое рассмотрено судом необъективно, при назначении наказания не учтено наличие у него больной матери - инвалида 2 группы и просит приговор изменить и смягчить наказание;

осужденный Н. утверждает, что он не совершал убийство М., фактически смерть потерпевшего наступила в больнице из-за халатности врачей, и считает, что его действия следует квалифицировать по ст. 111 ч. 4 УК РФ. Он также отрицает, что они завладели телефоном потерпевшего с применением насилия. М. сам обещал подарить телефон Л. Просит учесть, что он своими показаниями на предварительном следствии способствовал раскрытию преступления, положительно характеризуется по месту жительства, и исключить осуждение по ст. 162 ч. 4 п. "в" УК РФ, смягчить наказание с применением ст. 64 УК РФ.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационного представления и кассационных жалоб, судебная коллегия считает, что выводы суда о виновности С.П.П., Л. и Н. соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются собранными по делу и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Версия осужденных о том, что они не совершали разбойного нападения на М., и причинили ему телесные повреждения на почве личных неприязненных отношений, проверялась в судебном заседании и обоснованно отвергнута судом в приговоре, как несостоятельная.

Как следует из показаний С.П.П., Л. и Н., которые они давали на предварительном следствии при допросе в качестве подозреваемых и обвиняемых и при проведении между ними очных ставок, нападение на М. было совершено ими с целью завладения имуществом потерпевшего - сотовым телефоном и деньгами.

Так, С.П.П., в частности, пояснял, что Л. и Н. сказали ему, что им нужен сотовый телефон Хасана (М.). Он ответил им, что изобьет потерпевшего, а дальше их проблема (т. 1 л.д. 135).

Осужденный Л. пояснял, что еще в ходе употребления спиртного С.П.П. требовал, чтобы М. отдал свой сотовый телефон. Потом это требование С.П.П. стал предъявлять потерпевшему, когда они пошли его провожать. Повалив на землю М., С.П.П. стал лазить по карманам его одежды, вытащил сотовый телефон и 50 рублей, а затем по дороге домой отдал ему - Л., сотовый телефон Хасана.

Из показаний осужденного Н. следует, что Л., у которого он дома увидел телефон М., сказал ему, что телефон ему отдал С.П.П.

Суд обоснованно признал вышеприведенные показания С.П.П., Л. и Н. достоверными, поскольку они согласуются между собой и подтверждаются также показаниями свидетеля К., который на предварительном следствии пояснял, что со слов Н. ему стало известно о том, что они зарезали Хасана из-за сотового телефона.

С учетом этих обстоятельств, о которых поясняли на предварительном следствии осужденные и свидетель К., и с учетом характера примененного к потерпевшему физического насилия, суд сделал правильный вывод о том, что в отношении М. было совершено разбойное нападение.

В связи с этим, нельзя согласиться с доводами кассационных жалоб о необоснованности осуждения С.П.П., Л. и Н. за разбой.

Несостоятельными являются также доводы кассационных жалоб о том, что С.П.П., Л. и Н. необоснованно осуждены за убийство М.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, смерть М. наступила от причиненных ему ножевых проникающих ранений грудной клетки и шеи.

В судебном заседании С.П.П. признал, что нанес неоднократные удары ножом потерпевшему, однако отрицал наличие у него умысла на убийство и оказание ему помощи со стороны Л. и Н.

В свою очередь Л. и Н. отрицали, что помогали С.П.П. сломить сопротивление потерпевшего во время нанесения ему ударов ножом.

Эти утверждения осужденных суд правильно оценил критически, так как на предварительном следствии они неоднократно давали показания о том, что их действия в отношении М. были согласованными.

Так, С.П.П. пояснял, что по дороге взял у Л. нож-бабочку, попросил Л. и Н. помочь ему, когда повалил М. на землю, они перевернули М. на спину и стали удерживать за руки, а он нанес ему удар ножом в шею.

Л. и Н. признавали, что по просьбе С.П.П. удерживали М. за руки, когда С.П.П. ударил его ножом в шею.

Эти показания осужденных подтверждаются показаниями свидетеля Е., которые были даны им на предварительном следствии и оглашены в судебном заседании с согласия сторон, и показаниями свидетеля К., которые были даны им на предварительном следствии.

Так, из показаний свидетеля Е. следует, что на следующий день после совершенного преступления Л. рассказал ему, что "Петр ночью убил мужчину азиатской внешности, перерезав тому горло" (т. 1 л.д. 72).

Из показаний свидетеля К. видно, что Н. сообщил ему подробности совершенного преступления, рассказав, как они зарезали Хасана - он и Л. встали Хасану на руки, чтобы тот не вырывался, а Петр (С.П.П.) разрезал Хасану горло ножом (т. 1 л.д. 85).

Утверждениям осужденных и свидетеля К. о том, что на предварительном следствии они давали показания под воздействием работников милиции, суд дал надлежащую оценку, обосновано указав на то, что они являются надуманными, так как допросы проводились с участием адвокатов, каких-либо заявлений о применении к ним недозволенных методов следствия не заявляли.

Ссылка осужденных в жалобах на то, что смерть М. наступила не на месте совершения преступления, а в больнице, спустя несколько дней, не влияет на выводы суда о виновности С.П.П., Л. и Н. в насильственном лишении жизни потерпевшего.

Как следует из заключения судебно-медицинского эксперта, между причиненными М. телесными повреждениями и наступлением смерти имеется прямая причинная связь.

А характер и локализация ножевых ранений, с учетом показаний свидетелей Е. и К. о том, что осужденные сказали им, что зарезали М., прямо указывают на наличие в действиях С.П.П., Л. и Н. умысла на лишение жизни потерпевшего.

Поэтому действия осужденных правильно квалифицированы по ст. 105 ч. 2 п.п. "ж, з" УК РФ и оснований для их переквалификации на ч. 1 или ч. 4 ст. 111 УК РФ, как об этом ставится вопрос в кассационных жалобах, не имеется.

Утверждения осужденного С.П.П. в жалобе о том, что он наносил удары ножом потерпевшему в состоянии аффекта, также являются необоснованными, так как судом установлено, что он совершил разбойное нападение на М.

Правовая оценка действиям С.П.П., Л. и Н. в части совершения ими разбойного нападения также дана в приговоре правильная.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела судом не допущено.

Наказание, назначенное С.П.П., Л. и Н. соответствует характеру и степени общественной опасности совершенных преступлений и данным о личности осужденных.

Вопреки утверждениям осужденных С.П.П. и Л., судом учтено, что у С.П.П. имеется малолетний ребенок, а у Л. на иждивении находится мать - инвалид 2 группы.

Что касается доводов кассационного представления о необходимости применения ст. 62 УК РФ и смягчении наказания, то с ними согласиться нельзя по следующим основаниям.

Во-первых, ст. 62 УК РФ определяет срок или размер наказания, который не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Как следует из приговора, С.П.П., Л. и Н. срок лишения свободы, назначенный как за разбой, так и за убийство, не превышает трех четвертей максимального срока лишения свободы, предусмотренного санкцией ст. 162 ч. 4 УК РФ, и исчислимого срока лишения свободы, предусмотренного ст. 105 ч. 2 УК РФ.

Во-вторых, основанием для применения ст. 62 УК РФ может служить не простое, а активное способствование раскрытию преступления и изобличению других соучастников преступления.

В материалах дела нет данных о том, что С.П.П., Л. и Н. активно способствовали раскрытию преступления, не указано их и в кассационном представлении.

Что касается показаний осужденных, то вывод автора кассационного представления о том, что кто-то из них изобличал другого участника преступления, также является необоснованным, поскольку, как видно из материалов дела, С.П.П., Л. и Н. на предварительном следствии и не отрицали, что они совершили разбой и убийство М.

Показания, которые осужденные давали на предварительном следствии, положены в основу обвинительного приговора в совокупности с другими доказательствами.

Поэтому само по себе признание вины на предварительном следствии не может являться безусловным основанием для смягчения наказания, если оно соответствует содеянному и данным о личности осужденных.

Таким образом, оснований для изменения приговора по доводам кассационного представления или кассационных жалоб не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Московского областного суда от 24 октября 2007 года в отношении С.П.П., Л. и Н. оставить без изменения, а кассационное представление и кассационные жалобы - без удовлетворения.



Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 25 декабря 2007 г. N 4-О07-120


Текст определения официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение

Если вы являетесь пользователем системы ГАРАНТ, то Вы можете открыть этот документ прямо сейчас, или запросить его через Горячую линию в системе.