Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 1 июля 2002 г. N 78-Г02-33 Суд пришел к выводу о том, что установление в оспариваемом законе перечня потенциальных инвесторов, отличного по субъектному составу от понятия "инвесторы", содержащегося в федеральном законодательстве, следует рассматривать как явное противоречие, поскольку исключает из числа потенциальных инвесторов объединения юридических лиц, не имеющих статуса юридического лица и действующих на основании договора о совместной деятельности, государственные органы и органы местного самоуправления, создавая тем самым для одной категории инвесторов более благоприятные условия инвестиционной деятельности по сравнению с другими

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 1 июля 2002 г. N 78-Г02-33


Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании от 1 июля 2002 г. дело по заявлению прокурора# Санкт-Петербурга N 191-35 "Об инвестициях в недвижимость Санкт-Петербурга" по кассационной жалобе Комитета по управлению городским имуществом Санкт-Петербурга и Законодательного Собрания Санкт-Петербурга на решение Санкт-Петербургского городского суда от 13 марта 2002 г., которым требование прокурора было удовлетворено.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации С., объяснения представителей Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Т. и Губернатора Санкт-Петербурга К., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Г., полагавшей решение суда законным, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

прокурор Санкт-Петербурга обратился в суд с заявлением о признании недействующими и не подлежащими применению положения, содержащиеся в ч. 3, 4 ст. 2 Закона Санкт-Петербурга N 191-35 "Об инвестициях в недвижимость Санкт-Петербурга" от 30 июля 1998 г. и дающие определение инвесторов и кто может выступать в этом качестве.

В обоснование своего заявления прокурор Санкт-Петербурга указал, что настоящий Закон Санкт-Петербурга в оспоренной части противоречит п. 2 ст. 4 Закона РФ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений", поскольку исключает из числа потенциальных инвесторов объединения юридических лиц, не имеющих статуса юридического лица и действующих на основании договора о совместной деятельности, государственные органы и органы местного самоуправления, создавая тем самым для одной категории инвесторов более благоприятные условия инвестиционной деятельности по сравнению с другими.

Законодательное Собрание Санкт-Петербурга возражало против удовлетворения заявления прокурора Санкт-Петербурга, ссылаясь на то, что оспоренные прокурором Санкт-Петербурга положения Закона Санкт-Петербурга не противоречат Федеральному закону "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений".

Решением Санкт-Петербургского городского суда от 13 марта 2002 г. заявленное прокурором требование удовлетворено.

В кассационных жалобах Законодательного Собрания Санкт-Петербурга и Комитета по управлению городским имуществом Санкт-Петербурга содержится просьба об отмене указанного решения суда как вынесенного в результате неправильного толкования норм материального права.

Проверив материалы дела, изучив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации полагает постановленное по данному делу решение подлежащим оставлению без изменения по следующим основаниям.

Согласно ч. 2 ст. 4 Закона РФ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений" N 39-ФЗ инвесторами могут быть физические и юридические лица, создаваемые на основе договора о совместной деятельности и не имеющие статуса юридического лица объединения юридических лиц, государственные органы, органы местного самоуправления, а также иностранные субъекты предпринимательской деятельности.

Между тем, в силу ч. 3, 4 ст. 2 Закона Санкт-Петербурга N 191-35 "Об инвестициях в недвижимость Санкт-Петербурга" инвесторы - физические и юридические лица, осуществляющие инвестиционную деятельность. И далее закон определяет, что в качестве инвесторов могут выступать:

а) граждане Российской Федерации, иностранные граждане, лица без гражданства;

б) российские и иностранные юридические лица.

Сопоставив содержание указанных правовых норм, суд обоснованно сделал вывод о том, что Закон Санкт-Петербурга, в оспоренной прокурором Санкт-Петербурга части, противоречит ч. 2 ст. 4 Закона РФ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений", поскольку исключает из числа потенциальных инвесторов объединения юридических лиц, не имеющих статуса юридического лица и действующих на основании договора о совместной деятельности, государственные органы и органы местного самоуправления, создавая тем самым для одной категории инвесторов более благоприятные условия инвестиционной деятельности по сравнению с другими.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ полагает правильным и вывод суда о несостоятельности доводов Губернатора Санкт-Петербурга и КУГМ о том, что ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений" и Закон Санкт-Петербурга "Об инвестициях в недвижимость Санкт-Петербурга" имеют разные предметы правового регулирования и что в силу этого установление в ч. 4 ст. 2 Закона Санкт-Петербурга перечня потенциальных инвесторов, отличного по субъектному составу от понятия "инвесторы", содержащегося в ст. 4 Федерального закона, не может рассматриваться как противоречие соответствующей норме Федерального закона.

Как следует из преамбулы Федерального закона "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений", настоящий Федеральный закон определяет правовые и экономические основы инвестиционной деятельности, осуществляемой в форме капитальных вложений, на территории Российской Федерации, а также устанавливает гарантии равной защиты прав, интересов и имущества субъектов инвестиционной деятельности, осуществляемой в форме капитальных вложений, независимо от форм собственности.

В силу ст. 2 Федерального Закона "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений", определяющей предмет регулирования данного Закона, действие настоящего Федерального закона распространяется на отношения, связанные с инвестиционной деятельностью, осуществляемой в форме капитальных вложений.

В соответствии со ст. 1 Закона Санкт-Петербурга "Об инвестициях в недвижимость Санкт-Петербурга", определяющей предмет регулирования данного Закона, настоящий Закон определяет условия и порядок осуществления инвестиционной деятельности, направленной на застройку земельных участков, на завершение незаконченных строительством объектов, реконструкцию зданий, сооружений, их частей, находящихся в распоряжении Санкт-Петербурга. Этот Закон также определяет права и обязанности инвесторов в процессе осуществления инвестиционной деятельности в соответствии с настоящим Законом, в том числе, определяет порядок их взаимодействия с исполнительным органом государственной власти Санкт-Петербурга, а также определяет права и обязанности исполнительного органа государственной власти Санкт-Петербурга.

Следовательно, предметом правового регулирования являются общественные отношения, возникающие в связи с инвестиционной деятельностью, осуществляемой в форме капитальных вложений, и относящейся к области экономического развития Российской Федерации, что следует из преамбулы ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений".

Следует согласиться и с выводом суда о том, что не имеет правового значения то обстоятельство, что объектом капитальных вложений в соответствии с Законом Санкт-Петербурга является имущество, являющееся собственностью Санкт-Петербурга или находящееся в ведении Санкт-Петербурга, а не Российской Федерации, так как согласно ст. 3 указанного Федерального закона объектами капитальных вложений в Российской Федерации являются находящиеся в частной, государственной, муниципальной и иных формах собственности различные виды вновь создаваемого и (или) модернизируемого имущества, за изъятиями, устанавливаемыми федеральными законами. Действующим федеральным законодательством таких изъятий в отношении государственного имущества, находящегося в собственности субъектов Российской Федерации не установлено.

Более того, как усматривается из ст. 1 Закона Санкт-Петербурга "Об инвестициях в недвижимость Санкт-Петербурга", к предмету регулирования данного Закона также относится определение прав и обязанностей инвесторов в процессе осуществления инвестиционной деятельности в соответствии с настоящим Законом, в том числе, определение порядка их взаимодействия с исполнительным органом государственной власти Санкт-Петербурга, а также определение прав и обязанностей исполнительного органа государственной власти Санкт-Петербурга. Однако определение субъектного состава инвестиционной деятельности, осуществляемой в форме капитальных вложений в соответствии с данным Законом, к предмету ведения данного Закона не отнесено, так как данный вопрос урегулирован Федеральным Законом, являющимся базовым законом по отношению к указанному выше Закону Санкт-Петербурга.

С учетом указанных суждений судом сделан правильный вывод о том, что установление в ч. 4 ст. 2 Закона Санкт-Петербурга перечня потенциальных инвесторов, отличного по субъектному составу от понятия "инвесторы", содержащегося в ст. 4 Федерального Закона, следует рассматривать как явное противоречие.

Следует признать несостоятельными доводы Законодательного Собрания о том, что оспоренные положения Закона Санкт-Петербурга не противоречат ч. 2 ст. 4 Закона РФ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений" и не исключают возможности участия в инвестиционной деятельности в качестве инвесторов объединений юридических лиц без образования юридического лица и действующих на основании договора о совместной деятельности, учитывая, что носителями гражданских прав и обязанностей в данном случае являются юридические лица, входящие в это объединение, а само объединение не может быть участником гражданских правоотношений.

При таких обстоятельствах, настоящий Закон Санкт-Петербурга в оспоренной части противоречит п. 2 ст. 4 Закона РФ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений", исключая из числа потенциальных инвесторов объединения юридических лиц, не имеющих статуса юридического лица и действующих на основании договора о совместной деятельности, и препятствует этим объединениям в качестве самостоятельного субъекта участвовать в инвестиционной деятельности в форме капитальных вложений на территории Санкт-Петербурга, что не отрицалось в судебном заседании и представителем Комитета по управлению городским имуществом Санкт-Петербурга, пояснившим, что в Санкт-Петербурге с указанными объединениями юридических лиц, не имеющими статуса юридического лица и действующими на основании договора о совместной деятельности, КУГИ не заключает договоры на осуществление инвестиционной деятельности.

Несостоятельными являются и доводы Законодательного Собрания о том, что оспоренная формулировка Закона Санкт-Петербурга не исключают# возможности участия в инвестиционной деятельности в качестве инвесторов органов государственной власти, которые являются юридическими лицами в соответствии с Положениями, определяющими их статус, и органов местного самоуправления, являющихся юридическими лицами в соответствии с уставами муниципальных образований.

При таких обстоятельствах Санкт-Петербургский городской суд, обоснованно указав на выявленные противоречия оспоренных положений закона Санкт-Петербурга нормам федерального законодательства, счел возможным удовлетворить требование прокурора, признав их недействующими и не подлежащими применению.

Доводы кассационных жалоб сводятся по существу к оспариванию толкования судом правовых норм и содержащихся в них положений, что не может быть признано состоятельным к заслуживающим внимания.

Несогласие с выводами суда также нельзя расценить в качестве убедительного довода кассационной жалобы.

С учетом изложенного постановленное по данному делу решение суда является законным, в связи с чем оно подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь ст. 305 ГПК РСФСР, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

решение Санкт-Петербургского городского суда от 13 марта 2002 г. оставить без изменения, а кассационные жалобы Законодательного Собрания и КУГУ# Санкт-Петербурга - без удовлетворения.



Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 1 июля 2002 г. N 78-Г02-33


Текст определения официально опубликован не был


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.