Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 июля 2008 г. N 52-О08-7СП Оправдательный приговор суда, вынесенный на основании вердикта присяжных заседателей, не подлежит изменению, поскольку из анализа показаний подсудимого, выступлений и реплик его защитника не следует вывод о том, что в ходе судебного разбирательства с их стороны было допущено поведение, которое можно было бы расценить как незаконное воздействие на присяжных заседателей с целью повлиять на их ответы на поставленные вопросы

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 июля 2008 г. N 52-О08-7СП


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании кассационное представление государственного обвинителя К.Ю.Г. и на приговор Верховного суда Республики Алтай суда от 4 апреля 2008 года по уголовному делу, рассмотренному с участием присяжных заседателей, которым

А.Ю.М., родившийся 3 ноября 1966 года в с. Кзылрават Андижанской области, судимый 6 ноября 1997 г. по ст. 111 ч. 4 УК РФ к 7 годам лишения свободы, освобожден 16 августа 2002 года условно-досрочно на 1 год 5 месяцев 14 дней, оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст.ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п.п. "а", "е", "и" УК РФ, на основании ч. 2 п. 1 ст. 302 УПК РФ за отсутствием события преступления.

А.Ю.М. признан виновным и осужден по ст. 167 ч. 1 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации "...", выступление прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Ш.М.В., поддержавшей кассационное представление государственного обвинителя, судебная коллегия установила:

на основании вердикта присяжных заседателей А.Ю.М. оправдан по обвинению в покушении на убийство более двух лиц (путем попытки наезда на них автомобилем и причинения ножевых ранений) за отсутствием события преступления.

Он осужден за умышленное повреждение чужого имущества (автомобиля Ф.), повлекшее причинение значительного ущерба.

В кассационном представлении и дополнении к нему государственный обвинитель Б.Ю.Г. просит оправдательный приговор в отношении А. отменить, в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, и дело направить на новое судебное разбирательство. Как указывает государственный обвинитель, защитником подсудимого во вступительном заявлении, в прениях сторон были допущены высказывания, "способные ввести присяжных в заблуждение". По мнению государственного обвинителя, адвокат в судебном заседании "занял позицию, не основанную ни на одном из исследованных доказательств". Как утверждает государственный обвинитель, до удаления в совещательную комнату для вынесения вердикта присяжные проявили очевидное предпочтение стороне защиты. При формулировании вопросного листа, по эпизоду умышленного повреждения автомобиля, судья сформулировал вопрос по позиции стороны защиты в таком варианте, при котором заведомо исключался хулиганский мотив в действиях А. Высказывание подсудимого А. в присутствии присяжных заседателей об исчезновении из дела документальных данных о наличии у потерпевших "электрошокера", могло оказать влияние на их мнение относительно объективности при расследовании дела. Кроме того, государственный обвинитель утверждает, что старшина присяжных заседателей С. при формировании коллегии присяжных заседателей скрыла от участников процесса факт судимости ее родного брата М. по ст. 158 ч. 2 УК РФ, что лишило сторону обвинения возможности заявить ей отвод.

На кассационное представление от защитника А.Ю.М. адвоката Б.В.А. поступили возражения, в которых он просит оставить представление без удовлетворения.

Проверив уголовное дело и обсудив доводы кассационного представления, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены приговора.

Приговор суда постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей.

Согласно ч. 2 ст. 385 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его представителя лишь при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них. Таких нарушений уголовно-процессуального закона судом первой инстанции по данному делу допущено не было.

Доводы государственного обвинителя о том, что защитник подсудимого допускал в присутствии присяжных заседателей высказывания, способные ввести их в заблуждение, а также доводы о том, что высказывание А., касающееся "электрошокера", могло оказать влияние на их мнение относительно объективности расследования уголовного дела - не основаны на протоколе судебного заседания.

Из анализа показаний подсудимого А., а также его выступлений в последнем слове, равно как и выступлений и реплик его защитника, не следует вывод о том, что в ходе судебного разбирательства с их стороны было допущено такое поведение, которое можно было бы расценить как незаконное воздействие на присяжных заседателей с целью повлиять на их ответы на поставленные вопросы.

Из протокола судебного заседания видно, что при демонстрации государственным обвинителем фототаблиц перед присяжными заседателями, старшина присяжных пыталась задать вопрос, но была остановлена председательствующим по делу с разъяснением положения закона о том, что вопросы задаются в письменном виде через председательствующего (т. 4 л.д. 180). Каких-либо оценок по рассматриваемому уголовному делу реплика старшины не содержала.

Предусмотренная уголовно-процессуальным законом (ст. 338 УПК РФ) процедура постановки вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, председательствующим по делу судьей соблюдена.

Вопросы перед присяжными заседателями судьей были поставлены с учетом результатов судебного следствия и прений сторон. При этом, как видно из протокола судебного заседания, сторонам было предоставлено право высказать свои замечания по содержанию и формулировке вопросов и внести предложения о постановке новых вопросов.

Вопросы, которые бы предрешали ответы на них, председательствующим перед присяжными заседателями не ставились.

Доводы государственного обвинителя о том, что старшина присяжных заседателей С. при формировании коллегии присяжных заседателей скрыла от участников процесса факт судимости ее родного брата М. - неосновательны.

Как видно из приложенной к кассационному представлению копии приговора, М.Г.Н. был осужден 26 мая 2000 года по ст. 158 ч. 2 п.п. "ав" УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года.

Следовательно, данная судимость на момент формирования коллегии присяжных заседателей у него была погашена.

Согласно ст. 86 ч. 6 УК РФ погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью.

Кроме того, государственным обвинителем не представлены достаточные доказательства, подтверждающие осведомленность С. о судимости М., о котором государственный обвинитель заявляет как о близком родственнике С.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Верховного суда Республики Алтай от 4 апреля 2008 года в отношении А.Ю.М. оставить без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя - без удовлетворения.


Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 июля 2008 г. N 52-О08-7СП


Текст определения размещен на сайте Верховного Суда РФ в Internet (http://www.supcourt.ru)


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.