Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 3 сентября 2008 г. N 86-Г08-14 О признании противоречащей федеральному законодательству и недействующей части 11 статьи 4 Закона Владимирской области от 8 апреля 2008 г. N 48-ОЗ "О государственном долге Владимирской области"

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 3 сентября 2008 г. N 86-Г08-14


Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по заявлению прокурора Владимирской области о признании противоречащими федеральному законодательству и недействующими с момента принятия закона частей 2 и 11 статьи 4 Закона Владимирской области N 48-ОЗ от 8 апреля 2008 г. "О государственном долге Владимирской области" по кассационным жалобе Законодательного Собрания и представлению прокурора Владимирской области на решение Владимирского областного суда от 27 мая 2008 г., которым постановлено: "Заявление прокурора области удовлетворить частично. Признать недействующими и не подлежащими применению со дня вступления в законную силу решения суда положения части 11 статьи 4 Закона Владимирской области от 8 апреля 2008 г. N 48-ОЗ "О государственном долге Владимирской области". В удовлетворении остальной части заявления прокурору области отказать".

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации М., объяснения представителей Законодательного Собрания Владимирской области - К. и Администрации Владимирской области - Н. и А., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации - Г., полагавшей кассационное представление прокурора подлежащим удовлетворению, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

Оспариваемыми прокурором нормами вышеназванного закона Владимирской области установлено: "статья 4 ч. 2. Отбор инвестиционных проектов и принципалов, по обязательствам которых представляются государственные гарантии, производится в соответствии с постановлением Губернатора области. ч. 11. В случае представления государственной гарантии по кредитному договору кредитор должен уступить в пользу Владимирской области в лице гаранта право требования кредитора по кредитному договору, иному обеспечению исполнения обязательств принципала по кредитному договору до исполнения гарантом обязательств по гарантии. Указанный договор об уступке в пользу Владимирской области права требования заключается между гарантом и кредитором до начала исполнения гарантом обязательств".

Обращение прокурора области в суд мотивировано тем, что предусмотренный частью 2 статьи 4 закона области порядок отбора проектов и принципалов является регулированием правоотношений в этой сфере наряду с областным законодательством, что не соответствует ст. 115.2 и ст. 117 Бюджетного кодекса РФ. Значительно сужается круг потенциальных принципалов. От имени субъекта РФ государственные гарантии субъекта РФ представляются высшим исполнительным органом государственной власти субъекта РФ. Этот же орган заключает договоры о предоставлении государственных гарантий субъекта РФ об обеспечении гаранту в порядке регресса сумм уплаченных гарантом во исполнение (частичное исполнение) обязательств по гарантии и выдает государственные гарантии субъекта РФ. Часть 11 статьи 4 закона области противоречит требованиям федерального законодательства. Так, нормы БК РФ не содержат понятия "кредитор" применительно к правоотношениям по предоставлению государственной гарантии. Обязание кредитора уступить право требования гаранту до начала исполнения гарантом обязательств по гарантии, является незаконным, так как в соответствии с ч. 1 ст. 115 БК РФ государственная гарантия может предоставляться для обеспечения как уже возникших обязательств, так и обязательств, которые возникнут в будущем. Часть 1 ст. 329 ГК РФ определяет способы обеспечения исполнения обязательств. Согласно ч. 10 ст. 115 БК РФ предусмотренное государственной гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром ограничивается уплатой суммы не исполненных на момент предъявления требования бенефициара обязательств принципала, обеспеченных гарантией, но не более суммы, на которую выдана гарантия. Применительно к обстоятельствам рассматриваемого вопроса, правоотношения по способу обеспечения обязательств должны соответствовать требованиям ст.ст. 115-117 БК РФ и общим положениям ГК РФ. Согласно ч. 1 ст. 365 и ч. 1 ст. 382, ст.ст. 387, 421 ГК РФ к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Принадлежащее кредитору на основании обязательства право (требование) может быть передано другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Правила о переходе прав кредитора к другому лицу не применяются к регрессным требованиям. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Следовательно, положение областного закона об обязании кредитора уступить право требования гаранту до начала исполнения гарантом обязательств по гарантии, является незаконным.

По делу постановлено приведенное выше решение, При его вынесении суд исходил из того, что оспариваемый закон (ч. 2 ст. 4) не наделил Губернатора области правом предоставлять государственные гарантии, а урегулировал связанный с этим вопрос о выборе круга потенциальных получателей гарантий. Указанная норма закона предполагает право Губернатора области как отбирать инвестиционные проекты, так и выбирать потенциальных принципалов; доводы прокурора в этой части ошибочны. Положение данной нормы в соответствии со ст. 26.3 ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов РФ" составляет форму участия исполнительного органа субъекта РФ в бюджетном процессе и предоставляет полномочия по составлению проекта областного бюджета, что не противоречит ч.ч. 1, 3 ст. 117 БК РФ и не устанавливает иной порядок и условия предоставления государственных гарантий. Относительно ч. 11 ст. 4 закона области требование прокурора является правильным, так как данная норма по указанным в заявлении основаниям противоречит федеральному законодательству.

В кассационной жалобе Законодательного Собрания Владимирской области указывается о несогласии с решением суда в части удовлетворения требования прокурора и ставится вопрос о его отмене и принятии в этой же части нового решения - об отказе. В обоснование жалобы кассатор ссылается на нарушение судом норм материального права. Отмечает, что в соответствии с п. 1 ст. 117 БК РФ государственные гарантии субъекта РФ предоставляются в порядке, установленным законом субъекта РФ, а согласно п. 12 ст. 115 БК РФ исполнение гарантом государственной или муниципальной гарантии может вести к возникновению права регрессного требования гаранта к принципалу либо быть обусловлено уступкой гаранту прав требования бенефициара к принципалу. БК РФ не устанавливает, в каких случаях и в каком порядке возникает право регрессного требования или уступка права требования, а следовательно, законодатель области правомерно определил порядок предоставления государственной гарантии с применением уступки права требования кредитора по кредитному договору до начала исполнения гарантом обязательств по гарантии. Позиция суда, что "к правоотношениям с участием публично-правовых образований в силу п. 2 ст. 124 ГК РФ подлежат применению нормы ГК РФ, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов" и применение норм ГК РФ (ст. 365) без учета оговорки "если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов" не учитывает того, что установленные ч. 1 ст. 365 ГК РФ правила применяются, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором поручителя с должником и не вытекает из отношений между ними (ч. З ст. 365). Правоотношения, связанные с предоставлением государственной гарантии, имеют особенности по сравнению с договором поручительства, в частности, при наступлении гарантийного случая гарант обязан уплатить бенефициару определенную в обязательстве денежную сумму за счет средств соответствующего бюджета. Вывод суда о том, что заключение договора об уступке права требования является основанием для предоставления государственной гарантии, а нормы БК РФ таких оснований не содержат, сделан без учета того, что рассматриваемая норма областного закона не устанавливает, что заключение договора об уступке права требования является основанием предоставления государственной гарантии по кредитному договору. Суд указал на то, что оспариваемой нормой закона области "устанавливается порядок возложения на кредитора обязанности уступить право требования гаранту до начала исполнения гарантом обязательств по гарантии", а согласно п. 12 ст. 115 БК РФ исполнение гарантом государственной гарантии может быть обусловлено уступкой гаранту прав требования бенефициара к принципалу. Частью 11 ст. 4 областного закона устанавливается порядок предоставления государственных гарантий по кредитному договору в соответствии с полномочиями законодателя субъекта РФ и суждение суда о нахождении данного вопроса в исключительной компетенции федерального законодателя является необоснованным. Не основано на нормах федерального законодательства указание в решении на то, что положения БК РФ не предусматривают понятия "кредитор" применительно к рассматриваемым правоотношениям, так как кодекс не содержит каких-либо правил использования терминов и понятий в этой части.

В кассационном представлении прокурора ставится вопрос об отмене решения суда в части отказа в удовлетворении заявленного им требования (ч. 2 ст. 4), так как вывод суда в этой части не соответствует обстоятельствам дела и сделан с нарушением норм материального права. Отмечает, что предусмотренная данной нормой обязанность Губернатора области издания нормативного правового акта по отбору принципалов противоречит БК РФ, а именно, его частям 2, 3 ст. 115.2, частям 1, 3, 6 ст. 117, которыми не предусматривается издание высшим должностным лицом субъекта РФ нормативного правового акта, регламентирующего порядок предоставления государственных гарантий субъекта РФ. БК РФ не содержит норм, регламентирующих отбор инвестиционных проектов в целях предоставления государственных гарантий. Инвестиционный процесс может обеспечиваться государственной гарантией субъекта РФ, однако это частный случай из множества обязательств принципалов, обеспеченных гарантиями субъекта РФ. Органы государственной власти субъектов РФ принимают регулирующие бюджетные отношения акты в пределах своей компетенции (ч. 4 ст. 3 БК РФ), которые не могут противоречить федеральным законам, принятым по предметам совместного ведения (ч. 5 ст. 76 Конституции РФ). Исходя из указанного, вывод суда об установлении рассматриваемой нормой формы участия исполнительного органа субъекта РФ в бюджетном процессе является необоснованным.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалобы и представления, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для их удовлетворения.

Вывод в решении относительно ч. 2 ст. 4 оспариваемого закона является правомерным. Судом первой инстанции, с учетом положения ч. 3 ст. 4 этого закона, предусматривающей, что по результатам отбора (проектов и принципалов) вносятся изменения в программу государственных гарантий области, являющуюся приложением к закону области об областном бюджете на очередной финансовый период, признано, что Губернатор области правом предоставлять государственные гарантии не на основании областного закона не наделен, а следовательно, указанная норма закона области, определяющая полномочия высшего исполнительного органа субъекта РФ по составлению проекта закона об областном бюджете, внесению его для последующего утверждения законодательным органом, не устанавливает иного порядке и условий предоставления государственных гарантий, противоречащих положениям БК РФ.

Согласно ст.ст. 115.2, 117 БК РФ и применительно к обстоятельствам данного дела, предоставление государственных гарантий осуществляется в соответствии с полномочиями органов государственной власти субъектов РФ на основании закона субъекта РФ о бюджете, на основании решений высшего исполнительного органа государственной власти субъекта РФ при соблюдении соответствующих условий. От имени субъекта РФ государственные гарантии предоставляются высшим исполнительным органом государственной власти РФ, который заключает и договоры в этой сфере. Пунктом 4 ст. 5 Закона Владимирской области "О Губернаторе (главе администрации) и администрации Владимирской области" предусмотрено, что Губернатор представляет Законодательному Собранию проект областного бюджета, ..., проекты программ социально-экономического развития. Статьями 5, 7-1, Закона "О бюджетном процессе во Владимирской области" установлено, что проект областного бюджета составляется в порядке, установленном администрацией Владимирской области с учетом основных направлений бюджетной и налоговой политики, затем рассматривается Законодательным Собранием. При указанных выше положениях законодательства и учитывая предусмотренное оспариваемым законом последующее рассмотрение и утверждение законодательным органом порядка и условий предоставления государственных гарантий, не имеется оснований считать, что рассматриваемая норма противоречит федеральному законодательству.

ГАРАНТ:

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Вместо "п. 4 ст. 5 Закона Владимирской области "О Губернаторе (главе администрации) и администрации Владимирской области"" имеется в виду "пункт 5 ст. 4 Закона"


Правильным является и вывод суда первой инстанции относительно ч. 11 ст. 4 оспариваемого закона. Суд обоснованно исходил из положений бюджетного и гражданского законодательства, которые в решении приведены, признав, что последние в качестве основания для предоставления государственной гарантии под уступку права требования не содержат, то есть устанавливаемый данной нормой порядок и условия предоставления государственной гарантии противоречит федеральному законодательству, которым только и возможно регулирование правоотношений в этой части. Статьей 115 БК РФ предусмотрено, что государственная гарантия может предоставляться для обеспечения как уже возникших обязательств, так и обязательств, которые возникнут в будущем. Предусмотренное государственной гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром ограничивается суммой не исполненных на момент предъявления требования бенефициара обязательств принципала, обеспеченных гарантией. В данном случае определен иной порядок и условия правоотношений - уступка права требования наступает до начала возникновения обязательств.

В силу указанного, доводы кассационных жалобы и представления не могут быть признаны основанием считать решение суда ошибочным и подлежащим отмене.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 361 ГПК РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

решение Владимирского областного суда от 27 мая 2008 г. оставить без изменения, а кассационные жалобу и представление соответственно Законодательного Собрания и Прокурора Владимирской области - без удовлетворения.


Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 3 сентября 2008 г. N 86-Г08-14


Текст определения размещен на сайте Верховного Суда РФ в Internet (http://www.supcourt.ru)


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение

Если вы являетесь пользователем системы ГАРАНТ, то Вы можете открыть этот документ прямо сейчас, или запросить его через Горячую линию в системе.