Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 6 мая 2009 г. N 66-О09-6 Оснований для изменения приговора нет, поскольку виновность осужденных доказана совокупностью представленных по делу доказательств, исследованных и оцененных судом с точки зрения их допустимости и достоверности, а наказание назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени тяжести совершенных преступлений, данных о личности и всех обстоятельств дела и является соразмерным содеянному

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 6 мая 2009 г. N 66-О09-6


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании с участием переводчиков П.А.Р. и К.Ш.М. уголовное дело по кассационным жалобам осужденных С.С.С., К.С.З., Ю.Ю.К., С.Б.К., В.И.М., Р.Б.С., С.Ю.Ф., адвокатов В.Н.А. и М.О.М, кассационному представлению государственного обвинителя Р.М.С. на приговор Иркутского областного суда от 10 октября 2008 года, которым

С.С.С., 24 марта 1976 года рождения, уроженец пос. Якатол Кофарнихонского района Республики Таджикистан, гражданин Республики Таджикистан, не судимый

- осужден к лишению свободы:

по ст. 161 ч. 2 п. "а, в, г" УК РФ - на 4 года,

по ст. 162 ч. 2 УК РФ - на 6 лет,

по ст. 162 ч. 3 УК РФ - на 8 лет.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено - 10 (десять) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

К.С.З., 4 ноября 1981 года рождения, уроженец города Душанбе Республики Таджикистан, гражданин Республики Таджикистан, не судимый

- осужден к лишению свободы:

по ст. 161 ч. 2 п. "а, в, г" УК РФ - на 3 года 6 месяцев, по ст. 162 ч. 2 УК РФ - на 6 лет.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено - 8 (восемь) лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Ю.Ю.К., 23 августа 1986 года рождения, уроженец города Кофарнихон Республики Таджикистан, гражданин Республики Таджикистан, не судимый

- осужден к лишению свободы: по ст. 162 ч. 2 УК РФ - на 6 лет, по ст. 162 ч. 3 УК РФ - на 8 лет.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено - 9 (девять) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

С.Б.К., 29 мая 1982 года рождения, уроженец с. Ковок тупи, Асакинского района, Андижанской области Республики Узбекистан, гражданин Республики Узбекистан, не судимый,

- осужден к лишению свободы:

по ст. 161 ч. 2 п. "а, в, г" УК РФ - на 3 года 6 месяцев, по ст. 162 ч. 2 УК РФ - на 6 лет.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено - 8 (восемь) лет 6 месяцев в исправительной колонии общего режима.

Они же оправданы в связи с отсутствием в их деяниях составов преступлений: С.С.С. - по ст. 209 ч. 1 УК РФ, К.С.З., Ю.Ю.К., С.Б.К. - по ст. 209 ч. 2 УК РФ.

В.И.М., 1 марта 1983 года рождения, уроженец гор. Душанбе Республики Таджикистан, гражданин Республики Таджикистан, судимый 31 августа 2005 года по ст. 111 ч. 1 УК РФ к 5 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года

- осужден к лишению свободы по ст. 162 ч. 3 УК РФ на 7 лет 6 месяцев.

В соответствии со ст. 74 ч. 5 УК РФ условное осуждение по приговору от 31 августа 2005 года отменено.

В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров частично присоединено наказание, неотбытое по приговору от 31 августа 2005 года, и окончательно назначено - 8 (восемь) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

С.Ю.Ф., 26 сентября 1982 года рождения, уроженец колхоза Рохати, пос. Охчакман Ленинского района Республики Таджикистан, гражданин Республики Таджикистан, не судимый

- осужден по ст. 162 ч. 3 УК РФ на 7 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Р.Б.С., 6 апреля 1986 года рождения, уроженец кишлака Купрукбоши Кофарнихонского района Республики Таджикистан, гражданин Республики Таджикистан, не судимый

- осужден по ст. 162 ч. 3 УК РФ на 7 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Взыскано с С.С.С, Ю.Ю.К., В.И.М., С.Ю.Ф., Р.Б.С. в пользу И.Р.А. в счет возмещения материального ущерба 27 500 рублей солидарно.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Ф.С.М., объяснения осужденных: С.С.С, К.С.З., Ю.Ю.К., С.Б.К., В.И.М., Р.Б.С., С.Ю.Ф. и адвокатов: Ш.Т.Н., Ш.Е.М., К.А.Б., К.Е.В., А.И.В., поддержавших доводы кассационных жалоб и возражавших против удовлетворения кассационного представления, мнение прокурора С.Е.А. об отмене приговора по основаниям, изложенным в кассационном представлении, возражавшей против удовлетворения кассационных жалоб, судебная коллегия установила:

По приговору признаны виновными:

С., К., С. - в грабеже, то есть открытом хищении чужого имущества, совершенном в октябре 2006 года, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья;

С., К., Ю., С. - в разбойном нападении, совершенном в октябре 2006 года, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия;

С., Ю., В., С., Р. - в разбойном нападении, совершенном 2 июня 2007 года, с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище.

Преступления совершены в городе Иркутске, Иркутском районе Иркутской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Кроме того, органами предварительного следствия С. обвинялся в создании устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан или организации, а равно в руководстве такой группой, а также в участии в устойчивой вооруженной группе и совершаемых ее нападениях, т.е. по ст. 209 ч. 1 УК РФ, а К., Ю., С. - в участии в устойчивой вооруженной группе (банде) и в совершаемых ею нападениях, т.е. по ст. 209 ч. 2 УК РФ.

Приговором С.С.С. - по ч. 1 ст. 209 УК РФ, К.С.З., С.Б.К., Ю.Ю.К. - по ч. 2 ст. 209 УК РФ оправданы.

В кассационном представлении государственный обвинитель Р.М.С. просит приговор в отношении С.С.С, К.С.З., Ю.Ю.К., С.Б.К. отменить с направлением дела на новое судебное рассмотрение в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. При этом считает, что суд неправильно оценил признательные показания подсудимых, свидетелей на предварительном следствии и другие доказательства, необоснованно исключив из обвинения совершение преступлений в октябре 2006 года с применением оружия и указав в приговоре об отсутствии признаков банды.

В возражениях осужденные С.С.С, К.С.З., Ю.Ю.К. выражают несогласие с кассационным представлением.

В кассационных жалобах:

- адвокат В.Н.А. просит приговор в отношении С.Б.К. отменить. Она указывает, что вину свою он не признал, событие преступления по эпизоду на ул. Дальневосточной не доказано, поскольку потерпевшие не установлены, Ш. потерпевшим не является, похищенный электроинструмент не изъят. Показания С. на предварительном следствии получены с нарушениями норм УПК РФ - явка с повинной (т. 3, л.д. 68), показания в качестве обвиняемого (т. 4 л.д. 109-113) даны без участия переводчика, вследствие чего являются недопустимыми доказательствами. Показания С., Ю., К. нестабильны. По мнению адвоката, показания потерпевшего Шам. о телесных повреждениях и свидетеля М. о совершении осужденными разбоя сомнительны.

- адвокат М.О.М. просит приговор в отношении Ю.Ю.К. отменить, полагая несправедливым, поскольку назначенное ему наказание не соответствует личности осужденного и его роли в совершенных деяниях. Она считает, что при расследовании дела и его рассмотрении в суде были допущены нарушения УПК и неправильное применение уголовного закона.

- осужденный Ю.Ю.К. считает приговор суровым, вынесенным с нарушением ст. 62 УК РФ и уголовно-процессуального закона: на первом допросе не были предоставлены адвокат и переводчик, допрос проводился в ночное время. Показания на следствии, в частности 18.02.2008 г., он давал под физическим и моральным давлением, в т.ч. со стороны сокамерников. Содержание протокола допроса от 05.06.07 г. он не знал, т.к. подписывал его, не читая, под давлением сотрудников милиции. Участия в преступлениях он не принимал, т.к. работал таксистом и находился в машине, не зная - для каких целей подвозил своих земляков. В период преступления на ул. Дальневосточной С. находился у себя на Родине. Судом не учтены показания обвиняемых о его непричастности к преступлениям. Потерпевшие не были установлены. С. и К. на следствии допрашивались без защитника и переводчика. Р. и С. его оговорили под давлением. Допрос С. на следствии проводился без защитника, с участием в качестве переводчика потерпевшего И. Суд не учел показания свидетеля А., что Р. и С. приезжали продавать электроинструмент не на его машине, и показания С., что показаний на следствии он не давал, протоколы подписывал, не читая, под давлением. Отсутствует заключение судебно-медицинской экспертизы о побоях Ш. Показания Ш. о том, что на следствии протоколы он подписывал без переводчика, не читая их, судом не учтены. Свидетель М. их оговорил. Кроме того, он считает, что его действия по эпизоду в пос. Молодежный надо квалифицировать по ч. 5 ст. 33 УК РФ, как пособничество. Показания свидетеля Н. нестабильны, он оговорил С. С материалами уголовного дела и обвинительным заключением они не ознакомлены. Заключений экспертиз в отношении потерпевших и свидетелей не имеется, с ними он не ознакомлен. В судебном заседании не допрошены свидетели Сар., Кл., Рах., Ал., Мен., Сауш. и потерпевшие. Ю. указывает, что дата заключения его под стражу установлена неправильно. Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение.

- осужденный С.С.С. просит пересмотреть дело, считая, приговор незаконным и несправедливым. Ссылается на то, что доказательства добыты с нарушением УПК, показания даны обвиняемыми под давлением. При допросах не было переводчика. Судья не был объективен. Вина его не доказана. По обвинению по ст. 161 ч. 2 УК РФ - не установлено время и место совершения преступления, личности потерпевших и свидетелей, доказательств его причастности к этому преступлению, кроме его показаний на следствии, данных под давлением и диктовку оперативников - не имеется. В приговоре записано неправильно, что свидетель Н. в суде его опознал. Показания Назимова противоречивы и неправдивы. Электроинструменты, якобы купленные Н., как вещественные доказательства не представлены. По обвинению по ст. 162 ч. 2 УК РФ - отсутствуют доказательства его вины в нанесении побоев Шам. и заключение судебно-медицинской экспертизы об этом. Судом не учтены показания Шам. о том, что на следствии протоколы он подписывал без переводчика, не читая их, что Шам. менял свои показания. По обвинению по ст. 162 ч. 3 УК РФ - не доказан сговор с другими лицами на совершение преступления, нет заключения судебно - медицинской экспертизы о телесных повреждениях потерпевшего И., не допрошены все потерпевшие и свидетели. Вещественные доказательства - маски и прутья, судом не исследовались. Показания свидетеля М. противоречивы, поскольку он является заинтересованным лицом. Суд не учел, что на его иждивении находятся сестры-инвалиды.

- осужденный Р.Б.С., не соглашаясь с приговором, просит разобраться в уголовном деле, ссылаясь на свою неосведомленность о совершении преступлений. Он считал, что С. поехал забирать долг, в помещение вошел, когда потерпевшие уже находились на полу. Считает квалификацию его действий по ст. 162 УК неправильной, оценивает их по ст. 161 ч. 2 УК РФ.

- осужденный С.Б.К. указывает на свою невиновность по ст. 161 УК, поскольку преступление не совершал, по адресу на ул. Дальневосточной никогда не был, потерпевшие по этому эпизоду отсутствуют. Судом не учтены показания потерпевшего Ш. о том, что обстоятельства преступления ему известны со слов рабочих. Приговор постановлен на предположениях. В качестве переводчика был потерпевший по делу С., являющийся заинтересованным лицом. По эпизоду в пос. Молодежном он не знал, что будет совершаться преступление, считал, что С. забирает долг. Масок и оружия у них не было. На предварительном следствии и в суде он не был обеспечен квалифицированным переводчиком.

- осужденный К.С.З. ссылается на нарушения уголовно-процессуального закона во время предварительного следствия, в частности ст.ст. 7, 18: его допрос 16 июля 2007 г. проводился в ночное время, в 23 часа, без защитника и переводчика, вследствие чего подписываемые им документы не были разъяснены и понятны. В уголовном деле отсутствует протокол его допроса в качестве подозреваемого. По обвинению по ст. 161 УК РФ потерпевшие не установлены, отсутствуют их показания и заявления, что ставит под сомнение возбуждение уголовного дела по данному эпизоду. Ш. не является очевидцем событий и потерпевшим, его показания не могут быть признаны допустимыми. Показания при проверке их с выходом на место происшествия он давал со слов следователя и оперативников. Материалы дела сфальсифицированы. В пос. Мол одежный он ездил помочь С. забрать долг, насилие к Ш. не применял. Показания Ш. являются недопустимыми доказательствами. Показания свидетеля М. были даны под давлением и угрозами. Свидетели, потерпевшие, обвиняемые на следствии давали не те показания, которые изложены в приговоре. Просит приговор отменить.

- осужденный В.И.М. считает приговор суровым, вынесенным на материалах, составленных с нарушением ст.ст. 217, 218, 59 ч. 1, 259 УПК. С материалами дела ознакомиться он не смог ввиду недостатка времени. При этом ему не был предоставлен переводчик. Полагает квалификацию его действий по ст. 162 УК РФ неправильной. Указывает, что в судебном разбирательстве переводчиком был узбек, перевод которого был не понятным.

Показания 8 июня 2007 г. даны под давлением оперативных сотрудников. При постановлении приговора нарушена ст. 299 УПК РФ. О совершении преступления он не знал, полагал, что помогает С. забрать долг. Оружия с собой у него не было, трубу брал, чтобы отпугивать собак, насилие не применял, угроз не высказывал. Просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение.

- осужденный С.Ю.Ф., считая приговор незаконным и суровым, просит пересмотреть уголовное дело и вынести справедливое решение. При этом он указывает, что узнал о том, что совершается преступление, лишь когда они приехали на место и он оказался в помещении, т.к. ехал лишь помочь С. забрать долг. Побоев кому-либо он не наносил. Значение документов, которые подписывал на следствии - он не понимал, поскольку не было защитника и переводчика. Судом не принято во внимание, что он не судим, имеет положительные характеристики.

В возражениях государственный обвинитель Р.М.С. просит кассационные жалобы оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.

Виновность С.С.С, К.С.З., Ю.Ю.К., С.Б.К., В.И.М., Р.Б.С, С.Ю.Ф. в содеянном ими подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре.

В судебном заседании С., К., С., Ю. подтвердили, что они ездили в пос. Молодежный, где в вагончике взяли вещи.

Также С. показал, что у него летом 2007 года образовались финансовые проблемы, которые он собрался решить за счет рабочих узбеков, живущих в доме на 15 км. Байкальского тракта. 1 июня он предложил Р. и С. съездить к узбекам, забрать у них деньги, на что те согласились. Повез их Ю., по дороге забрали В., с которым он договорился ранее. Останавливаясь, они взяли куски арматуры, металлические уголки. Когда подъехали к вагончику он постучал в дверь. Дверь открыл И. К его горлу он подставил взятый им у Р. пистолет, зашел в вагончик, приказал всем лежать. И., на которого он наставлял пистолет, и еще одного человека, он связал, после чего нашел деньги. Видел, как Р. тащил перфоратор. Денег было 11 500 рублей, их он разделил на всех. В машине видел телевизор, магнитофон, сотовые телефоны, электроинструменты. В. забрал себе телевизор.

В., С. и Р. суду показали, что ездили с С. и Ю. взять деньги. По дороге останавливались, взяли металлические предметы. В вагончике видели у С. пистолет. Забрав ценные вещи, они уехали. В. забрал там телевизор, С. отдал ему сотовый телефон и деньги.

В судебном заседании Ю. подтвердил, что возил осужденных в указанные места.

Кроме того, на предварительном следствии С. показывал, что он с К., С. и знакомым по имени Расим ездил в пос. Лисиху, где они взяли инструменты, которые он продал знакомому М. Для устрашения потерпевших с собой они брали пруты арматуры. Одного из потерпевших он ударил прутом по голове. Кроме того, с К., С., на машине Ю., который все знал, взяв пруты арматуры, ездили в пос. Молодежный, где они из вагончика забрали ценное имущество, которое перенесли в машину к Ю. При этом он, одев шапку с прорезями для глаз, положил мужчину лицом вниз, ударил его по плечу прутом, потребовал деньги, забрал его сотовый телефон. Похищенное затем он продал, деньги поделил на всех. В ночь на 2 июня по предложению Ю., на его машине он, Ю., Р., В., С. с целью ограбления ездили в дом на Байкальском тракте. С собой у него был пневматический пистолет. По дороге они сделали маски на лица, С. и Р. взяли трубу и уголок. Когда приехали, он постучал в дверь. К шее человека, который открыл дверь, он приставил пистолет, после чего они зашли в дом, где он показывал пистолет. Парни, связав узбеков, искали везде деньги и выносили вещи. С похищенными деньгами и имуществом они вернулись в Иркутск (т. 1 л.д. 222-226, т. 3 л.д. 14-17, т. 4, л.д. 27-29, 121-124, 189-192, т. 5 л.д. 132-141, т. 7 л.д. 108-119).

Из показаний на предварительном следствии К. следует, что осенью 2006 г. он совместно с С., С. и Расимом совершили нападение на строителей, работавших на стройке в районе Лисихи, у которых забрали строительные инструменты. Также он, С., С. на машине Ю., знавшего о цели поездки, ездили в пос. Молодежный, где надев шапки с прорезями и взяв металлические пруты и палки, вошли в вагончик, где С. бил арматурой по рукам и ногам мужчины, требовал деньги, угрожал, а С. закрыл ему голову подушкой. Забрав инструменты, они уехали. (т. 3 л.д. 27-31, т. 4 л.д. 22-25, т. 5 л.д. 198-202, т. 7 л.д. 165-170).

Как видно из показаний С. на предварительном следствии, в октябре 2006 года по предложению С., они с К. и незнакомым молодым человеком ездили в район Лисихи отобрать у людей деньги. С собой у них были пруты арматуры. В вагончике было четыре человека. С. стал требовать деньги и несколько раз кого-то ударил. После этого они забрали инструменты. В октябре 2006 года он, С., К. на машине под управлением Ю., поехали ночью в пос. Молодежный забрать у работавших там узбеков инструменты и деньги. С собой у них были пруты арматуры и шапочки с прорезями для глаз. В вагончике был один человек, которому С. сказал лечь лицом вниз и ударил его арматурой, потребовав деньги. Они вынесли в машину инструмент, после чего уехали. Впоследствии С. отдал им 1 000 рублей. (т. 3 л.д. 80-84, т. 4 л.д. 109-113, т. 5 л.д. 182-185, т. 6 л.д. 141-143)

Из показаний на предварительном следствии Ю. следует, что в октябре 2006 года ночью по предложению С. совершить разбойное нападение он возил С., К., С. и М. в пос. Молодежный, при этом К. и С. имели при себе отрезки труб. Когда приехали на место, он остался у машины, а они ушли. Вернувшись, они принесли электроинструменты, после чего поехали в Иркутск. Все были возбуждены, рассказывали, что совершили преступление. В конце мая 2007 года С. сказал ему о проблемах с деньгами, на что он ему сообщил о том, что на 15-ом километре Байкальского тракта живут узбеки, которые должны продать машину. С. согласился ехать с ним к узбекам, сказал, что с ними будут Р., В. и С.. 1 июня около 24 часов они встретились и поехали. Дорогу знал только он. По пути они останавливались, парни взяли металлические пруты. У С. был пистолет. Лица они закрыли шарфами и масками. Около нужного дома он остановился. В дом не заходил, т.к. его могли узнать. В открытый им багажник они положили принесенные инструменты, технику и сотовые телефоны. Похищенное увезли в Селиваниху. Себе он взял магнитофон. Денег было 10 500 рублей, разделили по 2 100 руб. каждому, (т. 1 л.д. 246-248, т. 3 л.д. 55-59, т. 5 л.д. 228-231).

На предварительном следствии В. показывал, что по предложению С. и Ю. ночью 1 июня он поехал с ними забрать у людей деньги. В машине были еще двое парней. По дороге они взяли металлические пруты. С собой у него был пистолет и вязаная шапочка, в которой он прорезал отверстия для глаз и рта. Дорогу знал Ю. Остановившись, Ю. показал им дом, в который они вошли. При этом он натянул на лицо шапку и достал пистолет. Сказав, чтобы все лежали, он направил пистолет на одного из мужчин. В руках С. он видел пистолет. Когда вернулись в Иркутск, он взял себе телевизор и телефон "Нокия". Свой пистолет он спрятал в видеомагнитофоне в лифтерной, где жил. (т. 2 л.д. 80-83)

Из показаний, данных Р. на предварительном следствии, следует, что 1 июня 2007 года С. предложил съездить с ним, напасть на живущих в домике по Байкальскому тракту узбеков, у которых есть деньги, на что он согласился. Поехали они на автомобиле, с С. были два таджика. По дороге они взяли металлические пруты, изготовили маски. Когда дверь открылась, С. наставил пистолет на открывшего ее человека и они зашли в дом, скомандовали всем ложиться, требовали деньги, всех связали. С. приставил пистолет к затылку мужчины, требовал деньги. В это время парни все обыскали, выносили вещи. После уехали в Иркутск (т. 1 л.д. 154-157).

С. на предварительном следствии показывал, что 31 мая 2007 года С. предложил съездить с ним и напасть на узбеков, у которых есть деньги. Он согласился. Около 2 часов ночи он встретился с С., Р. и Ю., затем к ним подсел В. Дорогу знал Ю.. В машине у С. он видел пистолет. По дороге для устрашения они взяли металлические пруты, сделали маски на лица. Когда подошли к домику, С. постучал, дверь открыли. Открывшему дверь человеку С. приставил к шее пистолет, заставил его войти в дом, встать на колени. С. сказал, чтобы все вели себя тихо, спросил, где у них деньги. По команде С. он связал Рашиду шнуром руки, Р. - ноги. Затем связали руки остальным. Р. и В. искали деньги, носили инструменты. Он нашел 10 500 рублей, отдал С. Деньги они поделили по 2100 рублей. Себе он взял сотовый телефон "Моторолла", (т. 1 л.д. 243-245).

Показания осужденных объективно подтверждаются показаниями потерпевших Ш.А.Ю., Ш.Х.И., И.Р.А., М.З.С., К.И.А., А.А.Б., И.Х.А., М.Р.С., Х.А.Г., показаниями свидетелей Н.Б.Н., С.В.А., Х.Ф.Р., М.А.А., К.В.А., Н.Т.В., О.А.Д., В.А.Н., К., А.М.С., А.Л.А., М.P.M., А.Н.В., протоколами проверки показаний на месте: обвиняемых С., К., Ю. (т. 4 л.д. 127-131, т. 5 л.д. 203-215, 232-243), потерпевших Ш. (т. 6 л.д. 196-202), Ш.Х.И. (т. 6 л.д. 188-195), протоколами выемки (т. 1 л.д. 122-135, 137, т. 2 л.д. 6, 13, 17, 22, 53-54, т. 4 л.д. 11, т. З л.д. 2-7, 117, т. 4 л.д. 153-159), протоколами опознания (т. 2 л.д. 138-139, 154-155, 165-166, т. 4 л.д. 1-3, т. З л.д. 239-240, 235-236, 243-244, т. З л.д. 238, 242, 246, т. 4 л.д. 5), протоколом осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 5-11), заключением судебно баллистической экспертизы, согласно которого пистолет А101 N 0126130, изъятый у Р., является пневматическим оружием калибра 4,5 мм, исправен и пригоден для стрельбы шариками калибра 4,5 мм; пистолет "PERFECTA", который Вот. нашла в видеомагнитофоне в лифтерной, где жила с В. и который она передала органам следствия, является газовым оружием калибра 8 мм, он исправен и пригоден для стрельбы газовыми и холостыми патронами центрального боя калибра 8 мм (т. 8 л.д. 32-34, т. 9 л.д. 34-35), заключениями судебно-психиатрических экспертиз (т. 8 л.д. 65-69, 158-161, 188-191, т. 9 л.д. 1-5, 61-63, 89-91, 115-117) и другими материалами дела.

Приведенные в приговоре доказательства суд оценил в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ. Сомневаться в правильности данной судом оценки указанным доказательствам оснований не имеется.

Как следует из материалов дела, С.С.С., К.С.З., Ю.Ю.К., С.Б.К., В.И.М., Р.Б.С, С.Ю.Ф. показания давали по своему желанию.

Вопреки доводам жалоб, допросы обвиняемых проводились с участием адвокатов и переводчиков, а проверка показаний С., К., Ю. на месте - и с участием понятых.

Ни от кого из участников следственных действий заявлений о несоответствии протоколов фактическим обстоятельствам, о применении к кому-либо незаконных методов расследования при их проведении, о недостаточной квалификации переводчика - не поступало.

Судом проверялись заявления подсудимых о незаконном воздействии на них во время предварительного следствия - подтверждения своего они не нашли. Применение силы сотрудниками милиции в отношении С. вследствие оказания им физического сопротивления при его задержании органами следствия признано правомерным. Как видно из актов медицинского освидетельствования, нанесение им телесных повреждений отрицали: 24 декабря 2007 г. - С.Б.К. (т. 4 л.д. 115), 26 декабря 2007 г. - С.С.С. (т. 4 л.д. 130). Согласно сообщению, жалобы и заявления от осужденных за период их содержания под стражей в адрес администрации следственного изолятора гор. Иркутска не поступали (т. 19 л.д. 206-213). Оснований сомневаться в выводах органов следствия у суда не имелось.

При таких данных доводы кассационных жалоб об отсутствии защитников и переводчиков при проведении следственных действий с осужденными, о незаконном воздействии на них во время предварительного следствия не могут быть признаны обоснованными.

Квалификация действий осужденных дана правильная, в соответствии с установленными обстоятельствами.

Доводы Ю. о его невиновности судом первой инстанции проверялись, отвергнуты как несостоятельные. Показания обвиняемых в судебном заседании о его непричастности к преступлениям судом правильно не приняты во внимание, поскольку опровергаются приведенными в приговоре доказательствами. Из них следует, что между С., К., С. и Ю. состоялась предварительная договоренность о совершении разбойного нападения на рабочих в пос. Молодежном. Имелась предварительная договоренность между С., Ю. и на разбойное нападение с участием Р., В., С. в ночь на 2 июня 2007 г. на рабочих, проживавших на 15-м километре Байкальского тракта. При этом Ю. перевозил группу на своей машине к месту нападения и обратно, вывозя похищенное имущество согласно договоренности. Он был осведомлен о наличии и возможности применения прутов арматуры, а в последнем случае и оружия. Поскольку содеянное им является соисполнительством, оснований для квалификации его действий по ч. 5 ст. 33 УК РФ не имеется.

Совершение С., К. и С. открытого хищения из вагончика по ул. Дальневосточной перфоратора и пилы "болгарки", вопреки доводам жалоб адвоката В.Н.А. и осужденных, подтверждается изложенными в приговоре доказательствами: их показаниями на предварительном следствии, протоколами: явки с повинной С., проверки показаний С. и К. на месте, а также показаниями потерпевшего Ш.А.Ю. о том, что в октябре 2006 года на строителей-узбеков, живших в вагончике в Лисихе, произошло нападение - ночью к ним ворвались люди и забрали инструменты - перфоратор и болгарку фирмы Макита, принадлежащие ему. Эти сведения Ш.А.Ю. подтвердил при проверке показаний на месте (т. 6 л.д. 196-202). Показания потерпевшего подтверждаются кассовыми чеками, расходными накладными на указанный инструмент (т. 4 л.д. 153-159).

Свидетель Н.Б.Н. в судебном заседании показал, что именно С. продал ему перфоратор и болгарку фирмы Макита, о чем правильно указано в приговоре. Показания Н.Б.Н. противоречий не имеют, мотива к оговору С. у него не имелось, оснований не доверять им у суда не имелось.

Те обстоятельства, что не установлены лица, в отношении которых осужденными было совершено нападение по ул. Дальневосточной, что похищенные электроинструменты не изымались и не были предъявлены, как вещественные доказательства, а Ш. не является очевидцем событий - не свидетельствуют об отсутствии события преступления и невиновности С., К. и С.

Уголовное преследование обвиняемых по данному эпизоду велось в соответствии с УПК РФ. Поскольку Ш. преступлением был причинен имущественный вред, то он правильно, в силу ст. 42 УПК РФ, признан потерпевшим. Оснований признавать его показания недопустимыми не имеется, им указан источник его осведомленности об обстоятельствах совершения преступления. Время и место преступления установлено - октябрь 2006 года, район строительства домов 144, 146, 148 по ул. Дальневосточной в городе Иркутске.

Довод жалобы Ю. о том, что во время преступления на ул. Дальневосточной С. находился у себя на Родине, является несостоятельным. Сам С. указывал на следствии, что в преступлениях в октябре 2006 года он участвовал до своего отъезда из Иркутска (т. 6 л.д. 142), что подтверждается сообщением ГУВД по Иркутской области о приобретении С. билета на поезд с отправлением 28 октября 2006 г. от станции Иркутск до станции Петропавловск (т. 4 л.д. 90).

Из протокола проверки показаний К.С.З на месте видно, что данное следственное действие проводилось по его желанию, с участием защитника, переводчика и понятых (т. 5 л.д. 203-215). При этом К. показал обстоятельства совершения им преступлений, которые объективно подтверждаются и согласуются с приведенными в приговоре доказательствами, в связи с чем доводы кассационной жалобы К. о фальсификации материалов дела не могут быть приняты во внимание.

Заявление С. о явке с повинной получено в соответствии со ст.ст. 141, 142 УПК РФ. При этом он на русском языке указал, что протокол прочитан им лично, с его слов сведения записаны верно (т. 3 л.д. 68).

Показания осужденных С., Ю., К., потерпевшего Шам. и свидетеля М., изложенные в приговоре, подтверждаются, дополняются и согласуются между собой и другими доказательствами. Оснований сомневаться в них, вопреки утверждению адвоката В., у суда не имелось.

Довод Ю. о том, что содержание протокола допроса от 05.06.07 г. он не знал, подписывал его, не читая - коллегией не может быть признан состоятельным, поскольку в протоколе он собственноручно указал, что текст записан верно, прочитан ему вслух переводчиком, что подтвердил и переводчик. От Ю., защитника и переводчика заявлений, замечаний не поступило (т. 1 л.д. 246-248).

Вопреки доводам Ю. допрос его 5 июня 2007 г. окончен в 21 час, что не относится к ночному времени (т. 1 л.д. 246-248). 19 июля 2007 г. он также был допрошен в дневное время (т. 3 л.д. 45-59).

Участие в качестве переводчика И.Р.А. при допросе С. Б.К. по эпизоду нападения в пос. Мол одежном не свидетельствует о недопустимости данного доказательства (т. З л.д. 80-84), поскольку от действий С. И.Р.А. потерпевшим не являлся и не является, допрашивался С. в качестве подозреваемого, когда не было известно о возможном объединении трех эпизодов хищения в одном уголовном деле.

Доводы кассационных жалоб С., Р., К., В., С. о том, что они не знали о совершении преступлений и считали, что С. едет забирать долг, доводы С. - об отсутствии сговора на совершение хищений, опровергаются изложенными в приговоре доказательствами. Из них следует, что до начала поездки у осужденных состоялся сговор на хищение чужого имущества путем нападения, при этом они имели с собой маски, пруты арматуры, обрезки труб для устрашения и подавления воли потерпевших, а по эпизоду нападения на Байкальском тракте осужденные знали о наличии у С. и В. пистолетов, которые затем демонстрировались потерпевшим во время совершения хищений. Оснований для переквалификации действий Р. на ст. 161 ч. 2 УК РФ, как о том он просит в жалобе, не имеется.

Показания свидетеля А. о том, что Р. и С. приезжали продавать электроинструмент не на машине Ю., не свидетельствуют о невиновности Ю. в совершении вмененных ему преступлений.

С учетом того, что С., К., С., Ю., В., С., Р. осуждены за совершение преступлений с угрозами применения насилия, доводы их жалоб об отсутствии заключений судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевших, о неприменении к И. и Ш. насилия не могут быть приняты во внимание.

Из материалов дела следует, что С.Ю.Ф. допрашивался во время предварительного следствия с участием адвоката и переводчика, ему разъяснялись его процессуальные права, в том числе право не свидетельствовать против себя. Он дал изложенные в протоколе показания, которые затем переводчиком были прочитаны вслух. Эти показания удостоверены самим С., переводчиком, адвокатом, следователем (т. 1 л.д. 243-245). С учетом этого доводы о том, что С. на следствии не давал показаний, протоколы подписывал, не читая и не понимая их значение, являются несостоятельными.

Потерпевший Ш. в судебном заседании показал, что русским языком он владеет хорошо, в переводчике не нуждается. В октябре 2006 года в вагончике в пос. Молодежном на него было совершено нападение тремя мужчинами в масках, которые требовали деньги. При этом ударили его по ногам, потом по плечу арматурой. Кто-то из них сказал, что если он будет сопротивляться, то его зарежут. Когда он лежал с закрытой головой, кто-то стоял рядом и держал у его щеки предмет из металла. У него похитили телефон, куртку, джинсы, болгарку, электропилу, перфоратор. После этого у него были синяки. Показания потерпевшего в этой части стабильны, подтверждаются протоколами выемки у Шам. документов (т. 3 л.д. 2-7) и другими, приведенными в приговоре доказательствами.

В связи с этим, доводы кассационных жалоб о том, что суд не учел показания Шам., что он не читал протоколы, подписывал их без переводчика - во внимание не принимаются. Данных о том, что со стороны органов следствия Ш. высказывались угрозы, как о том утверждает К., в материалах дела не имеется, сам потерпевший об этом не заявлял.

Показания свидетеля М. противоречий не имеют, заинтересованным лицом по данному делу он не является, оснований к оговору Ю. и других осужденных у него не имеется. Не указывает их и сам Ю. Свои показания на предварительном следствии М. подтвердил в суде. При этом он не заявлял о том, что в отношении его применялись давление и угрозы.

Как видно из протокола судебного заседания, сторона защиты не настаивала на вызове неявившихся свидетелей стороны обвинения и потерпевших, посчитала возможным закончить судебное следствие в их отсутствие. Поэтому доводы осужденных о том, что судом не были допрошены свидетели С., К., Р., А., М., С. и потерпевшие, не свидетельствуют о незаконности приговора.

Из материалов дела видно, что 16 июля 2007 г. К. допрашивался в качестве подозреваемого до 22 часов, с участием адвоката и переводчика (т. З л.д. 27-31). Текст протокола был прочитан К. вслух переводчиком на таджикском языке, о чем имеются соответствующие записи. Заявлений и замечаний по проведению следственного действия от К., в том числе о неясности и неправильном истолковании текста протокола, его защитника и переводчика не поступило. В связи с этим доводы К. о нарушении закона, о допросе его в ночное время, о фальсификации протокола коллегией признаются несостоятельными.

Вопреки доводам К., показания свидетелей, потерпевших и обвиняемых, изложенные в приговоре, соответствуют протоколу судебного заседания.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора не имеется.

С материалами уголовного дела обвиняемые ознакомлены с участием адвокатов и переводчиков (т. 10 л.д. 181-229, т. 11 л.д. 27-70).

В. знакомился с материалами с 23 июня 2008 г. по 27 июня 2008 г. и 16 июля 2008 г. Каких либо заявлений, в т.ч. о дефиците времени при этом он не подавал.

Как видно из расписок, осужденные получили копии обвинительного заключения и его переводы (т. 14 л.д. 199-205).

Принцип состязательности сторон судом не нарушен. Из протокола судебного заседания видно, что председательствующий судья проявлял беспристрастность при судебном разбирательстве данного уголовного дела, создав сторонам обвинения и защиты необходимые условия для выполнения ими их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав.

То обстоятельство, что вещественные доказательства - маски и прутья, судом не исследовались, поскольку органами следствия не изымались, не свидетельствует о невиновности осужденных.

Как видно из материалов, требования ст.ст. 18, 59 УПК РФ по делу соблюдены. При выполнении следственных действий с обвиняемыми участвовали лица, свободно владеющие их родными языками. Во время предварительного следствия С., в судебном заседании С. и В. не заявляли замечаний о неправильности перевода участвующими переводчиками.

Довод В. о том, что переводчиком в суде был узбек, опровергается протоколом, из которого видно, что в качестве переводчика с таджикского языка в судебном заседании участвовал уроженец и гражданин Республики Таджикистан, по национальности таджик, отводов к которому никто не заявлял.

В связи с этим доводы жалоб С. и В. о некачественном переводе не могут быть приняты во внимание.

С протоколом судебного заседания В. ознакомился (т. 22 л.д. 14), замечаний на него не подавал.

Вопросы, указанные в ст. 299 УПК РФ, при постановлении приговора судом разрешены.

Наказание осужденным назначено справедливое, в соответствии с требованиями ст.ст. 60, 62 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного ими преступления, данных о личности, влияния назначаемого наказания на их исправление, оснований к его смягчению не имеется.

Из материалов дела видно, что Ю. задержан 5 июня 2007 г. (т. 1 л.д. 187-196). Поэтому указание суда об исчислении срока наказания Ю.Ю.К. с 5 июня 2007 г. является правильным.

При таких обстоятельствах кассационные жалобы удовлетворению не подлежат.

Что касается кассационного представления, то коллегия исходит из следующего.

Оправдывая С. по ч. 1 ст. 209 УК РФ, К., С., Ю. по ч. 2 ст. 209 УК РФ, суд указал, что основные признаки наличия банды: ее устойчивость и вооруженность в судебном заседании не установлены.

При этом из обвинения С., К., С. - по эпизоду на ул. Дальневосточной, С., К., Ю., С. - по эпизоду в пос. Молодежном, С. и Ю. - по эпизоду на Байкальском тракте, исключен квалифицирующий признак совершения ими преступлений "организованной группой", поскольку в судебном заседании, как правильно установил суд, он не нашел своего подтверждения.

В ходе судебного разбирательства факт применения С. пистолета при совершении преступлений на ул. Дальневосточной и в пос. Молодежном в октябре 2006 года достоверно не установлен.

Действия подсудимых по этим эпизодам квалифицированы как грабеж чужого имущества с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, и как разбойное нападение с применением предметов (арматуры, труб), используемых в качестве оружия.

Как верно установлено, пистолет С. применялся только при разбойном нападении 2 июня 2007 года, в котором К. и С. участие не принимали.

Состав группы при совершении преступлений был непостоянный, разбойное нападение 2 июня 2007 года с применением оружии совершено С. и Ю., а также В., С. и Р., которым обвинение в участии в банде не вменялось.

При таких обстоятельствах суд правильно, в соответствии с требованиями ч.ч. 2-3 ст. 302 УПК РФ пришел к выводу о необходимости оправдания С. по ч. 1 ст. 209 УК РФ, К., С., Ю. по ч. 2 ст. 209 УК РФ за отсутствием в их деянии состава преступления.

Выводы суда основаны на исследованных доказательствах. Вопреки доводам представления они соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Оснований сомневаться в них у коллегии не имеется.

Доводы кассационного представления о неправильной оценке судом показаний на предварительном следствии подсудимых и свидетелей, в части наличия и применения С. оружия по эпизодам в октябре 2006 года - не могут быть признаны состоятельными. К указанным показаниям суд правильно отнесся критически и отверг их, поскольку они противоречивы, непоследовательны, даны без подтверждения этого обстоятельства иными объективными доказательствами, в период окончания следствия.

В связи с этим суд обоснованно исключил из обвинения С., К., С. и Ю. совершение преступлений в октябре 2006 года с применением оружия и указал в приговоре об отсутствии признаков банды.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Иркутского областного суда от 10 октября 2008 года в отношении С.С.С., К.С.З., Ю.Ю.К., С.Б.К., В.И.М., С.Ю.Ф. и Р.Б.С. оставить без изменения, кассационные жалобы осужденных С.С.С, К.С.З., Ю.Ю.К., С.Б.К., В.И.М., Р.Б.С, С.Ю.Ф., адвокатов В.Н.А. и М.О.М, кассационное представление государственного обвинителя Р.М.С. - без удовлетворения.


Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 6 мая 2009 г. N 66-О09-6


Текст определения официально опубликован не был


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.