Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17 июня 2009 г. N 37-О09-8 Оставляя кассационные жалобы осужденного и его защитника без удовлетворения, суд исходил из того, что наказание осужденному назначено в соответствии с учетом характера и степени общественной опасности им содеянного, личности виновного и равняется низшему пределу, установленному санкцией статьи уголовного закона за получение взятки в крупном размере, в связи с чем нет оснований полагать данное наказание несправедливым ввиду его чрезмерной суровости

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17 июня 2009 г. N 37-О09-8


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании 17 июня 2009 года кассационные жалобы осужденного С.А.В. и его защитника - адвоката К.Г.П. на приговор Орловского областного суда от 29 апреля 2009 года, по которому С.А.В., родившийся 31 мая 1962 года в г. Магнитогорске Челябинской области, несудимый, осужден по п. "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ к 7 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 100 000 рублей и с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти либо выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных функций в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных или муниципальных учреждениях сроком на 2 года.

Заслушав доклад судьи К.П.Е. о содержании приговора и кассационных жалоб, выступление в режиме видеоконференц-связи осужденного С.А.В., поддержавшего доводы кассационных жалоб, а также мнение прокурора Т.-К.Н.А., полагавшей приговор оставить без изменения, Судебная коллегия установила:

С.А.В. признан виновным в том, что, работая в должности начальника отдела по контролю за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих Управления Федеральной регистрационной службы по Орловской области, получил от арбитражного управляющего Т.Л.А. взятку в крупном размере в виде денег в сумме 250000 рублей за совершение в пользу взяткодателя незаконных действий и за попустительство ей по службе.

Как установлено судом, С.А.В. был назначен на должность начальника отдела по контролю за деятельностью саморегулируемых организаций и арбитражных управляющих Управления Федеральной регистрационной службы по Орловской области на основании приказа руководителя этого Управления от 10 января 2006 года.

В соответствии с Федеральным законом от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", п. 10 ст. 28.3 КоАП РФ, постановлением Правительства РФ от 3 февраля 2005 года N 52 "О регулирующем органе, осуществляющем контроль за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих", приказом Министерства юстиции РФ от 16 марта 2005 года N 22 "Об утверждении перечня должностных лиц федеральной регистрационной службы, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях", а также Должностным регламентом начальника отдела по контролю за деятельностью саморегулируемых организаций и арбитражных управляющих Управления Федеральной регистрационной службы по Орловской области N 11-1-3-057, утвержденным приказом руководителя УФРС по Орловской области от 8 ноября 2006 года N 182 С.А.В., как начальник отдела, был уполномочен: организовывать проверки деятельности арбитражных управляющих; составлять протоколы об административных правонарушениях, обращаться в установленном порядке в арбитражные суды с заявлениями о дисквалификации арбитражных управляющих, осуществляя тем самым функции представителя власти и выполняя организационно-распорядительные функции в федеральном органе исполнительной власти - Управлении ФРС по Орловской области.

Используя свои полномочия должностного лица, С.А.В. при встречах в сентябре-ноябре 2007 года с арбитражным управляющим Т.Л.А. неоднократно предлагал ей передать ему до 1 мая 2008 года в качестве взятки 300000 рублей за непривлечение ее к административной ответственности за упущения в ее деятельности и за попустительство по службе. Поскольку Т.Л.А. в течение длительного времени деньги не передавала, С.А.В. поручил подчиненному ему сотруднику В.Т.Е. провести проверку дела о банкротстве ООО "Агротехника", арбитражным управляющим которого была назначена Т.Л.А. Будучи извещенной о предстоящей проверке, Т.Л.А. 18 июня 2008 года пришла к С.А.В. и тот вновь потребовал дать ему взятку в размере 300000 рублей за то, чтобы она не привлекалась к ответственности.

Т.Л.А. с таким предложением согласилась, но уговорила С.А.В. уменьшить сумму взятки до 250 000 рублей.

В результате проведенной проверки в деятельности Т.Л.А. были выявлены отступления от требований законодательства, в связи с которыми С.А.В. был подготовлен протокол об административном правонарушении, о чем Т.Л.А. была поставлена в известность.

1 июля 2008 года во исполнение ранее достигнутой договоренности Т.Л.А. явилась в служебный кабинет С.А.В., где передала ему 250000 рублей, которые им были приняты. При этом им была написана расписка о том, что он обязуется оказывать ей всяческую поддержку при решении вопросов банкротства, "отмазывать" от ответственности и покровительствовать в отношениях с налоговой службой, арбитражным судом и СРО "Содействие".

В кассационной жалобе осужденный С.А.В. оспаривает законность и обоснованность постановленного в отношении него приговора. Отмечает, что суд, признав его виновным в совершении преступления, не проверил его показания и безосновательно дал им критическую оценку, между тем как именно его показания достоверно объясняют, что Т.Л.А. сама обратилась к нему за помощью в продлении процедуры конкурсного производства в отношении СПК "Михайловское", где она была конкурсным управляющим, и обещала за услугу дать в долг на 5 лет 300 000 рублей. Обращает внимание на противоречивость показаний свидетеля Т.Л.А. об обстоятельствах, при которых она положила в средний ящик тумбочки в рабочем кабинете С.А.В. деньги. Считает не соответствующей действительности запись в приговоре о том, что он наделен властными полномочиями по отношению к неопределенному кругу лиц, а также правом предъявлять требования и принимать основанные на законе решения, обязательные для исполнения гражданами, предпринимателями, организациями. Поясняет, что он не мог не принять мер по привлечению Т.Л.А. к административной ответственности, т.к. документы, связанные с началом проверки, ее результатами, вызовом конкурсного управляющего для составления протокола об административном правонарушении, подлежат строгой регистрации, в связи с чем он не мог не обратиться в арбитражный суд с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ООО "Агротехника" Т.Л.А. к административной ответственности. Указывает, что видеозапись, произведенная в его служебном кабинете и не запечатлевшая факт передачи ему денег, опровергает показания, данные Т.Л.А. Полагает, что деньги, обнаруженные в его тумбочке могли быть подброшены сотрудниками правоохранительных органов, которые ворвались в кабинет минут через 20 после ухода из него Т.Л.А. и устроили в нем обыск без понятых. Считает основанным на предположении вывод суда о том, что он получил от Т.Л.А. взятку в размере 250000 рублей за освобождение ее от административной ответственности и попустительство по службе, поскольку документы по применению административного наказания им были подготовлены и лежали на рабочем столе, готовые для передачи в суд. Настаивает, что разговоры о непроведении в отношении Т.Л.А. каких-либо проверок в течение 5 лет им велись с целью изобличения ее в сокрытии имущества - бетонных плит, оставшихся после завершения конкурсного производства в отношении СПК "Михайловское". Утверждает, что как предварительное следствие, так и судебное разбирательство велись с обвинительным уклоном, чему свидетельством является то, что судом не были приняты во внимание показания свидетеля О.И.Е., которого Т.Л.А. провоцировала на продажу бетонных плит, находящихся в ОАО "Орловщина". Ссылается на то, что он не мог давать Т.Л.А. никаких обещаний на 5 лет, т.к. и он и она знали, что с 1 октября 2008 года Федеральная регистрационная служба подлежала упразднению. Просит приговор суда отменить, прекратив в отношении него уголовное преследование.

Адвокат К.Г.П. в защиту С.А.В. утверждает, что вина ее подзащитного в получении взятки не доказана, в действительности же в отношении него имела место провокация взятки. Считает, что размер требуемой С.А.В. взятки значительно больше размера штрафа, которому Т.Л.А. могла бы быть подвергнута за вменяемое ей административное правонарушение. Утверждает, что осужденный не отказывался от рассмотрения материала в отношении Т.Л.А., ему помешало это сделать назначение на 2 июля 2008 года заседания в Арбитражном суде Орловской области, где он должен был выступать в качестве представителя стороны, а также его задержание. Отмечает, что в деле нет достоверных доказательств того, что С.А.В., неоднократно встречаясь с Т.Л.А., требовал от нее передать ему 300 000 рублей; к тому же сентябре-ноябре 2007 года отсутствовали какие-либо данные о совершенных Т.Л.А. административных правонарушениях. Указывает, что видеозапись в кабинете С.А.В. не подтверждает факт передачи и получения денег. Полагает, что аудиозапись встречи С.А.В. и Т.Л.А. 1 июля 2008 года не может быть признана допустимым доказательством, т.к. при прослушивании в судебном заседании на ней выявлена фраза, не упоминаемая в стенограмме и в экспертном заключении. Настаивает на том, что стенограмма разговора между С.А.В. и Т.Л.А., а также акт фоноскопической экспертизы не могут признаваться доказательствами по делу, т.к. запись разговора велась без судебного решения. Считает, что С.А.В. не может считаться субъектом получения взяток, поскольку в его полномочия не входило привлечение к административной ответственности арбитражных управляющих, урегулирование разногласий Т.Л.А. с налоговой инспекцией, арбитражным судом и СРО "Содействие", за что он, согласно приговору, получил деньги. Утверждает, что в условиях реорганизации Федеральной регистрационной службы С.А.В. не мог давать какие-либо обещания, т.к. он не мог знать, будет ли он оставаться начальником отдела. Обращает внимание на то, что из материалов дела не видно, сотрудники каких подразделений УФСБ проводили оперативно-розыскные мероприятия, в частности 1 июля 2008 года, в связи с чем соответствующие документы не могут быть использованы в качестве доказательств. Считает, что с учетом личности осужденного и инкриминируемой ему суммы взятки назначенное С.А.В. наказание является чрезмерно суровым. Просит приговор отменить и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель К.Е.В. просит приговор суда оставить без изменения, а кассационные жалобы без удовлетворения.

Виновность осужденного в получении взятки за совершение незаконных действий в пользу взяткодателя и попустительство ей по службе доказывается:

- заявлением, а также показаниями свидетеля Т.Л.А. о том, что С.Л.А., являясь лицом, уполномоченным осуществлять контроль за деятельностью арбитражных управляющих и привлекать их к административной ответственности, неоднократно требовал от нее взятку в размере 300000 рублей, обещая за это в течение 5 лет не привлекать ее к административной ответственности и попустительствовать по службе. Указанные деньги он намерен был израсходовать на приобретение автомобиля. 18 июня 2008 года в служебном кабинете С.А.В. они договорились, что Т.Л.А. передаст ему 250000 рублей, что она и сделала 1 июля 2008 года, опять придя в служебный кабинет осужденного. Деньги она положила в указанный С.А.В. ящик тумбочки возле его стола после того как он написал расписку о том, что в течение 5 лет будет ее "отмазывать";

- показаниями свидетелей К.Т.И. и К.Л.М., участвовавших в качестве понятых при обработке специальным веществом 250000 рублей купюрами по 5000 и 1000 рублей и передаче их Т.Л.А.;

- показаниями свидетелей Я.А.В. и М.А.В., участвовавших в качестве понятых при осмотре места происшествия - служебного кабинета С.А.В., где в ящике тумбочки были обнаружены деньги в сумме 250000 рублей, которые при освещении специальным прибором излучали свечение;

- показаниями свидетелей В.Т.Е. и К.А.А., работавших в отделе по контролю за деятельностью саморегулируемых организаций и арбитражных управляющих УФРС по Орловской области и сообщивших, что в отношении арбитражной управляющей Т.Л.А. в июне 2008 года проводилась проверка, в связи с которой последняя вызывалась в отдел;

- стенограммами разговоров между С.А.В. и Т.Л.А. 18 июня, 30 июня и 1 июля 2008 года, в которых зафиксировано обсуждение ими условий и порядка передачи денег;

- протоколом выемки у Т.Л.А. расписки С.А.В. и заключением эксперта, подтвердившим, что эта расписка выполнена С.А.В., а также другими доказательствами, признанными судом допустимыми и исследованными в судебном заседании.

Утверждения же С.А.В. и его защитника в кассационных жалобах о том, что осужденный не получал от Т.Л.А. деньги в качестве взятки опровергаются материалами уголовного дела.

Показания, которые давал по этому поводу сам С.А.В. весьма противоречивы и не заслуживают доверия. Так, в своих показаниях в судебном заседании он утверждал, что Т.Л.А. предложила ему 300000 рублей в долг на 5 лет без выплаты процентов в благодарность за содействие в продлении конкурсного производства по СПК "Михайловское". Он ей необходимую помощь оказал, однако Т.Л.А. свое обязательство не исполнила. 1 июля 2008 года, придя к нему в служебный кабинет, она попросила написать ей расписку о том, что в течение 5 лет он будет ее "отмазывать" при поступлении на нее жалоб и не будет возбуждать дела об административных правонарушениях, что он и сделал. И хотя Т.Л.А. ему деньги не передала, он отдал ей расписку, с которой она и ушла из кабинета. Достоверность этих показаний вызывает сомнения, тем более учитывая, что, по словам С.А.В., между ними не было личных отношений и что Т.Л.А. в течение длительного времени не выполняла данные ему обещания.

К тому же на предварительном следствии С.А.В. давал иные показания, утверждая, что Т.Л.А. обещала ему дать 300000, а позднее - 250000 рублей не в долг, а в качестве оплаты за "молчание" и непринятие к ней в течение 5 лет административных мер за нарушения по службе. Он же согласился на получение денег и написание расписки, преследуя цель в случае распродажи Т.Л.А. бетонных плит составить протокол об административном правонарушении и принять меры к ее дисквалификации как арбитражного управляющего.

В своей кассационной жалобе С.А.В. приводит в обоснование своей невиновности обе эти взаимоисключающие версии своего поведения.

О недостоверности утверждений осужденного и его защитника о том, что передача денег Т.Л.А. С.А.В. не производилась, свидетельствуют также стенограмма и аудиозапись разговора между С.А.В. и Т.Л.А., а также протокол осмотра места происшествия - служебного кабинета С.А.В., в котором были обнаружены меченные 250000 рублей.

Судебная коллегия находит надуманным довод адвоката К.Г.П. о том, что требование о выплате 250000 рублей за непривлечение к административной ответственности является нереальным, т.к. возможный штраф за административное правонарушение арбитражного управляющего гораздо меньше этой суммы.

Как явствует из материалов дела, такая сумма взятки называлась не только в качестве платы за непривлечение к ответственности за выявленные нарушения, связанные с ООО "Агротехника", но и как благодарность за уже оказанное содействие в продлении конкурсного производства по СПК "Михайловское" и как аванс за последующее попустительство по службе в течение 5 лет. Кроме того, из материалов дела следует, что за нарушения, которые вменялись Т.Л.А., к ней мог быть применен не только штраф, но и дисквалификация, и уж во всяком случае, дисквалификация могла быть применена к ней в случае, если впоследствии она еще дважды будет привлекаться к ответственности. О случаях такой дисквалификации ее коллег Т.Л.А. рассказывал сам С.А.В.

Тот факт, что С.А.В. не уничтожил протокол об административном нарушении Т.Л.А., вопреки доводам кассационных жалоб, не может рассматриваться в качестве доказательства неполучения им взятки. С.А.В., как следует из стенограммы его разговора с Т.Л.А., обещал не давать ход этому протоколу, не оговаривая при этом способ, каким это будет сделано. Кроме того, реально принять меры к выполнению этого своего обещания он не мог, т.к. сразу же после написания расписки и получения денег был задержан.

Ссылка С.А.В. на то, что в силу существующего в УФРС по Орловской области порядка он не мог не направить в арбитражный суд протокол об административном правонарушении Т.Л.А., не отвечает действительности, поскольку по своему статусу именно начальник отдела по контролю за деятельностью саморегулируемых организаций и арбитражных управляющих УФРС уполномочен решать вопрос о составлении протокола об административном правонарушении и направлении в арбитражный суд заявления о привлечении арбитражного управляющего к ответственности.

Несостоятельными являются доводы кассационных жалоб о том, что показания Т.Л.А. об обстоятельствах передачи ею денег противоречивы; на видеозаписи, которая велась в кабинете, не запечатлена передача денег, а деньги в тумбочку были подброшены оперативными сотрудниками.

Эти доводы опровергаются показаниями Т.Л.А., данными ею в судебном заседании, а также аудиозаписью и стенограммой разговора в служебном кабинете С.А.В. 1 июля 2008 года, из которых следует, что С.А.В. удостоверился в том, что ему передается 250 000 рублей и указал ящик, в который следовало положить деньги. При осмотре места происшествия в ящике тумбочки были обнаружены именно те деньги, которые перед этим по акту в присутствии понятых были описаны, ксерокопированы, обработаны специальным препаратом и вручены Т.Л.А. для передачи С.А.В. Показания Т.Л.А. в судебном заседании последовательны и логичны, подтверждаются другими доказательствами, показания же, данные ею на предварительном следствии, в судебном заседании не оглашались и судом не исследовались.

Утверждение адвоката К.Г.П. о недопустимости использования в качестве доказательств аудиозаписи и стенограммы разговора С.А.В. и Т.Л.А. не основано на законе, т.к. использование технических средств в ходе проведения таких оперативно-розыскных мероприятий, как наблюдение и оперативный эксперимент (если они не сопряжены с проникновением в жилище), не предполагает получения разрешения на это суда. Выявление в аудиозаписи при ее прослушивании в судебном заседании завершающей фразы, произнесенной Т.Л.А. по выходе из здания УФРС и не отраженной в стенограмме разговора и в акте фоноскопической экспертизы, не ставит под сомнение подлинность произведенной аудиозаписи, содержание которой не оспаривается и самим С.А.В.

Отсутствие в актах, оформлявших проведение 1 июля 2008 года оперативно-розыскных мероприятий, указания специальных званий и должностей поименованных там сотрудников УФСБ по Орловской области не является основанием для признания этих документов полученными с нарушением закона.

Ссылка С.А.В. на то, что при постановлении приговора не были учтены показания свидетеля О.И.Е., является несостоятельной, т.к. его показания не имеют непосредственного отношения к доказыванию факта получения С.А.В. взятки. Кроме того, эти показания никоим образом не противоречат другим доказательствам, в частности показаниям свидетеля Т.Л.А., и не опровергают их.

Судебная коллегия не находит убедительным довод кассационных жалоб относительно того, что С.А.В. не мог брать на себя обязательство в течение 5 лет не привлекать Т.Л.А. к ответственности и покровительствовать ей, поскольку с 1 октября 2008 года регистрационная служба подлежала реорганизации, в связи с чем могло измениться и должностное положение С.А.В. Как видно из материалов дела, в частности из расписки С.А.В., как сам он, так и Т.Л.А., исходили из реальности выполнения им принятых на себя обязательств. Находясь в должности начальника отдела, С.А.В. оказал помощь в продлении процедуры конкурного производства в отношении СПК "Михайловское" и реально мог содействовать уходу Т.Л.А. от ответственности за нарушения в процедуре банкротства ООО "Агротехника". В круг служебных полномочий С.А.В. как начальника отдела по контролю за деятельностью саморегулируемых организаций и арбитражных управляющих УФРС по Орловской области непосредственно входило привлечение арбитражных управляющих к административной ответственности путем составления протоколов об административных правонарушениях и направления их в суд, что давало ему возможность, используя служебное положение, незаконно уводить арбитражных управляющих от ответственности и попустительствовать им по службе.

С учетом этого утверждения осужденного и его защитника о том, что С.А.В. не является субъектом преступления, предусмотренного ст. 290 УК РФ и что его действия подлежат переквалификации на ч. 3 ст. 159 УК РФ, являются безосновательными.

Как в ходе досудебного производства, так и при рассмотрении уголовного дела судом не было допущено нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.

Наказание С.А.В. назначено в соответствии со ст.ст. 6, 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности им содеянного, личности виновного, и равняется низшему пределу, установленному санкцией ч. 4 ст. 290 УК РФ, в связи с чем нет оснований полагать данное наказание несправедливым ввиду его чрезмерной суровости. Оснований для смягчения наказания, в том числе по мотивам, приведенным в кассационных жалобах, и для применения в отношении осужденного ст. 64 и 73 УК РФ не установлено.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия определила:

приговор Орловского областного суда от 29 апреля 2009 года в отношении С.А.В. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного и его защитника - без удовлетворения.


Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17 июня 2009 г. N 37-О09-8


Текст определения официально опубликован не был


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.