Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 июня 2009 г. N 52-О09-10СП Оснований для отмены или изменения приговора нет, поскольку виновность осужденных в разбое, совершенном группой лиц по предварительному сговору, а также в убийстве, совершенном группой лиц, с целью скрыть другое преступление, подтверждена совокупностью доказательств

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 июня 2009 г. N 52-О09-10СП


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы осужденных И.А.С., С.А.И., адвокатов Л.В.И., С.О.Б. на приговор Верховного суда Республики Алтай от 12 февраля 2009 г. по уголовному делу, рассмотренному с участием присяжных заседателей, которым

С.А.И., родившийся 27 января 1959 года в с. Мыюта Шебалинского района Республики Алтай,

осужден к лишению свободы:

по ст. 105 ч. 2 п.п. "ж", "к" УК РФ - сроком на 13 лет 6 месяцев;

по ст. 162 ч. 2 УК РФ - сроком на 6 лет;

на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 14 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

И.А.С., родившийся 15 июля 1984 года в с. Мыюта Шебалинского района Республики Алтай,

осужден к лишению свободы:

по ст. 105 ч. 2 п.п. "ж", "к" УК РФ - сроком на 14 лет;

по ст. 162 ч. 2 УК РФ - сроком на 6 лет 3 месяца;

на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 15 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

З.М.П., родившийся 10 ноября 1980 года в с. Мыюта Шебалинского района Республики Алтай,

осужден к лишению свободы:

по ст. 105 ч. 2 п.п. "ж", "к" УК РФ - сроком на 14 лет;

по ст. 162 ч. 2 УК РФ - сроком на 6 лет 6 месяцев;

на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 15 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В приговоре содержатся решения о вещественных доказательствах и о мере пресечения, избранной в отношении осужденных.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации З.В.Я., выступление в защиту осужденного И.А.С. адвоката В.С.Л., выступление в защиту осужденного З.М.П. адвоката Ч.Н.Н. - просивших кассационные жалобы удовлетворить, выступление прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Ш.М.В., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия установила:

на основании вердикта присяжных заседателей З.М.П., С.А.И. и И.А.С. осуждены за разбой, совершенный группой лиц по предварительному сговору, а также за убийство, совершенное группой лиц, с целью скрыть другое преступление.

Судом установлено, что преступления совершены в ночь с 19 на 20 декабря 2007 года в с. Мыюта Шебалинского района Республики Алтай при обстоятельствах, указанных в приговоре.

Осужденный И.А.С. в кассационной жалобе просит проверить законность приговора, ссылаясь на то, что председательствующий по делу судья допустил следующие, по его мнению, нарушения: за весь процесс ни разу не спросил у присяжных заседателей, оказывалось ли на них давление; когда старшина присяжных передал председательствующему судье Б.И.В. вердикт, она сразу с вердиктом вышла из зала и вернулась через пять минут; неоднократно напоминала присяжным заседателям, чтобы они "ничего не брали во внимание, что говорят адвокаты"; никак не реагировала на поведение прокурора С.М.Н., которая, как утверждает осужденный, неоднократно нарушала установленный законом порядок судебного разбирательства в суде с участием присяжных.

Адвокат С.О.Б. в защиту осужденного И.А.С. в кассационной жалобе и дополнениях к ней просит приговор отменить и дело направить на новое судебное рассмотрение. По мнению адвоката, приговор является незаконным, поскольку председательствующим были допущены следующие нарушения: в ходе судебного следствия присяжным заседателям были представлены недопустимые доказательства, а именно, видеокассеты показаний И.А.С. и С.А.И. на предварительном следствии, полученные с нарушением уголовно-процессуального закона и требований ст. 190 ч. 4 п. 3 УПК РФ, а также показания С.А.И. в качестве подозреваемого, полученные от него следователем в ночное время в нарушение требований, предусмотренных ст. 187-190 УПК РФ. Кроме того, как утверждает защитник, председательствующий в суде с участием присяжных заседателей, отклоняя ходатайства стороны защиты о признании доказательств недопустимыми, "действовал с обвинительным уклоном, "подыгрывая" прокурору", и не делал ему замечаний, когда тот, выступая в прениях, утверждал, что кровь на куртке И.А.С. принадлежит потерпевшему Б.; при этом председательствующим не были приняты во внимание показания допрошенного в судебном заседании эксперта Е. о вероятностном происхождении этих следов крови. Защитник также высказывает несогласие с приговором "в виду его суровости".

Осужденный С.А.Н. в кассационной жалобе, высказывая несогласие с приговором, просит "назначить новое рассмотрение дела". Он утверждает, что председательствующий по делу судья Б.И.В. нарушила закон, поскольку предлагала присяжным заседателям не брать во внимание то, что говорили адвокаты; за все время судебного разбирательства дела ни разу не спросила у присяжных заседателей, оказывалось ли на них давление; не реагировала на нарушения, допущенные в судебном заседании прокурором; получив от старшины присяжных вердикт, сразу вышла с вердиктом из зала и вернулась через пять минут.

Адвокат Л.В.И. в защиту осужденного З.М.П. в кассационной жалобе просит приговор отменить и уголовное дело прекратить. По мнению защитника, приговор является незаконным и необоснованным в связи с нарушением уголовно-процессуального закона и подлежащим отмене в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 379 и ч. 1 ст. 381 УПК РФ. Нарушения выразились в том, что председательствующим по делу с участием присяжных заседателей "при наличии достаточных оснований отдельные доказательства не были признаны недопустимыми, а также в нарушение ст. 15 УПК РФ в ходе судебного заседания имели место отклонения от состязательности и равноправия сторон и иные нарушения уголовно-процессуального закона". В дополнениях к жалобе защитник указывает, что председательствующий судья разрешил государственному обвинителю исследовать в присутствии присяжных заседателей недопустимые доказательства: показания подсудимых С.А.И. и И.А.С., а также показания свидетелей Ш.Н.В. и К.А.С., данные ими на предварительном следствии с нарушением уголовно-процессуального закона и не подтвержденные ими в суде. Председательствующий, отклоняя ходатайство стороны защиты о признании указанных доказательств недопустимыми, не учел показаний подсудимых и указанных свидетелей о том, что их показания на предварительном следствии были вынужденными и полученными в результате применения к ним психического и физического насилия, то есть незаконных методов ведения следствия. Защитник утверждает, что протоколы допросов свидетелей Ш.Н.В. и К.А.С. составлены не следователем, принявшим дело к своему производству, а оперуполномоченными уголовного розыска, занимающимися раскрытием преступлений; допрос С.А.И. в качестве подозреваемого был проведен в ночное время при отсутствии оснований для производства следственных действий, не терпящих отлагательства; в судебном заседании в нарушение требований ст. 276 УПК РФ, при отсутствии существенных противоречий между показаниями на предварительном следствии и в суде, были оглашены показания подсудимых, изложенные: в заявлениях о явке с повинной, протоколе явки с повинной, протоколе допроса С.А.И. в качестве подозреваемого и видеозаписи к нему, протоколе проверки показаний подозреваемого И.А.С. на месте. Кроме того, адвокат в жалобе ссылается на нарушение председательствующим принципа состязательности сторон, предусмотренного ст. 15 УПК РФ; утверждает, что председательствующий при рассмотрении дела с участием присяжных проявил необъективность и обвинительный уклон, который выразился в удовлетворении всех ходатайств стороны обвинения и в отказе в удовлетворении большинства ходатайств стороны защиты; в проявлении собственной инициативы в неоднократных оглашениях показаний подсудимых, данных ими на предварительном следствии, вызове свидетелей стороны обвинения, в частности, следователя, прокурора-криминалиста, специалиста по видеозаписи; в отказе председательствующего в ходатайстве стороны защиты об очередности вопросов, поставленных на разрешение присяжных заседателей в вопросном листе; при обращении к коллегии присяжных заседателей в напутственном слове председательствующим был нарушен принцип объективности и беспристрастности, поскольку содержание доказательств стороны обвинения было раскрыто более полно, чем содержание доказательств стороны защиты, а некоторые из них и вовсе не были упомянуты. В жалобе защитник анализирует доказательства, исследованные в судебном заседании, и делает вывод о непричастности З.М.П. к инкриминированным ему преступлениям. По мнению защитника, председательствующий судья в этом случае обязан был воспользоваться положением ч. 5 ст. 348 УПК РФ и вынести постановление о роспуске коллегии присяжных заседателей и направлении дела на новое рассмотрение.

На кассационные жалобы осужденных и защитников поступили возражения от государственного обвинителя С.М.Н., в которых она просит жалобы оставить без удовлетворения.

Проверив уголовное дело, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационных жалоб.

Затронутые в кассационных жалобах доводы о непричастности З.М.П. и И.А.С. к совершению преступлений, а также о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела - не могут быть предметом рассмотрения суда кассационной инстанции.

Особенности рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, права в судебном разбирательстве и порядок обжалования судебного решения, постановленного при такой форме судопроизводства, осужденным С.А.И., И.А.С., З.М.П. были разъяснены следователем по окончании предварительного следствия, при выполнении требований, предусмотренных ст. 217 УПК РФ.

Решение о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей было принято судьей на предварительном слушании по ходатайству подсудимых.

Согласно ст. 339 ч. 1 УПК РФ вопрос о доказанности или недоказанности инкриминированного подсудимому деяния относится к компетенции присяжных заседателей.

Частями 2 и 3 ст. 348 УПК РФ предусмотрено, что вердикт коллегии присяжных заседателей является обязательным для председательствующего, и в случае вынесения обвинительного вердикта председательствующий квалифицирует действия подсудимого в соответствии с вердиктом.

В соответствии с ч. 4 ст. 347 УПК РФ сторонам запрещается ставить под сомнение правильность вердикта, вынесенного присяжными заседателями.

Частью 2 ст. 379 УПК РФ не предусмотрено такого основания к отмене судебного решения, вынесенного с участием присяжных заседателей, как несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Таким образом, основанный на вердикте присяжных заседателей вывод суда первой инстанции о виновности осужденных в инкриминированных им деяниях не может быть поставлен под сомнение и судом кассационной инстанции.

Обстоятельств, предусмотренных частями 4 или 5 ст. 348 УПК РФ, председательствующим судьей установлено не было, поэтому оснований для вынесения оправдательного приговора или для роспуска коллегии присяжных заседателей, о чем ставится вопрос в жалобе адвоката Л.В.И., не имеется.

Доводы адвокатов С.О.Б. и Л.В.И. о том, что в присутствии присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства, не основаны на материалах уголовного дела, из которого видно, что в присутствии присяжных исследовались лишь те доказательства, которые были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Ходатайства стороны защиты о признании недопустимыми доказательств, о которых упоминается в кассационных жалобах защитников, и об исключении их из перечня, председательствующим судьей были рассмотрены в порядке, предусмотренном ст. 335 ч. 6 УПК РФ, и обоснованно отклонены мотивированными постановлениями (т. 6 л.д. 67, 68-70, 71-72, 73-74, т. 7 л.д. 66, 74, 143).

При этом судья правильно исходил из требований ст. 164 ч. 3 УПК РФ, допускающей возможность производства следственных действий в ночное время в случаях, не терпящих отлагательства.

Председательствующий, допросив лиц, принимавших участие в следственных действиях, проводившихся с участием И.А.С. и С.А.И. и сопровождавшихся видеозаписью, выяснив причины, связанные с отсутствием и несоответствием дат на видеокамере и соответственно на экране при ее воспроизведении, обоснованно пришел к выводу о том, что следственные действия были проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в том порядке, как они изложены в протоколах.

Причины, которыми было вызвано указанное техническое несоответствие в дате, обоснованно признаны председательствующим несущественными для решения вопросов о допустимости доказательств.

Председательствующий в ходе проверки доводов стороны защиты о допросе свидетелей ненадлежащим лицом установил, что допрос свидетелей Ш.Н.В. и К.А.С. был проведен работниками органа дознания в соответствии с поручением следователя, данным органу дознания на основании ст. 38 ч. 2 п. 4 УПК РФ.

Об этом свидетельствует и имеющееся в деле поручение следователя.

Оснований не согласиться с принятыми судьей решениями судебная коллегия не усматривает.

Председательствующий обоснованно удовлетворил ходатайство государственного обвинителя об оглашении в судебном заседании показаний подсудимых, данных ими на предварительном следствии, поскольку они содержали существенные противоречия.

Сами подсудимые в судебном заседании не подтвердили своих показаний, данных ими на предварительном следствии, сославшись на их вынужденный характер.

Доводы подсудимых о применении к ним незаконных методов ведения следствия, равно как и доводы стороны защиты о применении психического насилия и угроз к свидетелям Ш.Н.В. и К.А.С. при их допросах на предварительном следствии, председательствующим в отсутствие присяжных заседателей были тщательно проверены и не нашли своего подтверждения.

Утверждение осужденных и защитников о том, что председательствующий по делу судья Б.И.В. проявила необъективность и судебное разбирательство провела с обвинительным уклоном - неосновательны.

Из протокола судебного заседания видно, что рассмотрение уголовного дела с участием присяжных заседателей судьей Б.И.В. проведено с соблюдением принципа состязательности сторон; сторонам обвинения и защиты были созданы необходимые и равные условия для исполнения ими их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Все ходатайства, заявленные подсудимыми и их защитниками, председательствующим ставились на обсуждение сторон и по результатам их рассмотрения судьей принимались законные и обоснованные решения.

Как видно из протокола судебного заседания, вызов некоторых свидетелей в суд был продиктован не стремлением председательствующего получить доказательства обвинения, а необходимостью проверить доводы стороны защиты, связанные с вопросами допустимости доказательств.

Поскольку сторона защиты утверждала о нарушении органами следствия уголовно-процессуального закона, а сторона обвинения не соглашалась с этими доводами, ссылаясь на лиц, которые могут их опровергнуть, председательствующий вправе был допросить их в отсутствие присяжных заседателей для решения вопросов о допустимости или недопустимости доказательств.

Согласно ст. 235 ч. 3 УПК РФ, регламентирующей разрешение ходатайств об исключении доказательств, судья вправе допросить свидетеля и приобщить к уголовному делу документ, указанный в ходатайстве. В случае, если одна из сторон возражает против исключения доказательства, судья вправе огласить протоколы следственных действий и иные документы, имеющиеся в уголовном деле и (или) представленные сторонами.

Утверждение адвоката С.О.Б. о том, что председательствующий обязан был пресечь высказывания государственного обвинителя в прениях о том, что кровь на куртке И.А.С. принадлежит потерпевшему Б. - неосновательно.

Из протокола судебного заседания видно, что государственный обвинитель в прениях выступил с речью в рамках предъявленного подсудимым обвинения, ссылаясь при этом на доказательства, исследованные в судебном заседании и признанные судьей допустимыми, в том числе на вещественные доказательства (одежду И.А.С.), на заключение и показания эксперта Е., согласно которым происхождение крови от потерпевшего Б. не исключается.

При этом он выразил свою уверенность в том, что кровь на одежде И.А.С. принадлежит потерпевшему Б.

Сторона защиты в прениях имела возможность возразить государственному обвинителю, и этой возможностью воспользовалась, дав свою оценку исследованным в судебном заседании доказательствам.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона государственным обвинителем не допущено, а судом сторонам были созданы равные условия в исследовании доказательств, которые подлежали оценке присяжными заседателями при вынесении вердикта.

Доводы кассационных жалоб о том, что председательствующий неоднократно напоминал присяжным заседателям, чтобы они "ничего не брали во внимание, что говорят адвокаты", никак не реагируя при этом на неправомерное поведение государственного обвинителя, не основаны на материалах дела.

Как следует из протокола судебного заседания, председательствующим таких высказываний не допускалось.

Председательствующим снимались вопросы или прерывались выступления участников судебного разбирательства в том случае, когда ими ставились наводящие вопросы или затрагивались обстоятельства, не относящиеся к существу рассматриваемого уголовного дела или не подлежащие исследованию с участием присяжных заседателей в силу ст. 334 УПК РФ, а также, когда в судебных прениях после вердикта стороной защиты предпринимались попытки поставить под сомнение вердикт присяжных заседателей.

Вопросы, касающиеся процедуры получения доказательств, снимались председательствующим, а при попытках доведения до присяжных заседателей кем-либо из участников процесса сведений по вопросам, не входящим в их компетенцию, председательствующий своевременно пресекал такие попытки и давал присяжным заседателям соответствующие разъяснения, исключая какое-либо воздействие на коллегию присяжных.

При этом судья в равной степени относился как к стороне защиты, так и к стороне обвинения.

Государственным обвинителем в судебном заседании не допускалось высказываний, которые можно было бы расценить как незаконное воздействие на присяжных заседателей.

Что касается доводов жалоб осужденных о том, что председательствующий судья Б.И.В. ни разу не спросила у присяжных заседателей, оказывалось ли на них давление, то эти доводы являются несущественными.

Из протокола судебного заседания видно, что председательствующий разъяснил присяжным заседателям их права и обязанности, предусмотренные ст. 333 УПК РФ.

Каких-либо заявлений о том, что на присяжных заседателей оказывалось давление ни сами присяжные заседатели, ни стороны в судебном заседании не делали; сведений о каком-либо давлении на присяжных в кассационных жалобах не приведено.

То обстоятельство, что председательствующий судья для проверки вердикта удалился в совещательную комнату, на что обращается внимание в кассационных жалобах осужденных, нарушением уголовно-процессуального закона не является.

Полномочия председательствующего проверить вердикт присяжных с тем, чтобы он не содержал неясностей и противоречий, предусмотрены ст. 345 ч. 2 УПК РФ.

Из материалов уголовного дела видно, что вопросный лист был сформулирован председательствующим после его обсуждениями сторонами.

Доводы защитника Л.В.И. о том, что вопросы были поставлены не в той очередности, которую он предлагал - не могут быть признаны обоснованными.

Из протокола судебного заседания видно, что позиции стороны защиты и стороны обвинения об очередности постановки вопросов не совпадали.

Согласно ст. 338 ч. 4 УПК РФ окончательную формулировку вопросов производит судья в совещательной комнате с учетом замечаний и предложений сторон.

Содержание вопросов присяжным заседателям соответствует требованиям ст. 339 УПК РФ.

О наличии каких-либо неясностей в вопросном листе, по которым они хотели бы получить разъяснения, присяжные заседатели председательствующему не заявляли.

Права сторон при формулировке вопросного листа не нарушены.

Напутственное слово председательствующим произнесено в соответствии с требованиями ст. 340 УПК РФ. В напутственном слове председательствующий напомнил присяжным заседателем об исследованных в суде доказательствах, как уличающих подсудимых, так и оправдывающих их, не выражая при этом своего отношения к этим доказательствам и не делая выводов из них, а также изложил позиции государственного обвинителя и защиты.

Председательствующий также разъяснил присяжным сущность принципа презумпции невиновности; положение о толковании неустраненных сомнений в пользу подсудимых; положение о том, что их вердикт может быть основан лишь на тех доказательствах, которые непосредственно исследованы в судебном заседании, никакие доказательства для них не имеют заранее установленной силы, их выводы не могут основываться на предположениях, а также на доказательствах, признанных судом недопустимыми.

Председательствующий также в соответствии с требованиями ст. 340 ч. 6 УПК РФ дал возможность сторонам заявить возражения в связи с содержанием напутственного слова, и этим правом защитники Л.В.И. и С.О.Б. воспользовались.

Действия осужденных юридически председательствующим судьей квалифицированы правильно.

Наказание осужденным назначено справедливое, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, смягчающих наказание обстоятельств, а также данных о личности каждого из них.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Верховного суда Республики Алтай от 12 февраля 2009 года в отношении З.М.П., С.А.И. и И.А.С. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.


Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 июня 2009 г. N 52-О09-10СП


Текст определения официально опубликован не был


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.