Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 27 мая 2009 г. N 73-П09ПР Поскольку решение о прекращении уголовного дела принято судьей по результатам предварительного слушания вопреки требованиям уголовно-процессуального законодательства, суд постановил отменить судебные решения и уголовное дело возвратить прокурору

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 27 мая 2009 г. N 73-П09ПР


Президиум Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрел уголовное дело по надзорному представлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации К.С.Г. на постановление судьи Новосибирского областного суда от 14 октября 2008 г., которым уголовное дело в отношении Д.В.А., родившегося 26 июня 1980 года в г. Новосибирске, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ч. 3 ст. 160, ч. 2 ст. 290 УК РФ, ст. 292, ч. 3 ст. 303, прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления). Отменена избранная ему мера пресечения.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2008 г. постановление оставлено без изменения.

В надзорном представлении поставлен вопрос об отмене судебных решений и передаче дела на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Х.Н.Л., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание постановления и кассационного определения, мотивы надзорного представления и вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, выступление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации К.С.Г., Президиум Верховного Суда Российской Федерации установил:

Д. обвинялся в злоупотреблении должностными полномочиями, в присвоении чужого имущества, вверенного ему, с использованием своего служебного положения, с причинением значительного ущерба гражданину, в получении должностным лицом взятки за незаконные действия, в служебном подлоге, в фальсификации доказательств по уголовному делу о тяжком преступлении.

Судья Новосибирского областного суда по результатам предварительного слушания принял решение о прекращении уголовного дела, указав следующее.

Д. 18 мая 2005 г. был назначен на должность старшего следователя 1 отдела управления Федеральной Службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков по Новосибирской области.

В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 447 УПК РФ следователи отнесены к категории лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам.

Поэтому в соответствии с ч. 2 ст. 447 УПК РФ при производстве по уголовному делу в отношении Д. должны учитываться положения Главы 52 УПК РФ.

Руководитель следственного органа после отмены постановлений о возбуждении уголовных дел вновь не обращался в суд с представлением о даче заключения о наличии в действиях Д. признаков преступлений, следовательно, 24 января 2008 г. принял решения о возбуждении уголовных дел при отсутствии заключений судьи в порядке ст.ст. 447, 448 УПК РФ, а также с учетом материалов проверок, проведенных после отмены постановлений о возбуждении уголовных дел, которые не рассматривались при даче судьей заключений.

Кроме того, данные решения были приняты ненадлежащим должностным лицом - руководителем следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Новосибирской области, который не является для Д. вышестоящим руководителем следственного органа.

В надзорном представлении утверждается, что 8 июня 2007 г. и 18 июля 2007 г. судьей районного суда в соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК РФ (в редакции Федеральных законов от 29.05.2002 г. N 58-ФЗ, от 04.07.2003 г. N 92-ФЗ, от 05.06.2007 г. N 87-ФЗ) по результатам рассмотрения представлений прокурора были даны заключения о наличии в действиях Д. признаков преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ч. 1 ст. 285, ст. 292, ч. 2 ст. 290 УК РФ.

Внесенные в УПК РФ Федеральным законом от 5 июня 2007 г. изменения, связанные с реорганизацией системы органов прокуратуры, не обязывали вышестоящего руководителя следственного органа вновь обращаться с представлением о даче судьей заключения о наличии в действиях лица признаков преступления.

Кроме того, решения о возбуждении уголовных дел приняты по материалам проверок, которые были предметом рассмотрения судьи и признаны им достаточными для дачи упомянутых заключений о наличии признаков преступлений.

Следственные действия, направленные на получение и закрепление доказательств, а также последующие процессуальные решения при возбуждении уголовных дел в расчет не принимались, они возбуждены в установленных заключениями судьи рамках.

Тот факт, что постановления о возбуждении уголовных дел вынесены ненадлежащим должностным лицом, не влечет прекращения производства по уголовному делу. Данное нарушение может быть устранено в порядке ст. 237 УПК РФ.

Решение судьи о прекращении уголовного дела препятствует осуществлению правосудия, которое может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и гарантирует эффективнее восстановление в правах.

Неисправление судебной ошибки, повлиявшей на исход дела, приведет к искажению самой сути правосудия, к нарушению баланса конституционно защищаемых ценностей.

Д.В.А. представил возражения на надзорное представление, которое просит оставить без удовлетворения.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации находит надзорное представление подлежащим удовлетворению.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 11 мая 2005 г. N 5-П статья 405 УПК РФ в той мере, в какой она в системе действующего уголовно-процессуального регулирования пересмотра вступивших в законную силу приговоров, определений и постановлений суда, не допуская поворот к худшему при пересмотре судебного решения в порядке надзора по жалобе потерпевшего (его представителя) или по представлению прокурора, не позволяет тем самым устранить допущенные в предыдущем разбирательстве существенные (фундаментальные) нарушения, повлиявшие на исход дела, признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19, 21, 46 (часть 1), 52, 55 (часть 3) и 123 (часть 3), во взаимосвязи со статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и пунктом 2 статьи 4 Протокола N 7 к ней (в редакции Протокола N 11).

В данном постановлении Конституционный Суд РФ сформулировал правовые позиции, в соответствии с которыми поворот к худшему при пересмотре вступившего в законную силу судебного решения по уголовному делу, как общее правило, недопустим.

Вместе с тем, если в ходе предшествующего разбирательства было допущено имеющее фундаментальный, принципиальный характер существенное нарушение, повлиявшее на исход дела, то неисправление судебной ошибки искажало бы саму суть правосудия, разрушая необходимый баланс конституционно защищаемых ценностей, в том числе прав и законных интересов потерпевших.

Как следует из материалов дела, 8 июня 2007 г. судьей Центрального районного суда г. Новосибирска было рассмотрено представление прокурора Центрального района г. Новосибирска и дано заключение о наличии в действиях Д. признаков преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ч. 2 ст. 290 УК РФ, а 18 июля 2007 г. рассмотрено представление и.о. прокурора Центрального района г. Новосибирска и дано заключение о наличии в действиях Д. признаков преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ст. 292 УК РФ.

На основании данных заключений следователем прокуратуры Центрального района г. Новосибирска в отношении Д. 8 июня 2007 г. возбуждены уголовное дело N 110341 по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ч. 2 ст. 290 УК РФ, а 18 июля 2007 г. - уголовное дело N 110351 по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ст. 292 УК РФ.

Однако 16 января 2008 г. заместителем руководителя следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Новосибирской области отменены указанные постановления следователя о возбуждении уголовных дел в отношении Д. и материалы направлены руководителю Железнодорожного межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Новосибирской области для организации доследственной проверки.

24 января 2008 г. руководителем следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Новосибирской области вынесено постановление о возбуждении в отношении Д. уголовного дела по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ст. 292 УК РФ.

В этот же день руководителем следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Новосибирской области вынесено постановление о возбуждении в отношении Д. уголовного дела по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ч. 2 ст. 290 УК РФ.

Указанные решения о возбуждении уголовных дел в отношении Д. принимались на основании заключений судьи от 8 июня 2007 г. и от 18 июля 2007 г., которые были даны им по результатам рассмотрения представлений прокурора в соответствии с положениями действовавшего на тот момент закона (ст. 448 УПК РФ в редакции Федерального закона от 29.05.2002 г. N 58-ФЗ).

В постановлении судьи о прекращении уголовного дела сделан вывод о том, что данные заключения судьи не имеют юридического значения и не могли служить основанием для возбуждения уголовных дел в отношении Д.

Однако при этом не учтено, что заключения судьи о наличии в действиях Д. признаков преступлений не отменялись и на момент принятия 24 января 2008 г. решений о возбуждении уголовных дел не утратили законную силу.

Что же касается суждения о том, что увеличившийся объем материалов уголовного дела обязывал соответствующее должностное лицо повторно обращаться с представлением о даче судьей заключения, то оно не основано на положениях закона.

Кроме того, из материалов дела следует, что решения о возбуждение уголовных дел от 24 января 2008 г. приняты по материалам, которые были предметом рассмотрения судьи и признаны им достаточными для дачи упомянутых заключений, а также в установленных заключениями судьи пределах. Следственные действия, направленные на получение и закрепление доказательств, и последующие процессуальные решения по делу в расчет не принимались.

Внесенные Федеральным законом от 5 июня 2007 г. изменения в Уголовно-процессуальный кодекс, связанные с реорганизацией системы органов прокуратуры Российской Федерации, также не обязывали вышестоящего руководителя следственного органа повторно обращаться с представлением о даче судьей заключения о наличии в действиях Д. признаков преступлений.

Тот факт, что постановления о возбуждении уголовных дел в отношении Д. вынесены в нарушение п. 10 ст. 448 УПК РФ руководителем следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Новосибирской области, который не является вышестоящим руководителем следственного органа по отношению к специальному субъекту, занимавшему должность следователя отдела управления Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков по Новосибирской области, не влечет прекращение производства по уголовному делу.

В ст.ст. 24-28, 239, 254, 384 УПК РФ, определяющих основания прекращения уголовного дела и уголовного преследования, не содержится такое основание прекращения уголовного дела как его возбуждение не тем должностным лицом.

Как обоснованно отмечается в представлении, допущенное в досудебном производстве существенное нарушение закона, препятствующее рассмотрению судом уголовного дела по существу, может быть устранено в порядке ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 8 декабря 2003 г. N 18-П указал, что положения ч. 1 ст. 237 УПК РФ не исключают - по своему конституционно-правовому смыслу в их взаимосвязи - правомочие суда по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях существенных нарушений уголовно-процессуального закона, не устранимых в судебном производстве, если возвращение дела прокурору не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

Придание иного смысла указанным положениям уголовно-процессуального закона неправомерно ограничивало бы права на судебную защиту, на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба, а также прерогативы суда по осуществлению правосудия и обеспечению им прав и свобод человека и гражданина.

Таким образом, следует признать, что решение о прекращении уголовного дела принято судьей по результатам предварительного слушания вопреки требованиям уголовно-процессуального закона, в частности ст. 24, ч. 1 ст. 237, ст. 448 УПК РФ.

Допущенное при этом нарушение является существенным (фундаментальным), поскольку повлияло на исход дела и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов, в том числе потерпевших, охраняемых законом интересов общества и государства.

Поэтому в целях устранения такого нарушения, допущенного при производстве в суде первой инстанции и не устраненного судом кассационной инстанции, Президиум считает необходимым отменить судебные решения и уголовное дело в соответствии с ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвратить прокурору Новосибирской области.

На основании изложенного и руководствуясь ч. 1 ст. 237, ст. 407, ч. 1 ст. 408 УПК РФ, постановил:

1. Надзорное представление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации К.С.Г. удовлетворить.

2. Постановление судьи Новосибирского областного суда от 14 октября 2008 г. и кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2008 г. в отношении Д.В.А. отменить и уголовное дело возвратить прокурору Новосибирской области.



Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 27 мая 2009 г. N 73-П09ПР


Текст постановления официально опубликован не был


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.