Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 июля 2009 г. N 66-О09-76СП Суд изменил приговор, смягчив назначенное наказание за приготовление к грабежу, поскольку при наличии смягчающих обстоятельств и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 июля 2009 г. N 66-О09-76СП


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам осужденных Ш., Б.О.С., И., Б.В.Г., К., адвокатов Ив., С., кассационному представлению прокурора государственного обвинителя Г.Н.А. на приговор Иркутского областного суда с участием присяжных заседателей от 24 декабря 2008 года, которым

Ш., 9 марта 1973 года рождения, уроженец с. Первомайск Кэинарского района Молдавской ССР, гражданин Республики Молдова, не судимый - осужден к лишению свободы по:

ст. 209 ч. 1 УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 10 годам,

ст. 209 ч. 1 УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 10 годам,

ст. 222 ч. 1 УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 2 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 9 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 9 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 9 годам,

ст.ст. 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а" УК РФ - к 6 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 11 годам,

ст.ст. 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а" УК РФ - к 6 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 9 годам,

ст.ст. 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 4 годам 6 месяцам,

ст. 162 ч. 4 п.п. "а, в" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 9 годам,

ст. 162 ч. 4 п.п. "а, в" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 9 годам,

ст. 105 ч. 2 п. п. "а, е, з" УК РФ - к 19 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 9 годам.

Кроме того, он осуждён по ст.ст. 325 ч. 2 УК РФ, по трём эпизодам, с применением ст. 62 УК РФ - к 6 месяцам исправительных работ с удержанием ежемесячно 10% заработка в доход государства за каждое преступление и, в силу п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, освобожден от отбытия наказания по ст. 325 ч. 2 УК РФ (по трём эпизодам) в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначенных по ст.ст. 209 ч. 1, 209 ч. 1, 222 ч. 1, 162 ч. 4 п. "а", 162 ч. 4 п. "а", 162 ч. 4 п. "а", 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а", 162 ч. 4 п. "а", 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а", 162 ч. 4 п. "а", 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а", 162 ч. 4 п. "а, в", 162 ч. 4 п.п. "а, в", 105 ч. 2 п. п. "а, е, з", 162 ч. 4 п. "а" УК РФ, Ш. назначено окончательно - 25 (двадцать пять) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с отбыванием первых 5 (пяти) лет в тюрьме.

И., 20 декабря 1969 года рождения, уроженец с. Баймаклия Каушанского района Молдавской ССР, гражданин Российской Федерации, не судимый - осужден к лишению свободы по:

ст.ст. 209 ч. 1 УК РФ - к 13 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 11 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 11 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 11 годам,

ст.ст. 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а" УК РФ - к 6 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 11 годам,

ст.ст. 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а" УК РФ - к 6 годам.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено окончательно - 17 (семнадцать) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Б.О.С., 21 октября 1982 года рождения, уроженец г. Каушаны Каушанского района Молдавской ССР, гражданин Республики Молдова, не судимый - осужден к лишению свободы по:

ст. 209 ч. 2 УК РФ с применением ст. 65 УК РФ - к 9 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 9 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 10 годам,

ст.ст. 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а" УК РФ - к 6 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ - к 9 годам,

ст.ст. 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением ст. 65 УК РФ - к 4 годам.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено окончательно - 13 (тринадцать) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Б.В.Г., 15 мая 1972 года рождения, уроженец с. Кайнары Каушанского района Молдавской ССР, гражданин Российской Федерации, несудимый - осужден к лишению свободы по:

ст. 209 ч. 2 УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 9 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 8 годам,

ст.ст. 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 4 годам 6 месяцам,

ст. 162 ч. 4 п.п. "а, в" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 8 годам,

ст. 105 ч. 2 п.п. "е, з" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - 11 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 8 годам.

Кроме того, он осуждён по ст.ст. 325 ч. 2 УК РФ, по двум эпизодам, с применением ст. 62 УК РФ - к 6 месяцам исправительных работ с удержанием ежемесячно 10% заработка в доход государства за каждое преступление и, в силу п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, освобожден от отбытия наказания по ст. 325 ч. 2 УК РФ (по двум эпизодам) в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по ст.ст. 209 ч. 2, 162 ч. 4 п. "а", 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а", 162 ч. 4 п.п. "а, в", 105 ч. 2 п.п. "е, з", 162 ч. 4 п. "а" УК РФ окончательно Б.В.Г. назначено - 14 (четырнадцать) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

К., 3 марта 1986 года рождения, уроженец с. Фофоново Кабанского района Республики Бурятия, гражданин Российской Федерации, не судимый - осужден к лишению свободы по:

ст. 209 ч. 2 УК РФ с применением ст. 65 УК РФ - к 8 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 8 годам,

ст. 162 ч. 4 п.п. "а, в" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 9 годам,

ст. 105 ч. 2 п.п. "е, з" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - 13 годам,

ст. 162 ч. 4 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 8 годам,

ст. 222 ч. 1 УК РФ с применением ст. 62 УК РФ - к 2 годам.

Кроме того, он осуждён по ст.ст. 325 ч. 2 УК РФ, по трём эпизодам, с применением ст. 62 УК РФ - к 6 месяцам исправительных работ с удержанием ежемесячно 10% заработка в доход государства за каждое преступление и, в силу п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, освобожден от отбытия наказания по ст. 325 ч. 2 УК РФ (по двум эпизодам) в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначенных по ст.ст. 209 ч. 2, 162 ч. 4 п. "а", 325 ч. 2, 162 ч. 4 п.п. "а, в", 105 ч. 2 п.п. "е, з", 162 ч. 4 п. "а", 222 ч. 1 УК РФ К. назначено окончательно - 16 (шестнадцать) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Взыскано:

с Ш., Б.В.Г., К., солидарно, в возмещение материального ущерба в пользу Г.Ю.А. - 45 000 (сорок пять тысяч) рублей, У. - 2 700 (две тысячи семьсот) рублей, А.М.М. - 30 500 (тридцать тысяч пятьсот) рублей, А.С.Б. - 46 000 (сорок шесть тысяч) рублей;

с Ш., Б.ОС, И., солидарно, в возмещение материального ущерба в пользу М. - 40 000 (сорок тысяч) рублей, Р.О.В. - 17 000 (семнадцать тысяч) рублей, К.С.А. - 57 000 (пятьдесят семь тысяч) рублей, С.Б.А. - 1 300 (одна тысяча триста) рублей, Л.Н.А. - 23 000 (двадцать три тысячи) рублей, Б.Т.Ю. - 11 700 (одиннадцать тысяч семьсот) рублей, А.Е.Б. - 32 600 (тридцать две тысячи шестьсот) рублей;

с Ш., К., солидарно, в возмещение материального ущерба в пользу М.О.В. - 345 169 (триста сорок пять тысяч сто шестьдесят девять) рублей;

с Ш. в счет компенсации морального вреда в пользу М.О.В., Г.Ю.А., У., А.С.Б., А.М.М. - по 100 000 (сто тысяч) рублей каждому,

Р.О.В., Л.Н.А., Б.Т.Ю., А.Е.Б., М., К.С.А. - по 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей каждому,

С.Б.А. - 40 000 (сорок тысяч) рублей; с И. в счет компенсации морального вреда в пользу Р.О.В., Л.Н.А., Б.Т.Ю., М., К.С.А. - по 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей каждому, С.Б.А. - 40 000 (сорок тысяч) рублей; с Б.О.С. в счет компенсации морального вреда в пользу Р.О.В., Л.Н.А., Б.Т.Ю., М., К.С.А. - по 40 000 рублей каждому, С.Б.А. - 20 000 рублей;

с Б.В.Г. в счет компенсации морального вреда в пользу Г.Ю.А., У., А.С.Б., А.М.М. - по 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей каждому;

с К. в счет компенсации морального вреда в пользу Г.Ю.А., У., А.С.Б., А.М.М. - по 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей каждому.

Этим же приговором осуждены П.В.И., Н.Д.М., Г., в отношении которых он не обжалован.

Заслушав доклад судьи Ф.С.М., объяснения осуждённых Ш., Б.О.С, И., Б.В.Г., К. и выступления адвокатов Ш.Е.М, А.И.В., А.А.К., Ч.Н.Н. и К.С.В., поддержавших кассационные жалобы и просивших их удовлетворить, мнение прокурора К.М.В. об отказе в удовлетворении кассационных жалоб и об изменении приговора в связи с изменениями в ст. 62 УК РФ, истечением срока давности по ч. 2 ст. 325 УК РФ, судебная коллегия установила:

На основании вердикта присяжных заседателей от 9 декабря 2008 года признаны виновными и осуждены:

Ш. - за создание устойчивых вооруженных групп (банд) в целях нападения на граждан и руководство ими, участие в бандах и в совершаемых ими нападениях; незаконное хранение, ношение огнестрельного оружия; разбойные нападения, в целях хищения чужого имущества, совершенные с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, организованной группой, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего; приготовления к грабежу, организованной группой; убийство двух лиц (Кам. и Ю.), общеопасным способом, сопряженное с разбоем и бандитизмом; похищения у граждан паспортов и других важных документов;

И. - за создание банды, руководство ею, участие в ней и в совершенных ею нападениях; разбойные нападения, совершенные с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, организованной группой; приготовления к грабежу, организованной группой;

Б.О.С. - за участие в банде и в совершаемых ею нападениях; разбойные нападения, совершенные с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, организованной группой; приготовления к грабежу, организованной группой;

Б.В.Г. - за участие в банде и в совершаемых ею нападениях; разбойные нападения, совершенные с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, организованной группой, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего; приготовление к грабежу, организованной группой; похищения у граждан паспортов и других важных документов; убийство Ю. общеопасным способом, сопряженное с разбоем и бандитизмом;

К. - за участие в банде и в совершаемых ею нападениях; разбойное нападение, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, организованной группой, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего; похищения у граждан паспортов и других важных документов; убийство Ю. общеопасным способом, сопряженное с разбоем и бандитизмом.

Преступления совершены в 2004-2006 годах на территории Иркутской области и Красноярского края при обстоятельствах, установленных приговором.

В кассационных жалобах и дополнениях к ним

- осуждённый Ш. просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания, считая его вынесенным с нарушениями закона, которые выразились в том, что на следствии и в суде ему не был предоставлен переводчик. В присутствии присяжных заседателей исследовались выводы судебно - психиатрических экспертиз. Без вынесения постановления он был незаконно удален из зала судебного заседания, вследствие чего лишен возможности выступить в судебных прениях и права на последнее слово. Поскольку участие переводчика не было обеспечено и протоколы судебного заседания не предоставлены перед последним словом, то его право на защиту было нарушено. В следственном изоляторе копия приговора, первоначально ему выданная, была заменена на другую, в которой указаны увеличенные сроки наказания.

- осуждённый И., считая его вынесенным с нарушениями закона, просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение без участия присяжных заседателей.

При этом он ссылается на то, что к совершению вменяемых ему деяний он непричастен. Судом не принято во внимание несоответствие фактических обстоятельств дела предъявленному обвинению, не учтено, что доказательства по делу получены с использованием недозволенных методов, при отсутствии адвокатов. Считает необходимым исключить из числа доказательств его показания от 14 февраля 2007 г., в которых он оговорил себя и Б.О.С. Продление сроков содержания его под стражей было незаконным. На предварительном следствии вопрос о выделении уголовного дела в связи ходатайствами о единоличном рассмотрении дела судьёй разрешен не был. Материалы уголовного дела сфальсифицированы - на л.д. 1 т. 15 подпись подделана, в проведении экспертизы её судом незаконно отказано. Следственные действия, указанные на л.д. 73 и 74 в т. 15 проведены в одно и то же время. Требования ст. 217 УПК РФ выполнялись в его отсутствие, с участием адвоката В., от которой он отказался 24 июня 2008 г., в предоставлении ему адвоката Ив. следователем отказано, с учётом чего и невозможности за 1 день ознакомиться с материалами дела в 44 томах он отказался выполнять ст. 217 УПК РФ. Огласить эти документы в присутствии присяжных заседателей судья отказалась. Знакомиться с материалами дела во время судебного разбирательства он был вынужден отказаться, так не было его защитника Ив. Заявления о препятствиях к рассмотрению дела судом на предварительном слушании не были рассмотрены. Судом были нарушены принцип состязательности сторон, права изъясняться на родном языке с участием переводчика, иметь избранного защитника. Ему незаконно отказано в предоставлении переводчика, в выдаче копий материалов дела, в ознакомлении с протоколами судебного заседания. Заявление о даче показаний и последнего слова на родном языке, суд неправомерно расценил как отказ от дачи показаний и от последнего слова. Порядок судебного заседания нарушался, на что судья не реагировала. На поставленный свидетелю Н. вопрос ответила судья. Судебное заседание проводилось с обвинительным уклоном. В ходе судебного разбирательства он был лишен права на ознакомление с протоколом судебного заседания и подачи на него своих замечаний. При допросе 31 октября 2008 г. потерпевшие отказались от взыскания морального вреда, однако после перерыва государственный обвинитель заявила о наличии у них гражданских исков. В период с 5 ноября 2008 г. до 25 ноября 2008 г. судья отказалась отложить рассмотрение дела из-за болезни адвоката Ив., заседание проводилось в его отсутствие. Он был лишен возможности выбрать в этот период адвоката по своему желанию. От адвоката Т. он отказывался, вследствие некомпетенции. В конфиденциальных встречах с адвокатом было отказано. В удовлетворении ходатайства адвоката Ив. об оглашении вещественного доказательства - справки о подаче объявлений в СМИ о фактах нападений, свидетельствующей об отсутствии пострадавших, а также о приобщении к материалам диска с аудиозаписью судебного заседания, судом отказано незаконно. Постановление по ходатайству адвоката Ив. от 22.10.08 г. судьёй оглашалось в отсутствие адвокатов. Эксперт, производивший экспертизу, вследствие недостаточного стажа работы не вправе был её делать, судьёй не был вызван. В нарушение закона судья в присутствии присяжных заседателей огласила справки о вменяемости подсудимых и состоянии их здоровья. Опознание в судебном заседании свидетелем Инд. является незаконным вследствие оказанного на неё давления и постановки наводящих вопросов. Судьёй незаконно отказано в проведении следственного эксперимента по данному опознанию. Судом неправомерно отказано в вызове свидетелей и потерпевших, указанных в обвинительном заключении. Несмотря на возражения стороны защиты, их показания были незаконно оглашены. Материалы прокурорской проверки по жалобам на применение недозволенных методов следствия - не соответствуют действительности и материалам уголовного дела. Показания свидетеля Р., оглашенные в суде - не соответствуют действительности и показаниям, с которыми он (И.) был ознакомлен при выполнении требований ст. 217 УПК в 2007 году. Ходатайство о повторном оглашении показаний Р. судьёй было отклонено. Судом незаконно отказано в оглашении справки от 16 сентября 2008 г. о возможности его участия в судебном заседании по состоянию здоровья. Свидетель Ж. намеренно не был вызван в суд для дачи показаний, хотя он присутствовал в зале во время последнего слова. Свидетель М., брат потерпевшего М., был незаконно допрошен судом, а показания самого потерпевшего незаконно оглашены. Замечание адвокату Ив. 5 ноября 2008 г. сделано судьёй неправомерно. Вопросный лист составлен с нарушениями закона, с обвинительным уклоном. Судом не учтен предположительный характер обвинения: в нападениях на неизвестного водителя, на неизвестную машину, в неизвестном месте, неизвестное время. Вопросы о причастности подсудимых к обвинению основаны на противоречивых показаниях свидетелей и потерпевших, являются запутанными. Государственным обвинителем нарушены требования ст. 246 УПК РФ - заявлено о частичном отказе от обвинения после вынесения вердикта. Указание в приговоре на место преступления: участок 58 км и участок 37 км - является неверным, т.к. не соответствует постановлению. В следственном изоляторе копия приговора, первоначально ему выданная, была заменена. Наличие у него двоих малолетних детей судьёй не принято во внимание.

осуждённый Б.О.С. просит приговор отменить, считая его незаконным и несправедливым, дело направить на новое рассмотрение. При этом он ссылается на то, что преступлений он не совершал. По делу допущены нарушения уголовно-процессуального закона, которые, по его мнению, выразились в том, что он возражал против рассмотрения дела судом присяжных заседателей, поскольку у него такая же фамилия, как и у другого обвиняемого - Б.В.Г., и присяжным трудно разобраться в двух уголовных делах и в том, кто и в чём обвиняется. Его неоднократные ходатайства о предоставлении переводчика судом не удовлетворены. С материалами дела с участием адвоката Гриш. он не был ознакомлен. Судом отказывалось в предоставлении возможности встреч с адвокатом. В ходе судебного заседания неправомерно было отказано в ознакомлении с протоколом судебного заседания. В материалах дела отсутствуют результаты проверки его на детекторе лжи. Его признательные показания на предварительном следствии и в суде являются вынужденными. Судом не учтено, что И. и Ш., оговорившие его под незаконным воздействием сотрудников милиции в совершении преступлений, признались об этом в судебном заседании. Их показания не соответствуют действительности и подлежат исключению из числа доказательств. 16 сентября 2008 г. на вопрос свидетелю Н. ответила судья. Присяжный заседатель N 2 в этот же день выходил из зала судебного заседания для телефонных переговоров, на что судья не отреагировала, что свидетельствует о нарушении правил отбора кандидатов в присяжные заседатели. Показания свидетеля Р. сомнительны и противоречивы, относятся к эпизодам неустановленных преступлений. Для подготовки к их допросам подсудимым было предоставлено мало времени, чем нарушено право на защиту. Ходатайство адвоката Найм. о проведении прокурорской проверки в связи с показаниями свидетеля Ф. о нарушении закона при его допросе во время предварительного следствия судом не удовлетворено. Замечания подсудимым делались неправомерно. В присутствии присяжных заседателей государственный обвинитель указывала на подсудимых - "организованная преступная банда", а потерпевший У. указал на него, как на лицо, совершившее нападение. Свидетелю П. прокурор задавала наводящие вопросы, на что судья не реагировала. Адвокату Апат. незаконно отказано в предоставлении копий материалов дела. В присутствии присяжных заседателей судья огласила судебную экспертизу. Адвокату Ив. неправомерно отказано в удовлетворении ходатайства о приобщении аудиозаписи. Постановление об этом оглашалось в отсутствие адвокатов. В напутственном слове судья не конкретизировала, кому из обвиняемых: Б.О.С. или Б.В.Г. вменялись определённые эпизоды. При выполнении требований ст. 340 УПК судья дважды указала, что по эпизодам обвинения его, И. и Ш. для остановки автомобилей использовались форма ДПС и металлический предмет "жезл", что не соответствует действительности и повлияло на вынесение справедливого вердикта. Указанными сведениями судья запутала присяжных заседателей.

После напутственного слова судья перебивала адвоката Ив., подсудимых Ш., Б.В.Г., К., не дав им полностью высказаться, Остановив в прениях адвоката Ив., когда тот упомянул справку следователя о поисках через СМИ потерпевших, судья ущемила его право на предоставление доказательств. Копия приговора, первоначально ему выданная, в следственном изоляторе была заменена на иную. С протоколом судебного заседания он не ознакомлен. Фактически он был задержан 7 августа 2006 г., а не 9 августа 2006 г., как неправильно указано в приговоре.

- осуждённый Б.В.Г., не соглашаясь и считая приговор вынесенным с существенными нарушениями уголовно-процессуального кодекса, просит его отменить, дело направить на новое рассмотрение. При этом он указывает, что судья была негативно настроена против подсудимых, препятствовала им осуществлять свою защиту. В судебном заседании он незаконно был лишен права воспользоваться помощью переводчика. Ходатайство о предоставлении возможности встреч с защитником для консультаций не было удовлетворено. Экспертизы не были исследованы в полном объёме, они являются противоречивыми, были непонятны подсудимым и присяжным заседателям. Эксперты, их проводившие, в суде не были допрошены. В исследовании вещественных доказательств было отказано. Не все потерпевшие были вызваны и допрошены в судебном заседании. При допросе потерпевших они не заявляли претензий. Однако после перерыва в результате воздействия прокурора они предъявили исковые требования и стали показывать на подсудимых, как на лиц, совершивших преступления. Судебное заседание проходило с обвинительным уклоном. На протяжении всего судебного разбирательства протокол судебного заседания ему не предоставлялся, чем нарушены требования ст.ст. 259, 260 УПК РФ и он лишен возможности внести свои замечания на протокол. Приговор постановлен на доказательствах, полученных в ходе предварительного следствия с нарушением УПК и прав обвиняемых. Материалы уголовного дела сфабрикованы, обвинение завышено. Во время допросов обвиняемые были лишены защиты. С материалами уголовного дела в полном объёме он не был ознакомлен вследствие оказанного давления, график ознакомления был вынужден подписать. Сведения о том, что он принимал участие в приготовлении к преступлению, не соответствуют действительности. Его показания во время следствия недостоверны, давались под диктовку следователя. При составлении вопросного листа мнение обвиняемых и защитников не учитывалось, формулировки взяты из обвинительного заключения. Судебное разбирательство проходило по обвинительному заключению, мнения и протесты стороны защиты во внимание не принимались. На следствии и в суде была путаница между Б.В.Г. и Б.О.С. Характеристики, имеющиеся в деле, являются необъективными, его фактическое поведение их не подтверждает. В постановлениях от 18 и 29# февраля 2009 г. судья неправильно отклонила его замечания на протокол судебного заседания.

- осуждённый К. не согласен с приговором в связи с его несправедливостью, неправильным применением закона, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным судом. Просит приговор изменить, оправдать его по ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 209 УК РФ., наказание назначить в пределах ч. 6 ст. 88 УК РФ, либо приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение. При этом он ссылается на то, что в вопросном листе поставлены вопросы, наводящие на ответ "виновен". Из материалов дела следует, что по эпизодам в отношении автомобилей "Газель", регистрационные знаки "с 790 вр 38 rus" и "к 545 мх 38 rus", преступления совершались с применением пистолета калибра 9мм, а в вопросном листе (лист 55 вопрос N 2, лист 60 вопрос N 2) указано, что применялись обрезы. Из материалов дела не следует, что он перевозил оружие на автомобиле "Мазда-Бонго" регистрационный знак "с950 ка rus", однако в вопросном листе это указано (лист 68 вопрос 7). Этими вопросами присяжные заседатели были введены в заблуждение. Вопрос о том, что он договаривался об убийстве, внесён в вопросный лист на предположениях. По материалам уголовного дела и как следует из обвинения, договора на убийство у них не было. Доказательств о причастности его к убийству, наличия у него умысла и предварительного сговора с исполнителем убийства, действовавшим при эксцессе исполнителя, не имеется. С осуждением по ч. 2 ст. 209 УК РФ он не согласен, поскольку имел постоянный источник доходов, в нападениях участвовал под угрозой лишения жизни и причинения вреда родным. Уголовное дело по обвинению по ст. 325 УК РФ, по третьему эпизоду, должно быть прекращено, так как истек срок давности. Государственный обвинитель от уголовного преследования по ч. 3 ст. 222 УК РФ отказалась после вердикта в нарушение УПК, чем увеличила объём вопросов для присяжных, что нарушает право обвиняемых на защиту. У присяжного заседателя N 2 зазвонил телефон и он вышел из зала, на что судья не сделала замечание. В нарушение закона в присутствии присяжных заседателей были оглашены заключения судебно-психиатрических экспертиз, а также, несмотря на его возражения, протокол изъятия из квартиры, где он проживал, патронов, к которым он не имеет никакого отношения и за незаконные действия с которыми уже был осуждён Ф., присяжным не сказали, что этот протокол не должен приниматься во внимание. В ходе судебного заседания его заявления об ознакомлении с протоколом судебного заседания не были удовлетворены. В допросе неявившихся свидетелей, во встрече с защитником 16 сентября 2008 г. было незаконно отказано. В связи с тем, что свидетель Ф. не подтвердил свои показания во время предварительного следствия, адвокатом Найм. было заявлено ходатайство о проведении прокурорской проверки об обстоятельствах их получения, однако судом в этом было незаконно отказано. В напутственном слове судья не сказала, что свидетель Н.Т.В. подтвердила, что он находился под воздействием соучастника преступления, что свидетель Ф. также указал, что его заставляли идти на преступления. Наказание ему назначено с нарушением ч. 6 ст. 88 УК РФ, без учёта его молодого возраста, заболевания, воздействия на него взрослых, несоразмерно его роли.

- адвокат Ив., считая его необоснованным, незаконным и несправедливым, просит приговор в отношении И. отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство со стадии предварительного слушания. При этом он ссылается на то, что судом в период с 01.08.2008 г. по 04.09.08 г., 15.09.08 г., а также по заявлению от 18 сентября 2008 г., ему было отказано в выдаче копий материалов дела, в удовлетворении ходатайства о выдаче ему копии обвинительного заключения и копий 85 документов уголовного дела. При этом судом были нарушены принципы состязательности и равенства сторон. В нарушение ст. 18 УПК РФ, ст. 26 Конституции РФ судом незаконно было отказано в обеспечении участия в заседании переводчика, поскольку И. недостаточно владеет русским языком. При формировании коллегии присяжных заседателей большинство вопросов, заданных адвокатом Ив., судьёй были необоснованно отведены, что не позволило сформировать объективную и беспристрастную коллегию присяжных заседателей, чем были нарушены состязательность сторон и право И. на защиту. Отказав в удовлетворении ходатайств подсудимых о встречах с защитниками для получения консультаций и юридической помощи, судья нарушила право на защиту. Судья не отреагировала на нарушение порядка в судебном заседании, допущенное присяжным заседателем N 2, который из-за телефонного звонка вышел из зала. Несмотря на болезненное состояние подсудимого И. 16.09.09 г. судья продолжила судебное разбирательство. Суд незаконно отказал в проведении экспериментов по проверке: показаний свидетеля Р. о возможности движения автомобиля "Газель" в течение 20 минут на спущенных колесах и возможности опознания потерпевшей Инд. нападавших на неё людей. В нарушение принципа состязательности в оглашении показаний свидетеля Р. от 17.06.07 г. (т. 15 л.д. 173-180) отказано. Без вынесения постановления Г., 3 октября 2009 г. подсудимый Ш. был незаконно удален из зала судебного заседания. В нарушение права на защиту, 28.10.2008 г. в ответ на жалобу И. на болезненное состояние, судья отказалась вызвать врача и продолжила судебное заседание. Ходатайство от 1 ноября 2008 г. об оглашении материалов дела, вызове в суд свидетеля в этот день не было разрешено. 5 ноября 2008 г. судья незаконно объявила ему замечание. В присутствии присяжных заседателей исследовались заключения судебно-психиатрических экспертиз в отношении подсудимых. При выступлении в прениях, когда он сослался на справку органов следствия (т. 15 л.д. 249-251) об установлении через СМИ потерпевших, судьёй он был остановлен. При обсуждении вопросного листа его несогласие с формулировкой вопросов не было учтено. Вопросы были сформулированы таким образом, что ответы на них предрешали признание виновным другого подсудимого. В напутственном слове председательствующий не обратил внимание присяжных на то, что отказ подсудимого от дачи показаний или его молчание в суде не имеют юридического значения и не может быть истолкованы как свидетельство виновности подсудимого. Судом незаконно отказано в приобщении к делу диска с аудиозаписью судебного заседания. В приговоре не указаны данные истцов и ответчиков, гражданство К.

- адвокат С. просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение. При этом указывает, что приговор постановлен по материалам уголовного дела, полученным с нарушением уголовно-процессуального закона, в результате применения к Ш. незаконных методов ведения следствия. В судебном заседании председательствующий препятствовал представлять и исследовать доказательства стороны защиты, подтверждающие алиби Ш., отклонял ходатайства, в том числе о предоставлении переводчика, копий протокола судебного заседания. При составлении вопросного листа мнение стороны защиты не было учтено, вопросы, указанные Ш., в лист не включены. В напутственном слове судья нарушил принцип объективности. Указанные нарушения повлияли на вынесение вердикта, который является противоречивым. При назначении наказания суд не учел данные о личности Ш., наличие у него детей, явки с повинной, признательные показания в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, где он изобличал себя.

В возражениях на дополнение к кассационной жалобе К. от 12 февраля 2009г. Б.В.Г. и Ш.указывают на несоответствие действительности ссылки К. на то, что "Б.В.Г. на год и три месяца дольше входил в состав банды и занимался разбоями".

В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель Г.Н.А. просит оставить их без удовлетворения.

В кассационном представлении государственный обвинитель Г.Н.А. просит приговор в отношении К., изменить без снижения наказания - исключить из его резолютивной части указание на преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 325 УК РФ. Признать, что К. освобожден от наказания за совершение всех преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 325 УК РФ (три эпизода), в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В дополнении к кассационной жалобе от 28 января 2009 г. осуждённый К. возражает против удовлетворения кассационного представления государственного обвинителя, считая его поданным по истечению десятидневного срока, установленного законом.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и представления, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из материалов дела видно, что вопрос о выделении уголовных дел в отношении обвиняемых, не заявлявших ходатайство о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей, следственными органами рассматривался и разрешен в соответствии с п. 1 ч. 5 ст. 217 УПК РФ (т. 37 л.д. 112-113).

О рассмотрении дела с участием присяжных заседателей ходатайствовали обвиняемые И. и Ш., в связи с чем судом проведено предварительное слушание, в котором И. отказался от своего ходатайства.

Согласно протоколу судебного заседания процессуальные особенности и юридические последствия рассмотрения дела с участием присяжных заседателей, предусмотренные УПК РФ осужденным разъяснялись.

Вопреки доводам И., заявлений в предварительном слушании о наличии препятствий к рассмотрению дела не подавалось.

В силу ст. 325 УПК РФ уголовное дело, в котором участвует несколько подсудимых, рассматривается судом с участием присяжных заседателей в отношении всех подсудимых, если хотя бы один из них заявляет ходатайство о рассмотрении уголовного дела в данном составе.

Постановление судьи о рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей является окончательным.

С учётом этого доводы И. о том, что ходатайства о единоличном рассмотрении дела судьёй не были разрешены, и Б.О.С. о возражениях против рассмотрения дела судом с участием присяжных заседателей являются несостоятельными.

Формирование коллегии присяжных заседателей проведено в соответствии с требованиями ст. 328 УПК РФ.

Списки кандидатов в присяжные заседатели, которые были вручены сторонам до начала формирования коллегии присяжных, содержат достаточные сведения о каждом из кандидатов. Стороне защиты была представлена возможность провести опрос кандидатов в присяжные заседатели с целью выяснения сведений, необходимых для заявления мотивированных или немотивированных отводов, чем и воспользовался адвокат Ив.

Вопросы Ив., которые повторяли ранее заданные, а также не относящиеся к обстоятельствам, препятствующим участию лица в рассмотрении дела в качестве присяжного заседателя, вопреки доводам его жалобы, обоснованно отведены председательствующим. Времени для подготовки сторонами отводов кандидатов в присяжные заседатели председательствующим представлено достаточное.

Заявлений о тенденциозности коллегии присяжных заседателей стороны не заявляли. Сведений о необъективности и небеспристрастности коллегии присяжных заседателей в материалах дела не содержится. Данных о том, что в коллегию присяжных заседателей вошли лица, которые в силу ст. 3 Федерального закона "О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации" не могли быть присяжными, из материалов дела не усматривается.

В соответствии со ст. 334 УПК РФ в ходе судебного разбирательства уголовного дела присяжные заседатели разрешают только те вопросы, которые предусмотрены пунктами 1, 2 и 4 ч. 1 ст. 299 УПК РФ и сформулированы в вопросном листе. В случае признания подсудимого виновным присяжные заседатели также указывают в соответствии со ст. 339 УПК РФ, заслуживает ли подсудимый снисхождения. Иные вопросы разрешаются без присяжных заседателей председательствующим единолично.

В соответствии с ч. 2 ст. 379 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием присяжных заседателей, являются основания, предусмотренные пунктами 2-4 части первой этой статьи.

Согласно ч. 1 ст. 339 УПК РФ вопросы о доказанности или недоказанности инкриминированных подсудимым деяний относятся к компетенции присяжных заседателей.

В силу ч. 4 ст. 347 УПК РФ сторонам запрещается ставить под сомнение правильность вердикта, вынесенного присяжными заседателями.

С учётом названных положений закона основанный на вердикте присяжных заседателей вывод суда первой инстанции о виновности или невиновности подсудимых в инкриминированных им деяниях не может быть поставлен под сомнение и судом кассационной инстанции.

Поэтому доводы, изложенные в жалобах и касающиеся неправильной оценки доказательств, в том числе выводов экспертиз, а также ссылки о невиновности в совершении преступлений (действий, признанных вердиктом доказанными) и непричастности к ним, об отсутствии договора на совершение убийства, о неподтверждении обвинения и его предположительном характере, о несоответствии материалов предварительного следствия, показаний обвиняемых, свидетелей и выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным судом - не могут являться предметом кассационного рассмотрения.

Ссылки осуждённых на противоречивость показаний свидетелей и потерпевших не могут быть приняты во внимание, поскольку в силу ст. 17 УПК РФ присяжные заседатели оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Вердикт коллегии присяжных заседателей основан на доказательствах, непосредственно исследованных в судебном заседании и признанных допустимыми доказательствами.

Доводы кассационных жалоб о недопустимости предъявленных присяжным заседателям доказательств являются несостоятельными.

Заявления подсудимых о получении доказательств во время предварительного следствия с нарушением закона, с использованием недозволенных методов - проверялись органами прокуратуры и судом, подтверждения своего не нашли. Доказательства, исследованные с участием присяжных заседателей, получены с соблюдением требований УПК РФ, в том числе и об обязательном участии в допросе подозреваемого, обвиняемого с участием адвоката.

Довод И. о фальсификации материалов дела - подделке подписи свидетеля С.А.Н. на л.д. 1 т. 15 не может быть принят во внимание, поскольку изложенные в протоколе допроса (т. 15 л.д. 1-4) сведения, в том числе и свою подпись, свидетель подтвердила, в связи с чем суд правильно отказал И. в проведении экспертизы подписи.

Вопреки доводу И., обыск в квартире Г. (т. 15 л.д. 74-77) выполнен после вынесения об этом постановления (т. 15 л.д. 73).

Из материалов дела следует, что судебные экспертизы проводились компетентными лицами, допущенными к их производству в соответствии с законом.

Заключения экспертов исследовались в полном объёме, при активном участии подсудимых. Просьб о разъяснении экспертных заключений ввиду их противоречивости и непонятности от присяжных заседателей не поступало.

Те обстоятельства, что в судебном заседании в качестве специалистов по оглашенным заключениям экспертиз были допрошены Б.А.С. и Ш.А.П., не участвовавшие в производстве экспертиз, что не были допрошены эксперты, непосредственно проводившие экспертизы, не свидетельствуют о недопустимости экспертных заключений.

Доводы кассационной жалобы о несоответствии показаний свидетеля Р., оглашенных в суде, показаниям Р., с которыми И. был ознакомлен при выполнении требований ст. 217 УПК в 2007 году - не могут быть признаны состоятельными, поскольку в судебном заседании Р. подтвердил сведения, содержащиеся в оглашенных протоколах его допросов.

Вопреки доводам адвоката И., его ходатайство об оглашении показаний свидетеля Р. во время предварительного следствия (т. 15 л.д. 173-180) удовлетворено (т. 49 л.д. 96-97).

Ходатайство о повторном оглашении показаний указанного свидетеля судьёй было отклонено правильно, так как ранее они уже исследовались.

В соответствии с п. 8 ст. 42 УПК РФ потерпевший вправе иметь представителя, с учётом чего и в соответствии с заявлением М. (т. 2 л.д. 188-192) его брат М. был признан представителем потерпевшего и допрошен в судебном заседании.

Показания неявившихся в судебное заседание лиц оглашены в соответствии с требованиями ст. 281 УПК РФ с учётом отказа иностранных граждан явиться по вызову суда и причин - обстоятельств, исключающих возможность их явки в суд.

В соответствии с ч. 8 ст. 335 УПК РФ допускается исследование с участием присяжных заседателей данных о личности подсудимого в той мере, в какой они необходимы для установления признаков состава преступления.

Поскольку подсудимым было предъявлено обвинение в бандитизме и совершении иных преступлений организованной группой, а И. и Ш. - в руководстве бандой, то для установления указанных признаков судом, в соответствии с законом, были оглашены выводы из заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы в части установления признаков группы, лидерства, подверженности влиянию, наличия либо отсутствия устойчивой связи между обвиняемыми (т. 9 л.д. 42-43).

При этом иные сведения, характеризующие подсудимых, а также способные вызвать предубеждение присяжных к ним, в том числе справки о вменяемости подсудимых и состоянии их здоровья, вопреки утверждению И., с участием присяжных заседателей не исследовались.

Свидетель С.Б.А. в судебном заседании подтвердила сведения об опознании ею во время следствия И., как лицо, участвовавшее в разбойном нападении (т. 49 л.д. 249-250, т. 50 л.д. 1-8). Доводы осуждённого о незаконности опознания вследствие оказанного на неё давления и постановки наводящих вопросов являются надуманными, не основанными на материалах дела.

Вопреки доводам кассационных жалоб, потерпевший У. в судебном заседании давал пояснения по известным ему обстоятельствам дела (т. 50 л.д. 30-39), вопросы государственного обвинителя потерпевшей П. задавались нейтральные, не имеющие характер наводящих (т. 49 л.д. 205-210), вещественные доказательства в судебном заседании исследовались.

Ссылка Б.О.С. на то, что государственный обвинитель в присутствии присяжных заседателей указывала на подсудимых "организованная преступная банда" не основана на протоколе судебного заседания.

Довод К. о недопустимости протокола обыска в квартире, где он проживал (т. 13 л.д. 221-224) по мотиву того, что при этом были изъяты три патрона, ему не принадлежащие, не может быть признан состоятельным. Обыск был проведён в соответствии с УПК, при этом К. были выданы предметы, имеющие отношение к его обвинению, а также изъятые из оборота. Сторона защиты каких либо возражений против оглашения указанного протокола в присутствии присяжных заседателей не заявила (т. 49 л.д. 200-203). В незаконных действиях с изъятыми патронами К. не обвинялся.

Доводы осуждённого И. о том, что на вопрос свидетелю Н. ответила судья, данными протокола судебного заседания не подтверждаются (т. 49 л.д. 19-26).

В силу закона с участием присяжных заседателей не могут исследоваться сведения, не относящиеся к фактическим обстоятельствам.

В связи с этим доводы о незаконности отказа в удовлетворении ходатайства защитника Ив. об оглашении справки о подаче объявлений в СМИ о фактах нападений, об отсутствии в материалах дела результатов проверки Б.О.С. на детекторе лжи, о неправомерности отказа в оглашении справки о состоянии здоровья И. и протокола выполнения с ним требований ст. 217 УПК РФ, нельзя признать обоснованными.

С учётом требований ст. 193 УПК РФ о недопустимости повторного опознания лица тем же опознающим и по тем же признакам, судом обоснованно отказано адвокату Ив. в проведении эксперимента (по сути повторного опознания) по проверке возможности опознания потерпевшей Инд.) нападавших на неё людей. При этом судом правильно учитывалось, что оценка доказательств: показаний потерпевшей и протокола опознания ею И. относятся к компетенции присяжных заседателей (т. 50 л.д. 9-11).

Отказы в удовлетворении ходатайств: адвоката Ив. в проведении эксперимента о возможности движения автомобиля на спущенных колесах в течение 20 минут, адвоката Найм. о проведении проверки обстоятельств допроса свидетеля Ф. на предварительном следствии, являются обоснованными. Оснований признавать их незаконными не имеется (т. 49 л.д. 96, 175-183).

Вопреки утверждению осуждённого И., свидетель Ж. в судебное заседание вызывался (т. 50 л.д. 180-181), в суд не явился. Согласно сообщения федеральной миграционной службы Ж. по указанному в обвинительном заключении адресу не зарегистрирован. Каких либо ходатайств в отношении указанного свидетеля сторона защиты в последующем не заявляла.

Указание адвоката Ив. на то, что его ходатайство от 1 ноября 2008 г. об оглашении материалов дела, вызове в суд свидетеля в этот день не было рассмотрено, не может быть признано состоятельным, поскольку как следует из протокола, после обсуждения данного вопроса указанное ходатайство судьёй разрешено.

Сведений о том, что председательствующий препятствовал представлять и исследовать доказательства стороны защиты, подтверждающие алиби Ш., как о том утверждает адвокат С., протокол судебного заседания не содержит.

Таким образом, данных о том, что в судебном заседании исследовались недопустимые доказательства, или сторонам было отказано в представлении доказательств, подлежащих исследованию с участием присяжных заседателей, не установлено.

Неосновательны утверждения осуждённых о нарушении принципа состязательности, обвинительном уклоне судебного заседания, проявлении председательствующим необъективности и предвзятости.

Как видно из протокола судебного заседания, председательствующий создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Заявленные сторонами ходатайства были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

С учётом требований ст. 252 УПК РФ о проведении судебного разбирательства только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, доводы кассационной жалобы Б.В.Г. о том, что судебное разбирательство проходило по обвинительному заключению нельзя признать обоснованными. При этом сторона защиты активно пользовалась правами, предоставленными законом, в том числе исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения стороны защиты судом принимались во внимание.

В силу ст. 258 УПК РФ при нарушении порядка в судебном заседании, неподчинении распоряжениям председательствующего лицо, позволившее себе эти действия, предупреждается о недопустимости такого поведения, либо удаляется из зала судебного заседания. Подсудимый может быть удален до окончания прений сторон.

С учётом указанных положений закона подсудимым и адвокату Ив. обоснованно делались замечания, а Ш. - за неоднократное, злостное нарушение порядка в судебном заседании, неподчинение и призывы к неподчинению законным распоряжениям председательствующего - дважды удалялся из зала судебного заседания с вынесением об этом соответствующих постановлений (т. 50 л.д. 231-232, т. 51 л.д. 88).

Вопреки доводам кассационных жалоб вопросный лист сформулирован судьей в соответствии с требованиями ст.ст. 338 и 339 УПК РФ, с учётом предъявленного подсудимым обвинения, результатов судебного следствия, прений сторон, а также замечаний и предложений сторон.

Вопросы поставлены в понятных присяжным заседателям формулировках

Доводы жалоб о предположительном характере обвинения и запутанности в связи с этим вопросов неосновательны, поскольку органами следствия подсудимым предъявлено обвинение в совершении ими конкретных уголовно-наказуемых деяний в отношении граждан и имущества, в установленное время (период времени) и в установленном месте (на определённой автотрассе, территории).

То обстоятельство, что при этом не установлены сведения о потерпевших и их автомобилях, в отношении которых выполнялись деяния, вменяемые подсудимым, не свидетельствует о незаконности предъявленного им обвинения и неясности поставленных в связи с ним вопросов.

Как видно из протокола судебного заседания, предусмотренная ст. 338 УПК РФ процедура постановки вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, судьей соблюдена. Вопреки доводам жалоб осуждённого Б.В.Г. и адвоката С., стороны высказали свои замечания по содержанию и формулировке вопросов и внесли свои предложения.

С учётом замечаний и предложений сторон, в том числе подсудимого Ш., судья окончательно сформулировал вопросы, внес их в вопросный лист, который огласил в присутствии присяжных заседателей и передал их старшине присяжных.

Неясностей по вопросам, в том числе по отличию обвинения Б.О.С. от обвинения Б.В.Г., у присяжных заседателей не возникло.

Ссылка К. в кассационной жалобе на то, что в вопросном листе поставлены вопросы, предполагающие лишь ответ "виновен", не соответствующие предъявленному обвинению, является необоснованной, поскольку противоречит материалам дела - вопросы соответствуют требованиям закона (ч. 7 ст. 343 УПК РФ) и предъявленному обвинению

Доводы адвоката Ив. о формулировании вопросов с предрешением в ответах на них признания виновными других лиц не могут быть признаны состоятельными, поскольку в силу закона вердикт присяжных не может быть противоречивым (ч. 2 ст. 345 УПК РФ), при его вынесении присяжные вправе изменить обвинение в сторону, благоприятную для подсудимого (ч. 6 ст. 343).

Напутственное слово судьи соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ. В нём председательствующий напомнил о доказательствах, в том числе и оправдывающих подсудимых.

Данных о нарушении принципа объективности в напутственном слове судьи, как о том указывает адвокат С., не имеется.

Вопреки доводам кассационной жалобы Б.О.С., в напутственном слове судья привел как обвинение Б.О.С, так и обвинение Б.В.Г., конкретизировав его, обозначив подсудимых и по имени-отчеству. Из содержания напутственного слова не следует, что обстоятельства обвинения, вменённые Б.В.Г., председательствующим отнесены к обвинению Б.О.С.

Как видно из протокола судебного заседания, сторонам было представлено право заявить возражения на напутственное слово судьи по мотивам нарушения принципа объективности и беспристрастности.

Сторона защиты этим правом воспользовалась.

Замечания подсудимого К. о том, что в напутственном слове судьи не были приведены показания свидетелей Н.Т.В. и Ф., и выступление адвоката Ив. о том, что отказ подсудимого от дачи показаний или его молчание не имеют юридического значения и не могут быть истолкованы, как свидетельство виновности подсудимого - председательствующим признаны обоснованными, на указанные обстоятельства обращено внимание присяжных заседателей.

Однако когда подсудимый К. и адвокат Ив., в своих выступлениях выходили за рамки возражений, предусмотренных ч. 6 ст. 340 УПК РФ, председательствующий их правильно останавливал.

Обвинительный приговор в отношении осуждённых постановлен в соответствии с требованиями ст.ст. 348, 350, 351 УПК РФ, на основании вердикта присяжных заседателей, который вопреки доводам адвоката С. противоречий не имеет.

К обстоятельствам дела, как они были установлены вердиктом коллегии присяжных заседателей, уголовный закон в отношении подсудимых применён правильно, их действия квалифицированы верно по указанным в приговоре признакам.

Обстоятельства дела, указанные в приговоре, соответствуют вердикту, при этом действия каждого из осуждённых описаны, как они установлены вердиктом присяжных заседателей, который в силу ст. 339 ч. 2 УПК РФ обязателен для председательствующего.

Вопреки доводам жалобы И. указание в приговоре на места совершения преступлений - участки автотрасс "58 км" и "37 км" соответствует вердикту и предъявленному обвинению.

Юридическая оценка действий осуждённых судом дана верная, в соответствии с доказанными вердиктом присяжных заседателей обстоятельствами.

Вопреки доводам жалоб Б.В.Г. и К., их действия по причинению смерти Ю. при разбойном нападении в составе банды (устойчивой вооруженной группы) правильно квалифицированы судом как его убийство Ю. общеопасным способом, сопряженное с разбоем и бандитизмом, т.е. по п.п. "е, з" ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Довод К. о том, что в нападениях он участвовал под угрозой лишения жизни и причинения вреда родным противоречит вердикту присяжных заседателей, которым эти обстоятельства совершения осуждённым преступлений признаны недоказанными (т. 47 л.д. 191-204).

Нарушений права на защиту органами следствия и судом не допущено.

Как видно из материалов дела, допросы обвиняемых во время предварительного следствия и судебное заседание проводились с участием защитников.

С материалами дела обвиняемый И. ознакомился (т. 22 л.д. 43-59, т. 23 л.д. 30-36). После выполнения следственных действий по постановлению суда о возвращении дела прокурору И. было предложено вновь ознакомиться с материалами дела, на что он отказался (т. 36 л.д. 226, т. 37 л.д. 80).

Иркутским областным судом И. был ознакомлен с материалами дела в томах 1-21 (т. 45 л.д. 29-39), с остальными материалами знакомиться он отказался (т. 45 л.д. 40-45, т. 49 л.д. 21).

Подсудимый Б.В.Г. был ознакомлен с материалами дела (т. 22 л.д. 60-75, т. 23 л.д. 51-57, т. 37 л.д. 49-49). При этом он поддерживал заявленное защитником ходатайство, заявлений о каких либо ограничениях во времени он не указал.

Подсудимый и адвокат Гриш. с материалами дела ознакомлены (т. 22 л.д. 105, т. 23 л.д. 28, т. 37 л.д. 28-40, т. 45 л.д. 71)

При таких обстоятельствах доводы И., Б.О.С. и Б.В.Г. о нарушении требований ст. 217 УПК РФ, их права на ознакомление с материалами дела, а также о том, что с материалами дела они не ознакомлены в полном объёме - не могут быть признаны обоснованными.

В соответствии с ч. 1 ст. 50 УПК РФ защитник приглашается подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также другими лицами по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого. Подозреваемый, обвиняемый вправе пригласить несколько защитников.

В силу ч. 2 ст. 50 УПК РФ по просьбе подозреваемого, обвиняемого участие защитника обеспечивается дознавателем, следователем или судом.

По смыслу названных норм закона защитник допускается к участию в деле по выбору подозреваемого, обвиняемого при наличии об этом соглашения об оказании юридической помощи (и в этом случае может быть допущено несколько защитников), либо по назначению дознавателя, следователя или суда.

Защиту И. во время предварительного следствия, при выполнении требований ст.ст. 215, 217 УПК РФ выполняла по назначению следователя адвокат В., отводов которой он не заявлял. Обстоятельств, препятствовавших выполнению её профессиональных обязанностей, не имелось. С учётом изложенного, ссылка И. на незаконность отказа следователя в предоставлении ему во время предварительного следствия в качестве защитника адвоката Ив. не основана на законе.

В судебном заседании защиту И. осуществлял адвокат Ив., назначенный судом. Во время болезни адвоката Ив. по назначению суда интересы И. защищал адвокат Т., отводов которому подсудимый не заявлял. Сведений о ненадлежащем исполнении Т. обязанностей защитника в деле не имеется. С учётом изложенного доводы И. о незаконности проведения судебного заседания с 5 по 25 ноября 2008 г. и нарушении права иметь защитника являются надуманными.

В соответствии со ст. 18 УПК РФ уголовное судопроизводство ведётся на русском языке. Участникам уголовного судопроизводства, не владеющим или недостаточно владеющим языком, на котором ведётся судопроизводство, обеспечивается право пользования родным языком, а также помощью переводчика.

Как видно из материалов дела, обвиняемые Ш., И., Б.О.С, Б.В.Г. во время предварительного следствия, после разъяснения им положений ст. 18 УПК РФ указали, что русский язык они изучали в школе, русским языком владеют свободно, в услугах переводчика не нуждаются. Ш., И., Б.О.С, Б.В.Г. длительное время проживали в городе Братске, где и работали. И. и Б.В.Г. являются гражданами Российской Федерации. Следственные действия с обвиняемыми проводились на русском языке, на котором они собственноручно выполняли записи в процессуальных документах. В судебном заседании, как следует из протокола, обвиняемые свободно разговаривали на русском языке: давали показания, заявляли ходатайства, задавали вопросы участникам процесса, которых они хорошо понимали и которые понимали их.

Изложенные обстоятельства не свидетельствуют о том, что Ш., И., Б.О.С, Б.В.Г. не владеют либо недостаточно владеют русским языком, в связи с чем доводы их жалоб о нарушении ст. 18 УПК РФ являются несостоятельными.

Не основанными на законе являются доводы кассационных жалоб о нарушении права на ознакомление во время судебного заседания с протоколом судебного заседания и принесения на него замечаний, поскольку в соответствии с ч. 6 ст. 259 УПК РФ возможность ознакомления с частями протокола может быть предоставлена сторонам в случае его изготовления по частям, чего не было по данному уголовному делу.

Поскольку Ш. в соответствии со ст. 258 УПК РФ был удален из зала судебного заседания, то в судебных прениях он не участвовал. По возвращении в зал судебного заседания он отказался от последнего слова (т. 51 л.д. 231-234). При таких обстоятельствах доводы жалобы Ш. о лишении его права участвовать в судебных прениях и на последнее слово являются несостоятельными.

Из протокола видно, что в судебном заседании неоднократно объявлялись перерывы, в том числе длительные, в связи с чем доводы осуждённых и адвоката Ив. об ограничениях во встречах подсудимых с их защитниками не соответствуют действительности.

Утверждения Б.О.С. о недостаточности времени на подготовку к допросам, о решении судьи не сообщать, какие лица будут допрашиваться на следующий день, протоколом судебного заседания не подтверждаются.

В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 53 УПК РФ защитник вправе знакомиться с материалами уголовного дела, выписывать из него любые сведения в любом объёме, снимать за свой счёт копии с материалов уголовного дела, в том числе с помощью технических средств.

Из протокола судебного заседания видно, что на заявления адвокатов Ив. и А. ходатайств о выдаче копий материалов дела им разъяснялось о представлении запрошенных материалов после соответствующей оплаты, либо представления своих средств копирования, что защитники не выполнили.

С учётом этого жалобы адвоката Ив. и осуждённого Б.О.С. на отказ суда в выдаче Ив. копий обвинительного заключения и материалов дела, адвокату А. - копий материалов дела не могут быть признаны обоснованными.

Как видно из протокола судебного заседания, 16 сентября 2008г. после оказания И. медицинской помощи, судебное разбирательство было продолжено, заявлений о болезненном состоянии и невозможности участвовать в судебном заседании от него не поступало (т. 49 л.д. 36-37).

Вопреки доводам адвоката Ив., 28 октября 2008г. в ответ на жалобу И. о болезненном состоянии в судебном заседании был объявлен перерыв до следующего дня (т. 51 л.д. 7-9).

Таким образом, доводы кассационных жалоб о нарушении права осуждённых на защиту являются несостоятельными.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

Оглашение 22 октября 2008 г. постановления, вынесенного по ходатайству адвоката Ив., в отсутствие адвокатов, не явившихся в установленное время в судебное заседание, при последующем объявлении перерыва в судебном разбирательстве, не нарушило прав подсудимых и не свидетельствует о нарушении закона.

Утверждение осужденных и адвоката Ив. о выходе присяжного заседателя из зала судебного заседания материалами дела и государственным обвинителем не подтверждается.

В соответствии с требованиями ст. 347 УПК РФ при обсуждении последствий вердикта по окончанию исследования указанных в законе обстоятельств проводятся прения сторон.

При этом стороны могут затрагивать в своих выступлениях любые вопросы права, подлежащие разрешению при постановлении судом обвинительного приговора.

Из протокола видно, что в прениях государственный обвинитель высказывал своё мнение по квалификации действий подсудимых, признанных доказанными, не подвергая сомнению правильность вердикта.

В связи с изложенным доводы жалоб о нарушении государственным обвинителем закона после вынесения вердикта являются несостоятельными.

Поскольку судом в соответствии с ч. 5 ст. 259 УПК РФ решение о производстве в ходе судебного разбирательства аудиозаписи не принималось, то суд правильно отказал в приобщении к материалам аудиозаписи, выполненной адвокатом Ив.

В связи с недопустимостью исследования с участием присяжных заседателей вопросов процессуального характера судья, в соответствии с законом остановил адвоката Ив., пытавшегося в прениях сослаться на справку следователя об оперативно-розыскных действиях.

Вопреки доводу кассационной жалобы продление сроков содержания И. под стражей выполнялось в соответствии с законом.

Доводы осуждённых о замене в следственном изоляторе копий приговора, первоначально им выданных, на другие, с увеличенными сроками наказания - администрацией Учреждения ИЗ-38/2 не подтверждаются.

Как указывает в своём объяснении прокурор Г.Н.А., полученная ею копия соответствует приговору, оглашенному в судебном заседании, имеющемуся в деле.

Как следует из материалов, осуждённым К. копия протокола судебного заседания получена (т. 54 л.д. 179).

На неоднократные предложения суда Ш. (т. 54 л.д. 185-187, 191, 193), И. (т. 56 л.д. 239-244, т. 57 л.д. 2), Б.О.С. (т. 58 л.д. 243, 247, 249) отказались от получения надлежаще заверенных копий протокола судебного заседания, с учётом чего ссылки осуждённых на то, что с протоколом судебного заседания они не ознакомлены, коллегия считает несостоятельными.

Что касается замечаний на протокол судебного заседания, поданных осужденным Б.В.Г., то они рассмотрены председательствующим по делу судьёй в соответствии с требованиями ст. 260 УПК РФ с вынесением мотивированного постановления.

Наказание осуждённым назначено в соответствии с требованиями закона; с учётом целей наказания, установленных ч. 2 ст. 43 УК РФ, данных об их личности и семейного положения, смягчающих их наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на их исправление, конкретных обстоятельств дела.

Оснований для применения к К. правил ч. 6 ст. 88 УК РФ не имеется.

В соответствии с ч. 2 ст. 44 УПК РФ гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции, в связи с чем доводы осужденных о заявлении потерпевшими под воздействием государственного обвинителя исковых требований не могут быть приняты во внимание.

Выводы суда по разрешению гражданских исков, за исключением требований М.О.В. по возмещению материального ущерба, в том числе о компенсации морального вреда, мотивированы, основаны на требованиях ст.ст. 151, 1064, 1083, 1099-1101 ГК РФ, с учётом требований закона о разумности и справедливости.

Согласно протоколу, Б.О.С. задержан 9 августа 2006 года (т. 12 л.д. 112-113).

При таких обстоятельствах кассационные жалобы, кроме жалобы К. в части осуждения по ст. 325 ч. 2 УК РФ, не могут быть удовлетворены.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное дело подлежит прекращению в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 78 УК РФ срок давности для привлечения к уголовной ответственности Ш., Б.В.Г. и К. по ч. 2 ст. 325 УК РФ истёк до назначения судебного заседания по данному делу.

Поэтому, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и в соответствии с п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 декабря 2008 г. N 28 "О применении норм УПК РФ, регулирующих производство в судах апелляционной и кассационной инстанций" приговор в части осуждения Ш., Б.В.Г. и К. по ч. 2 ст. 325 УК РФ, по всем эпизодам, подлежит отмене, а производство по уголовному делу - прекращению.

Кроме того, с учётом изменений, внесённых в ст. 62 УК РФ Федеральным законом от 29.06.2009 года N 141-ФЗ "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации", и предусматривающих, что при наличии смягчающих обстоятельств, указанных в пунктах "и" и (или) "к" части первой статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, наказание, назначенное Ш. по ст.ст.30 ч. 1 -161 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ и Б.В.Г. по ст.ст. 30 ч. 1 -161 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ, а также по совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ - подлежит снижению.

Как видно из приговора, заявленные в возмещение материального ущерба требования потерпевшей М.О.В. противоречивы: цифрами указано - "345 150" рублей, прописью - "триста сорок пять тысяч сто шестьдесят девять" рублей (т. 52 л.д. 164-166).

При таких обстоятельствах приговор в части гражданского иска М.О.В. о возмещении материального ущерба подлежит отмене, а дело направлению на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Кроме того, судом разрешен вопрос о взыскании с Б.О.С. компенсации морального вреда в пользу Р.О.В., Л.Н.А., Б.Т.Ю., М., К.С.А. и С.Б.А., при этом допущено противоречие в сумме, указанной цифрами и прописью, соответственно - 40 000 (восемьдесят тысяч) и 20 000 (сорок тысяч) рублей (т. 52 л.д. 175).

С учётом того, что взыскание с Б.О.С. в пользу Р.О.В., Л.Н.А., Б.Т.Ю., М., К.С.А. по 40 000 рублей каждому, в пользу С.Б.А. 20 000 рублей в приговоре судом обоснованно, указание в скобках "восемьдесят" и "сорок" является технической ошибкой, в связи с чем следует признать взысканным с Б.О.С. компенсации морального вреда в размере: в пользу Р.О.В., Л.Н.А., Б.Т.Ю., М., К.С.А. - 40 000 (сорок тысяч) рублей, в пользу С.Б.А. - 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Иркутского областного суда с участием присяжных заседателей от 24 декабря 2008 года в отношении Ш., И., Б.О.С., Б.В.Г., К. в части осуждения Ш., Б.В.Г. и К. по ч. 2 ст. 325 УК РФ, по всем эпизодам, отменить, производство в этой части - прекратить.

Наказание, назначенное Ш. и Б.В.Г., каждому, по ст.ст.30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а" УК РФ с применением ст. 62 УК РФ, снизить до 4 лет лишения свободы.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 209 ч. 1, 209 ч. 1, 222 ч. 1, 162 ч. 4 п. "а", 162 ч. 4 п. "а", 162 ч. 4 п. "а", 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а", 162 ч. 4 п. "а", 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а", 162 ч. 4 п. "а", 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а", 162 ч. 4 п. "а, в", 162 ч. 4 п.п. "а, в", 105 ч. 2 п.п. "а, е, з", 162 ч. 4 п. "а" УК РФ, назначить Ш. окончательно - 24 (двадцать четыре) года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с отбыванием первых 5 (пяти) лет в тюрьме.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначенных по ст.ст. 209 ч. 2, 162 ч. 4 п. "а", 30 ч. 1 - 161 ч. 3 п. "а", 162 ч. 4 п.п. "а, в", 105 ч. 2 п.п. "е, з", 162 ч. 4 п. "а" УК РФ, назначить Б.В.Г. окончательно - 13 (тринадцать) лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Этот же приговор изменить:

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 209 ч. 2, 162 ч. 4 п. "а", 162 ч. 4 п.п. "а, в", 105 ч. 2 п.п. "е, з", 162 ч. 4 п. "а", 222 ч. 1 УК РФ, назначить К. окончательно - 15 (пятнадцать) лет 10 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Считать взысканной с Б.О.С. компенсацию морального вреда в размере: в пользу Р.О.В., Л.Н.А., Б.Т.Ю., М., К.С.А. - по 40 000 (сорок тысяч) рублей каждому, в пользу С.Б.А. - 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

Приговор в части гражданского иска М.О.В. о возмещении материального ущерба отменить, а дело в этой части направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в порядке гражданского судопроизводства.

В остальном этот приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы Ш., Б.О.С, И., Б.В.Г., К., адвокатов Ив., С. - без удовлетворения.

При обжаловании приговора один из подсудимых сослался на незаконный отказ следователя в предоставлении ему в качестве защитника определенного адвоката.

Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ отклонила этот довод и указала следующее.

По материалам дела защиту во время предварительного следствия выполнял по назначению следователя другой адвокат, отводов которому заявлено не было. С учетом этого, ссылка на незаконность отказа следователя в предоставлении во время предварительного следствия еще одного адвоката не основана на законе.

В силу УПК РФ защитник приглашается подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также другими лицами по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого. Подозреваемый, обвиняемый вправе пригласить несколько защитников. По просьбе подозреваемого, обвиняемого участие защитника обеспечивается дознавателем, следователем или судом.

По смыслу указанных норм защитник допускается к участию в деле по выбору подозреваемого, обвиняемого при наличии соглашения об оказании юридической помощи (и в этом случае может быть допущено несколько защитников) либо по назначению дознавателя, следователя или суда.


Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29 июля 2009 г. N 66-О09-76СП


Текст определения размещен на сайте Верховного Суда РФ в Internet (http://www.supcourt.ru)


Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.