Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 1 февраля 2010 г. N 41-О09-94СП Уголовное дело направлено на новое рассмотрение, поскольку председательствующий судья в должной мере не обеспечил равенство прав сторон, было ограничено право прокурора, представителя потерпевшего на представление доказательств, что повлияло на содержание ответов присяжных заседателей на поставленные перед ними вопросы

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 1 февраля 2010 г. N 41-О09-94СП


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Кочина В.В.,

судей - Каменева Н.Д. и Степалина В.П.,

рассмотрела в судебном заседании дело по кассационному представлению государственного обвинителя Ткаченко О.В., кассационной жалобе представителя потерпевшей адвоката Лысенко Л.А. на приговор Ростовского областного суда от 25 августа 2009 года с участием присяжных заседателей, которым

Косоян М.С.,

оправдан по ст. 105 ч. 2 п.п. а, к УК РФ за отсутствием события преступления, по ст. 222 ч. 1 УК РФ за непричастностью к совершению преступления, в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта.

Заслушав доклад судьи Каменева Н.Д., выступление представителя потерпевшей адвоката Лысенко Л.А., прокурора Титова Н.П., поддержавшего кассационное представление государственного обвинителя, судебная коллегия установила:

Косоян М.С. обвинялся в незаконном приобретении, хранении, перевозке и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов и убийстве двух лиц: С. на почве мести и В. - с целью облегчить совершение убийства С.

Эти действия Косояна М.С. органами предварительного следствия квалифицированы по ст.ст. 222 ч. 1, 105 ч. 2 п.п. а, к УК РФ.

Приговором Ростовского областного суда от 25 августа 2009 года по данному обвинению Косоян М.С. оправдан в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта.

В кассационном представлении государственного обвинителя Ткаченко О.В. ставится вопрос об отмене приговора в связи существенными нарушениями уголовно-процессуального закона допущенными председательствующим, которые ограничили право прокурора на представление доказательств и повлияли на выводы присяжных заседателей о невиновности Косояна М.С., в частности: незаконно отказано в вызове и допросе свидетелей обвинения; исключении из числа доказательств дактилоскопической экспертизы проведенной в суде, так как выводы эксперта противоречивы, основаны лишь на предположениях, в заключении нет ссылок на использованную литературу, эксперимент не проводился, допрошенный в суде эксперт М. подтвердил необоснованный характер своих выводов, об этом же пояснил эксперт П. и, несмотря на возражения стороны обвинения, выводы эксперта были исследованы в присутствии присяжных заседателей; в прениях сторон защитник Кржечковский Р.Г. порочил допустимое доказательство - допрос эксперта П., сообщил присяжным заседателям, что Косоян М.С. в качестве подозреваемого допрошен без участия защитника, поэтому оговорил себя, утверждал о фальсификации следователем доказательств, искажал представленные стороной обвинения доказательства.

Председательствующий на это не реагировал и не разъяснил присяжным заседателям, чтобы они не принимали во внимание эти высказывания.

В кассационной жалобе представитель потерпевшего адвокат Лысенко Л.А. просит приговор отменить, ссылается на допущенные нарушения уголовно-процессуального закона: адвокат Кржечковский Р.Г. и Косоян М.С. довели до сведения присяжных заседателей данные о личности подсудимого, что ему недавно исполнилось ... лет, а его отец был застрелен в городе ...; Косоян сообщил, что явку с повинной давал вынужденно; свидетель А. давала характеристику личности подсудимого; свидетель Ш. порочила и ставила под сомнение допустимое доказательство - протокол ее допроса; адвокат Кржечковский Р.Г. исказил важный документ - бланк железнодорожного билета и учета постельного белья, огласив несуществующие в нем сведения относительно алиби подсудимого. Председательствующий судья, при наличии указанных выше нарушений, не во всех случаях делал замечания и обращался к присяжным заседателям с просьбой не принимать во внимание эти высказывания при вынесении вердикта и решении вопроса о виновности либо невиновности подсудимых. Более того, самим председательствующим опорочено бесспорное доказательство - распечатки телефонных соединений с "имей" номером, по которому точно определяется местонахождение звонившего с этого телефона; действия председательствующего, по мнению автора жалобы, были направлены на затягивание судебного разбирательства.

Судебные заседания начинались не в назначенное время из-за опозданий подсудимого Косояна, которые вел себя вызывающе, откладывались из-за отсутствия присяжных заседателей, действенных мер по пресечению такого поведения председательствующим не принималось, поэтому дело рассматривалось столь продолжительное время; председательствующему неоднократно заявлялись отводы, которые необоснованно отклонялись; присяжный заседатель N... общалась с адвокатом Дзюбой, а присяжный заседатель N... (старшина) С. открыто высказывала возмущения в адрес стороны обвинения, однако председательствующий, необоснованно отклонил ходатайство об устранении их от участия в деле, присяжный заседатель N... сообщила остальным присяжным заседателям, что Косоян ранее уже был оправдан по данному обвинению; на протяжении всего судебного разбирательства, председательствующий, в нарушение требований ст. 281 УПК РФ, отказывал в оглашении показаний свидетелей обвинения Л., Ч., Ч., С., А., Ю., Ф., М., которые не могли явиться в суд из-за чрезвычайных обстоятельств. Ввиду длительности процесса и исследовании доказательств с большими разрывами во времени, председательствующий не рекомендовал присяжным заседателям вести записи относительно фиксации представленных им доказательств. Ходатайства о необходимости повторного исследования некоторых доказательств необоснованно отклонялись; без обсуждения со сторонами, председательствующим была назначена криминалистическая экспертиза по фотографии зеркала обнаруженного на месте совершения преступления, для проведения которой судья использовал не относимое доказательство, фотографию зеркала обнаруженного на месте совершения преступления, то есть предмет, который не изымался с места происшествия; в нарушение закона в судебном заседании эксперт М. демонстрировал присяжным заседателям, каким образом проводится исследование по перенесению отпечатка пальца с одного предмета на другой; ходатайство государственного обвинителя об исключении из числа доказательств заключения криминалистической экспертизы N..., ... необоснованно отклонено; в судебном заседании в качестве специалиста был допрошен П., однако права ему разъяснены как эксперту (ст. 57 УПК РФ).

В возражениях на кассационное представление и кассационную жалобу адвокат Кржечковский Р.Г. указывает о своем несогласии с ними и просит приговор оставить без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления, кассационной жалобы, возражений на них, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене, по следующим основаниям.

Согласно ст. 335 УПК РФ, определяющей особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей, в их присутствии подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.

Эти требования закона по настоящему делу не выполнены.

Из материалов уголовного дела следует, что в ходе осмотра места происшествия обнаружено и изъято зеркало заднего вида от мотороллера, на котором, по мнению органов следствия, приехал убийца (т. 1 л.д. 48-49).

Проведены две дактилоскопических экспертизы, из выводов которых следует, что на зеркале обнаружен отпечаток пальца руки, пригодный для идентификации, который принадлежит обвиняемому Косояну М.С. (т. 5 л.д. 49-52, 60-62).

В ходе судебного разбирательства защитник Кржечковский Р.Г. поставил под сомнения законность и соответственно допустимость приведенных выше доказательств и заявил ходатайство о назначении повторной дактилоскопической экспертизы.

При этом, утверждал, что дактилоскопические экспертизы проведены с нарушением уголовно-процессуального закона и отпечаток пальца мог быть оставлен не Косояном, а перенесен на зеркало с другого предмета при помощи ленты скотч.

Ходатайство защитника, без каких-либо убедительных оснований, предусмотренных ст. 283 УПК РФ, было удовлетворено, назначена повторная дактилоскопическая экспертиза, из которой следует, что след оставлен, вероятно, пальцем руки Косояна и отмечено, что на представленном зеркале имеются признаки, которые могут свидетельствовать о внесении следа пальца руки на зеркало, с помощью какого-либо предмета.

Фактически экспертиза проводилась на предмет установления обстоятельств, для решения вопроса о допустимости в качестве доказательств заключений первых двух экспертиз.

При обсуждении результатов этой экспертизы, в присутствии присяжных заседателей, эксперт М. разъяснял присяжным заседателям и пытался демонстрировать возможность переноса следа пальца руки с одного предмета на другой, хотя эта информация порочила имеющиеся в деле и не исключенные из числа доказательств заключения первых экспертиз.

Председательствующим эти обстоятельства оставлены без внимания. Заключения экспертиз, подтверждающие пригодность следа пальца для идентификации и принадлежность его подсудимому Косояну М.С., а также экспертиза, проведенная в суде и носившая характер проверки допустимости первых экспертиз, были исследованы в присутствии присяжных заседателей.

В напутственном слове председательствующий также привел в качестве доказательств заключения всех дактилоскопических экспертиз с подробным комментарием разъяснений экспертов относительно возможности переноса отпечатка пальца рук с одного предмета на другой и предложил присяжным заседателям самим решать, какие из этих экспертиз являются допустимыми доказательствами, а какие нет. Такие действия председательствующего противоречат требованиям ст. 334 УПК РФ, так как присяжные заседатели являются судьями факта и не должны давать оценку законности представленных им доказательств.

Кроме того, участники судебного разбирательства со стороны защиты нарушали требования ст.ст. 334, 335, 336 УПК РФ, в присутствии присяжных заседателей ставили под сомнение допустимость представленных стороной обвинения доказательств.

Как правильно указано в представлении государственного обвинителя, стороной защиты до присяжных заседателей доводились сведения, не относящиеся к фактическим обстоятельствам дела, порочились не исключенные из числа допустимых доказательства.

Так, выступая в прениях, защитник подсудимого Кржечковский Р.Г. давал пояснения, которые не были основаны на доказательствах, исследованных с участием присяжных заседателей относительно передачи ему авиа и железнодорожных билетов родственниками Косояна и все, что связано с этим. Давая оценку протоколу допроса Косояна в качестве подозреваемого, где тот признавал вину, сообщил присяжным заседателям, что Косоян был допрошен без его участия, поэтому он не смог удержать его от самооговора. Оценивая пояснения эксперта П., заявил, что "...тот занимается экспериментальной деятельностью и выполняет чей-то заказ". Объясняя факт отсутствия в материалах дела вторых экземпляров железнодорожных билетов по алиби Косояна и появление на зеркале "мотороллера" отпечатка пальца Косояна, он фактически утверждал о фальсификации материалов дела следователем, а также искажал смысл важного доказательства - "имей" номера сотового телефона.

Подсудимый Косоян М.С. сообщил присяжным заседателям, что явка с повинной им написана вынужденно.

Свидетель Ш., которая на предварительном следствии давала показания не в пользу обвиняемого, в суде порочила протокол ее допроса, указав, что следователем искажены ее показания.

Присяжный заседатель Т. в присутствии остальных присяжных заседателей и всех участников судебного разбирательства сообщила, что первая коллегия присяжных заседателей оправдала Косояна.

Судебная коллегия находит, что, несмотря на то, что Т. не участвовала в вынесении вердикта, данный факт был доведен до сведения всех присяжных заседателей и мог повлиять на содержание ответов на поставленные присяжным заседателям вопросы (т. 20 л.д. 65-66).

Председательствующий судья, при наличии указанных выше нарушений, не во всех случаях делал замечания и обращался к присяжным заседателям с просьбой не принимать во внимание эти высказывания при вынесении вердикта и решении вопроса о виновности либо невиновности подсудимых. Не разъяснил это и в напутственном слове.

В соответствии с требованиями части третьей статьи 328 УПК РФ председательствующий разъясняет кандидатам в присяжные заседатели их обязанность правдиво отвечать на задаваемые им вопросы, а также представлять необходимую информацию о себе и об отношениях с другими участниками уголовного судопроизводства.

По смыслу этого уголовно-процессуального закона, разъяснение кандидатам в присяжные заседатели их обязанностей правдиво отвечать на задаваемые им вопросы и представлять иную информацию о наличии обстоятельств, препятствующих участию в качестве присяжных заседателей, является обязательным условием формирования коллегии присяжных заседателей и законного состава суда.

Из протокола судебного заседания и постановления судьи от 22 октября 2009 года об удостоверении замечаний на протокол судебного заседания следует, что при отборе кандидатов в присяжные заседатели на вопрос государственного обвинителя: "Есть ли среди кандидатов в присяжные заседателя лица, ранее привлекавшиеся к уголовной ответственности?" присяжный заседатель А., принимавший участие в вынесении вердикта, скрыл информацию о том, что был судим 7 октября 2002 года по ст.ст. 159 ч. 3 п. "б", 327 ч. 2 УК РФ к лишению свободы на 5 лет условно с испытательным сроком в 3 года (т. 18 л.д. 37, т. 21 л.д. 236).

Таким образом, сторона обвинения была лишена возможности воспользоваться правом на мотивированный и немотивированный отвод кандидата в присяжные заседатели, чем существенно нарушены условия формирования законного состава суда.

Из материалов дела и протокола судебного заседания следует, что председательствующий судья в должной мере не обеспечил равенство прав сторон.

Из протокола судебного заседания следует, что организация судебного процесса проведена председательствующим крайне плохо, уголовное дело по одному эпизоду преступления рассматривалось с участием присяжных заседателей более трех лет. Стороной обвинения (прокурором и представителем потерпевшей) было высказано большое количество обоснованных возражений на действия председательствующего, связанные с затягиванием рассмотрения дела, исследование доказательств обвинения с разрывами в месяцы и годы ограничило право прокурора и представителя потерпевшего на представление доказательств, причем с многими возражениями председательствующий соглашался.

Такая обстановка в судебном заседании, систематическое обсуждение в присутствии присяжных заседателей вопросов, которые находятся за пределами их компетенции, процедуре получения доказательств, стремление их опорочить, свидетельствуют о том, что присяжные заседатели не были ограничены от возможного влияния на существо принимаемых ими впоследствии решений.

Исходя из изложенного, судебная коллегия находит, что указанные выше нарушения уголовно-процессуального закона ограничили право прокурора, представителя потерпевшего на представление доказательств и повлияли на содержание ответов присяжных заседателей на поставленные перед ними вопросы, в связи с чем, оправдательный приговор подлежит отмене.

Что касается других указанных в кассационном представлении и кассационной жалобе доводов, в частности - отклонения ходатайств в исследовании показаний свидетелей, исключении из числа доказательств заключения дактилоскопической экспертизы проведенной в суде, то они подлежат рассмотрению при новом судебном разбирательстве.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378 УПК РФ, судебная коллегия определила:

кассационное представление государственного обвинителя и кассационную жалобу представителя потерпевшего удовлетворить.

Приговор Ростовского областного суда с участием присяжных заседателей от 25 августа 2009 года в отношении Косояна М.С. отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе.


Председательствующий

Кочин В.В


Судьи

Каменев Н.Д.



Степалин В.П.


Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 1 февраля 2010 г. N 41-О09-94СП


Текст определения официально опубликован не был


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.