Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10 декабря 2010 г. N 26-В10-59 Суд отменил ранее принятые акты и отказал в иске о взыскании задолженности по дополнительным гарантиям и компенсациям за время выполнения задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте, поскольку отсутствуют предусмотренные действующим законодательством основания, свидетельствующие о выполнении прокурорскими работниками соответствующих задач в условиях чрезвычайного положения и при вооружённых конфликтах

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10 декабря 2010 г. N 26-В10-59


Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Горохова Б.А.

судей Назаровой A.M., Гуляевой Г.А.

рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по иску Оздоева Б.О. к прокуратуре Республики Ингушетия о взыскании задолженности по дополнительным гарантиям и компенсациям за время выполнения задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте по надзорной жалобе прокуратуры Республики Ингушетия на решение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 21 июня 2007 г., которым исковые требования удовлетворены и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 12 июля 2007 г., которым указанное решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Назаровой A.M., выслушав объяснения представителя прокуратуры Республики Ингушетия Агафонова И.Е., поддержавшего доводы надзорной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, установила:

Оздоев Б.О. обратился в суд с названным иском, мотивируя свои требования тем, что его сын - Оздоев Р.Б. проходил службу в органах прокуратуры Республики Ингушетия с 12 октября 1994 г. по 11 марта 2004 г. Решением Малгобекского городского суда Республики Ингушетия от 8 июня 2007 г. он признан безвестно отсутствующим с 11 марта 2004 г. В период с 12 октября 1994 г. по 7 января 2002 г. Оздоев Р.Б. работал в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах, выполняя задачи по нормализации обстановки, восстановлению законности и правопорядка на территории Республики Ингушетия. Действующим законодательством за работу в указанных условиях предусмотрены дополнительные гарантии и компенсации в виде льготного исчисления выслуги лет (один месяц службы за три месяца), оплата окладов по должности в двойном размере, классному чину, выслуге лет, доплат за особые условия службы и доплат за сложность, напряженность и высокие достижения в труде. Просил обязать ответчика засчитать в выслугу лет для назначения пенсии на льготных условиях период службы в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах из расчета один месяц службы за три месяца, взыскать задолженность по денежному содержанию за время службы в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте за период с 12 октября 1994 г. по 7 января 2002 г. в сумме ... коп.

Решением Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 21 июня 2007 г. исковые требования удовлетворены. Прокуратура Республики Ингушетия обязана засчитать Оздоеву Р.Б. в выслугу лет для назначения пенсии периоды службы в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах из расчета 1 месяц службы за три месяца с 12 октября 1994 г. по 7 января 2002 г. С прокуратуры Республики Ингушетия в пользу Оздоева Б.О. взыскана задолженность по денежному содержанию за время фактической работы в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте с учетом индексации в размере ... коп.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 12 июля 2007 г. указанное решение суда оставлено без изменения.

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 18 июня 2010 г. определение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 23 июля 2009 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 17 сентября 2009 г. отменены, прокуратуре Республики Ингушетия восстановлен срок на подачу надзорной жалобы на решение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 21 июня 2007 г., определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 12 июля 2007 г. по делу по иску Оздоева Б.О. к прокуратуре Республики Ингушетия о взыскании задолженности по дополнительным гарантиям и компенсациям за время выполнения задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте.

В надзорной жалобе прокуратуры Республики Ингушетия ставится вопрос о ее передаче с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации и отмене состоявшихся по делу судебных постановлений.

По запросу судьи Верховного Суда Российской Федерации от 16 сентября 2010 г. дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации для проверки в порядке надзора и определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 9 ноября 2010 г. надзорная жалоба прокуратуры Республики Ингушетия с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Оздоев Б.О., надлежащим образом извещённый о времени и месте рассмотрения дела в порядке надзора, в судебное заседание Судебной коллегии не явился, в связи с чем на основании статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит возможным рассмотрение дела в его отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к следующему.

В соответствии со статьёй 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможно восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении настоящего дела судебными инстанциями были допущены такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможно восстановление нарушенных прав ответчика.

Принимая решение об удовлетворении заявленных требований, суд исходил из того, что в период осуществления Оздоевым Р.Б. служебной деятельности территория Республики Ингушетия была отнесена к зоне вооружённого конфликта и на ней устанавливался режим чрезвычайного положения, в связи с чем прокурорским работникам, выполнявшим служебные задачи на территории Республики Ингушетия в указанный период, должны предоставляться дополнительные гарантии и компенсации, предусмотренные Законом Российской Федерации от 21 января 1993 г. N 4328-1 "О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территории государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооружённых конфликтах".

Судебная коллегия полагает, что приведённый вывод суда нельзя признать правильным, поскольку он основан на ошибочном толковании и применении правовых норм, регулирующих порядок предоставления названных гарантий и компенсаций.

Так, постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2005 г. N 649 дополнен раздел 1 Положения об исчислении выслуги лет, назначении и выплате пенсий и пособий прокурорам и следователям, научным и педагогическим работникам органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации, имеющим классные чины, и их семьям, утверждённого постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 г. N 942, согласно части 1 которого в выслугу лет (трудовой стаж) для исчисления пенсии прокурорским работникам, уволенным со службы в соответствии с пунктом "а" статьи 13 Закона Российской Федерации "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей", засчитывается на льготных условиях период службы (в том числе время нахождения в командировке) в условиях чрезвычайного положения и при вооружённых конфликтах из расчета 1 месяц службы (работы) за 3 месяца, в том числе в органах прокуратуры Российской Федерации, действовавших на территории Северо-Осетинской ССР и Ингушской Республики, но не ранее чем со 2 ноября 1992 г. и не позднее дня отмены чрезвычайного положения на территории этих республик.

Следовательно, период службы подлежит зачёту на льготных условиях только в том случае, если такой период проходил в условиях чрезвычайного положения и при вооружённых конфликтах.

В соответствии с Законом РСФСР "О чрезвычайном положении" и Законом Российской Федерации "О безопасности" Указом Президента Российской Федерации от 2 ноября 1992 г. N 1327 "О введении чрезвычайного положения на территории Северо-Осетинской ССР и Ингушской Республики" на территории Республики Ингушетия со 2 ноября 1992 г. было введено чрезвычайное положение.

Указом Президента Российской Федерации от 27 марта 1993 г. N 407 режим чрезвычайного положения с 31 марта 1993 г. был отменён и чрезвычайное положение распространено лишь на отдельные территории Пригородного района и прилегающие к нему местности Республики Северная Осетия - Алания, а также Назрановского района Республики Ингушетия. Этот режим чрезвычайного положения продлевался на основании соответствующих Указов Президента Российской Федерации и с 15 февраля 1995 г. был отменён.

При таких обстоятельствах вывод суда о зачёте периода службы Оздоева Р.Б. на льготных условиях из расчёта один месяц службы за три месяца после отмены чрезвычайного положения нельзя признать законным.

Кроме того, не соответствует положениям закона и вывод суда об удовлетворении заявленных требований в части взыскания дополнительных денежных выплат за весь указанный истицей период.

В соответствии со статьей 1 Закона Российской Федерации от 21 января 1993 г. N 4328-1 "О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территории государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооружённых конфликтах" военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, а также военнослужащим-офицерам, прапорщикам, мичманам, военнослужащим сверхсрочной службы, проходящим военную службу и не заключившим контракта о прохождении военной службы, постоянно или временно выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооружённых конфликтах, на период выполнения этих задач устанавливаются оклады по воинским должностям и оклады по воинским званиям в двойном размере.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 марта 1994 г. N 280 "О порядке установления факта выполнения военнослужащими и иными лицами задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах и предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций", принятым в соответствии со статьей 7 вышеуказанного Закона, предусмотрено, что военнослужащие и сотрудники органов внутренних дел, выполняющие задачи по установлению мира, законности и правопорядка, нормализации обстановки на территории Республики Северная Осетия и Ингушской Республики находятся в условиях чрезвычайного положения, в связи с чем им предоставляются соответствующие дополнительные гарантии и компенсации.

Пунктом 2 постановления Правительства Российской Федерации от 31 марта 1994 г. N 280 "О порядке установления факта выполнения военнослужащими и иными лицами задач в условиях чрезвычайного положения и при вооружённых конфликтах и предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций" установлено предоставлять военнослужащим и сотрудникам дополнительные гарантии и компенсации только за время фактического выполнения ими задач на территории, где введено чрезвычайное положение, либо в местности, которая отнесена к зоне вооружённого конфликта (но не ранее дня введения на соответствующей территории чрезвычайного положения или отнесения местности к зоне вооружённого конфликта и не позднее дня отмены чрезвычайного положения или решения об отнесении к зоне вооружённого конфликта, определённых Правительством Российской Федерации), и предусмотрено, что периоды выполнения военнослужащими и сотрудниками задач в условиях чрезвычайного положения и при вооружённых конфликтах оформляются приказами командиров воинских частей, начальников штабов, оперативных и иных групп.

Таким образом, названные дополнительные гарантии и компенсации могли предоставляться исключительно за время фактического участия в выполнении задач на определённых территориях, оформленных соответствующими приказами.

Тем самым, фактическое участие в выполнении соответствующих задач должно быть доказано по делу в соответствии с требованиями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (часть 1 статьи 56).

Суд в нарушение названного требования процессуального законодательства и при отсутствии доказательств, подтверждающих фактическое выполнение Оздоевым Р.Б. задач на территории, где введено чрезвычайное положение, либо в местности, которая отнесена к зоне вооружённого конфликта, удовлетворил исковые требования. При этом приказов руководителя прокуратуры Республики Ингушетия либо Генерального прокурора Российской Федерации, свидетельствующих о выполнении прокурорскими работниками Республики Ингушетия соответствующих задач в условиях чрезвычайного положения и при вооружённых конфликтах, не имелось.

Кроме того, действие приведённого пункта распространено на прокурорских работников пунктом 2 постановления Правительства Российской Федерации N 649 от 29 октября 2005 г. "О внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 г. N 942" с 11 ноября 2005 г.

В данном случае суд в нарушение Указа Президента Российской Федерации от 23 мая 1996 г. N 763 "О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти" придал обратную силу постановлению Правительства Российской Федерации N 649 от 29 октября 2005 г. (п. 2), в связи с чем неправомерно удовлетворил требования истца в указанной части за период до вступления в силу постановления Правительства Российской Федерации N 649 от 29 октября 2005 г.

Как усматривается из содержания судебного решения, суд также незаконно произвёл расчёт задолженности по дополнительным денежным выплатам исходя из полного денежного содержания Оздоева Р.Б. (должностной оклад, доплата за классный чин, выслугу лет, особые условия службы, доплата за сложность, напряжённость и высокие достижения в труде) со ссылкой на статью 44 Федерального закона от 17 января 1992 г. N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации", в редакции на момент возникновения спорных правоотношений предусматривавшей, что денежное содержание прокурорских работников состоит из должностного оклада; доплат за классный чин, выслугу лет, особые условия службы (в размере 50 процентов должностного оклада); доплат за сложность, напряжённость и высокие достижения в труде. Тогда, как положениями Закона Российской Федерации от 21 января 1993 г. N 4328-1 "О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территории государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах" установлено увеличение исключительно окладов по должности и по воинским званиям, а не целого денежного содержания при выполнении задач в условиях чрезвычайного положения и при вооружённых конфликтах.

Кроме того, как усматривается из материалов дела, обращаясь с настоящим иском, Оздоев Б.О. ссылался на нарушение прав его сына - Оздоева Р.Б., признанного безвестно отсутствующим с 11 марта 2004 г., который работал в органах прокуратуры Республики Ингушетия.

Вместе с тем, согласно части 2 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства не входят права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя.

Из содержания статьи 1183 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что суммы начисленной заработной платы и приравненных к ней платежей и оставшиеся неполученными наследодателем при жизни переходят по наследству.

Таким образом, правом взыскания задолженности по дополнительным гарантиям и компенсациям за время выполнения задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте, как следует из вышеприведенных норм права, обладает исключительно тот гражданин, которому производилась выплата заработной платы (денежного содержания) без учета указанных гарантий и компенсаций, поскольку такое право связано с его личным субъективным правом.

В связи с тем, что Оздоеву Р.Б. не были начислены указанные денежные суммы, на получение которых претендует Оздоев Б.О., согласно ст. 1112 ГК РФ они не входят в состав наследственного имущества. Поскольку данные выплаты неразрывно связаны с личностью наследодателя, то требования последнего не основаны на законе.

С учётом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что решение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 21 июня 2007 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 12 июля 2007 г. нельзя признать законными и они подлежат отмене.

Поскольку обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, судом первой инстанции установлены, Судебная коллегия находит возможным, отменяя судебные постановления, принять новое решение, не передавая дело на новое рассмотрение, об отказе Оздоеву Б.О. в удовлетворении заявленных исковых требований.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

решение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 21 июня 2007 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 12 июля 2007 г. отменить. Принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Оздоева Б.О. к прокуратуре Республики Ингушетия о взыскании задолженности по дополнительным гарантиям и компенсациям за время выполнения задач в условиях чрезвычайного положения и при вооружённом конфликте отказать.


Председательствующий

Горохов Б.А.


Судьи

Назарова A.M.



Гуляева Г.А.



Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10 декабря 2010 г. N 26-В10-59


Текст определения официально опубликован не был


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение