Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23 марта 2010 г. N 26-В10-1 "Права, свободы и законные интересы граждан, признанных судом недееспособными, защищает в судебном процессе их опекун. Требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, рассматривается с участием Минфина России в лице управления Федерального казначейства по соответствующему субъекту Российской Федерации" (извлечение)

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23 марта 2010 г. N 26-В10-1
"Права, свободы и законные интересы граждан, признанных судом недееспособными, защищает в судебном процессе их опекун. Требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, рассматривается с участием Минфина России в лице управления Федерального казначейства по соответствующему субъекту Российской Федерации"
(извлечение)


А. обратилась в Сунженский районный суд Республики Ингушетия с исковым заявлением к Минфину России о компенсации морального вреда, причиненного Г. незаконным привлечением к уголовной ответственности, указав, что является законным представителем Г., признанного судом недееспособным.

Определением судьи Сунженского районного суда Республики Ингушетия от 27 января 2009 г. исковое заявление А. возвращено без рассмотрения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия от 26 февраля 2009 г. определение судьи Сунженского районного суда Республики Ингушетия от 27 января 2009 г. отменено и принято новое определение об оставлении искового заявления без рассмотрения.

В надзорной жалобе А. ставился вопрос об отмене вынесенных судебных постановлений.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ надзорную жалобу удовлетворила, указав следующее.

Согласно ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При решении вопроса о принятии к производству суда искового заявления А. существенные нарушения норм процессуального права были допущены судами первой и кассационной инстанций, что выразилось в следующем.

Возвращая А. исковое заявление о компенсации морального вреда на основании ч. 2 ст. 135 ГПК РФ, судья районного суда исходил из того, что подсудность возникшего спора определяется по нормам ст. 28 ГПК РФ, в соответствии с которой иск к организации предъявляется в суд по месту нахождения организации. Поскольку Минфин России расположен в г. Москве, то исковое заявление А. неподсудно Сунженскому районному суду Республики Ингушетия.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия, отменяя определение судьи Сунженского районного суда Республики Ингушетия от 27 января 2009 г., руководствуясь ст. 222 ГПК РФ, пришла к выводу о том, что исковое заявление подано лицом, не имеющим полномочий на его подписание или предъявление иска, и приняла новое определение об оставлении искового заявления А. без рассмотрения.

Судебная коллегия не согласилась с вынесенными судебными постановлениями, поскольку они основаны на неправильном применении норм права.

А. как законный представитель Г., незаконно привлеченного к уголовной ответственности, обратилась в Сунженский районный суд с исковым заявлением к Минфину России о возмещении морального вреда.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (ч. 1 ст. 45, ст. 46).

Согласно ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Приказом Минфина России N 114н и Федерального казначейства РФ N 9н от 25 августа 2006 г. "О порядке организации и ведения работы по представлению в судебных органах интересов Министерства финансов Российской Федерации и интересов Правительства Российской Федерации в случаях, когда их представление поручено Министерству финансов Российской Федерации" на управления федерального казначейства по субъектам Российской Федерации возложены организация и ведение в судах работы по выступлению от имени казны Российской Федерации на основании доверенностей, выданных Минфином России, представление в судебных органах интересов Минфина России и интересов Правительства РФ в случаях, когда их представление поручено Минфину России.

Таким образом, по делам о взыскании денежных средств за счет казны Российской Федерации от ее имени должен выступать Минфин России в лице управления федерального казначейства по соответствующему субъекту Российской Федерации, т.е. в данном случае Управление федерального казначейства по Республике Ингушетия.

Эти требования не были учтены судом первой инстанции, и судья незаконно возвратил исковое заявление А.

Суд кассационной инстанции, правильно отменяя определение суда первой инстанции, в то же время не дал оценки нарушению, допущенному судом первой инстанции, и вынес постановление, основанное на неправильном применении норм права.

Г. признан недееспособным решением Сунженского районного суда Республики Ингушетия от 21 октября 2008 г. 25 ноября 2008 г. постановлением администрации Сунженского района над Г. установлена опека А.

В соответствии с ч. 5 ст. 37 ГПК РФ права, свободы и законные интересы граждан, признанных недееспособными, защищают в процессе их законные представители - родители, усыновители, опекуны, попечители или иные лица, которым это право предоставлено федеральным законом.

Права и обязанности опекунов, которыми они наделяются для защиты прав и интересов недееспособных граждан в целях восполнения их дееспособности и социальной заботы о них, определяются гражданским законодательством (ст.ст. 31, 32, 34-36, 39 и 40 ГК РФ). При этом согласно Федеральному закону от 24 апреля 2008 г. N 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве" (далее - Закон об опеке) опекуны являются законными представителями своих подопечных и вправе выступать в защиту их прав и законных интересов в любых отношениях без специального полномочия (ст.ст. 2 и 15).

Таким образом, вывод судебной коллегии о том, что исковое заявление подписано А., не имеющей полномочий представлять интересы Г. в суде, не соответствует вышеприведенным правовым нормам.

Также неправомерно утверждение суда кассационной инстанции о том, что право на компенсацию морального вреда, являясь личным правом гражданина, не может быть кому-либо передоверено.

Согласно ч. 1 ст. 150 ГК РФ признаком неотчуждаемости и непередаваемости обладают личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона. К их числу относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация и т.д.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абз. 1 ст. 151 ГК РФ).

Таким образом, компенсация морального вреда является одним из способов защиты нематериальных благ, личных неимущественных прав, осуществление которого в интересах недееспособных граждан, учитывая положения Закона об опеке, возложено на их законных представителей.

Однако суд этого не учел, что привело к неправильному разрешению вопроса о принятии к производству суда искового заявления А. и нарушению прав Г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила определение Сунженского районного суда Республики Ингушетия от 27 января 2009 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия от 26 февраля 2009 г. и направила материал по иску А. в интересах Г. к Минфину России о компенсации морального вреда в Сунженский районный суд для решения вопроса о принятии к производству.



Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23 марта 2010 г. N 26-В10-1 "Права, свободы и законные интересы граждан, признанных судом недееспособными, защищает в судебном процессе их опекун. Требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, рассматривается с участием Минфина России в лице управления Федерального казначейства по соответствующему субъекту Российской Федерации" (извлечение)


Текст Определения опубликован в Бюллетене Верховного Суда Российской Федерации, январь 2011 г., N 1


Текст документа на сайте мог устареть

Вы можете заказать актуальную редакцию полного документа и получить его прямо сейчас.

Или получите полный доступ к системе ГАРАНТ бесплатно на 3 дня


Получить доступ к системе ГАРАНТ

(1 документ в сутки бесплатно)

(До 55 млн документов бесплатно на 3 дня)


Чтобы приобрести систему ГАРАНТ, оставьте заявку и мы подберем для Вас индивидуальное решение