Обзор Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа "Обобщение практики Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа за второе полугодие 2008 года"

 

1. Споры, связанные с уплатой единого социального налога и налога на доходы
физических лиц, за период со второго полугодия 2007 года по 2008 год

 

1.1. Глава крестьянского хозяйства не может быть привлечен к налоговой ответственности за непредставление налоговой декларации по ЕСН для глав КФХ, если он не приобрел статус предпринимателя, а хозяйство в соответствии с законодательством сохранило статус юридического лица.

Примечание: с 01.01.2007 утратили силу положения пункта 1 статьи 235 Налогового кодекса Российской Федерации о том, что в целях главы 24 Кодекса члены крестьянского (фермерского) хозяйства приравниваются к индивидуальным предпринимателям.

Налоговая инспекция провела камеральную проверку уточненной налоговой декларации крестьянского фермерского хозяйства (далее - хозяйство) по ЕСН для индивидуальных предпринимателей, глав крестьянских (фермерских) хозяйств, адвокатов за 2006 год. По результатам проверки в отношении хозяйства составлен акт и вынесено решение, которым налоговая инспекция доначислила хозяйству ЕСН. Решение мотивировано тем, что глава хозяйства в нарушение требований пункта 1 статьи 235 Налогового кодекса Российской Федерации не уплатил ЕСН с доходов членов крестьянского (фермерского) хозяйства.

Отменяя указанное решение налоговой инспекции, суды первой и кассационной инстанций указали следующее.

Согласно статье 23 Федерального закона от 11.07.2003 N 74-ФЗ "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" крестьянские хозяйства, которые созданы как юридические лица в соответствии с Законом N 348-1 "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", вправе сохранить статус юридического лица на период до 1 января 2010 года.

Суд установил, что хозяйство зарегистрировано в качестве юридического лица в 1992 году. На момент проведения проверки являлось юридическим лицом, поскольку сохранило указанный статус до 1 января 2010 года. Глава хозяйства являлся выборным должностным лицом хозяйства, его руководителем и в силу пункта 2 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации не может быть признан предпринимателем.

Глава хозяйства не приобрел статус индивидуального предпринимателя, что подтверждается также представленной налоговой инспекцией справкой, свидетельствующей об отсутствии информации о включении его в базу данных Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей и присвоении государственного регистрационного номера.

У налогового органа отсутствовали правовые основания для доначисления хозяйству ЕСН.

1.2. Для целей обложения ЕСН не являются премиальным вознаграждением выплаты, которые производились не из чистой прибыли организации, носят систематический характер и обусловлены экономическими показателями работы организации.

Налоговый орган решением начислил обществу недоимку и пени по ЕСН; пени по НДФЛ; привлек общество к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неуплату ЕСН, по пункту 1 статьи 123 Ко декса за неудержание и неперечисление НДФЛ.

Оставляя без изменения решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части отказа в признании решения налоговой инспекции недействительным, суд кассационной инстанции указал следующее.

Статьей 237 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что налоговая база налогоплательщиков единого социального налога определяется как сумма выплат и иных вознаграждений, предусмотренных пунктом 1 статьи 236 Кодекса, начисленных работодателями за налоговый период в пользу работников.

В соответствии с пунктом 1 статьи 236 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения для налогоплательщиков, указанных в абзацах 2 и 3 подпункта 1 пункта 1 статьи 235 Кодекса, признаются выплаты и иные вознаграждения, начисляемые налогоплательщиками в пользу физических лиц по трудовым и гражданско-правовым договорам, предметом которых является выполнение работ, оказание услуг (за исключением вознаграждений, выплачиваемых индивидуальным предпринимателям), а также по авторским договорам. Согласно пункту 3 статьи 236 Налогового кодекса Российской Федерации указанные выплаты и вознаграждения (вне зависимости от формы, в которой они производятся) не признаются объектом налогообложения, если у налогоплательщиков-организаций такие выплаты не отнесены к расходам, уменьшающим налоговую базу по налогу на прибыль организаций в текущем отчетном (налоговом) периоде. В силу статьи 255 Налогового кодекса Российской Федерации в расходы налогоплательщика на оплату труда включаются любые начисления работникам в денежной и (или) натуральной формах, стимулирующие начисления и надбавки, компенсационные начисления, связанные с режимом работы или условиями труда, премии и единовременные поощрительные начисления, расходы, связанные с содержанием этих работников, предусмотренные нормами законодательства Российской Федерации, трудовыми договорами (контрактами) и (или) коллективными договорами.

Согласно пункту 2 статьи 255 Налогового кодекса Российской Федерации к расходам на оплату труда в целях главы 25 Кодекса относятся, в частности, начисления стимулирующего характера, в том числе премии за производственные результаты, надбавки к тарифным ставкам и окладам за профессиональное мастерство, высокие достижения в труде и иные подобные показатели. На основании пунктов 1, 21 и 22 статьи 270 Налогового кодекса Российской Федерации при определении налоговой базы не учитываются расходы в виде сумм начисленных налогоплательщиком дивидендов и других сумм распределяемого дохода. Расходы на любые виды вознаграждений, предоставляемых руководству или работникам помимо вознаграждений, выплачиваемых на основании трудовых договоров (контрактов), не принимаются в целях налогообложения прибыли. Расходы в виде премий, выплачиваемых работникам за счет средств специального назначения или целевых поступлений, также не учитываются в целях налогообложения прибыли.

Суды установили, что выплаты за ноябрь и декабрь 2005 года и за первое полугодие 2006 года, рассматриваемые обществом в качестве премий, начислялись параллельно с заработной платой, производились систематически (как правило, ежемесячно) и обусловлены хорошими экономическими показателями работы предприятия. Согласно объяснениям работников общества и пояснениям самого налогоплательщика ряд сотрудников данные выплаты получал исключительно по ведомостям, не учтенным при налогообложении, в качестве заработной платы, а для части из них эти выплаты являлись единственными.

Кроме того, общество не имело в спорный период прибыли, оставшейся в распоряжении общества после налогообложения (чистой прибыли), в размере, достаточном для осуществления спорных выплат. Выплаты производились в счет будущей прибыли.

С учетом изложенного выплаченные суммы вознаграждений фактически являются оплатой труда работников общества и, следовательно, объектом обложения ЕСН.

1.3. Для целей обложения НДФЛ и ЕСН подотчетные суммы могут быть включены в доход физического лица только в случае доказанности факта фиктивности документов, представленных с авансовыми отчетами, подтверждения отсутствия закупки товара, приобретенного на подотчетные суммы,, и списания данных сумм с подотчетного лица.

Суд кассационной инстанции оставил без изменения постановление суда апелляционной инстанции, которым признано недействительным решение налоговой инспекции в части доначисления ЕСН и НДФЛ, соответствующих пени и штрафов. Суды руководствовались следующим.

Согласно статьям 209 и 210 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) объектом налогообложения налогом на доходы физических лиц признается доход, полученный налогоплательщиками, как в денежной, так и в натуральной форме, или право на распоряжение которыми у него возникло. Пунктом 1 статьи 236 Кодекса (в редакции Федерального закона от 29.12.2000 N 166-ФЗ) предусмотрено, что объектом налогообложения для налогоплательщиков, указанных в абзаце втором - пятом подпункта 1 пункта 1 статьи 235 Кодекса, признаются выплаты и иные вознаграждения, начисляемые работодателями в пользу работников по всем основаниям.

В силу пункта 1 статьи 236 Кодекса (в редакции Федерального закона от 31.12.2001 N 198-ФЗ) объектом налогообложения единым социальным налогом для налогоплательщиков, указанных в абзаце втором подпункта 1 пункта 1 статьи 235 Кодекса, признаются выплаты и иные вознаграждения по трудовым и гражданско-правовым договорам, предметом которых является выполнение работ, оказание услуг (за исключением вознаграждений, выплачиваемых индивидуальным предпринимателям), а также по авторским договорам.

Согласно разъяснению, содержащемуся в письме Государственной налоговой службы Российской Федерации от 20.10.1995 N ПВ-4-17/69н "О методических рекомендациях по исчислению совокупного годового дохода и начислению подоходного налога в организациях", подотчетными лицами считаются работники организации, получившие авансом денежные средства из кассы. В подотчет выдаются деньги для предстоящих командировочных расходов, а также для оплаты хозяйственных (канцелярских, почтово-телеграфных) расходов, расходов, связанных с приобретением материалов по мелкому опту в розничной торговле, и на другие расходы (К-т сч. 50 Д-т сч. 71). Денежные средства в подотчет выдаются по расходным кассовым ордерам и должны расходоваться строго по назначению. По полученным денежным средствам подотчетные лица должны составить авансовый отчет с приложением оправдательных документов за купленный товар (товарные чеки, проездные документы) и представить их бухгалтеру. В случае, когда в авансовом отчете нет оправдательных документов (товарных чеков), следует проверить наличие его прихода. Если купленный материал не оприходован, следует подотчетную сумму зачесть в совокупный доход подотчетного лица. Порядок выдачи и отчетности в использовании подотчетных сумм устанавливается приказом руководителя организации.

Суд апелляционной инстанции установил, что подотчетные лица отчитывались за полученные денежные средства путем представления авансовых отчетов, квитанций к приходным кассовым ордерам, счетов-фактур, товарных чеков, контрольно-кассовых чеков и накладных. Доказательства того, что приобретенный товар не был оприходован в учете общества, не предоставлены.

Налоговый орган не принял авансовые отчеты за 2001 - 2003 годы на том основании, что первичные бухгалтерские документы составлены с нарушением требований Федерального закона от 27.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете".

Суды с указанным выводом не согласились, так как подотчетные суммы могут быть включены в доход физического лица только в случае доказанности факта фиктивности документов, представленных с авансовыми отчетами, подтверждения отсутствия закупки товара, приобретенного на подотчетные суммы, и списания данных сумм с подотчетного лица. Такие доказательства в материалы дела не представлены.

Материалами дела подтверждается, что в проверяемый период обществом через подотчетных лиц фактически закупались товары, которые впоследствии реализовывались как в розничной, так и в оптовой торговле, что налоговым органом не опровергнуто.

1.4. В состав профессиональных налоговых вычетов при исчислении НДФЛ не могут быть включены расходы, связанные с уплатой НДС при приобретении товаров (работ, услуг).

В постановлении от 23.01.2008 по делу N А53-14473/2006-С6-44 суд кассационной инстанции отклонил довод предпринимателя о неправомерном невключении судами первой и апелляционной инстанций в состав профессионального налогового вычета по НДФЛ сумм НДС, уплаченных налогоплательщиком в проверяемый период.

Согласно пункту 1 статьи 221, пункту 1 статьи 227 Налогового кодекса Российской Федерации при исчислении налоговой базы предприниматели имеют право на получение профессиональных налоговых вычетов в сумме фактически произведенных ими и документально подтвержденных расходов, непосредственно связанных с извлечением доходов.

При этом состав указанных расходов, принимаемых к вычету, определяется налогоплательщиком самостоятельно в порядке, аналогичном порядку определения расходов для целей налогообложения, установленному главой Кодекса "Налог на прибыль организации".

В целях статьи 221 Налогового кодекса Российской Федерации к расходам налогоплательщика относятся также суммы налогов, предусмотренных действующим законодательством о налогах и сборах для видов деятельности, указанных в статье 221 Кодекса (за исключением НДФЛ), исчисленные либо уплаченные им за налоговый период.

Суд кассационной инстанции указал, что поскольку глава 25 Налогового кодекса Российской Федерации не предусматривает возможность уменьшить полученные доходы при исчислении налога на прибыль на суммы НДС, уплаченные при приобретении товаров (работ, услуг, имущественных прав), то данные расходы не могут быть включены предпринимателем в состав вычетов при исчислении НДФЛ.

1.5. Доход в виде вознаграждения за труд лицам, проходящим трудовую реабилитацию, является объектом налогообложения НДФЛ.

Предприятие создано в соответствии с Положением о лечебно-производственных государственных предприятиях для проведения трудовой терапии, обучения новым профессиям и трудоустройства на этих предприятиях лиц, страдающих психическими расстройствами, включая инвалидов, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 25.05.1994 N 522 "О мерах по обеспечению психиатрической помощью и социальной защите лиц, страдающих психическими расстройствами". Налоговая инспекции решением доначислила предприятию НДФЛ, соответствующие пени и штраф.

Суд кассационной инстанции оставил без изменения решение суда первой инстанции об отмене указанного решения налоговой инспекции в части. Судебные акты мотивированы следующим.

Согласно статье 24 Налогового кодекса Российской Федерации налоговыми агентами признаются лица, на которых возложены обязанности по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению в соответствующий бюджет (внебюджетный фонд) налогов. Налоговые агенты обязаны правильно и своевременно исчислять, удерживать из средств, выплачиваемых налогоплательщикам, и перечислять в бюджеты (внебюджетные фонды) соответствующие налоги. За неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на него обязанностей налоговый агент несет ответственность согласно законодательству Российской Федерации.

В соответствии со статьей 208 Налогового кодекса Российской Федерации к доходам от источников в Российской Федерации, подлежащим обложению НДФЛ, относится вознаграждение за выполнение трудовых или иных обязанностей, выполненную работу, оказанную услугу, совершение действия в Российской Федерации.

Поскольку предприятие выплачивало вознаграждение за труд лицам, проходящим трудовую реабилитацию, оно обязано удерживать НДФЛ.

2. Споры, возникающие из договоров энергоснабжения,
за период с 2007 по 2008 год

 

2.1. Энергоснабжающая организация вправе требовать включения в договор энергоснабжения, заключаемый с исполнителем коммунальных услуг, условия о расчете за потребленную электроэнергию по общему прибору учета, установленному на вводе в жилой дом.

Товарищество собственников жилья (далее - ТСЖ) обратилось в арбитражный суд с иском к энергосбытовой организации об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора энергоснабжения: энергосбытовая организация предлагала включить условие об определении количества потребленной электроэнергии по общему прибору учета, установленному на вводе в дом, а ТСЖ - по приборам учета, расположенным в квартирах многоквартирного дома. Истец обосновал свои требования тем, что основными потребителями электроэнергии в многоквартирном жилом доме являются граждане, которые имеют индивидуальные приборы учета энергии.

Решением суда первой инстанции ТСЖ отказано в иске, спорные условия приняты в редакции энергосбытовой организации. Решение мотивировано тем, что по условиям договора энергоснабжения ТСЖ приобретает электроэнергию для снабжения всего многоквартирного дома; истец является исполнителем коммунальных услуг, поэтому ответчик правомерно требует учитывать потребление электроэнергии по общему прибору учета на вводе в жилой дом.

Суд кассационной инстанции оставил решение без изменения, исходя из следующего. Согласно пунктам 3, 4 Правил предоставления коммунальных услуг гражданам (утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 23.05.2006 N 307) коммунальные услуги предоставляются потребителю в порядке, предусмотренном федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и этими Правилами, на основании договора, содержащего условия предоставления коммунальных услуг и заключаемого исполнителем с собственником жилого помещения в соответствии с законодательством Российской Федерации. Исполнителем является юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, предоставляющие коммунальные услуги, производящие или приобретающие коммунальные ресурсы и отвечающие за обслуживание внутридомовых инженерных систем, с использованием которых потребителю предоставляются коммунальные услуги. Исполнителем могут быть управляющая организация, товарищество собственников жилья, жилищностроительный, жилищный или иной специализированный потребительский кооператив, а при непосредственном управлении многоквартирным домом собственниками помещений - иная организация, производящая или приобретающая коммунальные ресурсы.

В данном случае ТСЖ заключает с энергоснабжающей организаций договор энергоснабжения для оказания коммунальных услуг жильцам многоквартирного дома.

В силу пункта 22 Правил предоставления коммунальных услуг гражданам собственники помещений в многоквартирном доме несут обязательства по оплате коммунальных услуг, исходя из показаний коллективного (общедомового) прибора учета.

В соответствии с пунктом 89 Правил функционирования розничных рынков электрической энергии в переходный период реформирования электроэнергетики, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 31.08.2006 N 530 (далее - Правила N 530), исполнитель коммунальных услуг на основании договора энергоснабжения (договора купли-продажи (поставки) электрической энергии) и в соответствии с названными Правилами приобретает электрическую энергию у гарантирующего поставщика (энергосбытовой организации) для целей оказания собственникам и нанимателям жилых помещений в многоквартирном доме и собственникам жилых домов коммунальной услуги электроснабжения, использования на общедомовые нужды (освещение и иное обслуживание с использованием электрической энергии межквартирных лестничных площадок, лестниц, лифтов и иного общего имущества в многоквартирном доме), а также для компенсации потерь электроэнергии во внутридомовых электрических сетях. При этом количество приобретаемой исполнителем коммунальных услуг у гарантирующего поставщика (энергосбытовой организации) электрической энергии определяется на границе балансовой принадлежности электрических сетей сетевой организации и внутридомовых электрических сетей.

Потери электроэнергии во внутридомовых электрических сетях определяются исполнителем коммунальных услуг как разность между объемом электрической энергии, приобретенным на границе балансовой принадлежности электрических сетей сетевой организации, и внутридомовых электрических сетей, объемом использования электрической энергии на общедомовые нужды и объемом оказанных потребителям коммунальных услуг электроснабжения.

Таким образом, предложенное энергоснабжающей организацией условие договора о расчете за потребленную ТСЖ (абонентом) электроэнергию по общему прибору учета, установленному на вводе в жилой дом, является правомерным.

2.2. Нарушение сетевой организацией обязательств по оплате электрической энергии, приобретаемой этой организацией в целях компенсации потерь в электрических сетях, не может служить основанием для прекращения (ограничения) подачи сетевой организации электроэнергии, если это приводит к ущемлению прав и законных интересов конечных потребителей энергии.

Сбытовая организация обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными решения и предписания антимонопольного органа, которыми действия сбытовой организации по ограничению подачи электроэнергии сетевой организации признаны не соответствующими антимонопольному законодательству, так как такие действия привели к нарушению прав потребителей энергии, надлежаще исполняющих свои обязательства по оплате.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в удовлетворении заявленных требований отказано. Суд установил, что сбытовая организация заключила с сетевой организацией и смежной сетевой организацией договоры на оказание услуг по передаче энергии конечным потребителям. В связи с нарушением сетевой организацией сроков оплаты энергии, приобретенной в целях компенсации потерь в сетях, смежная сетевая организация по заявке сбытовой организации отключила ряд фидеров сетевой организации, к которым были присоединены конечные потребители энергии. Суд пришел к выводу, что антимонопольный орган правомерно признал действия сбытовой организации по ограничению подачи потребителям электроэнергии противоречащими статье 546 Гражданского кодекса Российской Федерации, статье 38 Федерального закона "Об электроэнергетике", пунктам 168, 170, 171, 173, 175, 178 Правил N 530.

Суд кассационной инстанции оставил судебные акты без изменения, исходя из следующих норм права.

Согласно статье 3 названного Закона потребителями электрической энергии являются лица, приобретающие ее для собственных бытовых и (или) производственных нужд. Электроэнергия, приобретаемая сетевой организацией в целях компенсации потерь в электрических сетях, используется не для собственного потребления, а исключительно для восполнения в сетях объема энергии, доставляемого до потребителей и необходимого для надлежащего исполнения сбытовой компанией своих обязательств перед абонентами по договорам купли-продажи (поставки) электроэнергии.

В спорных правоотношениях сетевая организация не является потребителем энергии, а оказывает сбытовой организации возмездные услуги по передаче энергии абонентам (статьи 3, 37 Федерального закона "Об электроэнергетике", пункт 3 Правил N 530). Следовательно, к спорным отношениям между сетевой и сбытовой организациями не могут применяться положения раздела 13 названных Правил, определяющие порядок полного (частичного) ограничения режима потребления электроэнергии в случае нарушения потребителем своих обязательств.

В результате действий сбытовой организации, инициировавшей ограничение режима потребления электроэнергии, прекращена подача энергии потребителям, своевременно оплачивающим текущее электропотребление.

Согласно пункту 1 статьи 38 Федерального закона "Об электроэнергетике" энергосбытовые организации, гарантирующие поставщики и территориальные сетевые организации (в пределах своей ответственности) отвечают перед потребителями за надежность обеспечения их электрической энергией и ее качество в соответствии с техническими регламентами и иными обязательными требованиями. Запрещается ограничение режима потребления электрической энергии, в том числе его уровня, в отношении потребителей электрической энергии, не имеющих задолженности по оплате электроэнергии и исполняющих иные предусмотренные законодательством Российской Федерации и соглашением сторон обязательства.

В силу пункта 168 Правил N 530 в отношении потребителей (отдельных объектов), ограничение режима потребления которых может привести к возникновению угрозы жизни и здоровью людей, экологической безопасности либо безопасности государства, а также в отношении потребителей, ограничение режима потребления которых ниже уровня аварийной брони не допускается, применяется специальный порядок введения ограничения режима потребления. Перечень потребителей (отдельных объектов), ограничение режима потребления которых ниже уровня аварийной брони не допускается, приведен в приложении N 6.

К потребителям (объектам), ограничение режима потребления которых ниже уровня аварийной брони не допускается, в приложении N 6 указаны, в частности, объекты органов государственной власти и управления, медицинские учреждения и учреждения социального обеспечения, организации связи; объекты водоснабжения и канализации, объекты вентиляции и водоотлива.

От фидеров сетевой организации, отключенных от электроснабжения, запитаны не только коммерческие организации и многоквартирные жилые дома, но также больница, госпиталь ветеранов, детские дошкольные учреждения и средние образовательные школы, котельные и очистные сооружения. Таким образом, по существу прекращена подача энергии не сетевой организации, а конкретным потребителям (абонентам сбытовой организации), в том числе тем, ограничение которых ниже аварийной брони не допускается, в связи с чем решение и предписание антимонопольного органа в отношении сбытовой организации признаны соответствующими закону и иным нормативным правовым актам.

2.3. Включение публичной стороной в проект договора поставки газа условий, с которыми не согласен потребитель, само по себе не свидетельствует о навязывании ему невыгодных условий.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными решения и предписаний антимонопольного органа. Указанными ненормативными актами общество признано злоупотребляющим доминирующим положением и совершившим действия, результатом которых может являться ущемление интересов других лиц, то есть нарушившим часть 1 статьи 10 Федерального закона "О защите конкуренции"; на общество возложена обязанность - прекратить навязывание невыгодных условий договоров, исключив из оферты ряд пунктов и приведя другие пункты в соответствие с законом.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, решение и предписание антимонопольного органа признаны недействительными.

Суд установил, что общество (поставщик газа) направило ряду лиц проекты договоров поставки газа. Покупатели представили поставщику протоколы разногласий, предложив исключить из договора некоторые пункты, и, не получив согласия поставщика, обратились в антимонопольный орган с заявлениями о привлечении общества к ответственности за нарушение антимонопольного законодательства и обязании его исключить из договоров спорные пункты. Суд пришел к выводу, что антимонопольный орган не доказал нарушение действиями общества Федерального закона "О защите конкуренции" и необоснованно вмешался в гражданско-правовые отношения между поставщиком и его контрагентами на стадии преддоговорного спора, подлежащего разрешению в судебном порядке.

Суд кассационной инстанции оставил судебные акты без изменения, исходя из следующих оснований.

В соответствии со статьей 10 Федерального закона "О защите конкуренции" запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц, в том числе навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора.

Содержащиеся в оферте предложения о включении в договор тех или иных условий не являются обязательными и сами по себе не могут расцениваться как навязывание контрагенту невыгодных условий, поскольку у лиц, заключающих публичный договор, имеется право на передачу на рассмотрение суда возникших при заключении договора разногласий (статьи 445, 446 Кодекса).

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 N 30 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства" указано, что суд или антимонопольный орган вправе признать нарушением антимонопольного законодательства и иные действия (бездействие), кроме установленных частью 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, поскольку приведенный в названной части перечень не является исчерпывающим. При этом, оценивая такие действия (бездействие) как злоупотребление доминирующим положением, следует учитывать положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 10, части 1 статьи 13 Федерального закона "О защите конкуренции", и, в частности, определять, были совершены данные действия в допустимых пределах осуществления гражданских прав либо ими налагаются на контрагентов неразумные ограничения или ставятся необоснованные условия реализации контрагентами своих прав. Необходимо учитывать, что, прекращая нарушение антимонопольного законодательства, антимонопольный орган не вправе в рамках своей компетенции разрешать гражданско-правовые споры хозяйствующих субъектов.

Вывод судебных инстанций о том, что само по себе предложение о включении в договор тех или иных условий не является их навязыванием контрагенту, не противоречит приведенным разъяснениям, так как подобные действия не выходят за допустимые пределы осуществления гражданских прав.

2.4. Законодательство в области газоснабжения не предусматривает отнесение к категории коммунально-бытовых потребителей (либо приравненных к ним) любого участника рынка газа в отношении той части газа, которая используется в конечном итоге на коммунально-бытовые нужды.

Поставщик газа обратился в арбитражный суд с иском к покупателю о взыскании долга за принятые объемы газа, поскольку покупатель отказался оплачивать допущенный им суточный перерасход газа с применением повышающих коэффициентов, установленных договором и пунктом 17 Правил поставки газа в Российской Федерации (утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 05.02.1998 N 162; далее - Правила N 162).

Решением иск удовлетворен. Суд пришел к выводу о том, что ответчик не относится к категории коммунально-бытовых потребителей, поскольку поставляет тепловую энергию коммерческой организации, а также не доказал приобретение газа для коммунально-бытового потребления. В связи с этим в соответствии с пунктом 17 Правил N 162 отобранный ответчиком сверх установленного договором объем газа должен оплачиваться им с применением повышающего коэффициента.

Постановлением апелляционного суда решение отменено, в иске отказано. Суд пришел к выводу, что при расчете стоимости израсходованного ответчиком сверхдоговорного объема газа повышающий коэффициент применению не подлежит, так как ответчик является поставщиком тепловой энергии в виде отопления и горячей воды жителям поселков, отпуская тепловую энергию через сети коммерческой организации и сети истца.

Суд кассационной инстанции отменил постановление суда апелляционной инстанции и оставил в силе решение, исходя из следующих обстоятельств.

Статья 2 Федерального закона от 31.03.1999 N 69-ФЗ "О газоснабжении в Российской Федерации" под потребителем газа (абонентом газоснабжающей организации) понимает юридическое или физическое лицо, приобретающее (покупающее) газ у поставщика и использующее его в качестве топлива или сырья.

В соответствии с пунктом 17 Правил N 162 при перерасходе газа без предварительного согласования с поставщиком покупатель оплачивает дополнительно объем отобранного им газа сверх установленного договором с применением повышающего коэффициента: с 15 апреля по 15 сентября - 1,1; с 16 сентября по 14 апреля - 1,5. Это правило не применяется к объемам газа, израсходованным населением и коммунально-бытовыми потребителями.

Для отнесения лица к категории коммунально-бытового потребителя должна быть определена цель приобретения им топливно-энергетических ресурсов.

Ответчик, используя поставляемый ему обществом газ, вырабатывает тепловую энергию и поставляет ее коммерческой организации, которая, в свою очередь, самостоятельно реализует тепловую энергию конечным потребителям, в том числе коммунально-бытовым. Апелляционный суд не учел, что в материалах дела отсутствуют доказательства поставки ответчиком тепловой энергии конечным коммунально-бытовым потребителям, а стороны не оспаривают, что доля газа, используемого ответчиком на данные цели, является незначительной.

Довод ответчика о необходимости учета конечного назначения приобретаемого газа - для энергоснабжения населения - отклонен, поскольку законодательство в области газоснабжения не предусматривает отнесение к категории коммунально-бытовых потребителей (либо приравненных к ним) любого участника рынка газа в отношении той части газа, которая используется в конечном итоге на коммунально-бытовые нужды.

2.5. Отсутствие утвержденного тарифа на энергию не освобождает от обязанности оплатить фактическое ее потребление. В этом случае размер платы за энергию необходимо определять на основании заключения специалистов регионального тарифного органа.

Теплоснабжающая организация обратилась в суд с иском к абоненту о взыскании платы за тепловую энергию.

Решением в удовлетворении иска отказано со ссылкой на расторжение договора теплоснабжения, недоказанность факта отпуска тепла в принадлежащие потребителю помещения и количество поставленной в спорные периоды ответчику тепловой энергии.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, иск удовлетворен частично. Суд апелляционной инстанции признал доказанным факт отпуска истцом в спорные периоды тепловой энергии ответчику, правильным метод расчета количества тепловой энергии. При определении размера долга суд не согласился с применением к отношениям сторон тарифа, рассчитанного истцом самостоятельно (неутвержденного уполномоченным органом). Стоимость тепловой энергии исчислена апелляционным судом исходя из тарифа, утвержденного для истца постановлением органа местного самоуправления.

Суд кассационной инстанции отменил судебные акты и направил дело на новое рассмотрение, указав на следующие обстоятельства.

Теплоснабжающая организация и абонент занимают разные помещения одного здания, при этом в спорный период истцу принадлежала котельная, производящая тепловую энергию для отопления здания.

По условиям заключенного сторонами договора теплоснабжения оплата энергии производится абонентом по тарифу, утвержденному в порядке и на условиях, определенных постановлением главы администрации местного самоуправления.

Постановлением глава администрации утвердил для истца тариф на отпускаемую тепловую энергию. За первое полугодие 2006 года истец выставлял ответчику счета на оплату потребленной энергии по указанному тарифу.

За энергию, потребленную абонентом в IV квартале 2006 года и первом полугодии 2007 года, поставщик требовал оплатить по иной, более высокой цене, рассчитанной истцом самостоятельно, исходя из сметы расходов на отопление здания на период отопительного сезона 2006 - 2007 годов.

Статья 1 Федерального закона от 14.04.1995 N 41-ФЗ "О государственном регулировании тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации" (далее - Закон о тарифах) определяет тарифы на электрическую и тепловую энергию как систему ценовых ставок, по которым осуществляются расчеты за электрическую и тепловую энергию (мощность). Государственное регулирование тарифов на электрическую и тепловую энергию осуществляется посредством установления экономически обоснованных тарифов (цен, платы за услуги) на электрическую и тепловую энергию и (или) их предельных уровней (статья 2 Закона).

Статьи 5 и 6 Закона о тарифах определяют компетенцию федеральных и региональных органов исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов. Тарифы на тепловую энергию (за исключением производимой электростанциями, осуществляющими производство в режиме комбинированной выработки электрической и тепловой энергии) устанавливают органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов (статья 6 Закона).

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь указанными нормами Закона о тарифах, не применил предложенную (самостоятельно рассчитанную) управлением цену на тепловую энергию.

Вместе с тем при применении к спорным правоотношениям тарифа, утвержденного постановлением главы администрации местного самоуправления, апелляционный суд не учел следующее.

В силу статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации в предусмотренных законом случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки и т. п.), установленные или регулируемые уполномоченными на то государственными органами.

Статьей 6 Закона о тарифах предусмотрено, что цены на тепловую энергию устанавливают органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов. Редакция закона, действовавшая на момент принятия постановления, не предоставляла органам местного самоуправления полномочий по утверждению тарифов на тепловую энергию, кроме организаций, находящихся в муниципальной собственности, для которых тарифы устанавливались этими органами.

Тариф для учреждения в спорный период уполномоченным органом (Региональной службой по тарифам) не устанавливался. Однако отсутствие утвержденного регулирующим органом тарифа на передаваемую истцом тепловую энергию не может освобождать ответчика от обязанности оплатить фактическое теплопотребление. В то же время размер платы за тепловую энергию формируется регулирующим органом для каждого поставщика тепловой энергии индивидуально. Регулирование ценовых ставок осуществляется уполномоченным органом в соответствии с нормативными правовыми актами в сфере тарифного регулирования, утверждаемыми Правительством Российской Федерации или федеральным органом исполнительной власти.

При отсутствии надлежаще утвержденного тарифа размер платы за тепловую энергию необходимо определять на основании заключения специалистов регионального тарифного органа, привлеченного судом в качестве экспертного учреждения (статья 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Такое заключение, основанное на требованиях нормативных правовых актов в области государственного регулирования тарифов и документах, представленных заинтересованным лицом (поставщиком тепловой энергии), должно подтверждать обоснованность цены, предложенной истцом для расчетов с ответчиком (потребителем энергии). Если специалистами тарифного органа будет установлено, что заявленная поставщиком цена не является завышенной, суд вправе применить ее при разрешении спора.

2.6. Покупатель вправе требовать включить в договор поставки весь объем потребляемого газа, который может выделить ему поставщик. Поставщик не вправе требовать заключения отдельных договоров в отношении газа, поставляемого по регулируемым и нерегулируемым ценам.

Покупатель газа обратился в суд с иском к поставщику газа об обязании ответчика заключить договор на поставку газа и предусмотреть в нем годовой объем поставляемого газа в размере 562 тыс. куб. м.

Решением в иске отказано. Судебный акт мотивирован тем, что предусмотренный в договоре ежегодный объем поставки газа на 2008 - 2012 годы соответствует объему, установленному истцу на 2007 год. Поставщик полностью распределил доведенный объем газа среди покупателей. Заключение договора на условиях истца может повлечь ненадлежащее исполнение обязательств перед указанными покупателями и затронет их интересы.

Суд кассационной инстанции отменил решение и направил дело на новое рассмотрение, исходя из следующего.

Возникшие при заключении договора поставки газа на период с 01.01.2008 по 31.12.2012 разногласия касались ежегодного объема поставки газа. В соответствии с проектом договора в редакции поставщика ежегодный объем поставки газа составляет 418 тыс. куб. м. В протоколе разногласий покупатель предложил согласовать ежегодный объем газа в размере 562 тыс. куб. м. В протоколе согласования разногласий покупатель отклонил предложение об увеличении объема поставляемого газа.

Поставщик сослался на то, что предусмотренный в проекте договора ежегодный объем поставки газа на 2008 - 2012 годы соответствует объему, установленному комбинату на 2007 год, а также пункту 15.3 Основных положений формирования и государственного регулирования цен на газ и тарифов на услуги по его транспортировке на территории Российской Федерации (утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2000 N 1021, в редакции постановления Правительства Российской Федерации от 28.05.2007 N 333), согласно которым поставщики реализуют газ, добываемый ОАО "Газпром" и его аффилированными лицами, по оптовым ценам, определяемым по соглашению сторон в соответствии с пунктами 15.1 и 15.2 Основных положений, при условии обеспечения ежегодного выполнения обязательств по договорам поставки этого газа в объемах, зафиксированных в договорах поставки газа на 2007 год (без учета дополнительных объемов газа, предусмотренных дополнительными соглашениями к указанным договорам). Доведенный обществу объем газа для поставки покупателям полностью распределен между ними, что исключает возможность удовлетворения потребности истца. Поставщик указал, что необходимые покупателю дополнительные объемы газа сверх объемов базового 2007 года приобретаются по договорной цене при наличии заявки.

Суд первой инстанции, принимая указанные доводы, не учел, что в соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, заключенный коммерческой организацией и устанавливающий ее обязанности по продаже товаров, выполнению работ или оказанию услуг, которые такая организация по характеру своей деятельности должна осуществлять в отношении каждого, кто к ней обратился, является публичным. Отказ коммерческой организации от заключения такого договора при наличии возможности предоставить потребителю соответствующие товары, услуги, выполнить для него соответствующие работы не допускается.

Таким образом, единственным основанием, дающим право коммерческой организации отказаться от заключения публичного договора, является отсутствие реальной возможности его заключения.

Поскольку обязанность по заключению публичного договора возложена на коммерческую организацию в силу закона, бремя доказывания отсутствия возможности передать потребителю товары, выполнить соответствующие работы, предоставить услуги возложено на коммерческую организацию (статья 426 Гражданского кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В материалах дела отсутствовали доказательства, свидетельствующие об отсутствии у поставщика возможности поставки газа в заявленном покупателем объеме. В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик не представил документы в обоснование довода о пропорциональном и полном распределении объемов доведенного ему газа между всеми покупателями.

Пункты 15.1 - 15.3 упомянутых Основных положений предусматривают порядок ценообразования при заключении договоров между поставщиками и потребителями газа. При этом каких-либо ограничений на получение газа в большем объеме, чем зафиксировано в договорах на 2007 год, Основные положения не содержат.

Стороны имеют возможность согласовать в договоре поставки, к каким объемам газа применяются оптовые цены, определяемые по соглашению сторон, а к каким объемам - регулируемые цены на газ.

3. Споры, связанные с землепользованием, вопросы выдела доли в праве общей
долевой собственности на земле сельскохозяйственного назначения
за период с 2006 по 2008 год

 

3.1. Распоряжение администрации муниципального образования о резервировании земель является ненормативным правовым актом и требования о его недействительности (незаконности) рассматриваются по правилам главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении дела о признании недействительным распоряжения главы администрации муниципального образования о резервировании земельных участков для муниципальных нужд в целях размещения объектов социальной, инженерной инфраструктуры и жилищного строительства суд исходил из того, что оспариваемый акт является нормативным.

Кассационная инстанция, отменив решение и направив дело на новое рассмотрение, указала следующее.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.01.2003 N 2 "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" разъяснено, что под нормативным правовым актом понимается изданный в установленном порядке акт управомоченного на то органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица, устанавливающий правовые нормы (правила поведения), обязательные для неопределенного круга лиц, рассчитанные на неоднократное применение и действующие независимо от того, возникли или прекратились конкретные правоотношения, предусмотренные актом.

В распоряжении приведен перечень собственников, землепользователей и арендаторов зарезервированных земельных участков, действие данного акта распространяется на определенный круг лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 197 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела об оспаривании затрагивающих права и законные интересы лиц в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности ненормативных правовых актов, государственных органов, органов местного самоуправления рассматриваются арбитражным судом по общим правилам искового производства, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными в настоящей главе.

Поскольку оспариваемое распоряжение является ненормативным актом, в силу приведенных норм дело направлено на новое рассмотрение в первую инстанцию арбитражного суда в единоличном составе.

3.2. Не прошедшие государственной регистрации ограничения прав на землю в связи с ее резервированием для государственных или муниципальных нужд не влекут обременений для собственников, пользователей, землепользователей и арендаторов этих участков.

Распоряжением главы администрации муниципального образования в целях переселения граждан из ветхого и аварийного жилья, размещения объектов социальной, инженерной инфраструктуры и жилищного строительства зарезервированы земельные участки.

Индивидуальные предприниматели (далее - заявители) обратились в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным распоряжения о резервировании земельных участков для муниципальных нужд в целях размещения объектов социальной, инженерной инфраструктуры и жилищного строительства в части включения в число зарезервированных спорных земельных участков.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций установили, что распоряжение не нарушает прав и законных интересов заявителей, поскольку не возлагает на заявителей обязанности совершить какие-либо действия или воздержаться от их совершения, не ограничивает их прав и не устанавливает каких-либо прав пользования земельными участками третьих лиц, не является актом распоряжения земельными участками.

В силу статьи 56 Земельного кодекса Российской Федерации права на землю могут быть ограничены по основаниям, установленным Кодексом, федеральными законами. В числе ограничений, перечисленных в статье, указаны иные ограничения использования земельных участков в случаях, установленных Кодексом, федеральными законами. Ограничения прав на землю устанавливаются актами исполнительных органов государственной власти, актами органов местного самоуправления или решением суда. Ограничения подлежат государственной регистрации в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним". Согласно статье 1 названного Закона под ограничением (обременением) следует понимать наличие установленных законом или уполномоченным органом условий, запрещений, стесняющих правообладателя при осуществлении права собственности либо иных вещных прав на конкретный объект недвижимого имущества (сервитута, ипотеки, доверительного управления, аренды, ареста имущества и других). К числу иных ограничений относится и резервирование земельных участков, являющееся предпосылкой к последующему изъятию участка для государственных или муниципальных нужд, хотя текст акта может и не содержать условий, стесняющих или ограничивающих правообладателей. Ограничения прав на земельный участок, возникшие на основании акта о резервировании земельных участков, подлежат государственной регистрации в силу статьи 56 Земельного кодекса Российской Федерации. Государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним является юридическим актом признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права (статья 2 Закона). По смыслу названной нормы государственная регистрация ограничений прав также является единственным доказательством их существования. Не прошедшие государственной регистрации ограничения, указанные в акте о резервировании земельных участков для публичных нужд, не влекут предусмотренных законом обременений для собственников, пользователей, землевладельцев и арендаторов этих участков. Опубликование акта о резервировании земельных участков в средствах массовой информации носит лишь информативный характер.

Распоряжение не зарегистрировано в установленном порядке, поэтому признано судами не нарушающим права и законные интересы заявителей.

3.3. Отсутствие в распоряжении администрации муниципального образования об изъятии земельного участка для муниципальных нужд сведений о цели его изъятия, собственниках земельных участков, землепользователях, землевладельцах, арендаторах земельных участков, обладателях сервитутов может служить основанием для признания такого распоряжения незаконным.

Решением суда признано недействительным распоряжение администрации об изъятии земельного участка для муниципальных нужд. Суд указал, что оспариваемое распоряжение нарушает установленный законом порядок изъятия земельных участков для муниципальных нужд, а также права и законные интересы управления.

В распоряжении не указаны цели изъятия земельных участков (статья 49 Земельного кодекса Российской Федерации), собственники земельных участков, землепользователи, землевладельцы, арендаторы земельных участков, обладатели сервитутов. В земельный участок, подлежащий изъятию обжалуемым распоряжением, вошел земельный участок, на котором расположены объекты недвижимости, принадлежащие Российской Федерации, и, следовательно, относящийся к федеральной собственности. Распоряжение об изъятии земельного участка у Российской Федерации принято без указания цели изъятия, без названия в нем землепользователя (предприятия), управление и предприятие не было уведомлено о предстоящем изъятии земельного участка.

Установленные обстоятельства суд посчитал достаточными для признания распоряжения недействительным в части изъятия спорного земельного участка.

3.4. Обращение в суд до истечения месячного срока для принятия органом местного самоуправления решения в порядке пункта 6 статьи 36 Земельного кодекса Российской Федерации с требованием о признании незаконным бездействия муниципального органа не может служить основанием для отказа в удовлетворении заявления, если ко дню принятия судебного решения заявление не рассмотрено.

Решением суда бездействие администрации и управления, выразившееся в уклонении от принятия решения о предоставлении в собственность за плату земельного участка, признано незаконным. Суд обязал администрацию и управление в семидневный срок заключить с обществом договор купли-продажи земельного участка.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, в удовлетворении заявления отказано. Апелляционная инстанция указала, что обращение в суд возможно только после нарушения прав и законных интересов общества. На момент обращения общества в арбитражный суд (12.12.2007) незаконное бездействие заинтересованных лиц отсутствовало, поскольку бездействие могло иметь место после 19.12.2007. Суд первой инстанции неправильно применил пункт 8 статьи 30 Земельного кодекса Российской Федерации.

Однако апелляционный суд не учел, что бездействие по своему характеру и содержанию является длящимся и прекращается в результате совершения правомочным лицом или органом соответствующих действий, определенных законом, правовым актом или договором. Подача обществом в суд заявления до истечения месячного срока в данном случае не освобождает администрацию и управление от соблюдения срока рассмотрения вопроса о предоставлении земельного участка в собственность.

Администрация в месячный срок после получения заявления общества не приняла решения о предоставлении земельного участка в собственность, поэтому суд первой инстанции правомерно оценил ее действия (бездействие) за весь период, а не только до подачи заявления.

Кассационная инстанция при направлении дела на новое рассмотрение указала суду апелляционной инстанции на ошибочность его вывода и предложила выяснить уважительность причин, по которым администрация не принимает решение и не заключает договор купли-продажи земельного участка.

3.5. При наличии требования к нескольким заинтересованным лицам о признании их бездействия незаконными и обязании заключить договор аренды земельного участка суду необходимо установить компетенцию каждого лица по оформлению договора аренды.

Решением удовлетворены требования общества о признании незаконными бездействия администрации и комитета по управлению имуществом. Суд обязал администрацию, комитет по управлению имуществом, комитет градостроительства и земельную палату заключить с истцом в двухнедельный срок договор аренды спорного земельного участка.

Однако суд не учел, что заявление общества предъявлено к нескольким лицам. Поэтому суду следовало выяснить установленную Земельным кодексом Российской Федерации и иными нормативными актами компетенцию каждого заинтересованного лица по оформлению заявителю прав аренды на земельный участок. Без выяснения этого вопроса решение суда, возлагающее одновременно на всех заинтересованных лиц обязанность по заключению договора аренды земельного участка, является неисполнимым.

3.6. Условие договора аренды земельного участка, предоставляющее арендодателю право в связи с реконструкцией территории требовать освобождения арендатором земельного участка до истечения срока аренды, не противоречит закону.

Администрация муниципального образования (арендодатель) и общество (арендатор) заключили договоры аренды земельных участков для размещения торгового комплекса.

В пункте 9.2 договоров стороны установили, что в случае реконструкции территории общество обязано по первому требованию администрации демонтировать размещенный на арендованном участке торговый комплекс, участок привести в состояние, пригодное для дальнейшего использования по целевому назначению, без возмещения затрат по освоению участка.

В письме администрация уведомила общество о необходимости освободить арендованные земельные участки в связи с началом реконструкции.

Апелляционная инстанция установила, что представленные в материалы дела доказательства подтверждают факт начала реконструкции территории, на которой расположены спорные земельные участки. Условие договора, предусматривающее освобождение арендованных участков при реконструкции территории, не противоречит действующему законодательству и соответствует принципу свободы договора.

Согласно статье 622 Гражданского кодекса Российской Федерации общество обязано вернуть администрации земельные участки в том виде, в котором оно их получило на момент заключения договоров аренды. Учитывая, что арендатор эту обязанность не выполнил, апелляционный суд правомерно удовлетворил требование администрации об освобождении обществом участков.

3.7. Право первоначального арендатора земельного участка по действующему договору аренды не может быть прекращено путем издания администрацией муниципального образования ненормативного правового акта о предоставлении этого же земельного участка в аренду иному лицу.

Администрация и общество заключили и зарегистрировали в установленном законом порядке договор аренды земельного участка. По истечении срока действия договора общество продолжало использовать земельный участок при отсутствии возражений со стороны арендодателя.

Постановлением администрации утвержден проект границ этого же земельного участка и принято решение о его предоставлении сельхозпредприятию.

Сельхозпредприятие обратилось в арбитражный суд с иском о признании недействительным договора аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения, заключенного комитетом и обществом.

Согласно статье 1 Закона об обороте земель (в редакции, действовавшей в момент возникновения спора) принципы оборота земель основаны на сохранении целевого использования земельных участков, установлении максимального размера общей площади сельскохозяйственных угодий, которые расположены на территории одного муниципального района и могут находиться в собственности одного гражданина и (или) одного юридического лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 5 статьи 9 Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" в случае, если иное не предусмотрено законом или договором аренды, арендатор, надлежащим образом исполнивший свои обязанности по истечении срока договора, имеет при прочих равных условиях преимущественное перед другими лицами право на заключение договора аренды на новый срок.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что на момент издания администрацией постановления о передаче в аренду земли сельскохозяйственного назначения общество владело спорным земельным участком на праве аренды, не возвращало их арендодателю, вопрос о расторжении договора аренды в установленном законом порядке поставлен не был. Поэтому обоснованно указали, что право арендатора не может быть прекращено путем издания ненормативного акта о передаче этого же предмета в аренду иному лицу.

3.8. Недостоверная информация (описка, опечатка) о месторасположении и площади предоставляемого в аренду земельного участка сельскохозяйственного назначения, размещенная в средствах массовой информации, препятствует заключению договора аренды с заявителем и требует новой публикации в порядке статьи 34 Земельного кодекса Российской Федерации.

Прокурор обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным постановления главы муниципального района о предоставлении обществу земельного участка в аренду.

Постановлением кассационной инстанции судебные акты об отказе в удовлетворении заявления отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Согласно пункту 1 статьи 9 Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" в аренду могут быть переданы земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения, находящихся в государственной или муниципальной собственности, прошедшие государственный кадастровый учет. Статья 10 названного Закона предусматривает предварительное и заблаговременное опубликование сообщений о предлагаемых для такой передачи земельных участках. Решение принимается о передаче участков в аренду в порядке, установленном статьей 34 Земельного кодекса Российской Федерации, при условии, если в течение месяца с момента опубликования не поступили иные заявления. При подаче двух и более заявлений о передаче земельного участка в аренду такие земельные участки предоставляются в аренду на торгах (конкурсах, аукционах).

В силу пункта 1 статьи 34 Земельного кодекса Российской Федерации органы государственной власти и органы местного самоуправления обязаны обеспечить управление и распоряжение земельными участками, которые находятся в их собственности и (или) ведении, на принципах эффективности, справедливости, публичности, открытости и прозрачности процедур предоставления таких земельных участков. Для этого указанные органы обязаны, в частности, обеспечить подготовку информации о земельных участках, которые предоставляются юридическим лицам на определенном праве, и заблаговременную публикацию такой информации.

Однако в объявлении в нарушение требований статьи 34 Земельного кодекса Российской Федерации было неправильно указано месторасположение и размер земельного участка, не определены условия (за плату или бесплатно) предоставления земельного участка. Во втором объявлении эти сведения уточнены, но постановления приняты до истечения установленного статьей 10 Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" месячного срока со дня опубликования второго объявления.

Таким образом, вывод судебных инстанций о том, что при принятии постановления не было нарушено установленное статьей 10 Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ условие передачи земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения, предполагающее предварительное и заблаговременное опубликование в средствах массовой информации сообщения о наличии предполагаемых для передачи земельных участков, не соответствует обстоятельствам дела.

Ссылка суда на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства наличия на момент обращения общества с заявлением о предоставлении спорного земельного участка соответствующих заявлений иных лиц, не может быть принята во внимание, поскольку данное обстоятельство не освобождает главу муниципального района от обязанности соблюдения установленного Федеральным законом от 24.07.2002 N 101-ФЗ условия передачи в аренду земельных участков в целях соблюдения прав и законных интересов всех лиц, имеющих право претендовать на передачу им в аренду земельных участков.

3.9. Арендатор земель сельскохозяйственного назначения, начавший сельскохозяйственные работы как законный землепользователь, вправе их завершить и получить соответствующую продукцию.

Кооператив обратился в арбитражный суд с иском к обществу о взыскании неосновательного обогащения и убытков, возникших в связи с неправомерной уборкой обществом урожая кооператива на арендованном им земельном участке.

Судебные акты об удовлетворении иска мотивированы тем, что представленный обществом договор аренды спорного земельного участка является незаключенным, в связи с чем общество в 2006 году неправомерно собрало принадлежащий истцу урожай на находящемся у него в аренде земельном участке и получило неосновательное обогащение в размере стоимости собранного урожая, а также причинило обществу убытки в размере стоимости неубранного урожая, оставшегося на полях ввиду нарушения ответчиком технологии сбора.

Как видно из материалов дела, собственники земельных долей в земельном участке сельскохозяйственного назначения заключили с кооперативом договор аренды земельного участка. На данном земельном участке истец произвел посев озимой пшеницы, урожай которой собран ответчиком.

Доказательств формирования земельного участка с соблюдением требований Федерального закона от 18.06.2001 N 78-ФЗ "О землеустройстве" и постановки его на кадастровый учет в соответствии с Федеральным законом от 02.01.2000 N 28-ФЗ "О государственном земельном кадастре" общество не представило.

С учетом изложенного судебные инстанции пришли к обоснованному выводу, что в договоре аренды общества не определен его предмет и в силу статьи 607 Гражданского кодекса Российской Федерации такой договор не может быть признан заключенным.

В соответствии со статьей 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на плоды, продукцию и доходы, полученные в результате использования имущества, приобретается по основаниям, предусмотренным статьей 136 Кодекса. Согласно названной статье поступления, полученные в результате использования имущества (плоды, продукция, доходы), принадлежат лицу, использующему это имущество на законном основании, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором об использовании этого имущества. Согласно статье 606 Кодекса плоды, продукция и доходы, полученные арендатором в результате использования арендованного имущества, являются его собственностью.

Поскольку урожай на спорном земельном участке принадлежит кооперативу, судебные инстанции обоснованно признали незаконным сбор урожая обществом.

3.10. Земля сельскохозяйственного назначения не может быть предоставлена для строительства без ее перевода в соответствующую категорию в установленном законом порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судебными инстанциями, в средствах массовой информации опубликовано сообщение о том, что администрация намерена выделить в аренду земельный участок вдоль автодороги для строительства оптово-розничной базы.

На основании постановления главы администрации с обществом заключен договор аренды земельного участка.

В соответствии с пунктом 2 статьи 7 Земельного кодекса Российской Федерации земли, подразделяемые на категории, используются в соответствии с установленным для них целевым назначением. Правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к той или иной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий, общие принципы и порядок проведения которого устанавливаются федеральными законами и требованиями специальных федеральных законов.

Согласно статье 77 Кодекса землями сельскохозяйственного назначения признаются земли за чертой поселений, предоставленные для нужд сельского хозяйства, а также предназначенные для этих целей. В составе земель сельскохозяйственного назначения выделяются сельскохозяйственные угодья, земли, занятые внутрихозяйственными дорогами, коммуникациями, лесными насаждениями, предназначенными для обеспечения защиты земель от воздействия негативных (вредных) природных, антропогенных и техногенных явлений, водными объектами, а также зданиями, строениями, сооружениями, используемыми для производства, хранения и первичной переработки сельскохозяйственной продукции.

В пункте 1 статьи 78 Кодекса указано, что земли сельскохозяйственного назначения могут использоваться для ведения сельскохозяйственного производства, создания защитных лесных насаждений, научно-исследовательских, учебных и иных связанных с сельскохозяйственным производством целей.

Статья 34 Земельного кодекса Российской Федерации определяет порядок предоставления гражданам земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, для целей, не связанных со строительством.

Порядок перевода земель из одной категории в другую установлен Федеральным законом от 21.12.2004 N 172-ФЗ "О переводе земель или земельных участков из одной категории в другую".

Из приведенных норм следует, что в порядке Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения, находящихся в государственной или муниципальной собственности, прошедшие государственный кадастровый учет, могут быть переданы в аренду для использования в соответствии с установленным для них целевым назначением. Поэтому земельные участки сельскохозяйственного назначения не могут быть предоставлены для строительства в порядке Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ.

3.11. Порядок предоставления земельного участка крестьянскому хозяйству для создания и осуществления его деятельности регулируется нормами Федерального закона от 11.06.2003 N 74-ФЗ "О крестьянском (фермерском) хозяйстве".

Постановлением администрации главе КФХ из земель фонда перераспределения предоставлен в аренду земельный участок сельскохозяйственного назначения.

Администрация (арендодатель) и глава КФХ (арендатор) заключили договор аренды земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения.

В силу пункта 1 статьи 81 Земельного кодекса Российской Федерации гражданам, изъявившим желание вести крестьянское (фермерское) хозяйство, земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения предоставляются в соответствии с Кодексом, федеральным законом о крестьянском (фермерском) хозяйстве.

Таким образом, законодатель предоставил крестьянскому (фермерскому) хозяйству право на получение земельного участка непосредственно для осуществления сельскохозяйственной деятельности в собственность или в аренду на основании порядка, установленного специальным федеральным законом.

Порядок предоставления земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения, находящихся в государственной или муниципальной собственности, для создания фермерского хозяйства и осуществления его деятельности предусмотрен статьей 12 Закона о крестьянском хозяйстве. Согласно названной статье граждане, которые заинтересованы в предоставлении им земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения, находящихся в государственной или муниципальной собственности, для создания фермерского хозяйства и осуществления его деятельности, подают в исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления заявления, в которых должны быть указаны определенные в Законе сведения.

Орган местного самоуправления или по его поручению соответствующая землеустроительная организация на основании заявления граждан или обращения исполнительного органа государственной власти с учетом зонирования территорий в течение месяца обеспечивает изготовление проекта границ земельного участка и утверждает его. Исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления в течение четырнадцати дней принимает решение о предоставлении испрашиваемого земельного участка в собственность за плату или бесплатно либо в аренду с приложением проекта его границ. Договор купли-продажи или аренды земельного участка для создания, осуществления деятельности или расширения фермерского хозяйства заключается в течение семи дней после представления заявителем кадастровой карты (плана) земельного участка в исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления.

Нормы Закона о крестьянском хозяйстве, предусматривающие порядок предоставления земельных участков крестьянским хозяйствам, являются специальными по отношению к соответствующим положениям Земельного кодекса Российской Федерации, которые в связи с этим не подлежат применению к спорным правоотношениям.

3.12. Собственник земельной доли обязан соблюсти предусмотренный действующим законодательством порядок выделения земельных участков в счет долей в праве общей собственности на земельный участок.

К гражданину в порядке наследования перешло право на долю в общей долевой собственности на земельную долю. Он потребовал выделить свою земельную долю в натуре и иск об определении границ выделяемого земельного участка на местности адресовал фактическому землепользователю.

На основании статьи 13 Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" участник или участники долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения вправе выделить земельный участок в счет своей земельной доли для создания либо расширения личного подсобного хозяйства или крестьянского (фермерского) хозяйства, а также для передачи земельного участка в аренду или распоряжения им иным образом, если это не нарушает требований статьи 4 указанного Закона.

Согласно пунктам 2, 3, 4 названной статьи местоположение земельного участка, выделяемого в счет земельной доли, определяется участником долевой собственности в соответствии с решением общего собрания остальных участников, которые утверждают границы части земельного участка, предназначенной для выделения в счет долей в соответствии со статьей 14 указанного Закона. Образование выделенного в счет земельной доли земельного участка осуществляется на основании решения общего собрания участников долевой собственности. Данное положение не противоречит требованиям статей 244 - 247, 252 Гражданского кодекса Российской Федерации. В силу статей 246, 252 Кодекса распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников. Участник долевой собственности вправе требовать выдела своей доли из общего имущества. Такое требование предъявляется к остальным участникам долевой собственности.

В Федеральном законе от 24.07.2002 N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" установлено, что если общее собрание участников долевой собственности не утвердило границы выделяемой земельной доли, участник долевой собственности обязан известить в письменной форме о своем намерении выделить земельный участок в счет своей доли остальных участников долевой собственности или опубликовать сообщение в средствах массовой информации, определенных субъектом Российской Федерации. Сообщение должно содержать указание о предполагаемом местоположении выделяемого земельного участка. Размер земельного участка, выделяемого в счет земельной доли, определяется на основании данных, указанных в документах, удостоверяющих право на земельную долю.

В случае, если в течение тридцати дней со дня надлежащего уведомления участников долевой собственности о намерении участника выделить свою земельную долю в соответствии с пунктом 3 названной статьи от остальных участников не поступят возражения, предложение о местоположении выделяемого земельного участка в счет доли участника считается согласованным.

Споры о местоположении выделяемого земельного участка разрешаются участниками долевой собственности с использованием согласительных процедур, порядок проведения которых устанавливается субъектом Российской Федерации. В случае недостижения согласованного решения споры о местоположении выделяемого земельного участка рассматриваются в суде.

При рассмотрении дела суды установили, что общее собрание участников долевой собственности земельного массива по вопросу определения местоположения земельного участка для выделения в счет земельной доли не проводилось. Опубликованное истцом уведомление о выделе земельного участка не содержит описания местоположения на местности выделяемого земельного участка и категории земель (пастбища, пашня и т. д.), как это предусмотрено статьей 13 Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения". Таким образом, суды правомерно отметили, что гражданином не соблюден предусмотренный действующим законодательством порядок выделения земельных участков в счет долей в праве общей собственности на земельный участок.

4. Споры, связанные с признанием права собственности, за период
с 2006 по 2008 год

 

4.1. Если иск заявлен в отношении объекта, расположенного на земельном участке, находящемся в федеральной собственности, одним из ответчиков является орган, осуществляющий управление государственным имуществом.

Общество обратилось с иском к местной администрации о признании права собственности на самовольно реконструированный объект. В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом по Краснодарскому краю.

Суд первой инстанции иск удовлетворил, поскольку администрация на момент предоставления истцу земельного участка под спорной постройкой действовала в пределах предоставленных ей полномочий.

Апелляционная инстанция решение отменила и отказала в удовлетворении иска, поскольку земельный участок расположен в пределах земель особо охраняемой природной территории, является федеральной собственностью и находится в ведении федеральных органов государственной власти, поэтому надлежащим способом защиты прав истца является предъявление иска к собственнику земельного участка.

В кассационной жалобе общество указывало, что реконструкция объекта недвижимого имущества произведена на правомерно отведенном земельном участке и находящемся в законном пользовании и владении истца. На момент заключения долгосрочного договора аренды земельного участка администрация действовала в пределах своей компетенции и предоставленных ей полномочий. Права государственного органа по управлению федеральным имуществом по настоящему делу не затронуты, так как вопросы градостроительного законодательства отнесены к компетенции местных органов самоуправления.

Оставляя в силе апелляционное постановление, окружной суд указал следующее. Установив, что спорный участок находится в границах федерального значения и является федеральной собственностью, суд апелляционной инстанции правомерно пришел к выводу, что администрация не является собственником земельного участка. Органом, осуществляющим полномочия Российской Федерации по распоряжению федеральным имуществом, находящимся на территории Краснодарского края, является Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом по Краснодарскому краю. Таким образом, вывод апелляционного суда о предъявлении иска к ненадлежащему ответчику соответствует материалам дела и приведенным нормам права.

4.2. При рассмотрении споров, связанных с самовольным строительством, к участию в деле должно привлекаться муниципальное образование, поскольку в границах муниципального образования, независимо от целевого назначения земель, контроль за строительством движимых и недвижимых объектов и соблюдением порядка размещения данных объектов осуществляет соответствующая администрация как орган местного самоуправления.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к предпринимателю о признании права собственности на магазин.

Из материалов дела следовало, что предприниматель заключил с обществом договор купли-продажи магазина, который является самовольной постройкой.

Суд по ходатайству истца привлек к участию в деле в качестве второго ответчика Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом по Краснодарскому краю и удовлетворил иск, сославшись на то, что сохранение объекта недвижимости, в отношении которого заявлены требования, не нарушает права и охраняемые законом интересы муниципального образования и других лиц, объект недвижимости не создает угрозу жизни и здоровью граждан и создан согласно строительным нормам и правилам.

В кассационной жалобе администрация города просит отменить решение. Заявитель указывает, что судебный акт принят о правах и обязанностях администрации, не привлеченной к участию в деле. В соответствии с уставом муниципального образования выдача разрешений на строительство и ввод объектов в эксплуатацию относится к полномочию администрации.

Кассационная инстанция решение суда первой инстанции отменила и направила дело на новое рассмотрение, исходя из следующего.

Спорный объект расположен на земельном участке, который относится к федеральному уровню собственности, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права.

На основании пункта 1 статьи 8 Градостроительного кодекса Российской Федерации к полномочиям органов местного самоуправления поселений в области градостроительной деятельности относятся, в частности, утверждение правил землепользования и застройки поселений и выдача разрешений на строительство. В соответствии со статьей 6 Федерального закона от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" в ведении муниципальных образований находится регулирование планировки и застройки территорий муниципальных образований. Муниципальные образования вправе принимать к своему рассмотрению также вопросы, не исключенные из их ведения и не отнесенные к ведению других муниципальных образований и органов государственной власти. Согласно статье 12 указанного Закона территорию муниципального образования составляют земли городских, сельских поселений, прилегающие к ним земли общего пользования, рекреационные зоны, земли, необходимые для развития поселений, и другие земли в границах муниципального образования независимо от форм собственности и целевого назначения.

Из указанных норм следует, что в границах муниципального образования, независимо от целевого назначения земель, контроль за строительством движимых и недвижимых объектов и соблюдением порядка размещения данных объектов осуществляет соответствующая администрация как орган местного самоуправления. В компетенцию других органов не входит контроль за самовольным строительством и принятие мер борьбы с ним.

К участию в деле администрация не привлечена. В то же время она вправе обратиться с иском о сносе самовольной постройки, осуществленной на территории муниципального образования.

Поскольку суд принял решение в отношении администрации, не привлеченной к участию в деле, что лишило ее возможности участвовать в судебных заседаниях и реально защищать свои права и законные интересы, обжалуемый судебный акт подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение.

4.3. Надлежащим волеизъявлением собственника земельного участка на осуществление строительства на земельном участке (например, администрации местного самоуправления) является договор аренды земельного участка, заключенный в соответствии с положениями постановления. При несовпадении условий договора и постановления учитывается действительная воля собственника земельного участка.

Общество обратилось с иском к администрации о признании права собственности на нежилые строения.

Решением, оставленным без изменения постановлением арбитражного апелляционного суда, судебные инстанции признали за обществом право собственности. Судебные акты мотивированы тем, что спорные объекты самовольного строительства возведены на земельном участке, предоставленном истцу в аренду, не нарушают права и охраняемые законом интересы третьих лиц, не создают угрозу жизни и здоровью граждан. Статьи 222, 263, 264 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 40, 41 Земельного кодекса Российской Федерации не исключают возможности признания права собственности на самовольную постройку за лицом, которому земельный участок предоставлен в аренду.

Окружной суд оставил судебные акты в силе, установив, что постановлением главы городского самоуправления принято решение предоставить обществу в аренду сроком на 15 лет земельный участок для эксплуатации существующих сооружений производственной базы без права капитального строительства, а по договору аренды земельного участка допускалось строительство объектов недвижимости. В договоре установлено, что арендатор вправе возводить строения и сооружения в соответствии с целевым назначением арендуемого земельного участка. Договором также предусмотрено право арендатора вести строительство новых и реконструкцию существующих зданий и сооружений по согласованию с арендодателем и в точном соответствии с утвержденным проектом.

Самовольное строительство истцом спорных объектов недвижимости не исключало возможности последующего его согласования с арендодателем. В этой связи суды обоснованно приняли во внимание решение комиссии по пресечению самовольного строительства при администрации о сохранении нежилых помещений, протокол заседания которой утвержден уполномоченным лицом - главой администрации муниципального образования. Это решение суд правомерно расценил как согласие собственника участка на строительство спорных объектов.

4.4. Для строительства объекта вспомогательного назначения, входящего в состав имущественного комплекса, разрешение на строительство не требуется.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к муниципальному образованию Туапсинский район и администрации Краснодарского края о признании права собственности на нежилое строение (туалет).

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, исковые требования удовлетворены.

Окружной суд оставил в силе решение первой и постановление апелляционной инстанций ввиду следующего.

Учитывая фактическое целевое использование спорного строения исключительно для обслуживания действующего санатория и невозможность самостоятельного использования для иной хозяйственной деятельности, следует исходить из того, что возведенное истцом строение относится к объектам вспомогательного назначения. Суды пришли к правомерному выводу о том, что в силу подпункта 3 пункта 17 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации разрешение на строительство такого объекта не требуется. Кроме того, возведенное строение соответствует строительным нормам и правилам и не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц.

4.5. Реконструкция, не затрагивающая конструктивных и других характеристик надежности и безопасности строительных конструкций здания, не требует получения разрешения на строительство.

Предприниматель обратился в суд с иском к администрации о признании права собственности на надстройку.

Постановлением апелляционной инстанции иск удовлетворен.

В кассационной жалобе администрация просила отменить судебный акт и отказать в удовлетворении иска, поскольку спорный объект является самовольной постройкой.

Окружной суд постановление апелляционной инстанции оставил в силе, указав следующее. Из материалов дела следовало, что выполнение надстройки в пространстве чердака существующего здания не затронуло конструктивные и другие характеристики надежности и безопасности строительных конструкций здания. В силу подпункта 4 пункта 17 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации изменения объектов капитального строительства и (или) их частей, если такие изменения не затрагивают конструктивные и другие характеристики их надежности и безопасности и не превышают предельные параметры разрешенного строительства, реконструкции, могут проводиться без получения разрешения на строительство.

4.6. Увеличение этажности здания, которое принадлежит застройщику на праве собственности, не нарушает прав собственника земельного участка при условии соответствия постройки строительным нормам и правилам.

Общество обратилось с иском к администрации о признании права собственности на шестиэтажное здание.

Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили исковые требования.

Из материалов дела следовало, что общество получило разрешение на строительство 4-этажного здания на арендованном земельном участке. На данное здание общество зарегистрировало право собственности. Увеличение этажности произведено с отступлением от утвержденного проекта, однако согласовано с комитетом архитектуры и градостроительства города. Постройка соответствует градостроительным нормам и правилам.

Поскольку общество обладает правом собственности на 4-этажное здание, в результате увеличения этажности площадь застройки не увеличилась, признание права собственности на реконструируемое здание в целом не нарушает прав и законных интересов ответчика.

С учетом изложенного окружной суд оставил судебные акты в силе.

4.7. Право собственности на самовольную постройку не может быть признано в силу приобретательной давности.

Общество обратилось с иском к администрации города о признании права собственности на земельный участок и находящееся на нем здание.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в иске отказано в связи с отсутствием правоудостоверяющих документов на земельный участок, на котором находится спорное здание, а также доказательств соответствия возведенного строения градостроительным нормам и правилам.

В кассационной жалобе общество просит решение и постановление апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований, поскольку здание построено его правопредшественником хозяйственным способом и в дальнейшем длительное время эксплуатировалось истцом. Проектно-сметная документация на спорное здание утрачена.

Окружной суд отказал в удовлетворении жалобы, сославшись на следующее.

Условиями приобретения права собственности на вновь создаваемое недвижимое имущество является соблюдение при его создании закона и иных правовых актов (пункт 1 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также государственная регистрация права на такой объект (статья 219 Гражданского кодекса Российской Федерации). Несоблюдение при создании спорного объекта недвижимого имущества требований закона и иных правовых актов влечет за собой признание последнего самовольной постройкой, право собственности на которое не возникает (статья 222 Гражданского кодекса Российской Федерации). Применение к рассматриваемым отношениям норм о приобретательной давности означало бы освобождение лица, создавшего самовольную постройку, от обязанности соблюдения обязательных требований законов и иных правовых актов, строительных и градостроительных норм и правил.

4.8. Разрешение Инспекции государственного архитектурно-строительного надзора Российской Федерации на выполнение строительно-монтажных работ на земельном участке, переданном постановлением главы города в бессрочное пользование, является правовым основанием для осуществления строительства здания и дополнительных сооружений. Последующее включение земельного участка в перечень особо охраняемых территорий не может повлиять на оценку правомерности строительства зданий и дополнительных сооружений.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом (далее - управление) о признании права собственности на объекты недвижимого имущества.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, признано право собственности общества на спорные объекты. Судебные акты мотивированы тем, что постройки отвечают требованиям действующих норм и правил на строительство зданий и сооружений. Сохранение зданий не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц, не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

В кассационной жалобе управление просило отменить судебные акты в связи с тем, что общество не представило доказательств, подтверждающих наличие проектно-сметной документации, утвержденной в установленном порядке, а также акты приема спорных объектов в эксплуатацию. Кроме того, договор аренды, заключенный обществом и Комитетом по управлению имуществом г. Сочи, является незаконным, поскольку на момент заключения договора аренды полномочиями по распоряжению данным земельным участком, относящимся к особо охраняемым природным территориям, обладал Комитет по управлению государственным имуществом по Краснодарскому краю, который соответствующего решения не принимал.

Суд кассационной инстанции оставил в силе решение первой и постановление апелляционной инстанций ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, постановлением главы администрации г. Сочи правопредшественнику общества земельный участок передан в бессрочное пользование.

Инспекцией государственного архитектурно-строительного надзора Российской Федерации выдано разрешение на выполнение строительно-монтажных работ на строительство гостиницы, а также временных зданий и сооружений.

В материалы дела представлены документы, подтверждающие строительство объектов в 1995 году и их соответствие техническим нормативам. Перечень особо охраняемых природных территорий побережий Черного и Азовского морей утвержден распоряжением Правительства Российской Федерации от 12.04.1996 N 591-р. В дальнейшем право бессрочного пользования земельным участком, занимаемым гостиницей, переоформлено на право аренды. Поскольку спорные объекты построены до принятия указанного распоряжения в 1995 году, строительство осуществлено обществом при наличии правовых оснований и с получением разрешений в установленном законом порядке, следовательно, последующее заключение договора аренды и включение его в перечень особо охраняемых территорий не может повлиять на оценку правомерности его строительства.

4.9. Соответствие возведенного здания требованиям пожарной, санитарной и экологической безопасности должно подтверждаться заключениями надлежащих контролирующих органов. Экспертиза, произведенная научно-производственным предприятием, не может считаться достаточным доказательством.

Предприниматель обратился в арбитражный суд с иском к обществу о признании права собственности на долю в общей долевой собственности на не завершенный строительством имущественный комплекс оздоровительного профилактория. Иск обоснован неисполнением ответчиком обязательств по договору простого товарищества.

Решением суд иск удовлетворил. Судебный акт мотивирован тем, что спорный объект возведен на основании разрешения на строительство на отведенном для этих целей земельном участке, соответствует требованиям строительных норм и правил, санитарным и противопожарным требованиям.

Окружной суд отменил решение первой инстанции, указав следующее.

Как видно из материалов дела, Комитет по архитектуре и градостроительству администрации г. Сочи выдал разрешение на строительство 7-этажного здания с подвальным этажом. Из технического паспорта следует, что возведены 14-этажное основное здание и 3-этажный вспомогательный блок.

Доказательства получения соответствующего разрешения на строительство профилактория в виде 12-этажного здания с подвальным и цокольным этажами, а также на строительство 3-этажного вспомогательного блока ни предпринимателем, ни обществом не представлены. Отсутствуют в материалах дела и доказательства, подтверждающие соответствие возведенных зданий градостроительным и строительным нормам, санитарным, противопожарным и экологическим правилам.

Ссылка общества на имеющиеся в деле заключения о соответствии строения установленным требованиям не может быть принята во внимание, поскольку представленные заключения сделаны в отношении проектной документации. Заключения по возведенным объектам не представлены.

Не обоснована ссылка суда на акт экспертизы научно-производственного предприятия, поскольку изложенные в этом акте выводы не могут заменить заключения соответствующих служб о пожарной, санитарной и экологической безопасности.

Таким образом, вывод суда о том, что спорный объект соответствует строительным нормам и правилам, требованиям пожарной безопасности, санитарным требованиям и не создает угрозу жизни и здоровью граждан, не подтвержден материалами дела.

4.10. При возведении постройки в границах округа санитарной охраны курорта обязательным условием для признания ее соответствующей установленным требованиям является наличие положительного заключения государственной экологической экспертизы.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к администрации города о признании права собственности на объект недвижимости.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в иске отказано, поскольку объект является самовольной постройкой.

В кассационной жалобе истец просил отменить состоявшиеся по делу судебные акты и указал, что согласно экспертному заключению спорная постройка не создает препятствия по своим техническим параметрам другим лицам и не угрожает безопасности и здоровью граждан, так как выполнена в соответствии со СниП 2.09.02-85 в границах отведенного земельного участка.

Окружной суд поддержал нижестоящие инстанции и отметил, что согласно пункту 7.1 статьи 11 Федерального закона "Об экологической экспертизе" проектная документация объектов, строительство, реконструкцию, капитальный ремонт которых предполагается осуществлять на землях особо охраняемых природных территорий федерального значения, является объектом государственной экологической экспертизы федерального уровня. Поскольку постройка возведена в границах округа санитарной охраны курорта федерального значения, необходимым условием для признания ее соответствующей установленным нормам и правилам является наличие положительного заключения государственной экологической экспертизы.

5. Обжалование действий судебных приставов-исполнителей за период
с 2006 по 2008 год

 

5.1. Судебный пристав-исполнитель не вправе требовать личного участия стороны в исполнительном производстве для выполнения процедуры исполнения исполнительного листа, если для совершения исполнительных действий прибыл представитель по доверенности и личное участие одной из сторон исполнительного производства не вытекает из существа возложенной на неё обязанности.

Конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов судебного пристава: акта о наличии обстоятельств, в соответствии с которыми исполнительный лист возвращается взыскателю, постановлений о возвращении исполнительного листа и об окончании исполнительного производства, а также требование судебного пристава-исполнителя о личной явке конкурсного управляющего для выполнения процедуры исполнения исполнительного листа о передаче имущества.

Суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего, на основании следующего. В акте о наличии обстоятельств, в соответствии с которыми исполнительный лист возвращен взыскателю указано, что конкурсный управляющий препятствовал исполнению исполнительных действий, не являясь по вызову судебного пристава-исполнителя. Из акта совершения исполнительских действий усматривается, что для совершения исполнительных действий прибыл представитель конкурсного управляющего по доверенности. Однако судебный пристав-исполнитель указал на необходимость личного участия конкурсного управляющего, в связи с чем исполнительные действия не совершались.

В кассационной жалобе служба судебных приставов указывает на правомерность своего требования, так как в исполнительном листе взыскателем является конкурсный управляющий, гражданин.

Согласно части 2 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий функции органов юридического лица не выполняет. Доверенность от организации выдается за подписью руководителя или иного уполномоченного органа.

Кассационная инстанция оставила решение суда без изменения, указав, что согласно статье 53 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон) граждане участвуют в исполнительном производстве лично или через представителей. Личное участие гражданина в исполнительном производстве не лишает его права иметь представителя. Если по исполнительному документу на должника возложены обязанности, которые он может исполнить только лично, то должник не вправе действовать через представителя. Участие организации в исполнительном производстве осуществляется через ее органы или должностных лиц, которые действуют в пределах полномочий, предоставленных им федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или учредительными документами, либо через иных представителей.

Пункт 2 статьи 57 Закона устанавливает, что представители сторон исполнительного производства вправе совершать от их имени все действия, связанные с исполнительным производством, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Таким образом, суд пришел к правильному выводу о неправомерности требований судебного пристава-исполнителя о личном участии конкурсного управляющего в исполнительном производстве и незаконности вынесенных им ненормативных правовых актов.

5.2. В случаях розыска должника исполнительное производство должно приостанавливаться, если действие, указанное в исполнительном листе, не может быть совершено без личного участия должника с последующим взысканием с него исполнительского сбора и расходов по совершению исполнительных действий.

Товарищество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления о приостановлении исполнительного производства в связи с розыском должника -предпринимателя и обязании судебного пристава-исполнителя исполнить решение и определение арбитражного суда.

Решением суда заявление удовлетворено.

Апелляционная инстанция решение отменила, сославшись на правомерность приостановления судебным приставом-исполнителем исполнительного производства в связи с розыском предпринимателя в соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 40 Федерального закона от 02.02.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве".

В кассационной жалобе товарищество указало, что апелляционный суд неправильно истолковал пункт 2 части 2 статьи 40 Закона об исполнительном производстве. По мнению заявителя, в силу данной нормы исполнительное производство может быть приостановлено в случае розыска должника - гражданина, не занимающегося предпринимательской деятельностью. Поскольку одним из должников является юридическое лицо - общество, отсутствуют основания для приостановления исполнительного производства в связи с розыском предпринимателя.

Окружной суд отменил постановление апелляционного суда и оставил в силе решение первой инстанции ввиду следующего.

Одной из мер принудительного исполнения является совершение от имени и за счет должника действия, указанного в исполнительном документе, в случае, если это действие может быть совершено без личного участия должника.

В случаях розыска должника-гражданина исполнительное производство должно приостанавливаться, если действие, указанное в исполнительном листе не может быть совершено без личного участия должника.

Факт наличия либо отсутствия у гражданина-должника статуса индивидуального предпринимателя в данном случае не может влиять на вопрос о законности приостановления исполнительного производства. Определением суда судебному приставу-исполнителю разъяснялось, что возведенные должниками самовольные постройки подлежат сносу осуществившим их лицом либо за его счет. Доказательства невозможности исполнения исполнительного листа без личного участия должников с последующим взысканием с них исполнительского сбора и расходов по совершению исполнительных действий управление не представило.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о незаконности постановления управления о приостановлении исполнительного производства и необходимости соблюдения управлением принципа своевременности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения.

5.3. После вступления в силу Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", судебные приставы-исполнители вправе принимать решения о наложении на должника временного ограничения на выезд из Российской Федерации.

Индивидуальный предприниматель обратился в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным постановления судебного пристава-исполнителя о временном ограничении права выезда за пределы Российской Федерации.

Решением в удовлетворении заявления отказано на том основании, что судебный пристав-исполнитель обладает полномочиями по временному ограничению права должника на выезд из Российской Федерации, поскольку законодательство позволяет применять меры, обеспечивающие исполнение исполнительного документа, и не устанавливает перечень органов, принимающих решения о временном ограничении права выезда из Российской Федерации.

Апелляционный суд решение отменил, постановление судебного пристава-исполнителя признал незаконным, как не соответствующее Федеральному закону от 21.06.1997 N 119-ФЗ "Об исполнительном производстве".

Кассационная инстанция оставила в силе постановление апелляционного суда. Суд исходил из следующего.

В результате анализа нормативно-правовых актов, регламентирующих основания и порядок ограничения прав на выезд из Российской Федерации (Конституция Российской Федерации, Федеральный закон от 15.08.1996 N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию"), положений Федерального закона от 21.06.1997 N 119-ФЗ "Об исполнительном производстве", апелляционный суд правомерно пришел к выводу, что на момент вынесения постановления у судебного пристава-исполнителя отсутствовали полномочия на принятие решения о наложении временного ограничения на выезд из Российской Федерации, в связи с чем действия судебного пристава-исполнителя по принятию оспариваемого постановления не соответствуют требованиям действующего законодательства и нарушают права заявителя, в том числе и право на свободу передвижения.

Полномочия по временному ограничению на выезд должника из Российской Федерации предоставлены судебным приставам-исполнителям статьями 64 и 67 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", вступившего в силу с 1 февраля 2008 года.

5.4. В силу закона судебный пристав-исполнитель производит оценку имущества должника, руководствуясь своим профессиональным опытом и исходя из рыночных цен, существующих в данной местности.

Судебный пристав-исполнитель должен предоставить доказательства соответствия произведенной им оценки действительной рыночной стоимости арестованного имущества.

Предприниматель обратился в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными действий судебного пристава-исполнителя по изъятию арестованного имущества и его продаже; по вынесению постановлений о передаче арестованного имущества на реализацию.

Решением в удовлетворении заявления отказано на том основании, что действия судебного пристава-исполнителя по аресту и оценке имущества соответствуют действующему законодательству.

Постановлением апелляционного суда решение отменено. Судебный акт мотивирован тем, что обжалуемые действия судебного пристава-исполнителя незаконны и нарушают интересы должника и взыскателей, поскольку изъятое у должника имущество реализовано по явно заниженным ценам.

Суд кассационной инстанции оставил постановление апелляционной инстанции в силе, указав следующее.

В силу закона судебный пристав-исполнитель производит оценку имущества должника, руководствуясь своим профессиональным опытом и исходя из рыночных цен, существующих в данной местности. Рыночная цена определяется на основе информации о средних ценах предложений и продаж по данной товарной группе с учетом износа реализуемого имущества и возможностей его реализации. В акте ареста имущества должника в обязательном порядке указывается остаточная стоимость имущества согласно данным бухгалтерского учета. Таким образом, в данном споре судебный пристав-исполнитель должен был предоставить доказательства соответствия произведенной им оценки действительной рыночной стоимости арестованного имущества.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, апелляционный суд пришел к выводу о явном занижении судебным приставом-исполнителем стоимости изъятого и реализованного имущества должника. Правильность данного вывода заявитель жалобы документально не опроверг.

Кроме того, при подписании акта изъятия должник не согласился с оценкой имущества, предлагал осуществить взвешивание подвергнутых аресту коров и свиней в целях определения их действительной рыночной стоимости с учетом рыночной цены 1 кг живого веса, подтвержденной справкой Госкомстата. При таких обстоятельствах судебный пристав-исполнитель обязан был назначить специалиста для определения рыночной стоимости имущества. Между тем оценка рыночной стоимости имущества проведена судебным приставом-исполнителем самостоятельно и оказалась заниженной.

5.5. Замена ответственного хранителя арестованного имущества возможна только в случае наличия угрозы совершения действий, способных привести к утрате, повреждению имущества или уменьшению его стоимости.

Определением суда по спору между обществом и объединением в целях обеспечения исковых требований наложен арест на принадлежащий обществу объект недвижимости. Судебный пристав назначил директора общества в качестве ответственного хранителя.

Впоследствии постановлением судебного пристава-исполнителя произведена замена ответственного хранителя на директора объединения, который отказал работникам общества в доступе в арестованное помещение.

Общество обратилось в суд с жалобой на действия судебного пристава-исполнителя, выразившиеся в принятии постановления о замене ответственного хранителя в исполнительном производстве.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в удовлетворении заявления отказано, поскольку действующее законодательство не ограничивает судебного пристава по назначению хранителя.

Суд кассационной инстанции отменил судебные акты, указав следующее.

Передача арестованного имущества на хранение не может осуществляться судебным приставом-исполнителем произвольно, то есть в отсутствие обстоятельств, свидетельствующих о наличии такой необходимости. Применение этих ограничений может быть обусловлено, в частности, совершением должником либо третьими лицами действий (бездействия), способных привести к утрате, уничтожению имущества или уменьшению его стоимости.

В обжалуемом постановлении судебного пристава-исполнителя не содержатся сведения, подтверждающие факт совершения кем-либо подобных действий, и не приводятся другие обстоятельства, обосновывающие необходимость передачи принадлежащих обществу объектов недвижимого имущества на хранение.

Следовательно, передав по собственной инициативе спорные объекты недвижимости на хранение другому лицу судебный пристав-исполнитель вышел за пределы полномочий, предоставленных ему действующим законодательством.

С учетом изложенного кассационная инстанция приняла новое решение о признании действий судебного пристава-исполнителя по замене ответственного хранителя не соответствующими закону.

5.6. Исполнительский сбор может быть снижен правоприменителем с учетом имущественного положения должника и иных существенных обстоятельств, таких как особенности производственно-хозяйственной деятельности, принятие мер по погашению задолженности.

Наличие уважительных причин неисполнения исполнительного документа в установленный судебным приставом-исполнителем срок является основанием для освобождения должника от ответственности, а не основанием для снижения исполнительского сбора.

Предприятие обратилось в арбитражный суд с заявлением о снижении исполнительского сбора. В обоснование заявления указано, что у должника на балансе предприятия отсутствуют достаточные средства для погашения всей задолженности по исполнительному листу в установленные сроки. Предприятие предприняло все меры к исполнению исполнительного документа и добровольному удовлетворению требования взыскателя. Исполнительский сбор, взысканный в максимально допустимом размере, усугубит финансовое положение должника. Заявитель просил снизить размер исполнительского сбора до 1% от взыскиваемой суммы.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, заявленные требования удовлетворены.

Управление Федеральной службы судебных приставов в кассационной жалобе просит отменить принятые по делу судебные акты, указывает, что вывод суда о тяжелом имущественном положении предприятия не подтвержден доказательствами. Об уважительности причин невозможности исполнения судебного акта должник не уведомлял судебного пристава-исполнителя.

Суд кассационной инстанции оставил в силе решение и постановление апелляционной инстанции, указав следующее. Суды правомерно снизили размер исполнительского сбора, так как установили, что должник не уклонялся от исполнения обязательств, содействовал их исполнению, неисполнение требований исполнительных документов в срок, установленный судебным приставом-исполнителем, связано с особенностями производственно-хозяйственной деятельности, тяжелым финансовым положением должника.

Как следует из материалов дела, целью деятельности должника являются выполнение работ, производство продукции, оказание услуг для выполнения городских социально-экономических заказов, удовлетворения общественных потребностей и получении прибыли. В отношении предприятия возбуждено восемь исполнительных производств. По данным лицевого счета должника поступающие на расчетный счет суммы расходовались с учетом очередности имеющихся требований кредиторов. Согласно справке коммерческого банка предприятие не имеет денежных средств.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 30.07.2001 N 13-П указал, что взыскание с должника исполнительского сбора на основании пункта 1 статьи 81 Закона об исполнительном производстве производится, если исполнительный документ в установленный срок не исполнен им без уважительных причин. Из этого следует, что при наличии уважительных причин должник не может быть подвергнут взысканию.

5.7. Не является препятствием для взыскания исполнительского сбора прекращение или окончание основного исполнительного производства. Судебный пристав-исполнитель возбуждает новое исполнительное производство на основании неисполненного собственного постановления о взыскании исполнительского сбора.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными постановлений судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства о взыскании исполнительского сбора.

Суд первой инстанции заявленные требования удовлетворил. Постановлением апелляционной инстанции решение отменено в связи с тем, что должник не представил судебному приставу-исполнителю и суду надлежащих доказательств наличия существенных обстоятельств, препятствовавших исполнению постановления в добровольном порядке.

Кассационная инстанция оставила в силе постановление апелляционного суда ввиду следующего. В связи с исполнением основного долга перед таможней об оплате таможенных платежей в процессе процедуры банкротства и прекращением производства по делу о несостоятельности (банкротстве) общества, приняты постановления об окончании исполнительного производства, возбужденные на основании исполнительных документов таможни. При таких обстоятельствах судебный пристав-исполнитель правомерно вынес постановления о возбуждении исполнительного производства о взыскании с должника исполнительского сбора.

5.8. Возможность наложения штрафов судебным приставом-исполнителем является его правом, а не обязанностью.

Суд первой инстанции удовлетворил требование общества признать незаконным бездействие судебного пристава-исполнителя, сославшись на то, что в течение семи месяцев должные меры по исполнению судебного акта не были приняты.

Апелляционная инстанция пришла к выводу о том, что пристав принял все необходимые меры по исполнению судебного акта.

В кассационной жалобе общество не согласилось с выводом суда апелляционной инстанции и сослалось на то, что несмотря на длительное отсутствие ответов на запросы судебного пристава-исполнителя, на соответствующих лиц не были наложены штрафные санкции.

Окружной суд отклонил доводы жалобы, поскольку материалами дела подтверждалось совершение судебным приставом необходимых мер для исполнения судебного акта. Наложение штрафов является правом пристава, а не обязанностью, неиспользование этого права не свидетельствует о незаконном бездействии при совершении исполнительских действий.

5.9. Передача нереализованного имущества одному из взыскателей в рамках сводного исполнительного производства без учета пропорциональности удовлетворения требований нарушает права и законные интересы других лиц.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к управлению службы судебных приставов о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями судебного пристава-исполнителя. В обосновании иска указывается на то, что судебный пристав-исполнитель в рамках сводного исполнительного производства передал имущество должника одному из взыскателей, оставив остальных взыскателей без удовлетворения.

Из материалов дела следовало, что в отношении должника возбуждено сводное исполнительное производство, взыскателями по которому являлись несколько лиц.

Имущество должника оценено в 1,6 млн рублей. В отношении требований станции (одного из взыскателей) на сумму 1,4 млн рублей ранее наложен арест на имущество должника.

В связи с признанием торгов по продаже имущества несостоявшимися, судебный пристав-исполнитель предложил взыскателям оставить имущество за собой. Станция уведомила пристава о согласии получить имущество в зачет своих требований с доплатой в размере 200 тыс. рублей. Имущество передано станции, полученные от нее 200 тыс. рублей распределены по оставшимся взыскателям.

Решением суда в удовлетворении требований отказано. Суд указал, что совершенные в рамках сводного исполнительного производства действия по передаче арестованного по обеспечительной мере имущества должника одному из взыскателей не могут быть признаны совершенными в нарушение требований Федерального закона от 21.07.1997 N 119-ФЗ "Об исполнительном производстве", поскольку в отношении части переданного ему имущества его требования обеспечены обеспечительной мерой суда, а в части иного имущества, входящего в состав объекта - производственной базы, стоимость была оплачена приобретателем и распределена между взыскателями в порядке, установленном статьей 78 Закона об исполнительном производстве. В апелляционной инстанции дело не пересматривалось.

Кассационная инстанция отменила решение, дело направила на новое рассмотрение ввиду следующего.

Удовлетворение требований, обеспеченных примененной судом обеспечительной мерой, после принятия имущества должника этим взыскателем привело к преимущественному удовлетворению требований одного взыскателя перед иными взыскателями данной очереди, что противоречит нормам статей 55 и 78 Закона об исполнительном производстве.

Имущественные требования общества, являющегося взыскателем по сводному исполнительному производству, подлежали удовлетворению за счет полученных от передачи одному из взыскателей имущества денежных средств, пропорционально размеру задолженности перед ним и удовлетворению перед всеми взыскателями данной очереди.

5.10. Отказ взыскателя от оставления нереализованного имущества должника за собой не может расцениваться как препятствие исполнению исполнительного документа.

Управление обратилось в суд с заявлением о признании недействительным акта о невозможности взыскания и постановлений о возвращении исполнительного документа и об окончании исполнительного производства, вынесенных судебным приставом-исполнителем. В обоснование заявления управление указало на неправомерное включение в названные документы указаний на то, что взыскатель своим бездействием препятствовал исполнению исполнительного документа.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, поскольку управление не представило судебному приставу в установленный срок ответ на предложение оставить нереализованное имущество должника за собой.

Апелляционная инстанция изменила решение суда и признала недействительными обжалуемые акты в части указания на бездействие взыскателя, препятствующее исполнению исполнительного документа.

Кассационная инстанция оставила апелляционное постановление в силе, указав, что оставление нереализованного имущества должника за собой является правом взыскателя, а не его обязанностью. Поэтому непредставление взыскателем судебному приставу-исполнителю в установленный им срок ответа на предложение оставить имущество должника за собой не может быть признано бездействием взыскателя, препятствующим исполнению исполнительного документа.

5.11. Неправильное оформление основания для возвращения исполнительного листа не может являться основанием для признания действий пристава недействительным при условии, что это обстоятельство не повлекло нарушения прав и законных интересов участвующих в исполнительном производстве лиц.

Общество обжаловало действия судебного пристава-исполнителя по возвращению исполнительного листа без исполнения в связи с невозможностью установить местонахождение должника.

Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении заявления.

Из материалов дела следовало, что в ходе исполнительного производства судебный пристав-исполнитель предпринял все необходимые меры для розыска имущества должника, однако имущество или доходы должника, на которые можно было обратить взыскание, не установлены. На основании этого исполнительный документ мог быть возвращен взыскателю без исполнения. То обстоятельство, что судебный пристав-исполнитель в постановлении не указал фактическое основание возвращения исполнительного листа, а сослался на невозможность установления местонахождения должника, правомерно не признано судами основанием для признания незаконными действий судебного пристава-исполнителя, поскольку не установлено, что в результате неправильного оформления постановления нарушены права и интересы заявителя.

6. Применение статей 14.4. и 19.9 Кодекса Российской Федерации
об административных правонарушениях за период с 2006 по 2008 год

 

6.1. Продажа товаров с истекшим сроком годности запрещена санитарными правилами и образует состав административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.4 Кодекса.

Проверкой установлена продажа обществом товаров с истекшим сроком годности. Постановлением уполномоченного органа общество привлечено к административной ответственности по части 1 статьи 14.4 Кодекса.

Суд удовлетворил заявление общества о признании незаконным и отмене данного постановления. Кассационная инстанция оставила решение суда без изменения.

В соответствии с пунктом 8.24 Санитарно-эпидемиологических правил СП 2.3.6.1066-01 "Санитарно-эпидемиологические требования к организациям торговли и обороту в них продовольственного сырья и пищевых продуктов" в организациях торговли запрещается реализация продукции с истекшими сроками годности.

Таким образом, продажа товаров с истекшим сроком годности свидетельствует о продаже товаров с нарушением санитарных правил и образует состав административного правонарушения по части 2 статьи 14.4 Кодекса.

Судебные инстанции признали ошибочной позицию административного органа о том, что за данное нарушение предусмотрена административная ответственность по части 1 статьи 14.4 Кодекса. Доказательства несоответствия товара требованиям стандартов, техническим условиям или образцам по качеству, комплектности или упаковке не представлены. Обществу вменена в вину лишь реализация товара с истекшим сроком годности, поэтому в его действиях отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 14.4 Кодекса.

6.2. Энергоснабжающая организация несет ответственность за реализацию потребителям электроэнергии, не соответствующей требованиям стандартов по качеству, по части 1 статьи 14.4 Кодекса.

Общество по договорам энергоснабжения осуществляло продажу потребителям электроэнергии, не соответствующей требованиям ГОСТа Р 13109-97 по качеству. Постановлением уполномоченного органа общество привлечено к административной ответственности по части 1 статьи 14.4 Кодекса.

Общество обратилось в суд с заявлением о признании незаконным и отмене данного постановления.

Решением суда в удовлетворении требований общества отказано.

Суды апелляционной и кассационной инстанций оставили решение без изменения и пришли к выводу о наличии в действиях общества состава правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 14.4 Кодекса.

6.3. Оказание услуг по передаче электроэнергии с нарушением стандартов качества транспортируемой энергии образует состав правонарушения по части 1 статьи 19.19 Кодекса.

Общество оказывало услуги по передаче электрической энергии, не соответствовавшей требованиям ГОСТа по качеству. По результатам проведенной проверки в отношении общества составлен протокол об административном правонарушении, материалы проверки переданы в суд для решения вопроса о привлечении общества к административной ответственности по части 1 статьи 19.19 Кодекса.

Решением суда отказано в привлечении общества к административной ответственности.

Кассационная инстанция поддержала постановление апелляционной инстанции, которая подтвердила наличие в действиях общества состава административного правонарушения по части 1 статьи 19.19 Кодекса, однако оставила без изменения решение суда об отказе в привлечении его к административной ответственности по данной норме в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Суд отметил, что энергоснабжающая организация несет ответственность за качество электрической энергии, передаваемой в сети общества, а последнее обязано передать электрическую энергию, не ухудшив ее качество, до сетей лиц, определенных договором. Факт передачи, транспортировки обществом электрической энергии, не соответствующей требованиям ГОСТа, подтвержден протоколами испытаний электрической энергии, актом проверки. Суд отклонил довод общества о ненадлежащем качестве электроэнергии, поставляемой в его сети энергоснабжающей оганизацией, поскольку общество не осуществляло контроль за качеством электроэнергии, поступавшей на точки приема от энергоснабжающей организации, ввиду отсутствия необходимого оборудования. На основании этого апелляционный суд обоснованно указал, что общество при осуществлении соответствующей деятельности не приняло всех зависящих от него мер по контролю за качеством передаваемой по его сетям электрической энергии и соответствием ее ГОСТу 13109-97.

6.4. Отсутствие на продукции знака соответствия не свидетельствует о нарушении ГОСТа Р 50460-92 и, как следствие, не влечет ответственность по части 1 статьи 19.19 Кодекса.

В реализации у предпринимателя находился скутер, на корпусе и в технической документации которого отсутствовал знак соответствия с указанием кода органа по сертификации.

Согласно пункту 12 Правил продажи отдельных видов товаров, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 19.01.1998 N 55, при продаже товаров продавец доводит до сведения покупателя информацию о подтверждении соответствия товаров установленным требованиям путем маркировки товаров в установленном порядке знаком соответствия и ознакомления потребителя по его требованию с одним из установленных этим пунктом документов.

Удовлетворяя требование административного органа о привлечении к административной ответственности, суд первой инстанции сделал вывод о совершении предпринимателем правонарушения по части 1 статьи 19.19 Кодекса, которое выразилось в том, что он осуществлял реализацию скутера в нарушение ГОСТа Р 50460-92 без знака соответствия.

Кассационная инстанция признала ошибочным данный вывод суда. Основанием для привлечения предпринимателя к административной ответственности по части 1 статьи 19.19 Кодекса в рассматриваемом случае послужил факт отсутствия знака соответствия на находящемся в реализации скутере и в технической документации на него, а не несоответствие знака соответствия требованиям ГОСТа Р 50460-92 "Знак соответствия при обязательной сертификации. Форма, размеры и технические требования", утвержденного постановлением Госстандарта России от 28.12.1992 N 1570, который лишь устанавливает требования к форме и размерам знака соответствия, а также технические требования к знаку соответствия (в том числе к знаку соответствия, защищенному от подделок), применяемому в Системе сертификации ГОСТ Р для указания соответствия маркированной им продукции, работ и услуг требованиям, предусмотренным для обязательного подтверждения соответствия.

Основания для привлечения предпринимателя к административной ответственности за нарушение обязательных требований государственных стандартов по части 1 статьи 19.19 Кодекса в данном случае не установлены, поэтому суд кассационной инстанции отменил решение суда и отказал в удовлетворении заявления.

6.5. В случае невыполнения обязанности по проведению производственного контроля приобретаемой продукции оптовый покупатель несет ответственность по части 2 статьи 19.19 Кодекса за реализацию, хранение и поставку продукции, не отвечающей обязательным требованиям, на соответствие которым она сертифицирована.

При проверке установлен факт хранения и реализации кондитерской продукции при отсутствии полной и достоверной информации для потребителя (нарушены требования ГОСТа 51074-2003).

Общество, в отношении которого проведена проверка, не является производителем спорной продукции, а только осуществляет ее хранение и последующую поставку.

На основании статей 1 и 32 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны осуществлять производственный контроль, в том числе посредством проведения лабораторных исследований и испытаний, при выполнении работ и оказании услуг, а также при производстве, транспортировке, хранении и реализации продукции в целях обеспечения безопасности и (или) безвредности для человека и среды обитания таких продукции, работ и услуг.

Не являясь производителем спорной продукции, общество при ее хранении и дальнейшей поставке обязано исполнять требования указанного Закона по организации и проведению производственного контроля при приобретении и дальнейшей реализации данной продукции. Общество не предприняло все зависящие от него меры по соблюдению указанных норм и допустило хранение и оптовую реализацию названной продукции, не соответствующей обязательным требованиям, на соответствие которым она сертифицирована.

Суд кассационной инстанции поддержал вывод судебных инстанций о наличии в действиях общества состава правонарушения по части 2 статьи 19.19 Кодекса.

6.6. Отбор при проведении проверки проб нефтепродуктов из работающей топливораздаточной колонки (а не из резервуара) отвечает целям обеспечения защиты прав потребителей. Выявление в результате исследования таких проб несоответствия топлива установленным ГОСТам является основанием для привлечения к ответственности за реализацию продукции, не отвечающей требованиям ГОСТов.

В ходе проверки установлен факт реализации бензина, не соответствующего пункту 2.2 ГОСТа 2084-77 "Бензины автомобильные. ТУ".

При рассмотрении дела суд сделал вывод о несоблюдении административным органом при отборе проб требований ГОСТа 2517-85 "Нефть и нефтепродукты. Методы отбора проб" и отказал в удовлетворении заявления о привлечении к ответственности.

Суд кассационной инстанции не согласился с данным выводом, поскольку в материалы дела не представлены доказательства того, что способ отбора проб топлива, избранный управлением (из работающей топливораздаточной колонки, а не резервуара), повлиял на результаты исследования физико-химических показателей нефтепродуктов. Согласно актам отбора проб изъятие образцов происходило на стадии реализации продукции. Избранный заявителем способ изъятия проб отвечает задаче обеспечения защиты прав потребителей, на решение которой направлена проведенная проверка. Отбор образцов осуществлялся в присутствии представителя общества, который подписал акт отбора образцов без замечаний и возражений. Опечатанные (опломбированные) образцы (пробы) продукции доставлены для проведения испытаний в аккредитованную испытательную лабораторию. Достоверность результатов проведенных испытаний в установленном порядке не оспорена и не признана недействительной.

С учетом того, что обязательные требования законодательства при отборе проб заявителем не нарушены, результаты испытаний являются достоверными, соответствующими предмету, целям и задачам мероприятий по государственному контролю, выводы судов о недостоверности результатов испытаний вследствие нарушения заявителем порядка отбора проб нефтепродуктов признаны судом кассационной инстанции ошибочными.

7. Применение норм об обеспечительных мерах за период с 2006 по 2008 год

7.1. При предъявлении требования неимущественного характера (исключение лица из числа участников общества и т. д.) наложение ареста на имущество должника необоснованно, если не связано с предметом иска.

Участник общества обратился в суд с иском об исключении двух лиц из состава участников общества. При рассмотрении дела истец заявил ходатайство о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее обществу.

Определением суда первой инстанции ходатайство удовлетворено. В обоснование принятия обеспечительных мер суд сослался на вероятность причинения истцу значительного ущерба в результате действий данных лиц, возможность отчуждения ими имущества, принадлежащего обществу.

Суд округа отменил данное определение, указав следующее. Предметом иска является требование неимущественного характера, не связанное с ведением хозяйственной деятельности общества, имущество, принадлежащее обществу, предметом спора не является. Таким образом, арест, наложенный судом в качестве обеспечительной меры на имущество общества, не относится к предмету заявленного требования и не может способствовать защите прав и интересов истца по предъявленному иску.

7.2. Правила главы 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не применяются в отношении предполагаемых судебных расходов.

Предприниматель обратился с иском о взыскании задолженности в связи с ненадлежащим исполнением условий договора подряда. По делу назначена судебная экспертиза.

Истец просил суд наложить арест на денежные средства и имущество ответчика на сумму, равную стоимости проведения экспертизы, обосновывая это отсутствием у ответчика имущества, достаточного для покрытия судебных расходов в случае удовлетворения иска.

Суд первой инстанции отказал в принятии обеспечительных мер.

Апелляционная и кассационная инстанции поддержали определение, указав следующее. Заявление истца не направлено на обеспечение иска, необходимость обеспечения иных имущественных интересов заявителя основана на предположениях о результате рассмотрения спора о взыскании убытков и судебных расходов.

7.3. Наличие правопритязаний на предмет спора у третьего лица может являться достаточным основанием для наложения ареста на спорное имущество.

Истец оспорил в судебном порядке зарегистрированное за ответчиком право собственности на объекты недвижимости и просил наложить арест на это имущество.

Определением суда первой инстанции в удовлетворении заявления отказано в связи с отсутствием доказательств невозможности или затруднительности исполнения решения суда.

В кассационной жалобе истец указал на то, что в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество в отношении предмета спора внесена запись о наличии правопритязаний - представлены документы на государственную регистрацию данного объекта за третьим лицом.

Кассационная инстанция определение отменила по безусловным основаниям. При направлении дела на новое рассмотрение суду дано указание на необходимость учесть доводы истца о наличии правопритязаний при оценке обоснованности заявления о принятии обеспечительных мер.

7.4. При рассмотрении иска о правах на имущество обеспечительные меры в виде запрета на совершение сделок с ним являются соразмерными и обеспечивают баланс интересов сторон.

Минимущество республики обратилось к администрации муниципального образования с иском о передаче объектов недвижимого имущества в собственность республики. По заявлению истца приняты обеспечительные меры в виде запрета совершать какие-либо сделки с этим имуществом и осуществлять регистрацию прав на него.

Кассационная инстанция отклонила доводы ответчика о том, что указанные меры нарушают права собственника по пользованию и распоряжению своим имуществом. Принятые меры непосредственно связаны с предметом спора, соразмерны заявленному по делу требованию и в целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю направлены на сохранение существующего состояния отношений.

7.5. Если арест наложен на имущество, которое не принадлежит ответчику, заинтересованным лицом в снятии ареста является собственник имущества.

В рамках дела о несостоятельности должник обратился в суд с заявлением об отмене обеспечительных мер и снятии ареста с имущества, поскольку оно принадлежит третьему лицу.

Суды трех инстанций отклонили заявление, указав, что довод должника о принадлежности арестованного имущества третьему лицу не является основанием для снятия обеспечительных мер. Лицо, которое считает себя собственником этого имущества, вправе самостоятельно защитить свои права в порядке искового производства.

7.6. Наличие спора о полномочиях конкурсного управляющего должника является достаточным основанием для применения судом обеспечительной меры в виде запрета конкурсному управляющему должника производить реализацию имущества должника, поскольку ее непринятие может нанести значительный ущерб должнику и кредиторам.

Кредитор обратился в арбитражный суд с жалобой на действия конкурсного управляющего должника. Определением суд отказал в удовлетворении жалобы. Кредитор подал апелляционную жалобу на данное определение и заявил ходатайство о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество должника и запрета конкурсному управляющему до рассмотрения апелляционной жалобы производить реализацию имущества должника.

Определением суда заявление кредитора удовлетворено. Судебный акт мотивирован тем, что непринятие обеспечительных мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, а также нанести значительный ущерб государству и кредиторам общества.

Суд кассационной инстанции оставил судебный акт без изменения, указав следующее. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что спор о полномочиях конкурсного управляющего разрешен по существу. Реализация имущества общества лицом, полномочия которого не подтверждены вступившим в законную силу судебным актом, может повлечь значительный ущерб государству и кредиторам должника. Вывод суда о необходимости принять временные обеспечительные меры в отношении имущества должника признан обоснованным.

7.7. Отсутствие мер принудительного исполнения решения налогового органа о взыскании обязательных платежей и санкций не является препятствием для принятия обеспечительных мер в виде приостановления действия такого решения.

Общество обжаловало решение налогового органа о взыскании обязательных платежей и санкций и просило приостановить его действие до вступления в силу решения суда.

Суд первой инстанции заявление удовлетворил.

В кассационной жалобе налоговый орган указал, что для принятия обеспечительных мер необходимо наличие реальной угрозы исполнения решения налогового органа в связи с принятием конкретного, непосредственно направленного на принудительное взыскание решения о списании сумм задолженности налогоплательщика со счетов в банках. Поскольку такое решение налоговым органом не принято, основания для приостановления действия акта о взыскании налоговой недоимки и штрафных санкций отсутствуют.

Кассационная инстанция отклонила доводы налогового органа и указала, что основания для принятия обеспечительных мер установлены процессуальным законодательством, наличие реальных действий по исполнению ненормативного акта не является необходимым условием введения таких мер.

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


Обзор Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа "Обобщение практики Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа за второе полугодие 2008 года"


Текст обзора размещен на официальном сайте Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа в Internet (http://fassko.arbitr.ru)